Судья суда первой инстанции: Василенко О.В., дело № 44Г-42/2019

Судебная коллегия: Назарук М.В.,

ФИО1, ФИО2

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

президиума суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры 

20 сентября 2019 года г. Ханты-Мансийск

Президиум суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры в составе:

председательствующего судьи Шкилёва П.Б., 

членов президиума судей Бушуева Д.Г., Дука Е.А., Остапенко В.В., Полуяна А.Л.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Колесниковой Т.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к муниципальному унитарному предприятию «Югорскэнергогаз» об отмене дисциплинарных взысканий, признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка и компенсации морального вреда,

по кассационной жалобе ФИО3 на решение Югорского районного суда от 3 августа 2018 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 18 декабря 2018 года,

заслушав доклад судьи Ковалёва А.А., объяснения представителя ответчика ФИО4, возражавшего против доводов кассационной жалобы, заключение прокурора Шейрера Е.Г. о направлении дела на новое апелляционное рассмотрение, 

установил:

ФИО3 обратился в суд с указанным иском, мотивируя тем, что он работал в МУП «Югорскэнергогаз» с (дата) в должности водителя погрузчика. Приказом от 27 марта 2018 года № 103-к к нему применено дисциплинарное взыскание за систематическое нарушение п.п. 2.5, 2.10 Положения о порядке организации внутриобъектового и пропускного режимов на объектах МУП «Югорскэнергогаз» 21 марта 2018 года, 22 марта 2018 года, 23 марта 2018 года. Считает приказ незаконным, поскольку им была написана пояснительная записка. Приказом от 10 апреля 2018 года № 119-к ему был объявлен выговор за совершение 27 марта 2018 года дисциплинарного проступка, выразившегося в нарушении правил внутреннего трудового распорядка и утвержденного режима работы по участку автотранспорта и механизации на 2018 год. Основанием для вынесения приказа является служебная записка начальника УАТиМ от 3 апреля 2018 года, акт о совершении проступка от 27 марта 2018 года. Пояснительную записку 10 апреля 2018 года секретарь принимать отказалась по причине его отказа подписывать приказ, поэтому пришлось отправлять ее почтой. Приказом от 5 июня 2018 года № 190-к ему был объявлен выговор за нарушение 15 мая 2018 года п. 2.11 производственной инструкции. На основании ст. 221 ТК РФ, п. 27 Межотраслевых правил истец считал, что выговор применен неправомерно, объяснительная записка им была написана. С актами о невыполнении должностных обязанностей, составленными 8 и 9 июня 2018 года, категорически не согласен. Ремонтный лист выдавался на автомобиль марки ПК 27-02 № 9603 УВ, поэтому он не должен производить демонтаж помпы системы охлаждения двигателя погрузчика Bobcat-S185 № 2460 ув86. Согласно ЕТКС и производственной инструкции (п. 2.5) он должен только принимать участие в ремонте, а не полностью ремонтировать спецтехнику, притом незакрепленную за ним. Приказом от 21 июня 2018 года № 215-к он был уволен с занимаемой должности по п. 5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ. Считает увольнение незаконным и необоснованным, поскольку приказы о применении дисциплинарных взысканий незаконны. За время работы до марта 2018 года дисциплинарных взысканий к нему не применялось. Давление на работников со стороны работодателя с применением взысканий началось с момента создания 06.03.2018 г. профсоюзной организации PП «Единство», где он состоит в комитете и является заместителем председателя. Комитет РП «Единство» в течение 7 рабочих дней после получения проекта приказа об увольнении и копий документов рассмотрел его и направил мотивированное мнение о несогласии с предполагаемым решением работодателя. Проведение дополнительных консультаций с профсоюзом работодателем не проводились, работодатель нарушил соблюдение месячного срока для расторжения трудового договора со дня получения мотивированного мнения. 22 июня 2018 года он пришел на работу, получил в 07.40 часов производственное задание, через 40 минут получил сообщение о необходимости явки в отдел кадров. Явившись в отдел кадров, он узнал о том, что 21 июня 2018 года уволен, получил приказ и трудовую книжку. Увольнение незаконно, поскольку процедура нарушена. Его средний заработок составляет 20 710 рублей 34 копейки, который является единственным доходом. Он испытал моральные и нравственные страдания в связи с потерей работы, так как остался без средств к существованию. Моральный стресс выразился в повышенном давлении. Работодателем были нарушены права, предусмотренные ст. 62, 394 ТК РФ. С учетом увеличения и уточнения исковых требований просил отменить дисциплинарные взыскания, наложенные на него приказами от 27 марта 2018 года № 103-к, от 10 апреля 2018 года № 119-к, от 5 июня 2018 года № 190-к, от 21 июня 2018 года № 214-к, признать незаконным приказ от 21 июня 2018 года № 215-к о расторжении трудового договора по п. 5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, восстановить его на работе в должности водителя погрузчика ПК 27-02 № 9603 УВ 4 разряда, взыскать с ответчика в пользу истца сумму среднего заработка со дня увольнения по день восстановления на работе, компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей.

Решением Югорского районного суда от 3 августа 2018 года, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 18 декабря 2018 года, признано незаконным привлечение к дисциплинарной ответственности ФИО3 в соответствии с приказом муниципального унитарного предприятия «Югорскэнергогаз» от 10 апреля 2018 года № 119-к «О дисциплинарном взыскании». В остальной части исковые требования ФИО3 оставлены без удовлетворения.

В кассационной жалобе, направленной посредством почтовой связи 29 мая 2019 года и поступившей в суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры 5 июня 2019 года, ФИО3 ставит вопрос о её передаче для рассмотрения в судебном заседании президиума суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры для отмены обжалуемых судебных постановлений. 

В обоснование жалобы ФИО3 указывает на то, что приказ от 27 марта 2018 года № 103-к о применении к нему дисциплинарного взыскания за систематическое нарушение п.п. 2.5, 2.10 Положения о порядке организации внутриобъектового и пропускного режимов на объектах МУП «Югорскэнергогаз» 21 марта 2018 года, 22 марта 2018 года, 23 марта 2018 года не может быть признан законным, поскольку у него не были истребованы объяснения за 22 марта 2018 года и за 23 марта 2018 года. По мнению ФИО3 у ответчика отсутствовали законные основания для привлечение его к дисциплинарной ответственности приказами № 190-к от 5 июня 2018 года и № 214-к от 21 июня 2018 года. Кассатор указывает также на отсутствие законных оснований для его увольнения по пункту 5 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации.

Возражая против доводов кассационной жалобы, ответчик просит оставить судебные постановления без изменения, жалобу-без удовлетворения.

10 июня 2019 года гражданское дело истребовано из суда первой инстанции, 1 июля 2019 года дело поступило в суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры.

Определением судьи суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры Ковалёва А.А. от 20 августа 2019 года кассационная жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции - президиума суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры.

Истец ФИО3, извещенный о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседания суда кассационной инстанции не явился, в связи с чем, на основании статьи 385 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации президиум находит возможным рассмотрение дела в его отсутствие.

Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в кассационной жалобе и в возражениях на нее, президиум суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

В силу ч. 2 ст. 390 ГПК РФ при рассмотрении дела в кассационном порядке суд проверяет правильность применения и толкования норм материального права и норм процессуального права судами, рассматривавшими дело, в пределах доводов кассационных жалобы, представления. В интересах законности суд кассационной инстанции вправе выйти за пределы доводов кассационных жалобы, представления. При этом суд кассационной инстанции не вправе проверять законность судебных постановлений в той части, в которой они не обжалуются, а также законность судебных постановлений, которые не обжалуются.

Под интересами законности (как следует из смысла статьи 2 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), которые дают суду, рассматривающему дело, основания для выхода за пределы жалобы следует, в частности, понимать необходимость обеспечения по рассматриваемому делу правильного применения и толкования норм материального и процессуального права.

При рассмотрении настоящего дела судебными инстанциями были допущены существенные нарушения норм материального и процессуального права, выразившиеся в следующем.

Как установлено судом, ФИО3 состоял в трудовых отношениях с МУП «Югорскэнергогаз» на основании трудового договора № 517-ТД от (дата), работал трактористом 5 разряда. На основании приказа № 10-к от 15.01.2018 г. и дополнительного соглашения к трудовому договору ФИО3 переведен водителем погрузчика 4 разряда УАТиМ (участок автотранспорта и механизации) на неопределенный срок с 15.01.2018 г. 

Приказом ответчика от 27.03.2018г. № 103-к ФИО3 объявлено замечание за систематическое нарушение п.п. 2.5, 2.10 Положения о порядке организации внутриобъектного и пропускного режимов на объектах МУП «Югорскэнергогаз» 21.03.2018 г., 22.03.2018 г., 23.03.2018 г.

Приказом от 05.06.2018г. № 190-к истцу объявлен выговор за нарушение 15.05.2018г. п.п. 2.11 производственной инструкции водителя погрузчика участка автотранспорта и механизации МУП «Югорскэнергогаз» за неиспользование на рабочем месте средств индивидуальной защиты «выполнять требования по охране труда...», «пользоваться выданной спецодеждой, специальной обувью, защитными средствами и приспособлениями...», а также в соответствии с пунктами 4.1, 4.5, 4.6 этой же производственной инструкции, в которых указано, что водитель погрузчика (ФИО3) несет ответственность за: «Неисполнение или ненадлежащее исполнение своих обязанностей, предусмотренной настоящей должностной инструкцией», «Нарушение требований использования спецодежды, спецобуви и средств индивидуальной защиты», «Нарушение правил и требований охраны труда...». 

Приказом от 21.06.2018 г. № 214-к истцу объявлен выговор за отказ без уважительных причин от выполнения трудовых обязанностей 07, 08, 09 июня 2018 г. в рамках производственной инструкции водителя погрузчика: п 2.5 Обязан производить следующие виды работ: «техническое обслуживание погрузчика и текущий ремонт всех его механизмов», «профилактический осмотр и участие в ремонте погрузчика»; п. 2.7 Обязан «проводить работы полного объема технического ремонта и технического обслуживания в ремонтной зоне»; п. 2.11 Обязан «своевременно и качественно выполнять указания и поручения непосредственного руководителя»; п.п. 4.1, 4.3 Несет ответственность за: «неисполнение или ненадлежащее исполнение своих обязанностей», «несвоевременное выполнение или невыполнение приказов, распоряжений начальника участка (механика), руководства предприятия».

Приказом ответчика № 215-к от 21.06.2018 г. трудовой договор с ФИО3 расторгнут по п. 5 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации, истец уволен 21 июня 2018 года за неоднократное неисполнение работником, имеющим дисциплинарные взыскания, без уважительных причин трудовых обязанностей. 

Выводы суда об отсутствии нарушений прав истца со стороны ответчика при применении к истцу дисциплинарных взысканий приказами № 190-к от 5 июня 2018 года и № 214-к от 21 июня 2018 года основаны на подлежащих применению к спорным отношениям нормах права.

Кассационная жалоба ФИО3 об оспаривании приведенных выводов суда о законности издания ответчиком приказов № 190 от 5 июня 2018 года и № 214 от 21 июня 2018 года не содержит указания на факты, которые бы не были учтены судами первой и апелляционной инстанций и ставили бы под сомнение выводы суда об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО3 в этой части.

Вместе с тем президиум считает, что выводы судов первой и апелляционной инстанций о законности издания ответчиком приказов о наложении на истца дисциплинарного взыскания в виде замечания и увольнении (ФИО)1 с занимаемой должности по основанию, предусмотренному пунктом 5 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, являются неправомерными ввиду следующего.

Разрешая спор в части привлечения ФИО3 к дисциплинарной ответственности на основании приказа от 27 марта 2018 года № 103-к, суд первой инстанции исходил из того, что 21, 22, 23 марта 2018 года на УАТиМ ФИО3 не предъявил пропуск в нарушение Положения о порядке организации внутриобъектного и пропускного режимов на объектах МУП «Югорскэнергогаз». 22 марта 2018 года уведомлением № 02/912 у ФИО3 истребованы письменные объяснения относительно нарушения порядка пропускного режима. В объяснении от 26 марта 2018 года ФИО3 не оспаривал факт утери пропуска после его получения и сообщения о данном факте начальнику УАТиМ, которым не было совершено никаких действий по замене пропуска. Он не знал, что о пропаже необходимо писать письменное заявление. С учетом этого суд пришел к выводу о том, что совершение 21, 22, 23 марта 2018 года ФИО3 дисциплинарного проступка установлено и подтверждено представленными доказательствами, требования ст.ст. 192-193 Трудового кодекса Российской Федерации работодателем соблюдены. 

Признавая законным приказ 21 июня 2018 года № 215-к о прекращении (расторжении) трудового договора с работником, суд исходил из того, что истцом были нарушены требования п.п. 2.5, 2.7, 2.11, 4.1, 4.3 Производственной инструкции. Суд отметил, что отказ истца от выполнения должностных обязанностей 18, 21 мая 2018 года образует состав дисциплинарного проступка, установлен и подтвержден представленными доказательствами.

Отказав в удовлетворении исковых требований ФИО3 о признании незаконными приказов о применении к нему дисциплинарного взыскания в виде замечания, об увольнении и о расторжении трудового договора, суд первой инстанции не нашел оснований для удовлетворения производных исковых требований о взыскании заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции и их правовым обоснованием.

Президиум находит выводы судов первой и апелляционной инстанций основанными на неправильном применении норм материального права и сделанными с нарушением норм процессуального права.

Согласно положениям статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание; выговор; увольнение по соответствующим основаниям.

Порядок применения дисциплинарных взысканий установлен статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации.

Статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не представлено, то составляется соответствующий акт. Непредставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания. Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников. Дисциплинарное взыскание не может быть применено позднее шести месяцев со дня совершения проступка, а по результатам ревизии, проверки финансово-хозяйственной деятельности или аудиторской проверки - позднее двух лет со дня его совершения. В указанные сроки не включается время производства по уголовному делу. За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание. Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.

В силу пункта 5 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случаях неоднократного неисполнения работником без уважительных причин трудовых обязанностей, если он имеет дисциплинарное взыскание.

Поскольку увольнение по пункту 5 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации является одним из видов дисциплинарных взысканий, на него распространяется установленный статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации порядок применения дисциплинарных взысканий.

В пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2) разъяснено, что при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 33 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, при разрешении споров лиц, уволенных по пункту 5 части 1 статьи 81 Кодекса за неоднократное неисполнение без уважительных причин трудовых обязанностей, следует учитывать, что работодатель вправе расторгнуть трудовой договор по данному основанию при условии, что к работнику ранее было применено дисциплинарное взыскание и на момент повторного неисполнения им без уважительных причин трудовых обязанностей оно не снято и не погашено. Применение к работнику нового дисциплинарного взыскания, в том числе и увольнение по пункту 5 части 1 статьи 81 Кодекса, допустимо также, если неисполнение или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей продолжалось, несмотря на наложение дисциплинарного взыскания.

По делам о восстановлении на работе лиц, уволенных по пункту 5 части 1 статьи 81 Кодекса, на ответчике лежит обязанность представить доказательства, свидетельствующие о том, что: совершенное работником нарушение, явившееся поводом к увольнению, в действительности имело место и могло являться основанием для расторжения трудового договора; работодателем были соблюдены предусмотренные частями 3 и 4 статьи 193 Трудового кодекса Российской Федерации сроки для применения дисциплинарного взыскания (подпункты 1, 2 пункта 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2).

В силу части 2 статьи 56 ГПК РФ суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

При принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению (часть 1 статьи 196 ГПК РФ).

Признавая законность издания ответчиком приказа о наложении на ФИО3 дисциплинарного взыскания в виде замечания, а также приказа о его увольнении по основанию, предусмотренному пунктом 5 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, суды первой и апелляционной инстанций сослались на то, что у работодателя имелись основания для привлечения работника к дисциплинарной ответственности, порядок применения дисциплинарной ответственности работодателем соблюден. 

Из приказа от 27 марта 2018 года № 103-к о наложении дисциплинарного взыскания в виде замечания следует, что в вину ФИО3 вменено систематическое нарушение п.п. 2.5, 2.10 Положения о порядке организации внутриобъектного и пропускного режимов на объектах МУП «Югорскэнергогаз» 21 марта 2018 года, 22 марта 2018 года, 23 марта 2018 года.

22 марта 2018 года работодателем у ФИО3 истребовано объяснение по факту нарушения пропускного режима 21 марта 2018 года.

26 марта 2018 года ФИО3 предоставлено объяснение по данному нарушению. 

Между тем, работодателем суду не представлены доказательства, свидетельствующие о том, что у ФИО3 в соответствии со ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации были истребованы объяснения по фактам нарушения работником 22 марта 2018 года и 23 марта 2018 года п.п. 2.5, 2.10 Положения о порядке организации внутриобъектного и пропускного режимов на объектах МУП «Югорскэнергогаз».

Таким образом, вывод суда первой инстанции о соблюдении работодателем порядка привлечения работника к дисциплинарной ответственности не соответствует материалам дела.

В апелляционной жалобе ФИО3 указывал на нарушение работодателем положений ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации, выразившееся в не истребовании объяснения по фактам нарушения работником 22 марта 2018 года и 23 марта 2018 года, на необоснованность выводов суда первой инстанции в части законности применения дисциплинарного взыскания в виде замечания, однако суд апелляционной инстанции не учел указанные нарушения законодательства, допущенные судом первой инстанции. 

Приказ от 21 июня 2018 года № 215-к об увольнении ФИО3 с должности водителя погрузчика по основанию, предусмотренному пунктом 5 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации (в связи с неоднократным неисполнением работником без уважительных причин трудовых обязанностей), не содержит сведений относительно проступка, который послужил поводом для привлечения истца к данной мере дисциплинарной ответственности.

Суд первой инстанции, выйдя за рамки своих полномочий, самостоятельно за работодателя определил, в чем заключался дисциплинарный проступок ФИО3, послуживший поводом для его увольнения по пункту 5 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации.

При рассмотрении настоящего спора судами были допущены и другие существенные нарушения норм права.

Суд, являющийся органом по разрешению индивидуальных трудовых споров, в силу части 1 статьи 195 ГПК РФ должен вынести законное и обоснованное решение. Обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания или о восстановлении на работе и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из статей 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции Российской Федерации и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а следовательно, и дисциплинарной ответственности, таких как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм. В этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть пятая статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду. Если при рассмотрении дела о восстановлении на работе суд придет к выводу, что проступок действительно имел место, но увольнение произведено без учета вышеуказанных обстоятельств, иск может быть удовлетворен (абзацы второй, третий, четвертый пункта 53 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации").

В нарушение положений Трудового кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению суды оставили без внимания факт непредставления работодателем в материалы дела доказательств, свидетельствующих о том, что при принятии работодателем в отношении ФИО3 решения о наложении на него дисциплинарного взыскания в виде увольнения с занимаемой должности учитывались тяжесть вменяемых ему в вину дисциплинарных проступков и обстоятельства, при которых они были совершены, а также предшествующее поведение ФИО3, его отношение к труду.

Суд в результате неправильного применения норм материального права, регулирующих спорные отношения, обстоятельства, свидетельствующие о наличии признаков неоднократности неисполнения ФИО3 без уважительных причин трудовых обязанностей, при разрешении дела не устанавливал, в нарушение части 2 статьи 56 и части 1 статьи 196 ГПК РФ не определил их в качестве юридически значимых для правильного разрешения спора, они не вошли в предмет доказывания по делу и, соответственно, не получили правовой оценки суда.

Принимая во внимание указанные обстоятельства, президиум считает, что вывод судов первой и апелляционной инстанции о законности применения дисциплинарного взыскания в виде замечания и увольнения ФИО3 по пункту 5 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации является неправомерным.

Учитывая изложенное решение суда первой инстанции и апелляционное определение суда апелляционной инстанции, оставившее его без изменения, в части отказа в удовлетворении исковых требований ФИО3 о признании незаконными приказа от 27 марта 2018 года № 103-к о наложении дисциплинарного взыскания в виде замечания, приказа от 21 июня 2018 года № 215-к об увольнении с должности водителя погрузчика и производных исковых требований о взыскании заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда нельзя признать законными. Они приняты с существенными нарушениями норм материального и процессуального права, повлиявшими на исход дела, без их устранения невозможна защита нарушенных прав и законных интересов ФИО3, что согласно статье 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации является основанием для отмены в указанной части обжалуемых судебных постановлений и направления дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела суду следует учесть изложенное и разрешить спор в соответствии с подлежащими применению к спорным отношениям сторон нормами права, толкование которых дается в данном определении, требованиями процессуального закона и установленными по делу обстоятельствами.

Руководствуясь статьями 387, 388, 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, президиум 

постановил:

решение Югорского районного суда от 3 августа 2018 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 18 декабря 2018 года отменить в части отказа в удовлетворении исковых требований ФИО3 о признании незаконными приказа от 27 марта 2018 года № 103-к о наложении дисциплинарного взыскания в виде замечания, приказа от 21 июня 2018 года № 215-к об увольнении с должности водителя погрузчика, восстановлении в должности водителя погрузчика, взыскании среднего заработка за период вынужденного прогула, компенсации морального вреда, заявленных к муниципальному унитарному предприятию «Югорскэнергогаз».

В указанной части дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции - Югорский районный суд.

В остальной части решение Югорского районного суда от 3 августа 2018 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 18 декабря 2018 года оставить без изменения.

Председательствующий П.Б. Шкилёв