Дело № 2-4572/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

29 ноября 2018 года г. Абакан 

Абаканский городской суд Республики Хакасия в составе:

председательствующего Лобоцкой И.Е.

при секретаре Смирновой А.Л.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании завещания недействительным и компенсации морального вреда,

с участием: представителя истца ФИО3, действующего на основании доверенности,

ответчика ФИО2 и его представителя ФИО4, действующего на основании ордера,

УСТАНОВИЛ:

ФИО5, ФИО1 обратились с иском к ФИО2 о признании недействительным завещания, составленного ФИО8 от ДД.ММ.ГГГГ и удостоверенное нотариусом ФИО7, мотивируя тем, что ДД.ММ.ГГГГ умерла ФИО8, которая приходилась родной теткой ФИО5 и бабушкой ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ ФИО8 завещала свое имущество ФИО5 С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО8 проходила лечение в ГБУЗ «Абаканская межрайонная клиническая больница» с диагнозом ЗЧМТ, сотрясекние головного мозга, ушибленные раны лба и левого локтевого сустава. Сопутствующие: ИБС. Стабильная стенокардия. ФУ II. ГБ III, риск IV. Персистирующая фибрилляция предсердий, тахифолрма. ХСН I. Согласно выписки из истории болезни № на ФИО8 у нее были установлены проявлекния старческой деменции, грубые мнестические выпадения. На момент выписки из стационара состояние средней тяжести, жалобы конфабулирует. в окружающем пространстве ориентируется слабо. В переводе с латинского языка старческая деменция означает «слабоумие». Заболевание характеризуется тяжелым расстройством высшей нервной деятельности, причиной которого является органическое поражение головного мозга. Проявляется оно в резком снижении умственных способностей, в утрате имеющихся знаний, практических навыков к в невозможности приобретения новых. ФИО8 и до момента падения, которое привело ее в ГБУЗ «Абаканская межрайонная клиническая больница», уже была не адекватна: систематически не узнавала родственников, заговаривалась, часто обвиняла их по различным надуманным поводам. После выписки из ГБУЗ ФИО1 была вынуждена нанять ФИО8 сиделку, так как ФИО8 очень плохо ориентировалась в пространстве. О ее смерти Унгуряну и ФИО5 узнали лишь от посторонних лиц. Позже выяснилось, что занимался похоронами ФИО16 ее племянник ФИО2, который им сообщил, что ФИО8 всё своё имущество завещала ему завещанием ДД.ММ.ГГГГ. Полагают, что данное завещание является недействительным, так как на тот момент ФИО8 уже не отдавала отчёт своим действиям. Таким образом, ответчик, воспользовавшись состоянием здоровья ФИО8, ввел ее в заблуждение и путем обмана вынудил подписать завещание на свое имя. Ссылаясь на положения ст. 177, 1131 ГК РФ, просили признать недействительным вышеуказанное завещание.

В ходе судебного разбирательства представитель истца ФИО1 – ФИО3, действующий на основании доверенности, исковые требования уточнил, дополнительно просил взыскать компенсацию морального вреда. 

Определением Абаканского городского суда от 08.08.2018 прекращено производство по гражданскому делу по иску ФИО5 к ФИО2 о признании завещания недействительным.

В судебном заседании представитель истца ФИО3, действующий на основании доверенности, исковые требования поддержал по основаниям, изложенным в исковом заявлении. Дополнительно суду пояснил, что в материалах дела имеется заключение судебной экспертизы, из которого усматривается, что на момент составления оспариваемого завещания ФИО8 имела психическое заболевание. В связи с данным обстоятельством полагает, что сделка по составлению завещания в отношении ФИО2 не была действительной. Кроме того, в ходе рассмотрения дела ответчик и его супруга пояснили суду, что они оговаривали условия составления завещания с умершей. Просил признать завещание недействительным по двум основаниям: во-первых, у наследодателя имелось психическое заболевание, во-вторых, сделка была оговорена, и ответчик лично возил наследодателя для составления завещания.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признал в полном объеме, пояснив, что является родным племянником умершей ФИО8, которая ранее проживала вместе с сыном 

<

данные изъяты> в квартире по 

<

адрес>, умершим в 2014 году от туберкулеза и диабета. После смерти 

<

данные изъяты> ответчик стал чаще навещать тётю, привозил ей продукты с дачи, ухаживал вместе с женой за ней. Периодически к ней приезжал ФИО5 В свою очередь, ФИО1 (внучка умершей) проживала на 

<

адрес>, однажды она приезжала на неделю в 

<

адрес>, но с бабушкой ФИО8 практически не общалась, предпочитала жить у родственников в 

<

адрес>. Завещание ФИО8 было составлено в пользу ответчика, поскольку никто за ней не ухаживал, кроме него с супругой. Также указал, что упала ФИО8 до того, как подписала завещание. Ранее завещание было написано в пользу ФИО5, за тем после того как он перестал за ней ухаживать, она переписала все свое имущества на ФИО1, а после того, как и внучка уехала и перестала приезжать, она написала новое завещание. ФИО8 умерла дома на кровати, у ответчика на руках, попрощалась, выдохнула и умерла. Похороны проводил тоже ответчик. Полагает, что ФИО8 на момент составления завещания была полностью дееспособна, в удовлетворении иска просил отказать.

Представитель ответчика ФИО4, действующий на основании ордера, в судебном заседании против удовлетворения исковых требований возражал, указав на то, что стороной истца не представлены допустимые доказательства своей позиции. Кроме того, допрошенные в ходе рассмотрения дела свидетели пояснили, что бабушка психическим расстройством не страдала, у неё был ясный рассудок. В заключении эксперт не исключила её адекватное состояние, однозначного вывода не сделал.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, будучи извещена о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, для участия в деле направила своего представителя.

Определением суда по делу в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования, был привлечен нотариус ФИО6, которая в зал судебного заседания не явилась.

Принимая во внимание, что явка в суд является правом, а не обязанностью сторон, в силу ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту ГПК РФ) в целях правильного и своевременного рассмотрения и разрешения настоящего дела, учитывая право сторон на судопроизводство в разумные сроки, суд полагает возможным рассмотреть данное гражданское дело в отсутствие не явившегося ответчика.

Суд, выслушав мнение участников процесса, допросив свидетелей, исследовав материалы гражданского дела, проанализировав представленные доказательства в их совокупности, приходит к следующему.

Согласно ст. 1111 ГК РФ наследование осуществляется по завещанию и по закону.

Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных настоящим Кодексом.

В соответствии с п. 1, п. 2, п. 3, п. 5 ст. 1118 ГК РФ распорядиться имуществом на случай смерти можно только путем совершения завещания.

Согласно п.1 ст. 1119 ГК РФ завещатель вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам, любым образом определить доли наследников в наследстве, лишить наследства одного или нескольких наследников по закону, не указывая причину такого лишения, а также включить в завещание иные распоряжения, предусмотренные правилами настоящего Кодекса о наследовании, отменить или изменить совершенное завещание.

Завещание может быть совершенно гражданином, обладающим в момент его совершения дееспособностью в полном объеме.

Завещание должно быть совершено лично. Совершение завещания через представителя не допускается.

Завещание является односторонней сделкой, которая создает права и обязанности после открытия наследства.

Согласно п. 1 ст. 1124 ГК РФ завещание должно быть составлено в письменной форме и удостоверено нотариусом. Удостоверение завещания другими лицами допускается в случаях, предусмотренных пунктом 7 статьи 1125, статьей 1127 и пунктом 2 статьи 1128 настоящего Кодекса.

Несоблюдение установленных настоящим Кодексом правил о письменной форме завещания и его удостоверении влечет за собой недействительность завещания.

В соответствии с п. 3, п. 7 ст. 1125 ГК РФ завещание должно быть собственноручно подписано завещателем.

Из материалов дела следует, что ФИО8 умерла ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается свидетельством о смерти серии I-ПВ № от ДД.ММ.ГГГГ.

После смерти ФИО8 нотариусом ФИО6 было открыто наследственное дело.

ДД.ММ.ГГГГ с заявлением о вступлении в наследство обратился ФИО2, ФИО5 обратился ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 обратилась ДД.ММ.ГГГГ

В материалы дела представлено завещание № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО8, составленное ДД.ММ.ГГГГ, удостоверенное нотариусом Абаканского нотариального округа ФИО7, зарегистрированное по реестру за номером №.

Из содержания данного завещания, следует, что ФИО8 все своё имущество, какое ко дню её смерти окажется ей принадлежащим, в чем бы таковое ни заключалось и где бы оно ни находилось, завещает ФИО2

Данное завещание подписано лично ФИО8, что сторонами в ходе рассмотрения дела не оспаривалось.

Из материалов дела следует, что истец является внучкой по отношению к умершей, т.е. наследником по закону первой очереди по праву представления. Истец считает нарушенными свои права, поскольку лишена наследства оспариваемым завещанием. В обоснование заявленных требований истец ссылается на то, что ФИО8 на момент подписания завещания ДД.ММ.ГГГГ не была способна понимать значение своих действий или руководить ими.

Данные доводы суд считает не состоятельными по следующим основаниям.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 1131 Гражданского кодекса Российской Федерации при нарушении положений данного кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание). Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием.

Как разъяснено в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", сделки, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании (в частности, завещание, отказ от наследства, отказ от завещательного отказа), могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями о недействительности сделок (§ 2 главы 9 Гражданского кодекса Российской Федерации) и специальными правилами раздела V Гражданского кодекса Российской Федерации.

Положениями пункта 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

С учетом изложенного неспособность наследодателя в момент составления завещания понимать значение своих действий или руководить ими является основанием для признания завещания недействительным, поскольку соответствующее волеизъявление по распоряжению имуществом на случай смерти отсутствует.

Юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у наследодателя в момент составления завещания, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.

При этом, правильное распределение бремени доказывания между сторонами - один из критериев справедливого и беспристрастного рассмотрения дел судом, предусмотренного ст. 6 Европейской Конвенции от 04 ноября 1950 года "О защите прав человека и основных свобод".

Таким образом, исходя из требований ст. 56 ГПК Российской Федерации бремя доказывания наличия обстоятельств, предусмотренных ч. 1 ст. 177 ГК Российской Федерации лежит на истце.

Согласно ст. 43 Основ законодательства РФ «О нотариате» при удостоверении сделок нотариусом выясняется дееспособность граждан.

В соответствии со ст. 57 нотариус удостоверяет завещание дееспособных граждан, составленные в соответствии с требованиями законодательства Российской Федерации и республик в составе Российской Федерации и лично представленные ими нотариусу.

Из представленной в материалы дела медицинской документации (медицинская карта стационарного больного №, медицинская карта амбулаторного больного №) следует, что ФИО8 страдала гипертонической болезнью, атеросклерозом сосудов головного мозга, ишемической болезнью сердца, стенокардией.

Из выписки из истории болезни № - ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО8 госпитализирована экстренно с подозрением на ЧМТ после травмы от падения при неустановленных обстоятельствах... данных за тяжелую ЧМТ не выявлено. На момент выписки из стационара - состояние средней степени тяжести, жалобы конфабулирует, в окружающем ориентируется слабо... Нуждается в постоянном постороннем уходе из-за плохого зрения, координаторных расстройств. ДД.ММ.ГГГГ осмотрена нейрохирургом: «жалобы сформулировать затрудняется, обстоятельства травмы объяснить не может из-за проявлений старческого слабоумия (сенильная деменция). Положение вынужденное лежа. В сознании, контактна…».

Определением Абаканского городского суда от 20.08.2018 по ходатайству истца по делу назначалась судебная посмертная психиатрическая экспертиза, для установления того, имелись ли у ФИО8 психические расстройства, заболевания или состояния, которые в момент составления завещания от ДД.ММ.ГГГГ лишали ее возможности понимать значение своих действий или руководить ими.

ДД.ММ.ГГГГ комиссия экспертов КГБУЗ РХ «РКПБ» дала заключение о том, что ФИО8 на момент составления завещания ДД.ММ.ГГГГ страдала психическим расстройством в форме органического расстройства личности в связи со смешанными заболеваниями головного мозга, об этом свидетельствуют данные об имевшихся у нее заболеваниях: атеросклероз сосудов головного мозга, ишемическая болезнь сердца, гипертоническая болезнь, дисциркуляторная энцефалопатия, фибрилляция предсердий, а также о перенесенном ею сотрясении головного мозга в июле 2015 года, данные о мнестических выпадениях, конфабуляциях, проявлениях «старческого слабоумия», нарушениях ориентировки в окружающем в период стационарного лечения с 15.07.2015г. по 22.07.2015г. (сведения из медицинской карты стационарного больного №); данные о жалобах на головные боли, головокружение, слабость, плохой сон, о том, что «периодически заговаривается» (из медицинской карты амбулаторного больного №); показания истцов ФИО5 и ФИО1 

Согласно п.1 ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

В силу ч.ч. 1-3 ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Из анализа материалов дела следует, что поведение и реагирование ФИО8 в юридически значимый период участниками судебного процесса описывается различно. 

Свидетели со стороны истца (ФИО11 – дочь истца ФИО5) и сами истцы (ФИО5, ФИО1) пояснили, что ФИО8 постоянно заговаривалась, каждый раз рассказывала про свое детство, одни и те же истории, иногда полагала, что живет в деревне и собирается пить чай со своей мамой. Периодически ФИО8 никого не узнавала, забывала имена родных. Кроме того, бабушка очень часто падала и в связи с этим у нее были проблемы с головой.

Тогда как ответчик и свидетели с его стороны (ФИО12 – социальный работник, ФИО13 – жена ответчика) описывают ФИО8 иначе: в период с 2013 года по 2016 год ФИО8 была вполне самостоятельной. До 2016 года бабушка сама ходила на рынок за продуктами. На период 2015 года бабушка «не впадала в детство», всегда узнавала окружающих. На своё здоровье никогда не жаловалась, кроме периодических головных болей. Уход за ФИО8 стал требоваться примерно с 2016 года. С памятью у неё всё было нормально. Она не заговаривалась, иногда молодость вспоминала, помнила имена работников, с которыми ранее работала на железной дороге. Между тем, были проблемы со зрением. ФИО5 и ФИО1 с 2015 года к ФИО8 не приезжали, уход за ней не осуществляли, с ней не проживали. Умерла бабушка ФИО8 на руках у ответчика и его жены, до последнего момента она сохраняла память. Вплоть до конца своей жизни ФИО8 проживала одна, с ней никто не проживал, что говорит о ее дееспособности. Только в последнее время, перед смертью, она нуждалась в постороннем уходе.

При этом эксперт при даче заключения исходила из того, что при жизни у ФИО8 имелись признаки органического расстройства личности. Однако дать интегративное заключение на момент сделки не представилось возможным, по независящим от эксперта причинам, поскольку для определения степени выраженности органического расстройства личности у ФИО8 на период составления завещания ДД.ММ.ГГГГ, выраженности изменений памяти, интеллекта, волевых способностей, а также ответа на вопрос о возможности понимать значение своих действий и руководить ими на момент подписания завещания 15.10.2015г. предоставленных материалов недостаточно, необходимо изучение дополнительных материалов - показаний свидетелей (родственников, знакомых, друзей подэкспертной, сиделок, которые ухаживали за ней в 2015 году) о поведении ФИО8 в указанный период и приближенный к нему, особенностях ее характера, изменениях характера и поведения, странностях в высказываниях, о том, узнавала ли она родственников, знакомых, ориентировалась ли во времени, месте, какие планы высказывала о действиях со своим имуществом, в каких отношениях была с родственниками (а именно - с ФИО1, ФИО5, ФИО2).

В судебном заседании эксперт ФИО14 пояснила, что наличие признаков органического расстройства говорит о том, что у испытуемой могут иметься психические нарушения вплоть до недееспособности в зависимости от степенности выраженности, но это не обязательно. Оно может быть выражено в легкой форме, когда человек отдаёт отчет своим действиям. В представленной медицинской документации имеются лишь сведения о том, что на тот период, когда ФИО8 лечилась с травмой головы, расстройства у неё носили более выраженный характер. Между тем, это был острый период, и вполне вероятно, что позднее ее состояние значительно улучшилось. Данных по состоянию на день составления завещания не имеется. К тому же психиатром ФИО8 никогда не осматривалась. На заключение могут повлиять показания каких-нибудь двух свидетелей.

Таким образом, судить о наличии, либо отсутствии состояния, обусловленного психическим заболеванием, которое бы лишало ФИО8 в период оформления завещания ДД.ММ.ГГГГ понимать значение своих действий или руководить ими не представляется возможным по независящим от экспертов причинам.

Кроме того, учитывая вышеизложенное, суд приходит к следующему. У участников процесса противоположные пояснения, одна сторона говорит о том, что ФИО8 вела себя неадекватно, другая этого не подтверждает, однозначного ответа дать не представляется возможным. Если взять за основу показания свидетелей истца, то ФИО8 не могла осознавать значение своих действий, если стороны ответчика – то все действия наследодателя имели здравый смысл. Между тем, показания не могут быть столь диаметрально противоположны. В представленной медицинской документации на тот период однозначной информации о психическом расстройстве не имеется. Свидетельства о том, что ФИО8 была в состоянии расстроенного сознания, также отсутствуют. В момент заключения сделки медицинскими документами нарушения сознания не установлено.

Кроме всего выше сказанного, суд считает необходимым отметить, что из пояснений свидетелей следует, что почти до последних дней ФИО8 проживала одна, ответчик и его жена приходили к последней только с целью принести продукты и уборки в квартире, то есть из чего можно сделать вывод, что на момент подписания завещания она находилась в здравом уме.

На основании полной и всесторонней оценки доказательств, в частности объяснений сторон, письменных доказательств, свидетельских показаний и заключения посмертной судебной психиатрической экспертизы, допроса эксперта суд приходит к выводу, что в ходе судебного разбирательства не нашли подтверждения доводы истца о том, что в юридически значимый период (в момент составления завещания) наследодатель находился в таком состоянии, при котором не могла понимать значение своих действий и руководить ими.

Как следует из пояснений эксперта в судебном заседании на момент заключения сделки медицинскими документами нарушения сознания ФИО8 не установлено, в медицинской документации указания на это нет.

В силу норм международного права и положений Закона Российской Федерации от 2 июля 1992 года N 3185-1 "О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании" действует презумпция полноценного психического состояния здоровья гражданина пока не доказано иное. Отсутствие доказательств, подтверждающих наличие психических заболеваний или расстройств гражданина, в данном случае ФИО8, выявленных при ее жизни в юридически значимый период – ДД.ММ.ГГГГ, и отвечающих принципам относимости и допустимости средств доказывания - ст. ст. 59 и 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, сопряжено с отсутствием правовых оснований для удовлетворения иска ФИО1

Кроме того, суд считает необходимым указать, что родственные отношения предполагаемого наследника с наследодателем подразумевают не только возможность предъявить имущественные требования о наследстве, но и проявление внимания наследника к судьбе наследодателя. В силу действующего законодательства, родственники обязаны проявлять заботу и уважение друг к другу, чего не было установлено в ходе судебного разбирательства в отношениях между ФИО1 ФИО8 

Между тем, завещая имущество ДД.ММ.ГГГГ ФИО2, а не ФИО5 или ФИО1, ФИО8 высказала свою волю и желание, и по своему усмотрению распорядилась имуществом на случай своей смерти.

Более того, наличие завещания от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ФИО8 завещала все свое имущество ФИО5, отмененное в последствии распоряжением от ДД.ММ.ГГГГ, и отсутствие завещания на имя ФИО1 косвенно подтверждают показания участников процесса о наличии между умершей ФИО8 и ее внучкой ФИО1 конфликтных взаимоотношений, а также свидетельствуют об отсутствии у ФИО8 воли и желания распорядиться своим имуществом в пользу истца.

При таких обстоятельствах отсутствуют правовые основания для предоставления ФИО1 судебной защиты по избранному ею средству гражданского судопроизводства.

Учитывая, что требование о компенсации морального вреда является производным от основного требования, оно удовлетворению также не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд 

РЕШИЛ:

В удовлетворении заявления ФИО1 к ФИО2 о признании завещания недействительным и компенсации морального вреда – отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Хакасия в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Абаканский городской суд.

Председательствующий И.Е. Лобоцкая 

Мотивированное решение изготовлено и подписано 04.12.2018.

Судья И.Е. Лобоцкая