№ 2-129/2020

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Тобольск 27 февраля 2020 года

Тобольский городской суд Тюменской области в составе председательствующего судьи Логиновой М.В.,

при помощнике ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-129/2020 по иску ФИО2 к публичному акционерному обществу «Сбербанк России» о признании недействительным договора поручительства,

- с участием истца ФИО2 ,

- с участием представителя истца ФИО3 , действующего на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ года,

- с участием представителя ответчика ПАО Сбербанк ФИО4 , действующей на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ года,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в суд с исковым заявлением к публичному акционерному обществу «Сбербанк России» о признании недействительным договора поручительства №№ от 07 июня 2010 года.

Требования мотивированы тем, что договор поручительства №№ от 07 июня 2010 года заключен незаконно путем обмана и под влиянием заблуждения. Истец полагает, что ответчик намеренно ввел его в заблуждение относительно заключения договора купли-продажи объекта недвижимости, под залог которого выдавался банком ипотечный кредит. Данные обстоятельства являются основанием для признания договора поручительства недействительным на основании ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации. О наличии обмана истец узнал после 01 апреля 2019 года, поэтому полагает, что срок исковой давности не пропущен. 

Определением судьи Тобольского городского суда от 10 декабря 2019 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО5 (л.д.1). 

В судебном заседании, состоявшемся по делу 23 января 2020 года, принято заявление истца об изменении основания иска, согласно которому дополнительно к ранее заявленному основанию иска заявлено, что договор поручительства подлежит признанию недействительным на основании ст. 179 Гражданского кодекса Российской Федерации (л.д.81-83), а также к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО6 (л.д.85-89). 

В судебном заседании истец ФИО2 исковые требования поддержал в полном объеме. Признал частичное исполнение договора поручительства в части перечисления заемных средств банку, поскольку полагал, что после исполнения своих обязательств по договору поручения к истцу перейдет право собственности на квартиру, указанную в кредитном договоре.

В судебном заседании представитель истца ФИО3, действующий на основании доверенности (л.д.20), требования истца поддержал. Пояснил, что истец, заключая оспариваемый договор поручительства, был введен в заблуждение и обманут банком. Обман выражался в непредоставлении информации о том, что не существует договора купли-продажи квартиры №№, а также в том, что ФИО7 никогда не был собственником квартиры. Введение в заблуждение выражалось в наличии залогового имущества. Полагает непропущенным срок исковой давности по исковым требованиям, поскольку только 01 апреля 2019 года истец получил информацию об указанных обстоятельствах. Доказательствами обмана и введения в заблуждение считает выписку из Единого государственного реестра недвижимости, а также отсутствие договора купли-продажи квартиры №245/36-06 передаваемой в залог банку квартиры. 

Представитель ответчика ПАО Сбербанк ФИО4, действующая на основании доверенности (л.д.117), возражала против удовлетворения требований ФИО2, поддержала письменные возражения (л.д.58-60), просила применить срок исковой давности. Полагает существенным наличие недобросовестности в действиях третьего лица – ФИО7, не зарегистрировавшего надлежащим образом право собственности на передаваемое в залог недвижимое имущество. Представила письменные пояснения (л.д.118-119).

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора ФИО7 и ФИО6, в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания извещены в установленном законом порядке. 

Заслушав участвующих в деле лиц и исследовав материалы дела, суд находит требования не подлежащими удовлетворению.

Из материалов дела следует, что 07 июня 2010 года между ПАО Сбербанк и ФИО2 заключен договор поручительства №№ Предмет договора – поручитель обязуется перед кредитором отвечать за исполнение ФИО5 обязательств перед кредитором по кредитному договору №№ от 07 июня 2010 года. Сумма кредита 2 000 000 рублей, срок возврата кредита 06 июня 2030 года, целевое назначение кредита: на покупку жилья под залог приобретаемой недвижимости. Согласно указанному договору Поручитель ознакомлен со всеми условиями указанного кредитного договора и согласен отвечать за исполнением Заемщиком – ФИО7, его обязательств полностью. Договор подписан обеими сторонами.

07 июня 2010 года между ПАО Сбербанк и ФИО7 заключен кредитный договор №№ Предмет договора – Кредитор предоставляет Заемщику ипотечный кредит в сумме 2 000 000 рублей под 16% годовых на приобретение двухкомнатной квартиры общей площадью 

<

данные изъяты> кв. м, расположенной по адресу: 

<

адрес> на срок до 06 июня 2030 года. Согласно п. 2.1.1. кредитного договора, поручительство граждан ФИО2 и ФИО6 Заемщик предоставляет в качестве обеспечения своевременного и полного исполнения обязательств по кредитному договору.

Данные обстоятельства подтверждаются договором поручительства №№ от 07 июня 2010 года (л.д. 66), кредитным договором №№ от 07 июня 2010 года (л.д. 64-65).

Согласно выписк из Единого государственного реестра недвижимости о переходе прав на объект недвижимости от 01 апреля 2019 года и 17 декабря 2019 года (л.д. 14-15, 55-57) ни истец, ни ответчик, ни третье лицо – ФИО7 не являются и не являлись собственниками помещения по адресу: 

<

адрес>

Требования о признании недействительными договора поручительства №№ от 07 июня 2010 года истец основывает на том, что данный договор совершен под влиянием обмана и введения в заблуждения. Обман заключается в отсутствии договора купли-продажи квартиры №№. Заключение договора поручительства под влиянием заблуждения заключается относительно наличия залога недвижимости по выдаваемому банком ипотечному кредиту.

В соответствии со ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена Гражданским кодексом Российской Федерации, законом или добровольно принятым обязательством.

Согласно ст. 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с п. 2 ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман (п. 99 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» от 23 июня 2015 года № 25).

Оценив представленные доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд исходит из того, что истцом в нарушение со ст. 56 ГПК РФ не представлено доказательств в обоснование заявленных требований. Истцом не представлено как доказательств, подтверждающих факт каких-либо договоренностей, достигнутых между ответчиком и третьим лицом – ФИО7 направленных на обман истца при заключении договора поручительства, так и намеренное умолчание ответчиком об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота, поскольку из оспариваемого договора поручительства следует, что поручитель ознакомлен со всеми условиями указанного кредитного договора и согласен отвечать за исполнением Заемщиком – ФИО7, его обязательств полностью. Договор подписан обеими сторонами. Кроме того, договор частично исполнен истцом в добровольном порядке.

При этом суд учитывает, что ФИО2 собственноручно подписал договор поручительства №№ от 07 июня 2010 года, то есть он должен был знать о последствиях заключения договора, договор заключался исключительно на добровольных условиях, на момент заключения договора все оговоренные договором пункты устраивали истца, и он был с ними согласен, то есть сторонами были оговорены все существенные условия договора, выражены предмет договора и воля сторон, никаких иных условий договор не содержит. Мотивы и условия, при существовании которых ФИО2 заключил договор поручительства №№ от 07 июня 2010 года, не влияют на законность договора, который исполнен. Договор поручительства №№ по своей форме и содержанию соответствует требованиям, установленным действующим гражданским законодательством. Договор подписан истцом добровольно, предмет договора также определен сторонами.

Согласно ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел. Заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: 

1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;

2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;

3) сторона заблуждается в отношении природы сделки;

4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой;

5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку. 

Истцом не представлено доказательств наличия заблуждений относительно перечисленных законом условий заключения сделки, при этом заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной. Заблуждение относительно правовых последствий сделки также не является существенным (информационное письмо Президиума ВАС РФ от 10 декабря 2013 года N 162).

Иных оснований для признания недействительным договора поручительства №№ от 07 июня 2010 года, истцом не заявлено.

Представителем ответчика заявлено о применении к требованиям истца положения п.2 ст. 181 ГК РФ об истечении срока исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной. Согласно указанному положению закона срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. При этом течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179 ГК РФ), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Суд находит срок исковой давности по заявленным требованиям не пропущенным и исходит из его начала с даты выписки из Единого государственного реестра недвижимости от 01 апреля 2019 года, с которой истцу стало известно о нарушении его прав отсутствием права собственности кредитора на предмет предполагаемого залога. 

Доводы представителя ответчика о том, что производство по настоящему делу подлежит прекращению, поскольку истец уже обращался в суд по тому же предмету и с теми же основаниями, суд также находит необоснованными, поскольку основания иска по настоящему делу отличны от оснований по делу № № (л.д. 61-63).

В связи с изложенным, суд приходит к выводу о том, что требования ФИО2 к публичному акционерному обществу «Сбербанк России» о признании недействительным договора поручительства №№ от 07 июня 2010 года, являются необоснованными и не подлежат удовлетворению.

Других доказательств суду не представлено, иных требований не заявлено.

В соответствии с п. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно ст. 196 ГПК РФ суд принимает решение по заявленным истцом требованиям. 

Руководствуясь ст.ст. 12, 55, 56, 194-199 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

Отказать ФИО2 ФИО17 в удовлетворении требований к публичному акционерному обществу «Сбербанк России» о признании недействительным договора поручительства №№ от 07 июня 2010 года.

Решение может быть обжаловано в Тюменский областной суд через Тобольский городской суд Тюменской области в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 02 марта 2020 года.

Судья М.В. Логинова