Дело № 2-859/2017

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Семилуки 30 августа 2017 г.

Семилукский районный суд Воронежской области в составе судьи Воробьевой С.В.,

при секретаре Величко Д.В.,

с участием истцов ФИО1, ФИО7, ФИО9 и их представителя по заявлению ФИО10, 

ответчицы ФИО16,

третьего лица нотариуса нотариального округа Семилукского района Воронежской области ФИО18

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО19, ФИО20, ФИО7 и ФИО9 к ФИО16 о признании заявления недействительным, об установлении факта принятия наследства и признании права общей долевой собственности на жилой дом в порядке наследования,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, ФИО19, ФИО20, ФИО7 и ФИО9 обратились в суд с уточненным иском к ФИО16 в связи с тем, что ДД.ММ.ГГГГ умерла ФИО3, которая приходится матерью ФИО1, ФИО19, ФИО20, ФИО7 Истцы являются наследниками первой очереди после смерти наследодателя. ФИО5, сын умершей, умер ДД.ММ.ГГГГ, он пропустил срок для принятия наследства. После смерти ФИО20 наследниками первой очереди являются его жена ФИО16 и сын ФИО9, который в установленный законом срок обратился к нотариусу, но получил отказ в совершении нотариального действия, так как отсутствуют правоустанавливающие документы на наследственное имущество. После смерти ФИО3 открылось наследство на имущество - жилой дом, находящийся по адресу: 

<

адрес>, который принадлежал ей на праве собственности на основании регистрационного удостоверения № от ДД.ММ.ГГГГ и соглашения о расторжении договора р.№ от ДД.ММ.ГГГГ. К нотариусу в установленный законом срок с заявлением о принятии наследства истцы не обратились, однако фактически приняли наследство, они вступили во владение, управление наследства, приняли меры по сохранению наследственного имущества, производили за свой счет расходы на его содержание, то есть произвели действия, свидетельствующие о его фактическом принятии. В 2017 г. истцы обратились к нотариусу, но получили отказ по причине пропуска срока для принятия наследства. Поскольку ФИО20 умер и не принял наследство, истцу ФИО9 переходит право принять наследство после смерти его бабушки ФИО3 в порядке трансмиссии в 1/10 доли наследственного имущества. ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 нотариусу Семилукского нотариального округа было подано заявление, в котором он указал, что в установленный законом срок с заявлением о выдаче свидетельства о праве на наследство к нотариусу не обращался, фактически в наследство не вступал. Данное заявление было подписано ФИО7 путем введения его братом ФИО20 в заблуждение по поводу содержания данного заявления, а так же по поводу последствий его подписания. ФИО20 пояснил, что это необходимо для того, чтобы определить порядок пользования домом, так как на тот момент в данном доме проживало две семьи - семья ФИО6 и семья ФИО5 При подписании вышеуказанного заявления ФИО7 не были разъяснены положения данного заявления, а так же последствия подписания заявления. При этом в тексте заявления указано, что на момент его подписания ФИО7 проживал по адресу: 

<

адрес>, что явно противоречит последующему тексту сообщения, поскольку, проживая в вышеуказанном доме, ФИО7 фактически вступил в наследство. В соответствии со ст.168 ГК РФ данное заявление считается недействительным. Поэтому истцы ФИО1, ФИО19, ФИО20, ФИО7 просят установить факт принятия ими и умершим ФИО20 наследства после смерти матери ФИО3; признать заявление ФИО7 от ДД.ММ.ГГГГ., поданное нотариусу Семилукского нотариального округа, недействительным; признать за ФИО1, ФИО19, ФИО20, ФИО7 право собственности по 1/5 доли за каждым, а за ФИО9 право собственности на 1/10 долю домовладения № по 

<

адрес>.

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержала, просила их удовлетворить, суду пояснила, что после смерти матери ФИО3 она к нотариусу в установленный законом срок не обращалась, но фактически приняла наследство, потому что забрала себе принадлежащие ей вещи: швейную машинку, отрезы ткани, пуховый платок, продолжала пользоваться огородом. В апреле 1999 года покрасила в доме окна. Потом в 2010 году сделала ремонт в одной комнате в доме, в 2013 году поменяла потолки. После смерти матери в доме проживали братья с семьями ФИО7 и ФИО20, который умер в 2016 году. 

Истец ФИО7 в судебном заседании иск поддержал и пояснил, что после смерти матери ФИО3 до 2013 года он с семьей проживал в ее доме. При жизни мать подарила ему половину спорного дома, потом договор дарения был расторгнут. После смерти матери братья и сестры решили, что родительский дом надо разделить пополам между ним и братом ФИО25. В 2003 году он с братом ФИО26 поехали к нотариусу, он подписал документы об отказе от наследства, при этом думал, что отказывается от половины дома, а не от всего, секретарь нотариуса ему не разъяснила, что он подписал отказ от всего наследства. В 2005 году он увидел объявление о продаже спорного дома, позвонил сестре, они пошли к нотариусу и выяснилось, что им был подписан отказ от всей наследственной массы. После смерти матери он фактически принял наследство, так как проживал в спорном доме, оплачивал налог за дом, в 2010 году делал ремонт. 

Истец ФИО9 в судебном заседании иск поддержал и пояснил, что после смерти его бабушки ФИО3 его отец ФИО5 фактически принял наследство, так как проживал в спорном доме, после смерти отца наследство принял он и жена отца ФИО16 

Представитель истцов по заявлению ФИО10 в судебном заседании исковые требования поддержал и просил их удовлетворить. 

Истец ФИО19 в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом. Ранее в судебном заседании она иск поддержала и пояснила, что после смерти матери она фактически вступила в наследство, так как забрала себе мамин пуховый платок и золотые серьги на память, к нотариусу с заявлением о принятии наследства не обращалась, так как брат Владимир не хотел, чтобы все вступали в наследство. 

<

данные изъяты>.

Истец ФИО20 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом. Ранее в судебном заседании он требования поддержал и пояснил, что после смерти матери фактически вступил в наследство, потому что забрал себе столовый сервиз на память, потом помогал брату Владимиру делать навес во дворе и другие работы по дому, потому что брат болел. 

Ответчица ФИО8 в судебном заседании иск не признала и пояснила, что она является наследником после смерти супруга ФИО5 В спорном доме она с супругом жили с 1992 года. На тот момент в доме проживали ФИО6 с семьей и мать ФИО3 В 1994 году ФИО6 перешел с семьей жить в другой дом в 

<

адрес>, а в спорном доме остался быть прописанным. Поэтому после смерти свекрови в доме жила только она с мужем Владимиром и своим сыном. Братья и сестры ФИО27 сказали, что дом остается им. После смерти ФИО11 примерно через десять лет браться и сестры помогали Владимиру по его просьбе сделать ремонт в доме и навес. В течение шести месяцев после смерти свекрови ремонт в спорном доме никто не делал. Квитанции об уплате налога за землю и за дом были выписаны на имя ФИО6, но оплачивала их она. Просит в иске истцам отказать.

Третье лицо нотариус нотариального округа 

<

адрес> ФИО17 в судебном заседании возражала против удовлетворения иска и пояснила, что в 2003 году к ней обратились наследники ФИО3, умершей ДД.ММ.ГГГГ, ФИО20 и ФИО7 ФИО20 написал заявление о фактическом принятии наследства, а ФИО7 написал заявление о непринятии наследства. Поскольку срок для принятия наследства истек, то отказ от наследства не оформляется. В заявлении ФИО7 указал, что в наследство фактически не вступал, ранее заявление о принятии наследства не подавал, расходы по сохранности имущества не нес. При написании заявления выяснялось, что он желает оформить. Правовые последствия написания данного заявления были разъяснены, в заблуждение его никто не вводил, и речь шла о едином доме. В 2005 году к ней обратились ФИО1, ФИО20, ФИО19 с заявлениями о том, что они планируют вступить в наследство и подать заявление в суд в связи с пропуском срока принятия наследства. До настоящего времени свидетельство о праве на наследство никому не выдано. 

Выслушав объяснения истцов и их представителя, ответчика, третьего лица, показания свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, ФИО3 умерла ДД.ММ.ГГГГ. в возрасте 72 года, истцы ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ., ФИО19, ДД.ММ.ГГГГ ФИО20, ДД.ММ.ГГГГ., ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ., и умерший ДД.ММ.ГГГГ. ФИО20, ДД.ММ.ГГГГ., являются ее детьми, истец ФИО20, ДД.ММ.ГГГГ является сыном умершего ФИО5, что подтверждается свидетельствами о рождении, свидетельствами о заключении брака, справками о заключении брака, свидетельствами о смерти, паспортами истцов (л.д.12-28).

Согласно выписке из похозяйственной книги №, заложенной в 1997 году, выданной администрацией Девицкого сельского поселения Семилукского муниципального района 

<

адрес> 24.03.2017г. №, умершей ФИО3 принадлежало на праве собственности домовладение и хозяйственные постройки, находящиеся по адресу: 

<

адрес>, расположенное на земельном участке, который находился в пользовании умершей. Согласно выпискам из ЕГРН от 25.05.2017г. право собственности на объекты недвижимости не зарегистрировано (л.д. 29, 30-32). 

В техническом паспорте указано, что общая площадь вышеуказанного жилого дома составляет 62,9 кв. метров, а также указано, что собственником данного дома является ФИО3 на основании регистрационного удостоверения № от ДД.ММ.ГГГГ и соглашения о расторжении договора р.№ от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 38-46). 

Как следует из материалов наследственного дела № «а» от ДД.ММ.ГГГГ. к имуществу ФИО3, умершей ДД.ММ.ГГГГ., и сведений нотариуса нотариального округа 

<

адрес> ФИО17, после смерти ФИО3 31.01.2003г. с заявлением о принятии наследства обратился ФИО20, 31.01.2003г. ФИО7 подано заявление об отказе от претензий на наследство. После смерти ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ. подано заявление о принятии наследства сыном ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ. подано заявление о принятии наследства супругой ФИО16 (л.д. 82-83, 95-111). 

Постановлениями от 31.05.2017г. нотариус нотариального округа 

<

адрес> ФИО17 отказала ФИО1, ФИО19, ФИО20 в выдаче свидетельства о праве на наследство после смерти ФИО3 в связи с пропуском срока для принятия наследства. Постановлением от 05.07.2017г. нотариус отказала ФИО9 в выдаче свидетельства о праве на наследство после смерти ФИО5 в связи с отсутствием правоустанавливающих документов (л.д. 33-36).

В соответствии со ст. 264 ГПК РФ суд устанавливает факты, от которых зависит возникновение, изменение, прекращение личных или имущественных прав граждан, в том числе и факт принятия наследства.

Согласно п.2 ст. 218 Гражданского кодекса РФ в случае смерти гражданина право собственности на принадлежащее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом. 

Наследование осуществляется по завещанию и по закону (ст.111 ГК РФ). 

В силу п.1 ст.1142 Гражданского кодекса РФ наследниками первой очереди по закону являются дети, супруг и родители наследодателя.

Согласно ст. 1152 Гражданского кодекса РФ для приобретения наследства наследник должен его принять. Принятие наследником части наследства означает принятие всего причитающегося ему наследства, в чем бы оно не заключалось, и где бы оно ни находилось. Принятое наследство признается принадлежащим наследнику со дня открытия наследства независимо от времени его фактического принятия.

В соответствии со ст. ст. 1153-1154 Гражданского кодекса РФ признается, пока не доказано иное, что наследник принял наследство, если он совершил действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства, в частности, если наследник вступил во владение или в управление наследственным имуществом, принял меры по сохранению наследственного имущества, защите его от посягательств или притязаний третьих лиц, произвел за свой счет расходы на содержание наследственного имущества, оплатил за свой счет долги наследодателя или получил от третьих лиц причитавшиеся наследодателю денежные средства. При этом наследство может быть принято в течение шести месяцев со дня открытия наследства.

Согласно п.2, 3 ст.1155 Гражданского кодекса РФ наследство может быть принято наследником по истечении срока, установленного для его принятия, без обращения в суд при условии согласия в письменной форме на это всех остальных наследников, принявших наследство. Наследник, принявший наследство после истечения установленного срока с соблюдением правил данной статьи, имеет право на получение причитающегося ему наследства. 

В пункте 36 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 9 от 29.05.2012 г. «О судебной практике по делам о наследовании» разъяснено, что под совершением наследником действий, свидетельствующих о фактическом принятии наследства, следует понимать совершение предусмотренных п. 2 ст. 1153 ГК РФ действий, а также иных действий по управлению, распоряжению и пользованию наследственным имуществом, поддержанию его в надлежащем состоянии, в которых проявляется отношение наследника к наследству как к собственному имуществу. В качестве таких действий, в частности, могут выступать: вселение наследника в принадлежавшее наследодателю жилое помещение или проживание в нем на день открытия наследства (в том числе без регистрации наследника по месту жительства или по месту пребывания), обработка наследником земельного участка, подача в суд заявления о защите своих наследственных прав, обращение с требованием о проведении описи имущества наследодателя, осуществление оплаты коммунальных услуг, страховых платежей, возмещение за счет наследственного имущества расходов, предусмотренных ст. 1174 ГК РФ, иные действия по владению, пользованию и распоряжению наследственным имуществом. Указанные действия должны быть совершены в течение срока принятия наследства, установленного ст. 1154 ГК РФ.

Наследник, совершивший действия, которые могут свидетельствовать о принятии наследства (например, проживание совместно с наследодателем, уплата долгов наследодателя), не для приобретения наследства, а в иных целях, вправе доказывать отсутствие у него намерения принять наследство, в том числе и по истечении срока принятия наследства (статья 1154 ГК РФ), представив нотариусу соответствующие доказательства либо обратившись в суд с заявлением об установлении факта непринятия наследства (п.37 Постановления). 

Согласно материалам дела в установленный законом шестимесячный срок для принятия наследства истец ФИО7 к нотариусу с заявлением о принятии наследства после смерти матери ФИО3, умершей ДД.ММ.ГГГГ не обращался, 31.01.2003г. он обратился к нотариусу с заявлением о непринятии наследства. 

В судебном заседании истец утверждал, что фактически принял наследство, в подтверждение чего представил налоговые уведомления о начислении налога на спорный дом, выданные на его имя за период с 2005г. по 2017г., при этом квитанции об оплате налога представлены не были (л.д. 47-58), и представил справку администрации Девицкого сельского поселения от 26.05.2005г. №, согласно которой совместно с умершей ФИО3 по адресу: 

<

адрес>, проживал ФИО7, уплачивал налоги за период с 1999г. по 2004г. (л.д.76).

Также ФИО7 ссылается на показания свидетелей ФИО12, ФИО13, ФИО15, которые в судебном заседании, каждый в отдельности, показали, что после смерти ФИО3 он несколько лет проживал в ее доме. 

Из текста заявления, поданного ФИО7 нотариусу, следует, что он заявление о принятии наследства или о выдаче свидетельства о праве на наследство после смерти ФИО3 не подавал, во владение и управление наследственным имуществом не вступал, меры по сохранению наследственного имущества, защите его от посягательств или притязаний третьих лиц не принимал, за свой счет расходы на содержание наследственного имущества не производил, за свой счет долги наследодателя не оплачивал, от третьих лиц причитающиеся наследодателю денежные средства не получал. 

В заявлении указано, что текст заявления истцом зачитан вслух, содержание изложенных в нем положений статьи 1155 Гражданского кодекса РФ нотариусом ему разъяснено и понятно, после чего заявление подписано ФИО7 собственноручно.

Учитывая, что указанное заявление было подано истцом по истечении установленного законом шестимесячного срока для принятия наследства (либо отказа от наследства), суд полагает, что оспариваемое заявление не может расцениваться в качестве отказа от наследства по правилам статьи 1157 Гражданского кодекса РФ. 

Согласно ч.1 ст.16 Основ законодательства РФ о нотариате, утвержденным ВС РФ 11.02.1993г. №44-62-1, нотариус обязан оказывать физическим и юридическим лицам содействие в осуществлении их прав и защите законных интересов, разъяснять им права и обязанности, предупреждать о последствиях совершаемых нотариальных действий, с тем, чтобы юридическая неосведомленность не могла быть использована им во вред.

В силу ст.54 вышеназванных Основ нотариус обязан разъяснить сторонам смысл и значение представленного ими проекта сделки и проверить, соответствует ли его содержание действительным намерениям сторон и не противоречит ли требованиям закона. 

Оценив представленные доказательства, суд приходит к выводу, что совершаемые истцом ФИО7 действия по подаче нотариусу заявления о непринятии наследства носили добровольный характер, являлись реализацией правомочий, предоставленных законом, и повлекли именно те правовые последствия, на которые они были направлены. Заявление ФИО7 о непринятии наследства удостоверено нотариусом, оно не противоречит закону, совершено в установленном порядке, последствия совершения данного действия истцу нотариусом разъяснены, воля истца нарушена не была. Оснований полагать, что указанное заявление было написано ФИО7 под влиянием заблуждения, у суда не имеется. Доказательств этому материалы дела не содержат. 

В пункте 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 9 от 29.05.2012 г. «О судебной практике по делам о наследовании» разъяснено, что сделки, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании (в частности, завещание, отказ от наследства, отказ от завещательного отказа), могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями о недействительности сделок (§ 2 главы 9 ГК РФ) и специальными правилами раздела V ГК РФ.

В соответствии со ст. 153 Гражданского кодекса РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Согласно п.1 ст.168 Гражданского кодекса РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 данной статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу п.1 ст. 178 Гражданского кодекса РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел. 

Суд полагает, что оспариваемое истцом заявление от 31.01.2003г. само по себе не является сделкой и влечет возникновение для истца или иных лиц каких-либо прав и обязанностей, поэтому не может быть признано недействительным по основаниям, предусмотренным статьями 168 и 178 Гражданского кодекса РФ.

Из правовой позиции, изложенной в пункте 34 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2012г. № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» следует, что наследник, принявший наследство, независимо от времени и способа его принятия считается собственником наследственного имущества, носителем имущественных прав и обязанностей со дня открытия наследства вне зависимости от факта государственной регистрации прав на наследственное имущество и ее момента (если такая регистрация предусмотрена законом).

Таким образом, для наследников установлено специальное правило относительно момента приобретения права собственности на недвижимое имущество в порядке наследования: право собственности возникает с момента открытия наследства при условии его последующего принятия.

Согласно статье 1152 и статье 1162 Гражданского кодекса РФ наследник, принявший наследство и не отказавшийся от него в течение срока, установленного для принятия наследства, считается собственником этого имущества с момента открытия наследства независимо от времени получения свидетельства о праве на наследство и момента государственной регистрации права собственности на наследственное имущество.

Принимая во внимание вышеуказанные обстоятельства в их совокупности и взаимной связи, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения требований истца ФИО7 о признании заявления от 31.01.2003г. недействительным и установлении факта принятия им наследства.

Требования истцов ФИО1, ФИО19, ФИО20 об установлении факта принятия ими наследства также удовлетворению не подлежат. 

В подтверждение факта принятия наследства ФИО1, ФИО19, ФИО20 ссылаются на показания свидетелей ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, оснований не доверять которым у суда не имеется. Однако, допрошенные в судебном заседании свидетели не подтвердили факт принятия истцами наследства, оставшегося после смерти ФИО3 

Так, допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО12 показала, что после смерти ФИО3 дом умершей дети решили поделить между ФИО28 и ФИО6. ФИО19 забрала себе на память золотые серьги, ФИО1 забрала швейную машинку, пользовалась огородом, обе забрали себе пуховые платки. Со слов ФИО19 ей известно, что ФИО5 взял на память чайный сервиз. В 2005 году и в 2013 году они все делали в доме ремонт. 

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО13 показала, что после смерти ФИО3 ФИО4 забрала себе на память отрезы ткани и пуховый платок, ФИО2 взяла серьги и пуховый платок. Истцы сделали в доме матери ремонт в 1998 году перед смертью матерью, затем делали ремонт в 2013 году.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО14 показала, что ФИО4 после смерти матери забрала себе пуховый платок и отрезы ткани на память. 

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО15 показал, что после смерти матери ФИО4 забрала себе пуховый платок, отрезы ткани. Со слов ФИО19 ему известно, что она забрала себе на память пуховый платок и золотые серьги, ФИО6 забрал сервиз. После смерти ФИО3 все ее дети делали в доме ремонт в 2010 году по просьбе брата Владимира, потому что он болел, затем в 2013 году сделали ремонт. 

В силу положений ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Оценив представленные доказательства, суд приходит к выводу о том, что бесспорных и достаточных доказательств совершения в юридически значимый период действий относительно спорного наследственного имущества, свидетельствующих о совершении истцами каких-либо действий по управлению, распоряжению наследственным имуществом – жилым домом либо совершении каких-либо иных действий, связанных с реализацией правомочий наследника и собственника имущества, и действий, свидетельствующих об отношении к наследственному имуществу как к своему собственному, истцы не производили, из характера их действий не усматривается, что они были намерены принять имущество. 

Суд полагает, что принятие личных вещей умершей на память после смерти наследодателя не может расцениваться в качестве действий по владению, пользованию и распоряжению наследственным имуществом в том смысле, как на это указано в законе. Обработка ФИО1 огорода и осуществление истцами ремонта в течение шестимесячного срока после смерти наследодателя не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства, осуществление ремонта по истечении срока для принятия наследства правового значения не имеет, причем осуществление данных действий происходило не в связи с тем, что истцы считали данное имущество своим, а они оказывали помощь в проведении ремонта проживавшему в спорном доме брату ФИО20 

При таких обстоятельствах суд считает требования истцов ФИО1, ФИО19 и ФИО20 об установлении факта принятия наследства необоснованными и не подлежащими удовлетворению. 

Поскольку суд отказывает ФИО1, ФИО19, ФИО20 и ФИО7 в удовлетворении исковых требований об установлении факта принятия наследства, требования о признании права общей долевой собственности являются производными от вышеуказанного требования, поэтому также удовлетворению не подлежат. 

Требование об установлении факта принятия наследства за умершим ФИО20 удовлетворению не подлежит по следующим основаниям. 

В силу ст. 17 Гражданского кодекса РФ способность иметь гражданские права и нести обязанности (гражданская правоспособность) признается в равной мере за всеми гражданами. Правоспособность гражданина возникает в момент его рождения и прекращается смертью.

Содержание правоспособности граждан определено в ст.18 Гражданского кодекса РФ. 

В отношении умершего действующим законодательством не предусмотрено возникновение у него каких- либо прав, поскольку правоспособность гражданина прекращается смертью, в связи с чем требование об установлении факта принятия наследства за умершим является незаконным. 

Истец ФИО9 просит признать за ним право общей долевой собственности на 1\10 долю жилого дома в порядке наследственной трансмиссии после смерти ФИО3

Согласно п. 1, 2 ст. 1156 Гражданского кодекса РФ, если наследник, призванный к наследованию по завещанию или по закону, умер после открытия наследства, не успев его принять в установленный срок, право на принятие причитавшегося ему наследства переходит к его наследникам по закону, а если все наследственное имущество было завещано - к его наследникам по завещанию (наследственная трансмиссия). Право на принятие наследства в порядке наследственной трансмиссии не входит в состав наследства, открывшегося после смерти такого наследника. Право на принятие наследства, принадлежавшее умершему наследнику, может быть осуществлено его наследниками на общих основаниях.

В ходе рассмотрения дела установлено, что при жизни ДД.ММ.ГГГГ. умерший ФИО20 обратился к нотариусу с заявлением о выдаче свидетельства о праве на наследство после смерти ФИО3, умершей ДД.ММ.ГГГГ., поскольку фактически принял наследство (л.д.97), отказа нотариусом в выдаче свидетельства не было.

Учитывая изложенное, суд полагает, что требование истца ФИО9 о признании за ним права собственности на долю имущества в порядке наследственной трансмиссии основано на неправильном толковании норм права.

Следует также заметить, что истцу ФИО9 полагается доля в наследственном имуществе, оставшегося после смерти ФИО20, в большем размере, чем он требует. 

В силу ст. 9 Гражданского кодекса РФ граждане по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права. Выбор одного из способов защиты гражданских прав, предусмотренных ст. 12 Гражданского кодекса РФ, принадлежит не суду, а истцу, который и определил в исковом заявлении избранный им способ защиты своего права, в связи с чем требование рассмотрено судом в заявленной редакции.

Учитывая изложенное, суд считает необходимым отказать ФИО9 в удовлетворении требования о признании за ним права общей долевой собственности на 1\10 долю спорного жилого дома в порядке наследственной трансмиссии.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

ФИО1, ФИО19, ФИО20, ФИО7 и ФИО9 в иске к ФИО16 о признании заявления недействительным, об установлении факта принятия наследства и признании права общей долевой собственности на жилой дом в порядке наследования отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Воронежский областной суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья Воробьева С.В.

Мотивированное решение составлено 05.09.2017г.