УИИ 39RS0011-01-2019-000214-81

Дело № 2-309/19

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

24 июня 2019 года г. Зеленоградск

Судья Зеленоградского районного суда Калининградской области 

Ватралик Ю.В.

при секретаре Кислицыной Н.Н., Волковской И.Ф.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ООО «Леруа Мерлен Восток», 3-е лицо ООО «Ютта», о расторжении договора купли-продажи мебели, взыскании неустойки, штрафа, компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с указанным иском, ссылаясь на то, что 24 августа 2018 года он с ответчиком заключил договор купли-продажи модульной кухонной мебели «Васаби» и встроенной техники, за что было оплачено 94771 рубль. 18 сентября 2018 года он докупил оставшиеся материалы и оплатил сборку кухни на общую сумму в размере 11719 рублей. Согласно типовым условиям выполнения работ/оказания услуг для клиентов, кухня должна быть собрана в срок до 29 сентября 2018 года. Однако в срок кухня не была собрана, полностью установлена она была 4 октября 2018 года и только после нескольких звонков в магазин. Поскольку сборщик кухни настаивал на подписании акта выполненных работ, истец вынужден был его подписать. Также истцом были оплачены дополнительные работы по сборке кухни на сумму в размере 8650 рублей. При этом сборщик не установил стиральную машину, поскольку она еще не была привезена с предыдущей квартиры, а также не был установлен духовой шкаф. В связи с этим истец вынужден был сам устанавливать как стиральную машину, так и духовой шкаф. В процессе их установки выяснилось, что стиральная машина не помещается в оставленный для нее проем, а дверки фасада стиральной машины не закрываются, в связи с чем истцу пришлось демонтировать дверки и снять напольную фальш-панель, что негативным образом сказалось на внешнем виде кухни. Также в процессе эксплуатации кухни выяснилось, что мебель была загрязнена веществом, похожим на солидол, а некоторые детали кухни испорчены – просверлены насквозь, на столешнице также остались ненужные отверстия после установки барной стойки, через некоторое время стало рассыхаться дно ящика для посуды.

В связи с этим истец 19 октября 2018 года направил в магазин претензию, в которой просил устранить выявленные недостатки и встроить стиральную машину, однако ответа не получил. В последующем приехал сотрудник магазина и заявил, что для качественной установки стиральной машины мешает установленный фронтально газовый кран. После этого истец вызвал мастера газовой службы, который развернул газовый кран параллельно стене, но и после этого стиральная машина не встала на место.

В последующем из-за неправильной установки шлангов к раковине произошла протечка воды, из-за чего дно шкафа под раковиной вспухло. Также из-за узкой столешницы начал обгорать настенный плинтус, поскольку расстояние между варочной плитой и плинтусом составляет около 4 мм.

В связи с выявленными недостатками истец 14 декабря 2018 года подал повторную претензию в магазин, в которой просил сделать вынос столешницы, встроить стиральную машину, смонтировать к ней фасадные двери, заменить разбухшие детали. В процессе урегулирования спора истцу сообщил сотрудник магазина, что ему неправильно рассчитали размер столешницы.

24 января 2019 года истец получил сообщение от ответчика на все ранее поданные претензии, в котором сообщалось об отказе в удовлетворении его требований в связи с тем, что он отказался от услуги по замеру его кухни.

Данные отказ истец полагал незаконным, поскольку ему никто не предлагал такую услугу. Он просто приехал в магазин со снятыми размерами кухни и ему изготовили дизайн-проект. Был задан только один вопрос о размерах его стиральной машины, на что истец ответил – «Стандартная».

Истец полагал, что сотрудники ответчика должны были его предупредить о том, что выбранная им столешница является узкой и нужно взять более широкую, а также полагал, что ему продали некачественную мебель, сборка ее также была некачественной. При этом также ответ на его претензию был дан ему с нарушением установленного срока, что дает ему право требовать взыскания неустойки. Также своим отношением к истцу ответчик причинил ему моральные вред, выразившийся в том, что в течение длительного времени истец вынужден был пользоваться некачественной кухней и несколько раз ездить в магазин для урегулирования спора. 

Истец просил суд обязать ответчика устранить недостатки согласно поданным претензиям – заменить детали кухни, заменить столешницу на более широкую, встроить стиральную машину, а также взыскать с ответчика неустойку за нарушение сроков установки кухни за период с 29 сентября 2018 года по 4 октября 2018 года в размере 7454,30 рублей и сроков предоставления ответа на претензию за период с 19 октября 2018 года по 20 февраля 2019 года в размере 142773,60 рублей, а всего 150227,90 рублей, взыскать компенсацию морального вреда в размере 50000 рублей и штраф за несоблюдение добровольного порядка удовлетворения его требований в размере 75113,95 рублей.

В последующем истец уточнил заявленные требования и окончательно просил суд расторгнуть договор купли-продажи мебели, взыскать с ответчика уплаченную по договору денежную сумму в размере 106490 рублей, взыскать с ответчика неустойку за неустранение в срок недостатков за период с 19 октября 2018 года по 22 апреля 2019 года в размере 211131,22 рубля, взыскать компенсацию морального вреда в размере 50000 рублей и штраф за несоблюдение добровольного порядка удовлетворения его требований в размере 105565,61 рубль.

Судом к участию в деле в качестве 3-го лица привлечено ООО «Ютта».

В судебном заседании истец ФИО1 иск поддержал по основаниям, в нем изложенным, дополнительно добавил, что приобретал кухню у ответчика в разобранном состоянии, каждая деталь пробивалась на кассе отдельно, однако кухня была выставлена у ответчика как единое целое. Бытовая техника также приобреталась в данном магазине совместно с кухней. При приобретении кухни ответчик давал гарантию на ее использование – 10 лет. После приобретения кухни в процессе ее установки выяснилось, что стиральная машина не входит в отведенное для нее место, а именно дверцы шкафчика не закрываются, в связи с чем истец обратился к ответчику с претензией устранить недостатки, однако первоначальную претензию ответчик проигнорировал, после чего была подана новая претензия, на которую ответчик ответил отказом. Также в процессе эксплуатации кухни было выявлено, что кухня имеет существенные недостатки, дверцы кухни не прямые, а изогнутые, что сказывается на внешнем виде кухни, а также происходит отслойка внешнего покрытия кухни, что также является производственным дефектом. При этом ответчик такие дефекты не устраняет, пользоваться кухней не представляется возможным, так как постоянно до настоящего времени происходят отслойки внешнего материала и кухня портится, в связи с чем истцом принято решение о расторжении договора купли-продажи и возврате уплаченных денежных средств. Каких-либо претензий к работе приобретенной у ответчика бытовой техники не имеется, техника работает исправно.

В судебном заседании представитель ответчика ООО «Леруа Мерлен Восток» по доверенности ФИО2 возражала против удовлетворения иска, пояснила, что 24 августа 2018 года с истцом был заключен розничный договор купли-продажи кухонной мебели. При этом такая мебель приобреталась истцом по частям, комплектом не являлась, ее детали были от разных производителей, которые в силу того, что кухонная мебель являлась стандартной, подходили друг к другу. Кроме того, не является комплектом и приобретенная истцом бытовая техника к кухне, а именно – варочная поверхность, посудомоечная машина и вытяжка и мойка. При этом единый договор купли-продажи не оформлялся, истец просто приобрел все по кассовым чекам. В последующем 18 сентября 2018 года истец дополнительно приобрел комплектующие для такого кухонного гарнитура. Истцом была заказана доставка кухни по адресу: 

<

адрес>, по данному адресу кухонный гарнитур был доставлен. Также истцом была приобретена дополнительная услуга по сборке такой кухни, такая сборка осуществлялась субисполнителем ответчика ООО «Ютта». 4 октября 2018 года истец подписал акт приемки выполненных работ по сборке кухни, претензии к качеству кухни у него отсутствовали. 19 октября 2018 года истец подал претензию, в которой указывал на недостатки приобретенной кухни, просил их устранить. Истец в своей претензии указывал на то, что столешница по своим размерам не соответствует размерам стиральной машины. Однако при заключении договора купли-продажи истцу разъяснялась необходимость проведения замеров его помещения, однако истец от этого отказался, предоставив только свои замеры, которые были неточными, при этом он также не предоставил никаких размеров его стиральной машины, в связи с чем выбрать надлежащую столешнику было невозможно. Также в представленных чертежах истца отсутствовало указание на имеющийся газовый вентиль, который помешал надлежащей установке стиральной машины и кухни. Поскольку от услуг замерщика истец отказался, то он несет риск несовпадения модулей кухни с его помещением. Таким образом, вина ООО «Леруа Мерлен Восток» в данном недостатке отсутствует. Также истец не указывал на размеры варочной поверхности, что также привело к неточностям при расчете ширины столешницы. Также истец в претензии указывал на загрязнение кухни, для устранения такого недостатка в дом истца был направлен специалист, который такие недостатки устранил. Указывала также на то, что по договору об установке кухни цена такого договора составила 4575 рублей, в связи с чем размер неустойки должен исчисляться от этой цены. Также просила суд снизить размер неустойки в соответствии со ст. 333 ГК РФ, так как начисленная истцом неустойка слишком несоразмерна. Просила в иске отказать.

В судебное заседание представитель 3-го лица ООО «Ютта» не явился, извещен надлежащим образом.

Выслушав сторон, исследовав доказательства и оценив их относимость, допустимость и достоверность по правилам, установленным ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к следующему.

Судом установлено, что 24 августа 2018 года ФИО1 приобрел в магазине ООО «Леруа Мерлен Восток» набор кухонной мебели и бытовой техники, что подтверждается кассовым чеком от 24 августа 2018 года.

Из представленного суду кассового чека от 24 августа 2018 года следует, что истцом были приобретены детали для изготовления кухни, в том числе набор дверных ручек «матовый хром», ящик под духовку «Delinia», витрина «Delinia», витрина «Фрост», комплект петель с доводчиком «Indaux», комплект петель с подъемно-откидным механизмом «Indaux», несколько каркасов напольных и угловых белых, набор дверей для кухонных шкафчиков и под духовку «Васаби Сити», корзина нижняя с доводчиком, плинтус для столешницы «Рифа», цоколь пластиковый, столешница ДСП стоимостью 5165,98 рублей, торцевые планки для столешницы, заглушки, а также бытовая техника: посудомоечная машина марки «Ханса» стоимостью 12742,50 рублей, газовая варочная поверхность марки «Electrolux» стоимостью 17990 рублей, вытяжка «Grammy» стоимостью 10500 рублей, а также мойка «Granfest Rondo» стоимостью 4998 рублей.

По данному кассовому чеку ФИО1 уплатил в общей сложности 94771 рубль.

Также из кассового чека от 18 сентября 2018 года следует, что ФИО1 приобрел дополнительно стойку хром, мебельные детали ЛДСП, полку для бокалов, 2 крепления к полу, комплект креп колец, двери для кухонных шкафов «Васаби Сити», сумма оплаты по данному чеку составила 11719 рублей, которые истцом также были ответчику уплачены.

При таких обстоятельствах суд полагает, что ФИО1 был заключен договор купли-продажи набора мебели для изготовления модульной кухни, а также договор купли-продажи ряда бытовой техники для кухни, за приобретение которых истцом было оплачено всего 106490 рублей.

В соответствии с п. 1 ст. 479 ГК РФ, комплект товаров - это определенный их набор, установленный условиями договора. При этом каждый из товаров, входящих в комплект, является самостоятельным товаром, который может продаваться и использоваться по своему целевому назначению независимо от других товаров, включенных в комплект.

Согласно ГОСТ 20400-2013 «Продукция мебельного производства. Термины и определения», комплектом мебели является набор изделий мебели, полностью отвечающий определенному заданному назначению лишь в своей совокупности. 

Изделием мебели является единица мебельной продукции, предназначенная для самостоятельного применения. 

Набором мебели является группа изделий различного функционального назначения, выполненных с использованием единого архитектурно-художественного (стилевого) решения и согласованных между собой по размерам, конструкции, облицовке и отделке.

Гарнитуром мебели является группа изделий мебели, предназначенных для обустройства (обстановки) определенной функциональной зоны помещения, объединенных одинаковыми художественно- стилистическими и конструктивными признаками.

Судом установлено и подтверждается как пояснением истца, так и представителем ответчика, что кухонная мебель истцом приобреталась по частям различных производителей, которые являлись стандартными и совпадали между собой при сборке кухни. При этом кухонная мебель выполнена в едином дизайнерском исполнении и была выставлена в магазине ответчика как единое целое. 

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что истцом был приобретен комплект кухонной мебели. 

Вместе с тем суд также полагает, что приобретенная истцом бытовая техника - посудомоечная машина марки «Ханса» стоимостью 12742,50 рублей, газовая варочная поверхность марки «Electrolux» стоимостью 17990 рублей, вытяжка «Grammy» стоимостью 10500 рублей, а также мойка «Granfest Rondo» стоимостью 4998 рублей не входят в комплект кухонной мебели, поскольку они могут использоваться отдельно от кухонного гарнитура и мебелью не являются.

Из материалов дела также следует, что 24 августа 2018 года по устному поручению истца его супругой ФИО3 был оформлена заявка № на доставку мебели по адресу: 

<

адрес>.

Стоимость данной доставки составила 1200 рублей и была оплачена истцом в полном объеме, что подтверждается кассовым чеком от ДД.ММ.ГГГГ.

Данная доставка мебели осуществлялась АО «Везу». Каких-либо претензий к оказанной услуге доставки у истца не имелось. В судебном заседании истец пояснил, что мебель была доставлен вовремя.

Из материалов дела также следует, что 18 сентября 2019 года истцом у ответчика была оформлена заявка на услугу сборки Пакет «Стандартная» приобретенной мебели по адресу: 

<

адрес>.

Из материалов дела усматривается, что сборка мебели осуществлялась сотрудником ООО «Ютта» по Соглашению о сотрудничестве от 4 октября 207 года, заключенному между ООО «Леруа Мерлен Восток» и ООО «Ютта».

Стоимость сборки составила 4575,00 рублей и была оплачена истцом в полном объеме, что подтверждается кассовым чеком от 18 сентября 2018 года.

Актом от 4 октября 2018 года №К приемки выполненных работ к заявке подтверждается, что работы по установке кухонного гарнитура были выполнены полностью, истец претензий на тот момент не имел, что подтверждается его подписью в акте.

В судебном заседании истец пояснил, что в настоящее время не предъявляет претензий по качеству сборки мебели и расторжения такого договора не требует.

В соответствии с абз. 8 преамбулы Закона РФ «О защите прав потребителей» недостаток товара (работы, услуги) - несоответствие товара (работы, услуги) или обязательным требованиям, предусмотренным законом либо в установленном им порядке, или условиям договора (при их отсутствии или неполноте условий обычно предъявляемым требованиям), или целям, для которых товар (работа, услуга) такого рода обычно используется, или целям, о которых продавец (исполнитель) был поставлен в известность потребителем при заключении договора, или образцу и (или) описанию при продаже товара по образцу и (или) по описанию.

В силу абз. 9 преамбулы к Закону РФ «О защите прав потребителей» существенный недостаток товара (работы, услуги) - неустранимый недостаток или недостаток, который не может быть устранен без несоразмерных расходов или затрат времени, или выявляется неоднократно, или проявляется вновь после его устранения, или другие подобные недостатки.

Согласно разъяснению, содержащемуся в п. 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», под существенным недостатком товара (работы, услуги), при возникновении которого наступают правовые последствия, предусмотренные ст. 18 и 29 Закона о защите прав потребителей, следует понимать, в том числе недостаток товара (работы, услуги), выявленный неоднократно, - различные недостатки всего товара, выявленные более одного раза, каждый из которых в отдельности делает товар (работу, услугу) не соответствующим обязательным требованиям, предусмотренным законом или в установленном им порядке, либо условиям договора (при их отсутствии или неполноте условий - обычно предъявляемым требованиям), и приводит к невозможности или недопустимости использования данного товара (работы, услуги) в целях, для которых товар (работа, услуга) такого рода обычно используется, или в целях, о которых продавец (исполнитель) был поставлен в известность потребителем при заключении договора, или образцу и (или) описанию при продаже товара по образцу и (или) по описанию.

Таким образом, в силу приведенного разъяснения к недостатку, который выявляется неоднократно, относятся различные недостатки, выявляемые во всем товаре, при этом каждый из указанных недостатков товара в отдельности должен делать товар не соответствующим или обязательным требованиям, предусмотренным законом, или условиям договора, или целям, для которых товар такого рода обычно используется.

В соответствии со статьей 456 Гражданского кодекса Российской Федерации продавец обязан передать покупателю товар, предусмотренный договором купли-продажи (пункт 1). Если иное не предусмотрено договором купли-продажи, продавец обязан одновременно с передачей вещи передать покупателю ее принадлежности, а также относящиеся к ней документы (технический паспорт, сертификат качества, инструкцию по эксплуатации и т.п.), предусмотренные законом, иными правовыми актами или договором (пункт 2).

Согласно пункту 1 статьи 475 Гражданского кодекса Российской Федерации, если недостатки товара не были оговорены продавцом, покупатель, которому передан товар ненадлежащего качества, вправе по своему выбору потребовать от продавца соразмерного уменьшения покупной цены; безвозмездного устранения недостатков товара в разумный срок; возмещения своих расходов на устранение недостатков товара.

В силу пункта 2 статьи 475 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае существенного нарушения требований к качеству товара (обнаружения неустранимых недостатков, недостатков, которые не могут быть устранены без несоразмерных расходов или затрат времени, или выявляются неоднократно, либо проявляются вновь после их устранения, и других подобных недостатков) покупатель вправе по своему выбору отказаться от исполнения договора купли-продажи и потребовать возврата уплаченной за товар денежной суммы; потребовать замены товара ненадлежащего качества товаром, соответствующим договору.

Указанные требования предъявляются потребителем продавцу либо уполномоченной организации или уполномоченному индивидуальному предпринимателю.

Аналогичные положения содержатся в статьях 4 и 18 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей».

На основании п. 1 ст. 18 Закона РФ «О защите прав потребителей» потребитель в случае обнаружения в товаре недостатков, если они не были оговорены продавцом, вправе отказаться от исполнения договора купли-продажи и потребовать возврата уплаченной за товар суммы.

Пунктом 5 статьи 18 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» определено, что в отношении товара, на который установлен гарантийный срок, продавец (изготовитель), уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер отвечает за недостатки товара, если не докажет, что они возникли после передачи товара потребителю вследствие нарушения потребителем правил использования, хранения или транспортировки товара, действий третьих лиц или непреодолимой силы.

Продавец обязан принять товар ненадлежащего качества у потребителя и в случае необходимости провести проверку качества товара. В случае спора о причинах возникновения недостатков товара продавец обязан провести экспертизу товара за свой счет (пункт 5 статьи 18 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей»).

Истцом в обоснование своих требований представлено заключение эксперта от 17 мая 2019 года № 235/2019, выполненное АНО «Калининградское бюро судебной экспертизы и оценки», согласно которому при исследовании кухонного гарнитура истца установлены дефекты: 

- крепление дверцы, закрывающей стиральную машину, параметрически не совпадает с заданным пространством под нее,

- имеются отклонения от прямолинейности фасада (вогнутость),

- имеются повреждения внутри фасада, образовавшиеся между лицевым покрытием и основанием,

- имеются лишние лицевые отверстия со сколами лицевого слоя,

- имеются дефекты задней стенки,

- имеется отслоение лицевого слоя в месте крепежных элементов, 

- имеются лишние отверстия со сколами лицевого слоя,

- отсутствует крепление внутренней металлической полки к фасаду,

- имеется перепад высоты столешницы более чем на 5 мм,

- имеется отслоение лицевой поверхности от основания.

Экспертом АНО «Калининградское бюро судебной экспертизы и оценки» по результатам осмотра был сделан вывод о том, что указанные дефекты являются производственными и значительными, влияют на использование продукции по назначению, но не являются критическими, также являются устранимыми.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 28 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», при разрешении требований потребителей необходимо учитывать, что бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на продавце.

Из материалов дела усматривается, что доказательств того, что такие недостатки товара возникли после его продажи истцу и вследствие нарушения покупателем правил пользования товаром или его хранения, либо действий третьих лиц, либо непреодолимой силы, в материалах дела не имеется и ответчиком, на котором лежит обязанность это доказать, не представлено.

Также в судебном заседании истец пояснил, что отслоения лицевой поверхности от основания продолжаются до настоящего времени и после обследования экспертом, что негативно влияет на внешний вид кухни.

В соответствии с п. 4 ст. 475 ГК РФ, в случае ненадлежащего качества части товаров, входящих в комплект (ст. 479), покупатель вправе осуществить в отношении этой части товаров права, предусмотренные пунктами 1 и 2 настоящей статьи.

Ссылки представителя истца на то, что выявленные недостатки кухонной мебели возможно устранить, что подтверждается комментарием к заключению эксперта от 17 мая 2019 года № 235/2019, выполненным ООО «Центр Монтаж», суд полагает необоснованными, поскольку замена части товара или отказ от исполнения договора в целом являются правом выбора потребителя, в связи с чем такое указание ответчика на возможность устранения выявленных недостатков правового значения для разрешения спора не имеет. Кроме того, данным комментарием также установлено, что недостаток в виде отслоения лицевой поверхности от основания возможно устранить только путем замены поврежденной детали.

При таких обстоятельствах, поскольку ответчиком истцу был продан комплект кухонной мебели, который имеет неоговоренные истцом недостатки, которые ответчиком в установленный срок не устранены, суд полагает, что истец на основании п. 1 ст. 18 Закона РФ «О защите прав потребителей» вправе был требовать расторжения договора в отношении всей приобретенной мебели и возврата уплаченной за товар суммы.

Доводы представителя ответчика о том, что при оформлении эскиза кухни ответчиком была предоставлена очень условная схема его кухни, при этом замерщик истцом вызван не был, а при сборке было обнаружено наличие газового вентиля, что повлияло на невозможность надлежащей установке стиральной машины, суд признает необоснованными по следующим обстоятельствам.

Действительно, п. 1.1, п. 5.3 Типовых условий выполнения работ/оказания услуг для клиентов ООО «Леруа Мерлен Восток» предусмотрено, что по настоящему договору Леруа Мерлен обязуется выполнить из материалов клиента, приобретенных в Леруа Мерлен, собственными силами и средствами или с привлечением 3-х лиц работы/услуги, поименованные в настоящей заявке, по ценам, утвержденным Прейскурантом, на оказание бытовых услуг, а клиент обязуется создать Леруа Мерлен необходимые условия для выполнения работ, принять их результат и уплатить обусловленную настоящим договором цену. До начала производства работ клиент обязан проинформировать Леруа Мерлен о наличии скрытых инженерно-технических коммуникаций в месте проведения работ/оказания услуг, а также об иных обстоятельствах которые могут повлиять на качество выполненной работы/услуги. В ином случае Леруа Мерлен освобождается от ответственности вследствие причинения ущерба имуществу и здоровью клиента, а также третьих лиц.

Судом установлено и подтверждается пояснениями сторон, что истец ФИО1 услугами замерщика не воспользовался, предоставив свой чертеж кухонного помещения.

Вместе с тем, поскольку настоящее исковое заявление предъявлено истцом по причине обнаружения в кухонном гарнитуре неоговоренных недостатков, устранить которые возможно только заменой поврежденных деталей, а ответчиком такие недостатки в срок не устранены, суд полагает, что наличие неоговоренного истцом при оформлении эскиза кухни газового вентиля, повлиявшего на невозможность надлежащей установки стиральной машины, не имеет правового значения для рассмотрения данного спора.

В судебном заседании истец также пояснил, что каких-либо недостатков в приобретенной бытовой технике и мойке не имеется, техника работает исправно.

Таким образом, суд полагает, что, поскольку бытовая техника - посудомоечная машина марки «Ханса» стоимостью 12742,50 рублей, газовая варочная поверхность марки «Electrolux» стоимостью 17990 рублей, вытяжка «Grammy» стоимостью 10500 рублей, а также мойка «Granfest Rondo» стоимостью 4998 рублей, а всего на сумму в размере 46230,50 рублей, не входят в комплект кухонной мебели, а их недостатков судом не установлено, следовательно, в их отношении договор купли-продажи расторжению не подлежит.

При таких обстоятельствах суд полагает, что договор купли-продажи подлежит расторжению только в части приобретения истцом комплекта кухонной мебели на сумму в размере 60259,50 рублей (106490 - 46230,50 = 60259,50).

Учитывая, что договор купли-продажи кухонной мебели подлежит расторжению, суд полагает, что с ответчика ООО «Леруа Мерлен Восток» подлежит взысканию в пользу истца уплаченная денежная сумма в размере 60259,50 рублей, а на истца должна быть возложена обязанность возвратить приобретенную кухонную мебель ответчику.

Данные требования истца подлежат удовлетворению частично.

Истцом также заявлены требования о взыскании неустойки за неустранение в срок недостатков за период с 19 октября 2018 года по 22 апреля 2019 года в размере 211131,22 рубля.

Данные требования суд полагает подлежащими удовлетворению частично по следующим основаниям.

Согласно пункту 1 статьи 20 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей», если срок устранения недостатков товара не определен в письменной форме соглашением сторон, эти недостатки должны быть устранены изготовителем (продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) незамедлительно, то есть в минимальный срок, объективно необходимый для их устранения с учетом обычно применяемого способа. Срок устранения недостатков товара, определяемый в письменной форме соглашением сторон, не может превышать сорок пять дней.

Из материалов дела усматривается, что 19 октября 2018 года ФИО1 была подана ответчику претензия, в которой указывалось на то, что кухня загрязнена веществом, похожим на солидол, многие детали кухни просверлены насквозь, двери кухонных шкафов перед стиральной машиной не закрываются, целостность кухни не соответствует заказу, в связи с чем истец просил устранить недостатки кухни, либо возвратить ему уплаченные денежные средства.

Судом установлено, что по данной претензии истца ответчиком недостатки не были устранены.

14 декабря 2018 года истец повторно подал ответчику претензию, в которой указывал на то, что ранее поданная им претензия не исполнена, дополнительно указывал на новые недостатки кухни – взбухло дно шкафа, просил устранить недостатки.

В ответ на претензию от 14 декабря 2018 года истцу ответчиком был дан ответ, в котором было отказано в удовлетворении требований ФИО1 

Согласно ст. 22 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей», требования потребителя о возмещении расходов на исправление недостатков товара потребителем или третьим лицом подлежат удовлетворению продавцом (изготовителем, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) в течение десяти дней со дня предъявления соответствующего требования.

Из данных заявлений усматривается, что истцом не был оговорен срок устранения недостатков кухни, в связи с чем суд приходит к выводу, что истец ФИО1 имеет право требовать уплаты ему неустойки по истечении 10 дней после подачи претензии от 19 октября 2018 года, т.е. с 29 октября 2018 года.

Учитывая заявленный истцом ко взысканию неустойки период по 22 апреля 2019 года, суд полагает, что период просрочки составил 175 дней.

Согласно п. 1 ст. 23 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» за нарушение предусмотренных ст. 20, 21 и 22 данного закона сроков, а также за невыполнение (задержку выполнения) требования потребителя о предоставлении ему на период ремонта (замены) аналогичного товара продавец (изготовитель, уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер), допустивший такие нарушения, уплачивает потребителю за каждый день просрочки неустойку (пеню) в размере одного процента цены товара.

При таких обстоятельствах размер неустойки, подлежащий взысканию с ответчика, составляет 60259,50 рублей х 1% х 175 = 114204,13 рублей.

Ответчиком было заявлено ходатайство об уменьшении размера неустойки в соответствии со ст. 333 ГК РФ.

Согласно ст. 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

В абзаце втором пункта 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» разъяснено, что применение статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации по делам о защите прав потребителей возможно в исключительных случаях и по заявлению ответчика с обязательным указанием мотивов, по которым суд полагает, что уменьшение размера неустойки является допустимым.

При таких обстоятельствах суд полагает, что имеются основания для применения ст. 333 ГК РФ при определении размера подлежащей взысканию неустойки. Учитывая обстоятельства дела, период просрочки, суд полагает, что размер неустойки должен быть определен в сумме 40000 рублей.

Истцом также заявлены требования о взыскании компенсации морального вреда в размере 50000 рублей и штрафа в размере 105565,61 рубль.

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии со статьей 15 Закона РФ о защите прав потребителей, моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения исполнителем прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины.

Возможность компенсации морального вреда, по смыслу указанной нормы, связана с нарушением любых прав потребителя, в том числе имущественных.

Пунктом 45 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», установлено, что при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

Учитывая требования разумности и справедливости, нарушения прав истца ответчиком ООО «Леруа Мерлен Восток», суд полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 10000 рублей.

Пунктом 6 статьи 13 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей», при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду (пункт 6 статьи 13 Закона «О защите прав потребителей»).

С учетом изложенного, поскольку судом было установлено нарушение ответчиком прав потребителя ФИО1, следовательно, суд полагает, что с ответчика подлежит взысканию в пользу истца штраф за неисполнение требований потребителя в добровольном порядке в размере 55129,75 рублей.

На основании ч. 1 ст. 103 ГПК РФ взысканию с ответчика ПАО КБ «Восточный экспресс банк» в доход местного бюджета подлежит государственная пошлина в размере 3205,19 рублей.

Руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ООО «Леруа Мерлен Восток» о расторжении договора купли-продажи мебели, взыскании неустойки, штрафа, компенсации морального вреда, - удовлетворить частично.

Расторгнуть договоры купли-продажи комплекта кухонной мебели от 24 августа 2018 года и от 18 сентября 2018 года, заключенные между ООО «Леруа Мерлен Восток» и ФИО1.

Взыскать с ООО «Леруа Мерлен Восток» в пользу ФИО1 денежные средства, уплаченные по договору купли-продажи в размере 60259,50 рублей, неустойку за невыполнение требований потребителя в размере 40000 рублей, компенсацию морального вреда в размере 10000 рублей, штраф за неисполнение требований потребителя в добровольном порядке в размере 55129,75 рублей, а всего 165389,25 рублей.

В остальной части иска ФИО1 - отказать.

Обязать ФИО1 возвратить ООО «Леруа Мерлен Восток» комплект кухонной мебели, приобретенный по договорам купли-продажи от 24 августа 2018 года и от 18 сентября 2018 года, установленный в его квартире по адресу: 

<

адрес>. 

Взыскать с ООО «Леруа Мерлен Восток» госпошлину в местный бюджет в размере 3205,19 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Калининградский областной суд через Зеленоградский районный суд Калининградской области в течение одного месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Мотивированное решение изготовлено 28 июня 2019 года.

Судья Ватралик Ю.В.