Дело № 2-2430/2020

Р Е Ш Е Н И Е

и м е н е м Р о с с и й с к о й Ф е д е р а ц и и

г. Элиста 09 ноября 2020 года

Элистинский городской суд Республики Калмыкия в составе

председательствующего судьи Семёновой Л.Л.,

при секретаре судебного заседания Андрееве Ч.Э.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Федеральному государственному бюджетному образовательному учреждению высшего образования «Калмыцкий государственный университет им. Б.Б. Городовикова» о компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратилась с суд с указанным иском к Федеральному государственному бюджетному образовательному учреждению высшего образования «Калмыцкий государственный университет им. Б.Б. Городовикова» (далее - ФГБОУ ВО «КалмГУ»), мотивируя следующим. Её сын ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, с 10 марта 2015 года работал главным специалистом инновационно-аналитического отдела ФГБОУ ВО «КалмГУ», приказом № 198-л/с от 01 марта 2017 года был переведен на должность директора учебно-производственного хозяйства (центра) ФГБОУ ВО «КалмГУ». В результате несчастного случая на производстве, произошедшего 07 марта 2018 года в учебно-производственном хозяйстве (центр) ФГБОУ ВО «КалмГУ»», погибли на производстве её сын ФИО2, ФИО3 и ФИО4 Согласно заключению эксперта № 116 БУ РК «РБСМЭ» от 21 марта 2018 года смерть ФИО2 связана с 

<

данные изъяты>. 16 апреля 2018 года комиссией по расследованию группового несчастного случая акт №1 о несчастном случае на производстве, установлена причина несчастного случая: основная - неудовлетворительная организация производства работ, сопутствующая – нарушение работниками трудового распорядка и дисциплины труда. В соответствии с п.7.1 акта №1 о несчастном случае на производстве специальная оценка условий труда (аттестация рабочих мест по условиям труда) не проводилась. Согласно п.10 акта №1 лицами, допустившими нарушение требований охраны труда, являются: начальник инновационно - аналитического отдела университета ФИО5 (п.10.3 Акта), ФГБОУ ВО «КГУ им.Б.Б.Городовикова» (п.10.4). В ходе расследования группового несчастного случая в университете выявлены нарушения соблюдения трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права. Сведений о том, что работником ФИО2 допущена грубая неосторожность с указанием степени его вины в процентах акт № 1 о несчастном случае на производстве от 16 апреля 2018 года, акт о расследовании группового несчастного случая от 16 апреля 2018 года не содержат. Таким образом, работник учебно-производственного хозяйства (центра) ФГБОУ ВПО «КГУ им.Б.Б.Городовикова» ФИО2 погиб на рабочем месте при исполнении своих трудовых обязанностей в результате острого отравления окисью углерода по причине неудовлетворительной организации производства работ со стороны работодателя. Неожиданная смерть сына для нее является огромным горем, невосполнимой утратой, в связи с гибелью сына она навсегда лишилась возможности вести прежний нормальный образ жизни, проявлять любовь и заботу к родному сыну, рассчитывать на его поддержку и внимание, потеряла тягу к жизни, испытала и продолжает испытывать огромное горе. Ей причинен существенный моральный вред, выразившийся в глубоком эмоциональном потрясении и бесконечных нравственных страданиях. Просила суд взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 руб., расходы на уплату государственной пошлины в размере 300 руб.

В судебное заседание истец ФИО1 не явилась, её представитель ФИО6 исковые требования поддержала, просила удовлетворить.

Представитель ответчика ФГБОУ ВО «КалмГУ им. Б.Б.Городовикова» ФИО7 исковые требования не признал, сославшись на отсутствие вины работодателя в причинении вреда работнику. Газовый баллон с горелкой, из которого произошла утечка газа, университету не принадлежит. В рамках коллективного договора ФГБОУ ВО «КалмГУ им.Б.Б.Городовикова» семьям погибших сотрудников ФИО2, ФИО3, ФИО4 оказана материальная помощь каждой семье, оказана помощь при организации похорон. Поскольку произошедший несчастный случай был признан страховым, семье погибшего ФИО2 был выплачен 1 000 000 руб. 

В силу ст. 167 ГПК РФ суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие истца.

Выслушав стороны, исследовав материалы дела, обозрев материал проверки Государственной инспекции труда в Республике Калмыкия, материал проверки № 287пр-18, суд приходит к следующему выводу.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37). 

Согласно статье 22 Трудового кодекса РФ работодатель обязан: соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В соответствии со статьей 209 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Безопасные условия труда - условия труда, при которых воздействие на работающих вредных и (или) опасных производственных факторов исключено либо уровни их воздействия не превышают установленных нормативов. Средства индивидуальной и коллективной защиты работников - технические средства, используемые для предотвращения или уменьшения воздействия на работников вредных и (или) опасных производственных факторов, а также для защиты от загрязнения.

В силу статьи 212 ТК РФ работодатель обязан обеспечить: безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; создание и функционирование системы управления охраной труда; применение прошедших обязательную сертификацию или декларирование соответствия в установленном законодательством Российской Федерации о техническом регулировании порядке средств индивидуальной и коллективной защиты работников; соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте; приобретение и выдачу за счет собственных средств специальной одежды, специальной обуви и других средств индивидуальной защиты, смывающих и обезвреживающих средств, прошедших обязательную сертификацию или декларирование соответствия в установленном законодательством Российской Федерации о техническом регулировании порядке, в соответствии с установленными нормами работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, а также на работах, выполняемых в особых температурных условиях или связанных с загрязнением; обучение безопасным методам и приемам выполнения работ и оказанию первой помощи пострадавшим на производстве, проведение инструктажа по охране труда, стажировки на рабочем месте и проверки знания требований охраны труда; недопущение к работе лиц, не прошедших в установленном порядке обучение и организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, а также за правильностью применения работниками средств индивидуальной и коллективной защиты; информирование работников об условиях и охране труда на рабочих местах, о риске повреждения здоровья, предоставляемых им гарантиях, полагающихся им компенсациях и средствах индивидуальной защиты; принятие мер по предотвращению аварийных ситуаций, сохранению жизни и здоровья работников при возникновении таких ситуаций, в том числе по оказанию пострадавшим первой помощи; ознакомление работников с требованиями охраны труда; разработку и утверждение правил и инструкций по охране труда для работников с учетом мнения выборного органа первичной профсоюзной организации или иного уполномоченного работниками органа в порядке, установленном статьей 372 настоящего Кодекса для принятия локальных нормативных актов.

Согласно статье 219 ТК РФ каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, обеспечение средствами индивидуальной и коллективной защиты в соответствии с требованиями охраны труда за счет средств работодателя, обучение безопасным методам и приемам труда за счет средств работодателя.

В соответствии со статьей 220 ТК РФ в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой (Главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» - ст.1064-1101 ГК РФ) и статьей 151 настоящего Кодекса.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Согласно статье 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу абзаца второго п.3 ст.8 Федерального закона от 24.07.1998 №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В абзаце 2 пункта 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

В пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. В случаях, специально предусмотренных законом, вред возмещается независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, пункт 1 статьи 1095, статья 1100 ГК РФ). Обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лиц, не являющихся причинителями вреда (статьи 1069, 1070, 1073, 1074, 1079 и 1095 ГК РФ).

Согласно абзацу первому пункта 1 статьи 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В соответствии с абз.2 п.1 ст.1068 ГК РФ применительно к правилам, предусмотренным главой 59 ГК РФ, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Из содержания указанных правовых норм следует, что на работодателя в силу закона возлагается обязанность по возмещению не только имущественного, но и причиненного морального вреда.

Статьей 21 ТК РФ установлено, что работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором. Работник обязан соблюдать требования по охране труда и обеспечению безопасности труда.

В судебном заседании установлено, что сын истца ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, с 10 марта 2015 года работал главным специалистом инновационно-аналитического отдела ФГБОУ ВО «КалмГУ», приказом № 198-л/с от 01 марта 2017 года был переведен на должность директора учебно-производственного хозяйства (центра) ФГБОУ ВО «КалмГУ». Во время исполнения служебных обязанностей 07 марта 2018 года в административном здании ФГБОУ ВО «КГУ им.Б.Б.Городовикова» по адресу: 

<

адрес>, умер от 

<

данные изъяты>. В связи с утратой сына истцу ФИО1 причинен моральный вред.

Данные обстоятельства подтверждаются следующими доказательствами.

Из протокола осмотра места происшествия, составленного следователем СО по г.Элиста СУ СК РФ по Республике Калмыкия 07 марта 2018 года, следует, что в комнате на первом этаже двухэтажного строения, выполненного из кирпича-силиката, учебно-производственного хозяйства ФГБОУ ВО «КалмГУ им.Б.Б.Городовикова», расположенного в Северной промзоне г.Элисты, обнаружены трупы ФИО4, ФИО3, ФИО2, а также баллон с горелкой с соединительными шлангами.

Согласно протоколу № 3 заседания по проверке знаний требований охраны труда работников ФГБОУ ВО «КГУ им.Б.Б.Городовикова», ФИО2 прошел проверку знаний требований охраны труда работников по программе обучения руководителей, специалистов и ИТР по охране труда, что подтверждается удостоверением от 18 апреля 2017 года. 

Из объяснений представителя истца, материалов дела следует, что помещение, в котором находились ФИО2, ФИО3 и ФИО4 не приспособлено для работы и для отдыха, приёма пищи, не отапливалось, окно не застеклено, а заклеено полиэтиленовой пленкой, приготовление пищи рабочими производилось на электрической плите, вода для ощипывания гусей разогревалась ими на газовой горелке, присоединенной к газовому баллону.

Согласно заключению эксперта №118 (судебно-медицинская экспертиза трупа) от 21 марта 2018 года Бюджетного учреждения Республики Калмыкия «Республиканское бюро судебно-медицинской экспертизы» смерть ФИО2 насильственная, наступила примерно за 2-8 часов до момента фиксации трупных явлений 07 марта 2018 года в 10 час. 15 мин. от острого отравления окисью углерода, что подтверждается результатами судебно-медицинской экспертизы трупа и судебно-химического исследования, пострадавший не находился в состоянии алкогольного или наркотического опьянения.

В соответствии с актом о несчастном случае на производстве (форма №4) от 16 апреля 2018 года, составленным по результатам расследования группового несчастного случая, проведенного комиссией под председательством главного государственного инспектора труда (по охране труда) государственной инспекции труда в Республике Калмыкия, с участием главного специалиста отдела страхования профессиональных рисков государственного учреждения – Регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации по Республике Калмыкия, и.о. заведующего сектора труда и социальных услуг Администрации г.Элисты, технического инспектора труда Федерации профсоюзов Калмыкии и работников ФГБОУ ВО «КГУ им.Б.Б.Городовикова», утвержденным ректором ФГБОУ ВО «КГУ им.Б.Б.Городовикова», установлена причина несчастного случая, произошедшая с ФИО3, ФИО4: основная – неудовлетворительная организация производства работ, сопутствующая – нарушение работниками трудового распорядка и дисциплины труда. Лица, допустившие нарушение требований охраны труда: директор УПХ ФИО2 (а именно: не принял меры по предотвращению аварийных ситуаций на рабочих местах подчиненного персонала, сохранению жизни и здоровья подчиненных работников при возникновении таких ситуаций; не обеспечил безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, применении в производстве работ инструментов, сырья и материалов, соответствующих требованиям охраны труда на каждом рабочем месте; не обеспечил соблюдение режима труда и отдыха подчиненных работников в соответствии с трудовым законодательством Российской Федерации и правилами внутреннего трудового распорядка ФГБОУ ВО «КГУ им.Б.Б.Городовикова»; не исполнил свои должностные обязанности согласно утвержденной должностной инструкции директора УПХ (центра); рабочие по уходу за животными ФИО4 и ФИО3 (а именно: пренебрегли должностными обязанностями, утвержденные ректором университета: правилами и нормами охраны труда, техники безопасности, производственной санитарии и противопожарной защиты; неисполнение правил внутреннего трудового распорядка и локально-нормативных актов по выполнению задания безопасными приемами и методами производства работ; использовали и применяли не разрешенные средства обогрева (пропановый баллон, газовую горелку); нарушили требования утвержденной инструкции по охране труда рабочего по уходу за животными), начальник инновационно-аналитического отдела ФГБОУ ВО «КалмГУ им.Б.Б.Городовикова» ФИО8 (а именно: не обеспечил на основании положения об инновационно-аналитическом отделе выполнение целей и задач осуществления функций: по организации, координации и контролю за деятельностью образовательных и учебно-производственных центров, созданных при ФГБОУ ВО «КалмГУ им.Б.Б.Городовикова»; контроль за соблюдением сотрудниками образовательных и учебно-производственных центров, созданных при ФГБОУ ВО «КалмГУ им.Б.Б.Городовикова» правил внутреннего распорядка, санитарно-противоэпидемического режима, противопожарной безопасности, охраны труда и техники безопасности; нарушил должностную инструкцию по осуществлению контроля за исполнением работниками отдела и директорами образовательных и учебно-производственных центров своих должностных обязанностей, соблюдением трудовой дисциплины, правил внутреннего распорядка, санитарно-противоэпидемического режима, противопожарной безопасности, охраны труда и техники безопасности), а также юридическое лицо - ФГБОУ ВО «КалмГУ им.Б.Б.Городовикова» (а именно: отсутствие специальной оценки условий труда на рабочих местах пострадавших ФИО2, ФИО4, Дорджиева П.С). 

В ходе расследования группового несчастного случая, проведенного в период с 12 марта 2018 года по 16 апреля 2018 года в ФГБОУ ВО «КалмГУ им.Б.Б.Городовикова», выявлены нарушения соблюдения трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права с указанием в Акте о расследовании группового несчастного случая. Причины, вызвавшие несчастный случай: основная: неудовлетворительная организация производства работ; сопутствующая: нарушение работниками трудового распорядка и дисциплины труда. Комиссия пришла к выводу, что данный групповой несчастный случай подлежит квалификации, как связанный с производством, оформлению актом формы № Н-1, учету и регистрации в ФГБОУ ВО «КалмГУ им.Б.Б.Городовикова».

Постановлением следователя следственного отдела по г.Элиста следственного управления Следственного комитета РФ по Республике Калмыкия от 06.04.2018 в возбуждении уголовного дела по факту смерти ФИО2, ФИО3 и ФИО4 отказано на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в действиях ФИО8 состава преступления, предусмотренного ч.3 ст.143 УК РФ; отказано в возбуждении уголовного дела по факту смерти ФИО2, ФИО3 и ФИО4 по основанию, предусмотренному п.1 ч.1 ст.24 УПК РФ, в связи с отсутствием события преступления, предусмотренного п.«а» ч.2 ст.105 УК РФ.

По смыслу пункта 1 статьи 1064 ГК РФ для возложения на лицо ответственности за причиненный вред необходимо установить факт причинения вреда, его размер, противоправность действий причинителя вреда, наличие его вины (в форме умысла или неосторожности), а также причинно-следственной связи между противоправным поведением и наступившим вредом.

Истцом (потерпевшим) представлены доказательства, подтверждающие нравственные страдания, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда, в силу закона обязанным возместить вред.

Исследованные в судебном заседании доказательства подтверждают, что сын истца ФИО2 погиб вследствие несчастного случая на производстве, имеются противоправность действий причинителя вреда - работодателя и наличие вины работодателя в форме неосторожности, не обеспечившего безопасные условия труда, его право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, причинно-следственная связь между противоправным поведением и наступившим вредом.

Представленные доказательства суд находит допустимыми, достоверными, относимыми к делу доказательством. Акт о несчастном случае подписан ректором ФГБОУ ВО «КалмГУ им.Б.Б.Городовикова» и другими независимыми членами комиссии, не оспорен в установленном порядке.

Законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия вины должен представить ответчик. 

Как следует из материалов дела, смерть работника ФИО2 наступила в период исполнения им трудовых обязанностей. ФГБОУ ВО «КалмГУ им.Б.Б.Городовикова», как работодатель указанного лица, вопреки статьям 212, 219 ТК РФ не обеспечило ему безопасные условия труда.

Следовательно, на основании статьи 220 ТК РФ ответственность за моральный вред, причиненный истцу в связи со смертью сына в результате несчастного случая на производстве, подлежит возложению на ФГБОУ ВО «КалмГУ им.Б.Б.Городовикова». 

Оснований для освобождения ответчика от компенсации морального вреда не имеется. Ответчиком не доказано, что вред причинен не по его вине, доказательства отсутствия вины ответчиком суду не представлены.

В пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.03.2011 №2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» разъяснено, что в силу положений статьи 3 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ и статьи 227 ТК РФ несчастным случаем на производстве признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении обязанностей по трудовому договору или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем или совершаемых в его интересах как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем (или на личном транспортном средстве в случае его использования в производственных (служебных) целях по распоряжению работодателя (его представителя) либо по соглашению сторон трудового договора), и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

Смерть ФИО2 наступила при исполнении им обязанностей по трудовому договору, при выполнении им работы по поручению работодателя, при осуществлении правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем и совершаемых в его интересах на территории работодателя. Смерть ФИО2 наступила не вследствие общего заболевания или самоубийства, ФИО2 не находился в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения; он не совершал действия (бездействие), которое бы квалифицировано правоохранительными органами как уголовно наказуемое деяние. 

В связи с изложенным доводы представителя ответчика о недоказанности вины ответчика отклоняются как необоснованные.

В соответствии со статьей 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. (п.1) Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. (п.2)

В пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что, учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ). При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. Вместе с тем, при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В пункте 8 этого Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 №1 разъяснено, что компенсация определяется судом в денежной форме, независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда. Исходя из этого, размер компенсации зависит от характера и объема, причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание характер и степень причиненных истцу физических и нравственных страданий, вызванных трагической гибелью близкого человека, утратой родственной и семейной связи, характер взаимоотношений истца с погибшим, индивидуальные особенности потерпевшей, обстоятельства произошедшего.

Свидетельством о рождении серии № от 03 августа 1977 года подтверждается, что истец ФИО1 является матерью погибшего ФИО2 

Из искового заявления ФИО1, пояснений её представителя в судебном заседании, следует, что вследствие гибели сына ФИО1 испытала и продолжает испытывать глубокие нравственные и физические страдания, перенесла сильное эмоциональное потрясение, сильнейший психологический стресс, испытывает чувство горечи, боли, страха, тревоги, навсегда лишилась возможности вести прежний нормальный образ жизни, рассчитывать на поддержку, любовь и заботу своего сына. 

В связи с тем, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежной форме и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает предусмотренные статьей 1101 ГК РФ требования разумности и справедливости, позволяющие, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего, исключить возможность неосновательного сбережения имущества за счет другого лица

С учётом требований разумности и справедливости, принимая во внимание обстоятельства несчастного случая на производстве, индивидуальные особенности потерпевшей (истца), с ответчика в пользу истца подлежит взысканию компенсация морального вреда в денежной форме в размере 250 000 руб. 

Доказательств, подтверждающих причинение морального вреда, позволяющих оценить его в большем размере, истцом не представлено. 

В соответствии с частью 1 статьи 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. 

Согласно чеку по операции Сбербанк онлайн от 14 сентября 2020 года истцом понесены расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 руб.

В связи с удовлетворением исковых требований с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 руб.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд 

р е ш и л:

исковые требования ФИО1 удовлетворить.

Взыскать с Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Калмыцкий государственный университет им. Б.Б. Городовикова» в пользу ФИО1 денежную компенсацию морального вреда 250 000 руб., а также расходы на уплату государственной пошлины в размере 300 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Республики Калмыкия через Элистинский городской суд Республики Калмыкия в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий судья Л.Л. Семёнова 

Решение в окончательной форме принято 16 ноября 2020 года.