Судья Блохина О.В.

№ 22-1669/2025

УИД 35RS0007-01-2025-000378-94

ВОЛОГОДСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Вологда

8 декабря 2025 года

Судебная коллегия по уголовным делам Вологодского областного суда в составе

председательствующего судьи Ратных Е.А.,

судей Федорова Д.С., Шевцова Ю.С.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Нефедовой Н.С.,

с участием прокурора отдела прокуратуры Вологодской области Колесовой К.Н.,

защитника осужденного ФИО1 – адвоката Железнова Д.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению прокурора Верховажского района Штанюка И.К. на приговор Верховажского районного суда Вологодской области от 6 октября 2025 года в отношении ФИО1.

Заслушав доклад председательствующего, проверив материалы уголовного дела, исследовав доводы апелляционного представления, заслушав мнения участников судебного разбирательства, судебная коллегия

установила:

приговором Верховажского районного суда Вологодской области от 6 октября 2025 года

ФИО1, родившийся 

<

ДАТА> в 

<

адрес> ранее судимый:

- 3 ноября 2017 года Верховажским районным судом Вологодской области (с учётом апелляционного определения судебной коллегии по уголовным делам Вологодского областного суда от 8 февраля 2018 года) по п.п. «а», «г» ч.2 ст.161, ч.2 ст.228 УК РФ с применением ч.3 ст.69 УК РФ к лишению свободы сроком 3 года 10 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима; 21 мая 2021 года освобождён по отбытию срока наказания;

- 13 января 2025 года Вологодским городским судом Вологодской области по п. «г» ч.3 ст.158 УК РФ с применением ст.64 УК РФ к исправительным работам сроком 1 год 3 месяца с удержанием 5 % из заработной платы в доход государства; 22 мая 2025 года постановлением Вологодского городского суда Вологодской области неотбытый срок наказания 8 месяцев 27 дней исправительных работ заменён на лишение свободы сроком 2 месяца 29 дней с отбыванием в исправительной колонии строгого режима; 23 июля 2025 года освобождён по отбытию срока наказания;

осужден:

по ч.2 ст.116.1 УК РФ к ограничению свободы сроком 5 месяцев с установлением ограничений в соответствии со ст.53 УК РФ: не изменять место жительства без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы; не выезжать за пределы территории муниципального образования Верховажский муниципальный округ без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы; возложена обязанность в период отбывания наказания в виде ограничения свободы ежемесячно один раз в месяц являться для регистрации в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, в установленные данным органом дни.

Мера пресечения до вступления приговора в законную силу изменена с заключения под стражу на подписку о невыезде и надлежащем поведении, освобождён из-под стражи в зале суда.

Согласно ч.3 ст.72 УК РФ зачтено в срок отбытия наказания в виде ограничения свободы время содержания под стражей с 22 июля 2025 года по 6 октября 2025 года из расчёта один день содержания под стражей за два дня ограничения свободы.

На основании п.2 ч.5, п.2 ч.6 ст.302 УПК РФ ФИО1 освобождён от наказания.

Разрешён вопрос по процессуальным издержкам.

Приговором суда ФИО1 признан виновным в нанесении побоев С.А., причинивших физическую боль, но не повлекших последствий, указанных в ст.115 УК РФ, и не содержащих признаков состава преступления, предусмотренного ст.116 УК РФ, лицом, имеющим судимость за преступление, совершенное с применением насилия. Преступление совершено 5 февраля 2024 года в 

<

адрес> при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении прокурор Верховажского района Штанюк И.К. выражает несогласие с приговором суда ввиду несоответствия фактическим обстоятельствам дела, также несоответствия квалификации по ч.2 ст.116.1 УК РФ описанию, содержащемуся в приговоре.

Обращает внимание, что, приходя к выводу об отсутствии в действиях ФИО1 признаков состава преступления, предусмотренного п. «в» ч.2 ст.163 УК РФ суд указывает на отсутствие в действиях осужденного объективной стороны преступления, а именно угрозы применения насилия.

В тоже время установлено, что ФИО1 выдвигал требования к С.А. о передаче в будущем денежных средств и, получив отказ в передаче истребуемой суммы, нанес потерпевшему удары по лицу.

Полагает, что указанные обстоятельства подтверждаются совокупностью исследованных доказательств, в том числе показаниями потерпевшего С.А., который вернулся из зоны проведения специальной военной операции по ранению, получил от государства денежные средства за данное ранение и осознавал, что ФИО1 наносит ему телесные повреждения в связи с его отказом от передачи части денежных средств осужденному в будущем, что не отрицает и осужденный ФИО1 При этом ФИО1 фактически осуществлял подавление воли потерпевшего в целях реализации имеющегося у него корыстного мотива на завладение в будущем денежными средствами С.А. при помощи применяемого к нему насилия.

Таким образом, вымогательство, то есть требование передачи чужого имущества было сразу совершено ФИО1 с применением насилия.

Считает, что в данном случае объективная сторона преступления характеризуется действиями, направленными на принуждение потерпевшего к совершению действий имущественного характера в пользу осужденного, в связи с чем его действия органами предварительного расследования квалифицированы верно. При этом выводы о недоказанности наличия угроз применения насилия со стороны осужденного ФИО1 к потерпевшему С.А. не лишало суд возможности исключить данный квалифицирующий признак, что не ухудшало положение осужденного. Иное означало бы, что требования о передаче чужого имущества при направленности умысла виновного лица на получение имущества в будущем, с применением насилия, без высказывания угрозы применения такого насилия не является уголовно наказуемым деянием.

В обосновании своей позиции автор представления ссылается на определение Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 31 октября 2023 года № 77-4166/2023, определение Первого кассационного суда общей юрисдикции от 12 марта 2025 года N 77-882/2025.

Кроме того полагает, что судом не учтена общая обстановка, созданная ФИО1 в момент вымогательства денежных средств у С.А., которая в целом была направлена на побуждение потерпевшего к передаче осужденному денежных средств в будущем, о чем свидетельствуют показания свидетеля К.А. и законного представителя потерпевшего Г.Б., которые описывали крайний испуг от произошедшего, испытанный К.А., а также наличие телесных повреждений на лице С.А.

Также считает, что в приговоре суд первой инстанции не приводит каких-либо доводов о причинах, по которым отвергает показания потерпевшего в части осознания им того факта, что насилие к нему применяется ФИО1 в целях завладения его денежными средствами, закладывая в основу принятого судебного акта показания осужденного.

В случае если суд апелляционной придет к выводу о том, что выдвижение требований о передаче денежных средств участника специальной военной операции, полученных по ранению, при направленности умысла виновного лица на получение имущества в будущем, с применением насилия, без высказывания угрозы применения такого насилия, не является уголовно наказуемым деянием и согласится с квалификацией действий осужденного по ч.2 ст.116.1 УК РФ, полагает, что судом первой инстанции неверно определены смягчающие и отягчающие обстоятельства по делу.

В частности, взяв за основу показания ФИО1, который на протяжении предварительного расследования уголовного дела признавал себя виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.116.1 УК РФ, дал признательные показания об обстоятельствах произошедшего, изложив свою версию событий, отличную от версии С.А., Г.Б., К.С., которую суд заложил в основу приговора, подтвердил свои показания при проверке их на месте, суд не учёл в качестве обстоятельства, смягчающего наказание ФИО1, активное способствование раскрытию и расследованию преступления.

Кроме того, при назначении ФИО1 наказания за преступление, предусмотренное ч.2 ст.116.1 УК РФ, в качестве обстоятельства, отягчающего наказание, судом учтен опасный рецидив преступлений. При этом ФИО1 имеет неснятую и непогашенную судимость по приговору Верховажского районного суда от 3 ноября 2017 года, на основании которого он осужден, в том числе за тяжкое насильственное преступление к реальному лишению свободы.

Судом оставлено без внимания, что неснятая и непогашенная судимость по приговору от 3 ноября 2017 года наделила ФИО1 признаками специального субъекта преступления, предусмотренного ч.2 ст.116.1 УК РФ, как лица, имеющего судимость за преступление, совершенное с применением насилия (п.п «а, г» ч.2 ст.161 УК РФ), что в силу положений ч.2 ст.63 УК РФ исключало учет рецидива как отягчающего наказание обстоятельства. Вместе с тем, с учетом осуждения ФИО1 вышеуказанным приговором за совершение преступления, предусмотренного ч.2 ст.228 УК РФ, в его действиях усматривается рецидив преступлений, вид которого является простым, в связи с чем назначенное наказание также нельзя признать соответствующим требованиям ст.ст.6, 43 УК РФ.

Просит приговор отменить, уголовное дело направить на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции.

В возражениях на апелляционное представление защитник осужденного ФИО1 – адвокат Железнов Д.В., приводя свои доводы, просит оставить приговор суда без изменений.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции прокурор Колесова К.Н. поддержала апелляционное представление, просила удовлетворить.

Защитник осужденного ФИО1 – адвокат Железнов Д.В. приводя свои доводы, просил отказать в удовлетворении апелляционного представления. Относительно неверно установленного вида рецидива преступлений полагал возможным приговор изменить.

Исследовав материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционного представления, заслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В суде первой инстанции ФИО1 вину в совершенном преступлении признал в части нанесения побоев С.А., пояснял, что умысла вымогать деньги у С.А. не имел, спрашивал, сможет ли тот дать деньги в долг на лечение матери, также спрашивал у матери потерпевшего денежные средства.

До того, как С.А. заключил контракт на прохождение службы в зоне СВО, он последнему объяснил, что его матери требуется лечение, тот спросил, нужна ли помощь, после С.А. сам предложил в долг 200 000 рублей. После этого прошло время. После того, как он узнал, что С.А. вернулся домой из зоны СВО, решил дойти до него и спросить, выручит ли он его. Пришел к С.А. домой, спокойно постучался, спросил, помнит ли он, что обещал дать деньги в долг. С.А. ответил, что помнит, но сейчас денег нет, они у матери. У матери потерпевшего – Г.Б. также просил деньги, обещал написать расписку и вернуть за полгода, но та отказала. После этого прошел месяц, он не звонил С.А., не ходил к нему.

5 февраля 2024 года с Р.В. находились около ларька «...», после увидел С.А., спросил, даст ли он ему деньги на лечение матери, которые обещал, тот ответил, что даст деньги позже, при этом сказал, что помнит о том, что обещал дать деньги в долг. Он с Р.В. сели в такси и уехали в сторону магазина «...», где он снова увидел С.А., когда вышел из такси. Удары нанес С.А., так как разозлился за то, что тот схватил его за грудь. Угроз в адрес С.А. не высказывал.

Кроме признательных показаний ФИО1 его вина также подтверждается следующими доказательствами:

- оглашёнными показаниями потерпевшего С.А. от 30 марта 2024 года о том, что 5 февраля 2024 года около 14 часов он с К.А. проходили рядом с ларьком «...» по 

<

адрес>, где к нему подошли Р.В. и ФИО1, которым было известно о наличии у него денежных средств, полученных в результате ранения в зоне СВО. Р.В. потребовал отдать долг в размере 2 000 рублей, он пояснил, что ничего не должен, тогда Р.В. нанес ему один удар кулаком по лицу. Далее подошел ФИО1 и потребовал от него денег в сумме 180 000 рублей, которые он обещал дать ему в долг на лечение матери. Он ФИО1 пояснил, что снять денежные средства не может, так как у него нет паспорта, того разозлило это, а также то, что он не отдает долг Р.В., и ФИО1 нанес ему кулаком правой руки один удар по лицу, от которого он испытал физическую боль. ФИО1 сказал, что «оторвет голову», его слова он реально не воспринимал; угроз убийством в его адрес ФИО1 не высказывал. После этого Р.В. и ФИО1 уехали на такси в сторону 

<

адрес>. Когда он подходил к магазину «...» (

<

адрес>) к нему подъехал автомобиль, из которого вышли ФИО2, подошли к нему. ФИО1 стал выражаться в его адрес грубой нецензурной бранью. Он что-то ответил и в результате получил один удар кулаком в область лица, отчего испытал физическую боль. Угроз убийством в его адрес ФИО1 не высказывал. Далее Р.В. отвел ФИО1 в сторону и сказал ему успокоиться.

Будучи допрошенным 20 мая 2024 года, потерпевший С.А., пояснил, что ФИО1 денег в долг не обещал, из-за отказа дать деньги в размере 180 000 рублей тот нанес ему удар кулаком по лицу;

- показаниями представителя потерпевшего Г.Б., данными в ходе судебного заседания и предварительного расследования о том, что С.А. является её сыном, умершим 11 декабря 2024 года. В декабре 2023 года он вернулся с зоны СВО, ему была произведена выплата в размере 3 000 000 рублей, которые хранились на её счёте. Зимой 2024 года к ней заходил сын с гражданской женой К.А., которая была в растерянности, а у сына на лице были ссадины и синяк под глазом. Они пояснили, что был конфликт с Р.В. и ФИО1 из-за того, что он (сын) не дал им денежных средств. До данного конфликта ФИО1 приходил в гости к С.А. и выпрашивал денежные средства в сумме 180 000 рублей на лечение матери, говорил, что он ему обещал, сын ответил, что ничего не должен. Она со старшим сыном выпроводили ФИО1, повезли в центр 

<

адрес>, по пути последний просил у неё снять деньги на лечение матери, обещал вернуть, но она ему отказала;

- оглашёнными показаниями свидетеля К.А. о том, что 5 февраля 2024 года возле ларька «...» по 

<

адрес> они с С.А. встретили ФИО2, последний нанёс один удар по лицу С.А., предварительно спросив про какой-то денежный долг. После подошёл ФИО1 и спросил: «Как насчет денег? Ты же обещал моей матери на операцию», С. ответил, что как только переведут денежные средства, он ему даст. Она ушла. Спустя время снова встретилась с С.А., который рассказал, что между ним и Р.В. с ФИО1 произошёл конфликт из-за денег, но он им ничего не должен и в долг не давал.

В январе 2024 года к ним домой приходил ФИО1 и также просил у С.А. денег в долг на лечение матери, разговаривали спокойно, С. ответил, что даст деньги, когда переведут. Поскольку С.А. ответил, что деньги на счёте у матери, ФИО1 просил и Г.Б., но она ему отказала и выгнала из квартиры.

В том числе в ходе очной ставки с ФИО1 свидетель К.А. поясняла, что С.А. говорил, что ФИО1 просил у него в долг 180 000 рублей на лечение матери;

- показаниями свидетеля Р.В., данными в ходе судебного заседания и предварительного расследования о том, что 5 февраля 2024 года в дневное время он вместе с ФИО1 находился на 

<

адрес> около киоска «...», где встретили С.А. с супругой. Он спросил у С.А., когда тот вернёт ему денежные средства в размере 2 000 рублей, которые занял ранее, на что тот ответил, что у него их нет. В этот момент у него возникли личные неприязненные отношения, и он нанес С.А. один удар в область лица. После этого С.А. ушел. Далее подъехала машина такси, и он с ФИО1 поехали в сторону магазина «...» на 

<

адрес>, где ФИО1 вышел из машины, подошел к С.А., о чем они разговаривали, не слышал, разговор закончился потасовкой. ФИО1 просил у С.А. денежные средства на лечение матери;

- показаниями свидетеля Л.П., данными ей в ходе судебного заседания и оглашёнными о том, что она является матерью ФИО1, ..., у неё имеется ... заболевание и сопутствующие – ... и болезнь .... По её просьбе ФИО1 просил деньги на лекарства и лечение у своих знакомых; у кого и сколько просил ей неизвестно;

- протоколом осмотра участка местности возле ларька «...» по 

<

адрес>;

- протоколом осмотра участка местности возле 

<

адрес>

Указанные и иные доказательства полно и объективно исследованы в судебном заседании, их анализ, а равно оценка подробно изложены в приговоре. Достоверность доказательств, положенных судом в основу своих выводов о виновности осужденного, сомнений не вызывает.

Заинтересованности со стороны потерпевшего, свидетелей в исходе дела и оснований для оговора ими осужденного, как и оснований для признания показаний допрошенных лиц и имеющихся письменных материалов недопустимыми доказательствами, судом не установлено.

Вопреки доводам апелляционного представления, суд первой инстанции, оценив собранные доказательства в их совокупности, обоснованно квалифицировал действия ФИО1 по ч.2 ст.116.1 УК РФ, поскольку его вина установлена и подтверждается совокупностью доказательств, что подробно мотивировано в приговоре. Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции.

Судебная коллегия не может согласиться с доводами апелляционного представления о том, что приговором установлено выдвижение осужденным к потерпевшему требования о передаче денежных средств в будущем. Приговором суда на основании совокупности доказательств установлено, что ФИО1 попросил у С.А. денежные средства в сумме 180 000 рублей, получив отказ, нанес С.А. один удар кулаком руки в область лица, после умышленно нанес С.А. не менее одного удара кулаком в область лица, причинив физическую боль. При этом, совокупностью доказательств установлено, что мать осужденного – Л.П. – страдала тяжелым заболеванием, в связи с чем были необходимы денежные средства. В первоначальных показаниях потерпевший С.А. пояснил, что действительно ФИО1 просил у него в долг денежные средства, которые ранее им были обещаны. Измененные впоследствии показания потерпевшего и пояснение о том, что он не обещал ФИО1 денежных средств в долг, судом правомерно не положено в основу обвинения, поскольку наличие договоренности о передаче потерпевшим осужденному в долг денежных средств для лечения матери при неоднократных допросах подтвердила свидетель К.А.; свидетель Г.Б. поясняла, что у сына осужденный просил денежные средства на лечение матери, также обращался с подобной просьбой к ней, при этом обещал написать расписку, возвратить денежные средства. То есть совокупностью доказательств установлено, что у ФИО1 имелось намерение получить денежные средства именно в долг, с последующим возвратом. Умысел на обращение чужого имущества в свою пользу материалами уголовного дела не установлен.

Таким образом, установлено, что 5 февраля 2024 года ФИО1 высказал потерпевшему просьбу передачи денежных средств в связи с достигнутой ранее договоренностью о займе.

Исходя из разъяснений, содержащихся в п.13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.12.2015 №56 «О судебной практике по делам о вымогательстве (статья 163 УК РФ)», если требование передачи имущества или права на имущество или совершения других действий имущественного характера является правомерным, но сопровождается указанной в части 1 статьи 163 УК РФ угрозой, то такие действия не влекут уголовную ответственность за вымогательство. При наличии признаков состава иного преступления (например, угрозы убийством, самоуправства) содеянное следует квалифицировать по соответствующей статье Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации.

Относительно применения насилия – нанесения ударов по лицу потерпевшего осужденным - также судебная коллегия не может согласиться с доводами апелляционного представления о том, что целью нанесения ударов было подавление воли потерпевшего в целях реализации корыстного мотива на завладение денежными средствами потерпевшего. Из показаний С.А. следует, что удары нанесены ему ФИО1, так как последний разозлился за то, что он не дал ему в долг денежные средства, а также за то, что не возвращает долг Р.В. Данные показания согласуются с показаниями осужденного о том, что нанес потерпевшему удары, так как разозлился, показаниями свидетеля Р.В. о том, что действительно потерпевший не возвращал ему долг. Корыстной цели ФИО1 на безвозмездное завладение денежными средствами потерпевшего не установлено. Таким образом, доводы апелляционного представления в части применения насилия с корыстной целью являются предположением.

В соответствии с ч.3, 4 ст.14 УПК РФ, все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном УПК РФ, толкуются в пользу обвиняемого. Обвинительный приговор не может быть основан на предположениях.

Учитывая изложенное, судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что ФИО1 совершил нанесение побоев, причинивших физическую боль, но не повлекших последствий, указанных в ст.115 УК РФ, и не содержащих признаков состава преступления, предусмотренного ст.116 УК РФ, имея судимость за преступление, совершенное с применением насилия – приговором Верховажского районного суда Вологодской области от 3 ноября 2017 года ФИО1 осужден в том числе по п. «а», «г» ч.2 ст.161 УК РФ, то есть за преступление, совершенное с применением насилия.

При назначении наказания в отношении ФИО1 судом учтены положения ст.ст.6, 60 УК РФ, характер и степень общественной опасности совершенного преступления, конкретные обстоятельства содеянного, данные о личности подсудимого, смягчающие наказание обстоятельства, влияние назначаемого наказания на его исправление и на условия его жизни и жизни его семьи.

Смягчающими наказание ФИО1 обстоятельствами судом признаны и учтены: наличие на иждивении двоих несовершеннолетних детей, состояние здоровья матери – Л.П.

Вопреки доводам апелляционного представления суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для признания в качестве смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ, поскольку само по себе признание вины и дача соответствующих показаний, в том числе подробных, основанием для признания активного способствования раскрытию и расследованию преступления не является. Уголовное дело возбуждено на основании заявления потерпевшего, в котором С.А. указал о причинении ему побоев ФИО1

В качестве данных о личности осужденного учтено, что ФИО1 судим, к административной ответственности не привлекался, разведён, имеет на иждивении двоих несовершеннолетних детей, не работает, на учётах у врачей нарколога и психиатра не состоит, по месту жительства характеризуется посредственно.

Выводы суда об отсутствии оснований для применения положений ст.64 УК РФ мотивированы в приговоре и сомнений не вызывают.

Все заслуживающие внимания обстоятельства, известные суду на момент постановления приговора, были надлежащим образом учтены при решении вопроса о виде наказания.

Вместе с тем, приговор подлежит изменению в части установления отягчающего наказание обстоятельства, о чем обоснованно указано в апелляционном представлении.

Обстоятельством, отягчающим наказание ФИО1 по ч.2 ст.116.1 УК РФ суд признал опасный рецидив преступлений.

В соответствии с п. «а» ч.1 ст.63 УК РФ отягчающим наказание обстоятельством признается рецидив преступлений.

Рецидивом преступлений признается, на основании ч.1 ст.18 УК РФ, совершение умышленного преступления лицом, имеющим судимость за ранее совершенное умышленное преступление.

Согласно п. «а», «б» ч.2 ст.18 УК РФ, рецидив преступлений признается опасным при совершении лицом тяжкого преступления, за которое оно осуждается к реальному лишению свободы, если ранее это лицо два или более раза было осуждено за умышленное преступление средней тяжести к лишению свободы; при совершении лицом тяжкого преступления, если ранее оно было осуждено за тяжкое или особо тяжкое преступление к реальному лишению свободы.

Осужденным совершено умышленное преступление небольшой тяжести, при этом он имел судимость по приговору Верховажского районного суда Вологодской области от 3 ноября 2017 года в том числе по ч.2 ст.228 УК РФ (осуждение указанным приговором по п. «а», «г» ч.2 ст.161 УК РФ не может быть учтено при назначении наказания, поскольку в соответствии с ч.2 ст.63 УК РФ если отягчающее обстоятельство предусмотрено соответствующей статьей Особенной части настоящего Кодекса в качестве признака преступления, оно само по себе не может повторно учитываться при назначении наказания). Таким образом, в действиях ФИО1 усматривается рецидив преступлений.

Учитывая изложенное, приговор следует изменить, исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на наличие отягчающего наказание обстоятельства – опасный рецидив преступлений, указать на наличие отягчающего наказание обстоятельства – рецидив преступлений, в связи с чем смягчить назначенное ФИО1 наказание в виде ограничения свободы. При этом установленные приговором суда ограничения и обязанность соответствуют ч.1 ст.53 УК РФ.

В соответствии с положениями п.2 ч.5 и п.2 ч.6 ст.302 УПК РФ, поскольку время содержания ФИО1 до приговора суда под стражей поглощает срок назначенного наказания, судом обоснованно постановлен приговор с назначением наказания и освобождением от его отбывания, учитывая позицию Верховного Суда РФ, изложенную в «Ответах на вопросы, поступившие из судов, по применению положений статьи 72 УК РФ» (утв.Президиумом Верховного Суда РФ 31.07.2019).

Иных нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену или изменение приговора, судом первой инстанции не допущено, апелляционное представление удовлетворению подлежит частичному удовлетворению.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.389.13, 389.15, 389.20, 389.26, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

приговор Верховажского районного суда Вологодской области от 6 октября 2025 года в отношении ФИО1 изменить:

- исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на наличие отягчающего наказание обстоятельства – опасный рецидив преступлений, указать на наличие отягчающего наказание обстоятельства – рецидив преступлений. Смягчить назначенное ФИО1 наказание до 4 месяцев ограничения свободы.

В остальном приговор оставить без изменения, апелляционное представление прокурора Верховажского района Штанюка И.К. – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции.

Кассационная жалоба, представление, подлежащие рассмотрению в порядке, предусмотренном ст. 401.7 и 401.8 УПК РФ, могут быть поданы через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления приговора суда первой инстанции в законную силу. В случае пропуска указанного срока или отказа судом первой инстанции в его восстановлении кассационная жалоба, представление могут быть поданы непосредственно в кассационный суд общей юрисдикции.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи