Судья Гомзякова М.В. Дело № 22-95/2026

Докладчик Шабарин А.В.

А П Е Л Л Я Ц И О Н О Е 

О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

15 января 2026 года г. Архангельск

Судебная коллегия по уголовным делам Архангельского областного суда в составе председательствующего Голдобова Е.А.,

судей Копытко Н.Ю., Шабарина А.В.

при помощнике судьи Селяковой С.Ю.

с участием прокурора уголовно-судебного отдела прокуратуры Архангельской области и Ненецкого автономного округа Корчажинского А.В.,

осуждённого ФИО1 (посредством видео-конференц-связи),

защитника – адвоката Васильевой И.Э.

рассмотрела в судебном заседании апелляционное представление государственного обвинителя – заместителя прокурора г. Архангельска Цыварева В.В. и апелляционную жалобу защитника Васильевой И.Э. на приговор Исакогорского районного суда г. Архангельска от 17 ноября 2025 года, которым

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, несудимый

осуждён по п. «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ к 9 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

На период апелляционного обжалования мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении изменена на заключение под стражу.

В срок наказания, исчисленный с даты вступления приговора в законную силу, зачтено время фактического задержания ФИО1 19 марта 2024 года, а также время содержания его под стражей с 17 ноября 2025 года до вступления приговора в законную силу из расчёта один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Приговором разрешены вопросы о распределении процессуальных издержек и судьбе вещественных доказательств.

На основании п. «г» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ принято решение конфисковать в доход государства принадлежащий ФИО1 мобильный телефон «IPhone 5s», признанный вещественным доказательством.

Заслушав доклад судьи Шабарина А.В. по материалам дела, выступление прокурора Корчажинского А.В. об изменении приговора только по доводам апелляционного представления, позиции осуждённого ФИО1 и защитника Васильевой И.Э., поддержавших доводы апелляционной жалобы и возражавших против удовлетворения апелляционного представления, судебная коллегия

у с т а н о в и л а :

При изложенных в приговоре обстоятельствах ФИО1 признан виновным в незаконном сбыте наркотического средства Мефедрон (4-метилметкатинон) массой 0,26 грамма, то есть в значительном размере.

Преступление совершено в период с 13 по 18 марта 2024 года в г. Архангельске.

В апелляционном представлении государственный обвинитель – заместитель прокурора г. Архангельска Цыварев В.В., не оспаривая установленные судом фактические обстоятельства дела, выводы о виновности и квалификацию действий осуждённого, ставит вопрос об изменении приговора ввиду нарушения судом уголовно-процессуального закона и неправильного применения уголовного закона, которое выразилось в непринятии решения о судьбе полученного ФИО1 в результате незаконного сбыта наркотического средства денежного вознаграждения в сумме 5 550 рублей.

Ссылаясь на п. «а» ч. 1 ст. 104.1 и ч. 1 ст. 104.2 УК РФ, просит конфисковать, взыскав с ФИО1 в доход государства, денежную сумму, эквивалентную размеру вознаграждения, полученного им в результате преступления, в остальной части оставить приговор без изменения.

В апелляционной жалобе в интересах осуждённого защитник Васильева И.Э. выражает несогласие с приговором, который считает незаконным, необоснованным и несправедливым.

Полагает, что суд нарушил право ФИО1 на защиту, так как не принял во внимание и не оценил его заявления о неправомерных действиях сотрудников правоохранительных органов при его задержании. Медицинскую документацию, подтверждающую причинение ФИО1 телесных повреждений, принять отказался.

Обращает внимание, что её подзащитный категорически отрицает свою причастность к преступлению, давал об этом последовательные показания, однако суд формально подошёл к исследованию приведённых стороной защиты доводов, не устранил имеющиеся противоречия, не опроверг сомнения в виновности ФИО1, формально подошёл к исследованию доказательств.

Ссылаясь на обстоятельства инкриминируемого ФИО1 деяния, изложенные в обвинительном заключении, показания самого осуждённого, свидетелей БИА и ПВИ., приводит их собственный анализ, отмечая, что ФИО1 действительно передал через водителя автобуса, следовавшего в 

<

адрес>, вещи для ПВИ., так как они давно знакомы и периодически по просьбе последнего он отправлял тому одежду для работы, однако к незаконному обороту наркотиков эти действия никакого отношения не имеют.

Свидетель БИА. в ходе судебного заседания заявила, что у ФИО1 ничего не просила, перевела последнему денежные средства по просьбе ПВИ, не зная об их предназначении, и лишь под давлением государственного обвинителя указала, что была осведомлена о наркотике. Причину дачи показаний против ФИО1 в ходе расследования объяснила желанием защитить ПВИ

К показаниям свидетеля ПВИ также предлагает отнестись критически, поскольку ранее он судим, является потребителем наркотических средств, при этом ФИО1 в суде заявил, что ПВИ. его оговаривает.

Указанным обстоятельствам должной оценки в приговоре не дано.

Отмечает, что допрошенные в судебном заседании сотрудники РУ ФСБ ГЭГ и ПДА., сославшись на получение оперативной информации о незаконном обороте наркотиков, источник такой информации не раскрыли, очевидцами того, что именно ФИО1 разместил свёрток с наркотиком в пачку чая, не являлись.

Подробно приводит показания водителя и пассажира автобуса – свидетелей ШАА., ГАВ, а также понятых ЯВА., ЯСН., обращая внимание на то, что во время изъятия пакета было очень много людей, как и кто именно нёс пакет на пост ДПС, названные свидетели не видели, каким образом в пачке чая оказалось наркотические средство, им неизвестно. В связи с этим полагает, что наркотик в пачку поместил кто-то из тех многочисленных лиц, которые находились рядом во время изъятия, как об этом и заявлял сам ФИО1

Выражает мнение, что в исследованных судом материалах дела также отсутствуют доказательства вины её подзащитного. При этом отмечает, что следов рук ФИО1 на пакетике с наркотиком не обнаружено. Всё обвинение строится только на противоречивых показаниях ПВИ. и БИА., а проведённая по делу очная ставка между ПВИ. и ФИО1 имеющиеся в показаниях противоречия не устранила.

Вопреки нормам уголовно-процессуального закона изъятие пакета из автобуса происходило «стихийно», пакет не был немедленно опечатан, находился в свободном доступе, в результате чего при его перемещении на пост ДПС с ним могло произойти что угодно. До остановки транспортного средства сотрудниками полиции этот пакет также находился в свободном доступе, лежал на панели автобуса.

С учётом приведённых доводов, ссылаясь на положения уголовного закона и разъяснения в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 15 июня 2006 года № 14 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами», приходит к выводу о том, что доказательств причастности ФИО1 к преступлению, в котором он признан виновным, не имеется, а выводы суда, изложенные в приговоре, основаны на ничем не подтверждённых предположениях.

В этой связи просит приговор отменить, а ФИО1 по предъявленному ему обвинению оправдать.

В письменных возражениях на апелляционную жалобу защитника государственный обвинитель Чернакова М.А. находит приведённые в ней доводы несостоятельными, считает осуждение ФИО1 законным и обоснованным, а назначенное наказание – справедливым, поэтому просит в удовлетворении апелляционной жалобы отказать.

Изучив материалы дела, проверив доводы, изложенные в апелляционном представлении и апелляционной жалобе, а также приведённые сторонами в заседании суда апелляционной инстанции, судебная коллегия приходит к следующему.

Выводы суда о виновности Котовского в совершении преступления, за которое он осуждён, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на совокупности относимых и допустимых доказательств, подробно изложенных и надлежащим образом оцененных в приговоре в соответствии с требованиями ст.ст. 17, 87, 88 УПК РФ.

При рассмотрении дела судом первой инстанции Котовский свою вину не признал, вместе с тем не отрицал и не оспаривал, что при изложенных в обвинении обстоятельствах приобрёл и передал БИА по её просьбе упаковку чая вместе с вещами своего знакомого ПВИ. через водителя маршрутного автобуса, следовавшего в 

<

адрес>, где последние проживают. Однако утверждал, что никаких наркотических средств в пакете не было, как наркотик оказался в пачке чая, ему неизвестно. Перевод БИА денежных средств ему на счёт объяснил тем, что занял их у ПВИ.

Все приведённые осуждённым доводы, аналогичные изложенным в апелляционной жалобе защитника, судом были тщательно проверены и обоснованно отвергнуты как несостоятельные.

За основу выводов о виновности осуждённого судом правомерно приняты показания ПВИ и его сожительницы БИА, которые одинаково показали, что 13 марта 2024 года Котовский в ходе телефонного разговора с ПВИ предложил последнему приобрести наркотическое средство – курительную смесь, с чем последний согласился. Согласно договорённости наркотик Котовский должен был направить ему из г. Архангельска маршрутным такси. О приобретении наркотического средства ПВИ сообщил БИА, которая по его просьбе в тот же день перевела Котовскому на банковский счёт 5 500 рублей в качестве оплаты. Подтвердив поступление денег, Котовский пообещал ПВИ направить посылку с наркотиком 15 марта 2024 года, однако в оговорённый срок этого не сделал, обязался предоставить наркотик позднее. Поскольку ПВИ уехал на вахту, 17 марта 2024 года Котовский позвонил БИА, сказал, что отправит посылку 18 марта 2024 года через водителя маршрутного такси, о чём БИА сообщила ПВИ кроме того, по просьбе Котовского перевела ещё 300 рублей, чтобы оплатить доставку. В указанный день, как и договаривались, Котовский связался с ней по телефону, назвал марку автобуса и время его прибытия в 

<

адрес>, а также объяснил, что свёрток с наркотическим средством будет находиться в пачке чая «Акбар» между пакетиками. Однако в обозначенное время маршрутное такси в 

<

адрес> не прибыло, в связи с чем БИА ещё дважды перезванивала Котовскому, который утверждал, что посылку отправил именно этим автобусом. О том, что посылка была обнаружена и изъята, БИА узнала в тот же день от сотрудников полиции, которые пришли к ней для получения от неё объяснений.

Свои показания ПВИ подтвердил в ходе очной ставки с Котовским.

Как верно указано судом первой инстанции, сообщённые ПВИ и БИА сведения полностью согласуются с показаниями водителя маршрутного такси ШАА., который, уверенно опознав в ФИО1 мужчину, обратившегося к нему 18 марта 2024 года с просьбой передать в 

<

адрес> посылку – прозрачный полиэтиленовый пакет с пачкой чая «Акбар» девушке по имени И, пояснил, что сразу положил пакет на приборную панель автомобиля, чтобы не забыть выполнить эту просьбу, однако на посту ГИБДД при выезде из г. Архангельска был остановлен сотрудниками полиции и ФСБ. Последние в присутствии понятых изъяли указанный пакет. Он участвовал в его осмотре. Выяснилось, что упаковка на пачке чая (заводская плёнка) отсутствовала, а внутри среди пакетиков чая находился маленький свёрток светлого цвета. По этому поводу был составлен протокол.

Пассажир автобуса ГАВ., являвшаяся непосредственным очевидцем передачи незнакомым молодым человеком посылки в виде пакета с пачкой чая «Акбар» водителю автобуса, дала аналогичные показания. Подтвердила, что, согласившись передать посылку, водитель взял её у мужчины и положил на переднюю панель к лобовому стеклу. Пакет все-время находился у неё (ГАВ) перед глазами. До момента изъятия сотрудниками правоохранительных органов его никто не трогал.

Допрошенные в качестве свидетелей оперуполномоченные Службы в г. Архангельске ПУ ФСБ России по западному арктическому району ГЭГ и ПДА одинаково показали, что по поступившей оперативной информации о возможной причастности Котовского к незаконному обороту наркотических средств было организовано проведение оперативно-розыскного мероприятия (ОРМ) «наблюдение», в ходе которого зафиксировано, как Котовский передал водителю автобуса «Пежо Боксер» полиэтиленовый пакет с предметом прямоугольной формы внутри. Получив пакет, водитель начал движение от железнодорожного вокзала г. Архангельска, после чего был оставлен на стационарном посту ДПС № 84 ГИБДД УМВД России по г. Архангельску. В присутствии понятых на передней панели транспортного средства обнаружен пакет с упаковкой чая «Акбар», внутри которого находился свёрток с веществом белого цвета, который, как выяснилось в ходе исследования, является наркотическим средством. Водитель автобуса ШАА. пояснил, что посылка была адресована женщине по имени И, назвал её абонентский номер, который соответствовал номеру телефона, находившемуся в пользовании БИА.

Показания названных лиц объективно подтверждаются исследованными судом первой инстанции материалами дела:

протоколом обследования транспортного средства, которым зафиксированы факт обнаружения и изъятия с передней панели микроавтобуса «Пежо Боксер» коробки чая «Акбар», внутри которой найден свёрток с веществом белого цвета;

справкой об исследовании, согласно которой вещество, находящееся в свёртке, действительно содержит наркотическое средство Мефедрон (4-метилметкатинон) массой 0,26 грамма;

заключениями судебных экспертиз, подтвердивших результаты предварительного исследования о свойствах и весе изъятого вещества, а также установивших наличие в полученных у Котовского образцах его мочи следов употребления запрещённых веществ;

протоколом осмотра изъятого у Котовского при личном досмотре мобильного телефона, в котором находилась сим-карта с абонентским номером, использованным им для связи с ПВИ и БИА, а также представленной оператором сотовой связи информацией, подтверждающей телефонные соединения между названными лицами в указанное в обвинении время;

полученными из ПАО «Сбербанк» сведениями о переводе БИА со своего банковского счёта на счёт банковской карты Котовского 5 500 рублей 13 марта 2024 года и 300 рублей 17 марта 2024 года.

На основании совокупности этих и других приведённых в приговоре доказательств суд правильно установил фактические обстоятельства дела и обоснованно признал несостоятельными доводы осуждённого о его невиновности в совершении преступления.

Вопреки мнению защитника правильность оценки показаний БИА и ПВИ, как и остальных свидетелей, показания которых приведены в приговоре, сомнений не вызывает.

Каких-либо оснований для оговора ими Котовского судом первой инстанции не установлено. Не усматривает их и судебная коллегия.

Зависимость ПВИ от употребления наркотических средств, на которую Котовский сослался в обоснование выдвинутой версии об оговоре, не только не опровергает показания названного лица, но и подтверждает их, поскольку указывает на причину, по которой ПВИ согласился приобрести наркотик.

Как следует из материалов дела, до рассматриваемых событий ПВИ и Котовский состояли в приятельских отношениях, конфликтов между ними не возникало, БИА с осуждённым была не знакома, вследствие чего никто из них неприязни к последнему не испытывает.

При этом ПВИ на всех стадиях производства по уголовному делу одинаково последовательно рассказал об обстоятельствах приобретения у Котовского наркотического средства, подтвердил свои показания сначала в ходе очной ставки с последним, а затем ещё раз в судебном заседании в присутствии самого осуждённого и его защитника.

Причину возникших в суде противоречий относительно показаний, данных на стадии предварительного расследования, БИА убедительно объяснила запамятованием событий в связи с истечением значительного периода времени. Вместе с тем, будучи их непосредственным участником, при производстве расследования она также подробно и последовательно описала их, при этом сообщённые ей сведения не только в деталях согласуются с показаниями её сожителя ПВИ, но и подтверждаются другими приведёнными выше доказательствами по делу.

Оглашённые в судебном заседании и приведённые в приговоре показания БИА также полностью подтвердила.

Более того, сообщив о совершённом Котовским преступлении, названные лица рассказали и о своих противоправных действиях, в связи с которыми оба были привлечены к ответственности и подвергнуты уголовному наказанию.

Изложенное свидетельствует об отсутствии у ПВИ и БИА какой-либо личной заинтересованности в исходе настоящего уголовного дела, а потому суд, правильно оценив и сопоставив их показания с остальными исследованными доказательствами, обоснованно признал их относимыми, допустимыми и достоверными, приняв за основу своего решения.

Вывод суда о том, что этим критериям соответствуют и остальные доказательства, в достаточной степени мотивирован и является правильным.

Оспариваемое защитником оперативно-розыскное мероприятие «Наблюдение» проведено в полном соответствии со ст.ст. 6 - 7, 11 - 15 Федерального закона от 12 августа 1995 года N 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», его результаты представлены органу следствия с соблюдением инструкции «О порядке представления результатов оперативно-розыскной деятельности дознавателю, органу дознания, следователю, прокурору или в суд», утвержденной, в том числе, приказом ФСБ РФ от 27 сентября 2013 года № 509, поэтому правомерно использованы в качестве доказательств по уголовному делу на основании ст. 89 УПК РФ.

В судебном заседании установлено, что умысел Котовского на незаконный сбыт наркотического средства сформировался независимо от деятельности сотрудников, осуществлявших оперативно-розыскную деятельность. При этом согласно ч. 2 ст. 7 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» основанием для проведения оперативно-розыскных мероприятий до возбуждения уголовного дела могут являться, в том числе ставшие известными органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, сведения о признаках подготавливаемого, совершаемого или уже совершённого противоправного деяния. Причём вопреки доводам защитника ст. 12 названного Федерального закона содержит прямой запрет на разглашение сведений об источниках и способах получения подобной информации оперативным путём, поскольку она составляет охраняемую законом государственную тайну.

Указанное оперативно-розыскное мероприятие проведено уполномоченным должностным лицом Службы в г. Архангельске ПУ ФСБ России, а по его результатам составлен протокол, правильность содержания которого заверена подписями всех участвовавших в этом мероприятии лиц, в том числе понятых ЯСН, ЯВА, а также свидетеля ШАА, каждый из которых при допросе подтвердил как факт изъятия в их присутствии пачки чая, так и обнаружения в ней свёртка с веществом (наркотиком).

Вопреки доводам апелляционной жалобы сразу после обнаружения свёрток был упакован и опечатан, что также зафиксировано в протоколе.

Из показаний свидетелей ШАА и ГАВ следует, что после размещения переданного Котовским пакета на приборной панели автобуса до момента его изъятия сотрудниками правоохранительных органов этот пакет никто не трогал, а его перемещение на пост ДПС происходило в присутствии как ШАА, так и понятных ЯВА., ЯСН., которые непосредственно наблюдали за происходящим.

Таким образом, мнение стороны защиты, согласно которому наркотическое средство могло быть подброшено кем-то из присутствовавших во время проведения этого оперативно-розыскного мероприятия лиц, является безосновательным предположением, которое судом первой инстанции мотивированно опровергнуто.

Отсутствие на изъятом пакете с наркотическим средством следов рук Котовского о его непричастности к преступлению не свидетельствует.

Выдвинутая им версия о причине, по которой он решил направить посылку, также является несостоятельной. Осуждённый утверждал, что по своей инициативе хотел переслать ПВИ спортивные штаны, о чём тот его не просил, а пачку чая приобрёл и направил по просьбе БИА. Однако, как верно отмечено свидетелем ГАВ, подобный чай продаётся повсеместно, поэтому с учётом стоимости перевозки, его приобретение и направление БИА в 

<

адрес> не имело никакой целесообразности.

Убедительно объяснить суду свои действия Котовский не смог. Спортивные брюки в пакете отсутствовали.

В силу ст. 252 УПК РФ оспариваемая защитником правомерность применения сотрудниками правоохранительных органов физической силы при задержании Котовского не относится к предмету судебного разбирательства, поэтому оснований для приобщения к материалам уголовного дела представленных защитником акта о наличии у Котовского при помещении в изолятор временного содержания телесных повреждений, а также заключения врача-травматолога не имелось.

Мефедрон (4-метилметкатинон) включен в утвержденный постановлением Правительства РФ от 30 июня 1998 года № 681 Перечень наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в Российской Федерации, и отнесен к наркотическим средствам, оборот которых в Российской Федерации запрещен. При этом масса сбытого Котовским наркотического средства – 0,26 грамма образует установленный постановлением Правительства РФ от 1 октября 2012 года N 1002 крупный размер.

Таким образом, всесторонне, полно и объективно исследовав обстоятельства дела, проверив собранные доказательства, сопоставив их друг с другом и оценив в совокупности, суд пришел к правильному выводу об их достаточности для разрешения дела, обоснованно признав Котовского виновным в незаконном сбыте наркотического средства в значительном размере и верно квалифицировал его действия по п. «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ.

Все обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, установлены судом в полном объеме, исходя из совокупности подробно изложенных и тщательно проанализированных в приговоре доказательств. При этом суд указал мотивы, по которым он принял одни доказательства и признал несостоятельными другие. Оснований для признания положенных в основу приговора доказательств недостоверными судебная коллегия не усматривает.

Исходя из установленных фактических обстоятельств дела, суд обоснованно признал Котовского виновным в совершении инкриминированного ему преступления и правильно квалифицировал его действия по п. «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ как незаконный сбыт наркотического средства в значительном размере.

Судебное разбирательство проведено объективно и всесторонне, с соблюдением требований ст.ст. 273 - 291 УПК РФ. Принципы состязательности, всесторонности, полноты и объективности судом также соблюдены. При этом сторонам были созданы необходимые условия для исполнения их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.

Наказание Котовскому назначено в соответствии с требованиями ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ с учётом характера и степени общественной опасности совершённого преступления, конкретных обстоятельств содеянного, данных о личности виновного, наличия смягчающего обстоятельства, которым обоснованно признано состояние здоровья Котовского и его матери, при отсутствии отягчающих обстоятельств, а также исходя из всех иных данных, влияющих на наказание, исправление осуждённого и на условия жизни его семьи.

По своему виду и размеру назначенное Котовскому наказание не превышает пределов, установленных законом, соразмерно содеянному, а потому справедливо.

Вид исправительного учреждения, в котором осуждённому надлежит отбывать лишение свободы – исправительная колония строгого режима, определен верно на основании п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

Правильность принятого судом решения о конфискации принадлежащего Котовскому мобильного телефона, признанного вещественным доказательством по уголовному делу, сомнений не вызывает.

Вместе с тем судебная коллегия находит приговор подлежащим изменению по доводам апелляционного представления в связи с неправильным применением судом первой инстанции уголовного закона.

В соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ деньги, ценности и иное имущество, полученные в результате совершения преступления, предусмотренного ст. 228.1 УК РФ, подлежат обязательной конфискации, то есть принудительному безвозмездному изъятию и обращению в собственность государства.

Согласно ч. 1 ст. 104.2 УК РФ, если конфискация определенного предмета, входящего в имущество, указанное в статье 104.1 УК РФ, на момент принятия судом решения о конфискации данного предмета невозможна вследствие его использования, продажи или по иной причине, суд выносит решение о конфискации денежной суммы, которая соответствует стоимости данного предмета.

Как установлено судом и следует из приговора, в результате незаконного сбыта наркотического средства Котовский получил от БИА на свой банковский счёт безналичные денежные средства в сумме 5 500 рублей, которыми распорядился по своему усмотрению.

Деньги в указанном размере у него не изымались.

При таких обстоятельствах судебная коллегия принимает решение конфисковать у Котовского денежную сумму, эквивалентную сумме денежных средств, полученных им в результате совершённого преступления, то есть 5 500 рублей.

Иных нарушений норм уголовного или уголовно-процессуального законов, влекущих отмену либо изменение приговора, по делу не допущено.

Руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.15, 389.18, 389.20, 389.26, 389.28 и 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

о п р е д е л и л а :

Приговор Исакогорского районного суда г. Архангельска от 17 ноября 2025 года в отношении ФИО1 изменить.

На основании п. «а» ч. 1 ст. 104.1, ч. 1 ст. 104.2 УК РФ конфисковать у ФИО1 в доход государства денежную сумму в размере 5 500 рублей.

В остальном приговор оставить без изменения, а апелляционную жалобу защитника Васильевой И.Э. – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном ст. ст. 401.7 и 401.8 УПК РФ, в Третий кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора, а осуждённым, содержащимся под стражей, – в тот же срок со дня вручения ему копии такого судебного решения

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление подается непосредственно в Третий кассационный суд общей юрисдикции и рассматривается в порядке, предусмотренном ст.ст. 401.10-401.12 УПК РФ.

Осуждённый вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий Е.А. Голдобов

Судьи Н.Ю. Копытко

А.В. Шабарин