Дело № 2-94/20

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Мысковский городской суд

Кемеровской области

В составе председательствующего судьи Попова А.А.., при секретаре Агеевой О.Ю., рассмотрев в открытом судебном заседании в г.Мыски 21.01.2020 года дело по иску ФИО3 к ПАО «Южный Кузбасс» о взыскании компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием 

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО3 обратился в суд к ПАО «Южный Кузбасс» о взыскании компенсации морального вреда при профзаболевании, согласно которого просит взыскать с ПАО «Южный Кузбасс» в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 277 951,29 рублей. 

Требования истца мотивированы тем, что в результате длительной работы в условиях воздействия вредных производственных факторов при работе в профессиях помощника машиниста и машиниста экскаватора разреза «Сибиргинский» у истца возникло профессиональное заболевание: 

<

данные изъяты>

С 14.03.2014 по 03.04.2013 года истец находился в стационарном отделении ФГБУ «НИИ КПГиПЗ», где ему впервые было установлено профессиональное заболевание, после чего направлен на БМСЭ. Тяжелый труд и труд с вибрацией был истцу противопоказан (медицинское заключение от 03.04.2014). Заключением МСЭ № 2159 от 07.07.2014 года истцу впервые установлено 30% утраты профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием на период с 09.06.2014 до 01.07.2015 года.

Приказом по филиалу № 9 ГУ КРОФСС РФ № 7202-в от 05.08.2014 года в связи с установлением процента утраты профессиональной трудоспособности впервые истцу были назначены ежемесячные страховые выплаты. Приказом по филиалу № 9 ГУ КРОФСС РФ № 7204-в от 05.08.2014 назначена и выплачена единовременная страховая выплата. 

С 18.04.2017 по 25.04.2017 года истец находился в стационарном отделении ФГБУ «НИИ КПГиПЗ». По результатам состояние здоровья ухудшилось, 

<

данные изъяты>. Рекомендованы консультации ортопеда. Тяжелый труд и вибрация были противопоказаны.

Заключением МСЭ № 1584.27.42/2017 от 07.07.2017 процент утраты профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием в размере 30% установлен бессрочно.

Вина ПАО «Южный Кузбасс» в развитии у истца профессионального заболевания - 100 %.

В соответствии с актом о случае профессионального заболевания № 64 от 21.04.2014 лица, допустившие нарушение государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов, не установлены (строка акта 22). Вина истца отсутствует (строка акта 19).

Истец обратился к ответчику с заявлением о выплате единовременной компенсации в счет возмещения морального вреда в соответствии с Федеральным отраслевым соглашением по угольной промышленности в связи с профессиональным заболеванием, полученным в период работы на разрезе «Сибиргинский». Приказом по филиалу № Пр/ЮК-УОДУ-1591-орг от 03.09.2014 сумма в размере 72 048,71 руб. истцу была выплачена, которую истец считает явно заниженной и не соответствует степени его физических и нравственных страданий.

На протяжении всей трудовой деятельности истец подвергался воздействию статических и динамических физических нагрузок, в том числе на верхние конечности, как при работе на горной технике, так и при выполнении ремонтных работ. При выполнении ремонтных работ дополнительного испытывал воздействие локальной вибрации при усугубляющем действии низких температур в холодный период года (строка акта 17).

Общий стаж работы на разрезе «Сибиргинский» с воздействием вредного фактора, согласно санитарно-гигиенической характеристики № 582 от 20.04.2022 составил 32 года и 3 месяца.

В соответствии с Р 2.22006-05 «Руководство, по гигиенической оценке, факторов среды и трудового процесса. Критерии и классификация условий труда», условия труда по ведущему вредному производственному фактору - тяжесть трудового процесса, при управлении экскаватором, относятся к 3 классу 1 степени в профессии помощник машиниста экскаватора (стаж работы в этой должности 19 лет и 11 месяцев), к 3 классу 2 степени в профессии машинист экскаватора (стаж работы в этой должности 12 лет и 4 месяца).

Установленное профессиональное заболевание - 

<

данные изъяты>

В 2014 истцу наряду с полинейропатией истцу был установлен диагноз: 

<

данные изъяты>

В 2017 нарушение функций 

<

данные изъяты>

В результате полученного профессионального заболевания состояние здоровья истца резко ухудшилось. Истец постоянно испытывает головные боли, головокружение, появились сложности с равновесием, нарушена координация (особенно с закрытыми глазами), беспокоят сильные боли в конечностях, наблюдается тремор рук и дрожание пальцев, что неадекватно воспринимается окружающими. Постоянно ноют и немеют руки, сводят судороги пальцы на руках, постоянно болит поясница, руки отекают, постоянные сильные боли в области предплечий обеих рук. странные ощущения в конечностях — мурашки, жжение. Непрерывные тупые ночные боли. Вынужден принимать обезболивающие препараты. Из-за нарушения в работе ЦНС появились признаки раздражительности, повышенной утомляемости, нарушен сон, появилась одышка и учащенное сердцебиение, и истец постоянно испытывает чувство общего недомогания. Из-за серьезных проблем со здоровьем, значительно изменилось качество жизни: приходится менять устоявшиеся привычки, хобби, ссужается круг общения. Истец не может заниматься физическими упражнениями из-за постоянных болей, которые усиливаются при любой, даже незначительной нагрузки. По дому истец не может выполнять любую физическую работу, и от этого испытываю особые нравственные страдания, поскольку мужчина - это опора во всем. Истец постоянно обращается за медицинской помощью в лечебные учреждения, принимает препараты, но улучшений не ощущает.

Согласно выписки из амбулаторной карты за период с 09.06.2014 по 21.11.2019 истец 31 раз обращался за медицинской помощью в лечебные учреждения и проходил лечение в связи с обострением профессионального заболевания: 12.09.2014; 17.09.2014; 23.10.2014; 20.01.2015; 10.02.2015;

13.03.2015; 08.05.2015; 01.06.2015; 16.06.2015; 18.06.2015; 15.12.2015; 11.05.2016; 17.11.2016;

28.03.2017; 005.05.2017;11.05.2017; 05.07.2017; 23.11.2017; 04.12.2017; 10.01.2018;12.01.2018; 06.02.2018; 12.02.2018;20.03.2018; 13.04.2018; 21.11 2018;

20.12.2018; 26.12.2018; 04.02.2019. 

20.11.2018 года истец обратился к ответчику с заявлением о выплате ему компенсации морального вреда в размере 350 000 руб. без учета произведённых ответчиком выплат. Заявление оставлено без ответа и удовлетворения.

В соответствии со статьей 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со статьей 237 ТК РФ компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости. 

Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда».

Из содержания данных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда РФ в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям (л.д.3-8).

В судебном заседании истец ФИО3 и его представитель ФИО5, действующая на основании заявления о допуске представителя в порядке части 6 ст.53 ГПК РФ на заявленных требованиях настаивали, доводы, изложенные в исковом заявлении поддержали. 

В судебном заседании представитель ответчика ПАО «Южный Кузбасс» ФИО4, действующая на основании доверенности от 01.11.2019 года (л.д.60) исковые требования не признала, просила отказать в удовлетворении исковых требований, предоставила письменные возражения, согласно которым указала, что компенсация морального вреда причиненного истцу, в связи с профессиональным заболеванием, полученным работником при исполнении трудовых обязанностей, подлежит возмещению в соответствии с требованиями трудового законодательства, коллективных договоров либо соглашений и локальных нормативных актов, содержащих нормы трудового права. Пунктом 1.1 Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности РФ (далее - ФОС) предусмотрено, что оно является правовым актом, регулирующим социально-трудовые отношения и устанавливающим общие принципы регулирования связанных с ними экономических отношений в организациях угольной промышленности, а также в иных организациях независимо от их организационно-правовых форм и видов собственности, осуществляющих деятельность в угольной промышленности и подписавших или присоединившихся к отраслевому соглашению после его заключения.

Отраслевое соглашение распространяется на работодателей, заключивших отраслевое соглашение, работодателей, присоединившихся к отраслевому соглашению после его заключения, всех работников, состоящих в трудовых отношениях с названными работодателями (п. 1.4 ФОС).

Коллективным договором ПАО «Южный Кузбасс» на 2014-2016 годы, установлено, что в случае установления впервые работнику утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания Работодатель в счет компенсации морального вреда Работнику осуществляет единовременную компенсационную выплату из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (за вычетом суммы, выплаченной из Фонда социального страхования Российской Федерации) (п. 10.2.2.Коллективного договора). Порядок и размер выплаты устанавливается в соответствии с Положением о выплате единовременного пособия и компенсации морального вреда в ПАО «Южный Кузбасс» (п. 10.2.7. Коллективного договора).

Выплата носит заявительный характер. К заявлению должны быть приложены приказы ФСС о назначении единовременной страховой выплаты, заключение экспертной комиссии об установлении процента вины Работодателя в возникновении и развитии профессионального заболевания, копия справки МСЭ об установлении степени (размера) утраты трудоспособности впервые, иные документы при необходимости. Для расчета данной единовременной выплаты в счет компенсации морального вреда принимается средний заработок работника, исчисленный за 12 месяцев, предшествующих установлению работнику процента утраты профессиональной трудоспособности. Из приведенных положений закона, ФОС и коллективного договора, подлежащих применению к спорным отношениям сторон, следует, что в отраслевых соглашениях и коллективных договорах могут устанавливаться условия оплаты труда, гарантии, компенсации и льготы работникам конкретной отрасли, в настоящем случае - угольной промышленности, подлежащие применению работодателями при возникновении обстоятельств, оговоренных в отраслевом соглашении и коллективном договоре.

Во исполнение перечисленных норм, на основании личного заявления Истца 03.09.2014г. ответчик приказом № выплатил единовременную компенсацию в счет возмещения морального вреда в сумме 72 048,71 рублей. Таким образом, указанная сумма компенсации морального вреда, исчисленная в соответствии с нормами ФОС, соразмерна понесенным истцом физическим и нравственным страданиям и отвечает требованиям разумности и справедливости (л.д.47-48). 

В судебном заседании помощник прокурора города Мыски Тимощук Л.А. дала свое заключение, согласно которому полагала возможным, с учетом объема и характера, причиненных истцу нравственных страданий, степени вины работодателя, требований разумности и справедливости взыскать с ответчика в пользу истца не менее 100 000 рублей.

Заслушав стороны, изучив материалы дела, суд пришел к выводу об частичном удовлетворении исковых требований по следующим основаниям.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Согласно части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Таким образом, никакие иные акты, за исключением федеральных законов в предусмотренных статьей 55 Конституции Российской Федерации случаях, не могут умалять и ограничивать право гражданина на полное возмещение вреда, причиненного повреждением здоровья. Соответственно, не могут ограничивать это право также и заключенные в соответствии с трудовым законодательством отраслевые соглашения и коллективные договоры.

Приведенные выше конституционные положения конкретизированы в соответствующих нормах трудового права и разъяснениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации.

Так, в соответствии с частью 2 статьи 9 Трудового кодекса Российской Федерации коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению.

Согласно статье 237 Трудового кодекса Российской Федерации, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1).

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (часть 2).

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со статьёй 237 названного кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учётом объёма и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» (в редакции от 6 февраля 2007 г.).

В силу п. 3 ст. 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Согласно п. 5.4. Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности РФ на 2013- 2016 годы, Соглашением, действующим на период с 01.07.2016 по 31.03.2019, положением о порядке выплат и компенсации работникам, в случае причинения среда жизни (здоровью) работника при исполнении им трудовых обязанностей.

5.4. В случае установления впервые Работнику, уполномочившему Профсоюз представлять его интересы в установленном порядке, занятому в Организациях, осуществляющих добычу (переработку) угля, утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания Работодатель в счет компенсации морального вреда Работнику осуществляет единовременную выплату из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременной страховой выплаты, выплачиваемой из Фонда социального страхования Российской Федерации) в порядке, оговоренном в коллективном договоре, соглашении или локальном нормативном акте, принятом по согласованию с соответствующим органом Профсоюза.

Соглашением на период с 01.07.2013 года по 30.06.2016 года, заключенным между работниками и Профсоюзами предусмотрено, что в случае причинения Работодателем вреда своему Работнику увечьем, профессиональным заболеванием, либо иным повреждением здоровья, связанным с исполнением им трудовых обязанностей у Работодателя, данный Работодатель осуществляет единовременную компенсацию морального вреда, причиненного Работнику в результате несчастного случая на производстве или профессионального заболевания в следующем порядке.

За каждый процент утраты (снижения) профессиональной трудоспособности вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания Работодатель осуществляет выплату в счет компенсации морального вреда в размере двадцати процентов среднемесячного заработка Работника за последний год работы у данного Работодателя, предшествующий моменту установления впервые Работнику размера (степени) утраты (снижения) профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременного пособия, выплачиваемого из Фонда социального страхования РФ). Выплата компенсации морального вреда является единовременной и производится Работодателем один раз при обращении Работника к Работодателю в случае установлении ему впервые размера (степени) утраты (снижения) профессиональной трудоспособности.

Выплата компенсации осуществляется Работодателем в заявительном порядке, т.е. по письменному заявлению Работника с предоставлением им всех подтверждающих утрату (снижение) профессиональной трудоспособности документов.

В случае, когда ответственность за причинение вреда здоровью Работника в виде профессионального заболевания возложена на несколько организаций, Работодатель, руководствуясь п. 5.4. Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности РФ на 2013 - 2016гг. несет долевую ответственность, которая определяется пропорционально степени вины работодателей, установленной медицинской экспертизой.

Работодатель осуществляет компенсацию исходя их степени вины только данного конкретного Работодателя, осуществляющего выплаты, и только за тот период времени, когда Работник состоял в трудовых отношениях с данным Работодателем.

За каждый процент утраты (снижения) профессиональной трудоспособности вследствие профессионального заболевания, работодатель осуществляет выплату в счет компенсации морального вреда в размере двадцати процентов среднемесячного заработка работника за последний год работы у данного работодателя, предшествующий моменту установления впервые работнику размера (степени) утраты (снижения) профтрудоспособности (с учетом суммы единовременного пособия, выплачиваемого из ФСС РФ).

Согласно ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяется правилами ст. 151 ГК РФ, которая предусматривает, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимание обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причин вред. Согласно ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни и здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Согласно ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме, а при определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В силу ст. ст. 20, 41 Конституции Российской Федерации, ст. 150 ГК Российской Федерации жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми.

В соответствии со ст. 151 ГК Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии со ст. 3 Федерального закона от 24.07.1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", п. п. 4, 5 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 15.12.2000 г. N 967, под хроническим профессиональным заболеванием понимается заболевание, являющееся результатом длительного воздействия на работника вредного производственного фактора (факторов), повлекшее временную или стойкую утрату профессиональной трудоспособности.

Профессиональное заболевание, возникшее у работника, подлежащего обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, является страховым случаем, который влечет возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию.

Согласно ст. 8 ч. 2 п. 3 ФЗ РФ N 125 "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" от 24.07.1998 года в качестве гарантии трудовых прав застрахованных лиц, предусмотрено возмещение им морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием причинителем вреда, каким по настоящему делу является ответчик.

Характер физических и нравственных страданий истца оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых ему был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего, находящегося в трудоспособном возрасте, у которого возникло серьезное, необратимое, профессиональное заболевания, что усиливает степень его моральных и нравственных страданий.

Надлежащим ответчиком по требованиям о компенсации морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием является работодатель (страхователь) или лицо, ответственное за причинение вреда (п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.03.2011 N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний"). При этом, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Трудовое законодательство предусматривает в качестве основной обязанности работодателя обеспечить безопасность труда и условия, отвечающие требованиям охраны и гигиены труда, то есть создавать такие условия труда, при которых исключалось бы причинение вреда жизни и здоровью работника. В соответствии со ст. 212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий труда и охраны труда возлагаются на работодателя.

Судом установлено: 

Истец ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ года рождения согласно трудовой книжке от 05 сентября 1974 г. осуществлял трудовую деятельность 31.08.1977 года был принят учеником горнорабочего на горный участок №1 разреза «Сибиргинский». 01.07.1994 после окончания курсов машиниста экскаватора был переведен машинистом экскаватора. 17.05.2006 года был переведен помощником машиниста экскаватора по 6 разряду. 28.01.2013 был переведен сторожем в хозяйственную службу разреза «Сибиргинский». 30.11.2016 года уволен по соглашению сторон по части 1 ст.77 ТК РФ (л.д.29-31). 

В соответствии с медицинским заключением от 03.04.2014 года истцу установлен диагноз 

<

данные изъяты>

В соответствии с актом № 64 от 21.04.2014 года истцу впервые установлено 30% утраты профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием. Заключением МСЭ № 0642352 от 07.07.2017 года истцу установлено 30% утраты профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием на период с 07.07.2017 года бессрочно (л.д.12).

Приказом по филиалу № 9 ГУ КРОФСС РФ № 7202-в от 05.08.2014 года в связи с установлением процента утраты профессиональной трудоспособности впервые истцу были назначены ежемесячные страховые выплаты (л.д.13).

Приказом по филиалу № 9 ГУ КРОФСС РФ № 7204-в от 05.08.2014 назначена и выплачена единовременная страховая выплата в размере 11 141,80 рублей (л.д.14). 

В соответствии с актом о случае профессионального заболевания № 64 от 21.04.2014 лица, допустившие нарушение государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов, не установлены (строка акта 22). Вина истца отсутствует (строка акта 19) (л.д.20-21).

Приказом по филиалу № Пр/ЮК-УОДУ-1591-орг от 03.09.2014 года истцу ответчиком была выплачена единовременная компенсация в счет возмещения морального вреда в размере 72 048,71 рублей. Основание для выплаты- вина ОАО «Южный Кузбасс» в развитии профессионального заболевания у ФИО3 в размере 100% (л.д.49). 

Общий стаж работы на разрезе «Сибиргинский» с воздействием вредного фактора, согласно санитарно-гигиенической характеристики № 582 от 20.04.2022 составил 32 года и 3 месяца.

В результате полученного профессионального заболевания состояние здоровья истца резко ухудшилось. Истец постоянно испытывает головные боли, головокружение, появились сложности с равновесием, нарушена координация (особенно с закрытыми глазами), беспокоят сильные боли в конечностях, наблюдается тремор рук и дрожание пальцев, что неадекватно воспринимается окружающими. Постоянно ноют и немеют руки, сводят судороги пальцы на руках, постоянно болит поясница, руки отекают, постоянные сильные боли в области предплечий обеих рук. странные ощущения в конечностях — мурашки, жжение. Непрерывные тупые ночные боли. Вынужден принимать обезболивающие препараты. Из-за нарушения в работе ЦНС появились признаки раздражительности, повышенной утомляемости, нарушен сон, появилась одышка и учащенное сердцебиение, и истец постоянно испытывает чувство общего недомогания. Из-за серьезных проблем со здоровьем, значительно изменилось качество жизни: приходится менять устоявшиеся привычки, хобби, ссужается круг общения. Истец не может заниматься физическими упражнениями из-за постоянных болей, которые усиливаются при любой, даже незначительной нагрузки. По дому истец не может выполнять любую физическую работу, и от этого испытываю особые нравственные страдания, поскольку мужчина - это опора во всем. Истец постоянно обращается за медицинской помощью в лечебные учреждения, принимает препараты, но улучшений не ощущает.

Согласно выписки из амбулаторной карты за период с 09.06.2014 по 21.11.2019 истец 31 раз обращался за медицинской помощью в лечебные учреждения и проходил лечение в связи с обострением профессионального заболевания: 12.09.2014; 17.09.2014; 23.10.2014; 20.01.2015; 10.02.2015;

13.03.2015; 08.05.2015; 01.06.2015; 16.06.2015; 18.06.2015; 15.12.2015; 11.05.2016; 17.11.2016;

28.03.2017; 005.05.2017;11.05.2017; 05.07.2017; 23.11.2017; 04.12.2017; 10.01.2018;12.01.2018; 06.02.2018; 12.02.2018;20.03.2018; 13.04.2018; 21.11 2018;

20.12.2018; 26.12.2018; 04.02.2019 года (л.д.32). 

Согласно текста искового заявления, а также пояснений истца и его представителя в судебном заседании, наличие профессионального заболевания причиняет истцу физические и нравственные страдания. В связи с имеющимся профессиональным заболеванием он вынужден принимать медикаменты, регулярно проходить медицинские обследования, санаторно-курортное, стационарное и амбулаторное лечение. Согласно программе реабилитации от 06.08.2019 года истцу доступен труд по профессии с ограничение прежней загрузки на 1/3 часть. В результате возникновения у истца серьезного заболевания, являющегося профессиональными, он претерпел и продолжает претерпевать моральные и нравственные страдания в связи с ухудшением состояния его здоровья.

Опрошенные в судебном заседании свидетели ФИО1 и ФИО2 суду пояснили, что в связи с длительной трудовой деятельностью на угольных предприятиях истец испытывает постоянную физическую боль, связанную с профессиональным заболеванием, Лет пятнадцать назад у истца начались первые проявления болезни. А сейчас он очень сильно сдал. Суставы не просто болят, они опухают, это видно визуально. Кроме того появилась отдышка. В связи с этим истец стал раздражительным. Если раньше сам мог скидать машину угля, то теперь приходиться нанимать людей для такой домашней работы. Помогают сыновья. В связи с многолетней работой на угольном предприятии в качестве машиниста и помощника машиниста экскаватора у истца появились жалобы на здоровье в частности на суставы, болят колени, локти (л.д.55-58).

Согласно статье 237 Трудового кодекса Российской Федерации, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1).

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (часть 2).

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", в соответствии со статьей 237 названного Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" (в редакции от 6 февраля 2007 г.).

Из содержания данных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника.

Положения отраслевых соглашений и коллективных договоров означают лишь обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке компенсацию морального вреда в предусмотренном размере. Указанная правовая позиция нашла отражение в Постановлении Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 26.10.2016 N 6-ПВ16.

При определении размера компенсации морального вреда, суд руководствуется принципами разумности и справедливости, учитывает представленные истцом доказательства, а также то, что согласно ПРП от 06.08.2019 года истец может выполнять профессиональную деятельность при изменении условий труда с ограничением прежней загрузки на 1/3 часть, степень вины ответчика в причинении вреда здоровью истцу в размере 100 %, а также отсутствие вины истца в развитии у него профессионального заболевания.

Поскольку, факт и степень нравственных и физических страданий, испытываемых истцом в связи с профзаболеванием, подтвержден в судебном заседании, с учетом требований разумности и справедливости, суд считает необходимым взыскать с ответчика в счет компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием 100 000 (сто тысяч) рублей, отказывая в удовлетворении остальной части иска, полагая требования истца о компенсации морального вреда завышенными, не отвечающими требованиям разумности и справедливости.

На основании ст. 333.36 НК РФ истец освобожден от уплаты госпошлины, с ответчика подлежит взысканию госпошлина на основании ст. 103 ГП КРФ, 333.19 НК РФ в сумме 300 рублей в доход местного бюджета.

На основании изложенного выше, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

Взыскать с публичного акционерного общества «Южный Кузбасс» в пользу ФИО3 в счет компенсации морального вреда, причиненного вследствие профессионального заболевания в размере 100 000 (сто тысяч) рублей, в остальной части заявленных требований отказать.

Взыскать с публичного акционерного общества «Южный Кузбасс» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 рублей.

Мотивированное решение изготовлено 27.01.2020 года и может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме в Кемеровский областной суд.

Судья А.А.Попов