УИД 29RS0024-01-2025-001841-95

Судья Дмитриев В.А.

Дело № 2-1446/2025

город Архангельск

Докладчик Горишевская Е.А.

№ 33-169/2026

15 января 2026 года

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Архангельского областного суда в составе председательствующего судьи Бланару Е.М.,

судей Горишевской Е.А., Сафонова Р.С.,

при секретаре судебного заседания Бородиной Е.Г.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Российской Федерации в лице Федеральной службы судебных приставов, Управлению Федеральной службы судебных приставов по Мурманской области, отделению судебных приставов по г. Снежногорску и г. Гаджиево ЗАТО Александровск и ЗАТО п. Видяево Управления Федеральной службы судебных приставов по Мурманской области о взыскании компенсации морального вреда, убытков, возложении обязанности прекратить обработку персональных данных

по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Соломбальского районного суда города Архангельска от 26 сентября 2025 г.

Заслушав доклад судьи Горишевской Е.А., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с иском к Российской Федерации в лице Федеральной службы судебных приставов (далее – ФССП России), Управлению Федеральной службы судебных приставов по Мурманской области (далее – УФССП России по Мурманской области), отделению судебных приставов по г. Снежногорску и г. Гаджиево ЗАТО Александровск и ЗАТО п. Видяево Управления Федеральной службы судебных приставов по Мурманской области (далее – ОСП по г. Снежногорску и г. Гаджиево) о взыскании компенсации морального вреда, убытков, возложении обязанности прекратить обработку персональных данных.

Мотивировал требования тем, что 01 ноября 2024 г. судебным приставом в отношении него составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном *** КоАП РФ, однако вступившим в законную силу судебным актом производство по делу прекращено в связи с отсутствием в его действиях состава административного правонарушения. В связи с незаконным привлечением к административной ответственности ему причинен моральный вред в виде эмоциональных переживаний, нравственной подавленности, учитывая, что ответственность за вменяемое административное правонарушение предусматривала административный арест, судебное заседание проходило в преддверии Нового года, было испорчено предпраздничное настроение. Также ссылается на несение им убытков по оплате услуг защитника при производстве по делу об административном правонарушении, подлежащих возмещению ответчиками, и незаконность осуществления сотрудниками ОСП по г. Снежногорску и г. Гаджиево обработки его персональных данных. Уточнив исковые требования, просил взыскать с Российской Федерации в лице ФССП России за счет казны компенсацию морального вреда в размере 200 000 руб., убытки 42 000 руб., возложить на УФССП по Мурманской области, ОСП по г. Снежногорску и г. Гаджиево обязанность прекратить обработку персональных данных.

В судебном заседании истец и его представитель ФИО2 исковые требования поддержали, дополнительно обратили внимание на испытанные истцом нравственные переживаниях, учитывая, что ранее он к административной ответственности не привлекался; представитель ответчиков ФССП России, УФССП России по Мурманской области ФИО3 с иском не согласилась по доводам, изложенным в возражениях.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, третье лицо Управление Судебного департамента в Архангельской области и Ненецком автономном округе (далее – УСД в Архангельской области и НАО) представило письменный отзыв на иск.

Рассмотрев дело, суд принял решение, которым исковые требования удовлетворил частично. Взыскал с Российской Федерации в лице ФССП России за счет казны в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб., убытки 19 500 руб., расходы по оплате государственной пошлины 7 000 руб.

В удовлетворении исковых требований к Российской Федерации в лице УФССП России о взыскании компенсации морального вреда и убытков в остальной части и к УФССП России по Мурманской области, ОСП по г. Снежногорску и г. Гаджиево о возложении обязанности прекратить обработку персональных данных отказал.

С данным решением не согласился истец, в поданной апелляционной жалобе просит его отменить, исковые требования удовлетворить в полном объеме.

В обоснование доводов жалобы указывает, что сумма взысканной компенсации морального вреда крайне занижена, не соответствует претерпеваемым им страданиям и не позволяет их компенсировать. Судом не приняты во внимание положения Конвенции о защите прав человека и разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации по компенсации морального вреда, не учтены его индивидуальные особенности, степень и характер умаления его нематериальных благ, незаконность привлечения к ответственности и длительность административного преследования, унижение его чести и достоинства перед доверителями, а также перенесенные им в результате события стресс и нервное потрясение, необходимость привлекать к участию в разбирательстве ***.

Также не согласен со снижением расходов на оплату услуг защитника в отсутствие доказательств их чрезмерности и с учетом фактического объёма выполненной им работы.

В возражениях на апелляционную жалобу ответчики УФССП России и УФССП России по Мурманской области просят в удовлетворении апелляционной жалобы отказать, полагая решение суда законным и обоснованным.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции истец ФИО1 и его представитель ФИО2 поддержали апелляционную жалобу по изложенным в ней доводам.

Иные участвующие в деле лица в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом. Оснований для отложения разбирательства дела, предусмотренных ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), судебная коллегия не усматривает.

Изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность решения суда, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, заслушав истца ФИО1 и его представителя ФИО2, судебная коллегия приходит к следующему.

В ходе рассмотрения дела судом первой инстанции установлено, следует из материалов дела, что 01 ноября 2024 г. судебным приставом по ОУПДС ОСП по г. Снежногорску и г. Гаджиево ЗАТО Александровск и ЗАТО п. Видяево ФИО4 в отношении ФИО1 составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном *** КоАП РФ.

Согласно указанному протоколу ФИО1 совершил неисполнение законного распоряжения судебного пристава о прекращении действий, нарушающих установленные в суде правила.

Судебный пристав установил, что 01 ноября 2024 г. в 10 час. 45 мин. в помещении *** суда постоянное судебное присутствие в г. ***, ФИО1, будучи ознакомленным перед началом судебного заседания с правилами поведения граждан в суде и являясь участником судебного процесса, громко разговаривал во время судебного заседания, на замечания, сделанные в его адрес судьей, не реагировал, выражал свое недовольство суду, после неоднократных замечаний и предупреждений по распоряжению судьи был удален из зала судебных заседаний.

Составлению протокола об административном правонарушении предшествовал акт об обнаружении признаков административного правонарушения, составленный судебным приставом 01 ноября 2024 г., в котором изложены аналогичные обстоятельства.

Определением заместителя начальника ОСП от 01 ноября 2024 г. протокол об административном правонарушении в отношении ФИО1 и другие материалы переданы мировому судье судебного участка № *** Мурманской области.

Определением мирового судьи от 19 ноября 2024 г. дело об административном правонарушении по ходатайству ФИО1 передано мировому судье судебного участка № *** г. Архангельска.

Постановлением мирового судьи от 27 декабря 2024 г., оставленным без изменения решением Соломбальского районного суда г. Архангельска от 16 апреля 2025 г. производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном *** КоАП РФ, в отношении ФИО1 прекращено в связи с отсутствием состава административного правонарушения.

Прекращая производство по делу, мировой судья, не входя в оценку действий ФИО1 по соблюдению правил поведения в судебном заседании, помещении *** суда Мурманской области, пришел к выводу о том, что основания и условия привлечения к ответственности за нарушение установленного процессуальными нормами порядка в судебном заседании в рамках гражданского судопроизводства специально урегулированы положениями ГПК РФ, что исключает возможность привлечения ФИО1 к административной ответственности по *** КоАП РФ.

Для защиты интересов при рассмотрении дела об административном правонарушении ФИО1 12 ноября 2024 г. заключил с ФИО2 договор на оказание юридических услуг.

За оказанные в рамках данного договора услуги истец выплатил исполнителю сумму 42 000 руб., в частности: за составление ходатайства о передаче дела по месту фактического проживания истца (стоимость услуги 3 000 руб.); за составление ходатайства об истребовании доказательств (стоимость услуги 3 000 руб.); за составление запроса в *** суд Мурманской области о предоставлении аудиопротокола и письменного протокола судебного заседания (стоимость услуги 2 000 руб.); за составление объяснения свидетеля *** (стоимость услуги 2 000 руб.); за участие защитника в судебных заседаниях 17 декабря 2024 г., 27 декабря 2024 г., 16 апреля 2025 г. (общая стоимость услуги 30 000 руб.); за подготовку заявления о выдаче судебного постановления (стоимость услуги 2 000 руб.).

Разрешая дело, установив на основании представленных доказательств, что повода и достаточных данных для составления протокола об административном правонарушении, предусмотренном *** КоАП РФ, указывающих на наличие самого события административного правонарушения, у судебного пристава не имелось, суд пришел к выводу о наличии правовых оснований для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда, определив её размер в сумме 10 000 руб.

При этом суд исходил из того обстоятельства, что судебным приставом допущены виновные незаконные действия, поскольку протокол об административном правонарушении в отношении истца составлен им по распоряжению иного лица, что прямо противоречит требованиям ч.ч. 1, 2 ст. 26.2 КоАП РФ, п. 1-3, ч. 1 ст. 28 КоАП РФ, в то время как именно лицо, составляющее протокол об административном правонарушении, должно установить наличие события.

Разрешая требование о взыскании расходов на оплату услуг защитника, суд первой инстанции, оценив объем и качество проделанной им работы, в том числе подготовленных документов, учитывая, что некоторые услуги, расходы на которые заявлены к взысканию, истцу не оказывались, а в оказании некоторых услуг необходимости не имелось, приняв во внимание категорию дела, требования разумности и справедливости, взыскал в пользу истца 19 500 руб.

В силу ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ и п. 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 г. № 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции» повторное рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела и их юридическую квалификацию в пределах доводов апелляционных жалобы, представления и в рамках тех требований, которые уже были предметом рассмотрения в суде первой инстанции.

Поскольку апелляционная жалоба истца содержит только доводы о необоснованно заниженном размере компенсации морального вреда и расходов на защитника, суд апелляционной инстанции проверяет решение суда только в пределах данных доводов, не находя при этом оснований для проверки решения в необжалуемой части.

С выводами суда судебная коллегия соглашается.

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), в частности правилами, предусмотренными главой 59 («Обязательства вследствие причинения вреда»; ст.ст. 1064 – 1101) и ст. 151 (п. 1 ст. 1099).

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 ГК РФ).

Согласно положениям ст. 1100 ГК РФ в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, право на уважение родственных и семейных связей) (абзац третий п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

В абзаце первом п. 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под нравственными страданиями следует понимать страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека.

Согласно абзацу первому п. 27 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Из изложенного следует, что моральный вред – это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья и др. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Таким образом, право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (ст.ст. 151, 1101 ГК РФ) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предусматривающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

С выводом суда о наличии оснований для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда стороны согласились, в данной части решение ими не обжалуется.

Определяя её размер, суд первой инстанции, вопреки утверждению подателя жалобы, учел индивидуальные особенности истца, его возраст, характер и степень умаления его прав, принял во внимание эмоциональные страдания в результате нарушений со стороны должностного лица государственного органа его прав, испытанные истцом унижение достоинства как законопослушного гражданина, в то же время исходил из того, что истец не был привлечен к административной ответственности, не подвергался административному задержанию, доставлению при административном преследовании.

Доводы истца о том, что в связи с рассмотрением дела об административном правонарушении он на протяжении длительного времени находился в стрессе, вынужден был являться в судебные заседания, что дополнительно вызывало для него стресс, не являются основанием для пересмотра определенного судом к взысканию размера компенсации морального вреда, поскольку фактически разбирательство по делу об административном правронарушении продолжалось незначительное время (протокол об административном правонарушении составлен 01 ноября 2024 г., отменен постановлением мирового судьи от 27 декабря 2024 г., которое вступило в законную силу 16 апреля 2025 г.), при рассмотрении дела об административном правонарушении состоялось три судебных заседания (19 ноября 2024 г. у мирового судьи судебного участка № *** Мурманской области, временно исполняющего обязанности мирового судьи судебного участка № *** Мурманской области), 27 декабря 2024 г. у исполняющего обязанности мирового судьи судебного участка № *** г. Архангельска, 16 апреля 2025 г. в Соломбальском районном суде г. Архангельска, истец участие принимал в судебных заседаниях в г. Архангельске, что следует из акта оказанных услуг от 16 апреля 2025 г., подписанного истцом как заказчиком и ФИО2 как исполнителем услуг по договору от 12 ноября 2024 г.

Доказательств того обстоятельства, что рассмотрение дела об административном правонарушении препятствовало истцу осуществлять свою профессиональную деятельность, связанную с оказанием юридических услуг населению, негативным образом отразилось на отношении его клиентов к нему, привело к сокращению количества обращений либо к отказу заказчиков от услуг истца по уже заключенным договорам, материалы дела не содержат.

Судебная коллегия полагает необходимым обратить внимание на то обстоятельство, что к административной ответственности истец не привлечен, меры воздействия в период рассмотрения дела к нему не применялись, никаких запретов либо ограничений на него возложено не было.

С учетом изложенного, доводы апелляционной жалобы не дают оснований для вывода о заниженном размере компенсации морального вреда и необходимости его увеличения. Каких-либо новых обстоятельств, не учтенных судом первой инстанции и влияющих на размер компенсации морального вреда, в жалобе не приведено. Определенная судом сумма компенсации морального вреда в полной мере соответствует как обстоятельствам допущенного нарушения, так и требованиям закона, не ведет к неосновательному обогащению истца.

В силу положений ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В абзаце четвертом п. 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 г. № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» разъяснено, что в случае отказа в привлечении лица к административной ответственности либо удовлетворения его жалобы на постановление о привлечении к административной ответственности этому лицу причиняется вред в связи с расходами на оплату труда лица, оказывавшего юридическую помощь, эти расходы на основании ст.ст. 15, 1069, 1070 ГК РФ могут быть взысканы в пользу этого лица за счет средств соответствующей казны (казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации).

При решении вопроса о взыскании убытков, в том числе расходов на оплату юридической помощи, возникших в связи с рассмотрением в суде дела об административном правонарушении, общее правило о полном возмещении убытков не может рассматриваться как исключающее судебную оценку фактических обстоятельств дела на предмет разумности соответствующих расходов и соразмерности взыскиваемых сумм восстанавливаемому истцом праву.

В данной части выводы суда о возможности снижения взыскиваемых сумм по правилам ст. 100 ГПК РФ соответствуют неоднократно выраженной Верховным Судом Российской Федерации правовой позиции, в том числе, в Определении от 11 сентября 2023 г. № 309-ЭС22-8300.

При определении размера подлежащих взысканию в пользу истца расходов на услуги своего представителя, судом первой инстанции были учтены требования разумности и справедливости, характер и объем составленных документов, категория дела.

При этом из объема оплаченных истцом услуг защитника, расходы за которые заявлены к взысканию, суд правомерно исключил его участие в судебном засадании 17 декабря 2025 г., за что произведена оплата в сумме 10 000 руб., поскольку в указанную дату судебных заседаний по рассмотрению дела об административном правонарушении не проводилось.

Обоснованно судом первой инстанции в пользу истца не взысканы расходы за оказание услуги по составлению запросов 01 и 27 ноября 2024 г. на составление объяснений свидетеля ***, поскольку в рамках производства по делу об административном правонарушении судом истребован протокол судебного заседания и его аудиозапись, а оформленные в письменном виде объяснения *** являются недопустимым доказательством по делу об административном правонарушении.

Апелляционная жалоба истца доводов о неправомерности указанных выводов суда не содержит.

Учитывая, что обоснованными судом первой инстанции признаны понесенные истцом расходы на оплату услуг защитника за подготовку заявления мировому судье о передаче дела по месту жительства, об истребовании аудиозаписи протокола, за участие в судебном заседании у мирового судьи 27 декабря 2024 г., за подготовку заявления о выдаче судебного постановления, за участие защитника в судебном заседании суда апелляционной инстанции 16 апреля 2025 г., принимая во внимание объем и содержание письменных ходатайств, подготовка которых не требовала значительных временных затрат, изучения нормативной базы, непродолжительность рассматриваемого дела, участие в судебных заседаниях самого истца, также осуществляющего деятельность по оказанию юридических услуг, требования разумности и справедливости, судебная коллегия оснований для переоценки выводов суда в указанной части не усматривает.

При этом необходимо отметить, что доводы жалобы истца в части несогласия с определенным судом размером расходов на оплату услуг защитника сводятся лишь к тому, что ответчиком не было представлено доказательств их чрезмерности, что прямо противоречит материалам дела, поскольку к возражениям на исковое заявление, содержащим доводы о необоснованно завышенном размере расходов, ответчик приложил сведения с Интернет-сайтов о стоимости аналогичных услуг в регионе, размер которых ниже заявленного истцом к взысканию.

Все заслуживающие внимания обстоятельства при решении вопроса об определении размера подлежащих взысканию в пользу истца расходов по оплате юридических услуг судом учтены. Взысканная судом сумма указанных расходов отвечает критерию разумности, который по смыслу ст. 100 ГПК РФ является основополагающим.

Доводы жалобы о необоснованном снижении судом размера заявленной суммы расходов по оплате услуг защитника являются несостоятельными и не могут служить основанием для отмены судебного акта.

Разрешая дело, суд первой инстанции с достаточной полнотой исследовал все обстоятельства дела, дал надлежащую оценку представленным доказательствам, выводы суда не противоречат материалам дела, обстоятельства, имеющие значение для дела, судом установлены правильно, нормы материального права применены верно, нарушений норм процессуального права, влекущих отмену решения, при рассмотрении дела не допущено.

Руководствуясь ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Соломбальского районного суда города Архангельска от 26 сентября 2025 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 28 января 2026 г.

Председательствующий

Е.М. Бланару

Судьи

Е.А. Горишевская

Р.С. Сафонов