Дело №2-189/2024

УИД 55RS0028-01-2024-000186-11

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

р.п. Павлоградка 18 июля 2024 года

Павлоградский районный суд Омской области

в составе председательствующего судьи Кривоноговой Е.С., 

при секретаре судебного заседания Молчановой Н.Л., 

с участием помощника прокурора Павлоградского района ФИО77, 

представителя ответчика ФИО1,

ответчиков ФИО2, ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковым заявлениям ФИО6, ФИО4 к ФИО5, ФИО2, ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО6 и ФИО4 обратились в рамках уголовного дела с иском к ФИО5, ФИО2, ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование требований истцами указано, что они являются детьми К.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО5, управляя автомобилем марки ВАЗ-21102, государственный регистрационный знак №, в нарушение Правил дорожного движения допустил столкновение с автомобилем ВАЗ-210740, государственный регистрационный знак №, под управлением К. В результате полученных в этом дорожно-транспортном происшествии травм последний умер.

Ссылаясь на то, что вследствие смерти К истцы испытывали нравственные страдания, глубокое эмоциональное потрясение в связи с потерей отца просили суд взыскать с ФИО5, ФИО2, ФИО3 в пользу компенсацию морального вреда в пользу ФИО6 в размере 5 000 000 рублей, в пользу ФИО4 – 2 000 000 рубей.

Приговором Павлоградского районного суда Омской области от ДД.ММ.ГГГГ в пользу истцов с ФИО5 была взыскана компенсация морального вреда.

Апелляционным определением Судебной коллегии по уголовным делам Омской областного суда от ДД.ММ.ГГГГ приговор суда в части гражданских исков ФИО6, ФИО4 отменен, дело в данной части направлено в тот же суд на новое рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства.

В судебном заседании истцы ФИО4, ФИО6 участия не принимали, просили о рассмотрении дела в их отсутствие, требования поддержали.

Ответчик ФИО5 участия в рассмотрении дела не принимал, извещен судом о слушании дела, доверил представление своих интересов ФИО1

Представитель ответчика ФИО1 в судебном заседании возражал против заявленных к ФИО5 требований в связи с несоразмерностью заявленных ко взысканию сумм. Просил суд учесть, что уход из жизни К. наступил в результате действий и его самого, поскольку он не был пристегнут ремнем безопасности. Сам ФИО5 и его 

<

данные изъяты> сестра были пристегнуты и не получили те повреждение, которые бы повлияли на утрату здоровья после ДТП. ФИО5 сам вызвал скорую для оказании помощи К. При этом, последний сам неоднократно привлекался к административной ответственности за нарушение ПДД, в том числе, превышение скорости, не был пристегнут ремнями безопасности. Ранее ФИО5 получал навыки вождения, управлял автомобилем вместе с матерью, которая является собственником машины. В тот день ФИО5 автомобиль взял без разрешения матери, после того, как родители уснули. Заявление о неправомерном завладении транспортным средства она не писала, поскольку приходится матерью ФИО5 Таким образом, ответственность в виде возмещения компенсации должен нести только ФИО5 Также полагал, что не являются состоятельными доводы истцов о том, что истцы испытали сильное сотрясение в связи со смертью истца, поскольку ФИО6 длительное время с детства не проживал с отцом, жил в 

<

адрес>. К. с матерью ФИО4 также брак расторг. Согласно решению о расторжении брака причинами явились злоупотребление им спиртным, скандалы, оскорбления супруги. Полагал, что соразмерным в настоящем случае будет взыскание с ФИО5 в пользу каждого из истцом по 100 000 рублей.

Ответчики ФИО2, ФИО3 полностью поддержали позицию представителя ФИО1 Дополнительно суду пояснили, что оснований для взыскания с них компенсации морального вреда не имеется. Автомобиль был приобретен ими в браке, но фактически в подарок именно ФИО2, ФИО3 не имеет водительского удостоверения, автомобилем не пользовался. Сына учила вождению именно ФИО2 Последняя настаивала, что в день ДТП она не разрешала сыну брать автомобиль. Он сделал это самовольно, когда они с супругом уже спали. Ключи от автомобиля находились в ключнице. 

Заслушав стороны, помощника прокурора ФИО78 полагавшую, что требования истца подлежат удовлетворению путем солидарного взыскания компенсации морального вреда с ФИО5, ФИО2 с определением размера компенсации согласно принципам разумности и справедливости, в соответствии с представленными доказательствами, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Пунктом 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплено, что основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064-1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно п.2 ст.1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно разъяснениям, изложенным в п.24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №33 от 15 ноября 2022 года «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», по общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно п.14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №33 под нравственными страданиями следует понимать страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной 

<

данные изъяты>, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции). 

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (пункт 25 Постановления).

Согласно п.26 названного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (пункт 28).

Как указано в п.30 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №33, при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Из изложенного следует, что суду при определении размера компенсации морального вреда гражданину в связи с утратой близкого родственника необходимо в совокупности оценить конкретные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных именно этому лицу физических или нравственных страданий, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав, соблюдение баланса интересов сторон. 

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Ответственность за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, регламентируется нормами статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации (абзац первый пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 35 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33 указано, что владелец источника повышенной опасности, из обладания которого этот источник выбыл в результате противоправных действий другого лица, при наличии вины в противоправном изъятии несет ответственность наряду с непосредственным причинителем вреда – лицом, завладевшим этим источником, за моральный вред, причиненный в результате его действия. Такую же ответственность за моральный вред, причиненный источником повышенной опасности – транспортным средством, несет его владелец, передавший полномочия по владению этим транспортным средством лицу, не имеющему права в силу различных оснований на управление транспортным средством, о чем было известно законному владельцу на момент передачи полномочий.

В пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

Из приведенных нормативных положений и разъяснений постановлений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что владелец источника повышенной опасности, из обладания которого этот источник выбыл в результате противоправных действий другого лица, при наличии вины в противоправном изъятии несет ответственность наряду с непосредственным причинителем вреда – лицом, завладевшим этим источником, за моральный вред, причиненный в результате его действия. Такую же ответственность за моральный вред, причиненный источником повышенной опасности – транспортным средством, несет его владелец, передавший полномочия по владению этим транспортным средством лицу, не имеющему права в силу различных оснований на управление транспортным средством, о чем было известно законному владельцу на момент передачи полномочий. При этом солидарные должники остаются обязанными до полного возмещения вреда. Основанием для освобождения владельцев источников повышенной опасности от ответственности за возникший вред независимо от того, виновен владелец источника повышенной опасности в причинении вреда или нет, является умысел потерпевшего или непреодолимая сила. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Пунктом 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается. 

В соответствии с пунктом 3 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

В пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности, если докажет, что вред причинен вследствие непреодолимой силы или умысла самого потерпевшего (пункт 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации). Под непреодолимой силой понимаются чрезвычайные и непредотвратимые при данных условиях обстоятельства (пункт 1 статьи 202, пункт 3 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). Под умыслом потерпевшего понимается такое его противоправное поведение, при котором потерпевший не только предвидит, и но и желает либо сознательно допускает наступление вредного результата (например, суицид). При отсутствии вины владельца источника повышенной опасности, при наличии грубой неосторожности лица, жизни или здоровью которого причинен вред, суд не вправе полностью освободить владельца источника повышенной опасности от ответственности (кроме случаев, когда вред причинен вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего). В этом случае размер возмещения вреда, за исключением расходов, предусмотренных абзацем третьим пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, подлежит уменьшению.

В абзаце втором пункта 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года №1 внимание судов обращено на то, что виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда, являются основанием для уменьшения размера возмещения вреда. При этом уменьшение размера возмещения вреда ставится в зависимость от степени вины потерпевшего. Если при причинении вреда жизни или здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом, но полностью отказ в возмещении вреда в этом случае не допускается (пункт 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Размер возмещения вреда в силу пункта 3 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации может быть уменьшен судом с учетом имущественного положения причинителя вреда – гражданина, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно (абзац пятый пункта 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года №1).

В пункте 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33 содержатся разъяснения о том, что, разрешая спор о компенсации морального вреда, суд в числе иных заслуживающих внимания обстоятельств может учесть тяжелое имущественное положение ответчика-гражданина, подтвержденное представленными в материалы дела доказательствами (например, отсутствие у ответчика заработка вследствие длительной нетрудоспособности или инвалидности, отсутствие у него возможности трудоустроиться, нахождение на его иждивении малолетних детей, детей-инвалидов, нетрудоспособных супруга (супруги) или родителя (родителей), уплата им алиментов на несовершеннолетних или нетрудоспособных совершеннолетних детей либо на иных лиц, которых он обязан по закону содержать). Тяжелое имущественное положение ответчика не может служить основанием для отказа во взыскании компенсации морального вреда.

В ходе судебного разбирательства установлено следующее. 

Как следует из приговора Павлоградского районного суда Омской области от ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п.«в» ч.4 ст.264 УК РФ. 

Из описательной части приговора следует, что ДД.ММ.ГГГГ, около 04:00 час., ФИО5, управляя технически исправным автомобилем марки ВАЗ-21102, государственный регистрационный знак №, не имея водительского удостоверения на право управления транспортными средствами, двигался по 

<

адрес> в направлении перекрестка 

<

адрес> и 

<

адрес> в 

<

адрес>. Приблизившись к перекрестку по 

<

адрес>, на которой для него был установлен знак 2.4 «Уступите дорогу», обязывающий уступить дорогу транспортным средствам, следовавшим по 

<

адрес>, не обращая внимание на данный дорожный знак, не имея должных навыков управления транспортными средствами, нарушил пункты 10.1 и 13.9 Правил дорожного движения Российской Федерации, а именно:

п.10.1. Водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства;

п.13.9. На перекрестке неравнозначных дорог водитель транспортного средства, движущегося по второстепенной дороге, должен уступить дорогу транспортным средствам, приближающимся по главной, независимо от направления их дальнейшего движения,

выехал на участок вышеуказанного перекрестка, где допустил столкновение с двигающимся по главной дороге 

<

адрес> автомобилем марки ВАЗ-210740, государственный регистрационный знак №, под управлением К.

В результате дорожно-транспортного происшествия водителю автомобиля LADA-210740, государственный регистрационный знак №, К. был причинен тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, телесные повреждения, которые в совокупности повлекли смерть потерпевшего. Непосредственной причиной смерти К. явилась травма 

<

данные изъяты>: 

<

данные изъяты>.

Гражданские иски ФИО6, ФИО4 в рамках уголовного дела с учетом апелляционного определения рассмотрены не были, дело в части гражданских исков передано на новое рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства.

Приговор вступил в законную силу ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии с п.4 ст.61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

То есть, преюдициальными для гражданского дела являются выводы приговора только по двум вопросам: имели ли место сами действия и совершены ли они данным лицом. Иные факты, содержащиеся в приговоре суда, преюдициального значения не имеют.

Таким образом, факт причинения смерти К. в результате ДТП, возникшего по причине нарушения правил дорожного движения ФИО5 установлен судом и подтвержден имеющимися в деле доказательствами. Доказательств обратного не представлено.

Из правовой позиции, изложенной в п.8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №23 от 19 декабря 2003 года «О судебном решении» следует, что в силу положений ч.4 ст.61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях деяний лица, в отношении которого вынесен приговор, лишь по вопросам о том, имели ли место эти действия (бездействие) и совершены ли они данным лицом. Исходя из этого суд, принимая решение по иску, вытекающему из уголовного дела, не вправе входить в обсуждение вины ответчика, а может разрешать вопрос лишь о размере возмещения. В решении суда об удовлетворении иска, помимо ссылки на приговор по уголовному делу, следует также приводить имеющиеся в гражданском деле доказательства, обосновывающие размер присужденной суммы.

Родство погибшего К. как отца с дочерью и сыном, соответственно, с ФИО4, ФИО6 подтверждается имеющимися в материалах дела копиями свидетельств о рождении. 

Согласно справке администрации Павлоградского городского поселения К. на день смерти проживал в 

<

адрес>. Совместно с ним значились сестра И., дочь ФИО4, сын ФИО6, а также бывшая супруга К.Р.Т.

При этом, сын ФИО6 длительное время с отцом фактически не проживал, на что он указывал в ходе рассмотрения уголовного дела. 

Тем не менее, оба истца указывают на сложившиеся у них с отцом близкие родственные отношения. 

ФИО4 указала в иске о том, что после смерти отца у нее ухудшилось состояние здоровья. 

Из выписок посещения физиотерапевта ООО «,,," следует, что ФИО4 в ноябре 2023 года дважды обращалась к врачу в связи с частными болями в шейном отделе позвоночника. 

Из содержания заочного решения мирового судьи судебного участка №24 в Павлоградском судебном районе Омской области от ДД.ММ.ГГГГ следует, что брак между К.Р.Т. (мать ФИО4) и К. был расторгнут. При этом, в качестве мотивов для расторжения брака истцом К.Р.Т. было указано о злоупотреблении супругом спиртными напитками, скандалы и оскорбления с его стороны в присутствии детей. 

По данным ОГАИ ОМВД России по Павлоградскому району К. в 2023 году был привлечен к административной ответственности три раза по ст.12.9 КоАП РФ, а также трижды по ст.12.6 КоАП РФ. 

Вместе с тем, администрацией Павлоградского городского поселения в характеристике указано, что К. за время проживания на территории поселения зарекомендовал себя положительно, жалоб на него не поступало.

Аналогично характеризовал К. УУП ОМВД России по Павлоградскому району. 

По сведениям БУЗОО «Павлоградская ЦРБ» К. на учете у врачей нарколога и психиатра не состоял.

Согласно расписке ФИО6 от ДД.ММ.ГГГГ он получил от ФИО2 в счет компенсации морального вреда 15 000 рублей. 

В ответ на запрос суда ОГАИ ОМВД России по Павлоградскому району представлены сведения о том, что автомобиль ВАЗ-21102, государственный регистрационный знак №, был зарегистрирован в период с 16 июня 2020 года по 18 июня 2024 года на имя ФИО2

ФИО3 и ФИО2 являются родителями ФИО7, что подтверждается данными АИС ЕГР ЗАГС.

Согласно справке о составе семьи, представленной администрацией Павлоградского городского поселения, ФИО3 и ФИО2 проживают с детьми ФИО5, З.В.А., З.Е.А.

На дату ДТП все дети являлись несовершеннолетними. ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 достиг совершеннолетия. 

По данным ЕГРН жилое помещение, в котором проживает семья, принадлежит супругам и детям на праве общей долевой собственности. 

На ФИО2, ФИО3, ФИО5 согласно характеристикам администрации поселения жалоб не поступало. 

ФИО3 трудоустроен у ИП ФИО17, ФИО2 не работает, является получателем пособия на ребенка. 

Согласно характеристикам УУП ОМВД России по Павлоградскому району, БПОУ ОО «,,,» ФИО5 зарекомендовал себя удовлетворительно.

При этом, в соответствии с данными ИЦ УМВД России по Омской области от неоднократно привлекался к административной ответственности по ч.1 ст.12.7 КоАП РФ. 

С учетом исследованных доказательств суд приходит к выводы о том, что законным владельцем транспортного средства, которым в момент ДТП управлял ФИО5 являлась ФИО2

Транспортное средство согласно данным ОГАИ было зарегистрировано на ее имя. 

Ответчики ФИО3 и ФИО2 пояснили в судебном заседании, что приобретен автомобиль был для использования его ФИО2 

Согласно материалам дела именно ФИО2 допускала к управлению транспортным средством сына ФИО5 в период его несовершеннолетия и в отсутствие у него права управления транспортным средством. 

Будучи допрошенным ДД.ММ.ГГГГ в качестве подозреваемого ФИО5 в присутствии своего законного представителя ФИО2 пояснил, что вечером ДД.ММ.ГГГГ он попросил у матери разрешение покататься на принадлежащем ей автомобиле ВАЗ-21102, та разрешила взять автомобиль, при этом, разрешила кататься только по своей улице. 

Иные пояснения ответчиков в судебном заседании, по мнению суда, не являются убедительными. 

Таким образом, усматривается, что ФИО2 систематически предоставляла возможность ФИО5 пользоваться транспортным средством. При этом именно ФИО2, как лицо, отвечающее за безопасность использования источника повышенной опасности, обязана была не допускать управлениям им сыном, не имеющим права управления транспортным средством. Эту обязанность ФИО2 проигнорировала, фактически допустила бесконтрольное использование транспортным средством лицом, у которого такое право отсутствует, то есть способствовала возникновению потенциальной опасности для окружающих.

Поскольку достоверно установлено, что ответчик ФИО2, являясь владельцем (титульным собственником) источника повышенной опасности – названного транспортного средства, передала полномочия по владению этим транспортным средством лицу, не имеющему права управления транспортным средством, – соответчику ФИО5, виновному в причинении смерти К. в результате ДТП, суд приходит к выводу, что они отвечают перед истцами по делу солидарно.

С учетом изложенных обстоятельств оснований для удовлетворения в настоящее время требований к ответчику ФИО3 суд не находит. 

Определяя размер компенсации морального вреда, суд исходит из того, что размер должен отвечать цели, для достижения которой он установлен законом, а именно компенсировать истцам перенесенные в связи со смертью близкого человека нравственные страдания; сумма компенсации морального вреда должна быть разумной и справедливой, позволяющей, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой не вести к нарушению прав ответчиков, не должна допустить неосновательного обогащения истцов и не должна поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лиц, ответственных за возмещение вреда.

Суд учитывает индивидуальные особенности личности истцов, возраст каждого из них, факт более длительного проживания с отцом именно дочери, передачу ФИО2 денежных средств ФИО6 в счет компенсации морального вреда. 

При этом суд не может принять во внимание доводы представителя ответчика о том, что между погибшим и детьми не было близких родственных отношений, основанные на содержании решения о расторжении брака между К. и К.Р.Т.

Названное решение вынесено в 2006 году, а в материалах дела имеются характеристики погибшего, в которых указано, что он на дату смерти зарекомендовал себя положительно. На учете у врача нарколога и психиатра К. не состоял. 

Относительно доводов истца ФИО4 об ухудшении состояния ее здоровья суд полагает необходимым отметить, что доказательств причинно-следственной связи такого ухудшения именно и смерти отца материалы дела не содержат. 

Также суд учитывает поведение ответчика ФИО5, как виновника ДТП, после случившегося, выразившееся в том, что он признал вину, раскаялся в содеянном, вызвал скорую помощь для пострадавшего; имущественное положение солидарных ответчиков ФИО5 и ФИО2, не работающих в настоящее время, наличие у ФИО2 двух несовершеннолетних детей на иждивении. 

При этот, следует отметить, что оба ответчика ФИО5 и ФИО2 являются трудоспособными, находятся в социально активном возрасте, объективных причин, препятствующих их трудоустройству не имеется. Доказательств обратного суду не представлено. 

Оснований для освобождения ответчиков от ответственности полностью или частично в соответствии с пунктами 2 и 3 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, по мнению суда, не имеется.

Материалы дела не содержат доказательств наличия в действиях погибшего грубой неосторожности. Сам по себе факт привлечения ранее К. к административной ответственности не свидетельствует о нарушении им правил дорожного движения в момент ДТП.

Гибель близкого человека, которая является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи (истцы потеряли отца), в связи с чем приходит к выводу о том, что компенсация в размере 700 000 рублей в пользу ФИО6, 750 000 рублей в пользу ФИО4 будет отвечать требованиям разумности и справедливости.

Кроме того, с ответчиков также солидарно в доход бюджета Павлоградского муниципального района подлежит взысканию сумма госпошлины в размере 600 рублей в связи с удовлетворением двух требований о взыскании компенсации морального вреда. 

Руководствуясь ст.ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО6, ФИО4 к ФИО5, ФИО2 удовлетворить частично.

Взыскать солидарно с ФИО5 (ИНН №), ФИО2 (ИНН №) в пользу ФИО6 (ИНН №) в счет компенсации морального вреда денежные средства в сумме 700 000 (Семьсот тысяч) рублей.

Взыскать солидарно с ФИО5 (ИНН №), ФИО2 (ИНН №) в пользу ФИО4 (ИНН №) в счет компенсации морального вреда денежные средства в сумме 750 000 (Семьсот пятьдесят тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части требований к ФИО5, ФИО2, а также в удовлетворении исковых требований к ФИО3 отказать.

Взыскать солидарно с ФИО5 (ИНН №), ФИО2 (ИНН №) в доход бюджета Павлоградского муниципального района государственную пошлину в размере 600 рублей. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Омский областной суд через Павлоградский районный суд Омской области в течение месяца со дня принятия его в окончательной форме.

Судья Е.С. Кривоногова

Решение суда в окончательной форме принято 25 июля 2024 года