Дело №2-3982/2023

26RS0002-01-2023-005506-09

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

г. Ставрополь

11 декабря 2023 года

Ленинский районный суд города Ставрополя, в составе:

председательствующего судьи Афанасовой Е.К., 

при секретаре Прониной И.С.,

с участием:

представителя истца ФИО1 по доверенности Б.Н.С.,

представителя ответчика ФИО2 по доверенности А.Ф.А.,

представителя третьего лица ФИО3 по доверенности З.С.И., 

представителя третьего лица П.А.С. по доверенности В.В.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Ленинского районного суда города Ставрополя гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 (в последствии уточненному), о признании договора дарения недействительным, исковому заявлению третьего лица, заявляющего самостоятельные требования ФИО3 (в последствии уточненному), об установлении юридически значимого факта, государственной регистрации перехода права собственности на квартиру на основании договора купли-продажи,

установил:

ФИО1 обратился в суд к ФИО2 с иском о признании недействительным договора дарения недвижимости.

В обоснование заявленных требований истец указывает, что 

<

дата обезличена> ФИО2 на основании договора дарения получил в дар жилое помещение, а именно квартиру общей площадью 22 кв.м., расположенную по адресу: 

<

адрес обезличен>. 

Указанная квартира ранее принадлежала ФИО4, 

<

дата обезличена> года рождения.

Как указывает истец, о данном договоре ему стало известно в 

<

дата обезличена> года. ФИО4 является матерью истца и матерью ответчика, при этом истцу известно о состоянии здоровья своей матери известно, что она не контролирует свое поведение и не осознает свои действия. ФИО4 имеет диагноз – болезнь Паркинсона, акинетико-ригидная форма, Ц ВБ, ДЭ 3 ст, сосудистая деменция. 

Согласно уточненным исковым требованиям следует, что 

<

дата обезличена> между ФИО4 и ФИО2 также заключен договор дарения части жилого дома площадью 96,30 кв.м. и 5/100 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок, расположенные по адресу: 

<

адрес обезличен>.

В связи с изложенным, просит признать недействительным договор дарения квартиры площадью 24 кв.м., расположенной по адресу: 

<

адрес обезличен>, заключенный между ФИО4 и ФИО2; признать недействительным договор дарения части жилого дома площадью 96,30 кв.м. и 5/100 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок, расположенные по адресу: 

<

адрес обезличен>, заключенный между ФИО4 и ФИО2; применить последствия недействительности сделок, признав прекращенным право собственности ФИО2 на указанные объекты недвижимости.

В ходе рассмотрения дела третьим лицом ФИО3 заявлено требование (впоследствии уточненное) о государственной регистрации права собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес обезличен>.

Определением суда от 

<

дата обезличена>, в соответствии с ч.1 ст. 42 Гражданского процессуального кодекса РФ, указанное заявление принято к рассмотрению, ФИО3 привлечен к участию в производстве по делу в качестве третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора. 

В обоснование заявленных требований ФИО3 указывает, что 

<

дата обезличена> между ФИО2 и ФИО3 заключен договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес обезличен>. До заключения договора 

<

дата обезличена> была составлена расписка, содержащее условие о задатке, согласно которой ФИО2 получил задаток от ФИО3 в размере 

<

данные изъяты> рублей за недвижимость по адресу: 

<

адрес обезличен>. Как следует из указанного договора купли-продажи, квартира продана за 

<

данные изъяты> рублей, уплаченных полностью до подписания договора наличными денежными средствами. Договор между сторонами заключен и исполнен полностью – продавцу переданы деньги, а покупателю – квартира. ФИО3 зарегистрирован по месту постоянного жительства в указанной квартире с 

<

дата обезличена>. Кроме того, начиная с даты подачи задатка ФИО3 оплачивал все коммунальные услуги по указанной квартире. Вместе с тем, ФИО3 не имеет возможности зарегистрировать право собственности на 

<

адрес обезличен>, так как ФИО2 уклоняется от явки в Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по 

<

адрес обезличен>.

На основании изложенного просит: установить юридически значимый факт – признать действующим договор купли-продажи квартиры от 

<

дата обезличена>, заключенный между ФИО2 и ФИО3 в отношении квартиры площадью 22 кв.м., расположенной по адресу: 

<

адрес обезличен>; вынести решение о государственной регистрации сделки – договора купли-продажи квартиры от 

<

дата обезличена>, заключенного между ФИО2 и ФИО3 в отношении квартиры площадью 22 кв.м., расположенной по адресу: 

<

адрес обезличен>; вынести решение о государственной регистрации перехода права собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес обезличен>, на основании договора купли-продажи квартиры от 

<

дата обезличена>, заключенного между ФИО2 и ФИО3

Истец ФИО1 не явился, о месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, причины неявки не известны.

В судебном заседании представитель истца Б.Н.С. исковые требования поддержала в полном объеме, просила их удовлетворить. Дополнительно пояснила, что ФИО4 в настоящее время имеет психическое заболевание, проходит лечение в учреждении в 

<

адрес обезличен>, уход за ней осуществляет ее доверитель – истец.

В судебное заседание ответчик ФИО2 не явился, о месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, причины неявки не известны.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО2 по доверенности А.Ф.А. представила письменные возражения, в которых указала, что ответчик признает требования истца в части признания сделки от 

<

дата обезличена> по отчуждению в дар жилого помещения площадью 96,30 кв.м. и 5/100 долей земельного участка, расположенных по адресу: 

<

адрес обезличен>; в удовлетворении требований истца о признании недействительным договора дарения квартиры площадью 22 кв.м., расположенной по адресу: 

<

адрес обезличен> просит отказать; также просит удовлетворить требования третьего лица о государственной регистрации права собственности ФИО3 на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес обезличен>. Представленные письменные возражения поддержала в полном объеме.

В судебное заседание ответчик ФИО4 не явилась, о месте и времени рассмотрения дела извещена надлежащим образом, причины неявки не известны.

В судебное заседание третье лицо, заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО3 не явился, о месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, причины неявки не известны.

В судебном заседании представитель третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, З.С.И. требования своего доверителя поддержала в полном объеме, просила их удовлетворить. Предоставила письменные пояснения, в которых указывает следующее. На момент приватизации квартиры по адресу: 

<

адрес обезличен>, в ней проживали ФИО4 и ее сын ФИО2, который 

<

дата обезличена> при приватизации указанной квартиры в заявлении указал, что дает согласие на приватизацию только на мать и просит не включать его в договор о передаче жилья в собственность. Таким образом, на момент приватизации истец не проживал и не был зарегистрирован в спорной квартире и не имел права на ее приватизацию. Спустя три года ФИО4 добровольно передала указанную недвижимость сыну ФИО2 по договору дарения. Истец не представил доказательства недееспособности ФИО4 на момент совершения сделки и подписания договора дарения. ФИО4 не признана недееспособной или ограничено дееспособной решением суда, ей не был назначен опекун. Истцом не обосновано, как и когда ему стало известно о нарушенном праве и в чем состоит нарушение его прав. Речь не идет о наследственных правоотношениях, поскольку ФИО4 жива и сама вправе распоряжаться своим имуществом. В связи с изложенным, просит отказать истцу в требованиях о признании недействительным договора дарения 

<

адрес обезличен> от 

<

дата обезличена> и применении недействительности сделки. 

Также в письменных пояснениях указывает, что по договорам купли-продажи ФИО3 приобрел у истца две квартиры: 

<

номер обезличен> и 

<

номер обезличен> по адресу: 

<

адрес обезличен>. Договор купли-продажи 

<

адрес обезличен> был сторонами успешно зарегистрирован и у ФИО3 не было причин в дальнейшем не доверять ФИО5 На протяжении 12 лет ФИО3 с семьей фактически проживает и зарегистрирован по месту постоянного жительства в спорной квартире, и, начиная с даты передачи задатка, ФИО3 оплачивает все коммунальные услуги по указанной квартире. Договор между сторонами заключен и исполнен полностью, поэтому, считая квартиру своей, ФИО3 ждал возможности дооформить сделку юридически. ФИО3 узнал о нарушении своих прав лишь в 

<

данные изъяты> года, когда к нему пришли потенциальные покупатели, которые и сообщили ему о том, что ФИО2 признан банкротом и 

<

адрес обезличен> выставлена на торги в рамках процедуры реализации имущества. Таким образом, ФИО3 владеет спорной квартирой с 

<

дата обезличена> года. Поскольку иск заявлен владеющим субъектом, это исключает применение по иску срока исковой давности в силу ст. 208 ГК РФ.

В судебное заседание третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора, Ш.О.А. не явился, представил отзыв на исковое заявление о признании сделки недействительной, в котором указал следующее. Решением Арбитражного суда 

<

адрес обезличен> от 

<

дата обезличена> по делу №

<

номер обезличен> ФИО2 признан банкротом, в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден Ш.О.А. Полагает, что оснований для удовлетворения требований ФИО1 не имеется ввиду следующего. Исковое заявление подано ненадлежащим истцом, поскольку у ФИО1 отсутствует подлежащий защите интерес. ФИО1 не является стороной оспариваемых сделок; ФИО4 не признана умершей, факт ее смерти не зарегистрирован. Также истцом пропущен срок исковой давности на предъявления требований о признании недействительными оспариваемых сделок. Кроме того, истцом не представлены доказательства, указывающие на признаки недействительности состоявшихся сделок. ФИО4 в настоящее время не признана недееспособной. Полагает, что истец как родной сын ФИО4, поддерживающий семейные отношения с последней и ответчиком, не мог не знать о совершении оспариваемых сделок с момента их совершения, доказательства обратного в материалах дела отсутствуют. Кроме того, как полагает финансовый управляющий, предпринимаемые истцом, ответчиком и супругой ответчика согласованные действия связаны исключительно со стремлением распределить конкурсную массу в свою пользу под видом защиты прав ФИО4, и тем самым лишить кредиторов ФИО2 возможности удовлетворить свои требования к нему. Так, исковое заявление от имени ФИО1 подано Б.Н.С., которая является супругой ответчика в условиях якобы прекращения семейных отношений. В рамках дела о банкротстве ФИО2 финансовым управляющим неоднократно были пресечены согласованные действия ФИО2 и Б.Н.С. по выводу принадлежащего им имущества путем оспаривания совершенных сделок. 

Также представил отзыв на заявление третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, о государственной регистрации перехода права собственности, в котором указал следующее. ФИО3 пропущен установленный срок исковой давности на предъявление требований о государственной регистрации перехода права собственности. Кроме того, заявленные требования не могут быть удовлетворены по причине признания ФИО2 банкротом решением Арбитражного суда 

<

адрес обезличен> от 

<

дата обезличена> по делу 

<

номер обезличен>, поскольку требования истца должны быть заявлены в денежной форме в рамках дела о банкротстве ФИО2

В судебное заседание третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора, П.А.С. не явился, о месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, причины неявки не известны.

В судебном заседании представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, П.А.С. по доверенности ФИО6 в удовлетворении исковых требований ФИО1, а также в удовлетворении требований третьего лица ФИО3 просила отказать в полном объеме.

В судебное заседание М.В.Т., Ш.А.В., не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом, причины неявки не известны.

В соответствии с положениями части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса РФ, дело рассмотрено без участия не явившихся лиц.

Выслушав стороны, исследовав материалы гражданского дела, оценив представленные доказательства с учетом требований закона об относимости, допустимости и достоверности, а также их значимости для правильного разрешения заявленных требований, суд приходит к следующему.

В судебном заседании установлено, что 

<

дата обезличена> между ФИО4 и ФИО2 заключен договор дарения, согласно которому последнему безвозмездно передана в собственность квартира, расположенная по адресу: 

<

адрес обезличен>, общей площадью 22,00 кв.м., назначение – жилое помещение, кадастровый (или условный) 

<

номер обезличен>, инвентарный 

<

номер обезличен>.

<

дата обезличена> Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по 

<

адрес обезличен> осуществлена государственная регистрация права собственности ФИО2 на указанное жилое помещение (номер государственной регистрации права 

<

номер обезличен>). Право собственности ФИО2 на указанное недвижимое имущество на момент рассмотрения дела не прекращено, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра недвижимости. 

Также, 

<

дата обезличена> между ФИО4 и ФИО2 заключен договор дарения, согласно которому последнему безвозмездно передана в собственность часть жилого дома площадью 96,30 кв.м., номера на поэтажном плане помещения 

<

данные изъяты>, условный 

<

номер обезличен>, расположенная в индивидуальном жилом доме по адресу: 

<

адрес обезличен>, а также 5/100 долей в праве общей долевой собственности на земельный участок площадью 815,00 кв.м., кадастровый 

<

номер обезличен>, назначение – земли населенных пунктов, под индивидуальную жилую застройку, расположенный по адресу: 

<

адрес обезличен>.

<

дата обезличена> Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по 

<

адрес обезличен> осуществлена государственная регистрация права собственности ФИО2 на указанные объекты недвижимости (номер государственной регистрации права 

<

номер обезличен>), что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права 

<

номер обезличен> (в отношении части жилого дома) и свидетельством о государственной регистрации права 

<

номер обезличен> (в отношении земельного участка).

Из представленных истцом медицинских документов следует, что по состоянию на 

<

дата обезличена> у ФИО4 установлены следующие диагнозы: болезнь Паркинсона, дисциркуляторная энцефалопатия 3 ст., сосудистая деменция.

Кроме того, в судебном заседании установлено, что 

<

дата обезличена> между ФИО2 и ФИО3 заключен договор купли-продажи квартиры, согласно которому последнему передана в собственность квартира, назначение – жилое, общей площадью 22,0 кв.м., с кадастровым номером 

<

номер обезличен>, инвентарный 

<

номер обезличен>, расположенная по адресу: 

<

адрес обезличен>.

Также установлено, что 

<

дата обезличена> решением Арбитражного суда 

<

адрес обезличен> по делу № 

<

номер обезличен> ответчик ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества, которая на момент рассмотрения настоящего дела не завершена. Финансовым управляющим ФИО2 утвержден Ш.О.А.

На основании абзаца пятого пункта 6 статьи 213.25 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) финансовый управляющий в ходе реализации имущества гражданина от имени гражданина ведет в судах дела, касающиеся имущественных прав гражданина, в том числе об истребовании или о передаче имущества гражданина либо в пользу гражданина, о взыскании задолженности третьих лиц перед гражданином. Гражданин также вправе лично участвовать в таких делах.

В соответствии с пунктом 1 статьи 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

В соответствии с положениями пункта 2 указанной статьи, сделка, совершенная гражданином, впоследствии признанным недееспособным, может быть признана судом недействительной по иску его опекуна, если доказано, что в момент совершения сделки гражданин не был способен понимать значение своих действий или руководить ими; сделка, совершенная гражданином, впоследствии ограниченным в дееспособности вследствие психического расстройства, может быть признана судом недействительной по иску его попечителя, если доказано, что в момент совершения сделки гражданин не был способен понимать значение своих действий или руководить ими и другая сторона сделки знала или должна была знать об этом.

Исходя из представленных материалов следует, что ФИО4 в установленном законом порядке недееспособной либо ограниченной в дееспособности судом не признавалась, доказательств обратному не представлено. В связи с изложенным, заявленные требования рассматриваются применительно к положениям пункта 1 статьи 177 ГК РФ.

При разрешении спора о признании недействительными договоров дарения, заключенных между ФИО4 и ФИО2, по указанному основанию, юридически значимым обстоятельствам является наличие порока воли дарителя (ФИО4) при совершении указанных сделок.

Согласно статье 12 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, разъясняет лицам, участвующим в деле, их права и обязанности, предупреждает о последствиях совершения или несовершения процессуальных действий, оказывает лицам, участвующим в деле, содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства при рассмотрении и разрешении гражданских дел.

В соответствии с частью 1 статьи 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. 

Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались (ч. 2 данной статьи).

В статье 60 ГПК РФ предусмотрено, что обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

В силу ч. 1 ст. 79 ГПК РФ при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу.

В соответствии с абзацем 3 пункта 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 июня 2008 г. N 11 "О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству" во всех случаях, когда по обстоятельствам дела необходимо выяснить психическое состояние лица в момент совершения им определенного действия, должна быть назначена судебно-психиатрическая экспертиза, например, при рассмотрении дел о признании недействительными сделок по мотиву совершения их гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими (статья 177 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, из совокупности исследованных судом доказательств с учетом вышеприведенных правовых норм суд приходит к выводу о том, что для разрешения возникшего спора необходимо наличие специальных познаний, тогда как без назначения судебной психолого-психиатрической экспертизы невозможно принять законное и обоснованное решение в целях неуязвимости решения суда, поскольку суд без проведения экспертизы самостоятельно лишен возможности определить наличие юридически значимого обстоятельства как совершение ФИО4 сделки по отчуждению имущества в дар без наличия внутренней воли на ее совершение.

При этом суд отмечает, что, инициируя спор в суде именно на истце, как на субъекте доказывания, лежит обязанность по доказыванию обстоятельств обоснованности его требований, тогда как суд в порядке ст. 57 ГПК РФ оказывает содействие в собирании доказательств в обеспечение наличия таковых к моменту разрешения спора.

В ходе рассмотрения дела стороной истца ходатайство о назначении судом и проведении судебной психолого-психиатрической экспертизы заявлено не было. Вместе с тем, по инициативе суда на разрешение сторон был поставлен вопрос о назначении по делу судебной психолого-психиатрической экспертизы. Представитель истца пояснила, что вопрос о необходимости назначения данной экспертизы оставляет на усмотрение суда, при этом полагая возможным рассмотреть дело по имеющимся в деле материалам в отсутствие необходимости проведения экспертизы.

Таким образом, сторона истца фактически самоустранилась от доказывания тех обстоятельств, на которые ссылается в обоснование заявленных требований. Установление же на основании имеющихся в деле данных факта наличия или отсутствия неспособности ФИО4 понимать значение своих действий и руководить ими при совершении спорных сделок на основании представленных материалах является невозможным, поскольку установлении данного факта требует именно специальных познаний, каковыми суд не обладает.

Также, по мнению суда, заслуживают внимание доводы финансового управляющего Ш.А.О. о согласованных действиях истца и ответчика по выводу имущества ФИО2 из конкурсной массы в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) последнего.

В соответствии с положениями пунктов 3 и 4 статьи 1 ГК РФ, при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с положениями пунктов 1 и 2 статьи 10 ГК РФ, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В случае несоблюдения данных требований, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

В ходе рассмотрения настоящего дела ответчик исковые требования как истца в части признания сделки дарения в отношении недвижимого имущества, расположенного по адресу: 

<

адрес обезличен>, так и третьего лица ФИО3 о государственной регистрации перехода права собственности в отношении недвижимого имущества, расположенного по адресу: 

<

адрес обезличен> – не оспаривал. 

При этом сторона ответчика, как и сторона истца, проявила явную незаинтересованность в проведении психолого-психиатрических экспертных исследований в отношении ФИО4 относительно ее психического состояния, в частности, наличия волевого компонента при совершении ею спорных сделок, тем самым фактически признала наличие пороков данных сделок без достаточных к тому обоснований.

Как указано финансовым управляющим, в рамках рассмотрения Арбитражным судом 

<

адрес обезличен> дела №

<

номер обезличен> о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 были оспорены ряд сделок по выводу имущества последнего, в частности: определением от 

<

дата обезличена> признана недействительной сделка - договор купли-продажи транспортного средства от 

<

дата обезличена>, заключенный между ФИО2 и Д.З.А.; определением от 

<

дата обезличена> признана недействительной сделка - договор купли-продажи транспортного средства от 

<

дата обезличена>, заключенный между ФИО2 и В.М.Р.; определением от 

<

дата обезличена> признан недействительным договор купли-продажи транспортного средства, заключенный между ФИО2 и К.О.А.; определением от 

<

дата обезличена> признан недействительным договор купли-продажи от 

<

дата обезличена>, заключенный между ФИО2 и Ч.Р.А.; определением от 

<

дата обезличена> признан недействительным договор куши-продажи транспортного средства от 

<

дата обезличена>, заключенный между М.И.М. и ФИО2; определением от 

<

дата обезличена> призвана недействительной сделка - договор купли-продажи транспортного средства от 

<

дата обезличена>, заключенный между Б.Н.С. и С.О.М.; определением от 

<

дата обезличена> признана недействительной сделка по предоставлению ФИО7 поручительства за надлежащее исполнение ООО «

<

данные изъяты>» обязательств перед ОOO «

<

данные изъяты>» по договору поставки 

<

номер обезличен> от 

<

дата обезличена>; определением от 

<

дата обезличена> признан недействительным договор купли-продажи от 

<

дата обезличена>, заключенный между Б.Н.С. и К.Д.А.; определением от 

<

дата обезличена> признана недействительной сделкой соглашение от 

<

дата обезличена> о передаче прав и обязанностей по договору аренды земельного участка в границах земель муниципального образования 

<

адрес обезличен> 

<

номер обезличен> от 

<

дата обезличена>, заключенное между ФИО7 и М.А.Т..

В связи с изложенным следует также отметить, что в настоящем деле интересы истца представляет Б.Н.С., которая является бывшей супругой ответчика ФИО2, а также стороной сделок, признанных недействительными решениями Арбитражного суда 

<

адрес обезличен> в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2

Указанные обстоятельства, как и поведение сторон в ходе рассмотрения дела, дают суду достаточные основания полагать, что в рассматриваемом споре их действия имеют направленный характер, связанный с намерением исключить спорное имущество из конкурсной массы в рамках процедуры реализации имущества по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО2

Финансовым управляющим Ш.О.А. также заявлено о пропуске срока исковой давности для обращения с требованием о признании спорных сделок недействительными.

В соответствии с пунктом 2 статьи 199 ГК РФ, исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Как указывалось выше, в соответствии с положениями статьи 213.25 Закона о банкротстве финансовый управляющий в ходе реализации имущества гражданина от имени гражданина ведет в судах дела, касающиеся имущественных прав гражданина.

Ввиду изложенного, суд приходит к выводу, что заявление Ш.О.А. о пропуске срока исковой давности подлежит рассмотрению судом предметно к изложенным в нем доводам.

Основания недействительности сделок, установленные статьей 177 ГК РФ, относятся к оспоримым сделкам.

В соответствии с положениями пункта 2 статьи 181 ГК РФ (действующей в неизменной редакции как на момент совершения сделки, так и в настоящее время), срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Сторона истца указывает, что о заключенном договоре дарения в отношении квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес обезличен>, ФИО1 стало известно в 

<

дата обезличена> года. Также в судебном заседании представитель истца дополнительно пояснил, что поскольку ФИО4 проживает совместно с истцом, о совершенной сделке истцу стало известно в связи с намерением продать указанное имущество для улучшения их жилищных условий.

В силу положений статьи 56 ГПК РФ, сторона, заявившая о применении срока исковой давности, несет бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих об истечении срока исковой давности.

Как указано финансовым управляющим Ш.О.А. в обоснование своего заявления о пропуске срока исковой давности, ФИО4 с момента государственной регистрации права собственности ФИО2 на объекты недвижимости не уплачивает коммунальные услуги, налог на имущества физических лиц. ФИО1 в материалы дела представлены копии спорных договоров дарения, которые очевидно получены от своей матери или от ответчика, поскольку в их копиях отсутствует указание на их получение из материалов регистрационных дел. Ввиду изложенного полагает, что истец не мог не знать о совершении оспариваемых сделок.

Суд полагает указанные доводы заслуживающими внимания.

Как указано выше, государственная регистрация права собственности ФИО2 на спорный объект недвижимости (квартиру по адресу: 

<

адрес обезличен>) была осуществлена 

<

дата обезличена>. 

В соответствии с положениями части 1 статьи 62 Федеральный закон от 

<

дата обезличена> N 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости», (в редакциях, действующих до 

<

дата обезличена>) сведения, содержащиеся в Едином государственном реестре недвижимости, за исключением сведений, доступ к которым ограничен федеральным законом, предоставляются по запросам любых лиц.

Как указывает представитель истца, именно ФИО1 осуществляет уход за своей матерью, которая, в силу своего состояния здоровья, не может самостоятельно осуществлять уход за собой. При этом, исходя из указания истцом об отсутствии его осведомлённости о совершенных сделках, фактически следует, что взяв на себя обязанность по заботе за престарелой матерью, являющейся, по его мнению, недееспособной, истец действий по сохранению и управлению имуществом, принадлежащим ей, не предпринимал.

Кроме того, как указывает третье лицо ФИО3, в период с 

<

дата обезличена> он зарегистрирован по месту жительства и проживает в спорной квартире. Иными словами, на протяжении длительного времени (более 

<

данные изъяты> лет), спорной квартирой фактически владеет лицо, не являющееся членом семьи ФИО4, о чем, исходя из содержания пояснений представителя истца, ФИО1 также не было известно.

Таким образом, по мнению суда, истец, с учетом требуемой от него при изложенных обстоятельствах разумности и осмотрительности, должен был узнать о совершении спорной сделки задолго до обращения в суд с настоящим иском.

Сведений о том, когда истец узнал об обстоятельствах, являющихся основанием для признания недействительной сделки в отношении недвижимого имущества, расположенного по адресу: 

<

адрес обезличен>, не представлено.

С учетом всех вышеизложенных обстоятельств, суд не находит правовых оснований для удовлетворения первоначальных исковых требований, и в последствии уточненных ФИО1 к ФИО2 о признании договоров дарения недействительными.

Разрешая исковое заявление третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, суд приходит к следующему.

Финансовым управляющим Ш.О.А. заявлено о пропуске срока исковой давности для обращения ФИО3 с требованием о государственной регистрации перехода права собственности.

Как указано выше, исходя из взаимосвязи положений статьи 199 ГК РФ и статьи 213.25 Закона о банкротстве, данное заявление также подлежит рассмотрению предметно к изложенным доводам.

В своем заявлении финансовый управляющий указал, что договор купли-продажи квартиры заключен 

<

дата обезличена>. Так как по заявленному требованию применяется общий срок исковой давности, который составляет три года, в связи с чем указанный срок истек 

<

дата обезличена>, то есть более 

<

данные изъяты> лет назад.

Как установлено в судебном заседании, 

<

дата обезличена> между ФИО2 и ФИО3 заключен договор купли-продажи квартиры, согласно которому последнему передана в собственность квартира, назначение – жилое, общей площадью 22,0 кв.м., с кадастровым номером 

<

номер обезличен>, инвентарный 

<

номер обезличен>, расположенная по адресу: 

<

адрес обезличен>.

Возникшие правоотношения рассматриваются в правовом регулировании, действующем на момент совершения сделки.

На основании пункта 1 статьи 223 ГК РФ, право собственности переходит к приобретателю по договору с момента передачи вещи, если иное не установлено договором или законом. В отношении недвижимого имущества переход права собственности на недвижимость императивно привязан к моменту регистрации отчуждения (пункт 2 статьи 223 ГК РФ).

В силу пункта 3 статьи 551 Гражданского кодекса и абзаца третьего пункта 1 статьи 16 Федерального закона от 21.07.1997 N 122-ФЗ "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним" (далее - Закон о регистрации), если одна из сторон договора купли-продажи недвижимого имущества уклоняется от совершения действий по государственной регистрации перехода права собственности на это имущество, другая сторона вправе обратиться к этой стороне с иском о государственной регистрации перехода права собственности. По общему правилу такой иск подлежит удовлетворению при условии исполнения обязательства продавца по передаче имущества.

Из договора от 

<

дата обезличена> следует, что передача квартиры произошла одновременно с подписанием договора.

В соответствии с положениями пункта 2 статьи 558 ГК РФ, договор продажи жилого дома, квартиры, части жилого дома или квартиры подлежит государственной регистрации и считается заключенным с момента такой регистрации.

В соответствии с положениями пункта 3 статьи 165 ГК РФ, если сделка, требующая государственной регистрации, совершена в надлежащей форме, но одна из сторон уклоняется от ее регистрации, суд вправе по требованию другой стороны вынести решение о регистрации сделки.

Как разъяснено в пункте 64 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", поскольку законом не предусмотрено иное, общий срок исковой давности, предусмотренный статьей 196 ГК РФ, распространяется на требование о государственной регистрации сделки или перехода права собственности. По смыслу пункта 1 статьи 200 ГК РФ течение срока исковой давности по требованию о государственной регистрации сделки или перехода права собственности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права, например со дня отказа контрагента по сделке передать документы, необходимые для регистрации, или создания иных препятствий для такой регистрации.

Представитель третьего лица указала, что договор между сторонами заключен и исполнен полностью, поэтому, считая квартиру своей, ФИО3 ждал возможности дооформить сделку юридически. ФИО3 узнал о нарушении своих прав в 

<

дата обезличена> года, когда к нему пришли потенциальные покупатели, которые сообщил, что ФИО2 признан банкротом и спорная квартира выставлена на торги.

Вместе с тем, суд не соглашается с указанными доводами относительно начала течения срока исковой давности.

Исходя из приведенных положений следует, что срок исковой давности в рассматриваемом случае подлежит исчислению с момента, когда ФИО2 по требованию третьего лица не явился в регистрирующий орган для совершения необходимых действий по осуществлению государственной регистрации перехода права на спорный объект; при этом указанное представителем третьего лица обстоятельство в данном аспекте правового значения не имеет.

Как указывает третье лицо, он с 

<

дата обезличена> фактически проживает с семьей в спорном жилом помещении, вместе с тем зарегистрировать право собственности не имеет возможности, так как ФИО2 уклоняется от явки в Управление Росреестра.

Таким образом, проживая в спорном жилом помещении на протяжении 

<

данные изъяты> лет в условиях создания ФИО2 препятствий для регистрации сделки по отчуждению недвижимости и перехода права собственности, ФИО3 действий для защиты своих прав не совершал.

Положения статьи 208 ГК РФ в рассматриваемом случае не применимы.

Представителем третьего лица дополнительно заявлено ходатайство о восстановлении срока исковой давности, которая в обоснование заявленного ходатайства указала, что о нарушении своих прав ФИО3 стало известно только в 

<

дата обезличена> года, когда по адресу спорной квартиры пришли потенциальные покупатели квартиры с торгов. 

В соответствии со статьей 205 ГК РФ в исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), нарушенное право гражданина подлежит защите. Причины пропуска срока исковой давности могут признаваться уважительными, если они имели место в последние шесть месяцев срока давности, а если этот срок равен шести месяцам или менее шести месяцев - в течение срока давности.

Вместе с тем, заявляя о восстановлении срока исковой давности, третьим лицом и его представителя не приведены причины, связанные с личностью ФИО3, которые могли бы послужить основанием для признания таковых уважительными; указанное в обоснование заявленного ходатайства обстоятельство не может быть признано уважительной причиной пропуска срока исковой давности, так как не отвечает требованиям статьи 205 ГК РФ, а равно – длительное бездействие третьего лица в условиях ожидания действий со стороны ответчика ФИО2 не отвечает критериям разумности и осмотрительности.

В соответствии с положениями пункта 2 статьи 199 ГК РФ, истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является самостоятельным основанием к вынесению судом решения об отказе в иске, вместе с тем, необходимо также отметить следующее.

Как указано выше, ответчик ФИО2 решением Арбитражного суда 

<

адрес обезличен> от 

<

дата обезличена> признан банкротом, и в отношении него введена процедура реализации имущества.

По смыслу положений статей 8 и 131 Гражданского кодекса Российской Федерации передача недвижимого имущества по договору купли-продажи не является необходимым условием возникновения права собственности покупателя на это имущество. Право собственности считается перешедшим к покупателю с момента его государственной регистрации за этим лицом.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13 октября 2015 г. N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан", всем имуществом должника, признанного банкротом (за исключением имущества, не входящего в конкурсную массу), распоряжается финансовый управляющий (пункты 5, 6 и 7 статьи 213.25 Закона о банкротстве).

С момента возбуждения в отношении должника процедуры банкротства он приобретает специальный статус должника-банкрота и в отношении его имущества устанавливается режим конкурсной массы, подлежащей реализации только в рамках дела о банкротстве. Указанные положения, представляющие собой специальное правовое регулирование, направлены на обеспечение сохранности имущества должника и недопустимость приоритетного удовлетворения требований кредиторов по обязательствам должника за счет его имущества вне рамок процедуры банкротства.

На основании изложенных положений следует, что с момента признания должника банкротом и открытия в отношении него конкурсного производства требования кредиторов по неденежным обязательствам имущественного характера трансформируются в денежное требование по возврату должником оплаты, полученной по договору до возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве).

Заявленное ФИО3 после признания ФИО2 несостоятельным (банкротом) требование о передаче и государственной регистрации перехода права собственности на спорное имущество, которое подлежало включению в конкурсную массу должника, по сути, направлено на исключение этого объекта недвижимости из конкурсной массы, и, в нарушение требований законодательства о банкротстве может привести к удовлетворению требований ФИО3 во внеочередном порядке, преимущественно перед требованиями иных конкурсных кредиторов должника, которые вправе претендовать на удовлетворение своих требований за счет всего имущества должника, собственником которого он является.

Третьим лицом также заявлено требование об установлении юридически значимого факта – признание договора купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес обезличен>, заключенный между ФИО3 и ФИО2 действующим, вместе с тем, в ходе рассмотрения дела третьим лицом и его представителем содержание и основания данного требования не раскрыто, в связи с чем невозможно установить правоотношения сторон в рамках заявленного требования, а равно – применить соответствующие положения законодательства для разрешения данного требования.

При изложенных обстоятельствах, суд не находит правовых оснований для удовлетворения первоначальных исковых требований, и в последствии уточненных исковых требований третьего лица ФИО3 в полном объеме.

С учетом принятого решения, принятые по настоящему гражданскому делу меры предварительной защиты в виде запрета государственной регистрации на объект спорной недвижимости: жилое помещение – квартиру, общей площадью 22,00 м2, с кадастровым номером 

<

номер обезличен>, расположенную по адресу: 

<

адрес обезличен> подлежат отмене.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

решил:

в удовлетворении требований ФИО1 к ФИО2 о признании недействительными договоры дарения: квартиры площадью 24 м2, расположенной по адресу: 

<

адрес обезличен>, с кадастровым номером 

<

номер обезличен>; части жилого дома общей площадью 96,30 м2, с кадастровым номером 

<

номер обезличен>, 5/100 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок, общей площадью 815 м2, с кадастровым номером 

<

номер обезличен>, расположенные по адресу: 

<

адрес обезличен>,, заключенные: 

<

дата обезличена> между ФИО4 и ФИО2; применении последствия недействительности сделок, признав прекращенным право собственности ФИО2 на указанное недвижимое имущество – отказать в полном объеме.

В удовлетворении самостоятельных требований ФИО3 об установлении юридически значимого факта – договора купли-продажи от 

<

дата обезличена>, заключенного между ФИО2 и ФИО3, в отношении квартиры площадью 24 м2, расположенной по адресу: 

<

адрес обезличен>, с кадастровым номером 

<

номер обезличен>, действующим; о государственной регистрации договора купли-продажи квартиры от 

<

дата обезличена>, заключенного между продавцом ФИО2 и покупателем ФИО3 и переходе права собственности на квартиру, с кадастровым номером 

<

номер обезличен>, расположенную по адресу: 

<

адрес обезличен> – отказать в полном объеме.

Принятые по настоящему гражданскому делу меры предварительной защиты в виде запрета государственной регистрации на объект спорной недвижимости: жилое помещение – квартиру, общей площадью 22,00 м2, с кадастровым номером 

<

номер обезличен>, расположенную по адресу: 

<

адрес обезличен> – отменить.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ставропольский краевой суд через Ленинский районный суд города Ставрополя в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено 18 декабря 2023 года.

Судья

Афанасова Е.К.