РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

20 июня 2018 г. г. Иркутск

Ленинский районный суд г. Иркутска в составе председательствующего судьи Зайцевой И.В., при секретаре судебного заседания Назаренко Н.А., с участием истца ФИО1, представителя ответчика по доверенности ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-492/2018 по иску ФИО1 к Управлению Пенсионного фонда РФ (государственное учреждение) в Ленинском районе г. Иркутска о признании решения об отказе в досрочном назначении пенсии по старости незаконным, признании права на досрочное назначение пенсии, обязании включить периоды в стаж на соответствующих видах работ, назначить досрочную пенсию, 

УСТАНОВИЛ:

В обоснование заявленных исковых требований, истцом указано, что ****год ФИО1 обратилась в Управление Пенсионного фонда РФ в Ленинском районе г. Иркутска с заявлением о досрочном назначении страховой пенсии по старости, в соответствии с подпунктом 20 пункта 1 статьи 30 ФЗ от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», так как она работала в системе здравоохранения и занималась лечебной и иной деятельностью по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения. Решением ГУ-УПФ РФ в Ленинском районе г. Иркутска от 26 октября 2017 года №74 в назначении досрочной страховой пенсии по старости истцу было отказано в связи с отсутствием требуемого количества специального стажа. Из льготного стажа истца был исключен период работы в должности медицинской сестры патронажного отделения женской консультации поликлинического объединения № г. Иркутска с ****год по ****год Пенсионным фондом установлен стаж истца на соответствующих видах работ в 22 года 15 дней при требуемом 30 лет. 

Просит признать решение ГУ УПФ РФ в Ленинском районе г. Иркутска от ****год № незаконным, обязать ответчика УПФ РФ в Ленинском районе г. Иркутска признать право истца ФИО1 на назначение досрочной трудовой пенсии в связи с осуществлением лечебной деятельности в муниципальных учреждениях здравоохранения, включить в стаж для назначения досрочной страховой пенсии по старости период работы с ****год по ****год в должности медсестры патронажного отделение женской консультации поликлинического объединения № г. Иркутска, назначить досрочную трудовую пенсию по старости в связи с осуществлением медицинской деятельности в учреждениях здравоохранения с даты подачи заявления о назначении пенсии с ****год.

В судебном заседании истец ФИО1 предъявленные требования поддержала по основаниям, изложенным в исковом заявлении, просила требования удовлетворить, дополнительно суду пояснила, что с ноября 1991 года работала патронажной медицинской сестрой в женской консультации, которая входила в состав поликлинического объединения №, при этом в период с ****год по ****год истец действительно находилась в отпуске без сохранения заработной платы. 

В судебном заседании представитель ответчика ФИО2, действующая на основании доверенности с объемом полномочий, предусмотренных ст. 54 ГПК РФ, исковые требования не признала по доводам, изложенным в письменных возражениях на исковое заявление, дополнительно суду пояснила, что при оценке документов истца не были включены периоды: с ****год по ****год, с ****год по ****год, с ****год по ****год (8 лет 2 месяца 25 дней) в должности патронажной медсестры ТМО №, Лечебно-поликлиническом объединении № г. Иркутска, так как наименование учреждения не предусмотрено Списком, утвержденным Постановлением Правительства РФ от 29 октября 2002 года №781; с ****год по ****год (17 дней) по причине нахождения в отпуске без сохранения заработной платы; с ****год по ****год (1 месяц 16 дней) в связи с нахождением на курсах повышения квалификации. 

Представитель третьего лица ОГУАЗ «Иркутская городская клиническая больница №» в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежаще, представил отзыв на иск, в котором просил исковые требования ФИО1 удовлетворить в полном объеме. 

Обсудив вопрос о возможности рассмотрения дела в отсутствие неявившегося третьего лица, суд полагает возможным рассмотреть дело в его отсутствие в порядке ст. 167 ГПК РФ.

Заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основании своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу ст. 39 Конституции РФ, каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (часть 1); государственные пенсии устанавливаются законом (часть 2).

Статьей 8 Федерального закона РФ «О страховых пенсиях» регламентировано, что право на страховую пенсию по старости имеют мужчины, достигшие возраста 60 лет, и женщины, достигшие возраста 55 лет. Страховая пенсия по старости назначается при наличии не менее 15 лет страхового стажа. Страховая пенсия по старости назначается при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30.

В соответствии с подпунктом 20 пункта 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», досрочная страховая пенсия по старости устанавливается лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения не менее 30 лет в городах, независимо от их возраста.

Согласно пункту 2 статьи 30 Федерального закона «О страховых пенсиях», списки соответствующих работ, производств, профессий, должностей, специальностей и учреждений (организаций), с учетом которых назначается трудовая пенсия по старости в соответствии с пунктом 1 настоящей статьи, правила исчисления периодов работы (деятельности) и назначения указанной пенсии при необходимости утверждаются Правительством Российской Федерации.

Аналогичные положения содержались в ст. 27 и ст. 81 ранее действовавших Федеральном законе «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» от 17 декабря 2001 г. № 173-ФЗ и Законе РФ от 20 ноября 1990 года № 340-1 «О государственных пенсиях в Российской Федерации» соответственно.

Согласно п. 3 ст. 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», периоды работы (деятельности), имевшие место до дня вступления в силу настоящего Федерального закона, засчитываются в стаж на соответствующих видах работ, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, при условии признания указанных периодов в соответствии с законодательством, действовавшим в период выполнения данной работы (деятельности), дающий право на досрочное назначение пенсии.

В соответствии с п. 4 ст. 30 указанного Закона, периоды работы (деятельности), имевшие место до дня вступления в силу настоящего Федерального закона, могут исчисляться с применением правил исчисления, предусмотренных законодательством, действовавшим при назначении пенсии в период выполнения данной работы (деятельности).

Постановлением Правительства Российской Федерации от 29 октября 2002 года № 781 утверждены Список должностей и учреждений, работа в которых засчитывается в стаж работы, дающей право на досрочное назначение пенсии в связи с лечебной и иной деятельностью по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения и Правила исчисления таких периодов работы.

Постановлением Конституционного Суда РФ от 29 января 2004 года № 2-П установлено, что в целях реализации пенсионных прав педагогических и медицинских работников при исчислении стажа на соответствующих видах работ могут применяться нормативные правовые акты, регулирующие порядок исчисления стажа для назначения досрочной трудовой пенсии указанной категории лиц до введения в действие нового правового регулирования, то есть действовавшие на 31 декабря 2001 года. К таким правовым актам относится постановление Совета Министров РСФСР от 06 сентября 1991 года № 464 «Об утверждении Списка профессий и должностей работников здравоохранения и санитарно-эпидемиологических учреждений, лечебная и иная работа которых по охране здоровья населения дает право на пенсию за выслугу лет», постановление Правительства РФ от 22 сентября 1999 года № 1066 «Об утверждении Списка должностей, работа в которых засчитывается в выслугу лет, дающую право на пенсию за выслугу лет в связи с лечебной и иной работой по охране здоровья населения, и Правил исчисления сроков выслуги для назначения пенсии за выслугу лет в связи с лечебной и иной работой по охране здоровья населения» регулирующие пенсионное обеспечении медицинских работников за периоды работы до 01 ноября 1999 года, и после указанной даты, соответственно.

Судом установлено, что ****год с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии по старости в соответствии с пп. 20 п. 1 ст. 30 ФЗ №400-ФЗ ФИО1 обратилась в УПФР в Ленинском районе г. Иркутска.

****год ГУ УПФ РФ в Ленинском районе г. Иркутска, рассмотрев заявление ФИО1, принято решение за № об отказе в досрочном назначении страховой пенсии по старости в соответствии с пп. 20 п. 1 ст. 30 Федерального закона от 28 декабря 2013г. №400-ФЗ «О страховых пенсиях» в связи с отсутствием права на досрочное назначение страховой пенсии по старости

В решение ГУ УПФ РФ в Ленинском районе г. Иркутска отражено, что на основе всестороннего, полного и объективного рассмотрения документов, в стаж на соответствующих видах работ по пункту 20 части 1 статьи 30 Закона от ****год засчитаны периоды работы ФИО1:

- с ****год по ****год в должности медицинской сестры Больницы №;

- с ****год по ****год в должности медицинской сестры в Детских яслях №;

- с ****год по ****год в должности патронажной медсестры больницы № Ленинского района г. Иркутска;

- с ****год по ****год, с ****год по ****год, с ****год по ****год в должности старшей медицинской сестры Поликлиники №.

Все остальные периоды работы не подлежат зачету в стаж на соответствующих видах работ, предусмотренных действующим законодательством, регулирующим досрочное пенсионное обеспечение.

Таким образом, по подсчетам ГУ УПФ РФ в Ленинском районе г. Иркутска, стаж на соответствующих видах работ ФИО1 составил 22 года 15 дней при требуемом 30 лет.

Из письменных возражений от ГУ УПФ РФ в Ленинском районе г. Иркутска, представленных в материалы гражданского дела следует, что при оценке пенсионных прав ФИО1 в стаж на соответствующих видах работ не включены периоды:

- работы в должности патронажной медсестры ТМО №, Лечебно-поликлиническом объединении № г. Иркутска с ****год по ****год, с ****год по ****год, с ****год по ****год;

- нахождения в отпуске без сохранения заработной платы с ****год по ****год;

- нахождения на курсах повышения квалификации с ****год по ****год.

Обращаясь в суд с иском, истец просит обязать ответчика зачесть в медицинский стаж периоды ее работы в должности медсестры патронажного отделения женской консультации поликлинического объединения № г. Иркутска: с ****год по ****год.

В соответствии с представленной в материалы дела трудовой книжке серии 

<

...> №, ФИО1 с ****год принята на должность медсестры патронажной отделения женской консультации Поликлинического объединения №. ****год Поликлиническое объединение № переименовано в Городскую клиническую больницу №. С ****год по настоящее время истец занимает должность старшей медицинской сестры женской консультации поликлиники. №.

Исходя из информации по структурным подразделениям, представленной ОГУАЗ «ИГКБ №», организация, в которой работала истец, подвергалась переименованию и реорганизации. Первоначально, больница №8 Ленинского района г. Иркутска с ****год была преобразована в территориальное медицинское объединение № (ТМО №), которое затем с ****год было преобразовано в Лечебно-поликлиническое объединение № (ЛПО №), и с ****год было переименовано в поликлинику №, которая в свою очередь была преобразована в Поликлиническое объединение № (ПО №). Далее к указанному учреждению с ****год была присоединена поликлиника №. И с ****год оно было присоединено к МУЗ ГКБ №, правопреемником которого в настоящее время является ОГУАЗ «ИГКБ №».

В материалы дела представлен приказ Отдела здравоохранения Исполнительного комитета Иркутского городского совета народных депутатов № от ****год, согласно которому на территории г. Иркутска утверждалась новая структура сети учреждений здравоохранения, в частности было создано территориальное медицинское объединение № (ТМО №), которое приказом № от ****год было переименовано в лечебно-поликлиническое объединение №, 

Приказом отдела здравоохранения Администрации г. Иркутска № от ****год было создано муниципальное учреждение городская поликлиника №.

В соответствии с приказом № от ****год, было создано муниципальное учреждение «Поликлиническое объединение №».

Распоряжением Заместителя мэра г. Иркутска от ****год МУЗ «Поликлиническое объединение №» администрации г. Иркутска было реорганизовано путем присоединение к нему МУЗ «Поликлиника №8 Ленинского округа» г. Иркутска. В свою очередь, МУЗ «Поликлиническое объединение №» администрации г. Иркутска постановлением мэра г. Иркутска от ****год в результате реорганизации было присоединено к МУЗ «Городская клиническая больница № администрации г. Иркутска».

Согласно архивной справке № от ****год Отдела делопроизводства и архива Аппарата Администрации г. Иркутска, ФИО1 была уволена с ****год с должности патронажной медсестры больницы № Ленинского района г. Иркутска переводом в ТМО № г. Иркутска. Данный факт подтверждается приказом № от ****год Больницы №/ТМО №.

В соответствии с приказом № от ****год ТМО №/больница №/ ФИО1, являющейся патронажной медсестрой женской консультации, был предоставлен отпуск без содержания с ****год по ****год.

Актом по результатам документальной проверки № от ****год, оформленного специалистами УПФР в Ленинском районе г. Иркутска, установлено, что приказом по МУЗ «Городская клиническая больница №» г. Иркутска от ****год №лс, в связи с реорганизацией, согласно приказа № от ****год по департаменту здравоохранения, работник МУЗ «Поликлиническое объединение №» ФИО1 с ****год переведена в МУЗ «Городская клиническая больница №».

В указанном акте так же установлено, что в период с 29 марта по ****год ФИО1 проходила курсы повышения квалификации в Иркутском областном училище повышения квалификации средних медицинских кадров.

На основании анализа совокупности установленных по делу обстоятельств и имеющихся в деле доказательств, суд приходит к выводу, что в спорные периоды с ****год по ****год, с ****год по ****год, с ****год по ****год (08 лет 02 месяца 25 дней) в должности патронажной медсестры отделения женской консультации поликлинического объединения № истец работала в государственном учреждении здравоохранения в должности, которая предусматривает право на льготную пенсию. Переименование лечебного учреждения, в котором осуществляла трудовую деятельность ФИО1, не изменило предмет и цели деятельности лечебного учреждения, в связи с чем, указанные периоды работы истца подлежат включению в стаж на соответствующих видах работ, соответственно, решение ГУ – Управление пенсионного фонда РФ в Ленинском районе г. Иркутска об отказе истцу в установлении пенсии за № от ****год является незаконным.

Доводы ответчика о несоответствии наименования учреждения Спискам не влияют на выводы суда, поскольку, под соответствием наименованию учреждения, предусмотренного Списком, понимается, прежде всего, соответствие виду (типу) учреждения (организации), работа в которых дает право на досрочную пенсию. Отсутствие в наименовании учреждения (организации) указания на его организационно-правовую форму или характер деятельности, включение в наименование сведений, не предусмотренных законом, не может являться поводом для ограничения права граждан на получение досрочной страховой пенсии.

Из правовой позиции, выраженной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 04 марта 2004 года № 81-О, вытекает, что право на назначение пенсии ранее достижения общеустановленного пенсионного возраста не связывается законодателем с организационно-правовой формой и наименованием организации, в которой осуществляется лечебная деятельность. Решающее значение имеет вопрос о тождественности должностей и учреждений здравоохранения, с учетом работы в которых досрочно назначается пенсия и которые предусмотрены Постановлением Правительства Российской Федерации № 781 от 29 октября 2002 года, и аналогичных должностей и учреждений (организаций), имевших ранее иные наименования, а также тождественность выполняемой работником лечебной и иной работы по охране здоровья населения, дающей право на пенсию.

Из представленных в материалы дела документов следует, что вид деятельности учреждения, в котором в спорные периоды работала истец, по своей сути не изменился.

Истолкование действующих норм, как позволяющих не включать время выполнения указанных работ в специальный стаж на изложенных пенсионным органом основаниях, не только противоречило бы их действительному смыслу и предназначению, но и создавало бы неравенство при реализации права на досрочное назначение трудовой пенсии, что недопустимо с точки зрения требований ч. ч. 1, 2 ст. 19 Конституции РФ, а также приводило бы к неправомерному ограничению права граждан на социальное обеспечение (ч. 1 ст. 39 Конституции РФ).

Рассмотрев исковые требования истца в части включения в специальный стаж для назначения досрочной страховой пенсии по старости периода нахождения на курсах повышения квалификации: с ****год по ****год, суд приходит к выводу о том, что указанный период подлежит включению в специальный стаж, поскольку иное толкование и применение пенсионного законодательства повлекло бы ограничение конституционного права на социальное обеспечение истца, которое не может быть оправдано указанными в ч. 3 ст. 55 Конституции РФ целями, ради достижения которых допускается ограничение Федеральным законом прав и свобод человека и гражданина.

В соответствии со ст. 91 Закона РФ от 20 ноября 1990 № 340-1 «О государственных пенсиях в Российской Федерации», обучение на курсах по повышению квалификации включается в общий трудовой стаж.

В соответствии с требованиями ст. 112 КЗоТ РСФСР, при направлении работников для повышения квалификации с отрывом от производства за ними сохраняется место работы (должность) и производятся выплаты, предусмотренные законодательством.

Исходя из приведенных норм, период нахождения на курсах повышения квалификации является периодом работы с сохранением средней заработной платы, с которой работодатель должен производить отчисление страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации, следовательно, исчисление стажа в периоды нахождения на курсах повышения квалификации следует производить в том же порядке, что и за соответствующую профессиональную деятельность.

Истец находилась на курсах повышения квалификации в период ее работы в должности патронажной медицинской сестры отделения женской консультации Поликлинического объединения №, работа в котором согласно Списку, утвержденному Постановлением Совмина РСФСР от 06 сентября 1991 № 464 засчитывается в стаж работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, в связи с чем, суд приходит к выводу о включении указанных периодов в специальный стаж истца.

Факт нахождения истца на курсах повышения квалификации подтверждается имеющимися в материалах дела документами и не оспаривается ответчиком.

Доводы же стороны ответчика о том, что вышеуказанный период нахождения истца на курсах повышения квалификации не подлежит включению в специальный стаж при назначении досрочной страховой пенсии по старости, являются необоснованными, поскольку основаны на не верном толковании норм материального права.

Необходимость направления истца на курсы повышения квалификации была обусловлена должностным положением истца и непосредственно вытекала из осуществляемой ею лечебной и иной деятельности по охране здоровья населения.

Требования истца в части включения в специальный стаж периода нахождения ее в отпуске без сохранения заработной платы с ****год по ****год не подлежат включению в специальный стаж, поскольку правилами не предусмотрено включение в стаж, дающий право на досрочное пенсионное обеспечение, отпусков без сохранения заработной платы.

Учитывая, что при включении оспариваемых периодов (08 лет 02 месяца 25 дней и 1 месяц 16 дней) специальный стаж ФИО1 превышает необходимые 30 лет, суд полагает, что необходимо определить момент возникновения права на назначение страховой пенсии со дня обращения за ней, то есть с ****год.

При таких обстоятельствах, оценивая собранные по делу доказательства в совокупности, их взаимной связи, с учетом достаточности, достоверности, относимости и допустимости, суд полагает исковые требования ФИО1 удовлетворить в части. 

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Признать незаконным решение Управления Пенсионного Фонда Российской Федерации (государственного учреждения) в Ленинском районе г. Иркутска № от ****год об отказе в назначении досрочной пенсии по старости.

Признать за ФИО1 право на назначение досрочной трудовой пенсии в связи с осуществлением медицинской деятельности в учреждениях здравоохранения.

Обязать Управление Пенсионного Фонда Российской Федерации (государственное учреждение) в Ленинском районе г. Иркутска зачесть в стаж работы, дающей право ФИО1 на досрочную страховую пенсию, периоды трудовой деятельности с ****год по ****год, с ****год по ****год в должности медсестры патронажной отделения женской консультации поликлинического объединения № г. Иркутска.

Обязать Управление Пенсионного Фонда Российской Федерации (государственное учреждение) в Ленинском районе г. Иркутска назначить ФИО1 досрочную трудовую пенсию по старости в связи с осуществлением медицинской деятельности в учреждениях здравоохранения с ****год.

В удовлетворении исковых требований о обязании Управления Пенсионного Фонда Российской Федерации (государственного учреждения) в Ленинском районе г. Иркутска зачесть в стаж работы, дающей право ФИО1 на досрочную страховую пенсию, период трудовой деятельности с ****год по ****год в должности медсестры патронажной отделения женской консультации поликлинического объединения № г. Иркутска - отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Иркутский областной суд через Ленинский районный суд г. Иркутска в течение месяца со дня составления решения суда в мотивированном виде

Мотивированное решение суда составлено ****год.

Судья И.В. Зайцева