Дело № 2-336/2018 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

27 февраля 2018 года г. Биробиджан

Биробиджанский районный суд Еврейской автономной области

в составе судьи Казаковой О.Н.,

при секретаре Коротовской Ю.А., Кретовой Я.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Биробиджане дело по иску федерального государственного унитарного предприятия «Охрана» Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации к Еврейской областной организации общероссийского профсоюза работников государственных учреждений и общественного обслуживания Российской Федерации о признании отказа в даче согласия на расторжение трудовых договоров от 27 декабря 2017 года незаконным,

УСТАНОВИЛ:

ФГУП «Охрана» Федеральной службы войск национальной гвардии РФ обратилось в суд с иском к Еврейской областной организации общероссийского профсоюза работников государственных учреждений и общественного обслуживания РФ о признании необоснованным отказа от 27.12.2017 в даче согласия на расторжение трудовых договоров. В обоснование указали, что 15.12.2017 и.о. председателя Федерации профсоюзов ЕАО направлен запрос о даче согласия на возможное расторжение трудовых договоров со стрелками команды ВОХР филиала ФГУП «Охрана». 27.12.2017 поступила информация от председателя Еврейской областной организации общероссийского профсоюза работников государственных учреждений и общественного обслуживания РФ, в которой указано: «дать предварительное согласие на расторжение трудовых договоров в настоящее время не представляется возможным из-за непредоставления пакета документов в полном объеме». Работодателем в профсоюзный орган предоставлен достаточный перечень документов, позволяющий сделать вывод о действительности сокращения штата работников, связано ли намерение работодателя уволить конкретного работника с изменением организационно-штатной структуры организации или осуществляемой этим работником профсоюзной деятельностью. Просит признать отказ от 27.12.2017 о даче согласия на расторжение трудовых договоров незаконным.

Определением судьи от 11.01.2018 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика привлечены ФИО1, ФИО2, ФИО3

В судебном заседании представитель истца ФИО4 полностью поддержал заявленные требования. Пояснил, что ФГУП «Охрана» предоставляет организациям услуги охраны на основании срочных договоров, на срок не более одного года. 31.12.2017 издан приказ о внесении изменений в штатное расписание: подлежали сокращению должности стрелков, все они получили уведомление о сокращении. 15.12.2017 в профсоюзную организацию направлен запрос о даче согласия на увольнение. 27.12.2017 поступила информация о невозможности дачи согласия из-за непредоставления всех документов. В профсоюзный орган был предоставлен приказ, уведомления службы занятости и председателя профкома, уведомления сотрудников о предстоящем увольнении. Проект приказа об увольнении не является нормативным документом. Полагает, что в профсоюзный орган предоставлен достаточный перечень документов для принятия решения. Профсоюзный орган не отказывал истцу в даче согласия на увольнение. С 01.01.2018 заключены новые договоры на охрану объектов. Введение новых единиц в штатное расписание связано с уменьшением цены контрактов. Сотрудники получили уведомление за два месяца до увольнения, другие должности им не предлагались. Во второй половине декабря 2017 уже не было перспектив для увольнения. Преимущественное право работников не рассматривалось. Уведомление вручено всем, кто работает постоянно. Были приняты работники на основании срочных трудовых договоров.

Представитель ответчика ФИО5 иск не признала, пояснила, что профсоюзный орган не вмешивается в деятельность предприятия. Не были представлены документы о том, что в 2018 не будут заключены новые договоры на охрану.

Представитель ответчика ФИО6 не признала заявленные требования. Пояснила, что 15.12.2017 истец обратился за получением согласия на увольнение. На основании этого письма был дан ответ о том, что невозможно дать согласие либо отказ на увольнение сотрудников. Истец не представил проект приказа об увольнении и основания для увольнения – штатное расписание в старой и новой редакции. Обжалуемый ответ является промежуточным.

ФИО1 полагала заявленные требования необоснованными. Пояснила, что 28.12.2017 принят на работу новый сотрудник на объект «таможня». Руководителем принято решение об уменьшении тарифной ставки для работников на этом объекте, но об этом никто не был извещен. С 01.01.2018 произошло изменение размера тарифных ставок, сокращения не было, количество объектов для охраны не изменилось. Уведомление о сокращении она получила, была не согласна, другие должности не предлагались. Предупреждение об увольнении получили 9 человек. 01.02.2018 она получила новое уведомление о сокращении. В настоящее время она не осуществляет охрану объектов, находится в офисе предприятия. 

ФИО2 полагала иск необоснованным. Пояснила, что фактически сокращения не было, иные сотрудники были приняты на работу. Она работает длительное время и имеет преимущественное право на оставление на работе. Уведомление о сокращении получила. С 01.02.2018 трудовую функцию не исполняет, находится в офисе.

ФИО3 также полагала требования иска необоснованными. Пояснила, что работает с 2005 года, получила уведомление о сокращении. Другие должности ей не предлагались, ее преимущественное право не рассматривалось.

Суд, выслушав пояснения участников процесса, изучив материалы дела, приходит к следующим выводам.

Согласно ст. 22 ТК РФ работодатель имеет право заключать, изменять и расторгать трудовые договоры с работниками в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

В соответствии с п. 2 ст. 81 ТК РФ, трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае сокращения численности или штата работников организации, индивидуального предпринимателя.

В силу ст. 373 ТК РФ при принятии решения о возможном расторжении трудового договора в соответствии с п. 2, 3 или 5 ч. 1 ст. 81 настоящего Кодекса с работником, являющимся членом профессионального союза, работодатель направляет в выборный орган соответствующей первичной профсоюзной организации проект приказа, а также копии документов, являющихся основанием для принятия указанного решения.

Согласно ст. 374 ТК РФ, увольнение по инициативе работодателя в соответствии с п. 2, 3 или 5 ч. 1 ст. 81 настоящего Кодекса руководителей (их заместителей) выборных коллегиальных органов первичных профсоюзных организаций, выборных коллегиальных органов профсоюзных организаций структурных подразделений организаций (не ниже цеховых и приравненных к ним), не освобожденных от основной работы, допускается помимо общего порядка увольнения только с предварительного согласия соответствующего вышестоящего выборного профсоюзного органа.

Исходя из правовой позиции, изложенной в Определении Конституционного Суда РФ № 421-О от 04.12.2003, обязанность государства обеспечивать указанным выше категориям граждан надлежащую защиту против любых дискриминационных действий, направленных на ущемление свободы объединения профсоюзов в области труда, вытекает и из положений статей 2 и 3 Конвенции МОТ № 87 1948 года о свободе ассоциации и защите права на организацию, подпункта «б» пункта 2 статьи 1 Конвенции МОТ № 98 1949 года о применении принципов права на организацию и на введение коллективных договоров, статей 1 и 2 Конвенции МОТ № 135 1971 года о защите прав представителей трудящихся на предприятии и предоставляемых им возможностях, а также пункта «а» статьи 28 Европейской социальной хартии (пересмотренной) от 3 мая 1996 года, которая подписана Российской Федерацией 14.09.2000.

По смыслу приведенных конституционных положений и норм международного права, установление законодателем для работников, входящих в состав профсоюзных органов (в том числе их руководителей) и не освобожденных от основной работы, дополнительных гарантий при осуществлении ими профсоюзной деятельности, как направленных на исключение препятствий такой деятельности, следует рассматривать в качестве особых мер их социальной защиты.

Следовательно, ч. 1 ст. 374 ТК РФ, закрепляющая в качестве такой гарантии обязательность получения работодателем предварительного согласия вышестоящего выборного профсоюзного органа на увольнение работников, входящих в состав профсоюзных органов (включая их руководителей) и не освобожденных от основной работы, по своему содержанию направлена на государственную защиту от вмешательства работодателя в осуществление профсоюзной деятельности, в том числе посредством прекращения трудовых правоотношений. По сути, данная норма устанавливает абсолютный запрет на увольнение перечисленных категорий профсоюзных работников без реализации установленной в ней специальной процедуры прекращения трудового договора.

Работодатель для получения согласия вышестоящего выборного профсоюзного органа на увольнение работника, являющегося руководителем (его заместителем) выборного профсоюзного коллегиального органа и не освобожденного от основной работы, обязан представить мотивированное доказательство того, что предстоящее увольнение такого работника обусловлено целями эффективной деятельности и не связано с осуществлением им профсоюзной деятельности.

В случае отказа вышестоящего профсоюзного органа в согласии на увольнение работодатель вправе обратиться в суд с заявлением о признании его необоснованным. При этом соответствующий профсоюзный орган обязан представить суду доказательства того, что его отказ основан на объективных обстоятельствах, подтверждающих преследование данного работника со стороны работодателя по причине его профсоюзной деятельности, т.е. увольнение носит дискриминационный характер. И только в случае вынесения судом решения, удовлетворяющего требование работодателя, последний вправе издать приказ об увольнении.

Выявленный Конституционным Судом Российской Федерации в настоящем Определении конституционно-правовой смысл данной нормы в силу статьи 6 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» является общеобязательным, что исключает любое иное ее истолкование в судебной и иной правоприменительной практике.

Кроме того, Конституционный Суд РФ в своем Постановлении от 24.01.2002 № 3-П определил, что Конституция Российской Федерации гарантирует свободу экономической деятельности, поддержку конкуренции и защиту равным образом частной, государственной, муниципальной и иных форм собственности в качестве одной из основ конституционного строя Российской Федерации (статья 8) и закрепляет право каждого на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности (статья 34 часть 1), а также право каждого иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами (статья 35, части 1 и 2).

Указанные конституционные права предполагают наличие у работодателя (физического или юридического лица) ряда конкретных правомочий, позволяющих ему в целях осуществления эффективной экономической деятельности и рационального управления имуществом самостоятельно, под свою ответственность принимать необходимые кадровые решения (подбор, расстановка, увольнение персонала). Поэтому, предусматривая в соответствии с требованиями статьи 37 Конституции Российской Федерации гарантии трудовых прав, в том числе направленные против возможного произвольного увольнения работника, законодатель не вправе устанавливать такие ограничения, которые ведут к искажению самого существа свободы экономической (предпринимательской) деятельности. Иное противоречило бы положениям статьи 55 Конституции Российской Федерации, в соответствии с которыми защита прав и свобод одних не должна приводить к отрицанию или умалению прав и свобод других, а возможные ограничения посредством федерального закона должны преследовать конституционно значимые цели и быть соразмерными.

Конституция Российской Федерации гарантирует каждому право на объединение, включая право создавать профессиональные союзы для защиты своих интересов, свободу деятельности общественных объединений (статья 30, часть 1). Из данной конституционной нормы во взаимосвязи со статьей 37 Конституции Российской Федерации вытекает обязанность государства обеспечивать свободу деятельности профсоюзов в целях надлежащего представительства и защиты социально-трудовых прав граждан, связанных общими производственными, профессиональными интересами.

Поскольку свободное осуществление гражданами трудовой деятельности может быть затруднено в силу необходимости сочетания работы с выполнением этих значимых для государства и общества функций, законодатель вправе предусмотреть меры социальной защиты работников, входящих в состав профсоюзных органов и не освобожденных от основной работы. Установление для таких работников дополнительных гарантий, включая механизм эффективного контроля за правомерностью действий работодателя при их увольнении, имеет существенное значение для реализации права на создание профсоюзов как самостоятельных и независимых объединений трудящихся - одного из основных прав в демократическом правовом государстве.

Таким образом, устанавливая дополнительные гарантии для работников, входящих в состав профсоюзных органов и не освобожденных от основной работы, при увольнении их по инициативе работодателя, законодатель должен обеспечивать баланс соответствующих конституционных прав и свобод, являющийся необходимым условием гармонизации трудовых отношений в Российской Федерации как социальном правовом государстве, что составляет правовую основу справедливого согласования прав и интересов работников и работодателей как сторон в трудовом договоре и как участников социального партнерства.

Как установлено в судебном заседании, приказом директора филиала ФГУП «Охрана» Росгвардии от 30.10.2017 № 09-шт внесены изменения в штатное расписание филиала. Как указано в приказе, в связи с окончанием 31.12.2017 срока действия государственных контрактов и договоров на оказание услуг по военизированной охране объектов, в целях приведения штатного расписания в соответствие с приказом ФГУП «Охрана» от 14.01.2014 № 6, в штатное расписание от 03.08.2017 вносятся следующие изменения: с 01.01.2018 сокращаются должности стрелков с различными часовыми тарифными ставками.

Приказом ФГУП «Охрана» от 01.09.2005 № 5 ФИО1 принята на работу стрелком отряда ВОХР, период работы – бессрочно. Приказом ФГУП «Охрана» от 01.09.2005 № 3 ФИО3 и ФИО2 приняты на работу на должность стрелка отряда ВОХР, период работы – бессрочно.

Кроме того, на основании протокола отчетно-выборного профсоюзного собрания филиала ФГУП «Охрана» МВД России по ЕАО от 10.01.2015 ФИО1 избрана председателем первичной профсоюзной организации, а ФИО3 и ФИО2 – в состав профсоюзного комитета данной организации.

Уведомления о предстоящем сокращении вручены: ФИО1 – 31.10.2017, ФИО2 – 16.11.2017, ФИО3 – 30.10.2017.

30.10.2017 сведения о количестве высвобождаемых работников переданы в Центр занятости.

15.12.2017 филиал ФГУП «Охрана» Росгвардии обратился в Федерацию профсоюзов ЕАО с просьбой рассмотреть документы и дать предварительное согласие на расторжение трудовых договоров со стрелками ВОХР ФИО1, ФИО2, ФИО3 К данному обращению работодателем представлены: копия приказа о внесении изменений в штатное расписание, копия уведомления службы занятости, копия уведомления председателя профкома филиала организации о предстоящем увольнении, а также копии уведомлений вышеназванных работников о сокращении.

27.12.2017 в адрес руководителя филиала ФГУП «Охрана» из Еврейской областной организации Общероссийского профсоюза работников государственных учреждений и общественного обслуживания РФ направлен ответ, из которого следует, что не представляется возможным дать предварительное согласие на расторжение трудовых договоров из-за непредоставления пакета документов в полном объеме.

Из пояснений представителя истца и третьих лиц судом установлено, что при проведении процедуры сокращения работодателем не рассматривалось преимущественное право вышеуказанных работников на оставление на работе. Также представитель истца не отрицал, что в период ноября-декабря 2017 на работу принимались сотрудники на основании срочных трудовых договоров, иная работа ФИО1, ФИО2, ФИО3 не предлагалась.

Кроме того, согласно справки от 27.02.2017, в декабре 2017 действовали 11 договоров на охрану объектов, в январе 2018 количество организаций, заключивших договоры на оказание услуг военизированной охраны, не изменилось (11).

Таким образом, в судебном заседании установлено, что основания для проведения организационно-штатных мероприятий, указанные в приказе от 30.10.2017, о внесении изменений в штатное расписание, отсутствовали. Кроме того, работодателем в течение действия срока уведомления о сокращении нарушены положения ст.ст. 179, 180 ТК РФ, предусматривающих в обязательном порядке рассмотрение вопроса о преимущественном праве оставления работника на работе и предложения всех вакантных должностей.

Одновременно суд отмечает, что истцом при обращении в профсоюзный орган для получения предварительного согласия на увольнение, не представлены в полном объеме документы, на основании которых профсоюзный орган мог принять мотивированное решение. В частности, не были представлены проекты приказов об увольнении ФИО1, ФИО2, ФИО3, что является нарушением положений ст. 373 ТК РФ.

Фактически профсоюзный орган не отказывал работодателю в даче согласия на увольнение, а представил промежуточный ответ, в котором, в том числе, просил предоставить недостающие документы.

При таких обстоятельствах суд приходит к убеждению, что заявленные требования не подлежат удовлетворению в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 56, 194-199 ГПК РФ, суд, 

Р Е Ш И Л:

Иск федерального государственного унитарного предприятия «Охрана» Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации к Еврейской областной организации общероссийского профсоюза работников государственных учреждений и общественного обслуживания Российской Федерации о признании отказа в даче согласия на расторжение трудовых договоров от 27 декабря 2017 года незаконным – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в суд Еврейской автономной области через Биробиджанский районный суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья О.Н. Казакова