Производство № 2-1839/2025

УИД 28RS0004-01-2025-001360-04

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

22 апреля 2025 года г. Благовещенск 

Благовещенский городской суд Амурской области в составе:

председательствующего судьи Колмогоровой Ю.Е.,

при секретаре Совгир А.С.,

с участием прокурора отдела прокуратуры Амурской области – Бородиной К.Н., представителя ответчика – адвоката Терлецкой О.А., 

рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению прокурора Амурской области к ФИО1 о взыскании денежных средств,

УСТАНОВИЛ:

Прокурор Амурской области, действуя в интересах Российской Федерации, обратился в суд с настоящим исковым заявлением к ФИО1, в обоснование, указав, что приговором Благовещенского городского суда от 10.11.2024 ФИО1 осужден по п. «в» ч. 5 ст. 290, ч. 3 ст. 30, п. «в» ч. 5 ст. 290, ч. 3 ст. 33 ч. 1 ст. 285 УК РФ, с назначением наказания в виде 9 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, co штрафом в размере 2,5 млн. руб., с лишением права занимать должности на государственной службе, связанные с осуществлением функций представителя власти в системе правоохранительных органов, сроком на 5 лет, с лишением специального звания «полковник полиции». Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Амурского областного суда от 16.07.2024 года приговор Благовещенского городского суда от 10.11.2023 года изменен по доводам апелляционного представления государственного обвинителя в части наказания иных соучастников, в отношении ФИО1 — оставлен без изменения. Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Девятого кассационного суда общей юрисдикции от 18.12.2024 года указанные судебные решения изменены в части указания процента удержания из заработка осужденных ФИО2 и Николаи А.Б. в доход государства при исполнении назначенного наказания в виде принудительных работ. В части решения о конфискации в силу п. 1 ч. 3 ст. 81 УПК РФ наручных часов «PATEK PHILIPPE», «HAMILTON», «TITONI», изъятых в ходе обыска в жилище ФИО1, судебные акты отменены с направлением уголовного дела в данной части на новое рассмотрение в порядке главы 47 УПК РФ. Указанными судебными решениями, бывший начальник межрайонного отдела по борьбе с преступлениями в сфере металлургии, лесопромышленного комплекса, на потребительском рынке, отраслях сельского хозяйства, промышленного комплекса и внешнеэкономической деятельности УЭБ и ПК УМВД России по Амурской области ФИО1 осужден по п. «в» ч. 5 ст. 290 УК РФ по факту получения взятки в крупном размере в сумме 300 000 руб. от ФИО3 за совершение незаконных действий, выразившихся в даче заведомо незаконных указаний подчиненным ему сотрудникам о непроведении проверок в помещениях, использованных ФИО3 для организации азартных игр. Преступление совершено в 2016 году. Судом установлено, что ФИО1, занимая должность начальника межрайонного отдела по борьбе с преступлениями в сфере металлургии, лесопромышленного комплекса, на потребительском рынке, отраслях сельского хозяйства, агропромышленного комплекса и внешнеэкономической деятельности УЭБ и ПК УМВД России по Амурской области и являясь должностным лицом органа внутренних дел, наделенным в установленном законом порядке распорядительными полномочиями в отношении лиц, не находящихся от него в служебной зависимости, а также право принимать решения, обязательные для исполнения гражданами, организациями, учреждениями независимо от их ведомственной принадлежности и форм собственности, то есть представителем власти, в период с 01.01.2016 г. по 01.08.2016 г. в г. Благовещенске Амурской области лично получил от ФИО3 взятку в виде денег в размере 300 000 руб. за совершение, в нарушение ч. 1 ст. 19 Конституции РФ, ст.ст. 1,2, ч. 1 ст. 6, п.п. 1,2,12 ч. 1 ст. 12 ФЗ «О полиции», п. 5 ч. 1 ст. 3, ч. 1, ч. 2 ст. 9 Федерального закона от 29.12.2006 № 244-ФЗ «О государственном регулировании деятельности по организации и проведению азартных игр и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации», незаконных действий в пользу взяткодателя в лице ФИО3, выражающихся в даче заведомо незаконных указаний подчиненным ему сотрудникам о не проведении проверок в помещениях, по адресам: *** в которых ФИО3 были организованы азартные игры, и незаконное бездействие, выражающееся в не организации проведения мероприятий по предупреждению, пресечению, выявлению и раскрытию деяний совершаемых ФИО3, имеющих признаки преступлений, предусмотренных ст. 171.2 УКРФ. В ходе предварительного следствия по уголовному делу № 12102100022000040 денежные средства в сумме 300 000 руб., полученные ФИО1 в качестве взятки не обнаружены и не изъяты, в связи, с чем при постановлении приговора судом первой инстанции вопрос о конфискации предмета взятки не решался. Таким образом, полученным незаконным материальным вознаграждением в общей сумме 300 000 рублей ФИО1 распорядился по своему усмотрению.

Указывая, что правоотношения, сложившиеся между ФИО1 и ФИО3 отвечают требованиям сделки, совершенной с целью, заведомо противной основам правопорядка и нравственности, что влечёт признание сделки недействительной в силу ничтожности, в которой одна сторона берёт на себя обязательство незаконно передать денежные средства, другая сторона в сделке берёт на себя обязательство получить указанные денежные средства и совершить определённые действия в пользу этого лица, с учётом, что получение ответчиком имущества в виде взятки носит заведомо антисоциальный характер для всех сторон сделки, истец просит суд взыскать с ФИО1 в пользу Российской Федерации денежные средства в размере 300 000 рублей.

Определением Благовещенского городского суда Амурской области от 27 февраля 2025 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ГУФСИН по Приморскому краю.

Будучи извещенными о дате, времени и месте судебного заседания, в него не явились ответчик ФИО1, обеспечив явку представителя Терлецкой О.А. в судебное заедание, представитель третьего лица ГУФСИН по Приморскому краю, извещенные о дате и времени проведения судебного заседания надлежащим образом.

Согласно ч. 1 ст. 113 ГПК РФ лица, участвующие в деле, извещаются о времени и месте судебного заседания заказным письмом с уведомлением о вручении, судебной повесткой с уведомлением о вручении, телефонограммой или телеграммой, по факсимильной связи либо с использованием иных средств связи и доставки, обеспечивающих фиксирование судебного извещения или вызова и его вручение адресату.

В судебном заседании прокурор отдела прокуратуры Амурской области – Бородина К.Н. настаивала на доводах искового заявления, просила суд удовлетворить заявленные исковые требования в полном объеме. Возражала по доводам о пропуске срока исковой давности, указав, что Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что сроки исковой давности по делам данной категории не исчисляются, в случае исчисления срока исковой давности полагала необходимым его учитывать с момента вступления приговора суда в законную силу.

Представитель ответчика Терлецкая О.А. в судебном заседании просила отказать в удовлетворении исковых требований, поддержала доводы, указанные в отзыве на исковое заявление представителя ответчика – ФИО4, согласно которым указала что ФИО1 вину в получении взятки от ФИО3 не признает, денежные средства не получал и не распоряжался ими, кроме того указала, что преступление ответчиком было совершено в 2016 году, в соответствии со ст. 196 ГПК истцом пропущен общий срок исковой давности.

Выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, изучив материалы гражданского дела, суд пришел к следующим выводам.

Из материалов дела следует, что приговором Благовещенского городского суда от 10 ноября 2023 года постановлено признать ФИО1 виновным в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 5 ст.290, ч. 3 ст. 30 п. «в» ч. 5 ст. 290, ч. 3 ст. 33 ч. 1 ст. 285 Уголовного кодекса Российской Федерации и назначить ему наказание: по п. «в» ч. 5 ст.290 Уголовного кодекса Российской Федерации в виде 8 (восьми) лет лишения свободы, со штрафом в размере пятикратной суммы взятки, то есть в размере 1 500 000 (один миллион пятьсот тысяч) рублей, с лишением права занимать должности на государственной службе, связанные с осуществлением функций представителя власти в системе правоохранительных органов, сроком на 3 (три) года, с лишением специального звания «полковник полиции»; по ч. 3 ст. 30 п. «в» ч. 5 ст. 290 Уголовного кодекса Российской Федерации в виде 7 (семи) лет лишения свободы, со штрафом в размере пятикратной суммы взятки, то есть в размере 1 500 000 (один миллион пятьсот тысяч) рублей, с лишением права занимать должности на государственной службе, связанные с осуществлением функций представителя власти в системе правоохранительных органов, сроком на 3 (три) года, с лишением специального звания «полковник полиции»; по ч. 3 ст. 33 ч. 1 ст. 285 Уголовного кодекса Российской Федерации в виде лишения свободы на срок 2 (два) года с лишением права занимать должности на государственной службе, связанные с осуществлением функций представителя власти в системе правоохранительных органов на 2 (два) года.

В силу с ч. 3 ст. 69 Уголовного кодекса Российской Федерации, путем частичного сложения назначенных наказаний, назначить ФИО1 наказание, по совокупности преступлений, в виде 9 (девяти) лет лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, со штрафом в размере 2 500 000 (два миллиона пятьсот тысяч) рублей, с лишением права занимать должности на государственной службе, связанные с осуществлением функций представителя власти в системе правоохранительных органов, сроком на 5 (пять) лет, с лишением специального звания «полковник полиции».

Указанным приговором установлено, что в период с 01.01.2016 по 01.08.2016, в г. Благовещенске Амурской области, ФИО1 реализуя свой умысел, встретившись с ФИО3, лично получил от него взятку в виде денег в размере 300000 рублей, то есть в крупном размере, за совершение, в нарушение ч. 1 ст. 19 Конституции РФ, ст.ст. 1,2, ч. 1 ст. 6, п.п. 1,2,12 ч. 1 ст. 12 ФЗ «О полиции», п. 5 ч. 1 ст. 3, ч. 1, ч. 2 ст. 9 Федерального закона от 29.12.2006 № 244-ФЗ «О государственном регулировании деятельности по организации и проведению азартных игр и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации», незаконных действий в пользу взяткодателя в лице ФИО3, выражающихся в даче заведомо незаконных указаний подчиненным ему сотрудникам о не проведении проверок в помещениях, по адресам: *** *** в которых ФИО3 были организованы азартные игры, и незаконное бездействие, выражающееся в не организации проведения мероприятий по предупреждению, пресечению, выявлению и раскрытию деяний совершаемых ФИО3, имеющих признаки преступлений, предусмотренных ст. 171.2 УК РФ.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Амурского областного суда от 16.07.2024 года приговор Благовещенского городского суда от 10.11.2023 года изменен по доводам апелляционного представления государственного обвинителя в части наказания иных соучастников (ФИО5, ФИО2, Николаи А.Б.), в отношении ФИО1 — оставлен без изменения.

Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Девятого кассационного суда общей юрисдикции от 18.12.2024 года указанные судебные решения изменены в части указания процента удержания из заработка осужденных ФИО2 и Николаи А.Б. в доход государства при исполнении назначенного наказания в виде принудительных работ. В части решения о конфискации в силу п. 1 ч. 3 ст. 81 УПК РФ наручных часов «PATEK PHILIPPE», «HAMILTON», «TITONI», изъятых в ходе обыска в жилище ФИО1, судебные акты отменены с направлением уголовного дела в данной части на новое рассмотрение в порядке главы 47 УПК РФ. В остальном приговор суда и апелляционное определение оставлены без изменений.

В ходе предварительного следствия по уголовному делу № 12102100022000040 денежные средства в сумме 300 000 руб., полученные ФИО1 в качестве взятки не обнаружены и не изъяты, в связи, с чем при постановлении приговора судом первой инстанции вопрос о конфискации предмета взятки не решался.

В силу части 2 статьи 13 ГПК РФ вступившие в законную силу судебные постановления, а также законные распоряжения, требования, поручения, вызовы и обращения судов являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, граждан, организаций и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации.

Частью 4 статьи 61 ГПК РФ предусмотрено, что вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

В связи с чем все изложенные стороной ответчика доводы о непризнании ФИО1 вины в получении взятки, фактически направлены на оспаривание вышеуказанных судебных актов, что является недопустимым в силу положений статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и отклоняются судом.

Разрешая ходатайство представителя ответчика о применении последствий пропуска срока исковой давности, суд отмечает следующее.

Согласно ч. 1 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Согласно ч. 1 ст. 200 ГК РФ если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Вопреки доводам стороны ответчика, поскольку иск заявлен о применении последствий недействительности ничтожной сделки, в виде взыскания денежных средств по ней полученных в доход государства, заявленные требования носят имущественный характера, законодатель не ставит вопрос о применении указанного срока в зависимость от совершения преступления, то суд приходит к выводу о том, что прокурором срок исковой давности не пропущен, с учетом того, что приговор в отношении ФИО1 вступил в законную силу 16.07.2024 г., а прокурор с иском обратился 31.01.2025 г.

Рассматривая требования прокурора по существу, суд отмечает, что в обоснование заявленных требований истец ссылается на то, что преступные действия ответчика по получению взяток являются ничтожными сделками, совершенными с целью заведомо противоправной основам правопорядка и нравственности, в связи с чем на основании положений ст. ст. 167 и 169 ГК РФ подлежат применению последствия их недействительности в виде взыскания денежных средств в доход Российской Федерации.

Согласно ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Преступлением же признается виновно совершенное общественно опасное деяние, запрещенное данным кодексом под угрозой наказания (ч. 1 ст. 14 УК РФ).

Таким образом, действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей, в частности по передаче денежных средств и иного имущества (сделки), в случае их общественной опасности и обусловленного этим уголовно-правового запрета могут образовывать состав преступления, например, сделки с объектами гражданских прав, оборотоспособность которых ограничена законом, передача денежных средств и имущества в противоправных целях и т. п.

Квалификация одних и тех же действий как сделки по нормам ГК РФ и как преступления по нормам УК РФ влечет разные правовые последствия: в первом случае – признание сделки недействительной (ничтожной) и применение последствий недействительности сделки судом в порядке гражданского судопроизводства либо посредством рассмотрения гражданского иска в уголовном деле, во втором случае – осуждение виновного и назначение ему судом наказания и иных мер уголовно-правового характера, предусмотренных УК РФ, либо освобождение от уголовной ответственности и наказания или прекращение дела по нереабилитирующим основаниям в порядке, предусмотренном УПК РФ.

Между тем, признание лица виновным в совершении преступления и назначение ему наказания по нормам УК РФ сами по себе не означают, что действиями осужденного не были созданы изменения в гражданских правах и обязанностях участников гражданских правоотношений, а также не означают отсутствия необходимости в исправлении таких последствий.

Недействительность сделок, нарушающих требования закона или иного правового акта, в отсутствие иных, специальных оснований недействительности сделки предусмотрена ст. 168 ГК РФ.

При этом, если сделка не просто незаконна, а совершена с целью, противной основам правопорядка и нравственности, что очевидно в случае ее общественной опасности и уголовно-правового запрета, такая сделка является ничтожной в силу ст. 169 ГК РФ, согласно которой сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда РФ, изложенной в определении от 8 июня 2004 года № 226-О ст. 169 ГК РФ указывает, что квалифицирующим признаком антисоциальной сделки является ее цель, то есть достижение такого результата, который не просто не отвечает закону или нормам морали, а противоречит – заведомо и очевидно для участников гражданского оборота – основам правопорядка и нравственности. Антисоциальность сделки, дающая суду право применять данную норму ГК РФ, выявляется в ходе судопроизводства с учетом всех фактических обстоятельств, характера допущенных сторонами нарушений и их последствий.

В свою очередь ст. 169 ГК РФ предусмотрено, что такая сделка влечет последствия, установленные ст. 167 ГК РФ. В случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом.

Исходя из положений п. п. 1 и 2 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Как разъяснено в п. 85 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в качестве сделок, совершенных с указанной целью, могут быть квалифицированы сделки, которые нарушают основополагающие начала российского правопорядка, принципы общественной, политической и экономической организации общества, его нравственные устои. К названным сделкам могут быть отнесены, в частности, сделки, направленные на производство и отчуждение объектов, ограниченных в гражданском обороте (соответствующие виды оружия, боеприпасов, наркотических средств, другой продукции, обладающей свойствами, опасными для жизни и здоровья граждан, и т. п.); сделки, направленные на изготовление, распространение литературы и иной продукции, пропагандирующей войну, национальную, расовую или религиозную вражду; сделки, направленные на изготовление или сбыт поддельных документов и ценных бумаг; сделки, нарушающие основы отношений между родителями и детьми. Нарушение стороной сделки закона или иного правового акта, в частности уклонение от уплаты налога, само по себе не означает, что сделка совершена с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности. Для применения ст. 169 ГК РФ необходимо установить, что цель сделки, а также права и обязанности, которые стороны стремились установить при ее совершении, либо желаемое изменение или прекращение существующих прав и обязанностей заведомо противоречили основам правопорядка или нравственности и хотя бы одна из сторон сделки действовала умышленно. Сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, влечет общие последствия, установленные ст. 167 ГК РФ (двусторонняя реституция). В случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом.

Таким образом, признание сделки ничтожной на основании ст. 169 ГК РФ влечет общие последствия, предусмотренные ст. 167 ГК РФ, в виде двусторонней реституции, а взыскание в доход Российской Федерации всего полученного по такой сделке возможно в случаях, предусмотренных законом, однако в качестве такого закона, устанавливающего гражданско-правовые последствия недействительности сделок, не могут рассматриваться нормы УК РФ о конфискации имущества.

Так, в силу ч. ч. 1 и 2 ст. 2 УК РФ задачами УК РФ являются: охрана прав и свобод человека и гражданина, собственности, общественного порядка и общественной безопасности, окружающей среды, конституционного строя Российской Федерации от преступных посягательств, обеспечение мира и безопасности человечества, а также предупреждение преступлений. Для осуществления этих задач УК РФ устанавливает основание и принципы уголовной ответственности, определяет, какие опасные для личности, общества или государства деяния признаются преступлениями, и устанавливает виды наказаний и иные меры уголовно-правового характера за совершение преступлений.

Частью 1 ст. 3 УК РФ предусмотрено, что преступность деяния, а также его наказуемость и иные уголовно-правовые последствия определяются только УК РФ.

Как указано в определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 04 февраля 2025 года № 25-КГ24-14-К4 конфискация имущества относится к иным мерам уголовно-правового характера (глава 15.1 Уголовного кодекса Российской Федерации) и согласно части 1 статьи 104.1 названного кодекса состоит в принудительном безвозмездном изъятии и обращении в собственность государства на основании обвинительного приговора следующего имущества: а) денег, ценностей и иного имущества, полученных в результате совершения преступлений, предусмотренных в том числе статьей 290 этого кодекса; б) денег, ценностей и иного имущества, в которые имущество, полученное в результате совершения преступлений, предусмотренных статьями, указанными в пункте «а» данной части, и доходы от этого имущества были частично или полностью превращены или преобразованы.

Из абз. 2 п. 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 14 июня 2018 года № 17 следует, что по делам о коррупционных преступлениях деньги, ценности и иное имущество, переданные в виде взятки или предмета коммерческого подкупа, подлежат конфискации и не могут быть возвращены взяткодателю либо лицу, совершившему коммерческий подкуп, в том числе в случаях, когда они освобождены от уголовной ответственности.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 июня 2018 г. № 17 «О некоторых вопросах, связанных с применением конфискации имущества в уголовном судопроизводстве», конфискация имущества является мерой уголовно-правового характера, состоящей в принудительном безвозмездном его изъятии и обращении в собственность государства, что связано с ограничением конституционного права граждан на частную собственность и осуществляется в точном соответствии с положениями Конституции Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права и международными договорами Российской Федерации, требованиями уголовного и уголовно-процессуального законодательства.

С учетом приведенных выше норм права и разъяснений Пленума Верховного Суда РФ, предусмотренная ст. 104.1 УК РФ конфискация имущества, переданного в виде взятки, является мерой уголовно-правового характера и применяется на основании постановления суда, вынесенного по результатам рассмотрения уголовного дела, а не решения суда по гражданскому делу.

Применение принудительных мер уголовно-правового характера в порядке гражданского судопроизводства, тем более после вступления в законную силу приговора суда, которым определено окончательное наказание лицу, осужденному за совершение преступления, является недопустимым, поскольку никто не может быть повторно осужден за одно и то же преступление (часть 1 статьи 50 Конституции Российской Федерации).

При этом гражданское судопроизводство не может использоваться для исправления недостатков и упущений уголовного процесса, если таковые имели место.

Более того, суд полагает необходимым указать, что ссылка искового заявления прокурора на постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 31 октября 2024 г. № 49-П не может быть признана допустимой, поскольку Конституционный Суд Российской Федерации определил, что предметом данного постановления являются взаимосвязанные статьи 195, 196, пункт 1 статьи 197, пункт 1 и абзац второй пункта 2 статьи 200, абзац второй статьи 208 Гражданского кодекса Российской Федерации в той мере, в какой на их основании в системе действующего правового регулирования решается вопрос о возможности распространения установленных ими положений об исковой давности на содержащиеся в исковых заявлениях Генерального прокурора Российской Федерации или подчиненных ему прокуроров требования об обращении в доход Российской Федерации имущества как приобретенного лицом, замещающим (занимающим) или замещавшим (занимавшим) должность, на которую распространяются требования и запреты, направленные на предотвращение коррупции, вследствие их нарушения, в том числе имущества, в которое первоначально приобретенное в результате совершения указанных нарушений имущество (доходы от такого имущества) было частично или полностью превращено или преобразовано.

Таким образом, положения статьи 169 Гражданского кодекса Российской Федерации предметом рассмотрения Конституционного Суда не являлись.

Вместе с тем, в абзаце пятом пункта 3.2 названного выше постановления Конституционный Суд Российской Федерации дал однозначное толкование о том, что новая редакция статьи 169 Гражданского кодекса Российской Федерации, в отличие от предшествующей, связывает возможность взыскания полученного по сделке, совершенной с заведомо противной основам правопорядка и нравственности целью, в доход Российской Федерации с наличием специального указания на такое последствие в законе, а предшествующая редакция, не требовавшая такого специального указания в законе, применяется к сделкам, совершенным до вступления в силу действующей редакции этой статьи (часть 6 статьи 3 Федерального закона от 7 мая 2013 г. № 100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации»).

По настоящему делу действия ответчика, оспариваемые прокурором как сделка, совершенная в период действия новой редакции статьи 169 Гражданского кодекса Российской Федерации, требуют в соответствии с толкованием Конституционного Суда Российской Федерации специального указания в законе на обращение предмета сделки в доход Российской Федерации.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что отсутствуют основания для удовлетворения исковых требований по изложенным в иске основаниям.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковое заявление прокурора Амурской области к ФИО1 о взыскании денежных средств, - оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Амурский областной суд через Благовещенский городской суд в течение месяца со дня составления решения в окончательной форме.

Судья Ю.Е. Колмогорова 

Решение суда в окончательной форме составлено 19 мая 2025 года.