РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

18 ноября 2024 года г. Иркутск

Свердловский районный суд города Иркутска в составе председательствующего судьи Смирновой Т.В., при секретаре Копыловой А.Д, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 38RS0036-01-2024-009385-60 (производство № 2-5885/2024) по иску ФИО1 к акционерному обществу «Иркутская электросетевая компания» об обязании исполнить договор, взыскании неустойки, компенсации морального вреда, штрафа, 

УСТАНОВИЛ:

В Свердловский районный суд г. Иркутска обратился ФИО1 с иском к АО «Иркутская электросетевая компания» об обязании исполнить условия договора, взыскании неустойки, штрафа, компенсации морального вреда. В обоснование иска указано, что 13.10.2023 года между третьим лицом ФИО2 и ответчиком в лице филиала «Восточные электрические сети» заключен договор об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям № 6569/24-ВЭС, согласно которому, ответчик принял на себя обязательство осуществить технологическое присоединение энергопринимающих устройств в жилом доме по адресу: ..... Плата за технологическое подключение по условиям Договора составила 36 277 рублей 03 копеек, которые истцом оплачены в полном объеме. Срок выполнения мероприятий по технологическому присоединению составляет 6 месяцев со дня заключения договора. Договором уступки прав серия 38 ДУ № 08-06-01 от 8.06.2024 ФИО2 уступила БЕА в полном объеме свои права по договору № 6569/23-ВЭС от 13.10.2023 об осуществлении технологического присоединения энергопринимающих устройств мощностью 15 кВТ, расположенных по адресу: ..... На основании договора купли-продажа объектов недвижимости от 7.08.2024 заключенный между ИП БЕА, и ФИО1 собственником жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: .... стал ФИО1 29.08.2024 в адрес ответчика ФИО1, направил заявление о переоформлении технических условий, а также уведомление о переходе прав по договору. До настоящего времени договор со стороны ответчика не исполнен. Истец обращался к ответчику с заявлениями и просьбами о подключении, на что ответчиком условия договора исполнены не были. В связи с чем, истец просит суд обязать АО «ИЭСК» исполнить обязательства по договору № 6569/23-ВЭС от 13 октября 2024 года об осуществлении технологического присоединения энергопринимающих устройств по адресу: .... в течении 5 дней со дня вступления решения суда в законную силу; взыскать неустойку за неисполнения обязательств по договору № 6569/23-ВЭС от 13.10.2024 за период с 14 апреля 2024 года по 2 октября 2024 года в размере 16 052 рублей 13 копеек; компенсацию морального вреда в размере 15 000 рублей; штраф за несоблюдение в добровольном порядке требований потребителя в размере 50% от суммы, присужденной судом в пользу потребителя; судебную неустойку за неисполнение решения суда в размере 300 рублей за каждый день неисполнения решения суда со дня, следующего за истечением 5 дней со дня вступления решения в законную силу. 

В судебное заседание истец ФИО1. не явился, о месте и времени судебного заседание извещен надлежащим образом, его представитель ФИО3 в силу своих полномочий просила о рассмотрение дела в отсутствие своего доверителя. 

Представитель истца ФИО3 исковые требования поддержала в полном объёме, суду пояснила, что отсутствие электричества препятствует истцу проживать в жилом доме, благоустроить земельный участок. Доводы иска повторила.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО4 исковые требования не признал, представил письменный отзыв.

Третье лицо ФИО2 в судебное заседание не явилась, о месте и времени судебного заседание извещена надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщила.

Суд полагает возможным рассмотреть дело по существу в отсутствие не явившихся лиц в порядке ч.5 ст.167 ГПК РФ.

Выслушав пояснения представителя истца, представителя ответчика, исследовав материалы дела и оценив представленные доказательства в совокупности, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований по следующим основаниям.

Из имеющейся в материалах дела копии свидетельства о регистрации права от 21 августа 2024 года следует, что собственником земельного участка, расположенного по адресу: ...., является ФИО1

13 октября 2023 года между третьим лицом ФИО2 и ответчиком был заключен договор об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям № 6569/23-ВЭС, согласно которому, ответчик принял на себя обязательство осуществить технологическое присоединение энергопринимающих устройств на жилой дом по адресу: .....

Договором уступки прав серия 38 ДУ № 08-06-01 от 8.06.2024 ФИО2 уступила БЕА в полном объеме свои права по договору № 6569/23-ВЭС от 13.10.2023 об осуществлении технологического присоединения энергопринимающих устройств мощностью 15 кВТ, расположенных по адресу: ..... 

На основании договора купли-продажа объектов недвижимости от 7.08.2024 заключенный между ИП БЕА, и ФИО1 собственником жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: .... стал ФИО1

29.08.2024 в адрес ответчика ФИО1, направил заявление о переоформлении технических условий, а также уведомление о переходе прав по договору. 

По условиям вышеуказанного Договора сетевая организация приняла на себя обязательства по осуществлению технологического присоединения энергопринимающих устройств заявителя: жилого дома, в том числе, по обеспечению готовности объектов электросетевого хозяйства (включая их проектирование, строительство, реконструкцию) к присоединению энергопринимающих устройств, урегулированию отношений с третьими лицами в случае необходимости строительства (модернизации) такими лицами принадлежащих им объектов электросетевого хозяйства (энергопринимающих устройств, объектов электроэнергетики) с учетом следующих характеристик: максимальная мощность присоединяемых энергопринимающих устройств 15 кВт, категория надежности III, класс напряжения электрических сетей, к которым осуществляется технологическое присоединение: 0,4 кВ.

Заявитель, в свою очередь, обязался оплатить расходы на технологическое присоединение в соответствии с условиями Договора (п. 8 Договора).

Срок действия технологических условий составляет 2 года со дня заключения договора (п. 4 Договора, п. 12 технических условий). 

В силу п. 10 Договора, размер платы за технологическое присоединение составляет 36 277 рубля 03 копеек, в том числе, НДС 20% 6 046 рублей 17 копеек. 

Согласно пункту 5 Договора, срок выполнения мероприятий по технологическому присоединению составляет 6 месяцев со дня заключения Договора.

Заявителю выданы технические условия, являющиеся частью Договора. 

Указанные выше обстоятельства подтверждаются самими Договором и Техническими условиями.

ФИО2 в соответствии с условиями Договора произвела оплату стоимости подключения по договору в размере 36 277 рублей 03 копеек, что подтверждается платежным поручением .... от 13.10.2023 и не оспаривалось стороной ответчика.

Поскольку, как указано ранее, согласно пункту 5 Договора, срок выполнения мероприятий по технологическому присоединению составляет 6 месяцев со дня заключения договора (фактической оплаты стоимости договора), то суд приходит к выводу, что со стороны исполнителя АО «ИЭСК» договор должен быть исполнен не позднее 13 апреля 2024 года. 

16.04.2024 года третье лицо ФИО2 направила в адрес ответчика заявление с просьбой исполнить свои обязательства по осуществлению технологического присоединения. 

Как следует из письма от 25 апреля 2024 года АО «ИЭСК» уведомляет ФИО2 о том, что исполнение договора возможно при условии усиления питающей электрической сети, после реализации мероприятий по строительству и реконструкции электрических сетей. 

Судом установлено, что на дату, установленную в Договоре и по настоящее время ответчик АО «ИЭСК» свои обязательство по Договору № 6569/23-ВЭС от 13 октября 2023 года не исполнило; технологическое присоединение к электрическим сетям энергопринимающих устройств, расположенных по адресу: .....

В письменном отзыве представитель АО «ИЭСК» указал, что в 29.08.2024 истцом в адрес АО «ИЭСК» направлено уведомление о переходе прав по договору об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям от ФИО2 к ФИО1, в связи с переходом прав собственности на объект недвижимости, при этом ФИО2 согласно договору уступки прав требования от 08.06.2024 в полном объеме уступила свои права по договору № 6569/23-ВЭС от 13.10.2024 БЕА БЕА в АО «ИЭСК» не обращалась с заявкой на подключение как новый собственник, также не обращалась с заявлением о переоформлении документов, а также переходе прав по договору № 6569/23-ВЭС. Какое-либо соглашение между ФИО1 и АО «ИЭСК» в связи с состоявшийся уступкой требования по договору технологического присоединения не заключалось, что не оспаривается сторонами при рассмотрение дела. Поскольку в нарушение ст. 56 ГПК РФ истцом не представлено соглашение о переводе долга с должника на другое лицо, не представлено письменное согласие АО «ИЭСК» необходимо прийти к выводу, что к истцу ФИО1 не перешли права, предусмотренные договором на технологическое присоединения к электрическим сетям, по договору уступки прав, а следовательно у ФИО1, не возникло прав требования к АО «ИЭСК» об осуществлении технологического присоединения к сетям. Новый собственник ФИО1 с заявкой .... на технологическое присоединение не обращался, 19.08.2024 обратился с заявкой на переоформлении договора технологического присоединения № 6569/23-ВЭС в связи со сменой собственника. Довод истца о переоформлении договора № 6569/23-ВЭС заключенного между АО «ИЭСК» и ФИО2 является несостоятельным, поскольку к документам, составляемые (составленные) в процессе технологического присоединения (после завершения технологического присоединения энергопринимающих устройств (объектов электроэнергетики) к объектам электросетевого хозяйства, в том числе технологически условия, акт об осуществлении технологического присоединения, акт разграничении балансовой принадлежности электросетей, акт разграничения эксплуатационной ответственности сторон. По Договору об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям № 6569/23-ВЭС от 13.10.2023 технологическое присоединение объектов не осуществлялось, следовательно, оснований для переоформления договора в рамках Правил не возникло.

Рассматривая данные доводы, суд находит их необоснованными, поскольку ФИО2 при дарении земельного участка БЕА, уступила последней свое право требования по договору № 6569/23-ВЭС. А, БЕА в последствии при продаже участка истцу ФИО1 так же передала свое право требования истцу по договору № 6569/23-ВЭС.

В соответствии с пунктом 1 статьи 382 ГК РФ, право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

В силу пункта 2 статьи 382 ГК РФ для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

Согласно пункту 1 статьи 388 ГК РФ уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону.

Согласно пункту 2 статьи 390 ГК РФ при уступке цедентом должны быть соблюдены соответствующие условия, в том числе, уступаемое требование должно существовать в момент уступки, если только это требование не является будущим требованием.

Из разъяснений Пленума Верховного Суда РФ, изложенных в п. 10 Постановления от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки» следует, что при оценке того, имеет ли личность кредитора в обязательстве существенное значение для должника, для целей применения пункта 2 статьи 388 ГК РФ необходимо исходить из существа обязательства.

Если стороны установили в договоре, что личность кредитора имеет существенное значение для должника, однако это не вытекает из существа возникшего на основании этого договора обязательства, то подобные условия следует квалифицировать как запрет на уступку прав по договору без согласия должника (п. 2 ст. 382 ГК РФ).

Поскольку в договоре технологического присоединения стороны такого условия не установили, и это из существа договора № 6569/23-ВЭС не вытекает, в спорных правоотношениях личность кредитора для ответчика АО «ИЭСК» существенного значения не имеет и согласия АО «ИЭСК» на уступку права не требуется.

При этом, суд учитывает, что смена собственника, учитывая принцип однократности технологического присоединения к электрическим сетям, установленный положениями статьи 26 Федерального закона «Об электроэнергетике» от 26 марта 2003 года № 35-ФЗ, не требует повторного технологического присоединения, а кроме того, означает, что и плата за технологическое присоединение взимается однократно, в связи с чем заключение нового договора с истцом как новым собственником не требуется.

Таким образом, в судебном заседании установлено, что на дату рассмотрения настоящего иска ответчик АО «ИЭСК» свои обязательства по договору не исполнил. 

Правилами технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к электрическим сетям, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 27 декабря 2004 г. N 861, предусмотрено, что сетевая организация обязана выполнить в отношении любого обратившегося к ней лица мероприятия по технологическому присоединению при условии соблюдения им настоящих Правил и наличии технической возможности технологического присоединения.

Независимо от наличия или отсутствия технической возможности технологического присоединения на дату обращения заявителя сетевая организация обязана заключить договор с лицами, указанными в пунктах 12.1, 14 и 34 настоящих Правил, обратившимися в сетевую организацию с заявкой на технологическое присоединение энергопринимающих устройств, принадлежащих им на праве собственности или на ином предусмотренном законом основании (далее - заявка), а также выполнить в отношении энергопринимающих устройств таких лиц мероприятия по технологическому присоединению. К числу указанных лиц в соответствии с п. 14 Правил относятся физические лица, подавшие заявку в целях технологического присоединения энергопринимающих устройств, максимальная мощность которых составляет до 15 кВт включительно (с учетом ранее присоединенных в данной точке присоединения энергопринимающих устройств), которые используются для бытовых и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, и электроснабжение которых предусматривается по одному источнику.

В соответствии с требованиями пункта 16.3 Правил технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, N 861 установлено, что обязательства сторон по договору распределяются следующим образом: заявитель исполняет указанные обязательства в пределах границ участка, на котором расположены присоединяемые энергопринимающие устройства заявителя; сетевая организация исполняет указанные обязательства (в том числе в части урегулирования отношений с иными лицами) до границ участка, на котором расположены присоединяемые энергопринимающие устройства заявителя.

Согласно п. 28 постановления Правительства РФ от 27.12.2004 N 861 "Об утверждении Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, Правил недискриминационного доступа к услугам по оперативно-диспетчерскому управлению в электроэнергетике и оказания этих услуг, Правил недискриминационного доступа к услугам администратора торговой системы оптового рынка и оказания этих услуг и Правил технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к электрическим сетям", критериями наличия технической возможности технологического присоединения являются:

а) сохранение условий электроснабжения (установленной категории надежности электроснабжения и сохранения качества электроэнергии) для прочих потребителей, энергопринимающие установки которых на момент подачи заявки заявителя присоединены к электрическим сетям сетевой организации или смежных сетевых организаций, а также неухудшение условий работы объектов электроэнергетики, ранее присоединенных к объектам электросетевого хозяйства;

б) отсутствие ограничений на максимальную мощность в объектах электросетевого хозяйства, к которым надлежит произвести технологическое присоединение;

в) отсутствие необходимости реконструкции или расширения (сооружения новых) объектов электросетевого хозяйства смежных сетевых организаций либо строительства (реконструкции) генерирующих объектов для удовлетворения потребности заявителя;

г) обеспечение в случае технологического присоединения энергопринимающих устройств заявителя допустимых параметров электроэнергетического режима энергосистемы, в том числе с учетом нормативных возмущений, определяемых в соответствии с методическими указаниями по устойчивости энергосистем, утвержденными федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным Правительством Российской Федерации на осуществление функций по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в топливно-энергетическом комплексе.

Пунктом 29 указанных Правил установлено, что в случае несоблюдения любого из указанных в пункте 28 настоящих Правил критериев считается, что техническая возможность технологического присоединения отсутствует.

Включение мероприятий по реконструкции или расширению (сооружению новых) объектов электросетевого хозяйства (за исключением объектов заявителей, указанных в пункте 13 настоящих Правил) и (или) мероприятий по строительству (реконструкции) генерирующих объектов, проведение которых необходимо для обеспечения присоединения объектов заявителя, в инвестиционные программы сетевых организаций, в том числе смежных сетевых организаций, и (или) наличие обязательств производителей электрической энергии по предоставлению мощности, предусматривающих осуществление указанных мероприятий, означают наличие технической возможности технологического присоединения и являются основанием для заключения договора независимо от соответствия критериям, указанным в подпунктах "а" - "г" пункта 28 настоящих Правил.

В рассматриваемом случае АО «ИЭСК» не представлено документальных доказательств, свидетельствующих о том, что после заключения договора и выданных технических условий имеют место обстоятельства, сделавшие невозможным присоединение энергопринимающего устройства истца к электрическим сетям в соответствии с условиями Договора и техническими условиями. Кроме того, о данных обстоятельствах необходимости увеличения мощностей сетей ответчик знал при заключении договора.

В силу пункта 3 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств. К таким обстоятельствам не относятся, в частности, нарушение обязанностей со стороны контрагентов должника, отсутствие на рынке нужных для исполнения товаров, отсутствие у должника необходимых денежных средств.

Согласно пункту 4 статьи 13 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 "О защите прав потребителей" изготовитель (исполнитель, продавец, уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер) освобождается от ответственности за неисполнение обязательств или за ненадлежащее исполнение обязательств, если докажет, что неисполнение обязательств или их ненадлежащее исполнение произошло вследствие непреодолимой силы, а также по иным основаниям, предусмотренным законом.

Таким образом, обязанность доказывать наличие обстоятельств, освобождающих АО «ИЭСК» от ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства перед истцом, лежит на ответчике, однако таких доказательств в материалы дела ответчиком в нарушение положений статей 56, 57 ГПК РФ не представлено.

Указанные ответчиком доводы не могут повлиять на выводы суда, поскольку о данных обстоятельствах необходимости увеличения мощностей сетей ответчик знал при заключении договора.

В связи с чем, суд приходит к выводу, что представленные письменные документы и приведенные ответчиком доводы не могут свидетельствовать об его освобождении от исполнения Договора, заключенного с истцом, в установленный срок. 

Поскольку факт неисполнения ответчиком обязательств по договору нашел свое подтверждение в ходе судебного разбирательства, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения иска в части возложения обязанности на ответчика в течение 5 дней с момента вступления решения суда в зконную силу исполнить договор, осуществив технологическое присоединение энергопринимающих устройств по адресу: ....

Рассматривая требования истца о взыскании неустойки, суд приходит к следующему. 

Согласно п. 1 ст. 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Из положения ст. 31 ГК РФ следует, что соглашение о неустойке должно быть совершено в письменной форме независимо от формы основного обязательства.

Несоблюдение письменной формы влечет недействительность соглашения о неустойке.

В силу пункта 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Договором предусмотрено, что сторона договора, нарушившая срок осуществления мероприятий по технологическому присоединению, предусмотренный договором, обязана уплатить другой стороне неустойку, равную 0,25% от указанного общего размера платы за каждый день просрочки (за исключением случаев нарушения выполнения технических условий заявителями, технологическое присоединение энергопринимающих устройств которых осуществляется на уровне напряжения 0,4 кВ и ниже). При этом совокупный размер такой неустойки при нарушении срока осуществления мероприятий по технологическому присоединению заявителем не может превышать размер неустойки, определенный в предусмотренном настоящем абзацем порядке за год просрочки (п. 17 договора).

Проанализировав буквально вышеуказанные условия договора, суд приходит к выводу, что предельный размер неустойки, ограничивающий срок начисления неустойки, установлен только в отношении истца как заявителя, тогда как для исполнителя (ответчика), в случае нарушений сроков договора, предельный срок периода начисления неустойки не ограничен.

Договор между сторонами начал действовать с момента оплаты заявителем счета по договору, то есть с 13 октября 2023 года. Срок выполнения ответчиком условий договора установлен в 6 месяцев, соответственно датой исполнения договора является 13 апреля 2024 года.

Истцом представлен расчет неустойки, размер которой составляет за период с 14 апреля 2024 года по 2 октября 2024 года в размере 16 052 рублей 13 копеек, исходя из расчета: размер платы 36 277 рублей 03 копейки ? период просрочки 177 дня ? 0,25%. Проверяя расчет неустойки истца, суд находит его арифметически неверным.

Так, период неустойки с 14.04.2024 по 02.10.2024 составляет 172 дня, следовательно, размер неустойки составляет за период с 14 апреля 2024 года по 2 октября 2024 года в размере 15 599 рублей, исходя из расчета: размер платы 36 277 рублей 03 копейки ? период просрочки 172 дня ? 0,25%.

В связи с чем, подлежащий взысканию размер неустойки будет составлять за период с 14 апреля 2024 года по 2 октября 2024 года в размере 15 599 рублей.

При этом, рассматривая ходатайство стороны ответчика о снижении размера неустойки, проверив доводы и возражения сторон в данной части, приходит к выводу, что основания для снижения размера неустойки отсутствуют.

Так, в соответствии со статьей 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Правила настоящей статьи не затрагивают права должника на уменьшение размера его ответственности на основании статьи 404 настоящего Кодекса и права кредитора на возмещение убытков в случаях, предусмотренных статьей 394 настоящего Кодекса.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 15.01.2015 №7-О положение пункта 1 статьи 333 ГК РФ в системе действующего правового регулирования по смыслу, придаваемому ему сложившейся правоприменительной практикой, не допускает возможности решения судом вопроса о снижении размера неустойки по мотиву явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства без представления ответчиками доказательств, подтверждающих такую несоразмерность, без предоставления им возможности для подготовки и обоснования своих доводов и без обсуждения этого вопроса в судебном заседании.

Бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56 ГПК РФ, часть 1 статьи 65 АПК РФ). 

При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 ГК РФ).

Согласно пункту 4 статьи 13 Закона РФ «О защите прав потребителей» изготовитель (исполнитель, продавец, уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер) освобождается от ответственности за неисполнение обязательств или за ненадлежащее исполнение обязательств, если докажет, что неисполнение обязательств или их ненадлежащее исполнение произошло вследствие непреодолимой силы, а также по иным основаниям, предусмотренным законом.

Как разъяснено в пунктах 28, 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 №17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» (далее - постановление Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 №17) при разрешении требований потребителей необходимо учитывать, что бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на продавце (изготовителе, исполнителе, уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе, импортере).

Применение статьи 333 ГК РФ по делам о защите прав потребителей возможно в исключительных случаях и по заявлению ответчика с обязательным указанием мотивов, по которым суд полагает, что уменьшение размера неустойки является допустимым.

Таким образом, гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, а право снижения размера неустойки предоставлено суду в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения обязательств.

Тем самым, взыскание неустойки не должно иметь целью обогащения одного из контрагентов вследствие допущенного нарушения обязательства другой стороной.

Предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, то есть, по существу, - на реализацию требования статья 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

При этом, наличие оснований для снижения и определение критериев соразмерности определяются судом в каждом конкретном случае самостоятельно, исходя из установленных по делу обстоятельств.

Исключительных обстоятельств для применения положений статьи 333 ГК РФ в ходе судебного разбирательства не установлено. Само по себе несогласие ответчика с размером неустойки основанием для применения положения статьи 333 ГК РФ не является, а обстоятельства, на которые ссылается ответчик в связи с неисполнением договора, судом признаны неуважительными. 

В связи с чем, ходатайство стороны ответчика о снижении размера неустойки не подлежит удовлетворению.

В связи с чем, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию неустойка за несвоевременное исполнение договора за период с 14 апреля 2024 года по 2 октября 2024 года в размере 15 599 рублей 12 копеек.

Требование истца о взыскании с ответчика компенсации морального вреда подлежит удовлетворению в силу следующего. 

Статьей 15 Федерального закона от 07.02.1992 № 2300-1 "О защите прав потребителей" предусмотрено, что моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно положениям ст. 1101 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В пункте 45 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", разъяснено, что при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

Учитывая конкретные обстоятельства дела, принимая во внимание, что АО «ИЭСК» нарушило права истца как потребителя на своевременное технологическое присоединение к электрическим сетям энергопринимающих устройств, расположенных в жилом доме, не исполнив надлежащим образом свои обязательства по договору об осуществлении технологического присоединения, учитывая пояснения стороны истца о причиненных неудобствах при использовании жилого дома в зимний период, суд с учетом требований разумности и справедливости полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца в счет компенсации морального вреда заявленную истцом денежную сумму в размере 7 000 рублей. В остальном требования о взыскании компенсации морального вреда суд находит завышенными. 

В соответствии с пунктом 6 статьи 13 Закона РФ "О защите прав потребителей" при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере 50 процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

В пункте 29 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 1994 года N 7 с последующими изменениями и дополнениями "О практике рассмотрения судами дел о защите прав потребителей" разъяснено, что при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом Российской Федерации "О защите прав потребителей", которые не были удовлетворены в добровольном порядке продавцом (исполнителем, изготовителем, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование (п. 6 ст. 13 Закона).

Поскольку судом удовлетворены требования истца как потребителя, исходя из взысканной судом суммы, штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя составляет 11 299 рублей 56 копеек, и который подлежит взысканию с ответчика в пользу истца.

Разрешая требование истца о взыскании судебной неустойки, суд приходит к следующему выводу.

В силу ст. 308.3 ГК РФ в случае неисполнения должником обязательства кредитор вправе требовать по суду исполнения обязательства в натуре, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, иными законами или договором либо не вытекает из существа обязательства. Суд по требованию кредитора вправе присудить в его пользу денежную сумму (пункт 1 статьи 330) на случай неисполнения указанного судебного акта в размере, определяемом судом на основе принципов справедливости, соразмерности и недопустимости извлечения выгоды из незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1).

В соответствии с разъяснениями, содержащимся в п. п. 31 и 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 марта 2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», суд не вправе отказать в присуждении судебной неустойки в случае удовлетворения иска о понуждении к исполнению обязательства в натуре.

Судебная неустойка может быть присуждена только по заявлению истца (взыскателя) как одновременно с вынесением судом решения о понуждении к исполнению обязательства в натуре, так и в последующем при его исполнении в рамках исполнительного производства (часть 4 статьи 1 ГПК РФ, части 1 и 2.1 статьи 324 АПК РФ).

Удовлетворяя требования истца о присуждении судебной неустойки, суд указывает ее размер и/или порядок определения.

Размер судебной неустойки определяется судом на основе принципов справедливости, соразмерности и недопустимости извлечения должником выгоды из незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ). В результате присуждения судебной неустойки исполнение судебного акта должно оказаться для ответчика явно более выгодным, чем его неисполнение.

Учитывая наличие оснований для возложения на ответчика исполнения обязательств в натуре, характера указанных обязательств, суд полагает необходимым установить размер подлежащей уплате неустойки в случае неисполнения ответчиком решения суда об обязании совершить определенные действия, по 100 рублей за каждый день неисполнения решения суда, по истечению 5 дней со дня вступления решения в законную силу.

В соответствии со ст. 89 ГПК РФ, п.п. 4 п. 2 ст. 333.36 НК РФ и п. 3 ст. 17 ФЗ «О защите прав потребителей» истцы по искам, связанным с нарушением прав потребителей освобождены от уплаты государственной пошлины.

В силу ч. 1 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, взыскиваются пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

С учетом удовлетворенных судом требований неимущественного характера, а также суммы требований имущественного характера с ответчика в доход муниципального образования г. Иркутска подлежит взысканию государственная пошлина в размере 10 000 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194 - 198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФИО1 удовлетворить частично. 

Обязать акционерное общество «Иркутская электросетевая компания» (ИНН 

<

***>) в течение 5 дней со дня вступления решения суда в законную силу исполнить заключенный договор № 6569/23-ВЭС путем осуществления технологического присоединения к электрическим сетям энергопринимающих устройств, расположенных по адресу: ..... 

Взыскать с акционерного общества «Иркутская электросетевая компания» (ИНН 

<

***>) в пользу ФИО1 (....) неустойку за неисполнение обязательств по договору № 6569/23-ВЭС за период с 14.04.2024 по 02.10.2024 в размере 15 599 рублей 12 копеек, компенсацию морального вреда в размере 7 000 рублей, штраф за несоблюдение в добровольном порядке требований потребителя в размере 11 299 рублей 56 копеек. 

Взыскать с акционерного общества «Иркутская электросетевая компания» (ИНН 

<

***>) в пользу ФИО1 (....) судебную неустойку за неисполнение решения суда в размере 100 рублей за каждый день неисполнения настоящего решения суда, начиная со дня, следующего за истечением 5 дней со дня вступления решения суда в законную силу.

В удовлетворении требований ФИО1 о взыскании неустойки в большем размере отказать. 

Взыскать с акционерного общества «Иркутская электросетевая компания» (ИНН 

<

***>) в доход бюджета муниципального образования «Город Иркутск» государственную пошлину в размере 10 000 рублей.

Решение может быть обжаловано в Иркутский областной суд через Свердловский районный суд г. Иркутска в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме. 

Судья Смирнова Т.В.

Решение суда в окончательной форме изготовлено 25 ноября 2024 года.