УИД: 66RS0009-01-2020-001121-08 дело № 1-215/2020

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

6 июля 2020 года г. Нижний Тагил

Ленинский районный суд г. Нижний Тагил Свердловской области в составе председательствующего судьи Григорьева И.О.,

при секретаре судебного заседания Черняк В.Г.,

с участием государственного обвинителя - помощника прокурора Ленинского района г. Нижний Тагил Свердловской области ФИО1,

потерпевшего ФИО2,

подсудимого ФИО3,

защитника - адвоката Трапезниковой Н.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела № 1-215/2020 в отношении 

ФИО3, 

<

...>, несудимого, 

задержанного в порядке ст. ст. 91, 92 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации 2 февраля 2020 года (т. 1 л.д. 136-140), в отношении которого 4 февраля 2020 года избрана мера пресечения в виде заключения под стражу (т. 1 л.д. 175), содержащегося под стражей,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации,

установил:

ФИО3 совершил убийство, то есть умышленно причинил смерть другому человеку.

Преступление совершено при следующих обстоятельствах.

3 января 2020 года, в период с 10 часов 00 минут до 12 часов 47 минут, ранее знакомые ФИО3 и ФИО, находясь в состоянии алкогольного опьянения в доме, расположенном по адресу: 

<

адрес>, устроили между собой ссору. В ходе данного конфликта, возникшего на почве личных неприязненных отношений, ФИО3, действуя умышленно, из личной неприязни к потерпевшей, реализуя преступный умысел, направленный на совершение убийства ФИО, осознавая, что в результате его действий может наступить смерть потерпевшей, и желая этого, нанес один удар своей правой рукой по лицу потерпевшей, после чего тут же своими руками схватил ее за жизненно-важный орган - шею, сдавил ее, перекрыв дыхательные пути.

Указанные умышленные преступные действия ФИО3 привели к смерти потерпевшей ФИО, наступившей, согласно заключению эксперта от 6 марта 2020 года №, в результате механической асфиксии от сдавления органов шеи тупым предметом, о чем свидетельствуют прижизненные повреждения в виде ссадин на фоне внутрикожных кровоизлияний на передней поверхности шеи, одутловатость и экхимозы лица, кровоизлияния под конъюнктивой нижних век обоих глаз, кровоизлияний в мягких тканях передней поверхности шеи, кровоизлияний под плеврой легких (пятна Тардье), острая эмфизема легких, с признаками короткого агонального периода: жидкое состояние крови, отек головного мозга. Ссадины с кровоизлияниями шеи в совокупности с развитием асфиксии состоят в прямой причинной связи с наступлением смерти, являются опасными для жизни человека, как создающие непосредственно угрозу для жизни, на трупе имеют признаки тяжкого вреда здоровью.

Также указанными умышленными преступными действиями ФИО3 потерпевшей ФИО, согласно заключению эксперта от 6 марта 2020 года №, был причинен кровоподтек в подбородочной области справа, у живых лиц не влечет за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, на трупе имеет признаки повреждения, не причинившего вред здоровью человека.

От ссадин с кровоизлияниями шеи в совокупности с развитием асфиксии потерпевшая ФИО скончалась на месте преступления. 

Подсудимый ФИО3 вину по предъявленному обвинению признал частично, от дачи показаний отказался, воспользовавшись правом, предусмотренным ст. 51 Конституции Российской Федерации.

В связи с отказом подсудимого от дачи показаний в судебном заседании на основании п. 3 ч. 1 ст. 276 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации оглашались его показания, данные в ходе предварительного следствия.

Будучи допрошенным в качестве подозреваемого 2 февраля 2020 года, ФИО3 показал, что в утреннее время 3 января 2020 года он находился в № и распивал спиртные напитки с ФИО и Свидетель №1 В какой-то момент ФИО пришла на кухню в обнаженном виде. ФИО3 возмутился, сделал ей замечание, и она ушла в комнату. Через какое-то время ФИО3 зашел в комнату, увидел, что ФИО лежит на диване в обнаженном виде, снова начал ругаться на нее. ФИО выражалась в его адрес грубой нецензурной бранью, в связи с чем, ФИО3, разозлившись на нее, сел на ФИО, сдавил ее шею руками, желая убить. ФИО сопротивлялась, но он не отпускал ее, затем она захрипела и обмякла. ФИО3 вернулся на кухню к Свидетель №1 и продолжил распивать спиртное. Через какое-то время он попросил Свидетель №1 сходить в комнату и посмотреть, что происходит с ФИО После того, как Свидетель №1 вернулся, он сообщил, что ФИО не подает признаков жизни, после чего от соседей вызвал скорую помощь (т. 1 л.д. 144-149).

При проверке показаний на месте 2 февраля 2020 года ФИО3 в присутствии защитника дал аналогичные признательные показания, дополнив их тем, что нанес один удар правой кистью в область подбородка ФИО Кроме этого ФИО3 в комнате дома по адресу: 

<

адрес> с помощью манекена показал, как душил ФИО, лежащую на диване (т. 1 л.д. 150-162).

При допросе в качестве обвиняемого 2 февраля 2020 года ФИО3 вину в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации, признал полностью, подтвердил ранее данные показания в качестве подозреваемого и в ходе проверки показаний на месте (т. 1 л.д. 168-170).

Будучи допрошенным в качестве обвиняемого 27 марта 2020 года, ФИО3 подтвердил ранее данные показания, пояснив, что 3 января 2020 года в утреннее время в ходе ссоры подошел к лежащей на диване ФИО, и, желая ее задушить, сдавил руками ее шею. При этом потерпевшая пыталась сопротивляться, пыталась своими руками убрать его руки, вследствие чего ФИО3 ударил ее по подбородку. Когда ФИО перестала сопротивляться и захрипела, он убрал руки с ее шеи, ушел на кухню (т. 1 л.д. 186-190).

После оглашения данных показаний ФИО3 подтвердил их частично, пояснил, что не имел умысла на убийство ФИО, сдавливая ее шею руками, он хотел, чтобы она успокоилась и заснула, причинять ей смерть не хотел, никаких ударов по лицу не наносил, подписал протоколы допросов, поскольку был равнодушен к своей дальнейшей судьбе. Также подсудимый сообщил, что алкогольное опьянение явилось побуждающим фактором совершения преступления, поскольку в трезвом состоянии он бы к ФИО насилие не применил.

Несмотря на частичное признание подсудимым своей вины, его виновность в совершении указанного преступления подтверждают следующие доказательства, исследованные в судебном заседании.

Потерпевший Потерпевший №1 суду показал, что ФИО приходилась ему сестрой, злоупотребляла спиртными напитками, в состоянии опьянения бывала агрессивной. Об обстоятельствах ее гибели знает со слов дочери ФИО, которая рассказывала ему об этом по телефону. Впоследствии он опознавал труп ФИО

Согласно показаниями свидетеля Свидетель №1, оглашенным с согласия сторон в порядке ч. 1 ст. 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, 3 января 2020 года он распивал спиртное в 

<

адрес> совместно с ФИО3 и ФИО В процессе распития спиртного ФИО вышла на кухню обнаженная, из-за чего у них с ФИО3 произошел словесный конфликт. Через какое-то время ФИО3 ушел в комнату, где находилась ФИО, после чего оттуда раздались крики и ругань. Спустя 5 минут ФИО3 вернулся на кухню, и они продолжили распивать спиртное. В ходе общения ФИО3 рассказал, что сдавил шею ФИО руками и держал, пока она не перестала подавать признаков жизни. Войдя в комнату, Свидетель №1 увидел голую ФИО, лежащую на диване без признаков жизни, после чего сходил к соседям и попросил вызвать скорую помощь (т. 1 л.д. 104-108).

Из оглашенных с согласия сторон в порядке ч. 1 ст. 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации показаний свидетеля Свидетель №5 следует, что 4 января 2020 года в отдел полиции обратился ФИО3, сообщил, что 3 января 2020 года в ходе ссоры задушил ФИО, после чего без какого-либо давления написал явку с повинной (т. 1 л.д. 129-132).

Согласно показаниями свидетеля Свидетель №4, оглашенным с согласия сторон в порядке ч. 1 ст. 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в ходе разговора, состоявшегося 4 января 2020 года, ФИО3 признался, что в ходе ссоры задушил ФИО, которая оскорбляла его и ходила по его дому в обнаженном виде в присутствии Свидетель №1 (т. 1 л.д. 115-119).

По показаниям свидетелей Свидетель №3 и Свидетель №2, оглашенным с согласия сторон в порядке ч. 1 ст. 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, ФИО3 и ФИО злоупотребляли спиртными напитками. 2 января 2020 года в вечернее время ФИО ушла в гости к ФИО3 (т. 1 л.д. 121-124, 125-128).

Кроме того, вина ФИО3 в совершении преступления подтверждается письменными материалами дела:

- картой вызова скорой медицинской помощи от 3 января 2020 года, согласно которой по вызову, поступившему в 13 часов 59 минут, бригадой скорой помощи зафиксирована смерть неизвестной женщины в 

<

адрес> (т. 1 л.д. 84-86);

- рапортом оперативного дежурного отдела полиции № 16 МУ МВД России «Нижнетагильское» от 3 января 2020 года, согласно которому в 14 часов 30 минут в дежурную часть отдела полиции поступило сообщение о смерти женщины (т. 1 л.д. 23);

- протоколом осмотра места происшествия от 3 января 2020 года, согласно которому в жилом доме по адресу: 

<

адрес> обнаружен труп женщины без одежды с признаками насильственной смерти: на веках, туловище и конечностях имелись единичные кровоподтеки, на передней поверхности шеи 3 ссадины (т. 1 л.д. 10-18);

- протоколом опознания личности неустановленного трупа от 6 января 2020 года, согласно которому Потерпевший №1 опознал ФИО (т. 1 л.д. 19); 

- заключением судебно-медицинской экспертизы от 6 марта 2020 года №, согласно которому при судебно-медицинском исследовании трупа ФИО обнаружены прижизненные повреждения: ссадины на фоне внутрикожных кровоизлияний на передней поверхности шеи, одутловатость и экхимозы лица, кровоизлияния под конъюнктивой нижних век обоих глаз, кровоизлияния в мягких тканях передней поверхности шеи, кровоизлияния под плеврой легких (пятна Тардье), острая эмфизема легких, с признаками короткого агонального периода: жидкое состояние крови, отек головного мозга. Смерть ФИО наступила в результате механической асфиксии от сдавления органов шеи тупым предметом. С-ны с кровоизлияниями шеи с развитием асфиксии состоят в прямой причиной связи с наступлением смерти. Также в подбородочной области справа обнаружен кровоподтек, который мог образоваться незадолго или непосредственно перед наступлением смерти (т. 1 л.д. 72-80).

Выводы, содержащиеся в приведенных выше документах, не противоречат обстоятельствам дела, согласуются с признательными показаниями подсудимого ФИО3, данными в ходе предварительного следствия, показаниями потерпевшего Потерпевший №1, свидетелей Свидетель №1, Свидетель №5, Свидетель №4, Свидетель №3 и Свидетель №2 по существенным обстоятельствам уголовного дела. 

Из анализа показаний подсудимого, данных в ходе предварительного следствия, и свидетелей следует, что эти показания не являются противоречивыми, а дополняют и уточняют друг друга, оснований не доверять им у суда не имеется. 

В судебном заседании не установлено обстоятельств, указывающих на возможность оговора кем-либо подсудимого, а также обстоятельств, указывающих на чью-либо заинтересованность в его привлечении к уголовной ответственности. 

Судом достоверно установлено, что в период с 10 часов 00 минут до 12 часов 47 минут 3 января 2020 года в ходе конфликта, возникшего на почве личных неприязненных отношений с ФИО, ФИО3, находящийся в состоянии алкогольного опьянения, действуя умышленно, из личной неприязни к потерпевшей, реализуя умысел на убийство, нанес один удар своей правой рукой по лицу потерпевшей, после чего тут же своими руками схватил ее за жизненно-важный орган - шею, сдавил ее, перекрыв дыхательные пути. В результате умышленных действий ФИО3 ФИО от ссадин с кровоизлияниями шеи в совокупности с развитием асфиксии скончалась на месте преступления.

При этом суд считает возможным положить в основу обвинительного приговора признательные показания ФИО3, данные в ходе предварительного следствия, показания потерпевшего Потерпевший №1, свидетелей Свидетель №1, Свидетель №5, Свидетель №4, Свидетель №3 и Свидетель №2, поскольку они последовательны, детальны и приближены по времени к произошедшим событиям, получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, согласуются между собой и с письменными доказательствами по делу. 

Согласно показаниям ФИО3, данным в ходе предварительного следствия, он разозлился на ФИО, нанес ей удар по лицу, и, желая причинить ей смерть, сдавил руками шею, перекрыв дыхательные пути, в результате чего потерпевшая скончалась.

Из показаний непосредственного очевидца событий Свидетель №1 следует, что ФИО и ФИО3, находящиеся в состоянии алкогольного опьянения, поссорились, после чего ругались в комнате. Вернувшись, ФИО3 сообщил ему, что сдавил шею ФИО руками и держал, пока она не перестала подавать признаков жизни.

По показаниям свидетеля Свидетель №4, в ходе разговора с ФИО3 последний признался в убийстве ФИО 

Соответственно, возможность причинения ФИО телесных повреждений, повлекших ее смерть, при иных обстоятельствах суд исключает. 

Причина смерти ФИО, а также обнаруженные у нее телесные повреждения подтверждены заключением судебно-медицинской экспертизы. Оснований сомневаться в достоверности выводов судебно-медицинской экспертизы не имеется, поскольку они научно обоснованны, в них изложены все необходимые данные и обстоятельства, исследованы необходимые документы и материалы дела, даны ответы на все поставленные вопросы, которые являются типичными для производства подобного рода экспертиз. В сделанных выводах не содержится противоречий, требующих устранения путем проведения повторной или дополнительной судебно-медицинских экспертиз, привлечения к участию в деле иных специалистов. При ее производстве нарушений уголовно-процессуального закона, а также иных правил производства экспертиз по уголовным делам, не допущено. Об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения эксперт предупрежден.

Суд полагает, что имеющееся в материалах дела заключение эксперта соответствует требованиям ст. 204 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и является допустимым и достоверным по делу доказательством, в связи с чем может быть положено в основу приговора.

Протоколы допросов свидетелей Свидетель №1, Свидетель №5, Свидетель №4, Свидетель №3 и Свидетель №2 отвечают требованиям уголовно-процессуального закона, поскольку в них имеются подписи свидетелей о том, что им разъяснены права свидетеля, предусмотренные ст. 56 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, а также о том, что они предупреждены об уголовной ответственности по ст. ст. 307, 308 Уголовного кодекса Российской Федерации. По окончании допросов свидетели были ознакомлены с составленными протоколами, каких-либо заявлений от лиц, участвующих в допросах, не поступило.

Проанализировав собранные по делу доказательства, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимосвязь доказательств в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что смерть ФИО наступила в результате преступных действий ФИО3, которые носили умышленный характер, были направлены на убийство, так как подсудимый, схватил ФИО за жизненно-важный орган - шею, сдавив ее, перекрыв дыхательные пути, осознавал, что совершает деяние, опасное для жизни потерпевшей, предвидел возможность наступления смерти потерпевшей и желал ее наступления.

Смерть потерпевшей наступила в результате механической асфиксии от сдавления органов шеи и находится в прямой причинно-следственной связи с действиями ФИО3

Судом доподлинно установлено, что мотивом совершения преступления явились возникшие в ходе конфликта личные неприязненные отношения между подсудимым ФИО3 и потерпевшей ФИО на почве ссоры. 

К доводам подсудимого, высказанным в ходе судебного следствия, о том, что он не желал наступления смерти ФИО, причинил ей смерть по неосторожности, а также подписал протоколы допросов, не вникая в их содержание, суд относится критически.

В ходе предварительного следствия ФИО3 допрашивался неоднократно, при этом ему разъяснилось право не свидетельствовать против себя, он предупреждался, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств по делу даже в случае отказа от этих показаний. После чего ФИО3 в присутствии адвоката полностью признавал свою вину и подтверждал ранее данные им показания, при этом последовательно говорил о том, что желал причинить смерть ФИО, хотел задушить ее, что и сделал. Каких-либо заявлений лиц, участвующих в допросах, протоколы не содержат. Также суд учитывает, что при ознакомлении с материалами дела по окончании предварительного следствия в присутствии защитника ФИО3 не сообщал о нарушениях, допущенных следователем в ходе досудебного производства, выразившихся в искажении данных им показаний.

При таких обстоятельствах совокупность проанализированных выше доказательств суд находит достаточной для установления вины подсудимого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Исходя из способа совершенного преступления, локализации и характера причиненных потерпевшей телесных повреждений, механизма их причинения, суд приходит к выводу о том, что квалификация действий ФИО3, данная органами предварительного следствия по ч. 1 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации, является правильной.

Также с учетом обстоятельств произошедшего, суд не усматривает признаков совершения преступления по неосторожности либо при превышении пределов необходимой обороны. 

Из материалов дела следует, что ФИО никакого насилия к ФИО3 не применяла, а он, являясь совершеннолетним, вменяемым лицом, с учетом возраста и жизненного опыта не мог не осознавать, что, сдавливая шею потерпевшей, лишая ФИО воздуха, своими действиями может причинить смерть потерпевшей, и желал ее причинения. Соответственно, ФИО3 умышленно причинил смерть ФИО, что полностью соответствует протоколу осмотра места происшествия, содержащего сведения об обнаруженном трупе, выводам судебно-медицинской экспертизы о механизме причинения телесных повреждений, а также показаниям свидетелей.

На основании изложенного суд квалифицирует действия ФИО3 по ч. 1 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

Оснований для иной правовой квалификации действий ФИО3, в том числе по ч. 1 ст. 109 Уголовного кодекса Российской Федерации, как об этом просит сторона защиты, не имеется.

Поскольку оснований сомневаться в психической полноценности ФИО3 у суда не имеется, за содеянное он подлежит наказанию, при назначении которого суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного ФИО3 преступления, данные о личности виновного, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на его исправление.

При этом суд учитывает, что ФИО3 впервые совершил оконченное умышленное преступление против жизни и здоровья, относящееся на основании ч. 5 ст. 15 Уголовного кодекса Российской Федерации к категории особо тяжких преступлений.

Суд принимает во внимание данные о личности ФИО3, который является пенсионером, по месту жительства участковым уполномоченным полиции характеризуется удовлетворительно, на учетах у нарколога и психиатра не состоит, однажды привлекался к административной ответственности за совершение правонарушения против общественного порядка и общественной безопасности.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО3, суд в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации признает явку с повинной и его активное способствование в расследовании преступления, которое выразилось в даче им последовательных признательных показаний в ходе следствия, в том числе при проверке показаний на месте; на основании ч. 2 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации - признание подсудимым своей вины, его раскаяние в содеянном, возраст ФИО3, состояние его здоровья, принесение извинений Потерпевший №1 в судебном заседании.

Также из материалов уголовного дела следует, что непосредственно перед убийством ФИО выражалась в адрес ФИО3, находившегося в состоянии алкогольного опьянения, нецензурной бранью, оскорбляла его, выходила на кухню в присутствии свидетеля Свидетель №1 в обнаженном виде, утверждала, что может вести себя в доме ФИО3 так, как ей вздумается.

На основании анализа показаний подсудимого ФИО3 и свидетеля Свидетель №1 суд приходит к выводу, что подобное противоправное и аморальное поведение потерпевшей явилось непосредственным поводом для преступления.

По этой причине суд в качестве обстоятельства, смягчающего наказание ФИО3, признает противоправность и аморальность поведения потерпевшей, явившегося поводом для преступления (п. «з» ч. 1 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации).

Согласно ч. 1.1 ст. 63 Уголовного кодекса Российской Федерации судья, назначающий наказание, в зависимости от характера и степени общественной опасности преступления, обстоятельств его совершения и личности виновного может признать отягчающим обстоятельством совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.

Из материалов дела следует, что в момент совершения преступления ФИО3 находился в состоянии алкогольного опьянения в результате употребления спиртных напитков. Данное обстоятельство он подтвердил в судебном заседании и показал, что в трезвом виде он бы насилие к ФИО не применил.

Оценивая поведение подсудимого в совокупности с данными о его личности, суд считает, что алкогольное опьянение явилось побуждающим фактором совершения преступления, а поведение ФИО3 было усугублено этим состоянием, и он утратил ситуационный и поведенческий контроль. 

Учитывая характер и степень общественной опасности совершенного преступления, обстоятельства его совершения и личность подсудимого, в соответствии с ч. 1.1 ст. 63 Уголовного кодекса Российской Федерации суд признает отягчающим наказание обстоятельством совершение ФИО3 преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, поскольку именно употребление спиртных напитков повлияло на его поведение при совершении этого деяния.

Иных обстоятельств, смягчающих и отягчающих наказание ФИО3, судом не установлено.

В связи с наличием отягчающего наказание обстоятельства у суда отсутствуют правовые основания для применения положений ч. 6 ст. 15, ч. 1 ст. 62 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Суд не усматривает исключительных смягчающих обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, и позволяющих назначить виновному более мягкий вид наказания, поскольку в своей совокупности установленные судом смягчающие обстоятельства не связаны с целями и мотивами преступления, поведением ФИО3 во время и после его совершения, в связи с чем суд, несмотря на наличие ряда смягчающих наказание обстоятельств, считает невозможным назначение подсудимому наказания с применением положений ст. ст. 64, 73 Уголовного кодекса Российской Федерации.

В соответствии с ч. 2 ст. 43 Уголовного кодекса Российской Федерации наказание применяется в целях восстановления социальной справедливости, а также в целях исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений. 

Принимая во внимание вышеизложенное, а также характер и общественную опасность совершенного ФИО3 преступления, суд приходит к выводу о необходимости назначения ему наказания в виде реального лишения свободы в целях формирования у него уважительного отношения к человеку, обществу, труду, нормам, правилам и традициям человеческого общежития и стимулирования правопослушного поведения.

Суд уверен, что назначение данного вида наказания будет отвечать целям исправления виновного, и обеспечит возможность предупреждения совершения им новых преступлений.

При определении вида исправительного учреждения для отбытия наказания суд руководствуется п. «в» ч. 1 ст. 58 Уголовного кодекса Российской Федерации, в соответствии с которым отбывать наказание ФИО3 должен в исправительной колонии строгого режима.

Суд считает возможным не назначать подсудимому дополнительное наказание в виде ограничения свободы, принимая во внимание вышеизложенные данные о его личности и наличие смягчающих наказание обстоятельств.

Учитывая изложенные обстоятельства, суд считает необходимым оставить подсудимому меру пресечения в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу без изменения, что будет способствовать исполнению настоящего приговора.

В соответствии со ст. ст. 131, 132 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации суммы, выплаченные адвокатам за оказание ими юридической помощи в случае участия адвоката в уголовном судопроизводстве по назначению, являются процессуальными издержками и взыскиваются с осужденного. 

Как следует из материалов дела, в ходе предварительного расследования размер вознаграждения защитника, участвовавшего в деле по назначению следователя, составил 6 382 рубля 50 копеек, а в судебном заседании - 4 312 рублей 50 копеек. 

ФИО3 от услуг адвоката не отказывался, имеет доход в виде пенсии, осуждается к лишению свободы на определенный срок, заболеваний, препятствующих трудоустройству, не имеет. 

Таким образом, оснований для освобождения ФИО3 от уплаты процессуальных издержек не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 302 - 304, 307 - 309 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд

приговорил:

ФИО3 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 9 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения в отношении ФИО3 - заключение под стражу - оставить до вступления приговора в законную силу без изменения.

Срок наказания ФИО3 исчислять со дня вступления приговора суда в законную силу.

На основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 Уголовного кодекса Российской Федерации зачесть ФИО3 в отбытый срок наказания время его задержания и содержания под стражей со 2 февраля 2020 года до вступления приговора суда в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Процессуальные издержки, связанные с выплатой вознаграждения защитнику, участвовавшему в уголовном деле по назначению следователя и суда, в сумме 10 695 рублей взыскать с осужденного ФИО3 в доход федерального бюджета.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Свердловского областного суда через Ленинский районный суд г. Нижний Тагил Свердловской области в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы, а также в случае принесения апелляционного представления прокурором либо подачи апелляционной жалобы другими участниками процесса, осужденный вправе ходатайствовать в указанный срок о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, а также о желании иметь в суде апелляционной инстанции защитника по своему выбору либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника, о чем должно быть указано в его апелляционной жалобе либо подано соответствующее заявление.

Судья - подпись И.О. Григорьев

КОПИЯ ВЕРНА

Судья И.О. Григорьев