РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

26 сентября 2018 года г. Иркутск

Свердловский районный суд г. Иркутска в составе: 

председательствующего судьи Галата С.В., 

при секретаре Жилинской А.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-2459/2018 по исковому заявлению ФИО2 к ФИО3 о признании сделки недействительной в силу ничтожности, применении последствий недействительности сделки, 

УСТАНОВИЛ:

В Свердловский районный суд г. Иркутска обратилась ФИО2 с иском,уточенным в порядке ст. 39 ГПК РФ, к ФИО3 о признании недействительным договора купли-продажи от 

<

Дата обезличена> квартиры по адресу: 

<

адрес обезличен> силу его ничтожности; применении последствий недействительности сделки в виде возврата права долевой собственности на указанную квартиру.

В обоснование исковых требованийуказано, с учетом уточнений, что ФИО2 и её сын ФИО4 являлись собственниками квартиры по адресу: 

<

адрес обезличен> 2007 года, прописаны и проживают в указанной квартире по настоящее время. Также в квартире проживает ответчик ФИО3 и двое несовершеннолетних детей. Квартира двухкомнатная, в одной комнате живет ФИО2 в другой её сын с ответчицей и детьми. Отношения между истцом и ответчиком плохие, ФИО3 постоянно ругается, применяет физическую силу, угрожает расправой.

Ответчиком был получен материнский сертификат, который ей необходимо обналичить. ФИО3 настаивала на том, что необходимо подписать документы, по которым они от ПФР РФ получат большие деньги, также сказала, что для получения материнского сертификата необходимо прописать ее детей в спорной квартире. Она попросила документы на квартиру, сказав, что без документов денег не получить и что вернёт их позже.В 

<

Дата обезличена> года ФИО2 с сыном приехали в офис, подписывали документы, которые не читали, через 3 месяца С.Т.СБ. вернула истцу документы на квартиру. После возвращения документов С.Т.СБ. стала угрожать, что выселит ФИО2 из квартиры, стала применять физическую силу и насилие. В связи с этим ФИО2 обратилась к своей дочери Ирине, которая обнаружила, что 

<

Дата обезличена> был заключен договор купли-продажи квартиры у нотариуса ФИО5, где ФИО2, ФИО4 подали ФИО3 квартиру за 453 026 рублей.

Квартиру ФИО2 не продавала, намерений продать квартиру не имела, денежных средств с продажи не получала, документы были подписаны против собственной воли под реальными угрозами со стороны ФИО3 Истец заблуждалась относительно природы сделки, в момент заключения договора купли- продажи полагала, что дает согласие на прописку внукам (детям ФИО3). В силу своей юридической неграмотности истец поверила ответчику и согласилась на помощь, кроме того, истец имеет проблемы со здоровьем (плохо ходит, не видит, после перенесенного инсульта). Спорная квартира является единственным жильем для истца. Также истец указала, что считает оспариваемый договор притворной сделкой, прикрывающей сделку об обналичивании материнского капитала, что, по - мнению истца, является основанием для признания ее ничтожной. 

До настоящего времени, истец продолжает пользоваться и распоряжаться спорной квартирой как своей собственной, несет расходы по ее содержанию. Несмотря па подписание сторонами передаточных актов, стороны фактических действий по передаче квартиры от продавцов к покупателю не произвели. На основании изложенного истец просила признать недействительным договор купли-продажи квартиры расположенной по адресу: 

<

адрес обезличен>, заключенный 

<

Дата обезличена> между ФИО2, ФИО4 и ФИО3 в силу ничтожности.

В дальнейшем, в порядке ст. 39 ГПК РФ, ФИО2 уточнила заявленные требования, окончательно просила суд признать недействительным договор купли- продажи квартиры расположенной по адресу: 

<

адрес обезличен>, заключенный 

<

Дата обезличена> между ФИО2, ФИО4 и ФИО3 в силу его ничтожности; применить последствия недействительности сделки путем возврата ФИО2 права долевой собственности на квартиру по адресу: 

<

адрес обезличен>.

Истец ФИО2 в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом, просила о рассмотрении дела в свое отсутствие, доверив представление своих интересов представителю по доверенности ФИО6 Ранее в судебном заседании иск поддержала, просила его удовлетворить, пояснив, что не знала о том, что заключает договор-купли продажи квартиры, о наличии такого договора узнала позже. 

Представитель истца ФИО6, действующая на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования в уточненной редакции поддержала, настаивала на их удовлетворении в полном объеме. Дополнительно суду пояснила, что истец ФИО2 имеет плохое зрение, поэтому, при подписании спорного договора не смогла его прочитать. Кроме того, была введена в заблуждение относительно природы сделки, полагала, что подписывает иные документы, а не договор купли-продажи своего единственного жилья, денег от продажи квартиры не получала, намерений продать квартиру не имела. 

Ответчик ФИО3 в судебном заседании иск не признала, просила отказать в удовлетворении требований в полном объеме, пояснив, что истцу достоверно известно о продаже квартиры, купля-продажа совершена по предварительной договоренности. Договор заключен у нотариуса, все права разъяснялись и зачитывались вслух, истец лично подписала договор. 

Представитель ответчика ФИО7, действующий на основании ордера, в судебном заседании иск не признал, просил отказать в удовлетворении требований в полном объеме, по основаниям, изложенным в письменных возражениях на иск и дополнений к ним. Полагал, чтостороной истца не доказан факт введения ФИО2 в заблуждение и факт мнимости сделки, кроме того полагал, что данные обстоятельства, заявленные истцом в обоснование требований противоречат друг другу. Доводы о плохом зрении истца также не подтвердились. Денежные средства были переданы ответчиком истцу, о чем в материалы дела представлены доказательства. Расписка о получении денежных средств не составлялась, поскольку стороны проживают одной семьей. Договор купли- продажи заключен между сторонами по обоюдному согласию и предварительной договоренности. 

Третье лицо ФИО4 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщил. В представленном суду письменном отзыве на иск указал, что является сыном истца, а с ответчиком состоит в фактических брачных отношениях, у них трое детей. Они все вместе проживают в одной квартире. В сентябре 2017 года возник вопрос об использовании средств материнского капитала, полученного ФИО3 и они с матерью решили продать принадлежащую им квартиру ответчику. У матери имелся неоплаченный кредит, который необходимо было закрыть. ФИО3 в КПК «ГСО» получила кредитные денежные средства, после чего, они всей семьей отправились к нотариусу для оформления сделки купли-продажи квартиры, договор зачитывался вслух, разъяснялись все последствия заключения сделки, его мать понимала, что заключает договор купли продажи. После заключения сделки, половина суммы передана истцу, половина осталась у него и ФИО8 После получения денег ФИО2 погасила свой кредит. В последующем, о заключении указанной сделки стало известно дочери истца – ФИО9, которая, осознавая, что лишиться наследства в виде доли на квартиру стала подговаривать мать и его (третье лицо) отменить сделку. Мать послушала ФИО9, поскольку последняя настроила истца против ответчика, и обратилась в суд с настоящим иском. Также указал, что считает заключенную сделку законной. Просил отказать в удовлетворении требований ФИО2 

Третье лицо нотариус Иркутского нотариального округа ФИО5 в судебное заседание не явилась, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом, в представленном суду заявлении просила рассмотреть настоящее дело в ее отсутствие. 

Представители третьего лица КПК «Городское сберегательное отделение» в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщили. В представленном суду письменном отзыве на иск, представитель третьего лица ФИО10, просила отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме. Указав, что ФИО3 

<

Дата обезличена> был предоставлен целевой займ в размере 453 026 рублей для приобретения спорной квартиры, который ответчик обязалась возвратить КПК «ГСО» за счет средств материнского капитала. После погашения займа, третьим лицом подано заявление в Управление Росреестра о погашении регистрационной записи об ипотеке. Полагала, что оснований для признания сделки о покупке спорной квартиры недействительной не имеется. 

С учетом мнения лиц, участвующих в деле, на основании положений ст. 167 ГПК РФ суд рассмотрел настоящее дело в отсутствии неявившихся лиц. 

Заслушав участвующих в деле лиц, исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства, суд приходит к следующему выводу.

Принимая решение, суд руководствуется статьями 56, 196 ГПК РФ, согласно которым каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений; суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела установлены и какие не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по делу и подлежит ли иск удовлетворению.

В этой связи, исходя из характера заявленных исковых требований и возражений против них, суд применяет к правоотношениям сторон положения Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ).

По смыслу части 1, 2 статьи 420 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей. К договорам применяются правила о двух- и многосторонних сделках, предусмотренные главой 9 настоящего Кодекса.

Согласно пункту 1 статьи 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В силу части 3 статьи 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Согласно части 3 статьи 154 ГК РФ для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).

В соответствии с пунктом 2 статьи 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В силу положений ст. 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

В судебном заседании установлено, что ФИО4, ФИО2 с 

<

Дата обезличена>, на основании договора передачи жилого помещения в собственность граждан, заключенного с Администрацией г. Иркутска, являлись собственниками квартиры (по ? доли каждый), расположенной по адресу: 

<

адрес обезличен>.

<

Дата обезличена> между ФИО2, ФИО4 и ФИО3 заключен договор купли-продажи квартиры, согласно которому истец и ФИО4 продали ФИО3 принадлежащую им по праву долевой собственности квартиру, находящуюся по адресу: 

<

адрес обезличен>, состоящую из двух комнат общей площадью 48,1 кв.м., кадастровый 

<

Номер обезличен>. 

Пунктом 4 указанного договора сторонами определена стоимость спорного объекта недвижимости, которую они оценили в размере 453 026 рублей. Расчет между сторонами произведен за счет заемных средств, предоставляемых КПК «ГСО» по договору займа 

<

Номер обезличен> от 

<

Дата обезличена>.

Настоящий договор удостоверен нотариусом Иркутского нотариального округа ФИО5 

<

Дата обезличена>, зарегистрирован в реестре за номером 2Д-819. Договор купли-продажи квартиры от 

<

Дата обезличена> зарегистрирован в Управлении Росреестра по Иркутской области 

<

Дата обезличена> в установленном законом порядке. 

На основании вышеуказанного договора состоялся переход права собственности. Право собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес обезличен> 

<

Дата обезличена> зарегистрировано за ФИО3, что подтверждается выпиской из ЕГРН. 

Указанный договор купли-продажи соответствует требованиям ГК РФ, т.к. совершен в письменной форме, подписан сторонами, содержит все существенные условия, зарегистрирован в установленном законом порядке, что подтверждается материалами дела правоустанавливающих документов, выпиской из Единого государственного реестра недвижимости.

Обращаясь в суд с настоящим иском, ФИО2 ссылается на то, что не имела намерений продавать квартиру, заблуждалась относительно природы сделки, сделку совершила под влиянием угрозы насилия, кроме того, сделка по продаже спорной квартиры является притворной для получения средств материнского капитала, а также истец имеет плохое зрение и не видела того какие документы ею подписаны. На основании указанных доводов просит признать договор купли-продажи недействительным в силу его ничтожности.

Разрешая исковые требования ФИО2, суд исходит из следующего. 

Согласно пункту 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166 ГК РФ).

Согласно статье 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 1). Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2).

Из разъяснений, содержащихся в абзаце 2 пункта 74 Постановления Пленума ВС РФ N 25 следует, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на права и охраняемые законом интересы третьих лиц, является ничтожной, если, вне зависимости от указанных обстоятельств, законом не установлено, что такая сделка оспорима, а не ничтожна, или к ней должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 статьи 168 ГК РФ). Договор, условия которого противоречат существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, может быть квалифицирован как ничтожный полностью или в соответствующей части, даже если в законе не содержится прямого указания на его ничтожность.

В силу пункта 1 статьи 178 ГК сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной (пункт 3 ст. 178 ГК РФ).

В силу положений статьи 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием насилия или угрозы, под влиянием обмана, а также сделка на крайне невыгодных условиях, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка) может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Из приведенных выше норм закона следует, что юридически значимым обстоятельством, подлежащим доказыванию по настоящему спору, является выяснение вопроса о действительной воле сторон, совершающих сделку, с учетом цели договора и его правовых последствий.

Как установлено судом ранее, между истцом, ФИО4 и ответчиком ФИО3 

<

Дата обезличена> был заключен договор купли-продажи квартиры, по адресу: 

<

адрес обезличен>. 

Судом также установлено, что истец ФИО2 является человеком преклонного возраста (

<

Дата обезличена> г.р.) и согласно пояснениям стороны истца имеет плохое зрение, при подписании договора не могла прочитать содержание документа.

В обоснование данного довода истцом представлена справка ВК 

<

Номер обезличен> от 

<

Дата обезличена>, выданная ОГБУЗ «Иркутская городская больница 

<

Номер обезличен>», из которой следует, что ФИО2 поставлен диагноз: ....

Ввиду изложенного, по ходатайству стороны истца, в судебном заседании в качестве свидетеля допрошена врач-офтальмолог ФИО1, которая суду показала, что истец ФИО2 обратилась к ней в качестве пациента о выдаче справки, о состоянии здоровья глаз на сегодняшний день. Обследуя пациентку, врач выяснила следующее. У истца имеется достаточно много сопутствующих заболеваний, глаукома, возрастные изменения, также у нее поражена сетчатка, которая отвечает за четкость. Достоверно утверждать о том, может ли истец видеть без очков, врач не может, но без очков ФИО2 не может читать, однако, возможность прочитать документ также зависит от шрифта. В рамках осмотрах такое исследование (возможность чтения документа без очков) ею (свидетелем) не проводилось, но скорее всего,текст спорного договора без очков или увеличительного прибора ФИО2 прочитать не могла. Приближая или отдаляя документ, человек может сфокусировать текст. Согласно медицинской карте, в 2016 году истцу проводилась операция на глаза, зрение было восстановлено до 30 процентов. Последние данные о состоянии здоровья истца отражены в медицинской карте на август 2017 года, ей выписывались рекомендации по глаукоме, оценка зрения не проводилась.

Оценивая показания допрошенного свидетеля, суд не находит оснований не доверять им, поскольку какой-либо заинтересованности свидетеля в исходе дела не установлено, свидетель предупреждена об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. 

Учитывая показания допрошенного свидетеля, суд приходит к выводу, что у истца действительно имеются проблемы со зрением, однако в очках истец видит, может читать тексты. Прочитать спорный текст договора без очков истец ФИО2 не имела возможности, однако, каких- либо доказательств того, что в момент заключения сделки истец не надевала очки в материалы дела не представлено. В связи с чем, указанный довод истца, заявленный ею в обоснование доводов иска, не может быть принят судом.

Из пояснений сторон также следует, что покупка квартиры была осуществлена ФИО3 из заемных денежных средств, в последующем заем был погашен из средств материнского капитала, полученного ответчиком. Денежные средства, полученные от продажи квартиры истец ФИО2 использовала на погашение своих кредитных обязательств. Указанные доводы подтверждены представленными в материалы дела доказательствами. 

Согласно договору займа 

<

Номер обезличен> от 

<

Дата обезличена> КПК «ГСО» предоставило заемные денежные средства ФИО3 в размере 453 026 рублей для приобретения в собственность квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес обезличен> (пункты 1.1, 1.2 договора). Заемщик обязалась вернуть всю сумму займа до 

<

Дата обезличена> за счет средств материнского капитала (пункт 1.3).в силу пункта 2.1 указанный заем обеспечивался залогом спорной квартиры. Платежным поручением 

<

Номер обезличен> от 

<

Дата обезличена> подтвержден факт выдачи займа в указанном размере. 

Сумма целевого займа, а также стоимость спорной квартиры, отраженная в договоре купли продажи от 

<

Дата обезличена> полностью идентичны. 

Согласно справке от 

<

Дата обезличена>, выданной КПК «ГСО» и письменным пояснениям указанного третьего лица у ФИО3 отсутствует задолженность по договору займа 

<

Номер обезличен> от 

<

Дата обезличена>, задолженность погашена из средств материнского капитала. Кроме того, справкой от 

<

Дата обезличена>, выданной ПАО Совкомбанк подтвержден факт отсутствия задолженности по кредиту 

<

Номер обезличен>, заключенному между Банком и истцом. 

Истец ФИО2, оспаривая договор купли-продажи от 

<

Дата обезличена> по основаниям, указанным в статье 178 ГК РФ, ссылается, в том числе, на то, что в действительности не имела намерений продавать квартиру, а полагала, что подписывает документы, по которым дает согласие на регистрацию детей ответчика в спорной квартире, а также не предполагала, что заключая договор, лишится права собственности на свою квартиру, которая является для нее единственным жильем.

Вместе с тем, из материалов дела следует, что истец ФИО2 самостоятельно явилась к нотариусу и подписала договор купли-продажи. Согласно положениям спорного договора нотариусом сторонам разъяснялось содержание статей 167, 209, 223, 288, 292, 556 ГК РФ (пункт 9). В пункте 6 договора указано, что ФИО2, ФИО4 гарантируют, что они заключают настоящий договор не вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях и настоящий договор не является для них кабальной сделкой. В пункте 13 договора отражено, что договор прочитан вслух и содержит весь объем соглашений между сторонами в отношении предмета договора. После заслушивания договора, истец ФИО2 поставила свою подпись в договоре в присутствии сторон и нотариуса ФИО5, при этом не указывала, что не понимает последствия заключения договора купли-продажи. Кроме того, последствия совершения сделки разъяснялись нотариусом, что прямо следует из содержания договора. 

Кроме того, утверждения истца о заключении договора купли-продажи под влиянием заблуждения опровергаются материалами дела, истец договор подписывала лично, свою подпись в договоре не оспаривает, после заключения договора купли-продажи, имела возможность ознакомиться с договором лично или прибегнуть к помощи других лиц, поскольку он составлен в 4-х экземплярах для каждой и сторон и для нотариуса. Истец с ответчиком проживают в одной квартире, каких- либо иных притязаний на квартиру ни со стороны истца, ни со стороны ответчика с момента заключения спорного договора предъявлено не было. 

Истец также указала, что совершила сделку под угрозой, выразившейся в том, что ответчик ФИО3 постоянно ругается, применяет насилие, угрожает расплатой (отравлением). 

Вместе с тем, для признания сделки недействительной угроза должна быть непосредственной причиной совершения сделки, она должна быть серьезной, осуществимой и противозаконной, в отношении угрозы необходимы доказательства ее реальности, а также доказательства того, что сделка совершена именно потому, что угроза данным действием заставила истца заключить сделку.

Довод истца о том, что угроза ответчика выражалась в расправе (отравлении), не подтвержден какими-либо доказательствами. Соответственно данная угроза не может расцениваться в смысле части 1 статьи 179 ГК РФ.

Проверяя доводы истца о том, что договор купли-продажи квартиры от 

<

Дата обезличена> является притворной сделкой, суд учитывает следующее.

Согласно части 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Согласно диспозиции данной нормы юридически значимым обстоятельством, подлежащим доказыванию, является преследование обеими сторонами сделки общей цели и достижение соглашения по всем существенным условиям той сделки, которую прикрывает юридически оформленная сделка. Намерения одного участника совершить притворную сделку недостаточно.

В гражданском законодательстве мнимые и притворные сделки выделяются в качестве особой разновидности недействительных сделок. 

Признание мнимой и притворной сделок ничтожными основывается на том, что у таких сделок отсутствует основание, поскольку стороны вовсе не стремятся к достижению того правового результата, который должен возникнуть из данной сделки. Совершая мнимую или притворную сделку, стороны хотят лишь создать видимость возникновения, изменения или прекращения гражданских прав и обязанностей, которые вытекают из этой сделки. Таким образом, мнимая и притворная сделки не отвечают признакам гражданско-правовой сделки. 

Однако если мнимые сделки заключаются лишь для того, чтобы обмануть определенных лиц, не участвующих в сделке, создав у них ложное представление о намерениях участников сделки, то притворные сделки совершаются не просто для вида, а для прикрытия другой сделки, которую стороны намерены в действительности совершить. Поэтому в притворной сделке принято различать две сделки: собственно притворную сделку, совершаемую для вида (прикрывающая сделка); сделку, в действительности совершаемую сторонами (прикрываемая сделка). При этом первая сделка, как не имеющая основания, всегда недействительна (ничтожна), а действительность второй сделки оценивается с позиций применимых к ней правил закона.

Поскольку притворная (прикрывающая) сделка совершается лишь для вида, одним из внешних показателей ее притворности служит несовершение сторонами тех действий, которые предусматриваются данной сделкой. Напротив, если стороны выполнили вытекающие из сделки права и обязанности, то такая сделка притворной не является.

В судебном заседании представитель истца указывала на то, что совершенная сделка является притворной и фактически прикрывает действия по обналичиванию материнского капитала.

Вместе с тем, из материалов дела усматривается, что желание обналичить материнский капитал ответчик ФИО3 не скрывала, рассказывала об этом участникам сделки, кроме того, согласно содержанию иска истцу ФИО2 было достоверно известно о наличии материнского капитала, истец ссылается, в том числе на дату и номер сертификата.Каких-либо доказательств, свидетельствующих о намерении всех сторон сделки прикрыть действия по обналичиванию сертификата на материнский капитал ФИО2 в материалы дела не представлено. 

Кроме того, действия сторон после заключения договора купли-продажи квартиры не свидетельствуют об их отношении к заключенному договору как к притворной сделке, спорный договор сторонами исполнен, все условия договора выполнены, переход права собственности произошел и зарегистрирован. Доказательств неполучения истцом денежных средств от покупки квартиры в материалы дела также не представлено. Доводы стороны истца, что она продолжает самостоятельно нести бремя содержания квартиры, также не подтверждены в ходе судебного разбирательства. 

Допрошенная ранее в судебном заседании свидетель ФИО1 – дочь истца суду показала, что знакома с ответчиком, отношения между ними конфликтные. В 2017 году ей позвонила мать и сказала о том, что ответчик хочет прописать детей в квартире матери, свидетель не возражала. Позже мать рассказала, что ответчик возила ее к нотариусу, чтобы прописать детей, но документы на квартиру не отдала. Когда удалось получить документы на квартиру от ответчика, свидетель увидела, что мамина квартира продана ФИО3 Ответчик плохо относится к ее матери, полагает, что Т.С. (ответчик) ее обманула. Денег от продажи квартиры она не получала, кредит ФИО2 был погашен из других денежных средств, в том числе из тех, что ФИО2 отдала свидетель. У ФИО2 проблемы со здоровьем, был инсульт, также у нее плохое зрение. 

В судебном заседании также была допрошена свидетель В. знакомая сторон, которая суду показала, что познакомилась с истцом ФИО2 примерно в 2002 году, с ответчиком знакома раньше. Отношения поддерживает, бывает в гостях, последний раз была в прошлом месяце. В прошлом году в гостях не была. В спорной квартире проживает сын истца А.В., ответчик Таня с 3-ми детьми и истец Г.К.. Истец рассказывала ей, что приватизировала квартиру со своим сыном, это было, примерно в 2002 году. В 2009 году от знакомых свидетель узнала, что в настоящее время хозяйка квартиры уже не ФИО2, однако, коммунальные услуги за квартиру оплачивает истец ФИО2, о данных обстоятельствах известно со слов истца. Также видела, что в квартире поменяли унитаз, купили новую печку, новый ноутбук, все покупала Т.С.. 

Оценивая показания допрошенных свидетелей, суд не принимает их как достоверные и относимые доказательства, относится к ним критически, поскольку показания свидетеля ФИО1 не согласуются с материалами дела, по утверждению свидетеля ФИО1 между ответчиком и свидетелем конфликтные отношения. 

При таких обстоятельствах, оценив представленные суду доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу, что совершенная истцом сделка купли-продажи квартиры соответствует требованиям закона и волеизъявлению сторон сделки, сделка не является притворной, в нарушение требований статьи 56 ГПК РФ истцом не были представлены доказательства совершения сделки под влиянием заблуждения или угрозы, соответственно оснований для признания ее недействительной и применения последствий недействительности сделки не имеется. 

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к ФИО3 о признании недействительным договор купли- продажи квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес обезличен>, заключенный 

<

Дата обезличена> между ФИО2, ФИО4 и ФИО3, в силу его ничтожности, применении последствия недействительности сделки - вернуть право долевой собственности на квартиру по адресу: 

<

адрес обезличен>, ФИО2 - отказать.

Решение может быть обжаловано в Иркутский областной суд через Свердловский районный суд г. Иркутска в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.

Председательствующий: С.В. Галата