Дело № 2-3324/2024

53RS0019-01-2023-000842-09

Санкт-Петербург 23 сентября 2024 года

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Василеостровский районный суд города Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Русановой С.В.,

при секретаре Ганага А.С., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании договоров купли-продажи недействительными, 

у с т а н о в и л:

ФИО1 (далее – ФИО1, истец) обратилась в Чудовский районный суд Новгородской области с иском к ФИО2 (далее – ФИО2, ответчик-1), ФИО3 (далее – ФИО3, ответчик-2) о признании Договора купли-продажи трансформаторной подстанции от XX.XX.XXXX, заключенного между ООО «Сантэкс» и ФИО2, Договора купли-продажи трансформаторной подстанции от XX.XX.XXXX, заключенного между ФИО2 и ФИО3, недействительными (ничтожными, мнимыми) сделками.

В обоснование исковых требований истец ссылается на те обстоятельства, что XX.XX.XXXX между ФИО1 и ФИО2 был заключен договор купли-продажи, на основании которого истец приобрела в собственность нежилое здание – гараж площадью 2 862,4 кв м, кадастровый XXX, расположенный по адресу: .... В тот же истец приобрела право аренды земельного участка площадью 15 000 кв м по указанному адресу на основании заключенного с ответчиком Соглашения об уступке права аренды земельного участка.

На момент совершения сделок на земельном участке располагались объекты недвижимого имущества – кабельная линия ЛЭП-10 кВ с трансформаторной подстанцией КТПН-400 XXX, воздушная ЛЭП-0,4 кВ, однако право собственности на указанные объекты за ФИО2 зарегистрировано не было. Однако, несмотря на отсутствие регистрации права, при заключении договора ответчик предоставил истцу заверения о том, что он является собственником спорных объектов, а также об отсутствии притязаний на указанное недвижимое имущество со стороны третьих лиц. Кроме того, ответчик при заключении договоров передал истцу оригинал технического паспорта на комплектную трансформаторную подстанцию КТПН 72 400/10 (заводской XXX). Таким образом, при заключении договора купли-продажи нежилого здания у истца не могло не возникнуть разумного и обоснованного предположения о переходе к ней права собственности на линии электропередач и трансформаторную подстанцию в силу принципа единства судьбы земельного участка и находящейся на ней недвижимости. 

XX.XX.XXXX истцом был приобретен в собственность ранее арендуемый земельный участок на основании заключенного с Администрацией договора купли-продажи. Как следует из приложения к указанному договору в собственность ФИО1 были также переданы следующие объекты недвижимого имущества: сооружение – навес (склад) площадью 322 кв м; сооружение – сушильный цех площадью 209 кв м; трансформаторная подстанция площадью 7 кв м. Обязательство по оплате цены договора истцом исполнено. С XX.XX.XXXX по настоящее время истец является потребителем электроэнергии на основании договора на поставку электроснабжения, заключенного с ООО «ТНС Энерго Великий Новгород», и несет расходы по оплате поставляемого ресурса, осуществляет техническое обслуживание и ремонт объектов электросетевого хозяйства. Каких-либо притязаний со стороны ответчика и третьих лиц по поводу владения и пользования указанным имуществом в указанный период в адрес истца не поступало. Данные обстоятельства являются подтверждением возникновения у истца права собственности на спорные объекты.

Однако в апреле, 2023 года, после получения по электронной почте уведомления АО «Новгородоблэлектро» о необходимости переоформления документов о технологическом присоединении, истцу стало известно о том, что XX.XX.XXXX между ФИО2 и ФИО3 был заключен договор купли-продажи, на основании которого ответчику-2 были переданы в собственность кабельная линия ЛЭП-10 кВ с трансформаторной подстанцией КТПН-400 XXX, воздушная ЛЭП-0,4 кВ. Одновременно истцу стало также известно о договоре купли-продажи указанных объектов, заключенном XX.XX.XXXX между ООО «Сантэкс» и ФИО2

Истец полагает указанные договоры купли-продажи мнимыми сделками, поскольку продавец не являлся управомоченным отчуждателем и не мог совершать распорядительных действий в отношении спорных объектов, тогда как действительной целью, преследуемой сторонами при заключении и исполнении сделок, являлось причинение вреда истцу, а именно создание истцу препятствий в осуществлении деятельности подконтрольного истцу юридического лица – ООО «ФИО1» (отключение здания гаража от электроэнергии). О фиктивном (мнимом) характере спорных договоров свидетельствуют то обстоятельство, что ФИО2 на момент заключения договора от XX.XX.XXXX не осуществлял трудовой деятельности, был студентом, с момента заключения договора по настоящее время не приезжал по адресу нахождения объектов и не осуществлял ремонт трансформаторной подстанции, а также не обращался к истцу с требованиями об уплате арендных и иных платежей. Аналогичным образом ФИО3 не проявлял интереса к юридической судьбе имущества. 

Определением Чудовского районного суда Новгородской области от 23 октября 2023 года гражданское дело передано по подсудности для рассмотрения в Московский районный суд Санкт-Петербурга (л.д. 143-143об. том 1).

Определением Московского районного суда Санкт-Петербурга от 22 января 2024 года гражданское дело передано по подсудности для рассмотрения в Василеостровский районный суд Санкт-Петербурга (л.д. 152-153 том 1).

В судебное заседание истец не явилась, доверила ведение дела своему представителю ФИО6, действующему на основании доверенности от XX.XX.XXXX сроком на три года, который в судебное заседание явился, просил удовлетворить иск. 

Ответчики ФИО2, ФИО3 в судебное заседание не явились, доверили представление своих интересов представителям ФИО7, ФИО8, действующим на основании доверенности, которые в судебное заседание явились, возражали против удовлетворения иска. 

Третье лицо ФИО2 в судебное заседание не явился, ходатайств об отложении заседания не заявлял, извещался судом о времени и месте заседания, получение судебного извещения не обеспечил. 

Третье лицо финансовый управляющий ФИО2 ФИО11 в судебное заседание не явился, о дне, времени и месте слушания дела извещен надлежащем образом, ходатайств об отложении заседания не заявлял, 

При таких обстоятельствах в силу ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определил возможным рассмотрение дела в отсутствие неявившихся лиц. 

Выслушав лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, исследовав представленные доказательства, оценив их относимость, допустимость и достоверность, а также их взаимную связь и достаточность в совокупности, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 12 ГПК РФ судопроизводство в РФ осуществляется на основе принципа состязательности и равноправия сторон, при этом в соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая из сторон должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основания своих требований и возражений.

В соответствии с ч. 1 ст. 3 Гражданского процессуального кодекса РФ заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов. 

Суд возбуждает гражданское дело по заявлению лица, обратившегося за защитой своих прав, свобод и законных интересов (часть 1 ст. 4 Гражданского процессуального кодекса РФ).

Согласно п. 1 ст. 166 Гражданского кодекса РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с п. 1 ст. 167 Гражданского кодекса РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Согласно п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

По смыслу приведенной нормы права, стороны мнимой сделки при ее заключении не имеют намерения устанавливать, изменять либо прекращать права и обязанности ввиду ее заключения, то есть стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

При этом следует учитывать, что стороны такой сделки могут придать ей требуемую законом форму и произвести для вида соответствующие регистрационные действия, что само по себе не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса РФ.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ).

Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Предметом спора являются объекты электросетевого хозяйства, расположенные на земельном участке с кадастровым номером 53:20:0100526:3 по адресу: ... – Кабельная линия -10кВ с трансформаторной подстанцией КТПН-400 ТП XXX.

Из материалов дела следует, что первоначально спорные объекты принадлежали на праве собственности ЗАО Автотранспортное предприятие XXX (далее – Предприятие).

XX.XX.XXXX Предприятие распорядилось указанным имуществом, заключив договор купли-продажи с ООО «Сантэкс» (л.д. 195-198 том 1).

XX.XX.XXXX между ООО «Сантэкс» и ФИО2 был заключен договор купли-продажи, на основании которого право собственности на спорные объекты недвижимости перешло к ФИО2 (л.д. 54-56 том 1).

Из объяснений сторон и обстоятельств дела, установлено наличие родственных связей между лицами, участвовавшими в заключении данного договора, а именно генеральным директором и единственным учредителем ООО «Сантэкс» являлся ФИО2 (отец ФИО2). 

При этом, как следует из условий договора купли-продажи от XX.XX.XXXX распорядительных действий в отношении расположенного на указанном земельном участке нежилого здания (гараж) площадью 2862,4 кв м ФИО2 не совершал.

Впоследствии, XX.XX.XXXX между ФИО2 (Продавец) и ФИО1 (Покупатель) был заключен Договор купли-продажи, на основании которого Продавец передал в собственность Покупателя нежилое здание - гараж площадью 2862,4 кв.м с кадастровым номером 53:20:0000000:547, расположенный на земельном участке площадью 15 000 кв м по вышеуказанному адресу. (л.д. 14-14об. том 1).

Общая цена договора составляет 102 000 рублей (п. 30).

Государственная регистрация права собственности ФИО1 на гараж произведена XX.XX.XXXX (л.д.15 том 1).

В тот же день ФИО2 уступил ФИО1 права и обязанности по договору аренды земельного участка с кадастровым номером 53:20:0100526:3, расположенного по указанному адресу (л.д. 26-26об. том 1).

XX.XX.XXXX произведена государственная регистрация соглашения об уступки права аренды земельного участка (л.д. 17 том 1). 

XX.XX.XXXX ФИО1 приобрела земельный участок с кадастровым номером 53:20:0100526:3 в собственность на основании договора купли-продажи от XX.XX.XXXX, заключенного с Администрацией Чудовского муниципального района ... (л.д. 29-30 об. том 1).

XX.XX.XXXX между ФИО1 и ООО «ТНС Энерго Великий Новгород» был заключен договор энергоснабжения в отношении нежилого здания (гаража) по вышеуказанному адресу (л.д. 46 том 1).

Решением Арбитражного суда Санкт-Петербурга и ... от XX.XX.XXXX ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), финансовым управляющим утвержден ФИО9

Определением Арбитражного суда Санкт-Петербурга и ... от XX.XX.XXXX по делу № А56-56218/2019, вступившим в законную силу, договор купли-продажи гаража от XX.XX.XXXX признан недействительной сделкой по основаниям п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве (л.д. 79-183 том 1).

Определением Арбитражного суда Санкт-Петербурга и ... от XX.XX.XXXX по делу № А56-56218/2019, удовлетворено заявление финансового управляющего ФИО11 о принятии обеспечительных мер в виде запрета ООО «ТНС Энерго Великий Новгород», АО «Новгородоблэлектро» исполнять заявления ФИО2 о прекращении подачи электрической энергии объекту недвижимого имущества – зданию гаража площадью 2862,4 кв м с кадастровым номером 53:20:0000000:547.

Как следует из материалов дела, на момент рассмотрения настоящего спора собственником кабельной линии - 10кВ с трансформаторной подстанцией КТПН-400 ТП XXX, на основании заключенного с ФИО2 договора купли-продажи от XX.XX.XXXX (л.д. 57-58об. том 1). 

XX.XX.XXXX ФИО3 обратился в АО «Новгородоблэлектро» с заявлением о переоформлении документов о технологическом присоединении в связи со сменой собственника объекта – здания гаража, расположенного по адресу: .... (л.д. 50 том 1).

XX.XX.XXXX ООО «ТНС Энерго Великий Новгород» направило в адрес ФИО1 проект соглашения о расторжении раннее заключенного договора энергоснабжения, ссылаясь на определение Арбитражного суда Санкт-Петербурга и ... от XX.XX.XXXX о признании договора купли-продажи гаража недействительной сделкой (л.д. 51-52 том 1). 

Полагая, что действия ответчиков образуют состав преступления и нарушают право собственности истца на объекты электросетевого хозяйства, XX.XX.XXXX ФИО1 обратилась с заявлением в ОМВД России по ... (л.д. 103 том 1).

XX.XX.XXXX оперуполномоченным ЭБ и ПК ОМВД России по ... ФИО10 принято Постановление об отказе в возбуждении уголовного дела на основании п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ (л.д. 103об.-104 том 1).

Согласно п. 3 ст. 166 Гражданского кодекса РФ требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Как разъяснено в п. 78 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 ГК РФ иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

В исковом заявлении такого лица должно быть указано право (законный интерес), защита которого будет обеспечена в результате возврата каждой из сторон всего полученного по сделке. 

Предъявляя требования о признании договоров купли-продажи объектов электросетевого хозяйства ничтожными (мнимыми) сделками, истец также указала, что в момент заключения и исполнения сделок ответчики не являлись управомоченными отчуждателями объектов, что позволяет квалифицировать спорные договоры купли-продажи как ничтожные сделки, нарушающие охраняемые законом интересы истца по основаниям, предусмотренным ст. ст. 168, 209 ГК РФ.

При рассмотрении дела истцом были представлены дополнительные пояснения, в которых истец также ссылалась на злоупотребление правом со стороны ответчиков, указывая, что сделки по отчуждению объектов были заключены ответчиками с целью причинения вреда имущественным интересам истца, а именно создание истцу препятствий в осуществлении деятельности подконтрольного истцу юридического лица – ООО «ФИО1» (отключение здания гаража от электроэнергии) (л.д. 59-65 том 1).

Следовательно, с учетом исковых требований и их обоснования, возражений ответчиков, регулирующих спорные отношения норм материального права и приведенных разъяснений Пленума Верховного суда РФ, юридически значимой и подлежащей доказыванию в данном деле является совокупность следующих обстоятельств: наличие у истца права собственности на спорные объекты электросетевого хозяйства, материально-правового интереса в оспаривании сделок, установление обстоятельств, свидетельствующих об обоюдном намерении сторон сделок реально совершить и исполнить соответствующие сделки, обстоятельства причинения вреда правам и законным интересам истца при заключении оспариваемых сделок.

Вместе с тем, установленные судом обстоятельства заключения сделок и история перехода титулов на объекты электросетевого хозяйства опровергают доводы истца об отсутствии у ответчика ФИО2 распорядительных правомочий в отношении спорного недвижимого имущества.

Так, как раннее указано судом, в момент заключения ФИО1 договора купли-продажи гаража и оформления права аренды на земельный участок продавец данных объектов не являлся собственником кабельной линии с трансформаторной подстанцией, и, как следствие, такое право не могло возникнуть у истца.

Из материалов дела также следует, что спорное имущество не передавалось ФИО1 во владение и пользование при заключении договора купли-продажи гаража от XX.XX.XXXX и договора купли-продажи земельного участка от XX.XX.XXXX. Наличие у истца документов (оригинала технического паспорта) не презюмирует факт вступления истца во владение имуществом по воле собственника. 

Вопреки доводам истца, владение истцом спорными объектами в течение пяти лет и несение истцом расходов на оплату электроэнергии и ремонт, подтвержденные представленными истцом платежными поручениями за период с 2020 по 2024 год (л.д. 80-167 том 2), протоколами испытаний оборудования и материалами фотофискации (л.д. 168-250 том 2), как и отсутствие притязаний со стороны третьих лиц не являются юридическим фактом в смысле ст. 218 ГК РФ, предусматривающей исчерпывающий перечень оснований приобретения права собственности.

Также не подтверждаются материалами дела предоставление ФИО2 при заключении договора купли-продажи гаража недостоверных заверений относительно наличия у продавца права собственности на спорные объекты. 

Иные доводы истца основаны на неверном истолковании норм материального права.

Пунктом 1 статьи 273 Гражданского кодекса РФ, на нарушение которого ссылается истец в обоснование своих доводов о недействительности сделок, закреплен принцип единства судьбы земельных участков и прочно связанных с ними объектов недвижимости, в соответствии с которым при переходе права собственности на здание или сооружение, принадлежавшее собственнику земельного участка, на котором оно находится, к приобретателю здания или сооружения переходит право собственности на земельный участок, занятый зданием или сооружением и необходимый для его использования, если иное не предусмотрено законом.

Таким образом, указанной правовой нормой установлено правило о невозможности отчуждения земельного участка без расположенного на нем объекта недвижимости в том случае, если земельный участок и расположенные на нем объекты принадлежат на праве собственности одному лицу, что исключает применение указанного принципа к спорным правоотношениям. 

Учитывая указанные обстоятельства, суд приходит к выводу об отсутствии у истца и ответчиков конкурирующих притязаний в отношении спорного имущества в момент заключения договоров купли-продажи, и, как следствие, об отсутствии у истца законного интереса в признании договоров недействительными (ничтожными) сделками по указанным истцом основаниям. 

Кроме того, в ходе судебного разбирательства судом не установлено обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделок по распоряжению объектами электросетевого хозяйства, как и совершение ответчиками недобросовестных действий при заключении и исполнении договора купли-продажи от XX.XX.XXXX. 

Приведенные истцом аргументы о бездействии покупателя и отсутствие у него интереса к юридической судьбе имущества, как и непринятие ответчиками мер по взысканию с истца арендных платежей, о мнимом характере сделки не свидетельствуют, поскольку пассивность стороны договора является формальным критерием, явно недостаточным, в отсутствие иных доказательств, для квалификации судом такой сделки как ничтожной на основании п.1 ст. 170 ГК РФ. 

Доводы истца о недобросовестном поведении ответчиков при заключении договоров суд также полагает необоснованными, поскольку в материалы дела не представлено достоверных и убедительных доказательств того, что ответчики при заключении сделок преследовали цель исключительно причинить вред имущественным интересам истца, а также умышленно создавали препятствия в осуществлении истцом предпринимательской деятельности.

Исходя из изложенного, учитывая, что иных обстоятельств, свидетельствующих о ничтожности договоров, истцом не представлено, а судом не установлено, в удовлетворении иска о признании договоров купли-продажи трансформаторной подстанции недействительными надлежит отказать.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, 

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФИО1 оставить без удовлетворения. 

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Василеостровский районный суд города Санкт-Петербурга. 

Председательствующий:

Решение в окончательной форме изготовлено 11 декабря 2024 года