Судья – Круглякова Л.В. дело № 22- 486

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Пенза 16 мая 2018 года

Пензенский областной суд в составе председательствующего судьи Сударикова В.А., 

с участием прокурора Бубнова И.Н.,

осужденного ФИО1,

защитника - адвоката Ларина А.В.,

при секретаре Мороз М.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу и дополнения к ней осужденного ФИО1 на приговор Белинского районного суда Пензенской области от 20 марта 2018 года, которым

ФИО1, 

<

данные изъяты>, не судимый, 

признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.199.2 УК РФ (в редакции Федерального закона РФ № 250-ФЗ от 29.07.2017 года), и ему назначено наказание в виде штрафа в размере 200000 рублей в доход государства.

Приговором также разрешены вопрос о мере пресечения и судьба вещественных доказательств по делу.

Заслушав доклад судьи Сударикова В.А., объяснения осужденного ФИО1 и выступление его защитника – адвоката Ларина А.В., поддержавших доводы апелляционной жалобы и дополнений к ней, мнение прокурора Бубнова И.Н., полагавшего оставить приговор суда без изменения, суд апелляционной инстанции 

установил:

ФИО1 признан виновным и осужден за совершение сокрытия денежных средств организации, за счет которых в порядке, предусмотренном законодательством РФ о налогах и сборах, должно быть произведено взыскание недоимки по налогам, в крупном размере.

В судебном заседании суда первой инстанции ФИО1 виновным себя не признал.

Суд первой инстанции вынес указанный выше приговор.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденный ФИО1 выражает несогласие с приговором суда, считая его необоснованным и подлежащим отмене в связи с нарушением уголовно-процессуального закона; по его мнению судом были проигнорированы требования УПК РФ по проверке всех доводов стороны защиты и выполнения требований ст.73 УПК РФ; приговор основан на недопустимых доказательствах; наличие у него умысла на совершение преступления, предусмотренного ст.199.2 УК РФ, не доказано; не установлен достоверными доказательствами как сам факт недоимки, так и период времени образования недоимки; не указано кому преступлением причинен вред (не указаны ни основной, ни дополнительный объекты преступления), точно не установлен период времени совершения им длящегося преступления, учитывая, в частности, что в октябре и ноябре 2016 года из кассы предприятия никакие денежные средства не расходовались и судом установлено, что его преступные действия, касающиеся перечисления денежных средств, минуя расчетные счета ООО «

<

данные изъяты>» с помощью писем, длились до 30 мая 2016 года; автор жалобы полагает, что он, как руководитель ООО «

<

данные изъяты>», не совершал сокрытия денежных средств, а лишь направил письма распорядительного характера, которым просил руководство ОАО «

<

данные изъяты>» в счет взаиморасчетов в рамках заключенного договора поставки, минуя расчетные счета предприятия, перечислять денежные средства в адрес третьих лиц (контрагентов ООО «

<

данные изъяты>») на производственные цели, на оплату за электроэнергию, на выплату заработной платы работникам предприятия и т.п.; при этом все данные денежные операции и расчеты не противоречили действующему законодательству и вследствие этого не могут быть расценены как сокрытие денежных средств от принудительного взыскания недоимки по налогам и сборам; ссылаясь на п.20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.12.2006 года № 64 «О практике применения судами уголовного законодательства об ответственности за налоговые преступления», считает, что при описании инкриминируемого преступного деяния, предусмотренного ст.199.2 УК РФ, необходимо в обязательном порядке указывать способ передачи или направления руководителю организации требования об оплате налога, содержащего сумму задолженности и срок ее уплаты, что в предъявленном ему обвинении не указано, что являлось основанием для возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст.237 УПК РФ, не приведены данные обстоятельства и в приговоре суда; к показаниям свидетеля Ч.С.В. в той части, в которой она говорила ему о существовании задолженности по НДС и ее сумме, просит отнестись критически, т.к., будучи главным бухгалтером, она сама могла являться субъектом данного преступления, в связи с чем является заинтересованным по делу лицом; ссылаясь на протокол районной межведомственной комиссии по налогам и сборам при администрации 

<

адрес> № 4 от 25.02.2016 года, указывает, что начальник межрайонной ИФНС России № по 

<

адрес> А.Т.М. фактически разрешила ему погашать задолженность по НДС по мере возможности, т.е. в течение неопределенного периода времени; при этом считает, что моментом его официального уведомления о задолженности по НДС является получение им 23.03.2016 года справки о состоянии расчетов по налогам, сборам, пеням и штрафам из ИФНС России № по 

<

адрес>, т.к. требования № 8828 от 08.05.2015 года по взысканию с ООО «

<

данные изъяты>» недоимки по НДС в сумме 3310579 руб., на которое суд сослался в приговоре, он не получал и в то время еще не работал на предприятии; кроме того, как указывает автор жалобы, он не считает себя виновным и по причине того, что ООО «

<

данные изъяты>» находилась в трудном финансовом положении, в связи с чем он вынужден был расходовать денежные средства, поступающие в кассу организации, минуя их зачисление на расчетные счета, на которые налоговой службой были выставлены инкассовые поручения, а также направлять распорядительные письма о перечислении денежных средства на расчетные счета третьих лиц; полагает, что он фактически действовал в состоянии крайней необходимости, иначе, с учетом специфики производства на их предприятии, начался бы массовый падеж птицы, что могло бы привести к экологической катастрофе в районе и области; судом первой инстанции данные обстоятельства не исследовались и оценка им не дана; кроме того, у ООО «

<

данные изъяты>» имелось имущество, которое могло быть реализовано для погашения долгов, однако ИФНС России № по 

<

адрес> никаких мер для этого не предпринимала; полагает, что, подписывая письма в адрес руководства ОАО «

<

данные изъяты>» с просьбой производить расчеты с контрагентами, минуя счета ООО «

<

данные изъяты>», которые для них не являлись обязательными, а также направляя полученные от продажи продукции птицефабрики денежные средства на нужды предприятия он не преследовал цели намеренно скрыть данные денежные средства от ИФНС России № по 

<

адрес>; с учетом изложенного, просит обжалуемый приговор Белинского районного суда Пензенской области отменить и направить дело на новое судебное рассмотрение. 

В возражениях на апелляционную жалобу и дополнения к ней осужденного ФИО1 государственный обвинитель – старший помощник прокурора Белинского района Пензенской области ФИО2 считает приговор суда законным и обоснованным, просит оставить его без изменения, а апелляционную жалобу и дополнения к ней осужденного - без удовлетворения.

Проверив материалы дела, заслушав участников процесса, обсудив доводы апелляционной жалобы и дополнений к ней, а также возражений на них, суд апелляционной инстанции находит приговор суда законным, обоснованным и справедливым.

Оснований, указанных в ст.389.15 УПК РФ, влекущих отмену или изменение приговора, не усматривается.

Выводы суда, изложенные в приговоре, соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела и подтверждаются совокупностью исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре доказательств: 

- показаниями свидетеля Ч.С.В. – главного бухгалтера ООО «

<

данные изъяты>» о том, что в начале 2016 года, когда ФИО1 сообщил ей о том, что ему предложено занять должность генерального директора и осведомился о финансовом и хозяйственном положении фабрики, она ему подробно рассказала о том, что банковские счета предприятия заблокированы по причине недоимки по налогам, в том числе НДС, на сумму более 3 млн. рублей, что имеется картотека. После заступления на должность генерального директора, зная, что поступающие на расчетные счета фабрики денежные средства буду списываться в счет погашения задолженности по налогам, ФИО1 неоднократно давал ей и бухгалтеру Ж.Н.В. указания подготовить письма в ОАО «

<

данные изъяты>», которое является учредителем ООО «

<

данные изъяты>» и с которым заключен договор на поставку продукции, о переводе денежных средств, минуя расчетные счета ООО «

<

данные изъяты>», контрагентам их предприятия. Данные письма ФИО1 подписывал, и они электронной почтой отправлялись в ОАО «

<

данные изъяты>», которое перечисляло деньги по долгам птицефабрики на основании данных писем. Кроме того, также по указанию ФИО1, поступающие в кассу птицефабрики денежные средства, превышающие лимиты, в банк не сдавались и также расходовались на расчеты с контрагентами, на хозяйственные нужды. Во время работы генеральным директором ФИО1 неоднократно вызывался в администрацию 

<

данные изъяты> района на заседания комиссии в связи с неуплатой налогов и каждый раз она ему готовила справки о размере задолженности по налогам, кроме того на имя ФИО1 из налоговой инспекции периодически поступали требования об уплате налогов; 

- показаниями свидетеля Ж.Н.В. – бухгалтера ООО «

<

данные изъяты>», которая в части цели и обстоятельств подготовки и отправки по указанию генерального директора ФИО3 писем в адрес ОАО «

<

данные изъяты>» дала показания, аналогичные показаниям свидетеля Ч.С.В.; 

- показаниями свидетеля Щ.Е.А. – главного экономиста ООО «

<

данные изъяты>», из которых следует, что в 2014 году по результатам налоговой проверки предприятию была начислена недоимка по НДС в размере около 3 млн. рублей, которая существовала и на момент вступления в должность генерального директора ФИО1 в 2016 году. При этом, еще до вступления его в должность, сложился порядок оплаты долгов птицефабрики посредством написания писем в ОАО «

<

данные изъяты>», которое являлось учредителем ООО «

<

данные изъяты>» и с которым был заключен договор на поставку продукции, о переводе платежей за птицефабрику, минуя ее расчетные счета. ФИО1 также писал аналогичные письма и решал все финансовые вопросы через ОАО «

<

данные изъяты>»; 

- показаниями свидетеля Р.М.П. – кассира ООО «

<

данные изъяты>» о том, что во время ее работы с марта по сентябрь 2016 года имевшиеся излишки кассовой наличности в банк для зачисления на счета, которые были заблокированы, ни разу не сдавались. По указанию генерального директора ФИО1 данные денежные средства из кассы она выдавала на заработную плату, производила оплату за корма, ГСМ, телефонную связь, за электроэнергию. Кроме того, также по указанию ФИО1 деньги из кассы выдавались под отчет работникам Ч.С.В., Щ.Е.А., М.Н.М., М.А.И. 

- показаниями свидетеля – главного инженера ООО «

<

данные изъяты>» М.Н.М., согласно которых он, а также экономист Щ.Е.А., кассир Р.М.П., главный бухгалтер Ч.С.В. и ветеринарный врач М.А.И. периодически брали по указанию ФИО1 в кассе предприятия под отчет денежные средства на различные производственные нужды. При этом ему было известно, что счета ООО «

<

данные изъяты>» в банках были заблокированы, расчет производился наличными денежными средствами либо путем безналичных перечислений ОАО «

<

данные изъяты>» по письмам птицефабрики; 

- показаниями свидетеля – главы КФХ «В» Е.Ф.И. и главы КФХ «М.» М.Н.Ю. о том, что за поставленную ими продукцию в ООО «

<

данные изъяты>» в 2016 году денежные средства за данную птицефабрику поступали им с расчетного счета ОАО «

<

данные изъяты>»;

- письмами генерального директора ООО «

<

данные изъяты>» ФИО1 в адрес генерального директора ОАО «

<

данные изъяты>»;

- платежными поручениями ОАО «

<

данные изъяты>»; 

- показаниями свидетеля Н.Л.В. – начальника отдела по доходам управления финансов администрации 

<

адрес> и члена районной межведомственной комиссии по налогам и сборам при указанной администрации, согласно которых, из-за того, что ООО «

<

данные изъяты>» имела задолженность по налогам и сборам, 25 февраля, 25 марта и 8 апреля 2016 года птицефабрика рассматривалась на комиссии в присутствии генерального директора ООО «

<

данные изъяты>» ФИО1 и начальника МИФНС А.Т.М., которая детально излагала данные о конкретных размерах задолженности птицефабрики по налогам. ФИО1 при этом также выступал, не отрицал наличие задолженности по НДС и обещал по мере возможности оплатить налоги предприятия;

- показаниями начальника межрайонной ИФНС России № по 

<

адрес> А.Т.М. и сотрудников данной инспекции Н.Ж.Ю., С.С.В., П.Н.П., С.Т.М. и К.Р.П.;

- решениями налогового органа, включая решение налогового органа о взыскании налога № 15485 от 02.06.2015 года, согласно которого недоимка по налогам ООО «

<

данные изъяты>» составила 3310579 рублей;

- протоколами заседаний районной межведомственной комиссии по налогам и сборам при администрации 

<

адрес> от 25 февраля, 25 марта и 8 апреля 2016 года, в ходе которых лично присутствовал генеральный директор ООО «

<

данные изъяты>» ФИО1 и который 25 февраля 2016 года сообщал о размере имеющейся у предприятия задолженности по налогам (НДС); 

- постановлением по делу об административном правонарушении № 17 от 14.06.2016 года, в соответствии с которым ФИО1 был признан виновным по ч.5 ст.14.13 КоАП РФ и подвергнут административному наказанию в виде штрафа; 

- показаниями руководителей ОАО «

<

данные изъяты>» Ш.И.Н. и Л.А.А. в которых они подтвердили факт направления им ФИО1 распорядительных писем на перечисление денежных средств, принадлежащих ООО «

<

данные изъяты>», и опровергли показания ФИО1 о том, что он осуществлял сокрытие денежных средств птицефабрики и не платил налоги по их указанию;

- заключением экспертизы № от 31.05.2017 года, согласно выводов которой в период с 16 февраля по 24 ноября 2016 года сумма денежных средств, перечисленная контрагентами ООО «

<

данные изъяты>» в адрес иных организаций на основании писем генерального директора ООО «

<

данные изъяты>» ФИО1 составила 3369634 рубля, сумма денежных средств, израсходованных из кассы ООО «

<

данные изъяты>» (в том числе подотчетным лицам), за исключением выплат по исполнительным и платежным документам о возмещении вреда, причиненного жизни и здоровью, о взыскании алиментов, об оплате труда, платежей по налогам в бюджет и страховым взносам в государственные внебюджетные фонды РФ, при условии выплаты задолженности по алиментам и заработной плате, составила 5403898 рублей 97 копеек, в этот же период времени с расчетных счетов ООО «

<

данные изъяты>» на расчеты по налогам и сборам было израсходовано 74360 рублей; 

- другими изложенными в приговоре доказательствами. 

Достоверность показаний допрошенных по делу свидетелей обвинения у суда апелляционной инстанции сомнений не вызывает, поскольку оснований для оговора ФИО1 у них не имеется, их показания согласуются между собой, соответствуют материалам уголовного дела, дополняют друг друга и содержат исчерпывающие сведения относительно обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу. Оценку доказательств судом первой инстанции, суд апелляционной инстанции находит верной, как с точки зрения относимости, допустимости и достоверности каждого из них, так и с точки зрения достаточности всей их совокупности для принятия правильного решения по делу и считает обоснованным вывод суда о виновности ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления.

Доводы, изложенные в жалобе осужденного, об отсутствии в его действиях состава преступления и недоказанности его вины, являются несостоятельными и опровергаются материалами уголовного дела.

Ссылка в жалобе осужденного ФИО1 на то, что умысел на совершение им преступления стороной обвинения не доказан, что заинтересованности в сокрытии денежных средств организации у него не было, а напротив его действия, при направлении писем о проведении взаиморасчетов, были направлены на поддержание работоспособности производства, не опровергает выводы суда о его виновности в совершении инкриминируемого преступления. Судом первой инстанции достоверно установлено, что ФИО1 уже на момент вступления в должность генерального директора ООО «

<

данные изъяты>» был достоверно осведомлен о том, что счета организации заблокированы в связи с задолженностью организации по уплате налогов, и как генеральный директор обязан был руководствоваться требованиями закона об обязанности в первую очередь погасить задолженность перед государством по уплате налогов. Однако он, выполняя управленческие функции в своей организации, направляя письма в ОАО «

<

данные изъяты>» по проведению расчетов, минуя счета ООО «

<

данные изъяты>», а также давая указания о расходовании поступающих в кассу птицефабрики сверх установленного лимита денежных средств на расчеты с контрагентами, совершил сокрытие денежных средств организации, за счет которых, в порядке, предусмотренном законодательством РФ о налогах и сборах, должно быть произведено взыскание недоимки по налогам и сборам, в крупном размере.

При этом судом с достоверностью было установлено и то, что при наличии недоимки по налогам ФИО1 имел реальную возможность ее погашать, так как размер денежных средств, которые в нарушение действующего законодательства были проведены, минуя счета ООО «

<

данные изъяты>», а также размер денежных средств, которые поступали в кассу птицефабрики сверх установленных лимитов и были израсходованы по указанию ФИО1 на расчеты с контрагентами, позволял это делать, но несмотря на это, практически все указанные денежные средства были использованы на платежи, следующие за очередностью, предусматривающей платежи в бюджет и внебюджетные фонды. 

Указанные установленные обстоятельства опровергают доводы ФИО1 и его защитника об отсутствии у осужденного реальной возможности погашения задолженности по налогам (сборам).

Кроме того, анализируя данные доводы стороны защиты и имеющиеся в деле доказательства, характеризующие экономическое состояние ООО «

<

данные изъяты>» и деятельность в нем ФИО1 в качестве генерального директора, суд апелляционной инстанции считает, что гражданско-правовой и частный интерес хозяйствующего субъекта не может быть признан более значимым, нежели интерес общественный и государственный. 

При этом, ФИО1 не действовал в состоянии крайней необходимости, поскольку его действия, вопреки доводам апелляционной жалобы и дополнений к ней, не были направлены на предотвращение техногенных или экологических катастроф, социального взрыва либо гибели людей, т.е. не были направлены на устранение опасности, угрожающей интересам общества или государства. Фактически, как это следует из исследованных и приведенных в приговоре доказательств, все совершаемые ФИО1 действия с активами руководимого им предприятия были направлены лишь на соблюдение коммерческого интереса. 

Ссылка в апелляционной жалобе осужденного на то, что у налоговых органов в период работы ФИО1 в ООО «

<

данные изъяты>» имелась возможность взыскать задолженность по налогам за счет иного имущества предприятия, является несостоятельной, так как не влияет на квалификацию действий ФИО1

Изложенные в приговоре выводы суда основаны на исследованных в ходе судебного разбирательства доказательствах и соответствуют им. Как следует из материалов уголовного дела, судом были надлежащим образом исследованы все представленные сторонами доказательства, разрешены по существу заявленные участниками процесса ходатайства. В приговоре суд подробно изложил мотивы, по которым он принял одни доказательства и отверг другие, вследствие чего доводы жалобы осужденного о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела и о необоснованном привлечении его к уголовной ответственности по настоящему уголовному делу, не могут быть признаны обоснованными.

С учетом изложенного выше, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст.ст. 17, 87 и 88 УПК РФ, правомерно и обоснованно оценил все представленные суду доказательства, в том числе, показания осужденного ФИО1 и свидетелей по делу. Тщательно проанализировав представленные доказательства, проверив и сопоставив их между собой, а также дав каждому из них оценку, суд правильно квалифицировал действия осужденного по ч.1 ст.199.2 УК РФ.

Суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о недостоверности доводов стороны защиты, сослался на то обстоятельство, что все они объективно опровергаются не только показаниями свидетелей обвинения, которые будучи предупрежденными за дачу заведомо ложных показаний, давали логичные и последовательные показания, но и письменными материалами уголовного дела, в том числе заключениями экспертиз и другими доказательствами, подробно приведенными в приговоре суда, сомневаться в достоверности которых, оснований не имеется.

При этом, суд апелляционной инстанции отмечает, что из представленных материалов уголовного дела следует, что оно расследовано и рассмотрено с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации, в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон, нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену или изменение приговора, по делу допущено не было. Вопреки доводам стороны защиты, обстоятельств, препятствующих рассмотрению уголовного дела судом и исключающих возможность постановления судом приговора или иного судебного решения, равно как и оснований для возвращения дела в порядке ст.237 УПК РФ прокурору не имелось, поскольку обвинительное заключение по делу составлено с соблюдением требований ст.220 УПК РФ, с указанием существа обвинения, места и времени совершения преступления, его способов, мотивов, целей, последствий и других обстоятельств, имеющих значение для данного уголовного дела. Данные обстоятельства нашли свое отражение и в приговоре суда.

Иных нарушений уголовно-процессуального закона, каким-либо образом ограничивающих права участников судопроизводства и способных повлиять на правильность принятого в отношении ФИО1 судебного решения, в ходе расследования настоящего дела и рассмотрения его судом, также допущено не было.

Наказание назначено ФИО1 в соответствии с требованиями ст.ст. 6, 60 УК РФ, с соблюдением принципа законности и справедливости, с учетом степени и характера общественной опасности содеянного, конкретных обстоятельств дела, смягчающих наказание ФИО1 обстоятельств и данных о его личности, влияния назначенного наказания на исправление осужденного. 

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание осужденного ФИО1, суд признал положительные характеристики осужденного, отсутствие у него судимости, наличие у него на иждивении 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> детей и то обстоятельство, что он является пенсионером, учтено было судом при назначении наказания также материальное и семейное положение ФИО1, сведения о его возрасте и состоянии здоровья. Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1, суд не усмотрел и с учетом всех вышеприведенных обстоятельств обоснованно назначил ему минимальное наказание, предусмотренное санкцией ч.1 ст.199.2 УК РФ, в виде штрафа в размере 200 000 рублей.

Оснований для применения при назначении наказания положений ст. 64 УК РФ суд первой инстанции не усмотрел, с чем соглашается и суд апелляционной инстанции.

Таким образом, оснований для отмены или изменения приговора по доводам апелляционной жалобы и дополнений к ней осужденного ФИО1 не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.389.13, 389.20, 389.28 и 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Белинского районного суда Пензенской области от 20 марта 2018 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционную жалобу и дополнения к ней осужденного ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий В.А. Судариков