№ 2-75/2019 11 марта 2019 года

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Василеостровский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Можаевой М.Н

при секретаре Фелькер Е.Г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 ча к Обществу с ограниченной ответственностью «Охранное предприятие «ХОСТ» об установлении факта трудовых отношений, взыскании заработной платы, компенсации за задержку заработной платы, за неиспользованный отпуск, компенсации морального вреда, 

установил:

Истец обратился в Василеостровский районный суд Санкт-Петербурга с иском к ответчику, в котором с учетом уточнения требований в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации просит установить факт трудовых отношений между истцом и ООО «ОП «ХОСТ» в период с 20 июня 2018 года по 24 января 2018 года в должности охранника, обязать ответчика внести запись о приеме на работу и увольнении в трудовую книжку, взыскать с ответчика в пользу истца задолженность по заработной плате за ноябрь, декабрь 2017 года, а также январь 2018 года в размере 68 800 руб., взыскать компенсацию за несвоевременную выплату заработной платы за период с 31 января 2018 года по 11 сентября 2018 года – 9 899 руб. 24 коп., компенсацию морального вреда – 34 300 руб., компенсацию за неиспользованный отпуск – 13 866 руб. 62 коп. 

В обоснование иска указывается, что истец с 20 июня 2017 года работал в ООО «ОП «ХОСТ» в должности сторожа, при этом трудовой договор заключен не был. За время работа в этой организации со стороны руководства в адрес истца не поступали замечания, жалобы относительно исполнения должностных обязанностей и соблюдения дисциплины труда. Режим работы был посменный: 3 суток, через 3. По устной договоренности с работодателем размер заработной платы за смену составлял 1 600 руб. В месяц в зависимости от количества отработанных смен заработная плата истца составляла от 24 000 руб. до 25 600 руб. За ноябрь, декабрь 2017 года и январь 2018 года истцу не была выплачена заработная плата. Неоднократные обращения к работодателю с требованием выплатить заработную плату привели к отстранению истца от работы (л.д. 4-5, 79-83, 238 том 1).

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, доверил представлять свои интересы ФИО2, действующей на основании доверенности, которая в судебное заседание явилась, на удовлетворении иска настаивала. 

Представитель ответчика ООО «ОП «ХОСТ» ФИО3 в судебное заседание явился, возражал против удовлетворения иска по доводам, изложенным в отзыве на исковое заявление (л.д. 85 том 1).

Суд, определив в соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, рассмотреть дело в отсутствие не явившегося истца, выслушав лиц, присутствующих в судебном заседании, изучив представленные письменные доказательства, оценив относимость, допустимость и достоверность каждого из доказательств в отдельности, а также их взаимную связь и достаточность в совокупности, приходит к следующему. 

Трудовыми отношениями в соответствии со ст. 15 Трудового кодекса Российской Федерации признаются отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Согласно ч. 1 ст. 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании заключаемого ими трудового договора.

Обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора, издание приказа (распоряжения) о приеме на работу) нормами Трудового кодекса Российской Федерации возлагается на работодателя.

Вместе с тем само по себе отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора – заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем закон (ч. 3 ст. 16 Трудового кодекса Российской Федерации) относит также фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Цель указанной нормы – устранение неопределенности правового положения таких работников и неблагоприятных последствий отсутствия трудового договора в письменной форме, защита их прав и законных интересов как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, в том числе путем признания в судебном порядке факта трудовых отношений между сторонами, формально не связанными трудовым договором. При этом неисполнение работодателем, фактически допустившим работника к работе, обязанности оформить в письменной форме с работником трудовой договор в установленный статьей 67 Трудового кодекса Российской Федерации срок может быть расценено как злоупотребление правом со стороны работодателя на заключение трудового договора вопреки намерению работника заключить трудовой договор.

Таким образом, по смыслу ст. ст. 15, 16, 56, части 2 ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации в их системном единстве, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным.

Следовательно, суд должен не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (трудового договора, гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в ст. ст. 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции.

С учетом вышеприведенных норм доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель. Вместе с тем ответчиком ООО «ОП «ХОСТ» не доказано отсутствие трудовых отношений с ФИО1

В то же время истцом в подтверждение наличия трудовых отношений с ответчиком представлена книга приема и сдачи дежурства от 10 декабря 2016 года (л.д.161-214 том 1), заверенная печатью ООО «ОП «ХОСТ», в соответствии с которой истец осуществлял посменное дежурство в период с 20 июня 2017 года по 24 января 2018 года. 

Кроме того, как следует из ответа ООО «Балтийский порт» № 24 от 23 января 2019 года на запрос суда (л.д. 6 том 2) между указанной организацией и ООО «ОП «ХОСТ» заключен договор на осуществление охранной деятельности на территории второго района Морского порта Санкт-Петербург, причал № 27. Для прохода на режимную территорию необходимо оформить пропуск в АО «Морской порт Санкт-Петербург». ООО «ОП «ХОСТ» направляло заявки в адрес ООО «Балтийский порт» на оформление пропусков для сотрудников, в том числе для истца, который осуществлял непосредственную охрану объекта в рамках договора. ООО «Балтийский порт» направлял заявки, на основании которых истцу выданы пропуски в АО «Морской порт Санкт-Петербург» общим сроком действия с 11 августа 2017 года по 31 декабря 2018 года. 

Также ООО «Балтийский порт» представлены списки сотрудников ООО «ОП «ХОСТ» для прохода в Морской порт на причал № 27 в 2017 и 2018 годах, в числе которых числится ФИО1 в должности охранника (л.д. 8, 10 том 2), заявка ООО «Балтийский порт» № 262 от 13 августа 2017 года на разрешение прохода/проезда на территорию морского порта Санкт-Петербург, для выполнения служебных обязанностей в отношении ФИО1 с просьбой продлить пропуск сроком с 17 июля 2017 года по 16 августа 2017 года (л.д. 11 том 2), заявка № 263 от 13 июля 2017 года с просьбой продлить пропуск ФИО1 сроком с 10 августа 2017 года по 31 декабря 2017 года (л.д. 12 том 2), заявка № 486 от 20 ноября 2017 года с просьбой продлить пропуск, в том числе ФИО1, сроком с 01 января 2018 года по 31 декабря 2018 года (л.д. 13-14 том 2).

Данные обстоятельства также нашли свое подтверждение в ответе на запрос из АО «Морской порт Санкт-Петербург» № ДРЭБ 08 от 24 января 2019 года (л.д. 16 том 2), в соответствии с которым основанием для выдачи сторожу ООО «ОП «ХОСТ» пропусков для прохода на территорию АО «Морской порт Санкт-Петербург» явились направленные в дирекцию по режиму и экономической безопасности АО «Морской порт Санкт-Петербург» заявки ООО «Балтийский порт» на оформление пропусков ФИО1 сроком с 19 июня 2017 года по 18 июля 2017 года, с 17 июля 2017 года по 16 августа 2017 года, с 01 января 2018 года по 31 декабря 2018 года.

В ходе судебного разбирательства по обстоятельствам дела в качестве свидетелей были допрошены Свидетель №1, Свидетель № 2, Свидетель № 3

Так, свидетель Свидетель №1 (л.д. 217-218 том 1) пояснил, что является помощником технического директора ООО «Балтийский порт», в обязанности входит контроль охранников: присутствие на объекте охраны. Указал, что в журнале приема и сдачи дежурств, приобщенном к материалам дела, стоят его подписи, расписывался в нем по итогам проверки. Также указал, что истец работал охранником в ООО «ОП «ХОСТ», в его обязанности входила охрана причала, регулярно встречал истца в ходе своих проверок.

Свидетель Свидетель № 2 (л.д. 242-243 том 1) пояснил суду, что работал в ООО «ОП «ХОСТ» с конца сентября 2018 года по ноябрь 2018 года неофициально, заключил трудовой договор с ООО «ОП «ХОСТ», однако второй экземпляр ему на руки выдан не был. Указал, что работал по свободному графику, за сентябрь отработал 3 смены, за что ему было выплачено 5 200 руб. В пропуске было указано, что он – сторож. За смену выплачивали 1 800 руб., когда он работал с лицензией, без лицензии – 1 600 руб., заработная плата выплачивалась на его счет, истец работал в ООО «ОП «ХОСТ» до него.

Свидетель Свидетель № 3 (л.д. 154-155том 1) пояснил суду, что является знакомым и сослуживцем истца. Со слов ФИО1 ему известно, что истец работал 4-5 месяцев в ООО «ОП «ХОСТ», охранял объект в порту. Совместно с истцом ходил в ООО «ОП «ХОСТ», когда тот подавал заявление об увольнении в декабре 2017 года. 

Оценивая показания свидетелей, предупрежденных об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний по ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации (л.д. 150, 215, 239 том 1), суд доверяет им лишь в той мере, которая объективно подтверждается материалами дела, а именно в части того, что истец был допущен к работе ответчиком. 

Таким образом, совокупностью доказательств подтверждается, что истец фактически постоянно работал в ООО «ОП «ХОСТ» в период с 20 июня 2017 года по 24 января 2018 года, был допущен к работе в качестве охранника ООО ОП «ХОСТ» на объект причал № 27 ООО «Балтийский порт» на территории АО «Морской порт Санкт-Петербург» с ведома работодателя. Доказательств обратного стороной ответчика в нарушение ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суду не представлено.

Несмотря на отсутствие у ФИО1 соответствующей лицензии на осуществление охранной деятельности работодатель допустил истца к работе в должности охранника. При этом указание в пропуске истца на должность сторож не имеет значения, поскольку это связано с особенностями оформления пропусков АО «Морской порт Санкт-Петербург» – из заявок ООО «ОП «ХОСТ» на продление допуска истца на режимную территорию следует, что допуск оформлялся на ФИО1, указанного в заявке в качестве охранника.

В соответствии со ст. 66 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель ведет трудовые книжки на каждого работника, проработавшего у него свыше пяти дней, в трудовую книжку вносятся сведения о работнике, выполняемой им работе, переводах на другую постоянную работу и об увольнении работника, другие сведения.

Поскольку судом установлено, что ФИО1 был допущен к работе в ООО «ОП «ХОСТ», подлежат удовлетворению требования истца в части возложения на ответчика обязанности по внесению в трудовую книжку истца записи о приеме на работу 20 июня 2017 года на должность охранника и об увольнении 24 января 2018 года по инициативе работника года на основании п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации.

Как указывает истец, за период с ноября 2017 года по январь 2018 года заработная плата ему не выплачивалась. По устной договоренности с работодателем размер заработной платы за смену составлял 1 600 руб. В ноябре 2017 года истец отработал 16 смен, соответственно, размер заработной платы за ноябрь 2017 года составляет 25 600 руб., в декабре 2017 года – 15 смен, размер задолженности – 24 000 руб., январь 2018 года – 12 смен, размер задолженности – 19 200 руб., а всего 68 800 руб. (л.д. 80 том 1).

Вместе с тем согласно штатному расписанию ответчика на 2017 год № 01-ШР от 31 декабря 2016 года (л.д. 40 том 2), утвержденному приказом № 01-ШР от 31 декабря 2016 года, тарифная ставка охранника составляет 16 000 руб., согласно штатному расписанию ответчика на 2018 год № 01-ШР от 31 декабря 2016 года (л.д. 41 том 2), утвержденному приказом № 01-ШР от 31 декабря 2017 года, тарифная ставка охранника составляет 18 000 руб. 

Оснований не доверять документам, представленным ответчиком, у суда не имеется, в то же время в нарушение ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истцом не представлено доказательств об установлении ему заработной платы из расчета 1 600 руб. за смену, в связи чем суд приходит к выводу о том, что исковые требования ФИО1 о взыскании задолженности по заработной плате подлежат частичному удовлетворению.

Задолженность по заработной плате истца за ноябрь 2017 года составит 16 000 руб., за декабрь 2017 года – 16 000 руб., за январь 2018 года – 6 967 руб. 74 коп. (18 000 руб. / 31 * 12), а всего 38 967 руб. 74 коп.

Частью 1 ст. 127 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что при увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска.

В соответствии с ч. 1 п. 28 Правил об очередных и дополнительных отпусках, утвержденных НКТ СССР 30 апреля 1930 года № 169, при увольнении работнику выплачивается компенсация за неиспользованный отпуск. 

Согласно ч. 1 ст. 115 Трудового кодекса Российской Федерации ежегодный основной оплачиваемый отпуск предоставляется работникам продолжительностью 28 календарных дней.

В соответствии с ч. 1 п. 28 Правил об очередных и дополнительных отпусках, утвержденных НКТ СССР 30 апреля 1930 года № 169, если работник отработал менее 11 месяцев, дни отпуска, за которые должна быть выплачена компенсация, рассчитываются пропорционально отработанным месяцам.

При исчислении сроков работы, дающих право на компенсацию за отпуск при увольнении, излишки, составляющие менее половины месяца (в рассматриваемом случае 10 дней за июнь 2017 года), исключаются из подсчета.

Для расчета суммы компенсации за дни неиспользованного отпуска необходимо средний дневной заработок работника умножить на количество дней (календарных или рабочих) неиспользованного отпуска (абз. 2, 4 п. 9 Положения об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 24 декабря 2007 года № 922).

Средний дневной заработок исчисляется путем деления фактической заработной платы работника за расчетный период на 12 и 29,3 (ч. 4 ст. 139 Трудового кодекса Российской Федерации, п. 10 Положения).

В соответствии со ст. 139 Трудового кодекса Российской Федерации средний дневной заработок для выплаты компенсации за неиспользованные отпуска исчисляется за последние 12 календарных месяцев путем деления суммы начисленной заработной платы на 12 и на 29,3 (среднемесячное число календарных дней). При этом особенности порядка исчисления средней заработной платы установлены Положением, утвержденным Постановлением Правительства Российской Федерации от 24 декабря 2007 года № 922 «Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы».

Если один или несколько месяцев расчетного периода отработаны не полностью, то средний дневной заработок нужно определять так: сумму начисленной в расчетном периоде зарплаты делим на сумму, которая состоит из произведения 29,3 на количество полностью отработанных месяцев и количества календарных дней в не полностью отработанных месяцах (абз. 2 п. 10 Положения).

Чтобы рассчитать количество календарных дней в не полностью отработанных месяцах, нужно разделить 29,3 (среднемесячное число календарных дней) на количество календарных дней этого месяца и умножить на количество календарных дней, приходящихся на время, отработанное в данном месяце (абз. 3 п. 10 Положения).

В силу п. 8 Положения об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации № 922 от 24 декабря 2007 года, в случае если работник не имел фактически начисленной заработной платы или фактически отработанных дней за расчетный период, до начала расчетного периода и до наступления случая, с которым связано сохранение среднего заработка, средний заработок определяется исходя из установленной ему тарифной ставки, оклада (должностного оклада).

Согласно представленным штатным расписаниям, книги приема и сдачи дежурств за период с 20 июня 2017 года по 24 января 2018 года заработок истца должен был составлять 106 167 руб. 74 коп., исходя из следующего расчета: (16 000 / 30 * 6 отработанных дней в июне) + 16 000 руб. (июль 2018 года) + 16 000 руб. (август 2017 года) + 16 000 руб. (сентябрь 2017 года) + 16 000 руб. (октябрь 2017 года) + 16 000 руб. (ноябрь 2017 года) + 16 000 руб. (декабрь 2017 года) + (18 000 руб. / 31 * 12 отработанных дней в январе 2018 года). 

Расчет среднего дневного заработка:

106 167 руб. 74 коп. (общая сумма заработной платы): ((29,3 / 30 * 6) + (29,3 * 6) + (29,3 / 31 * 12)) = 550 руб. 09 коп.

С учетом указанных норм права компенсация за неиспользованный отпуск составит 8 971 руб. 97 коп. (550 руб. 09 коп. *16,31, где 16,31 (2,33 * 7)).

Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию компенсация за неиспользованный отпуск в общей сумме 8 971 руб. 97 коп. 

Согласно ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Учитывая, что предусмотренных законом оснований для задержки выплаты начисленной истцу заработной платы судом не установлено, а период удержания заработной платы является значительным, суд признает обоснованным требование истца о взыскании с ответчика денежной компенсации за несвоевременную выплату заработной платы.

Истцом заявлена к взысканию сумма денежной компенсации за задержку выплаты заработной платы за период с 31 января 2018 года по 11 сентября 2018 года за задержку выплаты заработной платы в размере 9 899 руб. 24 коп. 

Представленный истцом в материалы дела расчет процентов за нарушение срока выплат, причитающихся работнику (л.д. 82 том 1), судом проверен и не может быть положен в основу решения, поскольку истцом произведен расчет, исходя из неверного указания размера выплат по заработной плате.

Таким образом, расчет компенсацию за несвоевременную выплату заработной платы и компенсации за неиспользованный отпуск будет выглядеть следующим образом:

За период с 31 января 2018 года по 11 февраля 2018 года: 47 939 руб. 71 коп. * 12 * 1 /150 * 7,75 % = 297 руб. 23 коп.

За период с 12 февраля 2018 года по 25 марта 2018 года: 47 939 руб. 71 коп. * 42 * 1 /150 * 7,5 % = 1 006 руб. 73 коп.

За период с 26 марта 2018 года по 11 сентября 2018 года: 47 939 руб. 71 коп. * 170 * 1 /150 * 7,25 % = 3 939 руб. 05 коп., всего 5 243 руб. 01 коп.

В соответствии со ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со статьей 237 Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Определяя размер компенсации морального вреда, принимая во внимание конкретные обстоятельства настоящего дела, учитывая степень вины работодателя, принимая во внимание требования разумности и справедливости, суд считает возможным взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 7 000 руб.

В соответствии со ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела и государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскиваются с ответчика пропорционально удовлетворенной части исковых требований. 

Таким образом, в соответствии со ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации с ответчика в доход бюджета Санкт-Петербурга подлежит взысканию государственная пошлина в размере 2 095 руб. 48 коп.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 12, 56, 57, 67-68, 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

решил:

Иск ФИО1 ча к Обществу с ограниченной ответственностью «Охранное предприятие «Хост» об установлении факта трудовых отношений, взыскании заработной платы, компенсации за задержку заработной платы, за неиспользованный отпуск, компенсации морального вреда – удовлетворить частично.

Установить факт трудовых отношений между ФИО1 чем и Обществом с ограниченной ответственностью «Охранное предприятие «Хост».

Обязать Общество с ограниченной ответственностью «Охранное предприятие «Хост» внести в трудовую книжку запись о приеме ФИО1 ча на работу с 20 июня 2017 года в должности охранника и увольнении с 24 января 2018 года на основании п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Охранное предприятие «Хост» в пользу ФИО1 ча задолженность по заработной плате за период с ноября 2017 года по 24 января 2018 года в размере 38 967 руб. 74 коп., компенсация за неиспользованный отпуск в размере 8 971 руб. 97 коп., компенсацию за задержку выплат в размере 5 243 руб. 01 коп., компенсацию морального вреда в размере 7 000 руб. 

В оставшейся части в иске ФИО1 чу – отказать.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Охранное предприятие «Хост» в пользу дохода бюджета Санкт-Петербурга государственную пошлину в размере 2 095 руб. 48 коп.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца с момента составления мотивированного решения суда путем подачи апелляционной жалобы в Василеостровский районный суд Санкт-Петербурга.

Судья: