Дело № 2-43/2024

УИД: 59RS0004-01-2023-002312-27

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

30 января 2024 года г. Пермь

Ленинский районный суд г. Перми в составе:

председательствующего судьи Шпигарь Ю.Н.,

при секретаре судебного заседания Томиловой Е.Д.,

с участием представителя истца ФИО2,

представителя ответчика ФИО3,

прокурора Худяковой Е.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 ФИО16 к обществу с ограниченной ответственностью «Медси-Пермь» о возмещении ущерба, компенсации морального вреда,

установил:

ФИО4 обратилась в суд с иском к ООО «Медси-Пермь» о возмещении имущественного вреда в размере 79 500 руб., компенсации морального вреда в размере 1 500 000 руб., расходов по оплате услуг представителя в сумме 55 000 руб. (л.д.2-12).

Требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ при посещении Медицинской клиники ООО «Медси-Пермь» и осмотре у врача офтальмолога, согласно краткому описанию листа осмотра, подписанного врачом офтальмологом, кандидатом медицинских наук ФИО7, истцу оказаны услуги: Прием (осмотр, консультация) врача-офтальмолога первичный, Биомикроскопия глаза (исследование коньюктивы и эписклеры переднего отрезка глаза), Установлен Диагноз: 

<

данные изъяты>. При данном диагнозе при назначении операции (хирургического вмешательства по замене хрусталика глаза на имплант) существуют определенные параметры по оказанию грамотной медицинской помощи и лечения. В данном случае в клинике ООО «Медси-Пермь» проведены только Биомикроскопия и Офтальмоскопия, что уже говорит о ненадлежащем подходе по исполнению обязательных требований дооперационных исследований и подготовительных особенностей подготовки пациента ФИО1 к операции. Кроме всего, ДД.ММ.ГГГГ операция проведена с нарушением параметров оценки оказания медицинской помощи. После операции ввиду ненадлежащего исследования состояния пациента до операции, без учета потенциальных результатов, не проведенных исследований, не до конца изученные параметры патологии и сопутствующих заболеваний привели к отторжению интраокулярной, мультифокальной линзы и предельному ухудшению зрения на правом глазу. Согласно листу осмотра истца врачом офтальмологом ФИО6 от ДД.ММ.ГГГГ у пациента ФИО1 имелись жалобы на чувство инородного тела в правом глазу, осмотр после операции ФЭК + ИОЛ на правом глазу первые сутки, ИОЛ внутри капсульная фиксация. В настоящее время зрение на оперированном глазу ухудшилось до предельного минимума, в данном случае по мнению пациента, в отношении нее сотрудниками медицинской клиники ООО «Медси-Пермь» допущена врачебная ошибка и неверно подобран имплант, а также не учтены личностные особенности параметров организма при проведении операции по удалению поврежденного хрусталика с его последующей заменой интраокулярной линзой (ИОЛ). Необходимо отметить, что у пациентки ФИО1 при исследовании были также диагностированы: Начальная возрастная катаракта левого глаза. (Н26.2). Сопутствующие заболевания: Миопия 2 степени ОИ (Н.52.1). За проведение медицинских услуг пациентка ФИО1 отдала в кассу медицинского учреждения ООО «Медси-Пермь» 79 500 рублей. До операции обязательно проводится рефрактометрия, осмотр глазного дна, периметрия для оценки периферического зрения, измерение внутриглазного давления, а также другие методы обследования зрительной системы, в данном случае в отношении ФИО1 данные исследования в клинике ООО «Медси-Пермь» не проводились. Прочие заболевания глаз, которые отягощают течение катаракты, тоже требуют выполнения плана диагностики, а для коррекции патологий других органов и систем офтальмолог отправляет пациентов к профильным специалистам. По неизвестным причинам надлежащим образом не было проведено исследование для индивидуального подхода с учетом особенностей сопутствующих заболеваний пациента, которые по сути и повлекли наступление негативных последствий для здоровья ФИО1 Ответчиком допущено нарушение Приказа Минздрава России от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи» (зарегистрировано в Минюсте России ДД.ММ.ГГГГ №), а именно пунктов раздела №.7.3 Критерии качества специализированной медицинской помощи взрослым при старческих катарактах и других катарактах (коды по МКБ-10: Н25.1; Н25.2; Н25.8; Н 25.9; Н26.2; Н26.3). Сотрудниками ООО «Медси-Пермь» нарушены пункты: №: «Не выполнена офтальмоскопия глазного дна»; №: «Не проведена профилактика инфекционных осложнений антибактериальными и/или антимикробными лекарственными препаратами до хирургического вмешательства (при отсутствии медицинских противопоказаний)»; №: «Не проведена терапия лекарственными препаратами: группы м-холинолитики и/или группы альфа-адреномиметики в течении 1 часа до хирургического вмешательства (при отсутствии медицинских противопоказаний)»; №: «Не проведена антибактериальная терапия и /или терапия лекарственными препаратами группы нестероидные противовоспалительные и/или группы глюкокортикостероиды (в зависимости от медицинских показаний и при отсутствии медицинских противопоказаний)»; №: «Не достигнута стабилизация или повышение корригированной остроты зрения на момент выписки». С учетом того, что ФИО1 работает ассистентом врача стоматолога и в ее должностной функционал входит подбор мелких элементов для бурмашины врача, подготовка смесей для пломбирования и обеззараживания зубных каналов, зрение является основным критерием качества работы и ее составляющей с точки зрения оперативности и своевременности, что в настоящее время уже невозможно, ввиду потери зрения на прооперированном глазе. Доверие истца к услугам врачей-специалистов в клинике ответчика ООО «Медси-Пермь» навсегда утрачено и восстановлению не подлежит, истцу предстоит операция по замене глаза (с учетом потенциальной стоимости при подборе донора), т.к. установленная линза уже вросла в стенки капсулы глаза и теперь возможна операция только по замене самого глаза.

Истец в судебное заседание не явилась, извещена. 

Представитель истца в судебном заседании на иске настаивал, указал, что с выводами экспертов не согласны.

Представители ответчика в судебном заседании с иском не согласилась по основаниям, изложенным в письменном отзыве на иск (л.д.43-44). 

Выслушав участников процесса, заключение прокурора, полагавшего, что требования истца удовлетворению не подлежат при установленном отсутствии дефектов оказания медицинской помощи ответчиком, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст.ст.1064, 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом причинившим вред. Юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб).

В соответствии со ст.1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

На основании п.2 ст.1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. 

При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. 

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред. 

Согласно разъяснениям, приведенным в п.1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В п.14 указанного Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 разъяснено, что под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Согласно разъяснениям, приведенным в п.48 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33, медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

Согласно ст. 98 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

В силу п. 27 Правил предоставления медицинскими организациями платных медицинских услуг, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 04.10.2012 №1006 (далее Правила), исполнитель предоставляет платные медицинские услуги, качество которых должно соответствовать условиям договора, а при отсутствии в договоре условий об их качестве - требованиям, предъявляемым к услугам соответствующего вида. В случае если федеральным законом, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации предусмотрены обязательные требования к качеству медицинских услуг, качество предоставляемых платных медицинских услуг должно соответствовать этим требованиям

В соответствии с п. 32 Правил вред, причиненный жизни или здоровью пациента в результате предоставления некачественной платной медицинской услуги, подлежит возмещению исполнителем в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Статьей 4 Закона РФ от 07.02.1992 N 2300-1 "О защите прав потребителей" (далее Закон о защите прав потребителей) предусмотрена обязанность продавца (исполнителя) передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), качество которого соответствует договору. При отсутствии в договоре условий о качестве товара (работы, услуги) продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), соответствующий обычно предъявляемым требованиям и пригодный для целей, для которых товар (работа, услуга) такого рода обычно используется.

Пунктом 1 ст. 14 Закона о защите прав потребителей предусмотрено, что вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потребителя вследствие конструктивных, производственных, рецептурных или иных недостатков товара (работы, услуги), подлежит возмещению в полном объеме.

Изготовитель (исполнитель, продавец) освобождается от ответственности, если докажет, что вред причинен вследствие непреодолимой силы или нарушения потребителем установленных правил использования, хранения или транспортировки товара (работы, услуги) (п. 5).

В силу статьи 15 Закона о защите прав потребителей моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

Компенсация морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных потребителем убытков.

В пункте 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" разъяснено, что при разрешении требований потребителей необходимо учитывать, что бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на продавце (изготовителе, исполнителе, уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе, импортере) (пункт 4 статьи 13, пункт 5 статьи 14, пункт 5 ст. 23.1, пункт 6 статьи 28 Закона о защите прав потребителей, статья 1098 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 45 названного постановления разъяснено, что при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя. Размер компенсации морального вреда определяется судом независимо от размера возмещения имущественного вреда, в связи с чем, размер денежной компенсации, взыскиваемой в возмещение морального вреда, не может быть поставлен в зависимость от стоимости товара (работы, услуги) или суммы подлежащей взысканию неустойки. Размер присуждаемой потребителю компенсации морального вреда в каждом конкретном случае должен определяться судом с учетом характера причиненных потребителю нравственных и физических страданий исходя из принципа разумности и справедливости.

В судебном заседании из письменных материалов дела установлено, что ФИО1 обратилась ДД.ММ.ГГГГ в клинику ООО «Медси-Пермь» с целью консультации врача-офтальмолога, предъявляла жалобы на постепенное прогрессирующее снижение остроты зрения. С юношеского возраста страдает миопией средней степени.

При обследовании: 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>. При биомикроскопи хрусталика правого глаза выявлено помутнение корковых слоев и задней капсулы, при биомикроскопии хрусталика левого глаза выявлено помутнения ядра 1 степени плотности.

Офтальмоскопия в условиях медикаментозного мидриаза: Определяется деструкция стекловидного тела на обоих глазах: ДЗН бледно- розовые, границы четкие, ход и калибр сосудов не изменены. 

<

Адрес> и периферия сетчатки без патологических очагов.

Диагноз: 

<

данные изъяты>

ФИО1 рекомендовано проведение хирургического лечения катаракты на правом глазу. (Врач-офтальмолог ФИО7).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 осмотрена врачом терапевтом. При осмотре жалобы: 

<

данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 осмотрена врачом офтальмологом: 

<

данные изъяты>. 

<

данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 перед проведением оперативного лечения правого глаза осмотрена врачом анестезиологом. 

<

данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ проведена операция ультразвуковая 

<

данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ на первые сутки после проведенной операции ФИО1 была осмотрена врачом офтальмологом. При осмотре: 

<

данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 была повторно осмотрена врачом-офтальмологом. 

<

данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 была повторно осмотрена врачом-офтальмологом. 

<

данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 была повторно осмотрена врачом-офтальмологом. 

<

данные изъяты> ФИО6).

Из медицинской карты пациента получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях № Г1Р01077017 из ООО «ТРИ-3» установлено, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 была осмотрена врачом офтальмологом. При обращении жалобы на двоение, затуманивание зрения обоих глаз. Анамнез заболевания: 

<

данные изъяты>

Объективно на момент осмотра ДД.ММ.ГГГГ:

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

OD - окружающие глазницу части не изменены, глаз спокоен, подвижность в полном объеме, конъюнктива чистая, роговица прозрачна, передняя камера ближе к глубокой, влага передней камеры прозрачна, радужка - без особенностей, зрачок округлой формы, реакция на свет сохранена, мультифокальная ИОЛ: внутрикапсульная фиксация, занимает правильное центральное положение относительно оптической оси (произведена фоторегистрация), в стекловидном теле единичные плавающие помутнения. ДЗН бледно розовый, границы четкие, экскавация физиологическая, артерии умеренно сужены, ход сосудов не изменен. 

<

Адрес> и периферия сетчатки без патологических очагов.

OS - окружающие глазницу части не изменены, глаз спокоен, подвижность в полном объеме, конъюнктива чистая, роговица прозрачна, передняя камера средней глубины, влага передней камеры прозрачна, радужка - без особенностей, зрачок округлой формы, реакция на свет сохранена, хрусталик - помутнение ядра 1 степени плотности, точечные помутнения корковых слоев, в стекловидном теле единичные плавающие помутнения. ДЗН бледно розовый, границы четкие, экскавация физиологическая, артерии умеренно сужены, ход сосудов не изменен. 

<

Адрес> и периферия сетчатки без патологических очагов.

В-сканирование: заключение: на обоих глазах оболочки прилежат, в стекловиднохм теле деструкция.

ОКТ макулярной зоны и диска зрительного нерва: толщина волокон зрительногонерва в пределах нормальных значений, экскавация физиологическая, слои сетчатки дифференцированы. Патологии не выявлено.

Результаты исследования электрической чувствительности зрительного нерва и сетчатки: OD ПЭЧ = 75 мкА., OS- ПЭЧ =75мкА. Заключение: чувствительность зрительных нервов обоих глаз сохранена.

Диагноз: Артифакия правого глаза, начальная возрастная катаракта левого глаза. Миопия средней степени обоих глаз.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратилась к ответчику с претензией, которая ответчиком рассмотрена, в ответе указано на то, что медицинская помощь в ООО «Медси-Пермь» оказана в полном объеме, в соответствии с действующим законодательством, порядками и Федеральными клиническими рекомендациями «Катаракта возрастная». (л.д.22).

Согласно протоколу заседания врачебной комиссии ООО «Медси-Пермь» № от ДД.ММ.ГГГГ по вопросу оказания медицинской помощи пациентке ФИО1 в связи с претензией (в порядке досудебного урегулирования) на оказание медицинской помощи, в составе заместителя главного врача по КК и БМД ФИО10, главного врача ФИО11, зав. отделением узкотерапевтических специальностей ФИО12, врача-офтальмолога ФИО7, в присутствии врача-офтальмохирурга ФИО6, врача-офтальмолога ФИО7, по результатам служебного расследования установлено, что медицинская помощь в ООО «Медси-Пермь» была оказана пациентке ФИО1 в полном соответствии с действующим законодательством РФ, порядками и Федеральными клиническими рекомендациями «Катаракта возрастная». Медицинская помощь, оказанная ФИО1, соответствует Приказу МЗРФ от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи». Нарушений при оценке критериев качества оказания медицинской помощи взрослым при старческих и других катарактах не выявлено. Установленный диагноз является верным, выбранная тактика рекомендованного лечения является обоснованной. Противопоказания к проведении операции ультразвуковой с имплантацией мультифокальной интраокулярной линзой у ФИО1 на основании проведенных обследований не выявлено. Планируемый результат повышения зрительной функции левого и правого глаза в послеоперационном периоде достигнут (46-47).

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ по ходатайству истца по делу назначена комплексная судебно-медицинская экспертиза, производство которой поручено ГКУЗОТ «ПКБСМЭ». На разрешение экспертов поставлены вопросы о том, какие медицинские услуги оказаны ФИО1 ООО «Медси-Пермь»? Соответствовало ли оказание данных услуг диагнозу ФИО1, имелись ли показания и противопоказания к использованию примененных ответчиком ООО «Медси-Пермь» методов лечения истца ФИО1? Были ли проведены ответчиком объективные исследования для выявления противопоказаний? Соответствовали ли оказанные услуги стандартам оказания медицинской помощи данного вида? Имелись ли дефекты в оказании данных услуг? Если да, в чем они заключаются? Какое причинение вреда здоровью истца они повлекли? Имеется ли причинно-следственная связь между наступившими неблагоприятными последствиями и выявленными дефектами? Нуждается ли истец ФИО1 в настоящее время в дополнительном специальном обследовании, лечении для устранения недостатков оказанной медицинской помощи? (л.д.90-93).

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в производстве экспертизы привлечена эксперт ФИО13 (л.д.148). 

Согласно заключению экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.179-192) экспертами сделаны следующие выводы.

При анализе медицинской документации по оказанию медицинской помощи пациентке ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в ООО «Медси-Пермь», а также результатам её судебно-медицинского обследования (осмотра) в рамках проведения судебно-медицинской экспертизы установлено, что за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 была оказана медицинская помощь по диагностике, хирургическому лечению катаракты правого глаза, а также послеоперационному наблюдению.

В соответствии с Приказом Минздрава России от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи», по п.п. 3.7.3. Критерии качества специализированной медицинской помощи взрослым при старческой катаракте и других катарактах (коды по МКБ-10: Н25.1; Н25.2; Н25.8, Н25.9, Н26.2, Н26.3) и в соответствии с Федеральным клиническими рекомендациями «Катаракта старческая» (классификация болезней и проблем, связанных со здоровьем: Н25.0, Н25.1, Н25.2, Н25.8. Н25.9) Год утверждения 2020. ID КР284/1. Разработчик клинической рекомендации: общероссийская общественная организация «Ассоциация врачей-офтальмологов». Общероссийская общественная организация «Общество офтальмологов России». Одобрено Научно-практическим советом Минздрава оценка выполнения:

1. Выполнена визометрия с определением коррекции остроты зрения - да, при динамическом контроле.

2. Выполнена биомикроскопия глаза - да, при динамическом контроле.

3. Выполнена офтальмоскопия глазного дна – да, при динамическом контроле.

4. Выполнен расчет диоптрийности интраокулярной линзы - да. Выбранная диоптрийность имплантируемой ИОЛ является верной, и соответствовала эмметропической (целевой) рефракции в послеоперационном периоде.

5. Проведена профилактика инфекционных осложнений антибактериальными и/или антимикробными лекарственными препаратами до хирургического вмешательства - да.

6. Проведена терапия лекарственными препаратами группы м-холиномиметики и/или группы альфа-адреномиметики в течение 1 часа до хирургического вмешательства -да.

7. Выполнена факоэмульсификация или экстракапсулярная экстракция или интракапсулярная экстракция катаракты (в зависимости от медицинских показаний) - да.

8. Проведена антибактериальная терапия и/или терапия лекарственными препаратами группы нестероидные противовоспалительные и/или группы кортикостероиды - да.

9. Достигнута стабилизация или повышение корригированной остроты зрения - да.

10. Артифакия при завершении лечения - да.

В части исполнения Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ «Об основах охраны граждан Российской Федерации» и Приказа Минздрава России от ДД.ММ.ГГГГ № Н «Порядок оказания медицинской помощи взрослому населению при заболеваниях глаза, его придаточного аппарата и орбиты» - нарушений в п.16, п.17 - не выявлено. Соблюдены условия выполнения п.19 и п.20.

Требования Федерального стандарта медицинской помощи (действующий до ДД.ММ.ГГГГ) больным старческой катарактой № от ДД.ММ.ГГГГ, Федерального стандарта медицинской помощи взрослым при старческой катаракте №н от ДД.ММ.ГГГГ — выполнены в полном объеме, в соответствии с усредненным показателем частоты предоставления и усредненным показателем кратности применения.

Диагностическое обследование пациентке ФИО1 проведено в полном объеме, согласно установленным действующим Федеральным стандартам оказания медицинской помощи в поликлинических условиях. Так же, объем диагностики и лечения для данной модели пациента соответствует действующим в настоящий момент Федеральным клиническим рекомендациям. Установленный диагноз является верным. Выбранная тактика рекомендованного лечения является обоснованной. Противопоказаний к проведению операции ультразвуковой факоэмульсификации с имплантацией мультифокальной интраокулярной линзой у ФИО1 на основании проведенных обследований не выявлено.

Офтальмологическая операция ультразвуковая факоэмульсификация с имплантацией ИОЛ на правом глазу проведена по медицинским показания, в связи с низкими и прогрессивно ухудшающимися зрительными функциями правого глаза. Согласие на проведение оперативного вмешательство получено (информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство, подписанное пациентом, соответствует требованиям Приказа Министерства здравоохранения Российской федерации от ДД.ММ.ГГГГ №н "Об утверждении порядка дачи информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство и отказа от медицинского вмешательства в отношении определенных видов медицинских вмешательств, форм информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство и форм отказа от медицинского вмешательства” (зарегистрирован Министерством юстиции Российской Федерации ДД.ММ.ГГГГ, регистрационный №), с изменением, внесенным приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №н (зарегистрирован Министерством юстиции Российской Федерации ДД.ММ.ГГГГ, регистрационный №). В соответствии с Клиническим рекомендациям «Катаракта возрастная»» ID: КР284/1, «Ассоциация врачей офтальмологов», 2020 год, замена помутневшего хрусталика на искусственный - единственно действенный способ лечения катаракты. Планируемый результат повышения зрительных функций правого глаза в послеоперационном периоде достигнут. В результате проведенной операции произошло повышение корригируемой остроты зрения на правом глазу с 0.3 до 0.8, некорригируемой остроты зрения с 0.03 до 0.8. Лечение и наблюдение в послеоперационном периоде также проведено в полном объеме, согласно установленным действующим Федеральным стандартам оказания медицинской помощи и Федеральным клиническим рекомендация в поликлинических условиях. Степень достижения запланированного результата отвечает поставленным целям - повышение остроты зрения более чем в 10 раз. Качество медицинской помощи следует признать удовлетворительным, а тактику лечения обоснованной.

За период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в ООО «Медси-Пермь» ФИО1 была оказана медицинская помощь по диагностике, хирургическому лечению катаракты правого глаза, а также послеоперационному наблюдению.

Оказанные медицинские услуги по диагностике, хирургическому лечению катаракты правого глаза, а также послеоперационному лечению и наблюдению проведены в полном объеме. Противопоказаний к проведению операции ультразвуковой факоэмульсификации" с имплантацией мультифокальной интраокулярной линзы (ИОЛ)’ у ФИО1 на основании проведенных обследований не выявлено. 

Все оказанные услуги ФИО1 в ООО «Медси-Пермь» полностью соответствовали действующим Федеральным стандартам оказания медицинской помощи в поликлинических условиях. Так же, объем диагностики и лечения для данной модели пациента соответствует действующим в настоящий момент Федеральным клиническим рекомендациям. Установленный диагноз является верным. Выбранная тактика рекомендованного лечения является обоснованной. Степень достижения запланированного результата отвечала поставленным целям.

За период лечения и наблюдения в ООО «Медси-Пермь» пациентки ФИО1 дефектов оказания медицинской помощи не выявлено.

Результатом хирургического лечения катаракты с имплантацией мультифокальной интраокулярной линзы на правом глазу у пациентки ФИО1 явилось существенное и значительное повышение зрительных функций правого глаза, а именно, достигнуто повышение корригируемой остроты зрения на правом глазу с 0.3 до 0.8, некорригируемой остроты зрения с 0.03 до 0.8. Кроме этого достигнуто значительное повышение остроты зрения вблизи без дополнительных средств коррекции до 0.8.

Таким образом, значительное повышение зрительных функций правого глаза не может быть расценено как «наступление неблагоприятных последствий».

В настоящее время ФИО1 в проведении дополнительных диагностических, лечебных (медикаментозное, хирургическое и иное лечение) мероприятий со стороны правого глаза не нуждается. Целесообразным является проведение хирургического лечения (факоэмульсификация катаракты) с имплантацией монофокальной или аналогичной мультифокальной интраокулярной линзы на левомглазу, с целью препятствования прогрессирования катаракты (и как следствие ухудшения зрительных функций левого глаза), а также для достижения одинакового рефракционного эффекта между глазами.

При отсутствии дефектов оказания медицинской помощи по результатам оценки представленной медицинской документации, сделанной в предыдущих выводах настоящего заключения, в соответствии с пунктами 24 и 25 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных Приказом Минздравсоцразвития России от ДД.ММ.ГГГГ №н, оснований для судебно-медицинского установления степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, в рассматриваемом случае не имеется.

В соответствии с частями 3 и 4 статьи 67 ГПК РФ суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.

Таким образом, заключение судебной экспертизы оценивается судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами.

Суд оценивает экспертное заключение с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.

Учитывая, что право определения достаточности и допустимости доказательств, необходимых для правильного разрешения дела, принадлежит исключительно суду, оснований не доверять заключению судебной экспертизы у суда не имеется, поскольку оно является допустимым по делу доказательством, эксперты были предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК Российской Федерации за дачу заведомо ложного заключения, обладают необходимыми квалификацией и специальностью. Выводы экспертов мотивированы, основаны на результатах проведенного исследования, экспертами даны ответы на все поставленные судом вопросы. 

Таким образом, в судебном заседании не нашли подтверждение доводы истца о ненадлежащем оказании ответчиком медицинских услуг, вине ответчика в причинении вреда здоровью истца. Наличие дефектов при оказании медицинской помощи ФИО1 специалистами клиники ООО «Медси-Пермь» не установлено. Согласно выводам судебной экспертизы при оказании ФИО1 медицинской помощи в ООО «Медси-Пермь» недостатков либо дефектов диагностического, тактического и лечебного характера не установлено. Клинический диагноз истцу установлен правильно, результатом хирургического лечения явилось существенной и значительное повышение зрительных функций правого глаза. 

Таким образом, доказательств причинения истцу морального вреда в результате некачественного оказания ответчиком медицинской помощи при рассмотрении дела не установлено. Основания для взыскания с ответчика стоимости оказанных услуг также отсутствуют.

На основании изложенного, исковые требования ФИО1 к ООО «Медси-Пермь» о возмещении имущественного вреда в размере 79 500 руб., компенсации морального вреда в размере 1 500 000 руб. следует оставить без удовлетворения. Оснований для отнесения на ответчика расходов истца по оплате услуг представителя в сумме 55 000 руб. при отказе в иске в соответствии со ст.98 ГПК РФ не имеется. 

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО4 ФИО18 к обществу с ограниченной ответственностью «Медси-Пермь» о возмещении имущественного вреда в размере 79 500 руб., компенсации морального вреда в размере 1 500 000 руб., расходов по оплате услуг представителя в сумме 55 000 руб. оставить без удовлетворения. 

Решение суда может быть обжаловано в Пермский краевой суд через Ленинский районный суд г. Перми в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Копия верна

Председательствующий Ю.Н.Шпигарь

Мотивированное решение изготовлено 06.02.2024.

Подлинный судебный акт находится в материалах гражданского дела №2-43/2024 Ленинского районного суда г. Перми.