КОПИЯ

УИД:66RS0009-01-2023-002789-96

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

11.01.2024 г. Нижний Тагил

Ленинский районный суд г.Нижний Тагил Свердловской области в составе председательствующего Балицкой Е.В.,

при секретаре судебного заседания Благодатских С.Л.

с участием 

представителя истца ФИО1 – ФИО2,

ответчика ФИО3, 

третьего лица ФИО4, и его представителя ФИО5

представителя третьего лица ПАО «Сбербанк» - ФИО6,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы гражданского дела № 2-100/2024 по иску ФИО1 к ФИО3 о признании договора купли-продажи недействительным, по исковому заявлению третьего лица ФИО4 к ФИО1 о признании его добросовестным приобретателем,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО3, в котором просит признать договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между истцом и ответчиков недействительным и применить последствия недействительности сделки. Восстановить в ЕГРП запись о регистрации право собственности истца на ? долю в праве на указанное жилое помещение. 

В обосновании заявленных требований указано, что ДД.ММ.ГГГГ между продавцами ФИО1, ФИО7 и покупателем ФИО3 был заключен договор купли-продажи недвижимого имущества, расположенного по адресу: 

<

адрес>. На момент заключения указанного договора собственником ? доли спорного жилого помещения являлся истец. Согласно условиям договора квартира продана за 990000 руб. Однако намерений продавать свою ? долю в спорном жилом помещении истец не имел, так как ему была предоставлена расписка, составленная ответчиком ДД.ММ.ГГГГ о том, что ФИО3 обязуется вернуть квартиру после возврата денежных средств материнского капитала. Денежные средства за продажу ? доли истцу переданы не были. И поскольку истец со своей матерью ФИО7 не общается, то информации о возврате квартиры он не имел. О нарушении своего права он узнал после вступления в законную силу решения суда о признании его утратившим права пользования спорным жилым помещением кассационной инстанцией от ДД.ММ.ГГГГ. При получении расширенной выписки ЕГРН истец узнал о том, что квартира ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ продана ФИО4

Также, в период оформления договора купли-продажи истец злоупотреблял спиртными напитками и не понимал значение и смысл подписанного им договора купли-продажи, обстоятельств произошедшего не помнит. Тем самым, истец был под влиянием обмана и введен ответчиком в заблуждение, которая составила расписку о возврате квартиры и уверила его, что договор купли-продажи фиктивная сделка для вывода средств по получению материнского капитала. Срок передачи квартиры в расписке не указан, тем самым срок исковой давности не истек. Полагает, что ответчик изначально намеревался завладеть, продать, но не вернуть квартиру владельцам общей долевой собственности. 

Ссылаясь на положения ч.1, 2 ст.179, ст.ст. 153, 177, 166, 167, п. 1 ст. 171 ГК РФ истец просит суд удовлетворить заявленные требования. 

В судебное заседание истец не явился, надлежащим образом извещен о времени и месте судебного заседания, направил в суд своего представителя.

Представитель истца в судебном заседании заявленные требования поддержала в полном объеме, просила удовлетворить иск по доводам, в нем указанным. 

Дополнительно пояснив, что намерений продавать свою 1/2 долю в квартире истец не имел. Истом был подписан переход права на 1/2 долю в праве общей долевой собственности, поскольку ему была предоставлена расписка составленная ответчиком и третьим лицом, где было указано, что ФИО3 обязуется вернуть квартиру после возврата денежных средств по материнскому капиталу. Денежные средства за продажу своей доли в праве ответчиком ФИО3 истцу не переданы. Кроме того в расписке не имеется его подписи, тем самым о нарушении своего права он узнал после вступления в законную силу решения суда о выселении из спорной квартиры, после вынесения решения об утрате права пользования в кассационной инстанции от ДД.ММ.ГГГГ.

Сделка в данном случае не может считаться заключенной по закону, поскольку отчуждение доли в праве общей долевой собственности, которая впоследствии должна была быть возвращена по уверениям ФИО3 и ФИО7, что подтверждается составленной распиской между ними. Кроме того в материалах дела отсутствуют доказательства передачи денежных средств ФИО1 за отчуждение собственности, факт соглашения не доказан, сделка заключена для маскировки другого договора. Ответчик не представил доказательства оплаты приобретенной доли квартиры, так и квартиры в общем, в соответствии с договором купли-продажи, в связи с этим, считает, что ответчик должен возвратить долю в праве собственности на квартиру истцу, ведь продавец вправе требовать расторжения договора купли-продажи при существенном нарушении условий договора другой стороной.

Срок исковой давности по притворным сделкам равен трем годам с момента выявления признаков нарушения права. В отдельных случаях следует принять к сведению п. 27 постановления Пленума ВС РФ от 29.09.2015 № 43. 

Согласно пункту 2 статьи 196 ГК РФ срок исковой давности не может превышать десяти лет со дня нарушения права, для защиты которого этот срок установлен.

В связи с тем, что данная сделка была нацелена на «обналичивание» материнского капитала и при таких обстоятельств нарушается Федеральный закон от 29 декабря 2006 г. N 256-ФЗ «О дополнительных мерах государственной поддержки семей, имеющих детей», т.к. целей, для достижения которых покупателю были выданы средства материнского капитала, не достигнуты, жилищные условия не улучшены, а у неудавшегося покупателя возникает неосновательное обогащение.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании с иском не согласилась. Указала, что она лично с ФИО7. знакома не была, она была хорошей знакомой ее свекрови. ФИО7 предложила купить принадлежащую ей квартиру, так как у нее имеются большие долги. ФИО3 согласилась. ФИО7 знала, что часть денежных средств это средства материнского капитала. В день сделки, то есть ДД.ММ.ГГГГ был заключен договор займа с ООО «Альтернатива» на сумму 383000 руб., после чего в регистрационной палате ФИО3, ФИО1, ФИО7 заключили договор купли-продажи спорного жилого помещения. Позднее ФИО3. наделила своего мужа и детей долями, как это требует закон. В спорной квартире ее семья не жила, так как квартира требовала ремонта и больших денежных вложений, которых у ее семьи не было. Поскольку в спорной квартире накопились большие долги по оплате коммунальных платежей, они с мужем решили ее продать. Ее супруг в 2019 году попросил ФИО1 выписаться из квартиры, однако он этого не сделал. В связи с этим она обратилась в суд с иском о признании ФИО7, ФИО1 утратившими право пользования спорным жилым помещением. После чего, спорная квартира была продана ФИО4 Расписку о том, что ФИО3 обязуется вернуть квартиру писала по просьбе ФИО8. При этом, какого либо значения ФИО3 этой расписке не придала. Для какой цели нужна была эта расписка ФИО8 не знает. Денежные средства по договору купли-продажи ответчиком были переданы в полном объеме. С августа 2015 ни ФИО7 ни ФИО1 не предъявляли к ней требований ни по возврату квартиры, ни по истребованию денежных средств, если полагали, что они не выплачены. Более того, ФИО8 занималась оформлением документов по наделению ее супруга и несовершеннолетних детей долями в спорном жилом помещении. Кроме того, полагает, что истцом пропущен срок исковой давности. 

Представитель третьего лица ПАО «Сбербанк» ФИО6 в судебном заседании с иском не согласилась по доводам указанным в письменном отзыве, указав, что оснований для признания договора купли-проажи от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО7, ФИО1. И ФИО3 недействительным остутствует, так как договор заключен в установленной форме, подписан всеми участниками сделки, содержит все условия, характерные для купли-продажи, стоимость недвижимости, а также способ расчета, сторонами сделки согласована. Также истцом не предоставлены доказательства того, что договор купли-продажи заключен под влиянием обмана со стороны ответчика и в момент совершения сделки истец не мог понимать значение своих действий и руководить ими. Более того, считает, что истцом пропущен срок исковой по заявленным требованиям, который составляет один год с момента когда ему стало известно о нарушенном праве. 

Третье лицо ФИО4 и его представитель ФИО5 в судебном заседании с заявленными требованиями ФИО1. не согласились, просили применить срок исковой давности к заявленным требованиям. 

Кроме того, третье лицо ФИО4 предъявил самостоятельные исковые требования, в котором просит признать ФИО4 добросовестным приобретателем квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>. В обосновании заявленных требований третьим лицом указано, что между ФИО4 и ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ заключен договор купли-продажи указанного выше жилого помещения. Договор удостоверен временно исполняющим обязанности нотариуса ФИО9 В пункте 21 договора продавцом дано заверение об отсутствии каких-либо ограничений в отношении отчуждаемого имущества, в том числе в соответствии с выпиской ЕГРН. Договор заключен с привлечением кредитных денежных средств, а также использованы средства материнского капитала. В квартире произведен ремонт для дальнейшего проживания (л.д.223-224 том 1).

Исковые требования о признании ФИО4 добросовестным приобретателем спорной квартиры третье лицо ФИО4 и его представитель, поддержали по доводам и основаниям, указанным в иске, просили их удовлетворить.

Представитель истца ФИО1 – ФИО2 свое мнение по заявленным ФИО4 требованиям не высказала, настаивая на том, что сделка купли-продажи спорного имущества от ДД.ММ.ГГГГ является недействительной, в связи с чем необходимо применить последствия недействительности сделки, восстановив запись в ЕГРП о регистрации права собственности истца а ? долю недвижимого имущества. и 

Ответчик ФИО3 с требованиями ФИО4 о признании его добросовестным покупателем согласилась.

Представитель третьего лица ПАО «Сбербанк» возражений против заявленных ФИО4 требований не высказала, полагала их подлежащими удовлетворению.

Представитель третьего лица ФГБУ «ФКП Росреестр» по Свердловской области в судебное заседание не явился, надлежащим образом извещен о времени и месте судебного заседания, ходатайств об отложении дела им заявлено не было.

Заслушав участников процесса, исследовав письменные доказательства, имеющиеся в деле, оценив все доказательства в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.

Согласно пункту 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 ГК РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Согласно пункту 2 статьи 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственник, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли - продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Согласно статье 421 данного кодекса граждане и юридические лица свободны в заключении договора (пункт 1).

Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами (пункт 2).

В силу положений статьи 431 этого же кодекса при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если правила, содержащиеся в части первой данной статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

На основании п. 1 ст. 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Согласно ч.1 ст. 549 ГК РФ по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130).

В соответствии с ч.1 ст. 551 ГК РФ переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации.

Требование к форме договора купли-продажи недвижимого имущества установлено ст. 550 ГК РФ, согласно которой договор продажи недвижимости заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами (п. 2 ст. 434 ГК РФ). Несоблюдение формы договора продажи недвижимости влечет его недействительность.

Согласно ч.2 ст. 558 ГК РФ договор продажи жилого дома, квартиры, части жилого дома или квартиры подлежит государственной регистрации и считается заключенным с момента такой регистрации.

Согласно п. 1 ст. 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В пункте 2 ст.179 ГК РФ указано что сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Обман представляет собой умышленное введение другой стороны в заблуждение с целью вступить в сделку. Заинтересованная в совершении сделки сторона преднамеренно создает у потерпевшего, не соответствующие действительности представление о характере сделки, ее условиях, личности участников, предмете, других обстоятельствах, влияющих на его решение. При совершении сделки под влиянием обмана формирование воли потерпевшего происходит не свободно, а вынужденно, под влиянием недобросовестных действий контрагента, заключающихся в умышленном создании у потерпевшего ложного представления об обстоятельствах, имеющих для заключения сделки.

Как разъяснено в п. 99 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.

Таким образом, в предмет доказывания по спору о признании сделки недействительной как совершенной под влиянием обмана, входит, в том числе, факт умышленного введения недобросовестной стороной другой стороны в заблуждение относительно обстоятельств, имеющих значение для заключения сделки.

В силу п.1-3 ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел (п. 1 ст. 178).

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:

сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;

сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;

сторона заблуждается в отношении природы сделки;

сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой;

сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку (п.2 ст. 178).

Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной (п.3 ст. 178).

Согласно положениям ст. 56 ГПК РФ лицо, заявляющее требование о признании сделки недействительной по основаниям, указанным в ст. 178,179 ГК РФ обязано доказать наличие оснований для недействительности сделки.

Как установлено судом и следует из материалов дела, истец ФИО1 являлся собственником ? доли квартиры, общей площадью 57,5 кв.м., расположенной по адресу: 

<

адрес> на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, который был зарегистрирован в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним ДД.ММ.ГГГГ, сделана запись регистрации № (Собственником другой ? доли указанной квартиры являлась ФИО7 на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ (том 2 л.д. 10-16).. ДД.ММ.ГГГГ между ФИО7., ФИО1 (продавцы) и ФИО3 (покупатель) заключен договор купли-продажи жилого помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес>. Согласно пункта 1.2 Договора отчуждаемое имущество принадлежит продавцам на праве равно-долевой собственности на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ. Имущество продается по цене 990000 руб. (пункт 1.3 Договора). Продавцы уведомили покупателя о том, что в жилом помещении зарегистрированы ФИО7, 

<

...> года рождения, ФИО1, 

<

...> года рождения, лиц, сохраняющих право пользования в соответствии с действующим законодательством не имеется (пункт 1.5 Договора). Указанное имущество приобретается покупателем за счет собственных и заемных денежных средств, предоставляемых ООО «Альтернатива» (займодавец), согласно договору займа № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенному со ФИО3 (заемщик). Основная сумма займа перечисляется заемщику на лицевой счет в размере 383000 руб, сумма процентов составляет 50026 руб., для целевого использования, а именно на приобретение квартиры, находящуюся по адресу: 

<

адрес> на срок 90 календарных дней. Приобретаемое покупателем имущество, в обеспечение исполнения заемщиком обязательств, считается находящимся в залоге у займодавца в силу закона с момента государственной регистрации права общей долевой собственности покупателя на приобретаемое имущество, до даты полного исполнения обеспеченных ипотекой обязательств. Стороны определили, что имущество до момента полной оплаты не будет находиться в залоге у продавцов (раздел 2 Договора). Расчеты между покупателем и продавцами производятся за счет собственных средств 607000 руб., которые выплачиваются покупателем продавцам в срок до ДД.ММ.ГГГГ, 383000 руб. выплачиваются покупателем продавцам в течение пяти рабочих дней с момента сдачи настоящего договора в регистрирующий орган (пункты 3.1.1, 3.1.2 Договора).

Согласно пункта 5.7 Договора продавцы гарантируют, что заключают настоящий Договор не вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне не выгодных для себя условиях, и настоящий договор не является для них кабальной сделкой. 

Указанный договор подписан всеми участниками сделки, то есть ФИО1, ФИО7, ФИО3 и был зарегистрирован в Едином государственном реестре недвижимости ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, ФИО3 стала собственником квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>

Из ответа Фонда пенсионного и социального страхования РФ (л.д.158) следует что ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 обращалась в пенсионный орган с заявлением о распоряжении средствами материнского (семейного) капитала на погашение основного долга и уплату процентов по кредиту (займу) на приобретение жилья, в соответствии с которым денежные средства были предоставлены на приобретение квартиры по адресу: 

<

адрес>.

ДД.ММ.ГГГГ вынесено решение № об удовлетворении заявления о распоряжении средствами материнского (семейного) капитала, средства в размере 433026 руб. переведены ДД.ММ.ГГГГ платежным поручением № на счет ООО «Альтернатива».

ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 обратилась в регистрирующий орган с заявлением о прекращении права ограничения (обременения), предоставив справку ООО «Альтенатива» от ДД.ММ.ГГГГ о выполнении обязательств по договору № от ДД.ММ.ГГГГ, а также с заявлением о регистрации права собственности в указанном жилом помещении на ФИО3 97/100 доли, на ФИО10 и несовершеннолетних С.В.М., С.Е.М. по 1/100 доли за каждым. Запись регистрации в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним выполнена ДД.ММ.ГГГГ. 

Оценивая представленные в деле доказательства суд приходит к выводу о том, что истцом не представлено допустимых доказательств совершения сделки под влиянием обмана и заблуждения.

Так, оценивая спорный договор купли-продажи квартиры по правилам ст. 431 ГК РФ, суд исходит из того, что содержание спорного договора купли-продажи прямо свидетельствует о воле продавца на возмездную передачу принадлежащей ему доли имущества. Из него прямо следует, что продавцы, в том числе истец продал, а ФИО3 купила в собственность спорную квартиру, и продавцы, в том числе ФИО1, в действительности имел намерение продать покупателю спорное недвижимое имущество, между сторонами достигнуто соглашение по всем существенным его условиям. Таким образом, при заключении оспариваемой сделки воля сторон была выражена и направлена на достижение именно того результата, который был достигнут подписанием договора.

Воля сторон на заключение именно договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, подтверждается адресованными в Нижнетагильский отдел управления Росреестра по Свердловской области заявлениями о государственной регистрации перехода права собственности на объект недвижимого имущества, подписанными лично каждым из участников спорной сделки в Управлении Росреестра.

Таким образом, фактические действия сторон договора при его заключении и последующем исполнении (подписание договора сторонами; действия по его государственной регистрации; личное участие продавца ФИО1 в указанных действиях по заключению сделки), также свидетельствуют о направленности воли сторон на достижение правовых последствий именно сделки купли-продажи.

При этом, суд критически относится к доводам истца о том, что после заключения договора купли-продажи истец ФИО1 с матерью ФИО7 остались быть зарегистрированными в спорной квартире, что говорит о том, что он не желал продавать квартиру и в момент сделки был обманут ответчиком, поскольку данные доводы не имеют правового значения для рассмотрения спора о признании договора недействительным по основанию заблуждения и обмана. 

Доказательств о том, что в момент совершения сделки истец находился в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, а также наличия в юридически значимый период заключения сделки у истца какого-либо психического расстройства, а так же наличия таких индивидуально-психологических особенностей, которые существенно снизили или ограничили его способность руководить своими действиями в период заключения сделки, стороной истца, вопреки положениям ст. 56 ГПК РФ, не представлено. Из материалов дела следует, что истец на учете у нарколога, психиатра, не состоит (л.д.118). Ходатайств о допросе свидетелей, приобщении медицинских документов, подтверждающих состояние здоровья истца, назначении судебной экспертизы, истцом заявлено не было. Тем самым, по основаниям, указанным в ст. 177 ГК РФ, спорная сделка недействительной признана быть не может.

Довод стороны истца, что о недействительности сделки также говорит тот факт, что спорное имущество было продано по заведомо низкой цене, существенно отличающейся от стоимости, по которой истец приобрел данное жилое помещение, а также не соответствует проведенной им оценки, судом отклоняется. Так как, исходя из обычаев оборота, при совершении сделки экономический интерес покупателя заключается в приобретении имущества по наименьшей цене, исходя из чего указанное обстоятельство само по себе достаточным для вывода о наличии признаков недобросовестного поведения, либо недействительности сделки, являться не может. Кроме того, в силу ст. 421 ГК РФ стороны свободны при согласовании условий, заключаемой сделки.

Доводы истца о том, что он не получил от ответчика денежные средства по оспариваемому договору, также отклоняются, поскольку неуплата покупной цены по договору купли-продажи не является основанием для признания договора недействительным по основаниям, предусмотренным статьями 177, 178, 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, так как законодатель предусмотрел иной механизм защиты права продавца, не получившего оплату за проданный товар (ст. ст. 450, 486 ГК РФ).

Доводы истца о том, что договор купли-продажи фактически прикрывал «обналичивание» материнского капитала, не нашли своего объективного подтверждения в ходе судебного разбирательства.

Обстоятельства, свидетельствующие о том, что стороны сделки заключая договор купли-продажи, преследовали иную цель и имели волю на совершение другой сделки, в судебном заседании также установлены не были.

Ссылка истца на расписку, составленную ДД.ММ.ГГГГ ответчиком ФИО3 о том, что спорная квартира может быть возвращена третьему лицу ФИО7 после возврата средств материнского капитала, не может свидетельствовать о мнимости сделки.

Как было выше установлено судом, истцом были совершены необходимые действия, направленные на создание соответствующих правовых последствий, связанных с переходом права собственности на спорную квартиру, что в силу закона исключает мнимый характер сделки, истец сам присутствовал при подписании договора. Кроме того, в материалах дела отсутствуют какие-либо сведения, что за период с сентября 2015 года с какими-либо требованиями к ответчику об исполнении условий договора, в том числе о взыскании невыплаченных денежных средств истец обращался к ответчикам. Доказательств того, что истец после заключения спорной сделки продолжал пользоваться спорным жилым помещением, как своим собственным, нес бремя содержания данного имущества, выполнял иные действия собственника, суду не представлено. 

Ответчиком ФИО3, третьим лицом ФИО4, а также представителем третьего лица ПАО «Сбербанк» ФИО6, заявлено ходатайство о пропуске истцом срока исковой давности, разрешая которое суд приходит к следующему.

Согласно статье 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Из обстоятельств дела следует, что спорный договор купли-продажи был подписан истцом ДД.ММ.ГГГГ.

По общему правилу п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (п. 1 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №).

Поскольку начало течения срока исковой давности закон связывает не только с моментом, когда заинтересованное лицо узнало о нарушенном праве, но и с моментом, когда оно должно было об этом узнать, а также исходя из презумпции добросовестности действий истца, суд приходит к выводу о том, что ФИО1 о совершаемой сделке знал в день ее подписания, то есть ДД.ММ.ГГГГ. Тем самым, срок исковой давности начал течь с момента совершения сделки, тогда как исковое заявление подано в суд ДД.ММ.ГГГГ, то есть спустя 8 лет после совершения сделки.

При этом довод истца о том, что он узнал о нарушенном праве только лишь после вынесения кассационного определения Седьмого кассационного суда от ДД.ММ.ГГГГ об оставлении без изменения решения Ленинского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ и апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ о признании ФИО1 утратившим право пользования спорным жилым помещением, судом во внимание не принимается, поскольку, как уже было указано выше, исходя из того, что, заключая спорный договор, ФИО1 действовал добровольно и осознанно, годичный срок исковой давности начал течь именно с момента совершения сделки. По этим же обстоятельствам судом не принимается во внимание ссылка истца о том, что срок исковой давности по общему правилу не может превышать 10 лет со дня нарушения права.

С учетом того, что истцом не представлено относимых и допустимых доказательств в обосновании заявленных требований, а также, что истцом на момент обращения в суд с иском, пропущен срок исковой давности, суд приходит к выводу об отказе истцу в удовлетворении требований.

Разрешая требования третьего лица ФИО4 о признании его добросовестным приобретателем жилого помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес>, суд приходит к следующему.

Согласно п. 1 ст. 302 ГК РФ, если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

Согласно ст. 302 ГК РФ суд отказывает в удовлетворении требования субъекта гражданского права, указанного в пункте 1 статьи 124 настоящего Кодекса, об истребовании жилого помещения у добросовестного приобретателя, не являющегося таким субъектом гражданского права, во всех случаях, если после выбытия жилого помещения из владения истца истекло три года со дня внесения в государственный реестр записи о праве собственности первого добросовестного приобретателя жилого помещения. При этом бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности приобретателя, или обстоятельств выбытия жилого помещения из владения истца несет субъект гражданского права, указанный в пункте 1 статьи 124 настоящего Кодекса.

Согласно п. 38 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума ВАС Российской Федерации N 22 от 29.04.2010 года "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" приобретатель признается добросовестным, если докажет, что при совершении сделки он не знал и не должен был знать о неправомерности отчуждения имущества продавцом, в частности принял все разумные меры для выяснения правомочий продавца на отчуждение имущества.

Разрешая вопрос о добросовестности (недобросовестности) приобретателя жилого помещения, необходимо учитывать не только его осведомленность о наличии записи в Едином государственном реестре недвижимости о праве собственности отчуждателя имущества, но и то, была ли проявлена разумная осмотрительность при заключении сделки и какие меры принимались им для выяснения прав лица, отчуждающего это имущество.

При этом также исследуются вопросы, связанные с возмездностью приобретения объекта недвижимости (его доли) по сделке, отвечающей признакам действительной сделки, иные факты, обусловленные конкретными обстоятельствами дела.

Как следует из материалов дела между ФИО10, ФИО3, действующая за себя и своих несовершеннолетних детей С.Е.М., С.В.М. (продавцы) и ФИО4 (покупатель) ДД.ММ.ГГГГ заключен договор купли-продажи недвижимого имущества, расположенного по адресу: 

<

адрес>. Указанный договор удостоверен ФИО9, временно исполняющей обязанности нотариуса ФИО11 Сделка купли-продажи квартиры была возмездной, все расчеты между покупателем и продавцом были произведены в полном объеме, о чем свидетельствует пункт 4 договора купли-продажи, а также копия кредитного договора, заключенного между ПАО «Сбербанк» и ФИО4 Обременения на спорную квартиру в момент заключения сделки не выявлены, аресты на объект недвижимости отсутствовали, разрешение органов опеки и попечительства на продажу долей, принадлежащих несовершеннолетним, получено. Более того, ФИО4 до настоящего времени владеет спорной жилой площадью, произвел ремонт спорной квартиры, проживает в ней со своей семьей. Доказательств обратного, суду не представлено.

Таким образом, суд приходит к выводу, что ФИО4, проявил должную осмотрительность при заключении сделки по приобретению спорной квартиры, полагавшись на сведения ЕГРН и заключив сделку в нотариальной форме, тем самым является добросовестным приобретателем спорной недвижимости.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194 – 199 ГПК РФ суд 

решил:

Иска ФИО1 к ФИО3 о признании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, недействительным и применении последствия недействительности сделки; восстановлении в ЕГРП запись о регистрации права собственности истца на ? долю в праве на указанное жилое помещение, оставить без удовлетворения.

Иск ФИО4 удовлетворить.

Признать ФИО4 добросовестным приобретателем жилого помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес>.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца с момента изготовления мотивированного текста решения с подачей жалобы в Ленинский районный суд города Нижний Тагил Свердловской области.

В окончательной форме решение суда изготовлено 18.01.2023

Судья: Балицкая Е.В.