Судья Марголин А.В.

РЕШЕНИЕ

 № 7-64/2017

(дело № 5-43/2017)

3 июля 2017 г. г. Ростов-на-Дону

Судья Северо-Кавказского окружного военного суда Костин Игорь Владимирович (

<

...>), при секретаре Евсеевой А.В., рассмотрев дело об административном правонарушении по жалобе военнослужащего войсковой части 3219 подполковника

ФИО5, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, подвергавшегося административным наказаниям ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ (три правонарушения), ДД.ММ.ГГГГ (два правонарушения) ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ по ч. 2 ст. 12.9 (двенадцать правонарушений), ч. 3 ст. 12.9 КоАП РФ, проживающего по адресу: 

<

адрес>, войсковая часть №,

на постановление судьи Майкопского гарнизонного военного суда от 11 мая 2017 г. о назначении ФИО5 административного наказания за совершение правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ,

УСТАНОВИЛ:

Согласно постановлению судьи водитель ФИО5 признан виновным в том, что ДД.ММ.ГГГГ в 4 час. 30 мин. на 

<

адрес>, управляя транспортным средством, в нарушение требований п. 2.3.2 Правил дорожного движения РФ отказался от выполнения законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, т.е. совершил правонарушение, предусмотренное ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ. В связи с этим ФИО5 назначено наказание в виде административного штрафа в размере 30 000 руб. с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 год 9 месяцев.

В жалобе на постановление по делу об административном правонарушении ФИО5 просит судебное постановление ввиду незаконности и необоснованности отменить, производство по делу прекратить.

В обоснование автор жалобы, ссылаясь на нормы КоАП РФ, разъяснения постановления Пленума Верховного Суда РФ и нормативные правовые акты, приводя собственный анализ доказательств по делу, утверждает, что дело рассмотрено судьёй необъективно, его выводы не соответствуют имеющимся в деле доказательствам, которым надлежащая оценка не дана.

В основу судебного постановления положены противоречивые и недостоверные показания сотрудников полиции ФИО1 и ФИО2. Так, свидетель ФИО1 показал, что в «

<

данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ.», получив сообщение о невыполнении водителем законного требования об остановке транспортного средства, они начали его преследование. Согласно показаниям свидетеля ФИО2, транспортное средство уже было остановлено ими в это время. В действительности же он был остановлен сотрудниками полиции в «

<

данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ

При отстранении его от управления транспортным средством и освидетельствовании на состояние алкогольного опьянения понятые не присутствовали. Результаты указанного освидетельствования составили 0,02 мг/л выдыхаемого воздуха, а не 0,275 мг/л, как ошибочно указано в обжалуемом постановлении. При этом к акту освидетельствования на состояние алкогольного опьянения не приложен бумажный носитель с результатами такого освидетельствования.

При медицинском освидетельствовании на состояние опьянения не было проведено исследование выдыхаемого воздуха на наличие алкоголя, а при отборе биологического объекта не был предоставлен одноразовый контейнер. От прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения он не отказывался, а лишь уточнил относительно процедуры проведения медицинского освидетельствования и потребовал предоставить ему надлежащий контейнер.

Об отсутствии у него признаков опьянения свидетельствует самостоятельное прохождение им медицинского освидетельствования, по результатам которого состояние опьянения у него не выявлено, о чём им в суд был представлен соответствующий акт.

Рассмотрев материалы дела и доводы жалобы, нахожу, что судебное постановление соответствует фактическим обстоятельствам содеянного ФИО5 и основано на исследованных судьёй доказательствах, достоверность и допустимость которых сомнений не вызывает. Нормы материального и процессуального права применены правильно.

В соответствии с п. 2.3.2 Правил дорожного движения РФ водитель транспортного средства обязан по требованию должностных лиц, которым предоставлено право государственного надзора и контроля за безопасностью дорожного движения и эксплуатации транспортного средства, проходить освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

Направление ФИО5 на медицинское освидетельствование на состояние опьянения осуществлено должностным лицом Госавтоинспекции в пределах его компетенции, установленной ч. 2 ст. 27.12 КоАП РФ.

В силу ч. 11 ст. 27.12 КоАП РФ требование сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения признаётся законным при наличии достаточных оснований полагать, что водитель находится в состоянии опьянения. Поводом для направления этого водителя на медицинское освидетельствование на состояние опьянения является его отказ от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения либо его несогласие с результатами освидетельствования, а равно при наличии достаточных оснований полагать, что лицо находится в состоянии опьянения, отрицательный результат освидетельствования на состояние алкогольного опьянения.

Согласно п. 3 Правил освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов, утверждённых постановлением Правительства РФ от 26 июня 2008 г. № 475, достаточными основаниями полагать, что водитель находится в состоянии опьянения, является наличие одного или нескольких следующих признаков: запах алкоголя изо рта, неустойчивость позы, нарушение речи, резкое изменение окраски кожных покровов лица, а также поведение, не соответствующее обстановке.

Как видно из протокола о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения (т. 1 л.д. 5), составленного в отношении водителя ФИО5 в связи с наличием запаха алкоголя изо рта, неустойчивостью позы и нарушением речи, обстоятельством, послужившим законным основанием для направления ФИО5 на медицинское освидетельствование, явилось его несогласие с результатами освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, заявленное сотруднику полиции в присутствии двух понятых.

Эти обстоятельства, вопреки утверждению автора жалобы, подтверждаются согласующимися между собой показаниями понятых ФИО3 и ФИО4 и сотрудников полиции ФИО1 и ФИО2 (т. 1 л.д. 10, 11, 44-45).

Протоколы процессуальных действий составлены согласно процедуре их оформления, установленной КоАП РФ, и в присутствии понятых, достоверность и объективность их содержания сомнений не вызывает.

Вопреки утверждению в жалобе об обратном, меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении применены к ФИО5 в соответствии с требованиями ст. 27.12 КоАП РФ.

Участие двух понятых при отстранении ФИО5 от управления транспортным средством, освидетельствовании на состояние алкогольного опьянения и направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения сотрудником полиции обеспечено, понятым разъяснены права и обязанности, предусмотренные ст. 25.7 КоАП РФ. Изложенное подтверждается соответствующими протоколами, содержание которых удостоверено подписями понятых ФИО3 и ФИО4. Заинтересованность указанных понятых в исходе дела материалами не подтверждена.

Доводы автора жалобы об отсутствии в материалах дела соответствующего бумажного носителя с результатами освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, о непроведении исследования выдыхаемого воздуха на наличие алкоголя в рамках медицинского освидетельствования на состояние опьянения являются необоснованными и противоречат материалам дела. Согласно приложенному к материалам дела бумажному носителю результаты освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, с которыми ФИО5 не согласился, составили 0,275 мг/л (т. 1 л.д. 7, 8).

При таких обстоятельствах, будучи направленным в установленном порядке на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, ФИО5 прошёл двукратное исследование выдыхаемого воздуха на наличие алкоголя. При этом согласно результатам первого из указанных исследований показания алкотестера составили 0,77 мг/л, а повторного – 0,73 мг/л, что подтверждается актом медицинского освидетельствования на состояние опьянения и соответствующими бумажными носителями (т. 1 л.д. 4, 5).

Согласно медицинскому заключению ФИО5 при проведении медицинского освидетельствования от дальнейших исследований и сдачи биологического объекта отказался (т. 1 л.д. 4).

Утверждение ФИО5 о непредоставлении ему при отборе биологического объекта одноразового контейнера является надуманным и материалами дела не подтверждено. При этом, как видно из протокола об административном правонарушении, ФИО5 каких-либо замечаний при проведении освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и медицинского освидетельствования на состояние опьянения не представил, о нарушении порядка их проведения не заявлял, от дачи объяснений отказался (т. 1 л.д. 3).

С учётом изложенного факт отказа ФИО5 от выполнения законного требования сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения сомнений не вызывает, а доводы жалобы об обратном являются необоснованными и направлены на избежание административной ответственности.

Надлежащая оценка дана судьёй в своём постановлении акту медицинского освидетельствования на состояние опьянения, пройденного ФИО5 по собственной инициативе в медицинском учреждении спустя более восьми часов после остановки сотрудником полиции транспортного средства под его управлением (т. 1 л.д. 23-24).

Данный акт не ставит под сомнение обоснованность подозрений сотрудника полиции в наличии у ФИО5 признаков алкогольного опьянения и не свидетельствует о незаконности привлечения его к административной ответственности за отказ от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

Что же касается доводов автора жалобы об ошибочном и противоречивом указании в обжалуемом постановлении при изложении показаний сотрудников полиции ФИО1 и ФИО2 сведений о времени начала преследования и остановки транспортного средства под его управлением, то следует отметить, что технический характер допущенных процессуальных нарушений не влияет на оценку данных доказательств как относимых и допустимых и не может повлечь отмену правильного по существу судебного постановления. Как видно из протокола рассмотрения дела, сотрудники полиции ФИО1 и ФИО2 пояснили о том, что описываемые события имели место в 

<

данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ Более того, допущенная опечатка была устранена судьёй гарнизонного военного суда в порядке ст. 29.121 КоАП РФ (т. 1 л.д. 69).

Таким образом, обстоятельства, подлежащие доказыванию по делу об административном правонарушении, установлены судьёй в достаточном объёме и получили должную оценку в соответствии с требованиями ст. 26.11 КоАП РФ, а изложенный в обжалуемом постановлении вывод о наличии в действиях ФИО5 события и состава правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, является обоснованным и мотивированным.

Нарушений, которые могли бы дать основания для вывода о необходимости отмены судебного постановления, из дела не усматривается.

Назначенное Емельянову административное наказание соответствует тяжести содеянного, данным о личности виновного и определено с учётом обстоятельства, отягчающего административную ответственность, в пределах санкции ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 30.6 и 30.7 КоАП РФ, судья

РЕШИЛ:

Постановление судьи Майкопского гарнизонного военного суда от 11 мая 2017 г. о назначении ФИО5 административного наказания за совершение правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, оставить без изменения, а жалобу ФИО5 – без удовлетворения.

Судья И.В. Костин