РЕШЕНИЕ

по делу № 2-58/2019

Именем Российской Федерации

15 февраля 2019 г.

Ленинский районный суд г. Тамбова в составе:

председательствующего судьи Изгарёвой И.В.,

при секретаре Морозове А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ПАО СК «Росгосстрах» в лице Тамбовского филиала о взыскании страхового возмещения, неустойки и убытков и встречному иску ПАО СК «Росгосстрах» в лице Тамбовского филиала к ФИО1 и ФИО2 о признании договора цессии недействительным,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ПАО СК «Росгосстрах» в лице филиала в Тамбовской области о взыскании страхового возмещения, неустойки и убытков.

ПАО СК «Росгосстрах» в лице Тамбовского филиала обратилось в суд со встречным иском к ФИО1 и ФИО2 о признании договора цессии недействительным

В обоснование первоначального иска указано, что 10.03.2018 г. в 18 ч. 29 мин. в районе *** произошло ДТП с участием автомобиля «***», регистрационный номер ***, принадлежащего ФИО2 на праве собственности и автомобиля ***, регистрационный номер *** под управлением П. А.А.

В результате указанного ДТП автомобиль ФИО2 получил технические повреждения. Гражданская ответственность обоих участников на момент ДТП была застрахована в ПАО СК «Росгосстрах».

16.03.2018 г. между ФИО1 и ФИО2 был заключен договор уступки прав (требований) № 017/18 по вышеуказанному ДТП. ФИО1 обратился к ответчику с заявлением о выплате страхового возмещения, однако ответчик никаких выплат истцу не произвел.

Для определения стоимости восстановительного ремонта спорного автомобиля, истец обратился к ИП С. А.А., по заключению которого стоимость восстановительного ремонта данного автомобиля с учетом износа составила 226 500 рублей.

25.05.2018 г. истец обратился к ответчику с претензией, однако до настоящего времени никакого ответа не получил.

Истец просил взыскать с ответчика сумму страхового возмещения в размере 226 500 рублей, неустойку в размере 86070 рублей, убытки в размере 6000 рублей и судебные расходы.

Впоследствии первоначальный истец уточнил свои требования, просил взыскать с ответчика страховое возмещение в сумме 206744 рубля, неустойку в сумме 434162 рубля 40 копеек, убытки в сумме 6000 рублей, а также судебные расходы.

В обоснование встречного иска ПАО «Росгосстрах» указало, что в соответствии с п. 15.1. ст. 12 ФЗ от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» страховое возмещение вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в РФ, осуществляется путем организации и (или) оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего (возмещение причиненного вреда в натуре).

В соответствии с п. 57 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.12.2017 № 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» если договор обязательного страхования заключен причинителем вреда после 27 апреля 2017 г., страховое возмещение вреда в связи с повреждением легкового автомобиля, находящегося в собственности гражданина (в том числе имеющего статус индивидуального предпринимателя) и зарегистрированного в Российской Федерации, в силу пункта 15.1 статьи 12 Закона об ОСАГО осуществляется путем организации и (или) оплаты восстановительного ремонта (обязательный восстановительный ремонт).

Ответственность виновника вышеназванного ДТП была застрахована по договору от 21.08.2017г., заключенному с ПАО СК «Росгосстрах», то есть после 27.04.2017 г., в связи с чем к ДТП, произошедшему 10.03.2018 г. применимы положения Закона об ОСАГО с учетом изменений, внесенных ФЗ от 28.03.2017г. № 49-ФЗ. То есть обязательства страховщика по возмещению ущерба в данном случае осуществляются путем организации и (или) оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства.

16.03.2018 г. между ФИО2. и ФИО1 заключен договор уступки прав (цессия) № 017/18, согласно которому ФИО2 передал ФИО1 право требования страхового возмещения (исполнения обязательств в полном объеме в получении страхового возмещения в соответствии с Законом об ОСАГО и иных выплат).

ПАО СК «Росгосстрах» полагает, что представленный ФИО1 договор уступки прав (цессии) № 017/18 от 16.03.2018 г. является недействительным (ничтожным) в силу ст. 383 ГК РФ, которая устанавливает запрет на уступку другому лицу прав (требований), если их исполнение предназначено лично для кредитора – гражданина, либо иным образом неразрывно связано с его личностью.

Пунктом 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки» установлено, что уступка права, совершенная в нарушение законодательного запрета, является ничтожной (пункт 2 статьи 168 ГК РФ, пункт 1 статьи 388 ГК РФ).

Сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы, например, сделки о залоге или уступке требовании, неразрывно связанных с личностью кредитора (пункт 1 статьи 336, статья 383 ГК РФ), сделки о страховании противоправных интересов (статья 928 ГК РФ). 

Натуральная форма исполнения обязательств направлена на защиту имущественных интересов потерпевшего, при этом ремонт транспортного средства осуществляется исключительно в пользу последнего, что указывает на неразрывность обязательств страховщика с личностью потерпевшего (кредитора), а также указывает на существенное значение личности кредитора для должника. Таким образом, спорная сделка является ничтожной в силу прямого запрета, установленного законом.

В силу ст. 209 ГК РФ правом на распоряжение имуществом обладает только собственник, право передачи транспортного средства на СТОА, а равно распоряжение имуществом сохраняется за собственником. Таким образом, личность кредитора имеет для страховщика существенное значение, так как цессионарий не обладает правом распоряжаться имуществом потерпевшего.

ПАО СК «Росгосстрах» просило признать договор уступки прав (цессии) № 017/18 от 16.03.2018 г., заключенный между ФИО2 и ФИО1, нeдeйcтвитeльным (ничтожным), а также взыскать с ФИО1 и ФИО2 солидарно в пользу ПАО СК «Росгосстрах» расходы по оплате госпошлины за подачу искового заявления в размере 6000 рублей.

В ответ на встречный иск ФИО1 в лице своего представителя ФИО3 подал возражения, в которых указал, что пунктом 1 статьи 956 ГК РФ предусмотрено, что страхователь вправе заменить выгодоприобретателя, названного в договоре страхования, другим лицом, письменно уведомив об этом страховщика.

Выгодоприобретатель не может быть заменен другим лицом после того, как он выполнил какую-либо из обязанностей по договору страхования или предъявил страховщику требование о выплате страхового возмещения или страховой суммы (пункт 2 статьи 956 ГК РФ).

Так, по смыслу пункта 1 статьи 956 ГК РФ замена страхователем выгодоприобретателя допустима во всех договорах имущественного страхования. Согласия страховщика в этом случае не требуется, необходимо только письменное его уведомление.

Ограничение прав страхователя по замене выгодоприобретателя установлено для защиты прав последнего только для случаев, перечисленных в пункте 2 статьи 956 Гражданского кодекса Российской Федерации, при которых такая замена может производиться по инициативе самого выгодоприобретателя.

Уступка права ФИО2 по договору обязательного страхования другому лицу - ФИО1 не противоречит и разъяснениям, данным в пунктах 2, 57, 60, 68, 69, 73 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 г. № 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств».

Согласно пункту 69 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 г. № 58 договор уступки права на страховую выплату признается заключенным, если предмет договора является определимым, то есть возможно установить, в отношении какого права (из какого договора) произведена уступка. При этом отсутствие в договоре указания точного размера уступаемого права не является основанием для признания договора незаключенным.

В оспариваемом договоре указано, что ФИО2 уступает, а ФИО1 принимает принадлежащее ФИО2 право требования по получению страхового возмещения по ОСАГО, а также право требования возмещения стоимости товара, убытков, законной неустойки, штрафа. Следовательно, предмет договора сторонами определен надлежащим образом. Предмет и условия договора не противоречат каким-либо императивным правовым нормам.

В судебном заседании представитель первоначального истца ФИО3 исковые требования поддержал по основаниям, указанным в иске, встречный иск не признал.

Представитель ПАО СК «Росгосстрах» ФИО4 встречные исковые требования поддержала, в удовлетворении первоначального иска просила отказать. 

ФИО1 и ФИО2, извещенные надлежаще, не явились в судебное заседание.

Суд, заслушав участников процесса, исследовав материалы дела, не находит оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1, встречный иск считает возможным удовлетворить.

Судом установлено, что 10.03.2018 г. в 18 ч. 29 мин. в районе *** произошло ДТП с участием автомобиля «***», регистрационный номер ***, принадлежащего ФИО2 на праве собственности и автомобиля ***, регистрационный номер *** под управлением П. А.А.

В результате указанного ДТП автомобиль ФИО2 получил технические повреждения. Гражданская ответственность обоих участников на момент ДТП была застрахована в ПАО СК «Росгосстрах».

16.03.2018 г. между ФИО1 и ФИО2 был заключен договор уступки прав (требований) № 017/18 по вышеуказанному ДТП. ФИО1 обратился к ответчику с заявлением о проведении восстановительного ремонта, однако страховщик не выдал ему направление на ремонт.

Для определения стоимости восстановительного ремонта спорного автомобиля, ФИО1 обратился к ИП С. А.А., по заключению которого стоимость восстановительного ремонта данного автомобиля с учетом износа составила 226 500 рублей.

25.05.2018 г. ФИО1 обратился к страховщику с претензией, однако получил отказ в страховой выплате.

Согласно ч. 1 ст. 929 ГК РФ, по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

В соответствии с абз. 2 п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.12.2017 №58 «О применений судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» положения Закона об ОСАГО в редакции Федерального закона от 28 марта 2017 года N 49-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" подлежат применению к договорам страхования, заключенным с 28 апреля 2017 года. 

Согласно п.57 того же Постановления Пленума Верховного Суда РФ если договор обязательного страхования заключен причинителем вреда после 27 апреля 2017 года, страховое возмещение вреда в связи с повреждением легкового автомобиля, находящегося в собственности гражданина (в том числе имеющего статус индивидуального предпринимателя) и зарегистрированного в Российской Федерации, в силу пункта 15.1 статьи 12 Закона об ОСАГО осуществляется путем организации и (или) оплаты восстановительного ремонта (обязательный восстановительный ремонт).

В соответствии с п. 15.1 ст. 12 ФЗ №40 «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» от 25.02.2002 года, страховое возмещение вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, осуществляется (за исключением случаев, установленных пунктом 16.1 настоящей статьи) в соответствии с пунктом 15.2 настоящей статьи или в соответствии с пунктом 15.3 настоящей статьи путем организации и (или) оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего (возмещение причиненного вреда в натуре).

Страховщик после осмотра поврежденного транспортного средства потерпевшего и (или) проведения его независимой технической экспертизы выдает потерпевшему направление на ремонт на станцию технического обслуживания и осуществляет оплату стоимости проводимого такой станцией восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего в размере, определенном в соответствий с единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, с учетом положений абзаца второго пункта 19 настоящей статьи.

Согласно 2 абз. п. 53 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.12.2017 №58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» до установления факта нарушения прав потерпевшего станцией технического обслуживания он не вправе изменить способ возмещения причиненного вреда.

Как следует из материалов дела, дорожно-транспортное происшествие произошло 10.03.2018г., страховой полис ОСАГО виновника ДТП выдан 21.08.2017г., следовательно, на правоотношения по вопросу страховой выплаты распространяются положения Закона об ОСАГО в редакции, действующей с 28.04.2017, которым предусмотрено возмещение вреда в натуре, путем выдачи потерпевшему направления на ремонт на станции технического обслуживания. Изменение способа возмещения вреда путем выплаты страхового возмещения в денежной форме возможно только при нарушении указанного права потерпевшего.

Из материалов дела следует, что сам потерпевшийФИО2 в страховую компанию с соответствующим извещением о произошедшем ДТП и заявлением о страховом возмещении путем выдачи ему направления на ремонт не обращался.

Таким образом, на момент заключения им договора цессии потерпевшийФИО2 обладал только правом требования выдачи ему направления на ремонт автомобиля.

Между тем, как следует из договора цессии между ФИО2 и ФИО1 (л.д.27-28) стороны имели в виду уступку права требования на получение страхового возмещения по ОСАГО в денежной форме.

При этом суд исходил из правил ст.431 ГК РФ, согласно которой при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Так, в п.2.4 договора цессии напрямую говориться о перечислении денежных средств страховой выплаты на банковские реквизиты цессионария. В п.2.5, п.3.2 договора также говориться о перечислении страхового возмещения в виде денежных средств.

Довод представителя первоначального истца о том, что он подал заявление страховщику об организации и оплате ремонта машины ФИО2 (л.д.44-45) не опровергает вышеназванный вывод суда и существо договора цессии.

Таким образом, по договору цессииФИО2 передалФИО1 право требования выплаты страхового возмещения в денежной форме, которым сам потерпевший на момент заключения договора цессии не обладал, поскольку его права страховой компанией не были нарушены, за направлением на ремонт он к ответчику не обращался. Соответственно, он не мог передать по договору цессии то право, которого у него не было (отсутствующее право).

Таким образом, поскольку право потерпевшего в ДТП по договору страхования ответчиком нарушено не было, по договору цессии передано отсутствующее право, оснований для удовлетворения исковых требований о взыскании страхового возмещения в денежной форме не имеется. Как следствие, отсутствуют основания для удовлетворения первоначального иска в части взыскания неустойки и убытков.

В соответствии с частью 1 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона.

В силу указанной нормы предметом договора уступки права требования (цессии) является право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства должника, возникшего из договора, вследствие причинения вреда и из иных оснований, предусмотренных гражданским законодательством (часть 2 статьи 307 ГК РФ).

Если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права (статья 384 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 70 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 N 58 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права, включая права, связанные с основным требованием, в том числе право требования к страховщику, обязанному осуществить страховую выплату в соответствии с Законом об ОСАГО, уплаты неустойки, суммы финансовой санкции (пункт 1 статьи 384 ГК РФ, второй третий пункта 21 статьи 12 Закона об ОСАГО).

В соответствие со ст.168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

На основании изложенного следует признать недействительной сделкой договор уступки права требования (цессии) № 07/18 от 16 марта 2018г., заключенный между ФИО2 и ФИО1, поскольку он противоречит закону об ОСАГО, о чем было указано выше.

На основании ст.98 ГПК РФ следует взыскать с ФИО2 и ФИО1 в пользу ПАО СК «Росгосстрах» в лице Тамбовского филиала госпошлину по 3000 рублей с каждого.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ПАО СК «Росгосстрах» в лице Тамбовского филиала о взыскании страхового возмещения, неустойки и убытков отказать.

Исковые требования ПАО СК «Росгосстрах» в лице Тамбовского филиала удовлетворить.

Признать недействительной сделкой договор уступки права требования (цессии) № 07/18 от 16 марта 2018г., заключенный между ФИО2 и ФИО1.

Взыскать с ФИО2 и ФИО1 в пользу ПАО СК «Росгосстрах» в лице Тамбовского филиала госпошлину по 3000 рублей с каждого.

Решение может быть обжаловано в Тамбовский областной суд в течение месяца с момента его составления в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 25.02.2019 г.

Судья: