№ 2-149/2017

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г.Новосибирск 30 мая 2017 года

Ленинский районный суд г.Новосибирска в составе:

судьи Нестеровой А. В.,

с участием представителя истца ФИО1,

ответчика ФИО2,

представителя ответчика ФИО3,

при секретаре судебного заседания Срыбных Т. И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Страхового публичного акционерного общества «Ингосстрах» к Скрипалю ФИО12 о возмещении ущерба в порядке суброгации, 

уСТАНОВИЛ:

Истец СПАО «Ингосстрах» обратился в суд с иском к ФИО2, просил взыскать с ответчика в порядке суброгации убытки в размере 104471,63 руб., а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 3289,44 руб.

В обоснование заявленных требований указано, что 25.04.2015 г. в 20 час. 20 мин. в г.Новосибирске на пл.Труда, 1, ФИО2, управляя автомобилем 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>, в результате нарушения п.8.5 ПДД РФ совершил столкновение с транспортным средством «

<

данные изъяты> под управлением водителя ФИО4 и автомобилем 

<

данные изъяты>, под управлением водителя ФИО5 Согласно административным материалам ПДПС ГИБДД УМВД России по г.Новосибирску, дорожно-транспортное происшествие произошло в результате невыполнения требования п.8.5 ПДД РФ водителем ФИО2, в действиях водителей ФИО5, ФИО4 нарушений ПДД РФ не установлено. В результате данного дорожно-транспортного происшествия автомобиль «

<

данные изъяты> получил значительные механические повреждения. Указанное транспортное средство было застраховано по рискам «Ущерб» и «Угон» в СПАО «Ингосстрах» по договору имущественного страхования АА № 101479436. СПАО «Ингосстрах» признало данный случай страховым и на основании заявления страхователя о выплате страхового возмещения перечислило страховое возмещение на счет ООО «МАСТЕР» в размере 250746,00 руб. для проведения ремонта транспортного средства. Так как страховщик возместил ущерб в пределах лимита, то с ответчика подлежит взысканию разница между фактическим размером ущерба и выплаченным страховым возмещением.

Представитель истца СПАО «Ингосстрах» ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме.

Ответчик ФИО2, представитель ответчика ФИО3 в судебном заседании иск не признали, ответчик представил письменные возражения, в которых указал, что в действиях участника дорожно-транспортного происшествия ФИО5 усматривается нарушение п.10.1 ПДД РФ, и данные нарушения находятся в причинно-следственной связи с происшедшим. 

Третьи лица ФИО4, ФИО5 в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом, судебные извещения, направленные посредством почтовой связи, возвращены за истечением срока хранения, что суд в соответствии со ст.117 ГПК РФ признает надлежащим извещением.

Суд, заслушав пояснения, исследовав письменные материалы дела, приходит к следующим выводам.

Из материалов дела следует, что 25.04.2015 г. в 20 час. 20 мин. в г.Новосибирске на пл.Труда, 1, ФИО2, управляя автомобилем «

<

данные изъяты>, совершил столкновение с транспортным средством «

<

данные изъяты>, под управлением водителя ФИО5, после чего автомобиль «

<

данные изъяты>» совершил столкновение с автомобилем «

<

данные изъяты>, под управлением водителя ФИО4 

Согласно административным материалам ПДПС ГИБДД УМВД России по г.Новосибирску, дорожно-транспортное происшествие произошло в результате невыполнения требования п.8.5 ПДД РФ водителем ФИО2, в действиях водителей ФИО5, ФИО4 нарушений ПДД РФ не установлено. 

В ходе судебного разбирательства ответчик ФИО2 оспаривал наличие вины в совершении дорожно-транспортного происшествия, судом по ходатайству ответчика назначалась судебная экспертиза.

Как следует из заключения эксперта Сибирского РЦСЭ Минюста России № 492/7-2 от 15.03.2017 г., согласно схеме места происшествия, сначала происходит столкновение автомобилей «Ниссан» и 

<

данные изъяты> столкновение же автомобилей «

<

данные изъяты> вторично. Следовательно, в данном случае необходимо рассматривать действия водителей автомобилей «

<

данные изъяты> Столкновение между данными автомобилями произошло в результате изменения бокового интервала между ними. Следовательно, чтобы этого не произошло, водители должны принимать соответствующие меры. Автомобиль 

<

данные изъяты> (согласно объяснению его водителя от 26.04.2015 г.) двигался со скоростью 35-40 км/ч. Исходя из скоростей движения автомобилей можно заключить, что перед столкновением автомобиль 

<

данные изъяты>» двигался впереди автомобиля «

<

данные изъяты>», автомобиль «

<

данные изъяты>» догонял автомобиль «

<

данные изъяты> Поскольку боковой интервал между ними постоянно изменялся, то можно говорить о том, что в данной дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля «

<

данные изъяты>» для предотвращения столкновения должен был действовать в соответствии с требованиями п.10.1 ПДД РФ («При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства»). Исходя из объяснений водителей, водитель автомобиля «Тойота» мер к торможению не принимал, следовательно, в его действиях усматривается несоответствие требованиям указанного пункта Правил, и данные несоответствия могут находиться в причинной связи с происшествием. Водитель автомобиля «

<

данные изъяты> в данной дорожно-транспортной ситуации должен был руководствоваться требованиями п.8.1 ПДД РФ («Перед перестроением водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения»). На представленных видеозаписях не видно, маневрировал ли автомобиль «Ниссан» вправо, следовательно, установить, соответствовали ли его действия требованиям данного пункта, не представляется возможным. 

В соответствии с ч.3 ст.86 ГПК РФ заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в ст.67 настоящего Кодекса. Несогласие суда с заключением должно быть мотивировано в решении или определении суда.

В данном случае заключение судебного эксперта суд оценивает критически и отклоняет.

В силу ст.67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Должностным лицом органа ГИБДД вменено в вину ФИО2 нарушение п.8.5 ПДД РФ, согласно которому поворотом направо, налево или разворотом водитель обязан заблаговременно занять соответствующее крайнее положение на проезжей части, предназначенной для движения в данном направлении, кроме случаев, когда совершается поворот при въезде на перекресток, где организовано круговое движение.

Давая пояснения об обстоятельствах столкновения, ФИО2 пояснил, что он трогался со светофора, выезжал на ул.Широкую, прошел полностью кольцо, находился в среднем ряду. Он выезжал уже полностью с кольца, когда водитель автомобиля «

<

данные изъяты> начал его обгонять и задел его машину по касательной, полагает, что вина является обоюдной (л.д.49). В дальнейшем, после ознакомления с заключением судебного эксперта, пояснил: «Я ехал по Станиславского, и на пл. Труда мне надо было повернуть на Широкую. Я стоял в правом ряду, по видео во втором, «

<

данные изъяты> позади меня, я начал перестраиваться, и в зеркало не видел «

<

данные изъяты> она выскочила на скорости и я задел ее бампером. Я перестраивался со второй полосы в крайнюю правую. При выезде с кругового движения я перестраивался. Других машин не было. Водитель начал меня обгонять. С правой стороны никого не было, он двигался позади меня и начал обгонять с правой стороны. Он должен был снизить скорость» (об. л.д.125).

Водитель автомобиля «

<

данные изъяты> ФИО4 в суде пояснила (об. л.д.125): «Я двигалась со Станиславского, с кольцевого движения двигалась на улицу Широкую. Я была в крайнем левом ряду, мы стояли на светофоре в крайнем левом ряду, передо мной было еще машины три. 

<

данные изъяты> находились справа сзади. Они ехали метрах в ста. «

<

данные изъяты> стоял справа от меня во второй полосе на расстоянии одной машины. 

<

данные изъяты> я не видела. Даже если она стояла в правом крайнем ряду, там стояли другие машины и я ее не видела. Начали движение, машины впереди меня повернули на Станиславского, я их пропустила и начала движение на Широкую и когда проезжала, то на видео видно, что светофор в центре уже мигал зеленым. Машины справа начали движение позже меня. На Широкой с крайней левой я перестроилась на соседнюю полосу. У меня горел правый сигнал поворота. ДТП произошло до второго светофора, я уже перестроилась и двигалась по полосе, и при движении я получаю очень сильный удар. Когда я перестраивалась, у меня не было помех справа, «Ниссан» ехал в крайней правой, я не могу сказать – «Ниссан» это был или нет, но все машины перестроились за мной. Когда я ехала по второй полосе, получила удар. Он ударился в «

<

данные изъяты> и его отбросило на поребрик, и его уже отбросило от поребрика на мою машину. Сам момент ДТП я не видела. На момент столкновения было ощущение, что виновата «

<

данные изъяты> Судя по удару, он двигался на очень большой скорости. Мы, двигаясь от светофора, не могли двигаться с большой скоростью, возможно, 

<

данные изъяты>» не стояла на светофоре. Мне сложно судить, кто виноват, я двигалась впереди».

Из пояснений в судебном заседании 03.05.2017 г. водителя ФИО5: «Никто не замерял с какой я скоростью ехал. Скрипаль неправильно перестраивался, не занял крайний правый ряд, когда мы выезжали со светофора, я стоял в крайнем правом ряду и начал движение в нем же. У меня после инсульта плохо стало с памятью. Я стоял на светофоре, мне по кольцу надо было двигаться в сторону ул.Широкой. Я двинулся со светофора и с левой стороны меня ударила машина. Я двигался со скоростью не больше 60 км/ч. После удара я наскочил на бордюр. Я выезжал на зеленый сигнал светофора». Таким образом, всеми участниками данного дорожно-транспортного происшествия даны пояснения, из которых следует, что при выезде с перекрестка пл.Труда, где организовано круговое движение, на ул.Широкая водители автомобилей 

<

данные изъяты>» синхронно выполнили перестроение на один ряд вправо: автомобиль «

<

данные изъяты> под управлением ФИО4 из крайнего левого переместился в средний ряд», а автомобиль «

<

данные изъяты> под управлением ФИО2 из среднего ряда переместился в крайний правый, по которому в это время продолжал движение автомобиль «

<

данные изъяты> под управлением ФИО5

Данные пояснения не противоречат объяснениям водителей, данным непосредственно после происшествия. 

Никаких доказательств того, что автомобиль «Тойота» перед столкновением изменял направление движения, в материалах дела не имеется.

В этой обстановке водитель ФИО2 несомненно должен был руководствоваться требованиями п.8.1 ПДД РФ, согласно которому при выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

Из представленной в материалы дела видеозаписи очевидно усматривается, что при выезде с перекрестка с круговым движением ФИО2 нарушил также п.8.5 ПДД РФ, так как не занял крайнее правое положение, в связи с чем произошло столкновение с автомобилем под управлением ФИО5

Выполняя маневр перестроения, ФИО2 должен был уступить дорогу (не создавать помех) иным участникам дорожного движения при любой скорости движения последних. При этом сам ФИО2 поясняет, что автомобиль под управлением ФИО5 он не видел, что свидетельствует о недостаточной внимательности и осмотрительности водителя. 

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что противоправное поведение ФИО2 находится в причинной связи с причинением повреждений транспортному средству ФИО4 

Риск ущерба в дорожно-транспортном происшествии собственника автомобиля 

<

данные изъяты>, на момент происшествия был застрахован в СПАО «Ингосстрах» по рискам «Ущерб» и «Угон» по договору имущественного страхования АА № 101479436. 

В результате данного дорожно-транспортного происшествия автомобиль «

<

данные изъяты>, получил значительные механические повреждения, объем и характер которых зафиксирован в справке о дорожно-транспортном происшествии от 25.04.2015 г. и акте осмотра транспортного средства.

ФИО4 – собственником автомобиля «

<

данные изъяты> был произведен ремонт транспортного средства, который находится в прямой причинно-следственной связи с полученными повреждениями в результате дорожно-транспортного происшествия от 25.04.2015 г.

В соответствии с ч.1 ст.929 ГК РФ и договором страхования СПАО «Ингосстрах» на основании счетов и акта осмотра перечислило страховое возмещение на счет ООО «МАСТЕР» в размере 250746,00 руб., что подтверждается платежным поручением от 13.10.2015 г. № 644718.

В силу п.1 ст.965 ГК РФ, к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования. 

В соответствии с ч.1 ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно ст.1079 ГК РФ, граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности. Вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (ст.1064).

Согласно ч.1 ст.56 ГПК РФ каждая сторона обязана представлять доказательства в подтверждение обстоятельств, на которые она ссылается как на основания заявленных требований или возражений.

В ходе рассмотрения дела судом по ходатайству ответчика назначалась также судебная экспертиза для определения размера причиненного ущерба.

Согласно заключению эксперта Сибирского РЦСЭ Минюста России от 15.03.2017 г. № 493/7-2, 494/7-2, в результате дорожно-транспортного происшествия 25.04.2015 г. на автомобиле «

<

данные изъяты> могли образоваться повреждения на передней и задней правых дверях, правом пороге, задней правой боковине, накладке правого порога, молдинге опускного стекла передней правой двери и накладке задней правой колесной арки, механизм образования которых указан в п.1 исследовательской части заключения. Стоимость восстановительного ремонта автомобиля 

<

данные изъяты>, на дату дорожно-транспортного происшествия ДД.ММ.ГГГГ с учетом износа узлов и деталей составляла 108800,00 руб., без учета износа узлов и деталей – 113500,00 руб. 

Выводы судебного эксперта истцом были оспорены, заявлено ходатайство о вызове и опросе эксперта в судебном заседании.

Согласно ст.8 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», эксперт проводит исследования объективно, на строго научной и практической основе, в пределах соответствующей специальности, всесторонне и в полном объеме. Заключение эксперта должно основываться на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных и практических данных.

Суд считает, что заключение судебного эксперта Сибирского регионального центра судебной экспертизы Министерства юстиции РФ от ДД.ММ.ГГГГ №, 494/7-2 в полной мере отвечает указанным требованиям.

Также заключение судебного эксперта отвечает требованиям ст.86 ГПК РФ, поскольку содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в их результате выводы и ответы на поставленные вопросы, в обоснование выводов эксперт приводит соответствующие данные из предоставленных в его распоряжение материалов, указывает на применение методов исследований, основывается на исходных объективных данных. Экспертиза проведена экспертом, имеющим необходимые специальные знания и опыт работы. 

Из пояснений эксперта ФИО6, данных в судебном заседании, следует, что повреждения размещены на части стойки, которые являются частью правого порога. Часть порога доходит до крепления задней двери. Повреждения находятся ниже. Усилитель стойки не поврежден. Замена порога нецелесообразна, порог ремонтопригоден. Нарушений геометрии кузова нет. В центральной стойке повреждений нет. 

Также суд учитывает, что судебный эксперт предупреждался об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения. 

Приняв во внимание квалификацию и продолжительность стажа работы ФИО6, а также проанализировав собранные по делу доказательства в соответствии с ч.3 ст.67 ГПК РФ в отдельности и совокупности, суд не сомневается в правильности и обоснованности данного заключения эксперта. 

Как следует из Постановления Конституционного Суда РФ от 10.03.2017 г. № 6-П, положения ст.15, п.1 ст.1064, ст.1072 и п.1 ст.1079 ГК РФ сами по себе не ограничивают круг доказательств, которые потерпевшие могут предъявлять для определения размера понесенного ими фактического ущерба. Соответственно, поскольку размер расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства определяется на основании Единой методики лишь в рамках договора обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств и только в пределах, установленных Федеральным законом «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», а произведенные на ее основании подсчеты размера вреда в целях осуществления страховой выплаты не всегда адекватно отражают размер причиненного потерпевшему фактического ущерба и, следовательно, не могут служить единственным средством для его определения, суды обязаны в полной мере учитывать все юридически значимые обстоятельства, позволяющие установить и подтвердить фактически понесенный потерпевшим ущерб. Таким образом, положения ст.15, п.1 ст.1064, ст.1072 и п.1 ст.1079 ГК РФ по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования (во взаимосвязи с положениями Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств») предполагают возможность возмещения лицом, гражданская ответственность которого застрахована по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, потерпевшему, которому по указанному договору страховой организацией выплачено страховое возмещение в размере, исчисленном в соответствии с Единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства с учетом износа подлежащих замене деталей, узлов и агрегатов транспортного средства, имущественного вреда исходя из принципа полного его возмещения, если потерпевшим представлены надлежащие доказательства того, что размер фактически понесенного им ущерба превышает сумму полученного страхового возмещения.

В данном случае суд, принимая во внимание выводы судебного эксперта, приходит к выводу о том, что даже без учета износа узлов и деталей стоимость восстановительного ремонта автомобиля потерпевшей составляет 113500,00 руб., что полностью покрывается страховой суммой по договору страхования гражданской ответственности ФИО2 

При таких обстоятельствах заявленное истцом требование о взыскании со ФИО2 в судебном порядке 104471,63 руб. в счет возмещения вреда удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.198, 233-235 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В иске отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Новосибирский областной суд через Ленинский районный суд г.Новосибирска в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Решение суда изготовлено в окончательной форме 09.06.2017 г. 

Судья (подпись) А. В. Нестерова

Подлинник решения находится в гражданском деле № 2-149/2017 Ленинского районного суда г.Новосибирска.