Дело № 2-1989/2024

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

22 октября 2024 года Керченский городской суд Республики Крым в составе:

председательствующего – судьи Лапина С.Д.,

при секретаре – Зайтулаевой А.А.,

с участием прокурора – Согоновой Т.Г.,

истца – ФИО3,

представителя истца – адвоката Фирстова Д.Ю.,

представителя истца – ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале суда в городе Керчи гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО19, о взыскании компенсации морального вреда, третье лицо не заявляющее самостоятельных требований на предмет спора ФИО2, с участием прокуратуры г. Керчи, -

у с т а н о в и л:

27.06.2024 года ФИО3 обратился в суд с исковым заявлением о взыскании с Российской Федерации в лице ФИО20 за счет казны Российской Федерации компенсации морального вреда в размере 

<

данные изъяты> руб. (л.д.1-7). 

Исковые требования мотивированы тем, что 22.07.2023 года истец вместе со своей супругой ФИО7 и сыном ФИО6 направились на побережье Черного моря, которое расположено вблизи территории 

<

данные изъяты>. Отдых планировали в кемпинге на неделю. Примерно в 14 часов 30 минут 22.07.2023 года они беспрепятственно со стороны военных, проехали на пляж в районе 

<

данные изъяты>. Помимо семьи истца на пляже располагались другие лагеря с туристами. Место их лагеря находилось между территориями 

<

данные изъяты>, нахождение здесь не запрещено, дорога не перекопана, шлагбаумов нет, за пределы предупредительных знаков они не заезжали и не заходили. По пути следования встретили 

<

данные изъяты>, на котором находились 

<

данные изъяты>, сообщившие о том, что до 16 часов 30 минут 22.07.2023 года на 

<

данные изъяты> проводятся учения, в связи с чем проехать к пляжу нельзя. Дождавшись 16 часов 30 минут тех же суток, истец со своей семьей снова приехали к указанному месту, но поста уже не было, и проследовали на пляж. Расположившись на пляже, они оборудовали свой палаточный городок и стали отдыхать. 23.07.2023 года к ним присоединились их друзья в количестве 8 человек. В период времени с 21.00 до 22.00 час. 24.07.2023 года они всей компанией находились вблизи своего палаточного лагеря. В ходе беседы супруга истца увидела на возвышенности позади пляжа силуэты людей. Настороженные подозрительными людьми в вечернее время, они решили проверить обстановку, поскольку с ними были шесть несовершеннолетних и, в текущих условиях, они беспокоились за их и свою безопасность. Истец, его супруга, их друзья ФИО15 приняли решение подняться наверх и узнать что это за люди. Поднявшись с фонариками по склону, неподалеку от руин здания они увидели припаркованный старый автомобиль с 

<

данные изъяты> номерами с выключенными фарами. Истец с фонариком в руках решил осмотреть разрушенное здание, а его супруга с 

<

данные изъяты> двинулись в направлении автомобиля, в котором находился человек в гражданской одежде. Когда истец поднялся на крышу здания, 

<

данные изъяты>. Он машинально выключил фонарик и побежал в низ. Пока бежал, 

<

данные изъяты>, кто-то в приказном тоне кричал 

<

данные изъяты>», однако он им не повиновался, так как считал, что не должен им подчиняться, потому что они были в гражданской одежде и 

<

данные изъяты>, одновременно с этим, держал руки поднятыми вверх и говорил: 

<

данные изъяты> Об этом свидетельствует аудиозапись сделанная свидетелем этого происшествия. Пока истец говорил, что они мирные люди, ребята успокойтесь, кто вы???? Один из этих людей (

<

данные изъяты> ФИО2) совершил выстрел в его сторону и попал в живот. От произведенного выстрела истец упал на землю, после чего к нему подошел ФИО2 и организовал прибытие медиков. Пулевое ранение в брюшную полость повредило кишечник и мочеточник, задета задняя мышца. Около 6 часов врачи 

<

данные изъяты> боролись за его жизнь. Истец долго не приходил в сознание, находился в тяжелейшем состоянии в реанимации, и только на 3-й день был переведен в обычную палату. После огнестрельного ранения, он находился «на грани жизни и смерти», ему была проведена 4 часовая операция, 2 дня он провел в палате интенсивной терапии, врачи сказали: «Вам сильно повезло, что Вы не остались инвалидом на всю жизнь, так как рядом с ранением проходят нервные окончания, которые отвечают за опорно-двигательную систему человека». На протяжении почти 3 месяцев он большую часть времени вынужден был находиться в больнице, в течение которого ему было проведено 3 операции. В данный период времени он испытывал существенный дискомфорт, так как не мог жить обычной жизнью, мочеиспускание происходило непроизвольно в мешок-мочеприемник, из которого постоянно исходил неприятный запах - данное обстоятельство очень сильно беспокоило, так как он себя чувствовал неуверенно и депрессивно. Далее, после проведенного лечения, до сих пор продолжаются боли в месте ранения, периодически повышается артериальное давление, регулярное головокружение и слабость после физической нагрузки, присутствует общее недомогание. С самой первой минуты, когда они увидели тех людей на верху, истец испытывал беспокойство за своего ребенка и супругу. В тот момент, когда происходила стрельба и его ранили, им пережит неистовый страх за жизни своей семьи, так как уже ранее он потерял своего старшего сына, а также потерял своих родителей, которых убили в 2007 году и он их нашел зарубленных топором. Учитывая вышеизложенное, он перенес сильные физические и нравственные переживания в связи с причиненными телесными повреждениями и душевными страданиями. Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения в суд. 

В судебном заседании истец поддержал исковые требования по основаниям, указанным в исковом заявлении, настаивал на их удовлетворении. Дополнительно пояснил, что является здоровым и крепким, вырастил здоровыми и крепкими сыновей. До этой ситуации, со здоровьем было все в порядке, после поймите правильно, «хожу в туалет» неожиданно, удалены полтора метра кишки, очень сильно тянет нога, болит голова, это из того, что не указано в медицинской документации. Самочувствие ухудшилось в разы, появились головокружения. В организме произошли серьезные изменения, не вся еде переваривается, 4 операции, 2 месяца ходил с трубочками в организме. В связи с изменением активности, изменился доход, являюсь самозанятым. Здоровью причинен тяжкий вред. Касаемо той ситуации, я не сопротивлялся, я держал руки поднятыми вверх и говорил: «

<

данные изъяты> Очень сильно переживал за жену и сына. Они меня пытались повалить, и кричали 

<

данные изъяты> О том, что это ФИО16 я узнал, когда приехали медики в 

<

данные изъяты>. Ни я, ни те, кто были со мной, своими действиями никого не провоцировали, в те места мы ездим на протяжении 22 лет. За таблички 

<

данные изъяты> мы не заезжали. Когда мы были внизу, я испугался за жену, и хотели пойти выяснить кто вы, зачем вы нас пугаете. Для понимания, в 2007 году у меня убили родителей, 

<

данные изъяты>. 

<

данные изъяты>. Поэтому я не боялся идти туда, никакого страха не было. Я боялся за единственных своих людей. Я ни с кем даже поговорить не успел, когда я поднялся наверх заброшенного здания, началась стрельба. Они все были в гражданской одежде, были бы в военной форме, никаких бы вопросов не возникло. Я знаю, что военнослужащие защищают нас и нашу страну, и отношусь к этому с уважением и пониманием, мой сын тоже выбрал этот путь. Первый вопрос, который я задал ФИО2 по приезду военных медиков, «

<

данные изъяты>?». Когда я выбежал с заброшенного здания, несколько ребят держали/били Валеру, ФИО14 направил на ФИО17 пистолет. Я толкнул его со спины, а жене крикнул «беги». У меня на всю жизнь теперь хронический 

<

данные изъяты>, которого раньше не было. Со стороны ФИО2 на первой очной ставке последовали извинения, кроме того, от него по почте поступила денежная сумма в размере 100 000 руб. 

В судебном заседании представитель истца ФИО7 поддержала исковые требования по основаниям, указанным в исковом заявлении, настаивала на их удовлетворении. Дополнительно пояснила, никаких провокаций с их стороны не было. Они действительно пошли проверить обстановку и поговорить с неизвестными людьми. Насторожило ее то, что на простой вопрос водитель гражданского автомобиля, ответил, что «Мы заблудились». Появились другие лица. Один из которых, начал хамить. Она сказала, что «вы нас пугаете, у нас внизу маленькие дети». После этого началась стрельба, человек который направил на меня автомат, ничего не говорил. На аудиозаписи все слышно, как все происходило. Касательно здоровья мужа, мы с ним 28 лет вместе. Пережили вместе многое, но этот инцидент изменил все. Муж вырастил здоровыми и умными двух сыновей, один из 

<

данные изъяты>, второй учится в 11 классе. Он настоящий мужчина и хороший отец. Погибли родители его, он не плакал, погиб сын, я не видела, чтоб он плакал. Когда я пришла в реанимацию к нему, он ревел как «раненый зверь». Я не представляю, что он испытал в той ситуации, страх за нас, с нами внизу, когда его уже ранили, было шесть детей, и он ничего не мог сделать, если бы неизвестные пошли вниз. С момента выписки его из больницы, постоянно вызывали скорую помощь, температура поднималась до 41 градусов, никто не мог понять, в чем дело. Выяснилось, что протекает мочеточник, трубки, постоянные перевязки. Изменился стул, выходить из дома вызывает свои трудности, туалеты не везде есть, можно не добежать. Пуля прошла в миллиметрах от позвоночника. Головные боли хуже, чем при мигрени, по ночам очень часть просыпается, за весь этот период принято такое количество обезболивающего, что оно уже не помогает. Последствия для организма и здоровья мужа, непоправимы, и здоровье никогда не восстановится. 

Представителя истца, адвокат ФИО8 в судебном заседании поддержал исковые требования по основаниям, указанным в исковом заявлении. Дополнительно пояснил, что жизнь его доверителя была под угрозой, в настоящее время он еще нуждается в медицинском лечении для преодоления тех последствий. При этом, ФИО9 обвиняется в покушении на убийство, которое относится к категории особо тяжких преступлений, квалификация им не оспаривалась. Основание, по которому уголовное дело прекращено, не являются реабилитирующими. Использование табельного оружия в мирной жизни четко регламентировано, никому не дано право стрелять произвольно, не выяснив какие-то обстоятельства, это не «поле боя», поэтому оснований полагать, что поведение самого истца, как потерпевшего содействовало возникновению ущерба, или в его действиях имелся умысел либо грубая неосторожность, не имеется. Прошу учесть ту глубину, боль и нравственные страдания, которые пришлось пережить моему доверителю. 

Представитель ответчика ФИО18 в судебное заседание не явился, уведомлен надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, путем направления судебной повестки по адресу электронной почты, указанному письменном ходатайстве (л.д.46,79об.), а также на основании ч. 2.1 ст. 113 ГПК РФ, в суд не явился и не сообщил суду об уважительных причинах своей неявки, и не просил о рассмотрении дела в свое отсутствие. В письменных возражениях на иск просил отказать истцу в удовлетворении иска к Министерству обороны РФ. Суть возражения сводится к тому, что вред истцу причинен источником повышенной опасности, а именно огнестрельным оружием, как следствие ответственность должен нести владелец источника повышенной опасности, в данном случае Войсковой части 12267. Кроме того, вина ФИО2 не установлена. Помимо действий ФИО2 необходимо учесть действия истца, который не подчинился законным требованиям ФИО2 Кроме того, просил учесть, что сумма заявленных требований завышена, и не отвечает требованиям разумности и справедливости (л.д.46-48). 

Представитель ответчика ФИО21 в судебное заседание не явился, орган уведомлен надлежащим образом о времени и месте судебного заседания (л.д.90), в суд не явился и не сообщил суду об уважительных причинах своей неявки, и не просил о рассмотрении дела в свое отсутствие.

Третье лицо по делу ФИО2 в судебное заседание не явился, уведомлен надлежащим образом о времени и месте судебного заседания (л.д.89), в суд не явился и не сообщил суду об уважительных причинах своей неявки, и не просил о рассмотрении дела в свое отсутствие.

Как следует из разъяснений в п. 67 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 г. N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» юридически значимое сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено, но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним (пункт 1 статьи 165.1 ГК РФ). Например, сообщение считается доставленным, если адресат уклонился от получения корреспонденции в отделении связи, в связи с чем она была возвращена по истечении срока хранения. Риск неполучения поступившей корреспонденции несет адресат.

Прокурор Соганова Т.Г. в своем заключении, озвученном в судебном заседании, полагала заявленные требования обоснованными и подлежащими удовлетворению. 

Изучив доводы искового заявления, заслушав пояснения истца и его представителей, огласив письменные возражения ответчика, исследовав гражданское дело №2-1989/2024, выслушав заключение прокурора, оценив имеющиеся в деле доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований, по следующим основаниям.

Частями 1, 5 статьи 11 ГПК РФ определено, что суд обязан разрешать гражданские дела на основании Конституции Российской Федерации, международных договоров Российской Федерации, федеральных конституционных законов, федеральных законов, нормативных правовых актов Президента Российской Федерации, нормативных правовых актов Правительства Российской Федерации, нормативных правовых актов федеральных органов государственной власти конституций (уставов), законов, иных нормативных правовых актов органов государственной власти субъектов Российской Федерации, нормативных правовых актов органов местного самоуправления. Суд в соответствии с федеральным законом или международным договором Российской Федерации при разрешении дел применяет нормы иностранного права.

Согласно ст. 2 ГПК РФ, задачами гражданского судопроизводства являются правильное и своевременное рассмотрение и разрешение гражданских дел в целях защиты нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, организаций, прав и интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, других лиц, являющихся субъектами гражданских, трудовых или иных правоотношений. Гражданское судопроизводство должно способствовать укреплению законности и правопорядка, предупреждению правонарушений, формированию уважительного отношения к закону и суду.

В соответствии со статьей 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Как следует из материалов дела, постановлением заместителя руководителя 549 военного следственного отдела Следственного отдела Российской Федерации подполковника юстиции ФИО11 от 16.05.2024 года прекращено уголовное дело № по подозрению ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ, по основанию предусмотренному ч. 1 ст. 28.2 УПК РФ (л.д.60-72).

Данное постановление не обжаловано.

Следует иметь в виду, что прекращение уголовного преследования по основанию, предусмотренному ст. 28.2 УПК РФ, не является реабилитирующим в силу положений ст. 133 УПК РФ.

Действительно, по смыслу ч. 4 ст. 61 ГПК РФ постановление следователя о прекращении уголовного дела подобного рода преюдицию не образует и не является основанием для освобождения от доказывания.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 16 июля 2015 г. N 1823-О, постановление о прекращении уголовного дела является письменным доказательством (часть первая статьи 71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) и подлежит оценке судом наряду с другими доказательствами (статья 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Вместе с тем, из содержания вышеуказанного постановления о прекращении уголовного дела по подозрению ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ, следует, что ФИО2 разъяснены основания и последствия прекращения уголовного дела по не реабилитирующим основаниям, последний с прекращением в соответствии со ст. 28.2 УПК РФ, согласен.

Таким образом, имея право на судебную защиту и публичное состязательное разбирательство дела, ФИО2 сознательно отказался от доказывания незаконности уголовного преследования и связанных с этим негативных для него правовых последствий.

Не смотря на доводы ответчика о недоказанности вины ФИО2, его вина в совершении вышеуказанного преступления в отношении ФИО3 подтверждается материалами дела. 

Каждый человек имеет право на жизнь, на свободу и на личную неприкосновенность (статья 3 Всеобщей декларации прав человека).

Право на жизнь и охрану здоровья относится к числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите; Российская Федерация является социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь человека (статьи 2 и 7, часть 1 статьи 20, статья 41 Конституции Российской Федерации).

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).

Из изложенного следует, что государство должно защищать право граждан на жизнь и здоровье, обеспечивать его реализацию, уделяя надлежащее внимание вопросам предупреждения произвольного лишения жизни и здоровья, а также обязано принимать все разумные меры по борьбе с обстоятельствами, которые могут создать прямую угрозу жизни.

К числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека относится и право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью, которое является производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь, здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Пунктом 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что нематериальные блага защищаются в соответствии с названным кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

Статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации определены общие основания ответственности за причинение вреда: вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина" разъяснено, что по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. В случаях, специально предусмотренных законом, вред возмещается независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, пункт 1 статьи 1095, статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации). Обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лиц, не являющихся причинителями вреда (статьи 1069, 1070, 1073, 1074, 1079 и 1095 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Из содержания приведенных норм в их взаимосвязи следует, что действия (или бездействие) органов государственной власти или их должностных лиц, причинившие вред любому лицу, в том числе вред жизни и здоровью гражданина, влекут возникновение у государства обязанности этот вред возместить, а каждый пострадавший от незаконных действий органов государственной власти или их должностных лиц наделяется правом требовать от государства справедливого возмещения вреда.

Помимо общих оснований деликтной ответственности, законодатель, реализуя требования статьи 53 Конституции Российской Федерации, закрепил в статье 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и порядок возмещения государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти и их должностных лиц.

Таким образом, по общему правилу, необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред являются: причинение вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

Проанализировав представленные в материалы дела доказательства, и принимая во внимание ранее сделанные выводы, суд приходит к выводу, что ни только вина ФИО2 в причинении вреда здоровью ФИО3 подтверждается, но и противоправность поведения ФИО2, а также наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, т.е. все элементы гражданско-правовой ответственности. 

В силу пункта 1 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Согласно пункту 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно разъяснений абзаца 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В пунктах 25 - 28, 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Вместе с тем, причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда (пункт 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 года N 33).

Согласно заключению медицинской судебной экспертизы по уголовному делу, при поступлении 25.07.2023 года в ФИО22 у ФИО3 имелось огнестрельное сквозное проникающее ранение брюшной полости с повреждением подвздошной кишки и правого мочеточника, сопровождавшееся внутрибрюшным кровотечением. Имевшееся в ФИО3 повреждение причинило тяжкий вред здоровью, по критерию опасности для жизни. 

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 года N 33).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Как следует из выписного эпикриза №2395/487, ФИО3 в период с 25.07.2023 по 01.08.2023 гг. госпитализирован в хирургическое отделение в ургентном порядке с диагнозом: огнестрельное сквозное проникающее ранение брюшной полости с 

<

данные изъяты> (л.д.31-32).

Из содержания протокола операции за 25.07.2023 года следует, что операция длилась 3 час. 50 мин., кровопотеря 1200 мл. 

<

данные изъяты> (л.д.33-34).

Как следует из выписного эпикриза №6253, ФИО3 с 21.08.2023 по 01.09.2023 гг. находился на стационарном лечении в ФИО23 с диагнозом: 

<

данные изъяты> (л.д.35-36).

В ходе судебного разбирательства сторона истца пояснила, что 

<

данные изъяты>, узи ничего не показало. На протяжении нескольких недель повышенная температура регулярно держалась от 39 до 40.5. Когда температуру невозможно было сбить, вызывали скорую помощь.

Данные пояснения согласуются с содержанием вышеуказанной медицинской документации, а также протоколом УЗИ за 13.08.2023 года (л.д.94).

Как следует из выписного эпикриза №6774, ФИО3 с 12.09.2023 по 18.09.2023 гг. находился на стационарном лечении в ГБУЗ РК «Керченская больница №1 им. Н.И.Пирогова» с диагнозом: 

<

данные изъяты> (л.д.96).

09.10.2023 года истец госпитализирован в больницу для удаления стента и нефростомы.

На стационарном лечении в урологическом отделении ФИО24 ФИО3 находился в 09.10.2023 по 17.10.2023 гг. с диагнозом: 

<

данные изъяты>. 10.10.2023 выполнено удаление стента, 16.10.2023 удалена нефростома. Рекомендовано: «Д» 

<

данные изъяты> (л.д.95).

Таким образом, на протяжении почти 3 месяцев истец вынужденно находился в больнице, в течение этого времени ему проведено 3 операции. 

Со слов истца он испытывал существенный дискомфорт, так как не мог жить обычной жизнью, 

<

данные изъяты>

Не может суд не учесть и объективные последствия, связанные с повреждением здоровья истца, в том числе с удалений подвздошной кишки дина которой составляет около 1,5 м. (что подтверждается медицинской документаций), создающие трудности в обычной жизни, при этом до настоящего времени здоровье истца не восстановлено, имеются иные заболевания, в том числе хроническое – 

<

данные изъяты>.

Обстоятельства совершенного ФИО2 противоправного деяния в отношении ФИО3 связанного с причинением тяжкого вреда здоровью, безусловно, свидетельствуют о физической боли и нравственных переживаниях истца, поскольку угроза его жизни носила объективный характер, истец находился на грани жизни и смерти, а последствия преступления для здоровья истца являются непоправимыми. 

В судебном заседании истец пояснил, что чувствовал сильное чувство страха за жену и сына, и по мнению суда, обстоятельства совершенного преступления в той обстановке, давали истцу основания полагать, что опасения не надуманы, а реальные. 

Доказательств наличия в действиях истца грубой неосторожности (статья 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации), а равно какого-либо злоупотребления правом (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) судом не установлено. 

Событие преступления и имеющиеся показания участников не свидетельствуют, по мнению суда, о том, что действиями самого ФИО3 спровоцировано возникновение вреда, поскольку в данном случае, проявив бдительность, его действия направлены были для исключения опасности и нарушения спокойствия отдыхающих. При том, что действительно, военнослужащие находились без опознавательных знаков, доказательств обратного в материалах дела не имеется. 

При определении размера денежной компенсации суд учитывает фактические обстоятельства, при которых истцу был причинен тяжкий вред здоровью, факты нахождения потерпевшего на лечении и длительное восстановление здоровья, длительность периода ограничения его привычной жизнедеятельности в силу полученного повреждения здоровья, а также непоправимые последствия для здоровья, нравственные и физические страдания, обусловленные претерпеванием физической боли и невозможностью вести привычный образ жизни, страх за близких жену и сына, виновное поведение причинителя вреда, и с учетом требований разумности и справедливости, суд приходит к выводу, что требования подлежат частичному удовлетворению в размере 

<

данные изъяты> руб.

В силу ст. 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Пунктами 19 и 37 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации предусмотрено, что по общему правилу, ответственность за причинение морального вреда возлагается на лицо, причинившее вред (пункт 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В случаях, предусмотренных законом, обязанность компенсировать моральный вред может быть возложена судом на лиц, не являющихся причинителями вреда (например, на Российскую Федерацию, субъект Российской Федерации, муниципальное образование - за моральный вред, причиненный в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов (статьи 1069, 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации).

С учетом изложенного, суд приходит к выводу в взыскании с Российской Федерации в лице главного распорядителя бюджетных средств ФИО26 за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО3 компенсации морального вреда в размере 

<

данные изъяты> руб. 

К доводам представителя ФИО25 о том, что ответственность должен нести владелец источника повышенной опасности, а именно огнестрельного оружия с которого был произведен выстрел в истца, суд относится критически.

Огнестрельное оружие - оружие, предназначенное для механического поражения цели на расстоянии метаемым снаряжением, получающим направленное движение за счет энергии порохового или иного заряда (статья 1 Федерального закона от 13 декабря 1996 г. N 150-ФЗ "Об оружии").

В пункте 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснено, что, по смыслу статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, источником повышенной опасности следует признать любую деятельность, осуществление которой создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека, а также деятельность по использованию, транспортировке, хранению предметов, веществ и других объектов производственного, хозяйственного или иного назначения, обладающих такими же свойствами. При этом надлежит учитывать, что вред считается причиненным источником повышенной опасности, если он явился результатом его действия или проявления его вредоносных свойств.

Из системного толкования названных норм и разъяснений пункта 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 усматривается, что огнестрельное оружие не является источником повышенной опасности в гражданско-правовом аспекте. В гражданско-правовых отношениях под осуществлением деятельности граждан и юридических лиц, связанной с повышенной опасностью, понимается работа производства, предприятия, управление транспортными средствами и тому подобная деятельность, связанная с высокой вероятностью причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека. В настоящем случае, умышленный выстрел ФИО2 из огнестрельного оружия (пистолет ФИО4) не является следствием проявления свойств источника повышенной опасности.

В соответствии со ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194–198, 233-235, 237 Гражданского процессуального Кодекса Российской Федерации, суд, -

р е ш и л:

Исковые требования ФИО3 – удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице главного распорядителя бюджетных средств ФИО27 за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 

<

данные изъяты> руб. 

В удовлетворении остальной части требований – отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Крым через Керченский городской суд Республики Крым в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения. 

Судья С.Д.Лапин

Решение суда в окончательной форме изготовлено 05 ноября 2024 года. 

Судья С.Д.Лапин