Дело (УИД) № 48RS0017-02-2025-000250-58

Производство № 2-А215/2025

№2-А10/2026

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

22 января 2026 года с. Волово

Тербунский районный суд Липецкой области (постоянное судебное присутствие в селе Волово Воловского округа Липецкой области) в составе:

председательствующего судьи Сенюковой Л.И.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Шелухой Л.Л.,

при секретаре Данюшиной Л.Е.,

с участием истца ФИО1,

представителя истца ФИО2,

ответчиков ФИО4, ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО4, ФИО5 о признании недействительным договора дарения жилого дома и земельного участка и о применении последствий недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО4, о признании недействительным договора дарения жилого дома и земельного участка и о применении последствий недействительности сделки, указывая на то, что ей, на праве собственности принадлежали жилой дом, общей площадью 56,4 кв.м., с кадастровым номером: №, земельный участок, общей площадью 1500 кв.м. с кадастровым номером: 48:01:0470408:302, расположенные по адресу: 

<

адрес>.

9 апреля 2021 года выше указанные жилой дом и земельный участок, она подарила ответчику, ФИО4, который является её родным и единственным сыном, по его просьбе. Вместе с тем договор дарения является недействительной сделкой, поскольку он был заключенпод влиянием заблуждения относительно характера заключаемой сделки. Заключая сделку с ФИО4 у них была договорённость, что в договоре дарения будет прописано право её пожизненного проживания в этом доме, поскольку другого жилья у неё в собственности нет. Передавая недвижимость сыну истица, ФИО1, полагала, что сын будет заботиться о ней, однако он воспользовался неграмотностью истицы и ввел её в заблуждение, поскольку истица предполагала, что ФИО4 будет за ней ухаживать, как сын за матерью, возить её в поликлинику на прием к врачам. При этом она не знала, что подписывает договор дарения, в котором не прописано условие - право её пожизненного проживания, поскольку является пожилым человеком, пенсионеркой, инвалидом 2 группы, страдает заболеваниями опорно-двигательной системы и гипертонией, частыми головными болями. Договор дарения был заключён в простой письменной форме и подписан в спорном доме, в присутствие сотрудника МФЦ ФИО21 (отчество истице не известно), одноклассницы её сына, при этом видеосъемка не производилась. ФИО1 доверяла своему сыну, поэтому при подписании договор не прочла. Кто составлял проект спорного договора ей не известно.

С 2023 года отношения с сыном стали ухудшаться. Она оплачивает коммунальные услуги, за свои денежные средства отремонтировала 4 комнаты в доме. Теперь сын не даёт ей возможности проводить в доме даже неотложные ремонтные работы, такие как ремонт отопления и другие. Когда потекла отопительная труба, грозился отключить газ и отправить её в дом престарелых. При этом сам не занимается ремонтными работами, не обрабатывает земельный участок, не окашивает его, участок весь зарос сорной растительностью, из-за чего она не может пройти к калитке. В силу имеющихся у неё заболеваний, она передвигается при помощи ходунков, поэтому самостоятельно не может следить за земельным участком. Грозился отключить стационарный телефон. Сын создал невыносимые условия для её проживания в доме.

За защитой своих прав в июле 2025 года ФИО1 обратилась к участковому уполномоченному ФИО6 МО МВД России «Тербунский» ФИО20 который попросил её предоставить ему договор дарения, но у неё его не оказалось. Участковым было установлено, что экземпляр договора дарения ФИО1 находился у ответчика, ФИО4 Истице ФИО4 отдал договор дарения только после того, как она обратилась за помощью к участковому инспектору.

После того, как сын отдал ФИО1 договор, она внимательно прочла его и была удивлена, что в нем отсутствует условие о её пожизненном проживании в доме. Она никогда не имела намерения дарить ответчику принадлежащую ей недвижимость, а была убеждена, что передает недвижимость взамен на выполнение обязательств по осуществлению за ней ухода. Она заблуждалась в отношении природы сделки и последствий её заключения.

Заключая договор, ФИО1 доверяла сыну, нуждалась в силу возраста и состояния здоровья в уходе, приобретении продуктов питания и лекарств, и рассчитывала получить уход. Ответчик ввел её в заблуждение относительно природы совершаемой сделки, в связи с чем, полагает, что договор дарения от 09.04.2021 года является недействительным.

Она (ФИО1) имела неправильное представление о правовых последствиях заключаемого ею договора, думая, что сын будет ухаживать за ней, не предполагала, что лишится жилья, которое является её единственным местом жительства.

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

О том, что нарушено её право ФИО1 стало известно только в июле 2025 года, считает, что пропустила срок исковой давности по уважительной причине.

ФИО1 просит признать причины пропуска срока исковой давности уважительными и восстановить срок исковой давности;

признать недействительным договор дарения жилого дома, общей площадью 56,4 кв.м., с кадастровым номером: №, и земельного участка, общей площадью 1500 кв.м., с кадастровым номером: №, расположенных по адресу: 

<

адрес>, заключенный между ФИО1 и ФИО4, от 09.04.2021 года, и применить последствия недействительности сделки.

Определением Тербунского районного суда Липецкой области (постоянное судебное присутствие в селе Волово Воловского округа Липецкой области) от 17.12.2025 года к участию в данном деле в качестве соответчика привлечена ФИО5.

В судебном заседании истица, ФИО1, исковые требования поддержала по обстоятельствам, указанным в иске, при этом дополнила, что она не может проживать в этом доме. Она думала, что подарит ФИО7 дом, и он будет о ней заботиться. Он спросил её, может быть она подарит ему дом, она согласилась, сказала ФИО24 что он её любимый сыночек, подарит ему дом, при этом она не высказывала никаких условий заключения договора дарения.

Позже ФИО23. приехала с договором дарения и она (ФИО1) его подписала - 9.04.2021 года. Больше договор дарения она не видела. Прошло три года. ФИО1 пошла в МФЦ за договором дарения, ей сказали, что у них нет. Этот договор дарения оказался у ответчика, ФИО4, который ей позже отдал.

ФИО1 не знала, что заключив договор дарения, она там никто. Она понимала значение своих действий и руководила ими, подписывая договор дарения.

В судебном заседании по заявлению ФИО1, к участию в деле в качестве её представителя, в соответствии с ч.6 ст. 53 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, допущена ФИО2, которая исковые требования поддержала, по обстоятельствам, указанным в иске, при этом дополнила, что через три года ей ФИО1 сказала, что она подписала договор дарения, считая, что это завещание.

Ответчик, ФИО4, исковые требования не признал, поддержав письменные возражения, при этом дополнил, что истица всё понимала, заключая спорный договор дарения.

Дом не был на истицу оформлен, он собрал все документы для этого, зарегистрировали права собственности ФИО1 на спорный дом. После этой регистрации, через 2 недели, в МФЦ был выдан образец договора дарения. Позже пришла ФИО22 с договором дарения, прочитала его, и они подписали договора дарения. Он жилой дом и земельный участок поставил на кадастровый учет, после этого 2-й экземпляр договора передал истице, позже она отдала ему 2-й экземпляр договора дарения на хранение.

Согласно письменным возражениям ФИО4 в суд, он считает исковые требования не обоснованными в полном объеме, поскольку в а связи с ограничением КОВИД и тем, что оба участника сделки имеют 2 группу инвалидности, была оформлена заявка выезда сотрудника МФЦ на дом для совершения сделки. 09.04.2021 ФИО25 приехала на служебном транспорте, удостоверилась в отсутствии влияния 3-х лиц, зачитала договор, вслух полностью, поэтому истец был уведомлен о том, что это договор дарения и возражений от истца не было. После этого документы были отправлены на постановку в Кадастровый реестр. После заверения договора в МФЦ, ответчик предоставил истцу договор дарения, которая отказалась хранить договор дарения у себя, ссылаясь на плохую память.

Поэтому ни в каком заблуждении она не была и все этапы оформления она знала, в том числе дату и время визита сотрудника МФЦ.

Коммунальные услуги оплачивает истец, так как есть льготы и до сегодняшнего дня проживает одна в этом доме. И ремонт, это её собственная инициатива и неотложные ремонтные работы она проводит самостоятельно, не задумываясь о безопасности этих работ. В следствии чего дом получил внешние повреждения. Из-за неправильной установки окон в зале и нарушением конструкции несущей стены со смещением, лопнул фундамент в нескольких местах.

Что касается неотложного ремонта, он приобрёл АГВ и вызвал мастера для установки. Все работы были завершены до начала отопительного сезона, о чем свидетельствует регистрация замены оборудования в Райгазе с. Волово. Перекрыть газ не в его полномочиях, поэтому обвинение его в отключении газа, считает не обоснованным. В силу состояния здоровья, заниматься обработкой участка в нужной мере он не может. Он выполняет по возможности свои обязательства по уходу за матерью и до вмешательства ФИО2, истицу все устраивало. Уходом истица обеспечена, подвоз лекарств, продуктов питания осуществляется по первому требованию. Оказывается медицинская помощь, т.к. его супруга является медицинским работником. Кроме того её беспрепятственно на постоянной основе посещает социальный работник. Окашивать территорию ФИО1 не разрешила, сославшись на высокую стоимость, перед домом трава окашивалась регулярно, на приусадебном участке, его дочери:ФИО5, ФИО7 убирали сорняки.

Жилья истца никто не лишал, в данном доме проживает одна. Последнее время отказывается от помощи и уходе. Не впускает в дом, который является имуществом ФИО5 в связи с договором купли-продажи. Настоящий владелец дома даже не имеет намерений о лишении жилья пожилого человека, т.к. является родной внучкой истца.

Соответчик ФИО5 исковые требования не признает, полностью поддерживает обяснения ФИО4, при этом дополнила, что в момент заключения договора дарения она не проживала в селе Волово, но она приходила к бабушке, ФИО1, после заключения договор дарения, у них были хорошие отношения. За столом ФИО1, говорила, что она отписала ФИО4 дом.

ФИО5 предоставила в суд письменные возражения, согласно которым по истечении более 3-х лет с заключения сделки, между нею и ФИО4 был оформлен договор купли-продажи на спорную собственность.

ФИО1 жилья никто не лишал, проживает одна, имея на руках единственный экземпляр ключей. В последнее время, в связи с ухудшением отношений, бабушка отказывается от помощи в периоды, когда у ФИО2 есть возможность приехать.

В связи с тем, что она (ФИО5) является собственником спорного жилого дома с земельным участком, не имеет намерений о лишении жилья истицу, чтобы избежать конфликтов с бабушкой, она снимает квартиру, поэтому в удовлетворении искового заявления о расторжении договора дарения, просит отказать.

Выслушав объяснения сторон, допросив свидетеля ФИО8 (ранее ФИО9) Н.Н., изучив материалы дела и представленные сторонами доказательства, суд приходит к следующему.

Согласно ч. 1 ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В силу положений части 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.

В соответствии со статьей 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно (пункт 3).

Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4).

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2).

В соответствии со статьёй 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии со статьей 153 Гражданского Кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В силу пункта 1 статьи 572 Гражданского Кодекса Российской Федерации, по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Согласно пункту 3 статье 574 Гражданского Кодекса Российской Федерации (действующей на момент возникновения спорных правоотношений), договор дарения недвижимого имущества заключается в письменной форме и подлежит государственной регистрации.

В силу положений статьи 431 Гражданского Кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка) (п. 1).

В соответствии со статьей 168 Гражданского Кодекса Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (п.1).

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (п.2).

Согласно пунктам 1-3, 5,6 статьи 178 Гражданского Кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:

1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;

2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;

3) сторона заблуждается в отношении природы сделки;

4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой;

5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.

Суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон.

Если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, к ней применяются правила, предусмотренные статьей 167 настоящего Кодекса.

Сторона, по иску которой сделка признана недействительной, обязана возместить другой стороне причиненный ей вследствие этого реальный ущерб, за исключением случаев, когда другая сторона знала или должна была знать о наличии заблуждения, в том числе если заблуждение возникло вследствие зависящих от нее обстоятельств.

Сторона, по иску которой сделка признана недействительной, вправе требовать от другой стороны возмещения причиненных ей убытков, если докажет, что заблуждение возникло вследствие обстоятельств, за которые отвечает другая сторона.

В соответствии с пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

При рассмотрении настоящего дела судом установлено, что истец ФИО1 приходится матерью ответчика, ФИО4, бабушкой ответчицы ФИО5.

Из материалов дела следует, что в данной квартире истец ФИО1 зарегистрирована с 03.12.1996 года и остается зарегистрированной по настоящее время.

9.04.2021 года между истицей, ФИО1, и ответчиком, ФИО4, был заключен договор дарения земельного участка и жилого дома, согласно которому ФИО1 подарила ФИО4 земельный участок, находящийся по адресу: местоположение установлено относительно ориентира, расположенного в границах участка. Почтовый адрес ориентира: Российская Федерация. 

<

адрес>, 

<

адрес>, 

<

адрес>, 

<

адрес>, и жилой дом, находящийся по адресу: 

<

адрес>.

Из буквального толкования договора дарения земельного участка и жилого дома установлено, что даритель ФИО1 и одаряемый ФИО4 заключили договор дарения находясь в здравом уме и твердой памяти, действуя добровольно.

Согласно пункту 1 договора дарения земельного участка и жилого дома ФИО1 безвозмездно передает в дар, а ФИО3 принимает в качестве дара принадлежащие ей на праве собственности земельный участок, находящийся по адресу: местоположение установлено относительно ориентира, расположенного в границах участка. Почтовый адрес ориентира: Российская Федерация. 

<

адрес>, 

<

адрес>, земельный участок 11, и жилой дом, находящийся по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>.

В соответствии с пунктом 4 договора дарения земельного участка и жилого дома, ФИО1 гарантировала то, что она заключает настоящий договор не вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для нее условиях и настоящий договор не является для нее кабальной сделкой.

Согласно пунктам 10, 11 договора дарения земельного участка и жилого дома переход права собственности по настоящему договору подлежит государственной регистрации в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Липецкой области (п.10).

Право собственности на указанные жилой дом и земельный участок возникает у одаряемой с момента государственной регистрации перехода права собственности в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Липецкой области (п.11).

В соответствии с пунктом 13 договора дарения земельного участка и жилого дома, сторонам разъяснялось содержание статей 167 (Общие положения о последствиях недействительности сделки), 209 (Содержание права собственности), 223 (Момент возникновения права собственности у приобретателя по договору), 288 (Собственность на жилое помещение), 292 (Права членов семьи собственников жилого помещения), 556 (передача недвижимости), 572 (договор дарения) Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пунктам 14, 15 договора дарения земельного участка и жилого дома настоящий договор содержит весь объем соглашений между сторонами в отношении предмета настоящего договора, отменяет и делает недействительными все другие обязательства или представления, которые могли быть приняты или сделаны сторонами, будь то в устной или письменной форме, до заключения настоящего договора (п.14).

В соответствии со ст. 556 ГК РФ передача недвижимости в собственность и принятие ее в собственность осуществляется по подписываемому сторонами передаточному акту или иному документу о передаче. Даритель передает, а Одаряемая принимает в собственность имущество, указанное в п. 1 настоящего Договора. Стороны по передаваемому имуществу взаимных претензий друг к другу не имеют. По соглашению сторон настоящий Договор имеет силу передаточного акта (п.15).

В соответствии с пунктом 17 договора дарения земельного участка и жилого дома настоящий договор составлен и подписан в трех подлинных экземплярах, один из которых хранится в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Липецкой области, по одному - сторонам настоящего договора.

Договор дарения земельного участка и жилого дома от 9.04.2021 года прошел государственную регистрацию, о чем в Едином государственном реестре недвижимости 19.04.2021 года была внесена регистрационная запись о государственной регистрации перехода права собственности на недвижимость, номер регистрации 48:01:0470408:151-48/078/2021-3.

Из материалов дела судом установлено, и сторонами не оспаривается, что в спорном жилом доме зарегистрирована истец, ФИО1, с 16.01.2003 года.

Предъявляя настоящий иск, сторона истца ссылается на заблуждение ФИО1 относительно предмета сделки и ее последствий, указывая, что она доверяла сыну, не вникала в существо договора, договор не читала. Передавая недвижимость сыну истица, ФИО1, полагала, что сын будет заботиться о ней, однако он воспользовался неграмотностью истицы и ввел её в заблуждение, поскольку она предполагала, что он будет за ней ухаживать, как сын за матерью, возить её в поликлинику на прием к врачам. При этом она не знала, что подписывает договор дарения, в котором не прописано условие - право её пожизненного проживания, ФИО1 доверяла своему сыну, поэтому при подписании договор не прочла. После того, как сын отдал ФИО1 договор, она внимательно прочла его и была удивлена, что в нем отсутствует условие о её пожизненном проживании в доме. Она никогда не имела намерения дарить ответчику принадлежащую ей недвижимость, а была убеждена, что передает недвижимость взамен на выполнение обязательств по осуществлению за ней ухода. Она заблуждалась в отношении природы сделки и последствий её заключения.

Сторона ответчика, опровергая указанные доводы, ссылается на условия договора дарения о добровольности и осознанности его предмета и последствий.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля Свидетель №1 (ранее ФИО9) Н.Н. показала, что более 3-х лет назад, ФИО10 обратилась с заявлением зарегистрировать договор дарения жилого дома и земельного участка сыну. Она внесла заявление ФИО1 в базу данных, так как у ФИО1 болели ноги. Приехав к ней, она ознакомила ФИО1 с заявлением, договором дарения, которая его подписала, затем она (Свидетель №1) уехала на работу для регистрации данного договора дарения.

Она (Свидетель №1) зачитала данный договор дарения и передала ФИО1 для прочтения и подписания. ФИО1 взяла в руки договор дарения, во времени ФИО1 не ограничивала, между сторонами были хорошие отношения. ФИО1 подписала договор дарения.

После того, как она (Свидетель №1) зачитала данный договор дарения, она обязательно уточнила все ли ФИО1 понятно, на что та ответила, что да, никаких уточнений не было заявлено ФИО1.

Оснований не доверять показаниям свидетеля Свидетель №1 (ФИО18 у суда не имеется, поскольку она не заинтересована в исходе дела, являлась очевидцем описываемых ею событий, её показания последовательны, согласуются с другими собранными по делу письменными доказательствами.

Оснований сомневаться в истинности изложенного в спорном договоре дарения земельного участка и жилого дома, суд не усматривает. Дарение сделано в надлежащей форме (пункт 2 статьи 574) и содержит ясно выраженное волеизъявление истца на совершение именно дарения, а не иной сделки.

Доводы истицы, ФИО1, о том, что в суть договора она не вникала, Свидетель №1 (ранее ФИО9) Н.Н. договор дарения не читала, истица его не читала, судом отклоняются как голословные, поскольку никакими убедительными и достоверными доказательствами они не подтверждены, а напротив, содержание спорного договора дарения подписанного истцом лично свидетельствует об обратном. О том, что истец заключила именно договор дарения, а не иной договор подтвердила также свидетель Свидетель №1 (ранее ФИО17., оценка показаний которой судом дана выше. Свидетель №1 (ФИО16) Н.Н. подтвердила, что истице достоверно было известно, что она подписывает договор дарения земельного участка и жилого дома, а не иной договор, что именно от неё поступало заявление о заключении именно договора дарения земельного участка и жилого дома, в котором она была зарегистрирована по месту жительства на момент заключения договора дарения и зарегистрирована по месту жительства в настоящее время.

Суду стороной истца не было предоставлено доказательств, которые бы позволили усомниться в действиях работника МФЦ, Свидетель №1 и в подлинности составленного ею спорного договора дарения.

По смыслу нормы пункта 1 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделкой, совершенной под влиянием заблуждения, признается сделка, в которой волеизъявление стороны не соответствует подлинной воле, то есть по такой сделке лицо получило не то, что хотело. Под заблуждением следует понимать несоответствие субъективных представлений лица об обстоятельствах и процессах объективной действительности или общепринятым понятиям об этих обстоятельствах и процессах. При этом из смысла пункта 1 статьти 178 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что заблуждение относительно условий сделки должно иметь место на момент совершения сделки.

Приведенные в обосновании своих требований доводы истца, что сын не выполнил условия договоренности об уходе за ней, которые ничем объективно не подтверждены, не являются основаниями для признания сделки дарения земельного участка и жилого дома, недействительной по основаниям статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В процессе рассмотрения настоящего дела из объяснений истицы в судебном заседании следует, что подписывая спорный договор дарения, она понимала значение своих действий, руководила ими.

Ходатайств о назначении по делу экспертизы, позволяющей установить нарушения здоровья, влияющие на действительное волеизъявление гражданина, в момент заключения сделки суду не заявлялось.

Вопреки доводам искового заявления и пояснениям представителя истца в суде, каких-либо сведений о том, что воля всех сторон заключенного договора дарения была направлена на достижение иных правовых последствий, материалы дела не содержат.

Договор дарения земельного участка и жилого дома от 9.04.2021 года прошел государственную регистрацию, о чем в Едином государственном реестре недвижимости 19.04.2021 года была внесена регистрационная запись о государственной регистрации перехода права собственности на недвижимость, номер регистрации 48:01:0470408:151-48/078/2021-3.

Таким образом, учитывая существо заявленных требований, предмет и основания иска, фактические обстоятельства дела, установленные судом, оценив представленные доказательства по правилам ст. 67 ГПК Российской Федерации, вышеприведенные положения норм права, суд приходит в выводу об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО1 ввиду недоказанности доводов их обосновывающих.

Иные довод истца не являются законными основаниями для признания договора дарения земельного участка и жилого дома от 9.04.2021 недействительным. Указанные истцом обстоятельства основанием к признанию договора дарения недействительной, либо мнимой сделкой, расторжению договора дарения в силу вышеперечисленных норм права являться не могут.

Ответчик, ФИО4, являясь собственником спорного жилого дома, имеет право распоряжаться имуществом, в т.ч. делать в ней ремонт, продавать дарить и пр.

В силу пункта 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Согласно пункту 1 статьи 131 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней. Регистрации подлежат: право собственности, право хозяйственного ведения, право оперативного управления, право пожизненного наследуемого владения, право постоянного пользования, ипотека, сервитуты, а также иные права в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными законами.

Согласно Выписке из Единого государственной регистрации недвижимости об основных характеристиках и зарегистрированных правах на объект недвижимости от 27.10.2025 г. №КУВИ-001/2025-198143349, собственником жилого дома, расположенного по адресу: Российская Федерация, 

<

адрес>, ФИО19 Евгеньевна, на основании договора купли-продажи от 26.02.2025 года.

При таких обстоятельствах правовых оснований для удовлетворения исковых требований и признании недействительным договора дарения жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: Российская Федерация, 

<

адрес>, 

<

адрес>, у суда не имеется, соответственно и требования о применении последствий недействительности сделки, не подлежат удовлетворению.

Руководствуясь статьями 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО4, ФИО5 о признании недействительным договора дарения жилого дома и земельного участка и о применении последствий недействительности сделки, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Липецкого областного суда через Тербунский районный суд Липецкой области (постоянное судебное присутствие в селе Волово Воловского округа Липецкой области) в течение месяца со дня его принятия судом в окончательной форме.

Судья: Л.И. Сенюкова.

Мотивированное решение изготовлено 4 февраля 2026 года.