УИД 47RS0009-01-2020-000077-26

Дело № 2–660/2020 16 октября 2020 года 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г.Кировск Ленинградской области

Кировский городской суд Ленинградской области

в составе председательствующего судьи Пупыкиной Е.Б.,

при секретаре судебного заседания Зубаревой Ю.С., 

с участием истицы ФИО1,

ответчицы ФИО2, ее представителя ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании распространенных сведений не соответствующими действительности, порочащими честь и достоинство, взыскании денежной компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2, ссылаясь на то, что ответчица распространила в отношении нее не соответствующие действительности, порочащие ее честь и достоинство сведения. Просит признать сведения, распространённые ответчицей о порче личных вещей 

<

данные изъяты> и краже личных вещей 

<

данные изъяты> не соответствующими действительности, порочащими честь и достоинство, взыскать денежную компенсацию морального вреда 50 000 руб., судебные расходы по оплате юридических услуг15 000 руб., расходы по уплате госпошлины 300 руб. (л.д. 2-7).

Истица исковые требования поддержала в полном объеме, пояснила, что подтверждением распространения оспариваемых сведений является сообщение указанных сведений свидетелям и направление обращения в правоохранительные органы с необоснованными заявлениями. 

Ответчица и ее представитель ФИО3 иск не признали, представили письменные возражения. 

Заслушав объяснения истицы, ответчицы, ее представителя, показания свидетелей, исследовав материалы дела, материалы КУСП, суд приходит к следующему.

Не соответствующими действительности, порочащими честь и достоинство, истица считает сведения, сообщенные ответчицей свидетелям о совершении ею кражи имущества – 

<

данные изъяты>, порче принадлежащей ей (ответчице) 

<

данные изъяты>. 

Судом установлено и подтверждено материалами дела, что истица ФИО1 и ФИО2 работали в 

<

данные изъяты>. 

В ночную смену с 28 на 29 декабря 2019 г. на станции метро «Рыбацкое» по адресу: Санкт-Петербург, ул. Тепловозная, д. 31, в служебном помещении была испорчена принадлежащая ответчице 

<

данные изъяты>, в связи с чем, ФИО2 29.12.2019 обратилась в 45 отделение полиции Санкт-Петербурга с заявлением о привлечении к ответственности лица, виновного в порче ее имущества. 

Определением начальника 45 отделения полиции Санкт-Петербурга от 31.12.2019 было возбуждено дело об административном правонарушении по заявлению ответчицы. 

Судом были истребованы материалы КУСП по обращениям ФИО2 от 29.12.2019 и 07.02.2020 в 45 отделении полиции Санкт-Петербурга, согласно которым проверка по заявлению от 29.12.2019 не окончена, а по заявлению от 07.02.2020 вынесено заключение о прекращении проверки, изъято видео с платформы «Рыбацкое» от 02.01.2020. 

Также ответчица написала докладную записку на имя начальника станции «Рыбацкое», в которой указала, что 29 декабря 2019 г. обнаружила, что ее 

<

данные изъяты>, была повреждена. Данные обстоятельства были обнаружены ею дома, после чего она вернулась и обратилась с заявлением в полицию (л.д. 26). 

Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации постановлением «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» от 24 февраля 2005 года № 3 (далее – Пленум), обстоятельствами, имеющими в силу ст. 152 ГК РФ значение для дела, которые должны быть определены судьей при принятии искового заявления и подготовке дела к судебному разбирательству, а также в ходе судебного разбирательства, являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом.

Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу.

Пунктом 9 вышеуказанного Пленума установлено, что в силу п. 1 ст. 152 ГК РФ бремя доказывания соответствия действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений. Судам следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса РФ, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности.

Таким образом, по смыслу статьи 152 Гражданского кодекса РФ на предмет соответствия действительности могут быть проверены только утверждения о фактах или событиях, а не оценочные суждения, мнения или убеждения.

Согласно ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений.

Положениями статьи 33 Конституции Российской Федерации установлено, что граждане Российской Федерации имеют право обращаться лично, а также направлять индивидуальные и коллективные обращения в государственные органы и органы местного самоуправления.

Вышеназванный Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 10 разъяснил, что в случае, когда гражданин обращается в соответствующие органы с заявлением, в котором приводит те или иные сведения (например, в правоохранительные органы с сообщением о предполагаемом, по его мнению, или совершенном, либо готовящемся преступлении), но эти сведения в ходе их проверки не нашли подтверждения, данное обстоятельство само по себе не может служить основанием для привлечения этого лица к гражданско-правовой ответственности, предусмотренной статьей 152 Гражданского кодекса РФ, поскольку в указанном случае имела место реализация гражданином конституционного права на обращение в органы, которые в силу закона обязаны проверять поступившую информацию, а не распространение не соответствующих действительности порочащих сведений.

Такие требования могут быть удовлетворены лишь в случае, если при рассмотрении дела суд установит, что обращение в указанные органы не имело под собой никаких оснований и продиктовано не намерением исполнить свой гражданский долг или защитить права и охраняемые законом интересы, а исключительно намерением причинить вред другому лицу, то есть имело место злоупотребление правом (пункт 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса РФ).

По смыслу приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда РФ, каждый гражданин имеет право свободно и добровольно обращаться в государственные органы, органы местного самоуправления и к должностным лицам в целях защиты своих прав и законных интересов либо прав и законных интересов других лиц. При этом, гражданин может указать в обращении на известные ему факты и события, которые, по его мнению, имеют отношение к существу поставленного в обращении вопроса и могут повлиять на его разрешение. То обстоятельство, что изложенные в обращении сведения могут не найти своего подтверждения, не является основанием для привлечения заявителя к гражданско-правовой ответственности, предусмотренной статьей 152 Гражданского кодекса РФ, если соответствующее обращение обусловлено его попыткой реализовать свои конституционные права, имеющие выраженную публичную направленность, в целях привлечения внимания к общественно значимой проблеме.

Иное означало бы привлечение лица к гражданско-правовой ответственности за действия, совершенные им в пределах предоставленных ему конституционных прав, а равно, при исполнении им своего гражданского долга.

В данном случае ответчица воспользовалась своим правом обращения в правоохранительные органы, а сам по себе факт обращения в указанный орган с заявлением, в котором гражданин приводит те или иные сведения, не может служить основанием для привлечения его к гражданско-правовой ответственности, предусмотренной статьей 152 Гражданского кодекса РФ, так как имеет место реализация гражданином конституционного права на обращение в органы, которые в силу закона обязаны проверять поступившую информацию, а не распространение не соответствующих действительности сведений.

В связи с изложенным, факты обращения ответчицы в правоохранительные органы с заявлением о проведении проверки в отношении порчи ее вещей, суд не может расценивать как распространение не соответствующих действительности сведений. 

Разрешая требования истицы в части признания сведений, сообщенных ответчицей, о совершении истицей кражи имущества и порчи 

<

данные изъяты>, порочащими и несоответствующими действительности, судом были допрошены свидетели. 

Свидетель О.Е.С. – сослуживица сторон по делу, показала, что в ночь с 1 на 2 января 2020 г. ответчица ФИО2 в присутствии свидетеля В. показала ножницы с розовой рукояткой и сказала, что это улика, и она посадит ФИО1 в тюрьму. Кроме того, она видела, как ФИО2 обыскивает шкаф ФИО1, сделала ей замечание. В ответ она предъявила 

<

данные изъяты> и сообщила, что нашла ее в шкафу ФИО1 Также она сказала, что ФИО1 украла у нее 

<

данные изъяты>, которую она искала. 2 января 2020 г. в 8-00 час. на платформе метро при приеме смены в присутствии М.С.Н. ответчица отдала рацию и диск и произнесла в отношении ФИО1 фразу, что посадит ее в тюрьму. 

Свидетель М.С.Н. показала, что работает дежурной по метрополитену, 02.01.2020 принимала смену от ФИО2 вместе с ФИО1 Они вышли на платформу и увидели, как ФИО2 показала файл с помадой и ножницами и сказала: «Я тебя засужу». 

Свидетель И.Е.П. показала, что работает в метрополитене дежурной по приёму и отправлению поездов на платформе «Рыбацкое» с 2019 года. ФИО2 направила ей СМС-сообщения, в которых указала, что испорчена ее вещь – 

<

данные изъяты>, она подозревает ФИО1 и предлагает ей извиниться. 

Показания данных свидетелей согласуются между собой, последовательны, оснований не доверять показаниям данных свидетелей у суда не имеется. Свидетели были предупреждены судом об уголовной ответственности за дачу ложных показаний, доказательств в подтверждение заинтересованности свидетелей в разрешении спора в пользу истицы не представлено. Иные обстоятельства, дающие основания полагать, что свидетели предоставляют ложные сведения или недостоверную информацию отсутствуют. 

Также судом в ходе судебного разбирательства были исследованы видеозаписи платформы «Рыбацкое» от 02.01.2020, изъятые сотрудниками полиции, из которых усматривается, что ФИО2 действительно показывала прозрачный пакет истице и свидетелям О.Е.С. и М.С.Н. Однако иной юридически значимой информации указанные видеоматериалы не содержат, поскольку запись звука на них отсутствует. 

Вместе с тем, разрешая требования истицы в части возложения на ответчицу ответственности за распространение сведений о совершении ею порчи имущества – 

<

данные изъяты>, суд полагает, что истицей факт распространения порочащих истицу сведений не доказан. Допрошенные судом свидетели эти факты не подтвердили. Высказывания ответчицы о том, что она засудит истицу, посадит в тюрьму не свидетельствуют об утверждениях ответчицы о совершении порчи имущества ФИО1 Её предположения о причастности к этим обстоятельствам истицы по существу являются не утверждениями о фактах, а мнением ответчицы, ее оценочным суждением, в связи с чем, эти сведения не могут быть опровергнуты в судебном порядке.

Высказывание в спорном фрагменте о совершении истицей порчи 

<

данные изъяты> имеет обобщенный характер и является субъективно-оценочным по своей природе, поскольку в приведенном высказывании отсутствует объективно выявляемый отрицательный смысловой компонент, а передаваемая в нем негативная информация имеет субъективный характер и выражена не в форме утверждения о фактах, а в форме мнения, в связи с чем оспариваемые истицей высказывания не могут быть расценены как порочащие и проверены на их соответствие действительности.

Привлечение к гражданско-правовой ответственности за выражение мнений и иные высказывания, не содержащие фактов, вступает в противоречие со ст. 10 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод и ст. 29 Конституции Российской Федерации, закрепляющими свободу самовыражения и свободу слова.

Вместе с тем, проанализировав вышеуказанные показания свидетеля, суд приходит к выводу, что факты распространения ФИО2 сведений в отношении ФИО1 о совершении ею кражи личных вещей – 

<

данные изъяты> путем сообщения об этих фактах свидетелю О.Е.С. нашли свое подтверждение. При этом в этих высказываниях присутствует объективно выявляемый отрицательный смысловой компонент, а передаваемая в них негативная информация выражена в форме утверждения о фактах – совершении истицей уголовного преступления – кражи 

<

данные изъяты>, в связи с чем, оспариваемые истицей высказывания суд расценивает как порочащие честь и достоинство ФИО1, поскольку отождествление истицы с лицом, совершившим кражу, умаляет честь и достоинство гражданина, его деловую репутацию. 

В соответствии со ст. 152 ГК РФ гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности (п.1).

Между тем, несмотря на то, что судом неоднократно разъяснены ответчице ее права и обязанности, в том числе предложено представить доказательства соответствия действительности распространённых сведений о совершении истицей кражи 

<

данные изъяты>, таких доказательств со стороны ответчицы представлено не было. 

В правоохранительные органы с заявлением о краже ответчица не обращалась. 

Согласно УК РФ кража, то есть тайное хищение чужого имущества, является преступлением и влечет уголовную ответственность по ст. 158 УК РФ в зависимости от квалификации. 

В соответствии со ст. 23 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на защиту своей чести и доброго имени.

Как разъяснено в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.).

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Учитывая изложенное, а также положения ст. 152 ГК РФ, дополнительных доказательств, подтверждающих факт причинения ФИО1 морального вреда распространением несоответствующих действительности порочащих сведений о ней, не требуется, поскольку предполагается, что такие действия умаляют честь, достоинство и деловую репутацию лица, который вследствие этого испытывает нравственные страдания.

В соответствии с п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Учитывая установленные обстоятельства по делу, в том числе незначительный круг лиц, среди которых были распространены сведения, порочащие честь и достоинство гражданина, личность истицы, индивидуальных особенностей истицы, свидетельствующих о тяжести перенесенных ею страданий, в соответствии с требованиями разумности и справедливости полагает возможным взыскать в пользу истицы с ответчицы 5000 руб., в остальной части отказывает. 

В силу п. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Перечень издержек, связанных с рассмотрением дела, приведён в ст. 94 ГПК РФ. 

В силу ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Истицей заявлены требования о взыскании судебных расходов на оплату услуг представителя 15 000 руб., на уплату государственной пошлины 300 руб. (л.д. 8, 10-13).

Согласно материалам дела, в подтверждение несения расходов на оплату услуг представителя истицей представлены копия договора от 11.01.2020 и чеки на общую сумму 15000 руб. (л.д. 10-11, 12, 13). 

В рамках указанного соглашения представитель истицы провел консультации и составил исковое заявление. 

Учитывая категорию сложности дела, ценность подлежащего защите права, подготовку и подачу искового заявления, считает возможным взыскать с ответчицы в пользу истицы расходы по оплате услуг представителя в сумме 3000 руб. 00 коп., находя их разумными. 

Также суд полагает подлежащим удовлетворению требование истицы о взыскании с ответчика расходов на уплату государственной пошлины в размере 300 руб. 00 коп. 

Таким образом, в пользу истицы подлежат взысканию судебные расходы в размере 300 руб. 00 коп. и 3 000 руб., а всего – 3300 руб. 00 коп., во взыскании остальной части судебных расходов суд отказывает. 

Руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к ФИО2 о признании распространенных сведений не соответствующими действительности, порочащими честь и достоинство, взыскании денежной компенсации морального вреда судебных расходов удовлетворить частично. 

Признать сведения, распространенные ФИО2 в отношении ФИО1 о совершении ею кражи у нее 

<

данные изъяты>, порочащими честь и достоинство и не соответствующими действительности. 

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 денежную компенсацию морального вреда в размере 5 000 (пять тысяч) руб. 00 коп., судебные расходы 3 300 (три тысячи триста) руб. 00 коп., в удовлетворении остальной части исковых требований и взыскании судебных расходов отказать. 

Решение может быть обжаловано в Ленинградский областной суд в течение месяца со дня принятия в окончательной форме посредством подачи апелляционной жалобы через Кировский городской суд Ленинградской области.

Судья Е.Б. Пупыкина