РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

21 февраля 2020 года г. Тайшет

Тайшетский городской суд Иркутской области в составе председательствующего судьи Клиновой Е.А., при секретаре Михайловой Н.В., с участием помощника Тайшетского межрайонного прокурора Морозюк Д.В., истца ФИО1, третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-271/2020 по исковому заявлению ФИО1 к Областному государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Тайшетская районная больница» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

В обоснование требований истец указывает, что постановлением следователя отдела по г. Тайшету Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Иркутской области от ДД.ММ.ГГГГ прекращено уголовное дело по основанию, предусмотренному п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, то есть, в связи с истечением сроков давности уголовного преследования лица по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 293 УК РФ.

Данное уголовное дело возбуждено ДД.ММ.ГГГГ по факту внутриутробной гибели плода. Истец является потерпевшей по данному уголовному делу.

Постановление следователя сторонами не обжаловалось и вступило в законную силу. 

В ходе предварительного следствия по уголовному делу установлено, что медицинская помощь в ОГБУЗ «Тайшетская районная больница» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, оказана не в полном объеме. Смерть плода предотвратима при условии своевременной диагностики начальных проявлений внутриутробной гипоксии плода и экстренного родоразрешения путем кесарева сечения. 

Согласно выводам органов предварительного следствия и заключению комиссионной судебно-медицинской экспертизы, план наблюдения за истцом после ДД.ММ.ГГГГ не соответствовал состоянию плода, отсутствие своевременной диагностики плацентарных нарушений способствовало развитию прогрессирующей гипоксии плода и его смерти, что состоит в причинно-следственной связи с наступившими последствиями.

Непосредственно виновным лицом по уголовному делу следствие признало заместителя главного врача ОГБУЗ «Тайшетская районная больница» по медицинской части ФИО2, в действиях которой усматриваются признаки преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 293 УК РФ.

Истец указывает, что беременность этим ребенком, девочкой согласно УЗИ, являлась очень долгожданной в их семье. Истец уже готовилась к рождению ребенка, его неожиданная гибель причинила ей огромные моральные и физические страдания.

До последнего дня истец слышала, как бьется сердце её девочки, как она двигается, толкается ручками и ножками, разговаривала с ней. ФИО1 доверяла медикам, что её ребенок здоров, что все в пределах нормы.

Самое трагичное, что в силу возраста и подорванного состояния здоровья, истец уже не сможет родить ребенка, дочь, о которой так мечтали, имея в семье двух сыновей.

Истец просит суд взыскать с ОГБУЗ «Тайшетская районная больница» в её пользу компенсацию морального вреда, причиненного преступными действиями его работника, в размере 5 000 000 руб.

В судебном заседании ФИО1 исковые требования поддержала в полном объеме, настаивала на их удовлетворении, дополнительно пояснила, что указанная беременность была очень желанная, для нее это был бы третий ребенок, а для ее второго мужа первый. После беременности от 2017 года она больше не беременела, хотя препараты предохранения от беременности они с мужем не принимают. Истец очень трепетно относилась к своему положению во время беременности, соблюдала все медицинские рекомендации, не нарушала графика посещений женской консультации, встала на учет на раннем сроке беременности. После того как объявили, что плод погиб, она еще сутки ходила с умершим ребенком внутри себя, поскольку отсутствовали врачи для проведения родоразрешения, ей было очень плохо психологически, до сих пор она живет этими ощущениями и воспоминаниями, плачет, не могла работать, потом только работала, сейчас она ходит на кладбище к своей умершей дочке. Кроме того, она очень хотела, чтобы виновных наказали, в связи с чем стала добиваться возбуждения уголовного дела, которое тоже не сразу возбудили, она бесконечно ходила в Следственный комитет указывала, что именно больница виновата в смерти ее неродившегося ребенка. 

Представитель ОГБУЗ «ФИО6» по доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 надлежащим образом извещенная о времени и месте рассмотрения дела в суд не явилась, представила возражения на исковое заявление ФИО1, в которых выражено не согласие с исковыми требованиями. Дополнительно указано, что у ОГБУЗ «Тайшетская районная больница» имеются объективные причины в сложившееся ситуации: врачебными кадрами больница укомплектована на 49%. Врачей акушер гинекологов в спорные период имелось трое, другими врачами должность врача акушера гинеколога замещать нельзя. Не предоставлять отпуск, работникам не имеют права, это нарушение трудового законодательства. На тот период имелось два врача акушера гинеколога: ФИО4, она работала в гинекологическом отделении, вела прием и лечение пациентов и в роддоме, а также ФИО5 ФИО4 по состоянию здоровья совмещать или брать совместительство не может. Начальником отдела кадров ФИО6 размещена информация на сайте о вакансиях специалистов, в электронной базе данных на сайте о вакансиях врачей специалистов, в электронной базе данных на сайтах Министерства здравоохранения Иркутской области, Министерстве труда и занятости Иркутской области, ОГКУ Центра занятости населения Тайшетского района. ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ проходила плановый скрининг УЗИ у врача акушера гинеколога. ДД.ММ.ГГГГ при очередном осмотре акушеркой женской консультации, ФИО1 рекомендовано пройти УЗИ, так как увидела проблему (высота матки не подросла), а срок беременности 32-33 недели. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 проведен третий скрининг, завершающий, который позволяет выявить возможные отклонения у плода, которые не заметны на маленьком сроке беременности, и оказать своевременно квалифицированную помощь. Во время проведения 3 скрининга врач УЗИ (акушер гинеколог) производит приблизительный расчет роста и веса малыша. Кроме того, прохождение данного исследования позволяет специалистам определить степень зрелости плода и его расположение в утробе матери, также, он помогает принять решение о методе родоразрешения: естественным путем или с помощью кесарева сечения. В данном случае акушер гинеколог, проведя 3 скрининг, патологии не выявил и в заключении не написал об отклонениях в развитии плода. На основании заключения врача УЗИ акушерка женской консультации продолжила вести ФИО1 как обычную беременную, без патологии.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора ФИО2 в судебном заседании пояснила, что с выдвинутым против нее обвинением следователя следственного отдела по г. Тайшет Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Иркутской области, согласно которому её обвинили в халатности, не согласна. В период, когда у ФИО1 погиб плод она исполняла обязанности главного врача в течение 2-х недель, в связи с нахождением главного врача ОГБУЗ «ФИО6» ФИО7 в очередном отпуске. Указывает, что не виновата в том, что отсутствуют врачи, больница укомплектована кадрами на 49 %. На момент произошедшего работали 2 врача акушер гинеколога, один в родильном отделении, другой на приеме, заведующая гинекологическим отделением - женской консультацией врач ФИО8 находилась в очередном отпуске. Найти врача не имелось возможности, т.к. врач, которая должна была находится на приеме ушла на больничный, на котором находилась длительное время, родильное отделение она не могла оставить без врача. ФИО6 предпринимает меры к поиску новых кадров путем размещения информации на сайтах Министерства здравоохранения Иркутской области, ЦЗН Тайшетского района. Вообще врачей акушеров - гинекологов в больнице четыре, при этом все четыре ставки заняты, указанных четырех врачей не хватает, чтобы обеспечить взаимозаменяемость, например, заменить тех врачей акушеров - гинекологов, которые находятся на больничном или в отпуске. Штат врачей акушеров – гинекологов министерство здравоохранения им не увеличивает.

Суд, выслушав доводы истца, третьего лица, заключение помощника прокурора Морозюка Д.В., полагавшего исковые требования подлежащими удовлетворению с учетом разумности и справедливости, допросив свидетелей, исследовав материалы дела, приходит к следующему выводу:

Согласно ст. 3 Всеобщей декларации прав человека и ст. 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах к числу наиболее значимых человеческих ценностей относятся жизнь и здоровье, их защита должна быть приоритетной.

В силу ч. 1 ст. 41 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений.

В соответствии с п. п. 3, 4 ст. 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" медицинской помощью является комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг. Медицинская услуга - медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение.

Согласно пунктам 3, 9 части 5 статьи 19 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" пациент имеет право на получение консультаций врачей-специалистов и возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

Согласно ч. 1 ст. 37 данного Закона (в редакции, действовавшей на момент возникновения правоотношений) медицинская помощь организуется и оказывается в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, а также на основе стандартов медицинской помощи.

В соответствии с п. п. 2, 3 ст. 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

В силу п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

На основании п. 1 ст. 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В соответствии со ст. 1095 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный недостатками оказанной услуги, либо вследствие недостаточной или недостоверной информации об услуге, подлежит возмещению исполнителем независимо от его вины и от того, состоял ли потерпевший с ним в договорных отношениях или нет, при этом в силу ст. 1098 этого же Кодекса исполнитель может быть освобожден от ответственности, если докажет, что вред возник вследствие непреодолимой силы либо по вине самого потребителя. При этом под недостатками оказанной услуги понимаются конструктивные, рецептурные или иные подобные недостатки, связанные как с самим содержанием услуги, так и с фактическим ее оказанием.

Из системного анализа указанных правовых норм следует, что ответственность за вред, причиненный недостатками оказанной медицинской помощи, наступает при совокупности следующих условий: наступление вреда, противоправности поведения причинителя вреда, причинной связи между этими двумя элементами.

В соответствии со ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, признанные судом общеизвестными, не нуждаются в доказывании. Вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Из постановления о прекращении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ, материалов уголовного дела №, возбужденного ДД.ММ.ГГГГ по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 238 УК РФ следует, что ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ состояла на учете по беременности и родам в ОГБУЗ «ФИО6». В указанный период обследование и наблюдение проведено своевременно, но не в полном объеме - при сроке беременности 35-36 недель с учетом течения беременности по триместрам, оценки риска осложнений дальнейшего течения беременности и родов на основании результатов всех проведенных исследований в том числе консультаций врачей-специалистов, врачом - акушером гинекологом должен был быть сформулирован полный клинический диагноз и определено место планового родоразрешения. Беременная женщина и члены ее семьи заблаговременно должны быть информированы врачом-акушером-гинекологом о медицинской организации, в которой планируется родоразрешение и выдан лист маршрутизации. Учитывая наличие у беременной акушерского и перинатального риска средней степени, обусловленного неблагоприятным акушерским анамнезом, тазовым предлежанием плода, наличием «сомнительного» теста по КТГ от ДД.ММ.ГГГГ, необъяснимого снижения массы тела и подозрения на задержку роста плода, беременную следовало направить в акушерский стационар 2-3 уровня для углубленного обследования с использованием УЗИ, допплерометрии и КТГ, а так же решения вопроса о возможности наружного поворота на головку, выбора срока, метода, и места родоразрешения.

Смерть плода ФИО9 предотвратима при условии своевременной диагностики начальных проявлений внутриутробной гипоксии плода и экстренного родоразрешения путем кесарева сечения. То есть, имеются основания полагать, что выполненные медицинские работы не отвечали требованиям безопасности здоровью ФИО1 Указанное следует из рапортов об обнаружении признаков преступления от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, заявления ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ о необходимости проведения проверки по факту внутриутробной гибели ребенка на 08 месяце беременности. ФИО1 считала, что ей оказана неквалифицированная медицинская помощь во время наблюдения ее беременности, что повлекло смерть ребенка. Наблюдалась она в женской консультации Тайшетской городской больницы у акушерки Козловой в период с февраля по ДД.ММ.ГГГГ (л. уг. 

<

...>).

Согласно объяснениям ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ, 10 или ДД.ММ.ГГГГ, на сроке 10 недель беременности, она встала на учет по беременности в ОГБУЗ «ФИО6». Лечащим врачом назначена заведующая женской консультацией ФИО10, однако ФИО10 ее не принимала, все приемы осуществлялись акушеркой ФИО11 до апреля 2017 года. Далее с апреля 2017 года по ДД.ММ.ГГГГ ее прием осуществляла акушерка ФИО12 ДД.ММ.ГГГГ она проходила плановый скрининг (УЗИ), который проводила врач гинеколог ФИО13 в ходе проведения УЗИ никаких патологий не выявлено. На ДД.ММ.ГГГГ ей назначено первое КТГ плода, т.е. кардиограмма ритма сердцебиения ребенка. ДД.ММ.ГГГГ она прибыла на КТГ, которое проводится 30-35 минут. Пройдя данную процедуру медсестра сообщила, что у ее плода малое шевеление за определенный период времени. Далее медсестра куда-то ушла, а вернувшись пояснила, что ей необходимо пройти процедуру КТГ повторно. Пройдя вторую процедуру КТГ медсестра взяв результаты КТГ снова вышла из кабинета, зачем и куда уходила медсестра ФИО1 не известно. Когда медсестра вернулась спустя примерно минуты 2-3, она сообщила ФИО1, что в принципе все нормально и написала карандашом на обменной карте: неактивный тип плода. ФИО1 в тот момент не спрашивала у медсестры, что означает данная надпись, так как ДД.ММ.ГГГГ она была записана к акушерке ФИО12, у которой хотела уточнить эту информацию. Перед ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 сдала все необходимые анализы, а именно: кровь, мочу, мазки на внутриутробные инфекции. И когда ДД.ММ.ГГГГ она пришла к акушерке ФИО12 то спросила у неё, что с ее анализами и что такое «неактивный тип плода». На ее вопрос ФИО12 ответила, что это норма, так как это может быть связанно с темпераментом ребёнка или ребенок мог спать, поэтому неактивный. После приёма ее анализы были все в норме, ей назначили явку на ДД.ММ.ГГГГ в 11 часов 30 минут перед этим она снова сдала все анализы. Когда ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 пришла на приём к ФИО12, то она спросила про её самочувствие, на самочувствие она не жаловалась, пояснила, что ее беспокоит, лишь то, что ребенок начал реже шевелиться, такой вывод ФИО1 сделала на основании своих графиков шевеления ребёнка. Однако, ФИО12 даже не стала смотреть указанный график. В процессе того, как она проходила осмотр, выяснилось, что у ФИО1 потеря веса в 3 кг. Далее, ФИО12 начала у нее спрашивать по какой причине у нее такая потеря веса, на что ФИО1 ответила, что данную потерю веса никак не ощущала. Далее, ФИО1 спросила какие результаты ее анализов, ФИО12 пояснила, что у нее низкий уровень гемоглобина, также ФИО12 сказала, что если не поднять уровень гемоглобина, то ей придётся рожать в г. Иркутске или в г. Красноярске. Это ФИО12 объяснила тем, что в ходе родов может случиться осложнение и может понадобиться переливание крови, а в г. Тайшет станции крови не имеется.

Далее, ФИО12 пояснила, что раз уж она так беспокоится за шевеление ребёнка, то можно пройти «КТГ». После того, как ФИО1 зашла в кабинет КТГ, было времени 11 часов 40 минут ДД.ММ.ГГГГ, и сообщила медсестре, что акушерка ФИО12 направила ее к ней, пройти «КТГ». Медсестра ответила, что «КТГ» длится 30 минут, а через 20 минут у неё начнётся обед и отказалась меня принимать, сказав чтобы она приходила ДД.ММ.ГГГГ, так как в этот день у ФИО1 запланирована явка к гинекологу ФИО13

ДД.ММ.ГГГГ в 19 часов 00 минут она попала на приём к гинекологу ФИО13, которая проведя «УЗИ» сообщила ей, что плод мёртв. Также со слов ФИО13 плод погиб совсем недавно, так как мышцы не начали ещё сокращаться. Со слов ФИО13 ей известно, что если бы ее отправили на срочное «УЗИ», после того, как на «КТГ» у нее выявили недостаточное шевеление плода, возможно ребёнка можно было бы спасти путём кесарево сечения. Также считает, что в результате неквалифицированной медицинской помощи медсестры, которая проводила КТГ, акушерки ФИО12, которые не смогли своевременно отреагировать, ее ребенок погиб в утробе. Также уточняет, что при предыдущих двух родов у нее также выявлен низкий гемоглобин, что не помешало ей родить двоих здоровых детей.

Согласно постановлению от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 признана потерпевшей по уголовному делу № (л.д. 83-85, т.1).

При допросе в качестве потерпевшей от ДД.ММ.ГГГГ, дополнительных допросах в качестве потерпевшей от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 давала аналогичные пояснения, дополнительно пояснила, что ДД.ММ.ГГГГ, на 15 часов 30 минут, у мирового судьи судебном участке № 86 по г. Тайшету и Тайшетскому району назначено судебное заседание о взыскании долговых обязательства по коммунальным платежам с ее бывшим мужем ФИО14. Но так как суд начался с опозданием, она попросила суд, чтобы ее отправили на УЗИ в больницу г. Тайшет. Суд разрешил ей покинуть судебное заседание. Никаких переживаний, стрессов у нее в этот день не было, так как суд длится уже более 7 лет. ДД.ММ.ГГГГ она чувствовала такие же плавные движения плода ребенка, он шевелился, никаких болей в животе она не чувствовала. ДД.ММ.ГГГГ она пришла на УЗИ в женскую консультацию, где в порядке живой очереди она зашла в кабинет к врачу гинекологу ФИО13, время было 18 часов 55 минут. В кабинет она зашла со своим мужем ФИО1 и своим сыном Вячеславом. ФИО13 стала спрашивать у нее как самочувствие, она ей сказала, что все хорошо. Она легла на кушетку, ФИО13 ее стала осматривать и сообщила, что «у Вас нет сердца». Она спросила, как это понять. ФИО13 стала еще раз ее обследовать аппаратом УЗИ и сказала, что «у Вас нет дочки, она умерла». У нее произошла истерика, ее муж стал высказывать, что это все из-за ее бывшего мужа, что это он во всем виноват, что это из-за судебных тяжб. ФИО13 ей сказала, что нужно успокоиться, набраться сил, что самое сложное впереди. Также она сказала, что дальнейшая родовая деятельность может не наступить, что ставят соответствующие препараты и вытаскивают плод по частям. Затем, ФИО13 позвонила заведующему родительного отделения ФИО5, сообщила ему, что у них внутриутробная гибель, спросила, когда к нему можно приехать. Ее назначили на ДД.ММ.ГГГГ в родильное отделение для госпитализации (родоразрешения). Утром, ДД.ММ.ГГГГ, около 10 часов 00 минут она почувствовала ужасную боль в животе. Ее муж отвез ее в роддом, прибыла она туда примерно к 11 часам 00 минут. Ее стали осматривать акушерки, они сказала, что у нее идет родовая деятельность, что идет открытие матки. После чего ее положили на акушерское кресло, где она родила плод ребенка, плод ребенка был без признаков жизни. Она считает, плод ее ребенка погиб из-за бездействий акушерки ФИО12, что у нее нет высшего медицинского образования, что она не сообщила об ошибке или об ошибке в записях ее наблюдениях по потере ее веса, как ФИО12 говорит, что давно заподозрила что-то не ладное, никому она не сообщила, не донесла информацию до вышестоящих лиц (врачей), где ей бы оказали надлежащую и квалифицированную помощь после результатов обследования и установления у нее не активного плода ребенка. Кроме этого, если бы 02-ДД.ММ.ГГГГ, после обнаружения у нее не активного плода, ее направили к вышестоящему врачу, на обследование, а не сказали, что все в порядке, что это из-за темперамента, то ее бы обследовали и провели кесарево сечение, и спасти ее ребенка еще можно было, в результате неквалифицированной медицинской помощи акушерки ФИО12, которая не смогла своевременно установить и назначить ей необходимое обследование, что повлекло смерть ее ребенка в утробе (л.д. 86-91, л.д. 158-162, л.д. 214-217 т.1).

Согласно выписке из приказа № по Тайшетской центральной районной больнице от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО12 работает с ДД.ММ.ГГГГ акушеркой в женской консультации (л.д. 38, т.1). Из п. 1, 3, 5 должностной инструкции ФИО12 акушерки женской поликлиники от ДД.ММ.ГГГГ следует, что акушерка проводит лечебно-профилактическую санитарно-просветительскую работу, уход за пациентами под руководством врача; осуществляет лечебно-диагностическую помощь беременным, роженицам, родильницам, гинекологическим больным по назначению врача или совместно с ним в отделении, на приеме в женской поликлинике, на дому; сообщает врачу акушеру-гинекологу, старшей акушерке, заведующему отделением или дежурному врачу об экстремальных ситуациях в состоянии пациентов, происшествиях в кабинетах (л.д. 39-40, т.1).

Из показаний ФИО12, данных ею в ходе допроса в качестве свидетеля от ДД.ММ.ГГГГ следует, что в должности акушерки в женской консультации ОГБУЗ «ФИО6» она работает с 2002 года. ДД.ММ.ГГГГ ФИО9 пришла к ней на прием на сроке беременности 32-33 недели. В ходе осмотра ее смутило, что высота матки ФИО15 не подросла на таком сроке беременности, то есть не соответствовала сроку беременности. Ею ФИО15 рекомендовано пройти еженедельное КТГ (кардио-токография), она не помнит, проходила ли она в этот день КТГ или нет, или она прошла КТГ через несколько дней. Ей ФИО15 сказала, что ей доктор ФИО13 сообщила, что ее осматривали уже по УЗИ и что ребенок ее будет маленьким, то есть маловесным. Также она сообщила ей, что в возрасте 35 лет, женщины уже считаются старо родящими, могут возникнуть проблемы при родоразрешении и обычно роженицы самостоятельно едут рожать в г. Иркутск. Это было просто в рекомендательном порядке, то есть по усмотрению самой ФИО15 Также она ей сообщила, что по ее анализам, у нее имеется низкий гемоглобин, ею рекомендованы таблетки повышающие гемоглобин. ФИО15 ей сообщила, что чувствует себя нормально, никаких проблем с ее плодом у нее нет, каких либо претензий она не высказывала, на свое самочувствие не жаловалась. ДД.ММ.ГГГГ ФИО15 пришла к ней на плановый прием на сроке беременности 33-34 недели, где при осмотре, ею опять выявлено несоответствие высоты матки сроку беременности. ФИО15 она рекомендовала пройти платное обследование на УЗИ, чтобы пройти его быстрее в любом частном кабинете ультразвуковой диагностики, так как бесплатное проведение УЗИ проводится 3 раза в неделю, проводит его ФИО13 ФИО15 сказала, что у нее имеются финансовые проблемы, что у них есть бесплатное проведение УЗИ, платное она не хочет, сказала, что пойдет по записи на УЗИ. ФИО15 ей не сообщала о том, что плод ее ребенка стал более плавно шевелиться. Она назначила ей прохождение КТГ, для проверки ритмов сердцебиения плода. Прохождение УЗИ ФИО16 назначено на первую ближайшую дату на ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ, точное число не помнит, ФИО15 сразу же пошла на прием к медсестре ФИО17, по результатам которого, никаких отклонений у ребенка не выявлено. Результаты КТГ ей ФИО15 не показывала, каких-либо претензий от нее на свой плод ребенка к ней не поступало. ДД.ММ.ГГГГ ФИО15 пришла на плановый осмотр, который проводила она, по результатам осмотра снова выявлено несоответствие высоты матки сроку беременности. После чего, она заподозрила, и выставила диагноз «Внутриутробная задержка развития плода» под вопросом, то есть предположительно. Данная задержка означает, что ребенок перестал набирать вес, параметры роста его не меняются. Затем, она записала ФИО15 на УЗИ к гинекологу ФИО13 ФИО15 о том, что по результатам КТГ от ДД.ММ.ГГГГ у нее выявлен «неактивный тип плода» ей не сообщала, такую запись она не видела. ФИО17 ей не сообщала, что по результатам КТГ от ДД.ММ.ГГГГ у ФИО15 выявлено «неактивный тип плода», если бы сообщила, то были бы предприняты действия в соответствии со стандартом наблюдения беременных. Существует понятие «реактивный тип плода» - то есть нормальный, соответствующий стандартам наблюдения беременных. Существует понятие «сомнительный тип КТГ» - то есть требующий дальнейших действий, провести дополнительное обследование беременной. То есть недостаточное количество шевеления плода, западение или повышение сердцебиения плода. Понятия «неактивный тип плода» не имеется. Между назначенными приемами с графиком шевеления, плохим самочувствием на плод, ФИО15 не обращалась. ФИО15 приходила только в строго назначенные графики приема. После каждого приема, в конце дневника ставится печать, ставится подпись пациента, что она ознакомлена с назначением препаратов, с назначением дальнейшего обследования. У ФИО15 никаких вопросов по ее уходу и назначения препаратов не поступали. Как она помнит, на последнем приеме у ФИО15, ДД.ММ.ГГГГ, точно не помнит, выявлено снижение веса в 3 кг. С чем связана такая потеря веса, она не знает. О данном факте занесена запись в индивидуальную карту. На тот момент врачи находились в отпуске, никому из врачей о потере веса ФИО15 не сообщалось, посоветоваться было не с кем. Проверку результатов КТГ осуществляет медсестра ФИО17, которая проводит КТГ, после его прохождения, для проверки, относит к врачу - заведующей женской консультации ОГБУЗ «ФИО6» ФИО8 После чего ФИО8 смотрит данные результаты, если ей что-то не нравится, то тогда врач рекомендует повторить КТГ или назначает УЗИ. Кроме несоответствия высоты матки сроку беременности, больше никаких недостатков, патологий у ФИО15 не выявлено. Она настаивала на УЗИ, потому что высота матки не росла. У нее не было разговора с ФИО15 о том, что «неактивный плод ребенка» является нормой, поскольку это связано с темпераментом ребенка, либо из-за сна. Если у женщины выявляется очень низкий гемоглобин - анемия 3 степени, которая не подается лечению в 

<

адрес>, то рекомендуют роды в г. Иркутске. Она не помнит, какой именно имелся гемоглобин у ФИО15, имел ли место данный диалог с ней, она тоже не помнит. На вопрос следователя, почему не сформулирован полный клинический диагноз и определено место планового родоразрешения ФИО1 отвечает, потому что по приказу это делается в сроки 35-36 недель гистации (беременности), ФИО1 до срока определения место родоразшения не доносила беременность, произошла антенотальная (внутриутробная) гибель плода. Последняя явка ФИО1 состоялась на сроке беременности 33-34 недели, ДД.ММ.ГГГГ. ФИО1 не направлена в акушерский стационар 2-3 уровня, так как она не состояла в группе риска, не подтвержден диагноз ЗВРП (задержка внутриутробного развития плода) и по своей инициативе ФИО1 желание поехать не высказывала, так как ждала результатов УЗИ. По поводу поворота головки она не может пояснить, надо узнавать у врача гинеколога. Так как ФИО1 не достигла срока беременности 35-36 недель, то метод и место родоразрешения не обсуждалось и не возникало, так как было рано об этом говорить. ДД.ММ.ГГГГ, на назначенное ФИО1 УЗИ пришла уже с мертвым плодом ребенка. Оснований проведения кесарева сечения не имелось, так как ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 явилась на прием КТГ, ребенок был живой, жалоб она никакие не предъявляла, ДД.ММ.ГГГГ она должна была пройти УЗИ, но уже на приеме ДД.ММ.ГГГГ при осмотре ФИО1 ребенок был мертвым. Судя по результатам, каким весом родился ребенок, на УЗИ выявлена внутриутробная задержка развития плода, то есть у него уже были задержки в развитии, росте, весе, хотя при получении результатов УЗИ, результаты были нормальные, что ребенок соответствовал сроку и развитию беременности. Ребенок родился мертвым в весе 1,900 кг, что соответствует маленькому весу при таком сроке беременности, в среднем вес ребенка должен быть в 2,200 кг. Почему произошла гибель плода, она не знает. Ее вины во внутриутробной гибели плода ФИО1 нет, так как все стандарты она выполнила, обследование плода и матери она проводила, жалобы от ФИО1 никакие не поступали, в лечении ей никто не отказывал, оказывали ей медицинскую помощь своевременно и в полном объеме, в соответствии с Приказом № «оказание помощи беременным и гинекологическим женщинам» (л.д. 100-105, т.1).

Согласно приказу № от ДД.ММ.ГГГГ, должностной инструкции от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО17 с ДД.ММ.ГГГГ является медсестрой КТГ в женской консультации. ФИО17 обязана своевременно и качественно выполнять профилактические и лечебно-диагностические процедуры назначенные врачом (п. 2 должностной инструкции) (л.д. 46-48, т.1).

Из показаний ФИО17, данных ею в ходе допроса в качестве свидетеля от ДД.ММ.ГГГГ следует, что в должности медсестры в женской консультации ОГБУЗ «ФИО6» она работает с 2012 года. В ее обязанности входит: работа на аппарате «КТГ» (кардио-токограмма), то есть получение пленки с показаниями сердцебиения плода у беременных женщин. После проведения КТГ, на полученной пленке имеются показания сердцебиения плода у беременных женщин, с данными показаниями она идет к врачу, к заведующей женской консультации ФИО8, либо к врачу гинекологу - ФИО18 Они проверяют у нее пленку КТГ и ставят диагноз. В случае выявления каких либо подозрений, врачи назначают повторное КТГ, либо направляют беременную для прохождения УЗИ. В случае с ФИО1 она получила пленку с результатами, согласно которой ей не понравились результаты, а именно, на пленке показывало малое шевеление плода, о чем она сообщила ФИО9 После чего, она вышла из своего кабинета, так как заведующей женской консультации в тот момент на рабочем месте не было, она обратилась к акушерке ФИО12, показала ей пленку КТГ ФИО15, посоветовавшись с ФИО12 они решили, что ФИО15 нужно пройти дополнительное КТГ. Затем, она вернулась обратно в свой кабинет, где сообщила ФИО15, что надо пройти еще одно обследование КТГ, чтобы посмотреть, спит ребенок или нет, так как его анализы показывали, что он малоподвижный. Проведя дополнительное КТГ, с полученными анализами она пошла снова к ФИО12, показала ей результаты, что она отвечала, она уже не помнит, так как прошло много времени. Затем она вернулась в свой кабинет обратно, где на результатах КТГ написала «сомнительный тип плода». Она сказала ФИО1, что ребенок мало подвижный. Она сообщала ФИО1 (ФИО16) О.А. о том, что у нее «неактивный тип плода». На вопрос следователя: в случае постановки диагноза «неактивный (сомнительный) тип плода», какие необходимы медицинские процедуры и мероприятия беременной женщине, пояснила, что необходимо провести дополнительное КТГ на следующий день, сделать доплерометрию беременной женщине. Данные процедуры она не назначает, их назначает врач, в случае отсутствия врача, назначает их врач-гинеколог. Также, для установления более точного диагноза, женщине советуют записаться на УЗИ, также можно провести повторное КТГ, которое назначает врач. Второй раз как она помнит, проводила КТГ ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ, точно не помнит, результаты КТГ были такие же, как и первый раз, то есть снова был «сомнительный тип плода». Сообщала ли она ФИО12 о данных результатах, она не помнит. Процедуру КТГ в женской консультации ОГБУЗ «ФИО6» проводит она одна. УЗИ проводит врач ФИО13. Обращалась ли ФИО1 к ФИО12 после проведенного ею КТГ, и сообщала ли она ей о «неактивном (сомнительном) типе плода» она не знает. В связи с чем, у ФИО1 произошла внутриутробная гибель плода она не знает. Ее вины во внутриутробной гибели плода ФИО1 нет. Насколько она помнит, о результатах КТГ она сообщала ФИО12 (л.д. 110-113, т.1).

Как усматривается из приказа № от ДД.ММ.ГГГГ, заведующей женской консультацией ОГБУЗ «ФИО6» является врач акушер - гинеколог ФИО8 (л.д. 42, т.1). В период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ она находилась в очередном оплачиваемом отпуске. В женской консультации в этот период врача-гинеколога не имелось (протокол допроса ФИО8 от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 116-120, т.1). На период ее отпуска, ее обязанности никто не исполнял, так как она является в единственном числе заведующей в женской консультации. У нее заместителей не имеется. Всего врачей акушер-гинекологов в «ФИО6» 4 человека. Среди них: ФИО19, ФИО5, также акушер-гинекологом работаю она (ФИО8) и ФИО18 (протокол допроса ФИО8 от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 207-210, т.1).

Согласно должностной инструкции главного врача ОГБУЗ «ФИО6» от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 1-5, т.2) главный врач осуществляет руководство учреждением здравоохранения в соответствии с действующими законодательством и нормативно-правовыми актами (пп.1 п.6); организует работу коллектива по оказанию своевременной и качественной медицинской и лекарственной помощи населению, медицинской реабилитации больных (пп. 3 п. 6); обеспечивает организацию и контроль оказания лечебно профилактической, административно-хозяйственной, социальной и финансовой деятельности учреждения здравоохранения; осуществляет подбор и расстановку кадров, производит из назначение (пп. 4, 6 п. 6); контролирует выполнение работниками учреждения должностных инструкций (пп.10 п. 6); обеспечивает четкие действия работников учреждения в особых и чрезвычайных условиях (пп.11 п. 6).

Судом установлено, что ФИО2 является заместителем главного врача по медицинской части ОГБУЗ «ФИО6» (л.д. 23, т.2).

Согласно распоряжению № от ДД.ММ.ГГГГ, главный врач ОГБУЗ «ФИО6» ФИО7 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находилась в очередном отпуске, исполнение обязанностей главного врача на период отпуска возложены на ФИО2 (л.д. 41, т.2). ФИО8 также в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находилась в отпуске (л.д. 49, т.2).

Согласно заключению комиссии экспертов № (экспертиза по материалам дела) от ДД.ММ.ГГГГ, непосредственной причиной гибели плода ФИО1 явилась внутриутробная гипоксия плода, обусловленная хронической декомпенсированной плацентарной недостаточностью 2-3 степени. Обследование и наблюдение проведено своевременно, но не в полном объеме: при сроке беременности 35-36 недель с учетом течения беременности по триместрам, оценки риска осложнений дальнейшего течения беременности и родов на основании результатов всех проведенных исследований, в том числе консультаций врачей-специалистов, врачом-акушером гинекологом должен был быть сформулирован полный клинический диагноз и определено место планового родоразрешения. Беременная женщина и члены ее семьи заблаговременно должны быть информированы врачом-акушером-гинекологом о медицинской организации, в которой планируется родоразрешение и выдан лист маршрутизации. Учитывая наличие у беременной акушерского и перинатального риска средней степени, обусловленного неблагоприятным акушерским анамнезом, тазовым предлежанием плода, наличием «сомнительного» теста по КТГ от ДД.ММ.ГГГГ, необъяснимого снижения массы тела и подозрения за задержку роста плода, беременную следовало направить в акушерский стационар 2-3 уровня для углубленного обследования с использованием УЗИ, допплерометрии и КТГ, а так же для решения вопроса о возможности наружного поворота на головку, выбора срока, метода, и места родоразрешения. Указанный алгоритм действий при сроке беременности 35-36 недель определен Приказом Министерства здравоохранения РФ №-н от ДД.ММ.ГГГГ «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология (за исключением использования вспомогательных репродуктивных технологий)», ред. от ДД.ММ.ГГГГ, соответственно его выполнение является обязанностью медицинского персонала. Непосредственная причинно - следственная связь между действиями (бездействием) медицинских работников, наблюдавших ФИО9, и наступлением смерти ее плода отсутствует, поскольку эффективные методы прогнозирования, профилактики и лечения плацентарной недостаточности до настоящего времени не разработаны. Возможным способом для благоприятного завершения беременности в этих условиях является ранняя диагностика плацентарных нарушений и снижения компенсаторно-приспособительных возможностей плода с последующим досрочным родоразрешением. Необходимые лабораторные исследования у ФИО9, за исключением неправильного определения низкой степени акушерского и перинатального риска, обусловленного неблагоприятным акушерским анамнезом, тазовым предлежанием плода, наличием «сомнительного» теста по КТГ от ДД.ММ.ГГГГ, необъяснимого снижения массы тела и подозрения на задержку роста плода, сделаны своевременно. Вышеуказанные состояния (неправильное определение низкой степени акушерского и перинатального риска, обусловленного неблагоприятным акушерским анамнезом, тазовым предлежанием плода, наличием «сомнительного» теста по КТГ от ДД.ММ.ГГГГ, необъяснимого снижения массы тела и подозрения на задержку плода), требовали направления беременной в акушерский стационар 2-3 уровня для углубленного обследования с использованием УЗИ, допплерометрии и КТГ, решения вопроса о возможности наружного поворота плода на головку, выбора срока, метода и места родоразрешения. Согласно данным предоставленных медицинских документов, ФИО1 встала на учет в женскую консультацию на сроке беременности 10 недель. Таким образом, обращение ФИО9 за медицинской помощью в ОГБУЗ «Тайшетская районная больница» являлось своевременным. Какие-либо сведения о невыполнении ФИО1 рекомендаций врачей ОГБУЗ «Тайшетская районная больница» в предоставленных медицинских документах отсутствуют. Выбранным врачами ОГБУЗ «Тайшетская районная больница» план наблюдения ФИО9 после ДД.ММ.ГГГГ не соответствовал состоянию ее плода. При наличии «сомнительного» типа КТГ от ДД.ММ.ГГГГ, следовало обеспечить углубленное комплексное обследование состояния плода с использованием УЗИ, допплерометрии и повторного проведения КТГ. В случае выявления признаком угрожающего состояния плода требовалось экстренное родоразрешение путем кесарева сечения. Отсутствие своевременной диагностики плацентарных нарушений способствовало развитию прогрессирующей гипоксии плода и его смерти. Согласно данным истории родов № от ДД.ММ.ГГГГ, роды и послеродовый период у ФИО1 протекали без осложнений, таким образом, какой-либо вред здоровью ФИО1 не причинен. Смерть плода ФИО9 предотвратима при условии своевременной диагностики начальных проявлений внутриутробной гипоксии плода и экстренного родоразрешения путем кесарева сечения (л.д. 132-151, т. 2).

Согласно заключению № (дополнительная экспертиза по материалам дела) от ДД.ММ.ГГГГ, при проведении в полном объеме обследования и наблюдения ФИО9 возможно было избежать гибели плода - является гипотетическим (предполагает оценку возможности и вероятности наступления предполагаемых событий при соблюдении определенных предполагаемых условий), решение которого выходит за пределы компетенции эксперта (комиссии экспертов). Необходимо отметить, что в компетенцию эксперта (экспертной комиссии) входит оценка произошедших (свершившихся) событий, исходов заболеваний/патологических состояний/травм и их взаимосвязи с оказанной медицинской помощью. В соответствии с пунктом 4, раздела I Приказа Министерства здравоохранения РФ №-н от ДД.ММ.ГГГГ «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология (за исключением использования вспомогательных репродуктивных технологий)» (в ред. Приказов Минздрава России от ДД.ММ.ГГГГ №н, от ДД.ММ.ГГГГ № н; зарегистрирован в Минюсте России ДД.ММ.ГГГГ №) амбулаторный этап оказания медицинской помощи женщинам в период беременности осуществляется врачами акушерами-гинекологами, или при физиологически протекающей беременности врачами общей практики (семейными врачами), медицинскими работниками фельдшерско-акушерских пунктов. Этим же приказом определены правила организации деятельности врача акушера-гинеколога женской консультации, которые предусматривают диспансерное наблюдение за беременными женщинами (в том числе патронаж беременных женщин и родильниц), формирование групп высокого акушерского и перинатального риска в целях предупреждения и раннего выявления осложнений беременности, родов и послеродового периода. Согласно должностным инструкциям медсестра ФИО17 и акушерка ФИО12 должны поставить в известность врача акушера-гинеколога об имеющихся результатах обследования и наблюдения за беременной (включая результаты КТГ). Принятие соответствующего решения о дальнейшем ведении беременной является компетенцией врача акушера-гинеколога, который на основании интерпретации данных КТГ, анализа анамнестических и клинических данных, результатах дополнительных исследований, устанавливает диагноз и решает вопрос о необходимости направления беременной в стационар с целью определения срока и метода родоразрешения в соответствии с клинической ситуацией. Однако, в нарушение п. 4 раздела I Приказа Министерства здравоохранения РФ № н от ДД.ММ.ГГГГ «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология (за исключением использования вспомогательных репродуктивных технологий)» (в ред. Приказов Министерства России от ДД.ММ.ГГГГ №) на период очередного отпуска врача акушера-гинеколога с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ администрацией ОГБУЗ «ФИО6» не обеспечена возможность консультации врачом акушером-гинекологом, при возникновении осложнений течения беременности, что подтверждается и обстоятельствами, указанными ФИО8 в объяснении от ДД.ММ.ГГГГ Ответственность за организацию работы женской консультации (включая рассмотрение графика работы врачей, среднего и младшего медицинского персонала) возлагается на заведующего женской консультацией, а также заместителя главного врача и главного врача ЛПУ. В материалах дела отсутствуют сведения о том, каким образом медсестра ФИО17 и акушерка ФИО12 могли обеспечить исполнение своих должностных обязанностей, положений приказа МЗ РФ и клинических рекомендаций при отсутствующих в женской консультации врачей акушеров-гинекологом в период ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается и обстоятельствами, указанными ФИО8 в объяснении от ДД.ММ.ГГГГ и в протоколе допроса свидетеля от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 163-195, т.2).

Из записи акта о рождении № от ДД.ММ.ГГГГ, произведенной на основании медицинского свидетельства о перинатальной смерти серии 25236 № ОГБУЗ «ФИО6», следует, что ребенок ФИО1 родился мертвым. Матерью ребенка является ФИО1 (л.д. 11, т.3).

Согласно заявлению от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 просила прекратить уголовное дело в связи с истечением срока давности. Последствия прекращения уголовного дела ФИО2 разъяснены и понятны (л.д. 27, т.3).

Постановлением от ДД.ММ.ГГГГ производство по уголовному делу № по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст. 293 УК РФ, по факту внутриутробной гибели плода ФИО1 прекращено в связи с истечением сроков давности уголовного преследования. При этом органами предварительного следствия установлена вина заместителя главного врача ОГБУЗ «Тайшетская районная больница» по медицинской части ФИО2, а именно, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ заведующая женской консультацией ОГБУЗ «Тайшетская районная больница» ФИО8 находилась в очередном оплачиваемом отпуске. В этот период отделение женской консультации осталось без врача акушера-гинеколога, о чем ФИО2 было достоверно известно.

Кроме этого, в период с 24 июля по ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 исполняла обязанности главного врача ОГБУЗ «Тайшетская районная больница». По причине отсутствия врача акушера-гинеколога в ОГБУЗ «ФИО6», ФИО9 не оказана квалифицированная медицинская помощь, заключающаяся в выставлении верного диагноза компетентными лицами (врачом акушером-гинекологом), что в своей совокупности с иными факторами способствовало наступлению смерти плода ФИО9 Таким образом, ФИО2 не обеспечено должным образом оказание медицинской помощи беременной ФИО1, обратившейся в ОГБУЗ «Тайшетская районная больница» за медицинской помощью.

В период с 24 июля по ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 исполняющая обязанности главного врача ОГБУЗ «Тайшетская районная больница» не проконтролировала и не обеспечила бесперебойное, безотказное обеспечение населения медицинской помощью в период нахождения ФИО8 в отпуске. Какие-либо меры для того, чтобы отделение женской консультации не оставалось без врача акушер-гинеколога ФИО2 не приняты, в результате халатных действий исполняющей обязанности главного врача ОГБУЗ «Тайшетская районная больница» ФИО2, мероприятия по оказанию медицинской помощи беременной ФИО1 выполнены не в полном объеме, а именно требовали направления ее в акушерский стационар 2-3 уровня для углубленного обследования с использованием УЗИ, допплерометрии и КТГ. Кроме этого, выбранной врачами ОГБУЗ «Тайшетская районнаябольница» план наблюдения ФИО1 после ДД.ММ.ГГГГ не соответствовалсостоянию ее плода. В результате чего, ФИО1 оказана медицинская помощьне в полном объеме, отсутствие своевременной диагностики плацентарных нарушений способствовало развитию прогрессирующей гипоксии плода и его смерти, что состоит в причинно-следственной связи с наступившими последствиями.

Органы предварительного следствия пришли к выводу, что в действиях заместителя главного врача ОГБУЗ «Тайшетская районная больница» по медицинской части ФИО2 усматриваются признакипреступления, предусмотренного ч. 1 ст. 293 УК РФ.

Указанное постановление от ДД.ММ.ГГГГ не обжаловано и не отменено.

Как усматривается из материалов уголовного дела, постановления о прекращении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ, органами предварительного следствия при принятии постановления по уголовного делу оценивались письменные материалы ОГБУЗ «Тайшетская районная больница» об укомплектовании больницы врачебными кадрами только на 49 %, о недостаточности врачей акушеров гинекологов, а именно имеются вакантные должности врачей акушеров гинекологов в количестве 04 штатных единиц, учитывались мероприятия, которые производит учреждение ОГБУЗ «Тайшетская районная больница», в лице руководства (главного врача) больницы, для укомплектования больницы врачебными кадрами. Данные обстоятельства не указывают на отсутствие ответственности за вред, причиненный действиями работников учреждения, работники учреждения обязаны в любом случае оказывать пациентам квалифицированную медицинскую помощь, справляться со своими обязанностями с учетом имеющихся специалистов, обеспечивать наличие врача как на приеме в женской консультации, так и в стационаре, для исключения случаев причинения вреда здоровью, причинения нравственных страданий пациентам больницы, в свою очередь, главный врач, на время ее отсутствия исполняющая обязанности главного врача, обязана проконтролировать бесперебойное, безотказное обеспечение населения Тайшетского района медицинской помощью. 

В соответствии с п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 N 10 (ред. от 06.02.2007) "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Исходя из правовой позиции Верховного Суда РФ, изложенной в означенном Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 N 10, - моральный вред подлежит возмещению, согласно ст. 151 ГК РФ, в случае его причинения гражданину действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага. В иных случаях компенсация морального вреда может иметь место при наличии указания об этом в законе.

Применительно к статье 44 УПК РФ потерпевший, то есть лицо, которому преступлением причинен моральный, физический или имущественный вред (статья 42 УПК РФ), вправе предъявить гражданский иск о компенсации морального вреда при производстве по уголовному делу.

В соответствии с ч. 1 ст. 42 УПК РФ, - потерпевшим является физическое лицо, которому преступлением причинен физический, имущественный, моральный вред, а также юридическое лицо в случае причинения преступлением вреда его имуществу и деловой репутации. Решение о признании потерпевшим принимается незамедлительно с момента возбуждения уголовного дела и оформляется постановлением дознавателя, следователя, судьи или определением суда. Если на момент возбуждения уголовного дела отсутствуют сведения о лице, которому преступлением причинен вред, решение о признании потерпевшим принимается незамедлительно после получения данных об этом лице.

Следовательно, принимая во внимание п. 1 ст. 1101 ГК РФ, равно как п. 8 разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" (с последующими изменениями и дополнениями), - с ответчиков подлежат взысканию денежные средства в пользу истца, в порядке возмещения морального вреда, причиненного преступлением.

Положения ст. ст. 151, 1100, 1101 ГК РФ устанавливают общие принципы для определения размера компенсации морального вреда.

Так, Верховный Суд РФ в своем Постановлении Пленума от 20.12.1994 N 10 разъяснил, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Наряду с этим Верховный Суд РФ в п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.06.2010 N 17 (ред. от 16.05.2017) "О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве", также разъяснил, что решая вопрос о размере компенсации причиненного потерпевшему морального вреда, суду следует учитывать характер причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, степень вины причинителя вреда, руководствуясь при этом требованиями разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий устанавливается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, поведения подсудимого непосредственно после совершения преступления (например, оказание либо неоказание помощи потерпевшему), индивидуальных особенностей потерпевшего (возраст, состояние здоровья, поведение в момент совершения преступления и т.п.), а также других обстоятельств.

Согласно заключению комиссии судебно-психиатрических экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 каким-либо хроническим психическим расстройством, временным психическим расстройством, слабоумием, а также иным болезненным состоянием психики не страдала ранее, не страдала в период, относящийся к совершению в отношении нее противоправных действий. То есть в период совершения в отношении нее противоправных действий. ФИО1 могла правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела и могла давать показания. В настоящее время у нее отмечаются признаки посттравматического стрессового расстройства со стойким характером дезадаптации легкой степени, вследствие внутриутробной гибели своего плода в августе 2017 года. Об этом свидетельствует: перенесенный в августе 2017 года стресс (внутриутробная гибель не рожденного ребенка), что послужило причиной нарушений социальной адаптации (ограничила общение с друзьями, у которых маленькие дети), семейной адаптации (ухудшились отношения с мужем, в настоящее время находятся на грани развода; младшему сыну уделяет меньше времени, так как он напоминает ей о гибели дочери), сексуальной адаптации (на просьбы мужа родить еще ребенка, отказывается), а также выявленные при настоящем клиническом психолого-психиатрическом осмотре эмоциональная неустойчивость, плаксивость при упоминании о психо-травмирующей ситуации. Тем не менее подэкспертная продолжает работать, осуществляет свои обязанности по дому, следит за своим внешним видом, осуществляет свои материнские обязанности, посещает курсы повышения квалификации по своей специальности. У нее нет мнестико- интеллектуальных, нарушения критических способностей, каких-либо психотических расстройств и по своему психическому состоянию в настоящее время она также может правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела и давать показания, может участвовать в следственных действиях и судебном заседании. Ответы психолога: основные индивидуально-психологические особенности ФИО1 характеризуются неустойчивой самооценкой, стремлением представить себя в наиболее выгодном свете, тенденцией к противодействию внешнему давлению, эгоцентризмом установок. Свойственно отсутствие выраженной комфортности, стремление к самостоятельности и независимости взглядов. Отмечаются легкость возникновения эмоциональных реакций, особенно при затрагивании индивидуально-значимых тем, тенденция к эмоциональному вовлечению и кумуляции отрицательных переживаний, повышенная чувствительность к действиям и мнимым обидам, нетерпимость, легкость возникновения враждебных реакций. Для подэкспертной характерна высокая активность, стеничность в достижении поставленных целей, сочетающаяся с тенденцией к отрицанию имеющихся затруднений. Данные индивидуально-психологические особенности не носят характер патологии, они не могли оказать существенного влияния на сознание и поведение подэкспертной в исследуемой ситуации, т.к. не нарушают нормальный ход деятельности и целевую структуру поведения. В настоящее время ФИО1 присущи психологические переживания; легкость возникновения эмоциональных реакций, особенно при затрагивании индивидуально-значимых тем, тенденция к эмоциональному вовлечению и кумуляции отрицательных переживаний, повышенная чувствительность к действительным и мнимым обидам, нетерпимость, легкость возникновения враждебных реакций. Также со слов подэкспертной она не может спокойно вспоминать о психотравмирующей ситуации, «плаче», избегает посещения кладбища. Данные психологические переживания в сочетании с индивидуально-психологическими особенностями подэкспретной могут иметь причинно-следственную связь с совершенным преступлением, но в настоящее время не оказывают существенного влияния на ее сознание и деятельность. Установление степени тяжести психологических переживаний выходит за пределы компетенции психолога эксперта (л.д. 206-213, т.2).

Согласно заключению № (экспертиза по материалам дела) от ДД.ММ.ГГГГ, анализом предоставленных материалов дела и медицинских документов установлено, что при проведении судебно-психиатрической экспертизы (Заключение № от ДД.ММ.ГГГГ) у ФИО1 после событий ДД.ММ.ГГГГ отмечалось поведенческие изменения и нарушение настроения, которые очевидны для окружающих: стала замкнутой, когда видела или слышала чужих детей, очень сильно переживала, пропускала все в себе, выглядела заплаканной, стремилась отвлечься работой и т.д. Вспоминает, что после родоразрешения мертвым ребенком на следующий день вышла на работу, первое время не могла смотреть на младшего сына, замкнулась, домой приходила ночевать. В течение 2 недель практически не спала «не знаю ела или нет». В дальнейшем не планирует иметь детей в связи с перенесенным стрессом. Изменились отношения в семье: муж начал пить, потерял работу. В тоже время на момент исследования ФИО1 сообщает, что состояние в целом неплохое, но перестала навещать друзей с детьми, при упоминании о долгожданной дочери плачет. При обследовании держится упорядоченно, спокойно, сведения о себе сообщает в достаточном объеме. Мышление обычное, последовательное. Эмоционально неустойчива, лабильна. Мнестические процессы и способность к концентрации внимания сохранены. Для подэкспертной характерны высокая активность, стеничность в достижении поставленных целей, сочетающаяся с отрицанием имеющихся затруднений. Эти индивидуально-психологические особенности не носят характер патологии. Посттравматическое стрессовое расстройство - имеет относительно специфические и характерные клинические признаки. Характерные для посттравматического стрессового расстройства изменения, такие как сужение объема внимания (снижение способности удерживать в кругу произвольной целенаправленной деятельности большое число представлений и затруднение свободно оперировать ими), постоянно повышенное внутреннее психоэмоциональное напряжение (возбуждение), субъективное ухудшение памяти, снижение работоспособности отсутствуют у ФИО1, что подтверждается и судебнопсихиатрической экспертизой № от ДД.ММ.ГГГГ Таким образом, выявленные признаки субъективного переживания дисстресса и эмоционального расстройства соответствует такой диагностической категории как реакции горя. Выявленные изменения эмоционального и поведенческого функционирования возникли вслед за значительным изменением в жизни - потерей долгожданной дочери, которое является стрессовым событием, первичным и основным причинным фактором их возникновения и не причинили вред здоровью. Данное расстройства не имеет признаков причинения вреда здоровью. Выявленные нарушения привычного эмоционального, межличностного и социального функционирования имеют прямую причинно-следственную связи с внутриутробной гибелью плода и указывают на наличие психических и нравственных страданий (л.д. 225-263, т. 2).

Допрошенная в качестве свидетеля ФИО20 пояснила, что работает вместе с ФИО1 в парикмахерской «Соблазн» ФИО1 она знает давно, около 10 лет. ФИО1 с мужем очень ждали рождение своей дочери. ФИО1 очень трепетно относилась к своему состоянию, при ней всегда имелись медицинские документы (обменная карта), она соблюдала все медицинские рекомендации. После смерти ребенка ФИО1 невозможно было узнать, она пережила очень сильный стресс, переживала, плакала. При этом в больнице имелась информация о сомнительном КТГ, которое ФИО1 проходила не единожды, ФИО1 пришлось проходить последнее УЗИ без очередного КТГ и именно на УЗИ выявилось, что ребенок погиб.

Свидетель ФИО21 пояснила, что работает вместе с ФИО1 ФИО1 она знает давно, около 5-6 лет. Свидетель видела насколько ребенок является долгожданным для ФИО1 и ее мужа. После того как ФИО1 потеряла ребенка она очень переживала, постоянно плакала, до сих пор плачет при воспоминании о дочери, которая родилась мертвой. После родов ФИО1 замкнулась в себе, ни с кем не общалась, только работала, ее раздражали, возмущали женщины, которые ходили с сигаретой, не следили, как ФИО1, за своим здоровьем в присутствии детей или будучи беременными. ФИО1 находясь в состоянии беременности следила за своим здоровьем, соблюдала все рекомендации, являлась на все приемы в больницу, наблюдала за шевелением плода, поясняла, что в больнице ей сказали, что плод плохо шевелится, при этом ей говорили, что в этом нет ничего страшного. ФИО1 рассказывала, что ей как то отказались делать КТГ, если бы произвели КТГ, акушерки проконсультировались бы о своих опасениях с врачами, можно было избежать смерти ребенка.

Оценивая в совокупности перечисленные письменные доказательства, нормы действующего законодательства, обстоятельства совершенного преступления, принимая во внимание, что смерть, мертворождение ребенка ФИО1, является тяжелейшим событием в жизни истицы, неоспоримо причинившим ей нравственные страдания, необратимость нарушенных материнских связей, учитывая характер причиненных страданий, индивидуальные особенности истца, степень вины ответчика, причинение вреда здоровью истицы, требования разумности и справедливости, суд приходит к выводу об удовлетворении требований истицы и присуждении в пользу истицы ФИО1 суммы компенсации морального вреда в размере 200 000,00 руб., поскольку данная сумма в наибольшей степени отвечает конкретным обстоятельствам, установленным по делу, предусмотренным законом критериям.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет, согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

В соответствии с разъяснением, содержащимся в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №, при рассмотрении дел о компенсации причиненных нравственных или физических страданий необходимо учитывать, что моральный вред признается законом вредом неимущественным, несмотря на то, что он компенсируется в денежной или иной материальной форме. Учитывая это, государственная пошлина по таким делам должна взиматься как за оплату исковых заявлений неимущественного характера.

Абзац 3 п. 3 ч. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации предусматривает, что при подаче искового заявления имущественного характера, не подлежащего оценке, а также искового заявления неимущественного характера госпошлина оплачивается для физических лиц в размере 300 рублей; для организаций - 6 000 рублей.

Суд считает необходимым взыскать с Областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Тайшетская районная больница» государственную пошлину в доход бюджета муниципального образования «Тайшетский район» в сумме 6 000 руб.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить.

Взыскать с Областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Тайшетская районная больница» в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, компенсацию морального вреда в сумме 200 000 рублей.

Взыскать с Областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Тайшетская районная больница» государственную пошлину в доход бюджета Муниципального образования «Тайшетский район» в размере 6 000 рублей.

Решение может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам Иркутского областного суда путем подачи жалобы через Тайшетский городской суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья: Е.А. Клинова