РЕШЕНИЕ

 № 7–92/2020

3 декабря 2020 г. г. Екатеринбург

Судья Центрального окружного военного суда Крамской Сергей Анатольевич, при секретаре ФИО12, с участием защитника Колупаева Е.С., рассмотрев в помещении суда (

<

...>) жалобу лица, в отношении которого ведется дело об административном правонарушении, – ФИО1 на постановление судьи Челябинского гарнизонного военного суда от 16 октября 2020 г., в соответствии с которым военнослужащий войсковой части № 

<

данные изъяты> 

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>., зарегистрированный в 

<

адрес> и проживающий в 

<

адрес>,

признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ), с назначением наказания в виде административного штрафа в размере 30 000 руб. и лишения права управления транспортными средствами на срок 1 год 6 месяцев,

УСТАНОВИЛ:

Постановлением судьи ФИО1 признан виновным в том, что в ДД.ММ.ГГГГ на 

<

адрес> он в нарушение требований п. 2.7 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 г. № 1090, в состоянии алкогольного опьянения управлял транспортным средством 

<

данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, при отсутствии уголовно наказуемого деяния.

Действия ФИО1 квалифицированы как административное правонарушение, предусмотренное ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ.

Не согласившись с постановлением судьи, ФИО1 в жалобе просит его отменить, а производство по делу прекратить, так как вывод о его виновности не основан на фактических обстоятельствах. 

По мнению ФИО1, до получения результатов медицинского заключения на состояние опьянения он не мог быть отстранен от управления транспортным средством. Запах алкоголя изо рта при управлении транспортным средством ничем не подтвержден. При освидетельствовании на состояние алкогольного опьянения в приборе не работало печатающее устройство, поэтому результаты этого освидетельствования ФИО1 считает недопустимым доказательством. 

Автор жалобы также утверждает, что судья первой инстанции не произвел верификацию измерительного прибора, которым в отделении скорой медицинской помощи получены образцы выдыхаемого им воздуха. Биологические объекты у него не отбирались. Оснований для внесения в акт медицинского освидетельствования на состояние опьянения результатов химико-токсикологического исследования не имелось, так как исследование окончено через два дня после составления акта.

Указывает автор жалобы и на то, что судья не объявил об окончании рассмотрения дела по существу, чем нарушил право ФИО1 на защиту, лишив возможности заявить имевшиеся ходатайства и дополнительно изложить позицию по делу.

Защитник ФИО13 в суде апелляционной инстанции полностью поддержал жалобу и, настаивая на ее удовлетворении, привел следующие доводы.

По его мнению, остановившие автомобиль под управлением ФИО1 и составившие материалы об административном правонарушении сотрудники полиции ФИО14 и ФИО15 полномочий по контролю за безопасностью дорожного движения на территории 

<

адрес> не имели, так как не являются сотрудниками УМВД России по названному населенному пункту.

Недопустимым доказательством защитник считает рапорт инспектора, поскольку в нем не полностью отражены фактические обстоятельства по делу.

Так как на видеозаписях процессов освидетельствований не продемонстрированы заводские номера алкотекторов, целостность имеющихся на них клейма поверителя, режимы их работы, а судья первой инстанции не удостоверился в работоспособности алкотекторов и в актуальности данных, содержащихся в представленных копиях свидетельств о поверках и паспортах приборов, защитник полагает, что результаты замеров о содержании этилового спирта в выдыхаемом ФИО2 воздухе получены с нарушением закона.

Отсутствие в деле объяснений лиц и заключения по итогам административного расследования, по утверждению защитника, свидетельствует о том, что административное расследование по делу не проводилось. 

Согласно позиции ФИО16, на ФИО1 оказывалось давление с целью принуждения к прохождению освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, поскольку в соответствии с копией протокола о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения основанием для этого направления явился отказ от освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, а не позиция подзащитного по отношению к результатам измерений.

Также защитник утверждает, что при медицинском освидетельствовании на состояние опьянения не проводились обязательные неврологические тестирования ФИО1. Произвольно, без каких-либо пояснений последнего, в п. 12 Акта медицинского освидетельствования на состояние опьянения внесены сведения об употреблении ФИО1 алкоголя накануне освидетельствования. Подписи должностных лиц, составивших Акт медицинского освидетельствования на состояние опьянения не идентифицированы. Химико-токсикологические исследования оформлены справками, а не протоколами. Ставит под сомнение защитник и метод химико-токсикологических исследований, по результатам которых в биологических объектах, полученных у ФИО1, выявлено содержание этилового спирта.

Отсутствие в деле сведений о подготовке врача ФГБУЗ «Клиническая больница № 71» ФМБА России ФИО17 по проведению медицинского освидетельствования на состояние опьянения, по мнению ФИО18, исключает составление соответствующего заключения в отношении ФИО1.

Участок местности, на котором остановлено транспортное средство под управлением ФИО1, проезжей частью не является, что свидетельствует об отсутствии, по мнению Колупаева, события административного правонарушения.

В заключение позиции по делу защитник заявил, что дело рассмотрено незаконным составом суда, поскольку на сайте Челябинского гарнизонного военного суда отсутствуют учредительные документы о его создании, а также представление председателя суда, необходимого для назначения ФИО19 на должность судьи данного суда Указом Президента Российской Федерации.

В возражениях на жалобу инспектор ДПС ФИО20, считая приведенные в ней доводы несостоятельными, просит отказать в ее удовлетворении, а постановление о назначении Салемгарееву административного наказания оставить без изменения.

Рассмотрение материалов дела и жалобы показывают, что постановление судьи гарнизонного военного суда соответствует фактическим обстоятельствам содеянного ФИО1 и основано на исследованных судьей доказательствах, достоверность которых сомнений не вызывает. 

Нормы права при разрешении дела применены правильно, судья предпринял все должные меры для всестороннего, полного и объективного рассмотрения дела, оснований, влекущих отмену данного судебного акта, не имеется.

В силу абз. 1 п. 2.7 Правил дорожного движения Российской Федерации водителю запрещается управлять транспортным средством в состоянии опьянения.

Управление транспортным средством водителем, находящимся в состоянии опьянения, если такие действия не содержат уголовно наказуемого деяния, в соответствии с ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ влечет наложение административного штрафа в размере 30 000 руб. с лишением права управления транспортными средствами на срок от полутора до двух лет.

Из примечания к данной норме следует, что употребление веществ, вызывающих алкогольное опьянение запрещается. Административная ответственность, предусмотренная ст. 12.8 КоАП РФ, наступает в случае установленного факта употребления вызывающих алкогольное опьянение веществ, который определяется наличием абсолютного этилового спирта в концентрации, превышающей возможную суммарную погрешность измерений, а именно 0,16 миллиграмма на один литр выдыхаемого воздуха.

Согласно разъяснению, данному в п. 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 октября 2006 г. № 18 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Особенной части Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», по делу об административном правонарушении, предусмотренном ст. 12.8 КоАП РФ, надлежит учитывать, что доказательствами состояния опьянения водителя являются акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и (или) акт медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 июня 2008 г. № 475 утверждены Правила освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов (далее – Правила). Согласно п. 3 Правил достаточными основаниями полагать, что водитель транспортного средства находится в состоянии опьянения, является наличие одного или нескольких следующих признаков: запах алкоголя изо рта; неустойчивость позы; нарушение речи; резкое изменение окраски кожных покровов лица; поведение, не соответствующее обстановке.

В соответствии с подп. 1 п. 5 Порядка проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения, утвержденного приказом Министерства здравоохранения России от 18 декабря 2015 г. № 933н (далее – Порядок № 933н) медицинское освидетельствование проводится в отношении лица, которое управляет транспортным средством, – на основании протокола о направлении на медицинское освидетельствование, составленного в соответствии с требованиями ст. 27.12 КоАП РФ должностным лицом, которому предоставлено право государственного надзора и контроля за безопасностью движения и эксплуатации транспортного средства соответствующего вида.

При медицинском освидетельствовании лиц, указанных в подп. 1 п. 5 этого Порядка, отбор биологического объекта (моча, кровь) для направления на химико-токсикологические исследования осуществляется вне зависимости от результатов исследований выдыхаемого воздуха на наличие алкоголя (п. 12 Порядка № 933н).

В силу п. 15 Порядка № 933н медицинское заключение «установлено состояние опьянения» выносится в случае освидетельствования лиц, указанных в подп. 1 п. 5 названного Порядка, при положительном результате повторного исследования выдыхаемого воздуха на наличие алкоголя или наличии абсолютного этилового спирта в концентрации 0,3 и более грамма на один литр крови.

Несмотря на непризнание вины, обстоятельства совершения ФИО1 вмененного ему административного правонарушения установлены исследованными в суде доказательствами, которым дана оценка на предмет допустимости, достоверности, достаточности по правилам ст. 26.11 КоАП РФ. 

Так, из рапорта ФИО21., инспектора ДПС отдельного взвода ДПС ГИБДД УМВД России 

<

адрес>, следует, что в ДД.ММ.ГГГГ во время проведения оперативно-профилактического мероприятия «Тоннель» на 

<

адрес>. при проверке документов у водителя транспортного средства марки 

<

данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, ФИО1 выявлены запах алкоголя изо рта и резкое изменение окраски кожных покровов лица. 

В 19 час. 25 мин. тех же суток ввиду наличия указанных выше признаков алкогольного опьянения ФИО1 отстранен от управления названным автомобилем, что следует из соответствующего протокола, составленного в 19 час. 27 мин. 18 июля 2020 г.

Согласно названному рапорту после отстранения от управления транспортными средствами в связи с явными признаками алкогольного опьянения ФИО1 предложено пройти на месте освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, по результатам которого в выдыхаемом им воздухе обнаружено содержание этилового спирта в количестве 

<

данные изъяты>.

Как следует из акта освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, проведенного в 19 час. 32 мин. 18 июля 2020 г. с использованием алкотектора «Юпитер», заводской №, и полученных на бумажном носителе результатов освидетельствования на данном приборе в выдыхаемом ФИО1 воздухе обнаружен этиловый спирт в количестве 

<

данные изъяты>. 

Поскольку ФИО1 с результатами освидетельствования на состояние опьянения не согласился, о чем собственноручно выполнил запись в акте, инспектором ДПС водитель направлен на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, что следует из соответствующего протокола, составленного в 20 час. 5 мин. 18 июля 2020 г. 

В соответствии с заключением Федерального государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Клиническая больница № 71» ФМБА России, приведенным в акте медицинского освидетельствования на состояние опьянения от 18 июля 2020 г. №, у ФИО1 установлено состояние алкогольного опьянения. Из содержания данного акта, а также приложенных к нему на бумажном носителе результатов медицинского освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, полученных в 20 час. 35 мин. и в 20 час. 55 мин. 18 июля 2020 г. с помощью прибора «Lion Alkometer», заводской №, в выдыхаемом ФИО1 воздухе обнаружены пары этилового спирта в количестве 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты> мг/л. 

Согласно справке от 20 июля 2020 г. №, выданной названным учреждением здравоохранения, по результатам химико-токсикологических исследований биологических материалов, полученных у водителя 18 июля 2020 г., методом газовой хроматографии в крови и моче ФИО1 обнаружен этиловый спирт концентрацией 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты>, соответственно.

Протоколом об административном правонарушении, составленным инспектором ДПС ФИО22 28 июля 2020 г., подтверждаются факт управления ФИО1 транспортным средством с признаками опьянения, обстоятельства его совершения и получение у лица объяснения.

Таким образом, с учетом изложенных доказательств действия ФИО1 образуют объективную сторону состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, о чем правильно сделал вывод судья гарнизонного военного суда в обжалуемом постановлении.Давая оценку приведенным в жалобе доводам ФИО1, необходимо принять во внимание следующее. 

Вопреки утверждению ФИО1 его отстранение от управления транспортным средством, освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и медицинское освидетельствование на состояние опьянения осуществлялись, как того требует ч. 2 ст. 27.12 КоАП РФ, с применением средства видеофиксации, обеспечившего, как установлено в суде, визуальную идентификацию объектов и участников проводимых процессуальных действий, а также аудиофиксацию речи названных лиц.

Доводы жалобы о нарушении процедуры освидетельствования, о недопустимости протокола об отстранении от управления транспортным средством и акта медицинского освидетельствования на состояние опьянения своего подтверждения не нашли.

Процессуальные документы о проведении в отношении ФИО1 проверочных мероприятий инспектором ДПС содержат реальные время и место.

Утверждение защитника о том, что участок местности, по которому двигался автомобиль под управлением ФИО1, не является проезжей частью, опровергается как представленными в материалы дела видеозаписями, так и документами, подтверждающими включение Каслинского шоссе 

<

адрес> в перечень дорог общего пользования местного значения названного городского округа.

Основанием полагать, что водитель транспортного средства ФИО1 во время проверки находился в состоянии опьянения, явилось наличие запаха алкоголя изо рта и резкое изменение окраски кожных покровов лица, что согласуется с требованиями п. 3 Правил.

Как усматривается из протокола рассмотрения дела судьей гарнизонного военного суда, данные признаки опьянения выявлены у ФИО1 полицейским взвода ППС ФИО23 и инспекторами ДПС УМВД России по 

<

адрес> ФИО24 и ФИО25

Отстранение ФИО1 от управления транспортным средством произведено в соответствии с ч. 2 ст. 27.12 КоАП РФ и п.п. 223 – 226 Административного регламента исполнения МВД России государственной функции по осуществлению федерального государственного надзора за соблюдением участниками дорожного движения требований законодательства Российской Федерации в области безопасности дорожного движения, утвержденного приказом МВД России от 23 августа 2017 г. № 664. 

В этой связи вопреки доводам жалобы об обратном имелись достаточные основания для внесения данных о названных первичных признаках опьянения, выявленных у ФИО1, в протокол об отстранении от управления транспортным средством, в акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и в протокол о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

То, что полицейский взвода ППС ФИО26, инспекторы ФИО27 и ФИО28 являются должностными лицами, которым предоставлено право государственного надзора и контроля за безопасностью движения и эксплуатации транспортного средства соответствующего вида, подтверждается материалами дела и не может служить поводом не доверять показаниям названных лиц, которые судья оценивает по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном исследовании всех обстоятельств дела в их совокупности.

Таким образом, оснований для признания протокола об отстранении ФИО1 от управления транспортным средством недопустимым доказательством не имеется.

Согласно видеозаписи перед проведением освидетельствования на состояние алкогольного опьянения инспектором получено согласие на это ФИО1, который был ознакомлен с порядком проведения освидетельствования. Наименование, номер и данные о поверке технического средства измерения, целостность клейма государственного поверителя, а также герметичность упаковки мундштука продемонстрированы ФИО1 инспектором ДПС в ходе проведения освидетельствования. С результатами данного освидетельствования – о наличии в выдыхаемом им воздухе этилового спирта в количестве 

<

данные изъяты> – ФИО1 согласился, что следует из видеозаписи.

Из-за израсходования бумажной ленты в печатающем устройстве измерительного прибора ФИО1 с инспектором проследовал в подразделение полиции, где, как усматривается из видеозаписи, в измерительный прибор заправлена бумажная лента и распечатаны данные освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, соответствующие как времени и результатам измерения, так и сведениям о водителе.

Однако ФИО1, как это зафиксировано на видеозаписи, не согласился с составленным сразу после этого актом освидетельствования на состояние алкогольного опьянения. При этом, своего несогласия с процедурой проведения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения либо составления процессуальных документов ФИО1 не выразил, возможности изложить свои замечания письменно лишен не был, но не сделал этого. В данной связи оснований полагать, что ФИО1 не был проинформирован о порядке освидетельствования на состояние алкогольного опьянения с применением технического средства измерения, о целостности клейма государственного поверителя и наличии свидетельства о поверке, не имеется.

Израсходование бумажной ленты в печатающем приборе измерительного устройства не является основанием для признания недопустимым приведенных выше результатов освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, поскольку из видеозаписи усматривается, как ФИО1 подтвердил, что этот прибор после проведения замеров до заправки в него бумажной ленты и распечатывания результатов освидетельствования не выключался, все эти действия произведены с его участием и в его присутствии.

Ввиду наличия подозрения о нахождении ФИО1 в состоянии опьянения, поскольку он не согласился с результатами освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, инспектор ФИО29 был обязан предложить водителю пройти медицинское освидетельствование, что и выполнил.

ФИО1 согласился пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения именно вследствие несогласия с результатами освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, что следует как из видеозаписи, представленной в материалы дела, так и из выполненной им собственноручно записи в протоколе о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

Согласующиеся между собой показания инспекторов и водителя ФИО1 по обстоятельствам освидетельствования последнего на состояние алкогольного опьянения, а также вышеприведенное содержание видеозаписи процедуры этого освидетельствования опровергают доводы защитника об оказании инспекторами психологического давления на подзащитного и наличии иного основания для направления военнослужащего на медицинское освидетельствование.

Также, представленная в материалы дела видеозапись содержит процедуру медицинского освидетельствования на состояние опьянения и показания измерительного прибора о результатах этого освидетельствования ФИО1, проведенного в 20 час. 35 мин. и в 20 час. 55 мин. 18 июля 2020 г., согласно которым в выдыхаемом им воздухе обнаружены пары этилового спирта в количестве 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты> мг/л. Данные отраженных на видеозаписи измерений полностью соответствуют результатам, приведенным в акте медицинского освидетельствования на состояние опьянения и имеющихся на приложенных к нему бумажных носителях.

Согласно содержанию истребованных судьей гарнизонного военного суда паспортов и свидетельств о поверках измерительных приборов, примененных при освидетельствовании ФИО1 на состояние алкогольного опьянения и медицинском освидетельствовании на состояние опьянения, данные приборы идентифицированы, по состоянию на 18 июля 2020 г. исправны и пригодны к применению.

В соответствии с актом от 18 июля 2020 г. медицинское освидетельствование на состояние опьянения ФИО1 проведено врачом СМП ФГБУЗ «КБ № 71» ФМБА России ФИО30., которая в гарнизонном военном суде подтвердила обстоятельства проведенных ею измерений, внесения в акт первичных сведений о содержании алкоголя в пробах выдыхаемого доставленным лицом воздуха. Помимо этого, актом зафиксировано, что у ФИО1 была шатающаяся походка, в позе Ромберга он неустойчив, координационные пробы выполнил неточно.

Довод жалобы о том, что при медицинском освидетельствовании кровь и мочу на пробы ФИО1 не сдавал, опровергаются пояснениями того же врача, доказательств о заинтересованности которого в исходе дела защитой не представлено.

Соответствующее обучение по вопросам проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения лиц, которые управляют транспортными средствами, ФИО31 прошла, о чем свидетельствует копия удостоверения № 783-18 от 31 августа 2018 г.

Поскольку результаты химико-токсикологических исследований биологических объектов лица получены 20 июля 2020 г., внесение этих данных и медицинского заключения о нахождении ФИО1 в состоянии алкогольного опьянения в акт медицинского освидетельствования на состояние опьянения от 18 июля 2020 г. соответствует положениям п. 20 Порядка № 933н.

Поступившими в суд апелляционной инстанции из ФГБУЗ «КБ № 71» ФМБА России сведениями подтверждается, что заключение об установлении у ФИО1 состояния алкогольного опьянения в акт медицинского освидетельствования внесено заведующим отделением скорой медицинской помощи врачом ФИО32 Причиной тому явилось получение результатов химико-токсико-логических исследований биологических проб ФИО1 20 июля 2020 г. – в день, когда врачу ФИО33 был предоставлен отдых после смены. Однако данное обстоятельство не свидетельствует о нарушении самой процедуры медицинского освидетельствования на состояние опьянения в отношении ФИО1. Следует при этом указать, что врач ФИО34, согласно копии удостоверения от 31 августа 2018 г. № 781-18, также прошел подготовку врачей по вопросам проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения лиц, которые управляют транспортными средствами.

В этой связи следует признать, что медицинское освидетельствование ФИО1 проведено в соответствии с требованиями Порядка № 933н.

При изложенных обстоятельствах отсутствие в деле объяснений лиц по материалам административного расследования, а также итогового заключения по нему доказательственного значения для квалификации содеянного ФИО1 административного правонарушения не имеет.

Объективных данных, опровергающих сведения, зафиксированные в акте медицинского освидетельствования на состояние опьянения лица, которое управляет транспортным средством, от 18 июля 2020 г. №, а также факт управления ФИО1 в 19 час. 20 мин. 18 июля 2020 г. транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения материалы дела не содержат.

Вопреки изложенному в жалобе утверждению ФИО1 судьей гарнизонного военного суда при разбирательстве настоящего дела не допущено нарушений каких-либо прав и законных интересов как лица, привлеченного к административной ответственности, так и его защитника. Разрешены все заявленные ходатайства, сторонам исчерпывающе предоставлена возможность выступления в суде первой инстанции. 

Довод жалобы о том, что защитник и ФИО1 в суде первой инстанции были лишены возможности заявить дополнительные ходатайства до удаления судьи для принятия итогового решения, голословен.

Так, согласно протоколу о рассмотрении дела об административном правонарушении, после объявления об окончании исследования материалов дела и разрешения ходатайства защитника об отводе председательствующего, сторонам предоставлена возможность заявить ходатайства и дать дополнительные пояснения. Заслушав защитника, заявившего ходатайство о прекращении производства по делу в связи с отсутствием события административного правонарушения, и ФИО1, убедившись в отсутствии у них иных ходатайств и дополнений, судья гарнизонного военного суда удалился из зала судебных заседаний для принятия итогового решения по делу, что полностью соответствует положениям ч. 2 ст. 29.7 КоАП РФ.

Более того, в последующем дополнительные ходатайства ни от защитника, ни от ФИО1 в дело не поступили, в самой жалобе не приведены и в суде апелляционной инстанции не заявлены.

Вопреки доводам защитника дело об административном правонарушении рассмотрено судьей Челябинского гарнизонного военного суда ФИО35. в соответствии с предоставленными ему ст. 23.1 КоАП РФ полномочиями.

Таким образом, вывод о виновности ФИО1 в совершении правонарушения сделан на основании исчерпывающей совокупности и взаимосвязи доказательств, исследованных судьей гарнизонного военного суда, а заявленные стороной защиты доводы являются несостоятельными.

Сведений о том, что ФИО1 на момент совершения рассматриваемого деяния являлся лицом, подвергнутым административному нарушению по ч. 1 ст. 12.8 или ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ либо имеющим судимость за совершение преступления, предусмотренного ч.ч. 2, 4 или 6 ст. 264 УК РФ, в материалах дела не имеется, ввиду чего признаки уголовно-наказуемого деяния в содеянном им отсутствуют.

Ввиду изложенного следует признать, что действия ФИО1 правильно квалифицированы судьей по ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, административное наказание назначено в пределах санкции названной статьи, в соответствии со ст. 4.1 КоАП РФ и является справедливым.

Доводы жалобы направлены на переоценку установленных в ходе производства по делу фактических обстоятельств дела, они были предметом проверки гарнизонным военным судом, обоснованно отвергнуты по основаниям, изложенным в обжалуемом судебном акте, и не ставят под сомнение наличие в действиях ФИО1 состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ.

Каких-либо неустранимых сомнений в виновности ФИО1 в совершении административного правонарушения, за которое ему назначено административное наказание, по делу не усматривается.

Судьей гарнизонного военного суда требования ст. 1.6 КоАП РФ соблюдены, нарушений при производстве по делу не допущено.

Руководствуясь ст. 30.6 и п. 1 ч. 1 ст. 30.7 КоАП РФ,

РЕШИЛ:

Постановление судьи Челябинского гарнизонного военного суда от 16 октября 2020 г. о назначении административного наказания ФИО1 оставить без изменения, а его жалобу на указанное судебное постановление – без удовлетворения.

Судья С.А. Крамской