Дело № 2-482/2025 Председательствующий – судья Савкина М.А.

32RS0003-01-2024-004253-89

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 №33-335/2026(3591/2025)

гор. Брянск 3 февраля 2026 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Брянского областного суда в составе:

председательствующего Фроловой И.М.,

судей областного суда Ильюхиной О.Г., Сокова А.В.,

при секретаре Михалевой И.М.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционным жалобам ответчика ООО «Дружба» и истцов ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9 на решение Брянского районного суда Брянской области от 26 августа 2025 года по иску ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, действующей в интересах несовершеннолетней ФИО10, ФИО7, ФИО8, действующего в своих интересах и интересах несовершеннолетних ФИО11, ФИО12 Д.в,, ФИО9 к ООО «Дружба», ФИО13 о взыскании компенсации морального вреда, инфляционных убытков.

Заслушав доклад судьи Сокова А.В., объяснения ФИО14, ФИО2, ФИО4, ФИО9, представителя истцов ФИО15, возражений представителей ООО «Дружба» - ФИО16 и ФИО17, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Истцы обратились в суд с указанным иском, ссылаясь на то, что 7 октября 2021 года на 2 км автодороги «Брянск-Смоленск-Жирятино» произошло дорожно-транспортное происшествие - с участием автомобилей: марки 

<

данные изъяты>, под управлением ФИО13, марки «

<

данные изъяты>, под управлением ФИО18 (с пассажиром ФИО19, ДД.ММ.ГГГГ года рождения), марки «

<

данные изъяты>, принадлежащего ООО «Дружба», под управлением ФИО20, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (с пассажирами ФИО21, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО22, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО23, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО24, ДД.ММ.ГГГГ года рождения). В результате ДТП водитель марки «

<

данные изъяты>» ФИО20 и следовавшие в автомобиле в качестве пассажиров работники ООО «Дружба» - ФИО21, ФИО24, ФИО22, ФИО23, а также водитель ФИО18 и пассажир ФИО19 автомобиля марки «

<

данные изъяты>», от полученных травм скончались. По факту ДТП СО СУ УМВД России по Брянской области возбуждено уголовное дело №.

Приговором Брянского районного суда Брянской области от 13 апреля 2022 года водитель ФИО13 признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч.5 ст.264 УК РФ, ей назначено наказание в виде лишения свободы сроком на пять лет шесть месяцев с отбыванием наказания в колонии поселении с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок три года.

Так же приговором удовлетворены заявленные гражданские иски - с ФИО13 взыскана компенсация морального вреда в размере 1 000 000 рублей в пользу каждого - ФИО14 и ФИО2 (отца и матери погибшего ФИО20), ФИО3 (гражданской супруги ФИО20), ФИО7 (супруги погибшего ФИО21), ФИО9 (матери погибшего ФИО24) и ФИО6 (законного представителя потерпевшей несовершеннолетней ФИО10), а в пользу ФИО4 (матери погибшего ФИО22) взыскана компенсация морального вреда в размере 975 000 рублей.

На момент подачи иска компенсация морального вреда ФИО13 вышеуказанным потерпевшим по приговору суда не выплачена.

ФИО25 (отец погибшего ФИО22) и ФИО8 (муж погибшей ФИО23) при рассмотрении уголовного дела с гражданскими исками к ФИО13 о компенсации морального вреда не обращались.

Работодатель ООО «Дружба» (ответчик) не провел расследование несчастного случая на производстве, не проинформировал соответствующие органы о групповом несчастном случае, не организовал комиссию по расследованию несчастного случая и не оформил акт о несчастном случае по форме Н-1.

По обращению истцов расследование несчастного случая, произошедшего с вышеуказанными работниками ООО «Дружба», было проведено Государственной инспекцией труда в Брянской области.

Истцы полагают, что в связи с волокитой ответчика, связанной с игнорированием им предписаний государственного органа и требований судебных решений, просьб потерпевших о выдаче работодателем акта о несчастном случае, по вине ответчика в период с октября 2021 г. до июня 2024 они были лишены возможности получить суммы страхового обеспечения из Фонда социального страхования Российской Федерации, поскольку акт о групповом несчастном случае на производстве был составлен ООО «Дружба» только 3 июня 2024 г., а 7 июня 2024 г. данный акт был выдан потерпевшим.

В связи с несвоевременной выдачей ответчиком акта формы Н-1 суммы страхового возмещения из Фонда социального страхования Российской Федерации получены истцами ФИО14, ФИО7, ФИО8, ФИО4, ФИО5, ФИО9, ФИО6 не в 2021, а в 2024 году. Выплаченные им суммы страхового возмещения составили: ФИО14, ФИО7, ФИО8 – по 1 миллиону рублей каждому; ФИО4, ФИО5, ФИО9, ФИО6 – по 333 333 руб. 33 коп. каждому.

Не получив от ФИО13 возмещения морального вреда по приговору, в силу статей 323 и 325 Гражданского кодекса РФ истцы ФИО14, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО7, ФИО9, ФИО6 вправе требовать компенсацию морального вреда от другого солидарного должника (владельца источника повышенной опасности) – ООО «Дружба».

В соответствии с требованиями п.3 ст.1079, статей 323 и 325 Гражданского кодекса РФ ФИО5 и ФИО8 вправе требовать компенсацию морального вреда как совместно от всех солидарных должников - владельцев источников повышенной опасности, при взаимодействии которых причинен вред жизни близким родственникам, так и от любого из них в отдельности, в частности от ООО «Дружба».

Также ответчик, как причинитель вреда, должен компенсировать истцам инфляционные убытки, определенные с учетом роста величины прожиточного минимума.

Сумма компенсации инфляционных убытков (индексация), подлежащая взысканию составляет в пользу: ФИО14, ФИО7, ФИО8 – 242 679 руб. 41 коп. каждому; ФИО4, ФИО5, ФИО9, ФИО6 – по 80 893 руб. 13 коп. каждому.

Требование компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей в пользу каждого истца обосновано принципом соразмерности и разумности, учитывая значительные страдания, причиненные истцам не только самой гибелью близких, но и действиями работодателя (ответчика), который своими нарушениями усугубил переживаемые истцами страдания.

Ссылаясь на изложенные обстоятельства, с учетом уточнений исковых требований, истцы просили суд взыскать с ООО «Дружба» в солидарном порядке в пользу ФИО14, ФИО2, ФИО3, ФИО7, ФИО9, ФИО6 компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей в пользу каждого, в пользу ФИО4 компенсацию морального вреда в размере 975 000 рублей, определив осуществление взыскания с учетом солидарного характера спорных правоотношений, с зачетом сумм, взысканных с ФИО13 по приговору Брянского районного суда Брянской области от 13.04.2022; взыскать с ООО «Дружба» и ФИО13 в солидарном порядке в пользу ФИО5 компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей; взыскать с ООО «Дружба» и ФИО13 в солидарном порядке в пользу ФИО8, действующего в своих интересах и в интересах несовершеннолетних ФИО11, ФИО26, компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей в пользу каждого, на общую сумму 3 000 000 рублей; взыскать с ООО «Дружба» в пользу ФИО14, ФИО7, ФИО8 сумму компенсации инфляционных убытков (индексацию) в размере 242679 руб. 41 коп., в пользу каждого, а в пользу ФИО4, ФИО25, ФИО9, ФИО6 – 80 893 руб. 13 коп., в пользу каждого; взыскать с ООО «Дружба» в пользу ФИО14, ФИО2, ФИО3, ФИО7, ФИО9, ФИО6, ФИО8, ФИО4, ФИО5 компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей в пользу каждого истца, в связи с нарушением работодателем законодательства.

Решением Брянского районного суда Брянской области от 26 августа 2025 года исковые требования удовлетворены частично. Суд постановил: « Взыскать с ООО «Дружба», в пользу ФИО14 компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей; с ООО «Дружба» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей; с ООО «Дружба» в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей; с ООО «Дружба» в пользу ФИО4 компенсацию морального вреда в размере 975 000 рублей; с ООО «Дружба» в пользу ФИО10 в лице законного представителя ФИО6 компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей; с ООО «Дружба» в пользу ФИО9 компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей; с ООО «Дружба» в пользу ФИО7 компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей. Взыскание производить с учетом солидарного характера спорных правоотношений, с зачетом сумм, взысканных с ФИО13 по приговору Брянского районного суда Брянской области от 13 апреля 2022 года.

Взыскать в солидарном порядке с ООО «Дружба», ФИО13 в пользу ФИО5 компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей.

Взыскать в солидарном порядке с ООО «Дружба», ФИО13 в пользу ФИО8 компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей.

Взыскать в солидарном порядке с ООО «Дружба», ФИО13 в пользу ФИО11 в лице законного представителя ФИО8 компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей.

Взыскать в солидарном порядке с ООО «Дружба», ФИО13 в пользу ФИО26, в лице законного представителя ФИО8 компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей

В остальной части исковых требований - отказать.

Взыскать с ООО «Дружба», в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 21 000 рублей.

Взыскать в солидарном порядке с ООО «Дружба», ФИО13 в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 12 000 рублей».

В апелляционной жалобе истцы просят суд отменить решение суда в части отказа в удовлетворении требований о взыскании компенсации инфляционных убытков (индексации) и компенсации морального вреда в связи с нарушением норм трудового законодательства, указывая, что судом не были учтены все имеющие значение для дела обстоятельства, нарушены нормы материального и процессуального права.

В апелляционной жалобе ООО «Дружба», не согласившись с выводами решения суда, просит его изменить, снизив размер компенсации морального вреда в пользу ФИО14, ФИО2, ФИО9, ФИО6, ФИО4, ФИО5, до 150 000 рублей каждому, в пользу ФИО7 и ФИО8 до 300 000 рублей каждому, ФИО3, не относящийся к числу близких родственников, отказать в удовлетворении требований.

Иные лица, извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы в судебное заседание не явились, судебная коллегия на основании ст.167 ГПК РФ сочла возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы в порядке ст.327.1 ГПК РФ, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, 7 октября 2021 года около 17 часов 05 минут водитель ФИО13, управляя автомобилем «

<

данные изъяты>, на 2 км автодороги «Брянск-Смоленск-Жирятино» в нарушение п.п.1.4, 9.1 Правил дорожного движения выехала на полосу встречного движения, где допустила столкновение с автомобилем «

<

данные изъяты>, под управлением ФИО18, который от столкновения выехал на встречную полосу движения в направлении автодороги Р-120, где и произошло его столкновение с автомобилем марки «

<

данные изъяты>, под управлением ФИО20, который двигался по своей полосе. Вследствие удара автомобиль «

<

данные изъяты>, съехал в правый по ходу его движения кювет.

07 октября 2021 года следователем СО СУ УМВД России по Брянской области вынесено постановление о возбуждении уголовного дела и принятии его к производству в отношении ФИО13 по признакам преступления, предусмотренного ч.5 ст.264 УК РФ.

Согласно карточке учета транспортного средства от 09.12.2024 г. собственником «

<

данные изъяты>, являлась ФИО18, имеются данные о прекращении регистрации транспортного средства 14.02.2022 г. в связи со смертью собственника транспортного средства.

В результате дорожно-транспортного происшествия ФИО20, ФИО21, ФИО24, ФИО22, ФИО23, ФИО18 и ФИО19 были причинены сочетанная тупая травма головы, туловища и конечностей с повреждением костей скелета и внутренних органов.

Из материалов дела следует, что в результате ДТП водитель автомобиля «

<

данные изъяты>, - ФИО20 (электромонтажник ООО «Дружба»), сотрудники ООО «Дружба» - пассажиры ФИО21 (слесарь-монтажник), ФИО24 (слесарь-электромонтажник), ФИО22 (слесарь), ФИО23 (бухгалтер), водитель транспортного средства «

<

данные изъяты>, ФИО18 и пассажир ФИО19 в результате дорожно-транспортного происшествия от полученных телесных повреждений скончались.

Приговором Брянского районного суда Брянской области от 13.04.2022 года по делу №1-20/2022 ФИО13 признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч.5 ст.264 УК РФ (нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека), с назначением наказания в виде 4 лет 5 месяцев лишения свободы, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 3 года. Удовлетворены гражданские иски, в том числе ФИО14, ФИО2, ФИО3, ФИО7, ФИО9, несовершеннолетней ФИО10 (в лице ее законного представителя ФИО6) о взыскании с ФИО13 компенсации морального вреда, причиненного преступлением, в пользу каждого взыскано по 1 000 000 рублей, и ФИО4 о взыскании с ФИО13 компенсации морального вреда, причиненного преступлением, в размере 975 000 рублей.

ФИО13 добровольно частично компенсировала моральный вред в размере 25 000 потерпевшей ФИО4

В ходе рассмотрения уголовного дела №1-20/2022 ООО «Дружба» к участию в деле в качестве соответчика привлечено не было.

Апелляционным постановлением Брянского областного суда №22-1096/2022 от 15.08.2022 г. приговор Брянского районного суда Брянской области от 13.04.2022 года в отношении ФИО13 изменен: в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ признано смягчающим наказание обстоятельством принятие ФИО13 мер к возмещению морального вреда, причиненного в результате преступления; усилено назначенное ФИО13 по ч.5 ст.264 УК РФ основное наказание до 5 лет 6 месяцев лишения свободы; уменьшен до 35 000 рублей размер взысканных с ФИО13 в федеральный бюджет процессуальных издержек в виде сумм, выплаченных потерпевшим ФИО4 и ФИО27 на покрытие понесенных ими расходов на представителя ФИО28

Согласно заключению эксперта №э от 03.12.2021 г. водитель автомобиля 

<

данные изъяты>» не располагал технической возможностью избежать столкновения с автомобилем «

<

данные изъяты>» путем применения экстренного торможения, поскольку у водителя отсутствовала возможность среагировать на опасность. Ввиду того, что автомобиль «

<

данные изъяты>» двигался в неуправляемом заносе после столкновения с автомобилем «

<

данные изъяты>», даже остановка автомобиля «

<

данные изъяты>» не исключает возможности происшествия. Нарушения Правил дорожного движения у водителей автомобиля «

<

данные изъяты>» и автомобиля 

<

данные изъяты>» экспертом не усматриваются.

С учетом вышеизложенного смерть ФИО20, ФИО21, ФИО24, ФИО22, ФИО23, ФИО18 и ФИО19 наступила в результате столкновения источников повышенной опасности, при этом отсутствие установленной вины ФИО20 в силу ст.1079 ГК РФ не освобождает от ответственности за причинение вреда владельцев источников повышенной опасности.

Согласно абз.3 ст.14 СК РФ близкими родственниками являются родственники по прямой восходящей и нисходящей линии (родители и дети, дедушки, бабушки и внуки), полнородные и неполнородные (имеющие общих отца или мать) братья и сестры.

Из свидетельства о рождении серии I-МД № от ДД.ММ.ГГГГ истцы ФИО14 и ФИО2 приходятся родителями погибшего ФИО20, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Согласно свидетельству о рождении серии I-МД № от ДД.ММ.ГГГГ истцы ФИО5 и ФИО4 приходятся родителями погибшего ФИО22, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Из свидетельства о рождении серии I-МД № от ДД.ММ.ГГГГ истец ФИО9 приходится матерью погибшего ФИО24, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Согласно свидетельству о рождении серии I-МР № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО10, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, приходится дочерью погибшего ФИО24, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, а ФИО29, действующая в интересах несовершеннолетней ФИО10, является матерью несовершеннолетней.

Из свидетельства о заключении брака серии I-МД № от ДД.ММ.ГГГГ истец ФИО7 приходится супругой погибшему ФИО21, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Согласно свидетельству о заключении брака серии I-МД № от ДД.ММ.ГГГГ истец ФИО8 приходится супругом погибшей ФИО23, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Из сообщения отдела накопления, обработки, хранения и выдачи документов ЗАГС управления ЗАГС Брянской области от 28 ноября 2024 года, ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, приходится супругом погибшей ФИО23 (актовая запись о заключении брака № от ДД.ММ.ГГГГ).

Согласно свидетельству о рождении серии I-МР № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО26, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, приходится сыном погибшей ФИО23, а ФИО8, действующий в интересах несовершеннолетнего ФИО26, является отцом несовершеннолетнего.

Из свидетельства о рождении серии I-МР № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО11, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, приходится сыном погибшей ФИО23, а ФИО8, действующий в интересах несовершеннолетнего ФИО11, является отцом несовершеннолетнего.

Судом установлено и из материалов дела следует, что ФИО5 - отец погибшего ФИО22, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и ФИО8 - муж погибшей ФИО23, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в рамках уголовного дела признаны потерпевшими, гражданские иски в рамках уголовного дела ими заявлены не были.

Решением Брянского районного суда Брянской области от 03.04.2023 г. по делу №2-182/2023 частично удовлетворены исковые требования ФИО30 (сына погибшего в ДТП ФИО24), с ООО «Дружба» в пользу ФИО30 взыскана компенсация морального вреда в размере 300000 рублей и расходы на оплату услуг представителя в размере 10000 рублей.

Из ответа от 12.08.2025 г. и представленного материала сводного исполнительного производства следует, что в Володарском РО СП г. Брянска УФССП России по Брянской области находится на исполнении сводное исполнительное производство №-СД о взыскании с ФИО13 в пользу взыскателей ФИО14, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО7, ФИО9, ФИО6, ФИО31 компенсации морального вреда на общую сумму 9 034 000 рублей. В результате применения мер принудительного исполнения с ФИО13 взысканы денежные средства в размере 229 345,38 руб. По состоянию на 12.08.2025 г. остаток задолженности составляет 8 052 104,62 руб. 18 октября 2022 г. судебным приставом-исполнителем наложен арест на имущество, находящееся в долевой собственности ФИО13 (1/2 доля в праве): жилое помещение, площадью 42,10 кв.м., по адресу: 

<

адрес>. 10 ноября 2023 г. вынесено постановление о снятии ареста с имущества в связи с передачей имущества взыскателю ФИО31 в счет долга. 04 сентября 2024 г. судебным приставом исполнителем наложен арест на имущество ФИО13 – на транспортное средство марки «

<

данные изъяты>. 24 декабря 2024 г. вынесено постановление о снятии ареста с имущества в связи с передачей имущества взыскателю ФИО31 в счет долга.

Вышеуказанный ответ и материалы сводного исполнительного производства свидетельствуют о том, что на момент рассмотрения иска приговор в части компенсации морального вреда потерпевшим ФИО13 не исполнен, взысканная сумма компенсации морального вреда возмещена истцам ФИО14, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО7, ФИО9, ФИО6 частично.

В связи с обращениями ФИО4, ФИО9, ФИО1, ФИО6, ФИО7 по поводу сокрытия группового несчастного случая, произошедшего 07.10.2021 года с работниками ООО «Дружба», заместителем начальника отдела надзора за соблюдением законодательства об охране труда – главным инспектором труда Государственной инспекции труда в Брянской области ФИО32 проведено расследование данного несчастного случая.

Заключением Государственной инспекции труда в Брянской области от 26.04.2022 года дорожно-транспортное происшествие от 07.10.2021 года в 17 час. 05 мин. на 2 км автодороги «Брянск-Смоленск-Жирятино» с участием транспортного средства 

<

данные изъяты>, произошедший с сотрудниками ООО «Дружба» ФИО20, ФИО21, ФИО24, ФИО22, ФИО23, признано несчастным случаем, связанным с производством, подлежит оформлению актами формы Н-1, учету и регистрации в ООО «Дружба». Причинами, вызвавшими несчастный случай, является нарушение правил дорожного движения (код 07), что подтверждается приговором Брянского районного суда Брянской области от 13.04.2022 года по делу №1-20/2022.

Государственным инспектором труда с учетом всех представленных в рамках проверки документов и сведений было установлено, что после окончания рабочего дня 7 октября 2021 года ФИО20, ФИО21, ФИО24, ФИО22, ФИО23, на автомобиле 

<

данные изъяты>, направлялись в направлении автодороги Р-120 (Орел-Брянск-Смоленск-граница с Республикой Белоруссия) со стороны с. Жирятино. На месте водителя находился ФИО20

Автомобиль 

<

данные изъяты>, согласно приказу от 26 ноября 2018 года №1064/1 закреплен за электромонтажником подразделения «Техническая служба предприятия» ФИО33 По состоянию на 7 октября 2021 года ФИО33 находился в очередном отпуске.

Ключи от служебного транспортного средства, как было установлено в ходе дополнительного расследования, брал ФИО20

Установлено, что ФИО20 ранее выдавались путевые листы на право управления транспортным средством 

<

данные изъяты>, а именно: 3 декабря 2020 года, 25 марта 2020 года, 28 августа 2020 года, 21 июля 2021 года, 23 июля 2021 года.

На всех путевых листах указаны сведения об организации - ООО «Дружба», марка автомобиля, регистрационный номер, данные водителя – ФИО20, отметки о проведении предрейсового медицинского осмотра, предрейсового контроля технического состояния за подписью механика ФИО34 и подписью ФИО20 о принятии автомобиля в технически исправном состоянии.

ФИО20 также был выдан путевой лист 3 августа 2020 года на право управления служебным автомобилем 

<

данные изъяты>.

При этом, в ходе проведения проверки инспектором было установлено, что в ООО «Дружба» выдаются путевые листы с нарушением заполнения обязательных реквизитов, а именно отсутствуют номера путевых листов в нарушение требований пункта 1 обязательных реквизитов и порядка заполнения путевых листов, установленных приказом Минтранса России от 11 сентября 2020 года №368.

26 апреля 2022 года в отношении ООО «Дружба» государственным инспектором труда Брянской области ФИО32 вынесено предписание №-ОБ/10-1385-И/02-22, содержащее следующие пункты:

1. Составить и утвердить акты Н-1 на пострадавших ФИО24, ФИО22, ФИО20, ФИО21, ФИО23 в полном соответствии с заключением заместителя начальника отдела надзора за соблюдением законодательства об охране труда - главного государственного инспектора ФИО32, срок исполнения требования – до 13.05.2022 г.;

2. В трехдневный срок после утверждения новых актов по форме Н-1 выдать один экземпляр утвержденного работодателем акта о несчастном случае на производстве формы Н-1 на руки законным представителям пострадавших ФИО24, ФИО22, ФИО20, ФИО21, ФИО23 вместе с копией заключения заместителя начальника отдела надзора за соблюдением законодательства об охране труда - главного государственного инспектора ФИО32 второй и третий экземпляр актов Н-1 с материалами расследования направить в ГУ "Брянское региональное отделение Фонда социального страхования РФ" и в Государственную инспекцию труда в Брянской области, срок исполнения требования – до 16.05.2022 г.;

3. В соответствии с требованиями статей 214, 212 Трудового кодекса Российской Федерации, Постановления Правительства Российской Федерации "О реализации Закона Российской Федерации «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании» от 28 апреля 1993 года №377, Постановления Правительства Российской Федерации «О прохождении обязательного психиатрического освидетельствования работниками, осуществляющими отдельные виды деятельности, в том числе деятельность, связанную с источниками повышенной опасности (с влиянием вредных и неблагоприятных производственных факторов)» от 23 сентября 2002 года №695 работодателю ООО «Дружба» не допускать к выполнению должностных обязанностей работников организации без пройденного в установленном порядке обязательного психиатрического освидетельствования и медицинского осмотра, срок исполнения требования – до 13.05.2022 г.

ООО «Дружба» обратилось в Советский районный суд г. Брянска суд с административном иском к главному государственному инспектору труда ФИО32, Государственной инспекции труда в Брянской области о признании незаконным заключения государственного инспектора труда, о признании незаконным м отмене в части предписания государственного инспектора труда, мотивируя свои требования несогласием с заключением от 26 апреля 2022 года и предписанием от 26 апреля 2022 года №-ОБ/10-1385-И/02-22 в части ввиду того, что автомобиль «

<

данные изъяты>, работодателем для перемещения сотрудников на рабочие места и обратно не предоставлялся, а значит основания для квалификации ДТП, как несчастного случая, связанного с производством, не имеется.

Решением Советского районного суда г.Брянска от 16.11.2022 г. по делу №2а-3649/2022, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по административным делам Брянского областного суда №33а-1607/2023 от 24.05.2023, в удовлетворении вышеуказанного административного иска ООО «Дружба» отказано. Судом установлено, что ООО «Дружба» не представлено доказательств тому, что ФИО20 пользовался указанным транспортным средством без ведома работодателя, следовательно, произошедший несчастный случай от 07.10.2021 года, расценивается как несчастный случай, связанным с производством.

Согласно пункту 1 статьи 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и тому подобное, осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности (пункт 2 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

Согласно статьям 1068 и 1079 ГК РФ не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности.

На лицо, исполнявшее свои трудовые обязанности на основании трудового договора (служебного контракта) и причинившее вред жизни или здоровью в связи с использованием транспортного средства, принадлежавшего работодателю, ответственность за причинение вреда может быть возложена лишь при условии, если будет доказано, что оно завладело транспортным средством противоправно (пункт 2 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", моральный вред, причиненный работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей, подлежит компенсации работодателем (абзац первый пункта 1 статьи 1068 ГК РФ).

Обязанность компенсировать моральный вред, причиненный гражданином, выполняющим работу на основании гражданско-правового договора, может быть возложена на юридическое лицо или гражданина, которыми с причинителем вреда был заключен такой договор, при условии, что причинитель вреда действовал или должен был действовать по заданию данного юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ (абзац второй пункта 1 статьи 1068 ГК РФ).

Из содержания приведенных норм материального права в их взаимосвязи и разъяснений, данных в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации, следует, что лицо, управляющее источником повышенной опасности в силу трудовых или гражданско-правовых отношениях с владельцем этого источника (водитель), не признается владельцем источника повышенной опасности по смыслу статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации и не несет ответственности перед потерпевшим за вред, причиненный источником повышенной опасности.

В силу ст.1079 ГК РФ вред, причиненный жизни или здоровью граждан деятельность, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины.

При таких обстоятельствах, в силу системного толкования вышеприведенных положений законодательства, суд приходит к выводу о том, что в данном случае ответственность за вред, причиненный третьему лицу в результате взаимодействия двух источников повышенной опасности, возлагается на ответчика – ООО «Дружба», являющего владельцем одного из источников повышенной опасности, при взаимодействии которых наступила смерть ФИО20, ФИО21, ФИО24, ФИО22, ФИО23, в результате рассматриваемого ДТП.

В связи с неисполнением предписания №-ОБ/10-1385-И/02-22 от 26.04.2022 г. в отношении ООО «Дружба» был составлен протокол об административном правонарушении по ч.3 ст.19.5 КоАП РФ от 04.07.2023, который был направлен на рассмотрение мировому судье судебного участка №22 Брянского района г. Брянска.

В адрес ООО «Дружба» было направлено повторное предписание №-ОБ/10-1385-И/02-22/1 от 04.07.2023 г., которое было получено ответчиком 11.07.2023 г.

Государственная инспекция труда по Брянской области обратилась в Брянский районный суд Брянской области с иском к ООО «Дружба» о понуждении исполнения предписания №32/7-1428-21-ОБ/10-1385-И/02-22/1 от 04.07.2023 г.

Заочным решением Брянского районного суда Брянской области от 13 декабря 2023 г. по делу №2-2245/2023 исковые требования удовлетворены: на ООО «Дружба» возложена обязанность в десятидневный срок со дня вступления решения суда в законную силу исполнить предписание государственной инспекции труда по Брянской области №-ОБ/10-1385-И/02-22/1 от 04.07.2023 г.

Из акта о несчастном случае на производстве №3 от 03 июня 2024 года следует, что причиной несчастного случая от 07.10.2021 года на 2 км автодороги «Брянск-Смоленск-Жирятино», с участием транспортного средства 

<

данные изъяты>, произошедшего с сотрудниками ООО «Дружба» ФИО20, ФИО21, ФИО24, ФИО22, ФИО23, явилось нарушение правил дорожного движения, ответственным лицом за нарушение правил дорожного движения, является ФИО13, признанная виновной в совершении преступления по приговору Брянского районного суда Брянской области от 13.04.2022 года по делу №1-20/2022.

Из ответа ОСФР Брянской области (вх.№7352 от 15.08.2025 г.) следует, что в соответствии с федеральным законом от 24.07.1998 г. №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» ФИО14, ФИО2, ФИО4, ФИО5, ФИО9, ФИО7, ФИО8 являлись получателями единовременной страховой выплаты в связи со смертью застрахованных лиц в результате несчастного случая на производстве, произошедшего 07.10.2021 г. с работниками ООО «Дружба». Указанным лицам была выплачена единовременная страховая выплата в следующем размере: ФИО14 и ФИО2 – по 500 000 рублей каждому, ФИО4 и ФИО5 – по 333 333 руб. 33 коп. каждому, ФИО9 и ФИО8 – по 333 333 руб. 34 коп. каждому, ФИО7 – 1 000 000 руб. При этом ФИО3 и ФИО6 не являются получателями страховых выплат в связи со смертью застрахованных лиц в результате данного несчастного случая на производстве.

В соответствии со ст.151 ГК РФ, если гражданину причинён моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинён вред.

В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064-1101 ГК РФ) и ст. 151 ГК РФ. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учётом фактических обстоятельств, при которых был причинён моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 3 статьи 1083 ГК РФ суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

В силу абзаца второго статьи 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

Как разъяснено в п.1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» суду необходимо выяснить, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме или иной материальной форме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 №1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", при определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Из изложенного следует, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. Если при причинении вреда жизни или здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, суд не вправе полностью освободить владельца источника повышенной опасности от ответственности, но размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом. Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться судом с учетом фактических обстоятельств дела. Размер возмещения вреда также может быть уменьшен судом с учетом имущественного положения причинителя вреда (гражданина). При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации.

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Таким образом, право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага.

Оценивая имущественное положение ответчика ООО «Дружба», суд первой инстанции установлено следующеее.

В соответствии с информацией представленной УМВД России по Брянской области по состоянию на 07.11.2022 г. в отношении ООО «Дружба» в федеральной информационной системе Госавтоинспекции МВД России, содержится информация согласно которой за ООО «Дружба» зарегистрировано 94 транспортных средства.

Кроме того, из представленной в материалы дела выписки из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Дружба», следует, что ответчик является коммерческой организацией, размер уставного капитала общества составляет 36928 256,08 руб.

При разрешении данного спора в ходе рассмотрения дела истцы ФИО14 и ФИО2 пояснили, что до настоящего времени они испытывают тяжелые нравственные переживания, вызванные гибелью их сына, указав, что между ними и погибшим были близкие доверительные отношения, в связи с чем внезапная трагическая гибель сына в результате несчастного случая на производстве причинила им сильный эмоциональный стресс, глубокие нравственные и физические страдания, связанные с потерей близкого человека, явилась для них невосполнимой утратой, которая отразилась на состоянии здоровья и общем самочувствии и от которой они не смогли оправиться и до настоящего времени.

Оценив представленные по делу доказательства в их совокупности в соответствии с требованиями статей 67 ГПК РФ, при рассмотрении требований с учетом положений статей 1064, 151, 1100 ГК РФ, исходя из оснований и предмета иска и установленных обстоятельств, суд первой инстанции принял во внимание, что в связи со смертью сына истцам ФИО14 и ФИО2 были причинены существенные нравственные страдания, связанные с преждевременной кончиной близкого человека, находящегося в молодом возрасте, который погиб при изложенных выше обстоятельствах, в результате несчастного случая на производстве.

Судом учитены данные о личности истцов и погибшего ФИО20, поддерживавших стойкие семейные связи и близкие отношения, характер и степень эмоциональных переживаний истцов на момент гибели сына ФИО20 и факт его гибели в молодом возрасте, объем и длительность перенесенных страданий в связи с гибелью сына, соотнося их с тяжестью причинённых истцам нравственных страданий и индивидуальными особенностями их личности, их преклонный возраст, последствия гибели сына, с которым они связывали надежды на будущее и обеспеченную старость, причинившие неизгладимую боль невосполнимой утраты близкого человека, которую истцы испытывают и в настоящее время, а также учитывая наличие иных лиц, которые вправе предъявить аналогичные требования.

С учетом изложенного, суд первой инстанции обоснованно в силу статей 1064, 1079, 1100 ГК РФ возложил на ответчика ООО «Дружба», как владельца источника повышенной опасности, обязанность по возмещению компенсации морального вреда, причиненного гибелью сына, в размере 1000000 руб., истцам в пользу каждого из них.

При разрешении спора, в части требований истца ФИО3, суд принял во внимание, что она испытывают тяжелые нравственные переживания, вызванные гибелью ее любимого человека, поскольку между ней и погибшим ФИО20 были близкие доверительные отношения, длительное время она проживала с ним совместно и вела общее хозяйство, в связи с чем внезапная его трагическая гибель в результате несчастного случая на производстве причинила ей глубокие нравственные и физические страдания, связанные с потерей близкого человека, явилась для нее невосполнимой утратой, которая отразилась на общем самочувствии и от которой она не смогла оправиться и до настоящего времени.

Довод ООО «Дружба» о том, что истец ФИО3 не вправе требовать компенсации морального вреда, суд первой инстанции обоснованно признал несостоятельным.

В соответствии с ч.1 ст.42 УПК РФ, потерпевшим является физическое лицо, которому преступлением причинен физический, имущественный и моральный вред.

Несмотря на то, что ФИО3 родственницей ФИО20 не является, она правомерно признана по уголовному делу №1-20/2022 гражданским истцом, поскольку в материалах дела имеются данные о том, что ФИО3 длительное время состояла в фактических брачных отношениях с погибшим ФИО20, совместно проживала с ним, в связи с его внезапной гибелью понесла глубокие нравственные страдания, и поэтому обоснованно была признана по делу потерпевшей.

В связи с чем довод апелляционной жалобы ответчика об отсутствии у ФИО3 прав на компенсацию морального вреда подлежит отклонению.

Оценив представленные по делу доказательства в их совокупности в соответствии с требованиями статей 67 ГПК РФ, при рассмотрении требований с учетом положений статей 1064, 151, 1100 ГК РФ, исходя из оснований и предмета иска и установленных обстоятельств, суд пришел к обоснованному выводу в том, что в связи со смертью ФИО20 истцу ФИО3 были причинены существенные нравственные страдания, связанные с преждевременной кончиной близкого человека, который внезапно погиб при изложенных выше обстоятельствах, в результате несчастного случая на производстве.

Суд учел данные о личности истца ФИО3 и погибшего ФИО20, характер и степень эмоциональных переживаний истца на момент гибели ФИО20 и факт его гибели в молодом возрасте, объем и длительность перенесенных страданий в связи с гибелью любимого человека, причинившую неизгладимую боль невосполнимой утраты близкого человека, которую истец испытывает и в настоящее время, а также учитывая наличие иных лиц, которые вправе предъявить аналогичные требования.

С учетом изложенного, суд обоснованно в силу статей 1064, 1079, 1100 ГК РФ возложил на ответчика ООО «Дружба», как владельца источника повышенной опасности, обязанность по возмещению истцу ФИО3 компенсации морального вреда, причиненного гибелью близкого человека ФИО20 в размере 1 000 000 руб.

При разрешении данного спора в ходе рассмотрения дела истец ФИО4 пояснила, что до настоящего времени она испытывает тяжелые нравственные переживания, вызванные гибелью сына ФИО22, указав, что между ней и погибшим были близкие доверительные отношения, в связи с чем внезапная трагическая гибель сына в результате несчастного случая на производстве причинила ей сильный эмоциональный стресс, глубокие нравственные и физические страдания, связанные с потерей близкого человека, явилась для нее невосполнимой утратой, которая отразилась на состоянии здоровья и общем самочувствии и от которой она не смогла оправиться и до настоящего времени.

Оценив представленные по делу доказательства в их совокупности в соответствии с требованиями статей 67 ГПК РФ, при рассмотрении требований с учетом положений статей 1064, 151, 1100 ГК РФ, исходя из оснований и предмета иска и установленных обстоятельств, суд установил, что в связи со смертью сына истцу ФИО4 были причинены существенные нравственные страдания, связанные с преждевременной кончиной близкого человека, который погиб при изложенных выше обстоятельствах, в результате несчастного случая на производстве.

Суд учел данные о личности истца и погибшего ФИО22, поддерживавших стойкие семейные связи и близкие отношения, характер и степень эмоциональных переживаний истца на момент гибели сына ФИО22, объем и длительность перенесенных страданий в связи с гибелью сына, соотнося их с тяжестью причинённых истцу нравственных страданий и индивидуальными особенностями ее личности, ее преклонный возраст, последствия гибели сына, причинившие неизгладимую боль невосполнимой утраты близкого человека, которую истец испытывает и в настоящее время, а также наличие иных лиц, которые вправе предъявить аналогичные требования.

Таким образом, с учетом выше изложенного, суд обоснованно в силу статей 1064, 1079, 1100 ГК РФ возложил на ответчика ООО «Дружба», как владельца источника повышенной опасности, обязанность по возмещению ФИО4 компенсации морального вреда, причиненного гибелью сына (с учетом частичного возмещения ей ответчиком ФИО13 морального вреда в размере 25 000 рублей), в размере 975 000 руб.

В части требований истцов ФИО9 и ФИО6, действующей в интересах несовершеннолетней ФИО10, суд, исходя из представленных в материалы дела доказательств, пояснений ФИО9, данных в ходе рассмотрения дела, принял во внимание, что до настоящего времени они испытывают тяжелые нравственные переживания, вызванные гибелью ФИО24, который приходился ФИО9 сыном, а несовершеннолетней ФИО10 - отцом, внезапная трагическая гибель ФИО24 в результате несчастного случая на производстве причинила им сильный эмоциональный стресс, глубокие нравственные и физические страдания, связанные с потерей близкого человека, что явилось для них невосполнимой утратой, которая отразилась на состоянии здоровья и общем самочувствии и от которой они не смогли оправиться и до настоящего времени.

Оценив представленные по делу доказательства в их совокупности в соответствии с требованиями статей 67 ГПК РФ, при рассмотрении требований с учетом положений статей 1064, 151, 1100 ГК РФ, исходя из оснований и предмета иска и установленных обстоятельств, суд установил, что в связи со смертью близкого родственника (сына, отца) истцам ФИО9 и несовершеннолетней ФИО10 были причинены существенные нравственные страдания, связанные с преждевременной кончиной близкого человека, который погиб при изложенных выше обстоятельствах, в результате несчастного случая на производстве.

Суд учел данные о личности истцов и погибшего ФИО24, поддерживавших стойкие семейные связи и близкие отношения, характер и степень эмоциональных переживаний истцов на момент гибели ФИО24, объем и длительность перенесенных страданий в связи с гибелью сына, соотнося их с тяжестью причинённых истцам нравственных страданий и индивидуальными особенностями их личности, последствия гибели ФИО24, причинившие неизгладимую боль невосполнимой утраты близкого человека, которую истцы испытывают и в настоящее время, а также учитывая наличие иных лиц, которые вправе предъявить аналогичные требования.

Таким образом, с учетом выше изложенного, суд в силу статей 1064, 1079, 1100 ГК РФ обоснованно возложил на ответчика ООО «Дружба», как владельца источника повышенной опасности, обязанность по возмещению истцам ФИО9 и несовершеннолетней ФИО10 компенсации морального вреда, причиненного гибелью ФИО24, в размере 1 000 000 руб., в пользу каждого из них.

В части требований истца ФИО7, суд учел, что до настоящего времени она испытывает тяжелые нравственные переживания, вызванные гибелью супруга ФИО21, внезапная трагическая гибель супруга в результате несчастного случая на производстве причинила ей сильный эмоциональный стресс, глубокие нравственные и физические страдания, связанные с потерей близкого человека, что явилось для нее невосполнимой утратой, которая отразилась на состоянии здоровья и общем самочувствии и от которой она не смогла оправиться и до настоящего времени.

Оценив представленные по делу доказательства в их совокупности в соответствии с требованиями статей 67 ГПК РФ, при рассмотрении требований с учетом положений статей 1064, 151, 1100 ГК РФ, исходя из оснований и предмета иска и установленных обстоятельств, суд установил, что в связи со смертью супруга истцу ФИО7 были причинены существенные нравственные страдания, связанные с преждевременной кончиной близкого человека, который погиб при изложенных выше обстоятельствах, в результате несчастного случая на производстве.

Суд учел данные о личности истца и погибшего ФИО21, поддерживавших стойкие семейные связи и близкие отношения, характер и степень эмоциональных переживаний истца на момент гибели супруга ФИО21, объем и длительность перенесенных страданий в связи с гибелью супруга, соотнося их с тяжестью причинённых истцу нравственных страданий и индивидуальными особенностями ее личности, последствия гибели супруга, причинившие неизгладимую боль невосполнимой утраты близкого человека, которую истец испытывает и в настоящее время, а также наличие иных лиц, которые вправе предъявить аналогичные требования.

С учетом выше изложенного, суд в силу статей 1064, 1079, 1100 ГК РФ обоснованно возложил на ответчика ООО «Дружба», как владельца источника повышенной опасности, обязанность по возмещению ФИО7 компенсации морального вреда, причиненного гибелью супруга в размере 1000000 руб.

Принимая во внимание, что приговор в части гражданских исков ФИО13 полностью не исполнен, с учетом солидарного характера спорных правоотношений суд правомерно определил производить взыскание в пользу каждого истца (ФИО14, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО10 в лице законного представителя ФИО6, ФИО9, ФИО7) с зачетом сумм, взысканных с ФИО13 по приговору Брянского районного суда Брянской области от 13 апреля 2022 г.

В ходе рассмотрения дела истец ФИО5 пояснил, что до настоящего времени он испытывает тяжелые нравственные переживания, вызванные гибелью сына ФИО22, указав, что между ним и погибшим были близкие доверительные отношения, в связи с чем внезапная трагическая гибель сына в результате несчастного случая на производстве причинила ему сильный эмоциональный стресс, глубокие нравственные и физические страдания, связанные с потерей близкого человека, явилась для него невосполнимой утратой, которая отразилась на состоянии здоровья и общем самочувствии и от которой он не смог оправиться и до настоящего времени.

Оценив представленные по делу доказательства в их совокупности в соответствии с требованиями статей 67 ГПК РФ, при рассмотрении требований с учетом положений статей 1064, 151, 1100 ГК РФ, исходя из оснований и предмета иска и установленных обстоятельств, суд установил, что в связи со смертью сына истцу ФИО5 были причинены существенные нравственные страдания, связанные с преждевременной кончиной близкого человека, который погиб при изложенных выше обстоятельствах, в результате несчастного случая на производстве.

Суд учел данные о личности истца и погибшего ФИО22, поддерживавших стойкие семейные связи и близкие отношения, характер и степень эмоциональных переживаний истца на момент гибели сына ФИО22, объем и длительность перенесенных страданий в связи с гибелью сына, соотнося их с тяжестью причинённых истцу нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, последствия гибели сына, причинившие неизгладимую боль невосполнимой утраты близкого человека, которую истец испытывает и в настоящее время, а также наличие иных лиц, которые вправе предъявить аналогичные требования.

Разрешая заявленные исковые требования, суд, оценив представленные доказательства по правилам статьи 67 ГПК РФ, руководствуясь статьями 15, 150, 151, 322, 323, 325, 395, 408, 1064, 1079, 1080, 1083, 1099, 1101 ГК РФ, разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 ноября 2016 года № 54 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении", пришел к обоснованному выводу о том, что действия ответчиков ФИО13 и ООО «Дружба» находились в причинно-следственной связи с причиненными истцу ФИО5 физическими и нравственными страданиями, выразившиеся в гибели сына ФИО22, который погиб при изложенных выше обстоятельствах, в результате несчастного случая на производстве, в связи с чем имеются основания для взыскания с ответчиков в солидарном порядке компенсации морального вреда в размере 1 000 000 руб.

При разрешении данного спора в ходе рассмотрения дела представитель истца ФИО8, действующего в своих интересах и в интересах несовершеннолетних ФИО11 и ФИО26, ФИО15 пояснил, что до настоящего времени его доверитель и его несовершеннолетние дети испытывают тяжелые нравственные переживания, вызванные гибелью супруги (для него) и матери (для детей) ФИО23, указав, что погибшая проживала с ними совместно, сыновья испытывали к матери сильную привязанность и болезненно переносят факт ее утраты, между ним и погибшей супругой были близкие доверительные отношения, в связи с чем внезапная трагическая гибель ФИО23 в результате несчастного случая на производстве причинила ему и детям сильный эмоциональный стресс, глубокие нравственные и физические страдания, связанные с потерей близкого человека, явилась для них невосполнимой утратой, которая отразилась на состоянии здоровья и общем самочувствии и от которой они не смогли оправиться и до настоящего времени.

Оценив представленные по делу доказательства в их совокупности в соответствии с требованиями статей 67 ГПК РФ, при рассмотрении требований с учетом положений статей 1064, 151, 1100 ГК РФ, исходя из оснований и предмета иска и установленных обстоятельств, суд установил, что в связи со смертью ФИО23 истцу ФИО8, действующему в своих интересах и в интересах несовершеннолетних ФИО11 и ФИО26, были причинены существенные нравственные страдания, связанные с преждевременной кончиной близкого человека, которая погибла при изложенных выше обстоятельствах, в результате несчастного случая на производстве.

Суд учел данные о личности истцов и погибшей ФИО23, поддерживавших стойкие семейные связи и близкие отношения, характер и степень эмоциональных переживаний истца ФИО8 на момент гибели супруги ФИО23, объем и длительность перенесенных страданий в связи с гибелью супруги, возраст несовершеннолетних истцов, характер и степень понесенных детьми нравственных страданий, глубину переживаний детей в связи с разрывом родительской связи с матерью, соотнося их с тяжестью причинённых истцам нравственных страданий и индивидуальными особенностями их личности, последствия гибели ФИО23, причинившие неизгладимую боль невосполнимой утраты близкого человека, которую истцы испытывают и в настоящее время, а также наличие иных лиц, которые вправе предъявить аналогичные требования.

Разрешая заявленные исковые требования, суд, оценив представленные доказательства по правилам статьи 67 ГПК РФ, руководствуясь статьями 15, 150, 151, 322, 323, 325, 395, 408, 1064, 1079, 1080, 1083, 1099, 1101 ГК РФ, разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 ноября 2016 года № 54 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении", пришел к обоснованному выводу о том, что действия ответчиков ФИО13 и ООО «Дружба» находились в причинно-следственной связи с причиненными истцу ФИО8, действующему в своих интересах и в интересах несовершеннолетних истцов ФИО11 и ФИО26, физическими и нравственными страданиями, выразившиеся в гибели ФИО23, которая погибла при изложенных выше обстоятельствах, в результате несчастного случая на производстве, в связи с чем имеются основания для взыскания с ответчиков в солидарном порядке компенсации морального вреда в размере 1000000 руб. в пользу каждого из истцов ФИО8, ФИО11, ФИО26

В силу пункта 3 статьи 1079 ГК РФ владельцы источников повышенной опасности солидарно несут ответственность за вред, причиненный в результате взаимодействия этих источников (столкновения транспортных средств и т.п.) третьим лицам по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 1079 ГК РФ.

Статьей 1080 ГК РФ предусмотрено, что лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно. По заявлению потерпевшего и в его интересах суд вправе возложить на лиц, совместно причинивших вред, ответственность в долях, определив их применительно к правилам, предусмотренным пунктом 2 статьи 1081 Кодекса.

В пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. №1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснено, что судам для правильного разрешения дел по спорам, связанным с причинением вреда жизни или здоровью в результате взаимодействия источников повышенной опасности, следует различать случаи, когда вред причинен третьим лицам (например, пассажирам, пешеходам), и случаи причинения вреда владельцам этих источников. При причинении вреда третьим лицам владельцы источников повышенной опасности, совместно причинившие вред, в соответствии с пунктом 3 статьи 1079 ГК РФ несут перед потерпевшими солидарную ответственность по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 1079 ГК РФ. Солидарный должник, возместивший совместно причиненный вред, вправе требовать с каждого из других причинителей вреда долю выплаченного потерпевшему возмещения. Поскольку должник, исполнивший солидарное обязательство, становится кредитором по регрессному обязательству к остальным должникам, распределение ответственности солидарных должников друг перед другом (определение долей) по регрессному обязательству производится с учетом требований абзаца второго пункта 3 статьи 1079 ГК РФ по правилам пункта 2 статьи 1081 ГК РФ, то есть в размере, соответствующем степени вины каждого из должников. Если определить степень вины не представляется возможным, доли признаются равными.

Пунктом 1 статьи 322 ГК РФ определено, что солидарная обязанность (ответственность) или солидарное требование возникает, если солидарность обязанности или требования предусмотрена договором или установлена законом, в частности при неделимости предмета обязательства.

При солидарной обязанности должников кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности, притом как полностью, так и в части долга. Кредитор, не получивший полного удовлетворения от одного из солидарных должников, имеет право требовать недополученное от остальных солидарных должников. Солидарные должники остаются обязанными до тех пор, пока обязательство не исполнено полностью (пункты 1 и 2 статьи 323 ГК РФ).

В пункте 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 ноября 2016 г. №54 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении" разъясняется, что согласно пункту 1 статьи 323 ГК РФ кредитор вправе предъявить иск о полном взыскании долга к любому из солидарных должников. Наличие решения суда, которым удовлетворены те же требования кредитора против одного из солидарных должников, не является основанием для отказа в иске о взыскании долга с другого солидарного должника, если кредитором не было получено исполнение в полном объеме. В этом случае в решении суда должно быть указано на солидарный характер ответственности и на известные суду судебные акты, которыми удовлетворены те же требования к другим солидарным должникам.

Из приведенных нормативных положений и разъяснений постановлений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что в случае причинения вреда третьим лицам в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцы солидарно несут ответственность за такой вред. В данном правоотношении обязанность по возмещению вреда, в частности компенсации морального вреда, владельцами источников повышенной опасности исполняется солидарно. При этом солидарные должники остаются обязанными до полного возмещения вреда потерпевшему. Основанием для освобождения владельцев источников повышенной опасности от ответственности за возникший вред независимо от того, виновен владелец источника повышенной опасности в причинении вреда или нет, является умысел потерпевшего или непреодолимая сила. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 ГК РФ.

Надлежащее исполнение прекращает обязательство (пункт 1 статьи 408 ГК РФ).

Пунктом 1 и подпунктом 1 пункта 2 статьи 325 ГК РФ определено, что исполнение солидарной обязанности полностью одним из должников освобождает остальных должников от исполнения кредитору. Если иное не вытекает из отношений между солидарными должниками, должник, исполнивший солидарную обязанность, имеет право регрессного требования к остальным должникам в равных долях за вычетом доли, падающей на него самого.

По смыслу положений статьи 323 ГК РФ во взаимосвязи с пунктом 1 статьи 325 ГК РФ, обязательство, в том числе и по возмещению морального вреда, прекращается лишь в случае его полного исполнения солидарными должниками перед потерпевшим. При неполном возмещении вреда одним из солидарных должников потерпевший в соответствии с приведенными выше положениями пункта 2 статьи 323 ГК РФ вправе требовать недополученное от любого из остальных солидарных должников. Солидарный должник, исполнивший обязательство не в полном объеме, не выбывает из правоотношения до полного погашения требований кредитора. Вместе с тем обязательство солидарных должников перед кредитором прекращается исполнением солидарной обязанности полностью одним из должников. При этом распределение долей возмещения вреда между солидарными должниками производится по регрессному требованию должника, исполнившего солидарную обязанность, к другим должникам, а не по иску потерпевшего к солидарному должнику или солидарным должникам.

Исходя из вышеприведенных правовых норм в соответствии с пунктом 3 статьи 1079, статьями 323, 325 ГК РФ о солидарном обязательстве истцы ФИО5 и ФИО8, действующий в своих интересах и в интересах несовершеннолетних ФИО11 и ФИО26, были вправе требовать компенсацию морального вреда как совместно от всех солидарных должников - владельцев источников повышенной опасности, при взаимодействии которых (этих источников) причинен вред жизни их погибшим родственникам, так и от любого из них в отдельности, при этом солидарный характер обязательства сохраняется.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, в силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности только истец определяет, защищать ему или нет свое нарушенное или оспариваемое право (часть первая статьи 4 ГПК РФ), к кому предъявлять иск (пункт 3 части второй статьи 131 ГПК РФ) и в каком объеме требовать от суда защиты (часть третья статьи 196 ГПК РФ) (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 24 октября 2013 г. N 1626-О, от 17 июля 2014 г. N 1583-О).

При таких обстоятельствах, довод апелляционной жалобы ответчика о снижении сумм компенсации морального вреда в отношении каждого из истцов судом апелляционной инстанции отклоняется, поскольку, применительно к обстоятельствам настоящего спора, судом определен размер компенсации морального вреда, подлежащий выплате каждому из истцов. Порядок исполнения данного решения носит солидарный характер, что не лишат возможности ООО «Дружба» как должника, исполнившего солидарную обязанность, в силу п. п. 1 ч. 2 ст. 325 ГК РФ, реализовать право регрессного требования к должнику ФИО13

Оценивая заявленные истцами ФИО14, ФИО7, ФИО8, ФИО4, ФИО25, ФИО9, ФИО6 требования о взыскании с ООО «Дружба» компенсации инфляционных убытков суд первой инстанции исходил из следующего.

В обоснование заявленного требования о взыскании с ответчика компенсации инфляционных убытков истцы указали, что они были лишены возможности своевременно получить суммы страхового обеспечения из Фонда социального страхования Российской Федерации после смерти погибших в связи с несчастным случаем на производстве из-за волокиты ответчика, связанной с игнорированием предписаний государственного органа и требований судебных решений, а также их просьб о выдаче акта о несчастном случае в период с октября 2021 г. до июня 2024 г., при этом акт о групповом несчастном случае на производстве был составлен ответчиком только 03 июня 2024 г., а не в 2021 году после произошедшего ДТП.

Статьей 15 ГК РФ предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1).

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2).

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 г. №7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" разъяснено, что должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства (пункт 1 статьи 393 ГК РФ). Если иное не предусмотрено законом или договором, убытки подлежат возмещению в полном размере: в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом (статья 15, пункт 2 статьи 393 ГК РФ).

Если иное не установлено законом, использование кредитором иных способов защиты нарушенных прав, предусмотренных законом или договором, не лишает его права требовать от должника возмещения убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства (пункт 1 статьи 393 ГК РФ).

Таким образом, в соответствии с разъяснениями в пункте 2 названного Постановления, согласно статьям 15, 393 ГК РФ в состав убытков входят реальный ущерб и упущенная выгода.

Согласно правовой позиции, выраженной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21 января 1997 г. №4517/96, индекс инфляции сам по себе не может автоматически применяться для определения размера убытков.

По смыслу статьи 15 ГК РФ упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было (пункт 14 Постановления Пленума №25).

По делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ, пункт 12 Постановления Пленума №25).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 г. №7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", при определении размера упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления (пункт 4 статьи 393 ГК РФ).

В то же время в обоснование размера упущенной выгоды кредитор вправе представлять не только доказательства принятия мер и приготовлений для ее получения, но и любые другие доказательства возможности ее извлечения.

Из приведенных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что возмещение убытков как мера ответственности носит компенсационный характер и направлено на восстановление имущественного положения потерпевшего лица. Убытки в форме упущенной выгоды подлежат возмещению, если соответствующий доход мог быть извлечен в обычных условиях оборота, либо при совершении предпринятых мер и приготовлений, но возможность его получения была утрачена вследствие неправомерных действий ответчика.

Таким образом, истец должен доказать, что действия ответчика явились единственным препятствием, не позволившим ему получить упущенную выгоду; наличие причинно-следственной связи между действиями ответчика и неполучением правообладателями доходов.

Право истцов на своевременное получение страхового возмещения не может быть поставлено в зависимость от действий ответчика по оспариванию решений, с которыми он был не согласен, так как в данном случае ответчик, считая свои права нарушенными, вправе защищать их любым, не запрещенным законом, способом, в том числе, путем обжалования решений, с которым он был не согласен, а также посредством подачи самостоятельного иска.

Сам по себе индекс инфляции не может автоматически применяться при определении размера убытков, несение которых в качестве реального ущерба либо упущенной выгоды подлежит доказыванию с учетом положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Само по себе существование инфляционных процессов в стране не свидетельствует с достоверностью о причинении истцам убытков ни в виде реального ущерба, ни в виде упущенной выгоды.

С учетом фактических обстоятельств дела, суд пришел к обоснованному выводу о недоказанности истцами совокупности обстоятельств, возлагающих на ООО «Дружба» обязанность возместить заявленные инфляционные убытки в заявленном размере.

Оценив заявленные истцами ФИО14, ФИО7, ФИО8, ФИО4, ФИО25, ФИО9, ФИО6 требования о взыскании с ООО «Дружба» компенсации морального вреда по причине нарушения работодателем законодательства, суд первой инстанции, руководствуясь ст.ст.151, 1064, 1099, 1100 ГК РФ, ст.ст.237, 419 ТК РФ, пришел к правомерному выводу в том, что истцами не представлено доказательств того, что действия ООО «Дружба», связанные с оформлением акта о несчастном случае 03 июня 2024 г., каким-либо образом усугубили переживаемые истцами страдания, в связи с чем основания для взыскания с ответчика компенсации морального вреда у истцов отсутствуют.

При таких обстоятельствах дела, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований к отмене либо изменению состоявшегося по делу судебного решения.

Руководствуясь ст. ст. 328-330 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Брянского районного суда Брянской области от 26 августа 2025 года без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Первый кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения.

В окончательной форме определение изготовлено 9 февраля 2026 года.

Председательствующий И.М. Фролова

Судьи О.Г. Ильюхина

А.В. Соков