Гр. дело № 2–259/2019 Мотивированное 

решение

 составлено 15.03.2019 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

11 марта 2019 года город Апатиты

Апатитский городской суд Мурманской области в составе

председательствующего судьи Верхуша Н.Л.

при секретаре Шурукиной Е.Э. 

с участием представителя ответчика ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Мурманской области ФИО1, 

помощника прокурора г. Апатиты Мурманской области Мунгалова К.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к Министерству финансов Российской Федерации в лице УФСИН России по Мурманской области, Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации, интересы которого представляет Управление Федерального казначейства по Мурманской области, Федеральной службе исполнения наказаний России, федеральному казенному учреждению СИЗО-2 УФСИН России по Мурманской области о взыскании компенсации физического и морального вреда здоровью, причиненного ненадлежащими условиями содержания в следственном изоляторе,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в суд с Министерству финансов Российской Федерации в лице УФСИН России по Мурманской области о взыскании компенсации физического и морального вреда здоровью, причиненного ненадлежащими условиями содержания в следственном изоляторе.

В обоснование исковых требований указал, что в 2012 году и в 2015 году он содержался в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Мурманской области в унизительных условиях содержания, чем были нарушены его права, унижены честь и достоинство. Нарушения условий содержания заключались в отсутствии условий приватности в камерах, где он содержался, поскольку имеющиеся низкие перегородки, ограждающие зону туалета не создавали уединения. Кроме того, при отсутствии в камерах горячего водоснабжения и водонагревательных приборов, горячую воду для стрики и гигиенических целей не выдавали, в связи с чем он не мог соблюдать гигиену тела и постирать личные вещи. Также в камерах отсутствовала пожарная сигнализация и не имелось документации как вести себя при пожаре. Вместе с тем, в камерах, где он содержался, не проводилась санитарная и дезинфицирующая обработка, что способствовало размножению насекомых и бактерий и причинило ему нравственные страдания и вред его здоровью. 

На основании изложенного просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 4000 рублей и компенсацию физического вреда здоровью в размере 6000 рублей.

Определением Апатитского городского суда от 15 февраля 2019 года к участию в деле в качестве соответчиков привлечены Российская Федерация в лице Министерства финансов Российской Федерации, интересы которого представляет Управление Федерального казначейства по Мурманской области, Федеральная служба исполнения наказаний России, федеральное казенное учреждение СИЗО-2 УФСИН России по Мурманской области.

Истец в судебное заседание не явился, извещен о месте и времени судебного разбирательства надлежащим образом, просил о рассмотрении дела в свое отсутствие, дополнительных объяснений и доказательств в обоснование иска не представил.

Представитель соответчика ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Мурманской области (далее-Учреждение, ФКУ, следственный изолятор, СИЗО-2) в судебном заседании исковые требования не признал, поддержал представленные письменные возражения, пояснил, что доводы истца являются переоценкой условий содержания его в Учреждении, исходя из его субъективного мнения, без учета требований законодательства Российской Федерации. Истцом не представлено доказательств в обоснование заявленных требований, а именно - фактов нарушения предусмотренных нормативными документами условий содержания истца, наличия виновных, незаконных действий или бездействий со стороны администрации следственного изолятора, которые бы повлекли причинение истцу морального и физического вреда

Представитель соответчиков УФСИН России по Мурманской области и ФСИН России в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, представил письменные возражения, согласно которым с иском не согласен, поскольку истцом не представлено доказательств факта нарушения условий содержания, наличия виновных незаконных действий со стороны ФКУ СИЗО-2, факта причинения ему физического вреда. Просил в удовлетворении иска отказать.

Представитель соответчика Министерства финансов Российской Федерации в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, в представленных возражениях с иском не согласен, поскольку надлежащим ответчиком является ФСИН России. Кроме того, истцом не представлены доказательства, свидетельствующие о его содержании в СИЗО-2 в условиях, несовместимых с уважением человеческого достоинства, а также о наличии угрозы его здоровью и благополучию. Кроме того, заявленный истцом размер компенсации морального вреда является необоснованным. Просил в удовлетворении иска отказать, дело рассмотреть в отсутствие представителя.

Суд, руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, рассмотрел дело в отсутствие истца и представителей соответчиков УФСИН России по Мурманской области, ФСИН России, Министерства финансов Российской Федерации. 

Выслушав представителя соответчика ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Мурманской области, заключение прокурора, полагавшего заявленные требования необоснованными, исследовав материалы дела, суд считает, что исковые требования не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно статье 21 Конституции Российской Федерации, принятой всенародным голосованием 12 декабря 1993 года, достоинство личности охраняется государством. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

В соответствии со статьей 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Согласно статье 3 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, заключенной в г. Риме 04 ноября 1950 года (с изменениями от 13 мая 2004 года) и требованиями, содержащимися в постановлениях Европейского суда по правам человека, условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания.

Условия содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений в изоляторах временного содержания, в том числе требования к этим помещениям, регламентированы Федеральным законом от 15 июля 1995 года N 103 "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" и конкретизированы в приказе Минюста России от 14 октября 2005 года № 189 (далее - ПВР от 14 октября 2005 года N 189).

В соответствии со статьей 4 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.

Согласно статье 15 Федерального закона от 15 июля 1995 года N 103 "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.

Материально-бытовое обеспечение подозреваемых и обвиняемых предусмотрено статьей 23 Федерального закона от 15 июля 1995 года N 103 "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" и ПВР от 14 октября 2005 года N 189.

В соответствии с положениями приведенных правовых актов подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности; предоставляется индивидуальное спальное место; бесплатно выдаются постельные принадлежности, посуда и столовые приборы, туалетная бумага, а также по их просьбе в случае отсутствия на их лицевых счетах необходимых средств индивидуальные средства гигиены; все камеры обеспечиваются светильниками дневного и ночного освещения, напольной чашей (унитазом), умывальником, средствами радиовещания, а по возможности телевизорами, холодильниками и вентиляционным оборудованием. 

Оказание медицинской помощи и обеспечение санитарно-эпидемиологического благополучия в местах содержания под стражей организуются в соответствии с законодательством в сфере охраны здоровья. Администрация указанных мест обязана выполнять санитарно-гигиенические требования, обеспечивающие охрану здоровья подозреваемых и обвиняемых (статья 24 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений").

В соответствии со ст. 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, подлежит возмещению. 

Из смысла указанной нормы права следует, что ответственность по данной статье наступает, если вред причиняется противоправными действиями указанных в статье субъектов.

В силу статей 12, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации гражданское судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон; каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. В связи с этим обязанность доказать факт причинения вреда личным неимущественным правам и другим нематериальным благам, а также незаконность действий (бездействия) органа государственной власти, либо его должностного лица, в рассматриваемом случае возлагается на истца. Более того, истец должен доказать наличие причинно-следственной связи между незаконными действиями (бездействием) и возникновением у него морального вреда.

Согласно пункту 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года №10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" суду следует также устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

Из приведенных правовых норм и акта их толкования следует, что само по себе нарушение личных неимущественных прав потерпевшего или посягательство на нематериальные блага не являются безусловными основаниями для удовлетворения требований о компенсации морального вреда.

Обязательным условием удовлетворения таких требований следует отнести, прежде всего, наличие вреда. Вред может иметь как имущественный, так и неимущественный характер.

Вторым условием возмещения вреда, является причинно-следственная связь между действиями (бездействием) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов и наступившими вредоносными последствиями.

Третье условие - противоправность деяния причинителя вреда - в комментируемой статье определено как "незаконные действия (бездействие) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов».

Четвертым условием возмещения вреда, является наличие вины должностных лиц в причинении вреда.

Критерии определения размера компенсации морального вреда определены в части 2 статьи 151, части 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать характер и степень физических и нравственных страданий, фактические обстоятельства, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальные особенности потерпевшего. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Согласно п.п. 1.1,1.2 Устава ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Мурманской области является учреждением уголовно-исполнительной системы, предназначенным для содержания подозреваемых и обвиняемых, в отношении которых в качестве меры пресечения избрано заключение под стражу, а также для выполнения функций исправительных учреждений в отношении осужденных в соответствии с уголовно-исполнительным законодательством Российской Федерации. Учредителем учреждения является Российская Федерация, функции и полномочия которого осуществляет ФСИН России.

В судебном заседании установлено, что ФИО2 был осужден Первомайский районным судом г.Мурманска 30.01.2012 к наказанию в виде лишения свободы сроком на 4 года 5 месяцев и Кандалакшским районным судом Мурманской области 30 сентября 2015 года к наказанию в виде лишения свободы сроком на 1 год.

Из сведений, представленных СИЗО-2 следует, что истец содержался в указанном учреждении с 15.04.2012 по 04.06.2012 (следовал транзитом) и с 02.10.2015 по 26.11.2015 (по приговору Кандалакшского районного суда Мурманской области), в частности, в камерах №№ 

<

.....>

Как следует из материалов дела, на основании договора подряда №125-10/11/242 от 08.10.2011 в Учреждении проведены монтажные работы по устройству автоматической системы пожарной сигнализации и управления эвакуацией людей при пожаре в здании режимного корпуса.

Из пояснений представителя ответчика ФКУ, данный в судебном заседании следует, что пожарная сигнализация, установленная в 2011 году действует до настоящего времени.

В соответствии с пунктом 5 Перечня зданий, сооружений, помещений и оборудования в учреждениях и органах Федеральной службы исполнения наказаний, подлежащих защите автоматическими установками пожаротушения и автоматической пожарной сигнализацией, утвержденного Приказом ФСИН РФ от 31.03.2005 года № 222, в зданиях и сооружениях следует защищать автоматическими установками пожаротушения (АУПТ) и автоматической пожарной сигнализацией (АПС) все помещения независимо от площади, кроме камер следственных изоляторов, помещений, функционирующие в режиме следственных изоляторов, камер тюрем, штрафных и дисциплинарных изоляторов, помещений камерного типа (исключение составляют общежития для проживания осужденных, которые следует оборудовать автономными дымовыми пожарными извещателями).

Таким образом, действующим законодательством не предусмотрено оборудование помещений камерного типа автоматической системой пожаротушения, в связи с чем доводы истца в данной части являются несостоятельными.

Отсутствие в камерах, где истец содержался, информации о поведении при пожаре не свидетельствует о нарушении прав истца на достойное содержание. Кроме того, учитывая, что истец находился в учреждении уголовно-исполнительной системы, предназначенном для содержания подозреваемых и обвиняемых, в отношении которых в качестве меры пресечения избрано заключение под стражу, а также для выполнения функций исправительных учреждений в отношении осужденных в соответствии с уголовно-исполнительным законодательством Российской Федерации, следовательно, контроль и надзор за пожарной безопасностью в следственном изоляторе в силу положений "Наставления по организации деятельности пожарных частей, отдельных постов, групп пожарной профилактики ведомственной пожарной охраны учреждений, исполняющих наказания, и следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы" (утв. Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 3 сентября 2007 года N 177), возложен на сотрудников указанного учреждения, в том числе, и эвакуация людей при пожаре.

Доводы истца о претерпевании нравственных и моральных страданий из-за нарушении приватности при отправлении естественных надобностей по причине низкой перегородки, ограждающей туалет в камере, суд считает несостоятельными.

Согласно пункту 8.66 норм проектирования следственных изоляторов и тюрем Минюста России, утвержденных приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 28 мая 201 № 161, действовавших в период содержания истца в Учреждении, камерные помещения на два и более места оборудуются напольными чашами (унитазами) и умывальниками, которые следует размещать в кабинках с дверьми, открывающимися наружу. Кабины должны иметь перегородки высотой 1 метр от пола уборной. 

Учитывая тот факт, что истец в заявлении сам указывает на наличие в камерах перегородки, у суда не имеется оснований считать его права в этой части нарушенными, поскольку наличие такой перегородки предусмотрено правилами проектирования помещения и не противоречат нормам, установленным ими.

Доводы истца в части нахождения в антисанитарных условиях, наличия в камерах насекомых и бактерий не нашли своего подтверждения в судебном заседании, опровергаются представленными ответчиком договорами на оказание санитарно-эпидемиологических услуг по дератизации, дезинсекции и дезинфекции, актами о выполнении работ и счетами на оплату указанных услуг, из которых следует, что соответствующие мероприятия проводились в СИЗО-2 в период содержания истца.

Кроме того, из акта филиала «Центра государственного санитарно-эпидемиологического надзора №» ФКУЗ МСЧ №10 от 28.10.2015 следует, что уборочный инвентарь и дез.средства имеются в наличии, жалоб на условия проживания никто из подследственных не предъявлял.

При этом, на основании п. п. 1 и 2 ПВР от 14 октября 2005 года № 189 обязанность по уборке камер возложена на лиц, содержащихся под стражей в следственных изоляторах, в частности на дежурного по камере. 

К доводам истца о необеспечении горячей водой в период его нахождения в ФКУ, суд относится критически на основании следующего.

В соответствии с требованиями п. 43 ПВР от 14 октября 2005 года N 189 лица, содержащиеся в камерах, для обеспечения горячей водой либо пользуются водонагревательными приборами (кипятильниками), либо по их просьбе горячая вода выдается им администрацией учреждения с учетом их потребностей.

Из пояснений представителя ответчика ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Мурманской области, данных в судебном заседании, следует, что все камеры, в которых содержался истец, не были оборудованы системой горячего водоснабжения, однако горячая вода выдавалась по требованию согласно графику, который за 2012 год не сохранился по прошествии длительного периода времени.

Указанные объяснения подтверждаются копией графика ежедневной выдачи горячей воды для стрики, гигиенических целей, кипяченой воды для питья подозреваемым, обвиняемым и осужденным, содержащихся в камерах режимного корпуса и спец.блока, утвержденного начальником учреждения 30.03.2015.

В силу положений пункта 126 ПВР от 14 октября 2005 года N 189 для организации медицинской помощи подозреваемым и обвиняемым в СИЗО организуется медицинская часть.

При этом подозреваемые и обвиняемые обращаются за медицинской помощью к медицинскому работнику СИЗО во время ежедневного обхода им камер, а в случае острого заболевания - к любому сотруднику СИЗО (п. 127).

Амбулаторная помощь оказывается подозреваемым и обвиняемым в камерах, иных помещениях, а также в специализированных кабинетах медицинских частей СИЗО (п.128).

Согласно медицинской документации, представленной в материалы дела, ФИО2 с жалобами на ухудшение состояния здоровья, возникшего из-за ненадлежащих условий содержания, в периоды нахождения в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Мурманской области не обращался, в связи с чем доводы истца о причинении вреда его здоровью несостоятельны. 

В имеющихся в материалах дела журналах учета заявлений подозреваемых, обвиняемых и осужденных, содержащихся в корпусном отделении ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Мурманской области за период с 12.03.2012 по 25.06.2012 и с 29.09.2015 по 10.12.2015, имеются отметки об обращениях ФИО2 с заявлениями на имя начальника Учреждения о даче разрешения на телефонные звонки и свидание, выдачу вещей. Каких-либо жалоб на условия содержания, в том числе в другие инстанции, истцом не подавалось. 

В нарушение части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истцом также не представлены копии заявлений о том, что в периоды содержания в ФКУ СИЗО-2 он обращался с жалобами на условия содержания. 

Таким образом, в ходе судебного заседания судом установлено, что действия администрации ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Мурманской области не были противоправными, их действиями физические и нравственные страдания истцу не причинены, при содержании ФИО2 в учреждении нарушений требований Федерального закона "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" не установлено, в связи с чем, суд приходит к выводу о том, что заявленные им требования о компенсации морального вреда удовлетворению не подлежат.

При этом суд исходит из того, что сам процесс содержания под стражей или отбывания им наказания законодательно урегулирован, осуществляется на основании нормативно-правовых актов Министерства юстиции Российской Федерации, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих наказание, а также права и обязанности лиц, ответственных за их содержание.

Содержание лица под стражей или отбывание им наказания в местах, соответствующих установленным государством нормативам, заведомо не может причинить физические и нравственные страдания, поскольку такие нормативы создавались именно с целью обеспечить не только содержание в местах лишения свободы или под стражей, но и обеспечить при этом соблюдение прав лиц, оказавшихся в них вследствие реализации механизма государственного принуждения.

Следовательно, само по себе содержание лица под стражей или отбывание им наказания в местах лишения свободы не порождают у него права на компенсацию морального вреда.

Доказательств, опровергающих позицию ответчика, истцом суду в нарушение требований ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено. Нахождение истца в местах лишения свободы не освобождает его от бремени доказывания обстоятельств, на которые он ссылается как на основания своих требований.

При таких обстоятельствах, оценив собранные по делу доказательства в соответствии требованиями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд принимает решение об отказе в удовлетворении требования о взыскании компенсации морального вреда ввиду недоказанности факта совершения ответчиком каких-либо неправомерных действий (бездействий), приведших к нарушению личных неимущественных прав истца, либо причинивших ему физические и нравственные страдания, в том числе и причинения вреда его здоровью.

Руководствуясь статьями 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к Министерству финансов Российской Федерации в лице УФСИН России по Мурманской области, Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации, интересы которого представляет Управление Федерального казначейства по Мурманской области, Федеральной службе исполнения наказаний России, федеральному казенному учреждению СИЗО-2 УФСИН России по Мурманской области о взыскании компенсации физического и морального вреда здоровью, причиненного ненадлежащими условиями содержания в следственном изоляторе, отказать.

Решение может быть обжаловано в Мурманский областной суд через Апатитский городской суд путем подачи апелляционной жалобы в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме. 

Председательствующий Н.Л.Верхуша