Дело № 2-302/2020

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г.Мыски 22 мая 2020 г. 

Мысковский городской суд Кемеровской области в составе:

председательствующего Казаковой И.В. 

при секретаре Гуряшевой Е.П., 

с участием истца ФИО2 и ее представителя ФИО3, действующей на основании заявления истца,

с участием прокурора Ушковой И.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда города Мыски гражданское дело по иску ФИО2 к ПАО «Южный Кузбасс» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в связи с профессиональным заболеванием, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратилась в суд с иском к ПАО «Южный Кузбасс» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в связи с профессиональным заболеванием.

Требования мотивированы тем, что 21.11.1985 г. истец был принят в разрез «Сибиргинский» ПО «Кемеровоуголь» машинистом мостового крана в автотракторно-бульдозерный участок. 

30.12.2016 г. истец уволен в связи с отсутствием работы, необходимой в соответствии с медицинским заключением (пункт 8 часть 1 статьи 77 ТК РФ). 

На протяжении трудовой деятельности истец подвергался воздействию статических и динамических физических нагрузок, в том числе на шейный и плече-лопаточный уровни позвоночника, при несовершенстве технологического процесса (пункт 17 Акта о случае профессионального заболевания № 215 от 10.08.2016 г. и пункт 4 СГХ № 1177 от 27.03.2013). В результате длительного воздействия на организм вредных производственных факторов у истца было установлено профессиональное заболевание. 

С 10.06.2016 по 21.06.2016 г.г. истец находился на стационарном обследовании в ФГБУ «НИИ КПГиПЗ», где истцу впервые было установлено профессиональное заболевание: 

<

данные изъяты>

Тяжелый труд истцу был противопоказан (выписка из истории болезни с 10.06.2016 по 21.06.2016). Истец был направлен на БМСЭ. 

Заключением МСЭ № 2595.27.42/2016 от 11.10.2016 года истцу впервые установлено 20% утраты профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием на период с 20.09.2016 по 01.10.2017.

Приказом по филиалу № 9 ГУ КРОФСС РФ № 13516-в от 19.12.2016 в связи с установлением процента утраты профессиональной трудоспособности впервые истцу были назначены ежемесячные страховые выплаты. 

Приказом по филиалу № 9 ГУ КРОФСС РФ № 13245-в от 13.12.2016 назначена и выплачена единовременная страховая выплата. 

С 08.06.2017 по 19.06.2017 истец находился в стационарном отделении ФГБУ «НИИ КПГиПЗ». По результатам обследования состояние здоровья у истца ухудшилось: дополнительно был установлен диагноз - 

<

данные изъяты> 

Было установлено, что течение заболевания прогредиентное, т.е. прогрессирующее, без положительной динамики. 

Возвращение к тяжелому труду было противопоказано.

Заключением МСЭ № 1625.9.42/2019 от 24.09.2019 г. процент утраты профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием в размере 20% был установлен бессрочно.

Согласно Заключению Клиники НИИ КПГиПЗ по определению степени вины предприятия в причинении вреда здоровью профессиональным заболеванием № 520 от 15.12.2016 установлено, что профессиональное заболевание у истца установлено в 2016. 

На возникновение заболевания повлияла работа в условиях с перенапряжением позвоночника, тяжестью трудового процесса класса 3 степени 1 в профессии машиниста крана. Общий стаж с воздействием вредного фактора согласно проф. маршруту составил 31 год 5 месяцев. 

Установлена вина ПАО «Южный Кузбасс» в развитии у истца профессионального заболевания - 99%. 

В соответствии с актом о случае профессионального заболевания № 215 от 10.08.2016 лица, допустившие нарушение государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов, не установлены (строка акта 21). Вина истца отсутствует (строка акта 19). 

В январе 2017 г. истец обратилась к ответчику с заявлением о выплате единовременной компенсации в счет возмещения морального вреда в соответствии с Федеральным отраслевым соглашением по угольной промышленности в связи с профессиональным заболеванием, полученным в период его работы на разрезе «Сибиргинский». 

Приказом по филиалу № Пр/ЮК-УОДУ-0216-орг от 31.01.2017 сумма в размере 75954,85 руб. истцу была выплачена. 

Истец считает, что выплаченная сумма в счет компенсации морального вреда в размере 75954,85 руб. занижена и не соответствует степени физических и нравственных страданий у истца. 

На протяжении всей трудовой деятельности при работе в качестве машиниста крана истец подвергалась воздействию вредных производственных факторов: тяжесть трудового процесса, обусловленная физическими нагрузками на мышечный аппарат спины, верхнего плечевого пояса, длительное пребывание в вынужденной рабочей позе, с наклонами туловища и головы. 

Общий стаж работы на разрезе «Сибиргинский» с воздействием вредного фактора составил 28 лет и 8 месяцев. 

В соответствии с Р 2.22006-05 «Руководство, по гигиенической оценке, факторов среды и трудового процесса. Критерии и классификация условий труда», мои условия труда по ведущему вредном) производственному фактору - тяжесть трудового процесса - при работе на кране, носятся к 3 классу 2 степени. 

Установленное профессиональное заболевание - 

<

данные изъяты> 

Нарушение функции позвоночника - это опасное заболевание, следствие которого являются нарушение структуры позвонков, не позволяющая обеспечить позвоночнику достаточную опорную функцию, разрушение костной ткани и поражение ткани межпозвоночного диска, что в большинстве случаев сопровождается утратой пластичности межпозвонковых сочленений и ограничением подвижности и при прогрессирующем течение болезни вызывает полную неподвижность и инвалидность. 

Резкое ухудшение состояние здоровья видно из медицинского заключения ФГБУ «НИИ КПГиПЗ» за период с 08.06.2017 по 19.06. 2017. когда в результате обследования был установлен дополнительный диагноз: - 

<

данные изъяты> 

Заболевание прогрессирующее, несмотря на то, что в декабре 2016 истец прекратила трудовые отношения с ответчиком, и воздействие вредного производственного фактора было прекращено, состояние здоровья резко ухудшилось. 

Истец постоянно испытывает ноющие боли, которые распространяются на область шеи, плеч и спины, отдавая в руку и бедро. Боль усиливается при любой, даже незначительной нагрузке, при простом сгибании или разгибании рук и ног, при длительном пребывании в одной позе. Все это сопровождается постоянными головными болями, головокружением и шумом в ушах. 

Значительно снижена работоспособность. Слабость в руках не дает истцу возможности выполнять даже посильную домашнюю работу. Всю домашнюю работу выполняют дети. От этого испытываю особые нравственные страдания и дискомфорт. 

У истца полностью нарушен сон, ночью часто просыпаюсь от болевых ощущений и чувства онемения и похолодания конечностей. Принимаю болеутоляющие препараты. Иногда боль становится настолько резкой, простреливающей и настолько сильной, что не помогают даже обезболивающие препараты. 

Постоянные болевые ощущения, которые невозможно ничем снять, приводят к апатии, раздражительности, а иногда и к депрессии и потери интереса к жизни. Истец постоянно испытывает чувство общего недомогания. И это при том, что истцу, всего 

<

данные изъяты> года. 

Постоянно обращается за медицинской помощью в лечебные учреждения, принимает препараты, но улучшений не ощущает. 

В большинстве случаев в больницу не обращается, так как в настоящее время истцу требуется освобождение от работы (выдача листка временной нетрудоспособности), обезболивающие препараты, которые выписывает врач, истцу известны, и истец принимает их самостоятельно, снимая боли.

Проходит санаторно-курортное лечение, но эффект незначительный и на небольшой промежуток времени. 

Выплата единовременной компенсации в счет возмещения морального вреда в ПАО «Южный Кузбасс» регулируется Коллективным договором, Положением о выплате единовременного пособия и компенсации морального вреда в ПАО «Южный Кузбасс». 

В денежном выражении моральный вред истец оценивает в 250000 руб., без учета выплат, произведенных ответчиком. Ко взысканию подлежит сумма в размере 174045,15 руб. (250000 руб. - 75954,85). 

25.12.2019 г. истец обратился к ответчику с заявлением о компенсации ему морального вреда в размере 174045,15 руб.

Заявление истца оставлено без ответа и удовлетворения.

Просит взыскать с ПАО «Южный Кузбасс» компенсацию морального вреда в связи с профессиональным заболеванием в размере 174045,5 руб. (л.д.5-10).

В судебном заседании истец и его представитель ФИО3 на заявленных требованиях настаивали.

Представитель ПАО «Южный Кузбасс» ФИО1 в суд не явилась, просила рассмотреть дело в свое отсутствие, о чем направила письменное заявление. Представила письменные возражения на иск, в которых просила отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Выслушав истца и его представителя, допросив свидетеля, обсудив заключение прокурора, полагавшего заявленные требования, подлежащими частичному удовлетворению, а также обсудив отзыв представителя ответчика, изучив материалы дела, приходит к следующему.

В силу ст.ст.20, 41 Конституции Российской Федерации, статьи 150 ГК РФ жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми.

Согласно ст.151 ГК РФ причинение вреда здоровью дает потерпевшему право на компенсацию морального вреда.

В соответствии со ст.3 Федерального закона от 24.07.1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", п.п.4, 5 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 15.12.2000 г. N 967, под хроническим профессиональным заболеванием понимается заболевание, являющееся результатом длительного воздействия на работника вредного производственного фактора (факторов), повлекшее временную или стойкую утрату профессиональной трудоспособности.

Профессиональное заболевание, возникшее у работника, подлежащего обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, является страховым случаем, который влечет возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию. Пунктом 3 статьи 8 указанного Закона предусмотрено, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Надлежащим ответчиком по требованиям о компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием является работодатель (страхователь) или лицо, ответственное за причинение вреда (п.7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.03.2011 г. N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний").

При этом, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

В соответствии со ст.237 Трудового кодекса РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В соответствии с п.2 ст.1101 ГК РФ, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Судом установлено и не оспаривалось сторонами, что ФИО2 работала в период с 21.11.1985 по 30.12.2016 г.г. машинистом мостового крана, что подтверждается сведениями из ее трудовой книжки (л.д.23-25)

Общий стаж работы с воздействием вредного фактора, согласно санитарно- гигиенической характеристики № 1177 от 27.03.2013 составил 28 лет 8 месяцев, из которых 28 лет и 8 месяца ФИО2 отработала во вредных условиях и под воздействием физических перегрузок и вибрации.

Заключением МСЭ № 2595.27.42 от 11.10.2016 ФИО2 установлено 20% утраты профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием на срок до 01.10.2017 г. (л.д.13,14).

Далее, с 20.09.2019 г. профессиональное заболевание в связи с утратой профессиональной трудоспособности установлено бессрочно (л.д.15,16). 

Согласно Заключению Клиники НИИ КПГиПЗ по определению степени вины предприятия в причинении вреда здоровью профессиональным заболеванием №520 от 15.12.2016 г. установлено, что профессиональное заболевание у ФИО2 было установлено в 2016 году (л.д.51).

На возникновение заболевания повлияла работа в условиях с перенапряжением позвоночника, тяжестью трудового процесса кл.3 ст.1 в профессии - машинист крана (крановщик). Признана нетрудоспособной во вредных условиях труда и направлена в БСМЭ, где было определено 20% утраты трудоспособности. Общий стаж с воздействием вредного фактора согласно профмаршруту 31 год 5 месяцев.

Установлена вина ПАО «Южный Кузбасс» (ОАО «разрез Сибиргинский», филиал ОАО «Южный Кузбасс» - разрез Сибиргинский», филиал ПАО «Южный Кузбасс» - Управление по открытой добыче угля) в развитии у ФИО2 профессионального заболевания - 99%.

22.12.2016 г. ФИО2 обратился к ответчику с заявлением о выплате единовременной компенсации в счет возмещения морального вреда в соответствии с Федеральным отраслевым соглашением по угольной промышленности в связи с профессиональным заболеванием, полученным в период работы у ответчика. 

Приказом по филиалу № Пр/ЮК-УОДУ-0216/орг от 31.01.2017 г. сумма в размере 75954,85 руб. ФИО2 была выплачена (л.д.49).

Стаж работы у ответчика, согласно данным трудовой книжки, составляет 31 год 5 месяцев, что в процентном соотношении к общему стажу работы в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов составляет 99%.

ПАО «Южный Кузбасс» в счет возмещения морального вреда выплатило ФИО2 75954,85 руб., то есть сумму, не превышающую регламентированный п.10.2.2 Коллективного договора и п.5.4 Федерального отраслевого соглашения.

При таких обстоятельствах, учитывая стаж работы истца в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, поскольку профессиональное заболевание у истца развилось вследствие не обеспечения работодателями безопасных условий труда, в результате чего частично утрачена профессиональная трудоспособность, ФИО2 вынужден принимать медикаменты, проходить медикаментозное лечение, ограничена в выборе профессии, а также в ведении привычного образа жизни, суд приходит к выводу, что моральный вред, причиненный ФИО2 необходимо взыскать исходя из ответственности всех предприятий с которыми истец состоял в трудовых отношениях, работая в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, при этом, судом учтена степень вины ответчика и долю воздействия вредных производственных факторов на предприятии ответчика в общем стаже работы истца в неблагоприятных условиях, которая составляет 99% от общего стажа работы во вредных условиях.

Исходя из указанных обстоятельств, а также с учетом степени разумности и справедливости суд определяет размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ПАО «Южный Кузбасс» в пользу ФИО2 200000 руб., как и установил сам истец.

При этом суд учитывает следующие обстоятельства.

Обратившись в суд с настоящим иском, ФИО2 в обоснование своих требований ссылался на положения статей 212 и 219 Трудового кодекса Российской Федерации, предусматривающие обязанность работодателя обеспечить безопасные условия труда и право работника на труд в условиях, отвечающих требованиям охраны труда, которую, по мнению истца, ответчик не исполнил, что повлекло повреждение здоровья ФИО2 и, как следствие, ее право на компенсацию морального вреда в соответствии с пунктом 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний".

25.12.2019 г. истец обратился к ответчику с заявлением о компенсации ему морального вреда в размере 174045,15 руб. Заявление истца оставлено без ответа и удовлетворения (л.д.34,35).

Разрешая спор и частично удовлетворяя исковые требования ФИО2 суд, принимая во внимание Акт №215 о случае профессионального заболевания от 10.08.2016 года, исходит из того, что между имеющимся у ФИО2 профессиональным заболеванием и негативным воздействием на ее организм вредных производственных факторов во время работы у ответчика имеется причинно-следственная связь, поскольку ответчик не создал истцу безопасных условий труда, тем самым причинив ему моральный вред в результате профессионального заболевания, в связи с чем, на основании абзаца второго пункта 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" у ответчика возникло обязательство возместить моральный вред, причиненный истцу профессиональным заболеванием.

При этом суд учитывает, что сумма выплаченного ФИО2 ответчиком по делу ранее компенсации в размере 75954 руб. 85 коп. является компенсацией в счет возмещения морального вреда.

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", в соответствии со статьей 237 названного кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" (в редакции от 6 февраля 2007 г.).

Из содержания данных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника.

Степень вины ответчика в развитии профессионального заболевания составляет: ПАО «Южный Кузбасс» - 99% (л.д.49,51).

ПАО «Южный Кузбасс» является правопреемником ОАО «разрез Сибиргинский», филиал ОАО «Южный Кузбасс» - разрез Сибиргинский», филиал ПАО «Южный Кузбасс» - Управление по открытой добыче угля (выписка ЕГРЮЛ от 19.05.2020 г.). 

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает степень вины ответчика 99%, долю воздействия вредных производственных факторов на предприятии ответчика в общем стаже работы истца в неблагоприятных условиях 31 год 5 месяцев, степень физических и нравственных страданий истца и, исходя из принципа разумности и справедливости, считает, что при установленных по делу обстоятельствах общий размер компенсации морального вреда, причиненного истцу профессиональным заболеванием и утратой профессиональной трудоспособности составляет 141414,14 рублей, поэтому суд определяет размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика в размере 141414,40руб. и с учетом установленного размера определяет 99% с учетом степени вины ответчика з расчета: (141417,18рублей/100?99%)-75957,85=64045,15 руб. 

С учетом всех заслуживающих внимания обстоятельств, оснований для взыскания компенсации морального вреда в ином размере суд не усматривает.

Поскольку истцом заявлены исковые требования, вытекающие из возмещения вреда здоровью, то в соответствии с положениями пп.3 п.1 ст.336 НК Российской Федерации он был освобожден от уплаты государственной пошлины.

Согласно пп.8 п.1 ст.333.20 НК Российской Федерации в случае, если истец освобожден от уплаты государственной пошлины в соответствии с настоящей главой, государственная пошлина уплачивается ответчиком (если он не освобожден от уплаты государственной пошлины) пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

Поскольку решение суда в части компенсации морального вреда состоялось в пользу истца, освобожденного от уплаты государственной пошлины, то обязанность по ее уплате подлежит отнесению на ответчика. При этом, следует исходить из ставки государственной пошлины, установленной для истца, в зависимости от того, организация или физическое лицо обращалось за судебной защитой, т.е. из размера ставки, от которой был освобожден истец, и именно в этом размере взыскивать госпошлину с ответчика.

При таких обстоятельствах с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей. 

Руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

Удовлетворить в части исковые требования ФИО2 к ПАО «Южный Кузбасс» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в связи с профессиональным заболеванием. 

Взыскать с ПАО «Южный Кузбасс» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда, причиненного в связи с профессиональным заболеванием в размере 64045,15 рублей, в остальной части иска отказать.

Взыскать с ПАО «Южный Кузбасс» в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 300 рублей.

Мотивированное решение изготовлено 26.05.2020 г. и может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме в Кемеровский областной суд.

Председательствующий И.В. Казакова