Дело №2-185/2023

УИД 22RS0020-01-2022-004401-60

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

06 сентября 2023 года г.Барнаул

Октябрьский районный суд г.Барнаула Алтайского края в составе председательствующего судьи Савищевой А.В., при ведении протокола секретарем ФИО3, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению страхового акционерного общества «ВСК» к ФИО1 о взыскании суммы неосновательного обогащения

УСТАНОВИЛ:

страховое акционерное общество "ВСК" (далее - САО «ВСК») обратилось в суд с исковым заявлением о взыскании неосновательного обогащения.

Требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ произошло дорожно-транспортное происшествие (далее - ДТП) с участием автомобилей Volkswagen Touareg, рег. знак №, владельцем которого является ответчик ФИО1, под управлением ФИО7, и автомобиля Mazda 3, рег. знак №, которым управляла ФИО8

Как указывает страховщик, вина в ДТП не установлена и являлась обоюдной, однако вследствие предоставления неполного пакета административного материала, ободная вина не была учтена, и САО «ВСК», как страховщик ФИО1, по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, ошибочно выплатило ФИО1 полную сумму страхового возмещения в размере 351 854 руб., вместо предусмотренных в случае невозможности определить вину в ДТП 50% от страховой суммы 175 927 руб.

Ссылаясь на изложенное, полагая о возникновении на стороне ответчика неосновательного обогащения, САО «ВСК» просило взыскать со ФИО1 в свою пользу сумму неосновательного обогащении в размере 175 927 руб. и расходы по уплате государственной пошлины.

Определением суда, занесенным в протокол судебного заседания, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен водитель автомобиля Volkswagen Touareg – ФИО7, водитель автомобиля Mazda 3 – ФИО8, страховщик участника ДТП ФИО8 – АО СК «МАКС».

В судебном заседании представитель третьего лица ФИО7 – ФИО9 полагала об отсутствии оснований для удовлетворения иска, поскольку виновным в дорожно-транспортном происшествии лицом является ФИО8 Заключение судебной экспертизы с учетом дополнения к нему свидетельствуют о том, что ФИО8 начала движение на запрещающий сигнал светофора.

Представитель истца САО «ВСК», ответчик ФИО1, третьи лица ФИО7, АО СК «МАКС» в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом. 

На основании ст.167 ГПК РФ, суд полагает возможным рассмотреть дело при данной явке.

Выслушав представителя третьего лица, ранее опросив эксперта, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Нормы, регулирующие обязательства вследствие неосновательного обогащения, установлены главой 60 ГК РФ.

В соответствии с п. 1 ст. 1102 ГК РФ, Лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

В силу ст. 1103 ГК РФ, Поскольку иное не установлено настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений, правила, предусмотренные настоящей главой, подлежат применению также к требованиям: 1) о возврате исполненного по недействительной сделке; 2) об истребовании имущества собственником из чужого незаконного владения; 3) одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством; 4) о возмещении вреда, в том числе причиненного недобросовестным поведением обогатившегося лица.

Согласно п. 3 ст. 1109 ГК РФ, не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения: 1) имущество, переданное во исполнение обязательства до наступления срока исполнения, если обязательством не предусмотрено иное; 2) имущество, переданное во исполнение обязательства по истечении срока исковой давности; 3) заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки; 4) денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

Из изложенного следует, что неосновательное обогащение имеет место в случае приобретения или сбережения имущества в отсутствие на то правовых оснований, то есть неосновательным обогащением является чуже имущество, включая денежные средства, которые лицо, приобрело (сберегло) за счет другого лица (потрепевшего_) без оснований, предусмотренных законом или сделкой. Неосновательное обогащение возникает при наличии одновременно следующих условий: имело место приобретение или сбережение имущества, приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого лица произведено в отсутствие правовых оснований, то есть не основано ни на законе, ни на иных правовых актах, ни на сделке. 

В соответствии с п. 1,2 ст. 15 ГК РФ, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Статьей 931 ГК РФ предусмотрено, когда ответственность за причинение вреда застраховала в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

В соответствии с п. 4 ст.14.1 Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», страховщик, который застраховал гражданскую ответственность потерпевшего, осуществляет возмещение вреда, причиненного имуществу потерпевшего, от имени страховщика, который застраховал гражданскую ответственность лица, причинившего вред (осуществляет прямое возмещение убытков), в соответствии с предусмотренным статьей 26.1 настоящего Федерального закона соглашением о прямом возмещении убытков в размере, определенном в соответствии со статьей 12 настоящего Федерального закона.

Согласно п. 22 ст. 12 указанного закона, если все участники дорожно-транспортного происшествия признаны ответственными за причиненный вред, страховщики осуществляют страховое возмещение в счет возмещения вреда, причиненного в результате такого дорожно-транспортного происшествия, с учетом установленной судом степени вины лиц, гражданская ответственность которых ими застрахована.

Аналогичные по существу разъяснения даны в пункте 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 г. N 31 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств".

В таком случае страховые организации производят страховые выплаты в равных долях от размера ущерба, понесенного каждым потрепевшим (абзац 4 п. 22 ст. 12 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств»).

Как установлено судом и следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ в 16.00 часов на 

<

адрес>, произошло дорожно-транспортное происшествие (далее - ДТП) с участием автомобилей Volkswagen Touareg, рег. знак №, владельцем которого является ответчик ФИО1, под управлением ФИО7, и автомобиля Mazda 3, рег. знак №, которым управляла ФИО8

ФИО8, управляя автомобилем Mazda 3, рег. знак №, следуя по 

<

адрес> от 

<

адрес>, повернула на 

<

адрес>, в тот же момент времени водитель автомобиля Volkswagen Touareg, рег. знак № ФИО7, двигаясь по 

<

адрес> со стороны 

<

адрес>, приступил к пересечению перекрестка, после чего в точке пересечения крайней левой полосы 

<

адрес> по направлению к 

<

адрес> произошло столкновение указанных автомобилей.

Транспортные средства получили повреждения, ФИО8 получила телесные повреждения, не причинившие вреда ее здоровью.

Непосредственно после ДТП водителем автомобиля Mazda ФИО8 даны объяснения о том, что она двигалась по 

<

адрес> от 

<

адрес> к 

<

адрес> со скоростью 45 км/ч в левом ряду, поворачивая на 

<

адрес> налево на мигающий зеленый сигнал светофора. Автомобиль второго участника ДТП двигался от 

<

адрес>, в сторону 

<

адрес> прямо. На дату ДТП автомобиль был технически исправен. ДТП произошло на перекрестке 

<

адрес> и 

<

адрес>. 

Как следует из объяснений водителя автомобиля Volkswagen Touareg, рег. знак №, ФИО7, он двигался по 

<

адрес> от 

<

адрес> в сторону 

<

адрес>, остановился перед светофором перед 

<

адрес>, дождался зеленого сигнала светофора и начал движение, выехав на перекресток почувствовал удар в левую переднюю часть своего автомобиля, после чего предпринял экстренное торможение и остановился. После чего увидел, что допустил столкновение с автомобилем Mazda. До ДТП автомобиль Volkswagen Touareg был полностью технически исправен. После ДТП выяснилось, что автомобиль Мазда двигался с 

<

адрес> в сторону 

<

адрес>, что имеется видеорегистратор, запись которого предоставить не может. В дополнении к объяснениям указано, что когда загорелся зеленый сигнал светофора, ФИО7 начал движение не сразу и поехал не быстро, с момента загорания зеленого сигнала светофора до столкновения произошло около 10 секунд. Автомобиль Mazda двигался на большой скорости, поэтому ФИО7 затормозить не успел. В видеорегистраторе оказалась неисправна флэш-карта, отсутствует запись за два месяца до ДТП. После ДТП ФИО8 вину не отрицала, изменила свое мнение после приезда кого-то из знакомых на место ДТП.

Вместе с тем, в судебном заседании, до проведения судебной экспертизы, ФИО7 указал, что в пояснениях, данных им в административном материале он ошибочно указал время 10 секунд, на самом деле с момента загорания зеленого сигнала светофора до столкновения прошло около 5 секунд.

По факту ДТП инспектором ГИБДД УМВД России по г. Барнаулу 24.01.2022 вынесены определения об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении в отношении ФИО8, ФИО7 ввиду отсутствия в их действиях состава административного правонарушения. 

Постановлением инспектора ИАЗ ОИАЗ ОГИБДД УМВД России по г. Барнаулу от 24.01.2022 производство по делу об административном правонарушении № по сообщению о получении телесных повреждений ФИО8 в результате ДТП прекращено за отсутствием состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.24 КоАП РФ.

На момент ДТП ответственность владельцев участвовавших в нем транспортных средств была застрахована на условиях и в порядке, которые установлены Федеральным законом от 25 апреля 2002 г. N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" (далее - Закон об ОСАГО) и в соответствии с ним, ФИО8 – в АО СК «МАКС», ФИО1 – САО «ВСК». 

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратилась в САО «ВСК» с заявлением о страховом возмещении, предоставив в качестве приложения к нему копии следующих документов об административном правонарушении: определение о возбуждении дела об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ по факту получения ФИО8 телесных повреждений в результате ДТП ДД.ММ.ГГГГ, постановление о прекращении производства по делу об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ по сообщению о получении ФИО8 телесных повреждений, сведения о ДТП от ДД.ММ.ГГГГ, определения об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении в отношении ФИО8, ФИО7 ввиду отсутствия в их действиях состава административного правонарушения.

ДД.ММ.ГГГГ представителем страховщика в присутствии страхователя произведен осмотр поврежденного транспортного средства, согласно калькуляции № по определению стоимости восстановительного ремонта, стоимость восстановительного ремонта автомобиля Volkswagen Touareg, рег. знак №, составила с учетом износа 300 694 руб.

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и САО «ВСК» заключено соглашение об урегулировании страхового случая без проведения технической экспертизы, согласно которому в пользу ФИО1 будет осуществлено страховое возмещение в размере 351 854 руб., при этом согласно п. 3.2, 3.3. соглашения, страховщик осуществляет выплату возмещения в размере, установленном п. 3.1 соглашения с учетом степени виновности (невиновности) участников ДТП в соответствии с представленными документами… (п. 3.2); в случае установления компетентными органами иной степени вины участников ДТП, чем стороны исходили на момент заключения настоящего соглашения, стороны производят перерасчет размера страхового возмещения, исходя из суммы, указанной в п. 3.1 соглашения, путем определения доли от указанной суммы, соответствующей степени вины причинителя вреда, установленной компетентными органами, взаиморасчеты производятся в течение пяти дней с момента предъявления одной стороной соответствующего требования другой стороне.

САО «ВСК» выплатило владельцу автомобиля Volkswagen Touareg, рег. знак № – ответчику ФИО1, страховое возмещение в размере 351 854 руб., что подтверждается платежным поручением № от ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии со ст. 56 ГПК, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции рФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющей принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено законом. 

Согласно ст. 67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

В ходе судебного разбирательства третье лицо – водитель, управлявший транспортным средством Volkswagen Touareg – ФИО7 вину в ДТП оспаривал в полном объеме, по его ходатайству для разрешения вопросов, требущих специальных познаний, судом по делу назначена экспертиза, проведение которой поручено Алтайской краевой общественной организации специалистов судебно-технической экспертизы.

Как следует из заключения судебной экспертизы № 3 от 28.03.2023, стадии сближения автомобилей определяются двумя возможными вариантами.

- водитель автомобиля Мазда 3 следовала по 

<

адрес> от 

<

адрес> со скоростью 45 км/Ч в левом ряду, повернула на 

<

адрес> налево на красный сигнал светофора. В этот же момент времени водитель автомобиля Вольцваген туарег на зеленый сигнал светофора приступил к пересечению перекрестка, таким образом, водитель автомобиля Мазда 3 допустила столкновение с автомобилем Вольцваген. При этом время следования автомобиля Вольцваген от стоп-линии до столкновения является, с технической точки зрения, непротиворечивым;

- водитель автмобиля Мазда 3, следовала по 

<

адрес> от 

<

адрес> в левом ряду со скоростью 45 км/ч, повернула налево на мигающий сигнал светофора. В этот же момент времени водитель автомобиля Вольцваген сразу приступил к движению на зеленый сигнал светофора. В результате сложившейся дорожной ситуации водитель автомобиля ФИО2 допустила столкновение с автомобилем Вольцваген. 

Экспертом заключено, что наиболее вероятным механизмом сближения автомобилей является тот, при котором водитель автоомбиля Мазда 3 приступила к пересечению перекрестка на мигающий зеленый и водитель автомобиля Вольцваген приступил к пересечению перекрестка на зеленый сигнал светофора. 

Место первичного контакта расположено в точке пересечения крайней левой полосы 

<

адрес> по направлению к 

<

адрес> и правой полосы 

<

адрес> со стороны 

<

адрес>.

При первом указанном экспертом механизме сближения транспортных средств, водитель автомобиля Вольцваген должен был руководствоваться требованиями п. 10.1 абзац 2 ПДД РФ. Водитель автомобиля Мазда 3 – требованиями п. 1.3 ПДД РФ.

При втором варианте развития событий, водитель автомобиля Вольцваген должен был руководствоваться требованиями п. 10.1 абзац 2, 13.8 ПДД РФ. Водитель автомобиля Мазда 3 – п. 10.1 абз. 2 ПДД РФ.

На основании проведенного исследования экспертом установлено, что в первом случае действия водителя автомобиля Мазда 3 противоречат п. 1.3 ПДД РФ., при втором варианте – действия водителя автомобиля Вольцваген – противоречат положениям п. 13.8 ПДД РФ. 

Момент возникновения опасности, наличие возможности водителя автомобиля Вольцваген, Мазда 3 предотвратить столкновение не представляется возможным ввиду отсутствия информации о скорости автомобиля, невозможности сопоставления величины остановочного пути с удалением ТС от столкновения в момент возникновения.

Опрошенный в судебном заседании эксперт ФИО4 выводы, изложенные в экспертном заключении поддержал. 

Избрание второго варианта механизма сближения транспортных средств (при выезде ФИО8 на мигающий зеленый сигнал светофора) мотивировал тем, что при данном механизме, с учетом режима работы светофорных объектов, представленного в административном материале, объяснения участников ДТП не противоречат друг другу, принимая в расчет объяснения, данные ФИО7 первоначально, о том, что с момента загорания зеленого сигнала светофора до начала движения прошло около 10 секунд.

Эксперт пояснил, что ввиду отсутствия видеозаписи момента ДТП, и иных доказательств, кроме фотографий места ДТП и объяснений водителей-участников, объективно отсутствовала возможность установить, на какой сигнал светофора преступила к пересечению перекрестка водитель ФИО8, для установления наиболее вероятного механизма эксперт исходил из сопоставления объяснений участников ДТП в непротиворечащей друг другу части.

Поскольку третье лицо ФИО7 в судебном заседании до назначения по делу экспертизы уточнил пояснения, содержащиеся в административном материале, указав, что с момента загорания зеленого сигнала светофора до столкновения прошло около 5 секунд, эксперту судом предложено подготовить дополнительный расчет времени, необходимого с учетом реакции водителя с учетом нахождения автомобиля в состоянии покоя у стоп-линии, и начала движения с момента загорания для него зеленого сигнала.

Как следует из дополнительного расчета к экспертному заключению, водитель автомобиля Вольцваген ФИО7 мог преодолеть расстояние от стоп-линии до места первичного контакта с автомобилем Мазда 3 с учетом нахождения автомобиля в состоянии покоя у стоп-линии, и начала движения с момента загорания для него зеленого сигнала светофора за 5,03….6,23 секунды.

Судом установлено, что при движении автомобиля Мазда 3 по 

<

адрес> перед выездом на 

<

адрес> действия водителя регулировались светофором, обозначенном в режиме работы, как «

<

адрес> по ст. 

<

адрес>», водителя Вольцваген Туарег – светофором «

<

адрес> со ст. 

<

адрес>».

Согласно заключению судебной экспертизы (л.д. 117), исходя из скорости движения автомобиля Мазда 3 45 км/ч (12,5 м/с), как указано ФИО10 в объяснениях в административном материале, расстояние, которое необходимо было преодолеть ей до места столкновения – максимум 56 м., от стоп-линии на светофоре «

<

адрес> со 

<

адрес>» до места столкновения автомобиль Мазда 3 преодолел на 4,48 сек.

В судебном заседании, с учетом представленной в экспертном заключении масштабной схемы (рис. №4, д.л. 118), а также режима работы светофорного объекта, представленного в административном материале, заслушав повторно пояснения эксперта ФИО4 с учетом дополнительного расчета, судом установлено следующее.

В том случае, если водитель ФИО5 пересекла стоп-линию на зеленый мигающий сигнал светофора, длительность горения которого составляет три секунды, при учете времени до столкновения 4,48 сек., объяснения участников ДТП противоречат друг другу, а также не соответствуют выводам, изложенным в судебной экспертизе, о том, что водитель ФИО7 пересек стоп-линию на зеленый сигнал светофора с начала движения его автомобиля до момента столкновения прошло не более 6,23 секунд.

Вместе с тем, в том случае, если водитель ФИО8 пересекла стоп-линию на желтый либо красный сигнал светофора, изложенное не входит в противоречие с объяснениями водителя ФИО7 о пересечении им стоп-линии на зеленый сигнал светофора и выводами экспертного заключения о времени, необходимом обоим водителям для преодоления расстояния до места столкновения с учетом скорости движения транспортных средств, указанной самими водителями, а также согласуется с режимом работы светофорного объекта.

Таким образом, с учетом пояснений водителя ФИО7, согласующихся в дополнительным расчетом к экспертному заключению, принимая во внимание, что при составлении заключения судебной экспертизы экспертом не были приняты во внимание пояснения водителя ФИО7, изложенные в протоколе судебного заседания, о времени, прошедшем с момента загорания зеленого сигнала светофора по его полосе движения, до столкновения, принимая во внимание пояснения эксперта ФИО4 о том, что таком случае изложенное согласуется с выводами дополнительного расчета, режимом работы светофорного объекта, суд приходит к выводу, что при обстоятельствах ДТП ДД.ММ.ГГГГ имел место механизм сближения транспортных средств, при котором водитель ФИО8 допустила пересечение стоп-линии на запрещающий сигнал светофора.

В соответствии с п. 1.3 ПДД РФ, участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами.

Требования п. 13.8 ПДД РФ гласят: при включении разрешающего сигнала светофора водитель обязан уступить дорогу транспортным средствам, завершающим движение через перекресток, и пешеходам, не закончившим переход проезжей части данного направления.

Согласно абз. 2 п. 10.1 ПДД РФ, водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

С учетом изложенного, при обстоятельствах пересечения водителем ФИО8 стоп-линии на желтый либо красный (запрещающий) сигнал светофора, в ее действиях усматриваются нарушения п. 1.3 ПДД РФ, что состоит в прямой причинно-следственной связи с ДТП ДД.ММ.ГГГГ, при этом в действиях водителя ФИО7 нарушения требований п. 13.8 отсутствуют. 

С учетом изложенного, суд не усматривает обоюдную винц каждого из водителей, с учетом допущенных ФИО8 нарушений и отсутствия доказательств нарушения водителем ФИО7 ПДД РФ.

При таких обстоятельствах, когда обязанность по выплате страхового возмещения была исполнена страховщиком САО «ВСК» в полном объеме, что и было необходимо, с учетом не установления ободной вины участников ДТП, сумма в размере 50% от выплаченного страхового возмещения не подлежит взысканию с ФИО1 в пользу САО «ВСК». 

Поскольку в удовлетворении требований отказано, в соответствии с положениями ст. 98 ГПК РФ, расходы по оплате государственной пошлины не подлежат взысканию.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования страхового акционерного общества «ВСК» к ФИО1 о взыскании суммы неосновательного обогащения оставить без удовлетворения.

Взыскать со страхового акционерного общества «ВСК» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу Алтайской краевой общественной организации специалистов судебно-технической экспертизы (ИНН 

<

***>) за проведение судебной автотехнической (транспортно-трасологической) экспертизы 23 000 руб.

Решение может быть обжаловано в Алтайский краевой суд путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд г.Барнаула в течение месяца с момента принятия его в окончательной форме.

Председательствующий А.В. Савищева