Дело № 2-194/2024

УИД: 16RS0040-01-2023-004400-11

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

19 января 2024 г. г. Зеленодольск

Зеленодольский городской суд Республики Татарстан в составе 

председательствующего судьи Р.И. Шайдуллиной,

при секретаре судебного заседания М.В. Прокофьевой,

с участием прокурора А.Х. Абдуллиной,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к Следственному отделу Отдела МВД России по Зеленодольскому району, Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Следственному отделу Отдела МВД России по Зеленодольскому району о взыскании компенсации морального вреда в размере ... руб.

В обоснование иска указано, что 13.11.1998 г. ФИО1 в возрасте 15 лет был задержан и взят под стражу Следственным отделом Отдела МВД России по Зеленодольскому району по подозрению в совершении преступления предусмотренного статьей 30, пунктами «а», «в» части 2 статьи 158 УК РФ. С 18.11.1998 по 15.12.1998 содержался под стражей в ФКУ СИЗО-1 г.Казани. По жалобе защитника Зелендольский городской суд Республики Татарстан постановлением от 15.12.1998 освободил истца из под стражи, уголовное преследование было прекращено в связи с непричастностью к инкриминируемому преступлению. В ответе на обращение ФИО1 Прокуратура Республики Татарстан от 14.04.2023 признало за ним право на реабилитацию. В результате незаконного уголовного преследования, лишив истца в несовершеннолетнем возрасте свободы, ответчик подавил силу воли, от чего истец замкнулся, не смог поступить в учебное заведение, получить достойное образование, консультирован врачом психиатром, проходил лечение от депрессий. Эмоционально-волевое состояние истца было нарушено, многократно отбывал наказание в местах лишения свободы, появились заболевания, .... Также истец не смог создать семью, обрести друзей, истец испытал нравственные страдания. 

К участию в деле судом привлечены в качестве соответчика Министерство финансов Российской Федерации, в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, следователь ФИО3, Министерство внутренних дел Российской Федерации, Министерство внутренних дел Республики Татарстан.

В судебном заседании истец ФИО1 иск поддержал по изложенным в нем основаниям.

Представитель ответчика Отдела МВД России по Зеленодольскому району ФИО4 иск не признала.

Третье лицо ФИО3 с иском не согласилась.

Дело рассмотрено в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещённых о времени и месте судебного заседания надлежащим образом.

Выслушав явившихся лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, полагавшего необходимым в иске отказать, исследовав имеющиеся в материалах дела письменные доказательства, суд приходит к следующему.

Согласно статьи 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В силу статьи 17 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

В соответствии со статьей 53 Конституции Российской Федерации, каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Согласно статье 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее - УПК РФ) право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда. Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 настоящего Кодекса.

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), если гражданину причинен моральный вред (физические и нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающие на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Из толкования положений статей 1064, 1069, 1071, 1099 - 1101 ГК РФ следует, что вред, причиненный гражданину незаконными действиями (бездействиями) государственных органов и должностных лиц этих органов, возмещается за счет казны Российской Федерации от имени которой выступают министерства и ведомства.

Согласно статье 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Согласно части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Установлено, что в ходе производства по уголовному делу № ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ рождения 13.11.1998 был задержан Следственным отделом Отдела МВД России по Зеленодольскому району по подозрению в совершении преступления, предусмотренного статьей 30, пунктами «а», «в» части 2 статьи 158 УК РФ.

В отношении ФИО1 была избрана мера пресечения виде заключения под стражу, истец с 18.11.1998 по 15.12.1998 содержался под стражей в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Татарстан.

Постановлением Зеленодольского городского суда Республики Татарстан от 15.12.1998 ФИО1 был освобожден из-под стражи под подписку о невыезде и надлежащем поведении.

Постановлением следователя СО Зеленодольского УВД ФИО3 от 17 мая 1999 г. по уголовному делу № уголовное преследование в отношении ФИО1 прекращено на основании пункта 2 статьи 5 УПК РФ.

Из мотивировочной части данного постановления следует, что 13.11.1998 примерно в 11ч.30мин. в садовом обществе ЗФЗ, расположенном по 

<

адрес>, при попытке совершения кражи из дачного №, принадлежащего гр.ФИО9, были задержаны ФИО7 и ФИО1, которым 16.11.1998 по вышеуказанному факту по статье 30, пунктами «а», «в» части 2 статьи 158 УК РФ предъявлено обвинение. Однако 02.03.1999 вступил в силу закон Гос.Думы «О внесении изменений в статью 49 Кодекса РСФСР об административных правонарушениях», согласно которому все хищения на сумму ниже минимальной оплаты труда – 83 руб. 49 коп. относятся к мелкому хищению, то есть не образуют состава преступления. А исходя из материалов уголовного дела, ФИО7 и ФИО1 имели умысел на похищение чего-нибудь, от продажи которого имели бы возможность купить себе сигареты, то есть намеревались похитить что-нибудь на незначительную сумму, то есть, не превышающую 83 руб. 49 коп. Кроме того, согласно показаниям потерпевшей Черновой в дачном доме ничего не хранилось, то есть ФИО7 и ФИО1 в любом случае ничем не завладели бы. 

Исходя из изложенного, проанализировав обстоятельства рассматриваемого дела, представленные и добытые судом доказательства, оценив их относимость, допустимость, достоверность, а также достаточность и взаимную связь в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.

Согласно статье 49 Кодекса РСФСР об административных правонарушениях, действовавшей на момент совершения ФИО1 вышеприведенных действий, к административной ответственности привлекались за мелкое хищение государственного или общественного имущества путем кражи, при этом согласно примечанию к указанной статье хищение государственного или общественного имущества признается мелким, если стоимость похищенного не превышает минимального размера оплаты труда, установленного законодательством РСФСР.

При этом кроме стоимости похищенного учитывается также количество похищенных предметов в натуре (вес, объем) и значимость их для народного хозяйства.

В соответствии с Федеральным законом Российской Федерации, принятым Государственной Думой Российской Федерации ДД.ММ.ГГГГ, минимальный размер оплаты труда по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ составлял 83 руб. 49 коп.

Федеральным законом от 30.01.1999 № 20-ФЗ внесены изменения в статью 49 Кодекса РСФСР об административных правонарушениях, в соответствии с которыми мелкое хищение чужого имущества путем кражи, мошенничества, присвоения или растраты влечет наложение штрафа в размере до пятикратной стоимости похищенного, но не менее одного минимального размера оплаты труда. Хищение чужого имущества признается мелким, если стоимость похищенного имущества не превышает одного минимального размера оплаты труда, установленного законодательством Российской Федерации.

Таким образом, в соответствии с Федеральным законом Российской Федерации от 30.01.1999 № 20-ФЗ хищение имущества независимо от формы собственности стоимостью не более одного МРОТ, совершенное путем кражи, мошенничества, присвоения или растраты, образовывало состав административного правонарушения.

Следовательно, до внесения изменений в статью 49 Кодекса РСФСР об административных правонарушениях ответственность за мелкое хищение наступала только в отношении государственного либо общественного имущества. Хищение имущества, относящегося к иным формам собственности, даже стоимостью, не превышающей одного МРОТ, не исключало уголовной ответственности.

В связи с указанными обстоятельствами суд приходит к выводу, что применение в отношении ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу в период 18.11.1998 по 15.12.1998 на основании правовой оценки его действий соответствовало действующему в тот период уголовному закону.

В силу части 4 статьи 133 УПК РФ правила данной статьи не распространяются на случаи, когда примененные в отношении лица меры процессуального принуждения или постановленный обвинительный приговор отменены или изменены ввиду издания акта об амнистии, истечения сроков давности, недостижения возраста, с которого наступает уголовная ответственность, или в отношении несовершеннолетнего, который хотя и достиг возраста, с которого наступает уголовная ответственность, но вследствие отставания в психическом развитии, не связанного с психическим расстройством, не мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) и руководить ими в момент совершения деяния, предусмотренного уголовным законом, или принятия закона, устраняющего преступность или наказуемость деяния, за исключением случаев вынесения судом постановления, предусмотренного пунктом 1 части третьей статьи 125.1 настоящего Кодекса.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 №17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», правила статьи 133 УПК РФ не распространяются на лиц, в отношении которых меры процессуального принуждения или обвинительный приговор отменены или изменены ввиду издания акта амнистии, истечения сроков давности, недостижения возраста, с которого наступает уголовная ответственность, или в отношении несовершеннолетнего, который хотя и достиг возраста, с которого наступает уголовная ответственность, но вследствие отставания в психическом развитии, не связанного с психическим расстройством, не мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) и руководить ими в момент совершения деяния, предусмотренного уголовным законом, или принятия закона, устраняющего преступность или наказуемость деяния, поскольку прекращение уголовного дела (освобождение от наказания) в указанных случаях само по себе не является свидетельством незаконности или необоснованности уголовного преследования.

Истец в иске в обоснование доводов о компенсации морального вреда ссылался на то, что уголовное преследование прекращено в связи с непричастностью к инкриминируемому преступлению.

Между тем, учитывая вышеизложенное, суд исходит из того, что уголовное преследование в отношении ФИО1 прекращено на основании пункта 2 статьи 5 УПК РФ, в связи принятием Федерального закона от 30.01.1999 №20-ФЗ «О внесении изменения в статью 49 Кодекса РСФСР об административных правонарушениях», который устранил наказуемость деяния в уголовном порядке, то есть ввиду декриминализации преступления.

Оценив собранные по делу доказательства по правилам статьи 67 ГПК РФ, применительно к положениям вышеназванных норм закона, принимая во внимание, что отсутствует факт признания за истцом права на реабилитацию, а прекращение уголовного преследования в рамках уголовного дела № по вышеуказанному основанию не свидетельствует о незаконности или необоснованности применения в отношении истца меры пресечения в виде заключения под стражу в период 18.11.1998 по 15.12.1998, в связи с чем суд приходит к выводу, что истец не относится к лицам, имеющим право на реабилитацию, поэтому требование ФИО1 о компенсации морального вреда подлежит оставлению без удовлетворения.

Доказательств наличия обстоятельств, предусмотренных статьями 1069, 1070 ГК РФ, являющихся основанием для возмещения морального вреда, не представлено.

Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

иск ФИО2 к Следственному отделу Отдела МВД России по Зеленодольскому району, Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца в Верховный Суд Республики Татарстан через Зеленодольский городской суд Республики Татарстан.

Судья