РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Г.Рязань 28 января 2019 года

Советский районный суд г.Рязани в составе председательствующего судьи Прошкиной Г.А., при секретаре Булатовой Е.А.,

с участием представителя ответчика по первоначальному и встречному иску ООО «Микрокредитная организация «Четвертак» - ФИО1, действующей на основании доверенности,

представителя ответчика по первоначальному иску и истца по встречному иску ФИО2 - ФИО3, действующего на основании доверенности, 

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело 

по исковому заявлению ФИО4 к ООО «Микрокредитная организация «Четвертак», ФИО2 о признании соглашения об отступном незаключенным, об истребовании имущества из чужого незаконного владения

и встречному исковому заявлению ФИО2 к ФИО4, ООО «Микрокредитная организация «Четвертак» о признании добросовестным приобретателем, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО4 обратился в суд с вышеуказанным иском, мотивируя тем, что 04 ноября 2017 года между ним и ООО «Микрокредитная организация «Четвертак» был заключен договор потребительского займа № 

<

данные изъяты> с залоговым обеспечением в виде автомобиля 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты> выпуска, госномер 

<

данные изъяты>. Во исполнение договора займодавец предоставил ему денежные 25 000 руб. на условиях возврата через 1 месяц, то есть в срок до 04 декабря 2017 года включительно, под 79,083 % годовых, которые на основании дополнительного соглашения были увеличены до 77 % в месяц, то есть до 924 % годовых. В итоге подлежащая возврату сумма должна была составить 32 500 руб. В определенную договором дату он в полном объеме погасить сумму займа с подлежащими уплате процентами не успел, внеся в кассу займодавца только 22 000 руб. 14 февраля 2018 года сотрудники ООО «Микрокредитная организация «Четвертак» прибыли по месту его работы и предложили забрать его автомобиль, на что он согласился и подписал соответствующий акт. Ориентировочно через неделю он обратился к ответчику по вопросу погашения займа и возврата автомобиля, но получил отказ, обоснованный продажей автомобиля ФИО2 и отсутствия между ними действующих обязательств. Ссылаясь на то, что акт приема-передачи транспортного средства является соглашением об отступном, не содержащим существенных для этого условий, основания приобретения автомобиля ФИО2 порочными, а последний, как не представивший равноценное встречное исполнение, не подлежащим признанию добросовестным приобретателем, просил суд, на основании положений ст. ст. 301, 302, 409, 432, 809, 810 ГК РФ, признать акт приема-передачи транспортного средства в счет погашения долга от 14 февраля 2017 года незаключенным и истребовать автомобиль 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты> выпуска, госномер 

<

данные изъяты>, из незаконного владения ФИО2

Впоследствии ответчик ФИО2 обратился в суд с вышеуказанным встречным исковым заявлением, в котором просил на основании положений ст.ст. 10, 302 ГК РФ признать его добросовестным приобретателем автомобиля 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты> выпуска, госномер 

<

данные изъяты>. Свои требования мотивировал тем, что указанный автомобиль он приобрел у ООО «Микрокредитная организация «Четвертак» 14 февраля 2018 года по согласованной на основании справки ООО «Транспектр» стоимости за 65 000 руб., путем внесения наличных денежных средств в кассу, 20 февраля 2018 года поставил на регистрационный учет и пользуется им по настоящее время. Полагал, что фактическая передача ему автомобиля, оригинала ПТС и ключей от него, а также отсутствие обращения ФИО4 в правоохранительные органы и (или) в суд для наложения ограничения по отчуждению автомобиля, не давали ему усомниться в праве продавца на отчуждение, и свидетельствует о наличии оснований для его (истца) квалификации в качестве добросовестного приобретателя.

Определением суда первоначальный и встречный иск объединены для совместного рассмотрения.

В судебное заседание истец по первоначальному иску и ответчик по встречному иску ФИО4, надлежащим образом извещенный о времени и месте судебного разбирательства, не явился, ходатайства об его отложении не заявил и о причинах своего отсутствия суду не сообщил, а причины не обеспечения явки его представителя признаны судом неуважительными.

Ответчик по первоначальному иску и истец по встречному иску ФИО2, надлежащим образом извещенный о времени и месте судебного разбирательства, об отложении судебного разбирательства не просивший, в суд не явился, но направил своего представителя.

Ответчик по первоначальному и встречным искам, надлежащим образом извещенный о времени и месте судебного разбирательства, также направил в суд своего представителя.

Суд, выслушав объяснения представителей сторон, полагавших первоначальный иск не подлежащим удовлетворению, а встречный иск законным и обоснованным в полном объеме, посчитав возможным рассмотреть дело в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

Согласно ст. 807 ГК РФ, по договору займа одна сторона (займодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг.

По общему правилу, установленному ст. ст. 407, 408 ГК РФ, обязательство прекращается его надлежащим исполнением.

Вместе с тем, обязательство может быть прекращено полностью или частично и по иным основаниям, предусмотренным настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

Так, ст. 409 ГК РФ гласит, что по соглашению сторон обязательство может быть прекращено предоставлением отступного - уплатой денежных средств или передачей иного имущества.

По смыслу данной нормы, условия о сроках и порядке передачи отступного, его стоимости, размере обязательств или иные подобные условия устанавливаются сторонами по собственному усмотрению.

Требований о нотариальном удостоверении сделки отступного или других специальных требований к ее форме закон также не содержит.

Как разъяснено в «Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2017)», утв. Президиумом Верховного Суда РФ 26 апреля 2017 года, при подписании соглашения о предоставлении отступного обязательство по договору займа прекращается путем передачи имущества должника кредитору (заемщика займодавцу), то есть в собственность займодавца передается имущество в обмен на денежные средства. С предоставлением отступного меняется в целом способ исполнения договора займа, прекращаются обязательства сторон по первоначальному способу исполнения и на стороны возлагаются другие, новые обязательства, возникающие из соглашения об отступном (денежная форма возврата займа более не исполняется сторонами).

При этом, в отличие от новации, предусмотренной ст. 414 ГК РФ, в случае отступного первоначальное обязательство прекращается уплатой денежных средств или передачей имущества, то есть в момент предоставления отступного, а не в момент заключения соглашения о нем (реальный договор) (ст. ст. 223, 224, 433 ГК РФ, Информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 21 декабря 2005 года № 102 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 409 Гражданского кодекса Российской Федерации», Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 25 сентября 2007 года № 7134/07 по делу №25-641/06-13 и т.п.).

В силу положений ст. 154, 158 ст. 432 ГК РФ, в контексте правовой позиции Верховного Суда РФ, изложенной в Постановлении Пленума от 25 декабря 2018 года № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», договор считается заключенным, если между сторонами достигнуто соглашение по всем его существенным условиям. 

Такое соглашение сторон может быть достигнуто путем принятия (акцепта) одной стороной предложения заключить договор (оферты) другой стороной, путем совместной разработки и согласования условий договора в переговорах, иным способом, например, договор считается заключенным и в том случае, когда из поведения сторон явствует их воля на заключение договора.

Несоблюдение требований к форме договора при достижении сторонами соглашения по всем существенным условиям не свидетельствует о том, что договор не был заключен. В этом случае последствия несоблюдения формы договора определяются в соответствии со специальными правилами о последствиях несоблюдения формы отдельных видов договоров,

Под существенными условиями, которые должны быть согласованы сторонами при заключении договора, понимаются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах существенными или необходимыми для договоров данного вида, а также все условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение, даже если такое условие восполнялось бы диспозитивной нормой.

Причем, ст. 10 ГК РФ не допускает осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» указано на то, что в случае несоблюдения требований, предусмотренных ст. 10 ГК РФ суд, с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом. В том числе поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались.

Даже то обстоятельство, что договор считается заключенным с момента передачи соответствующего имущества (реальный договор), также не освобождает стороны от обязанности действовать добросовестно при ведении переговоров о его заключении (Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 25 декабря 2018 года № 49).

В свою очередь, п. 3 ст. 432 ГК РФ прямо предусмотрено, что сторона, принявшая от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердившая действие договора, не вправе требовать признания этого договора незаключенным, если заявление такого требования с учетом конкретных обстоятельств будет противоречить принципу добросовестности.

В судебном заседании установлено:

4 ноября 2017 года между ООО «Микрокредитная организация «Четвертак», как займодавцем, и ФИО4, как заемщиком, был заключен договор потребительского займа № 

<

данные изъяты> с залоговым обеспечением в виде автомобиля марки 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты> выпуска, 

<

данные изъяты>, кузов: 

<

данные изъяты>, двигатель: 

<

данные изъяты>, цвет: серебристый, госномер 

<

данные изъяты>, залоговой стоимостью 25 000 руб.

Во исполнение которого займодавец в тот же день передал заемщику денежные средства в размере 25 000 руб. (с учетом дополнительных соглашений и реструктуризации долга) на срок по 4 февраля 2018 года, на условиях единоразового возврата займа и уплаты начисленных на него процентов в конце срока в общей сумме 46 643 руб., а также на условиях уплаты неустойки за просрочку платежей по договору в размере 2 % в день от суммы задолженности за каждый день просрочки, за нарушение сроков замены обеспечения по договору в размере 20 % от суммы основного долга, за предоставление недостоверной информации в размере 30 % от суммы основного долга, за непредставление документации, установленной договором в размере 5% от суммы основного долга, за нарушение сроков передачи заложенного имущества займодавцу в размере 50 % от его стоимости, штрафа за отчуждение или залог имущества без согласия займодавца в размере 70% от стоимости заложенного имущества.

В результате ненадлежащего исполнения своих обязательств по договору у ФИО4 перед ООО «Микрокредитная организация «Четвертак» образовалась задолженность, которая по состоянию на 14 февраля 2018 года составила 75 144 руб., из которых: 43 796 руб. - основной долг, 5 694 руб. - проценты за пользование займом, 9 329 руб. - неустойка, 13 993 руб. - штраф за предоставление недостоверной информации, 2 332 руб. - штраф за непредставление документации. 

14 февраля 2018 года между ООО «Микрокредитная организация «Четвертак», как займодавцем, и ФИО4, как заемщиком, был подписан акт, поименованный актом приема-передачи транспортного средства в счет погашения долга по договору займа с залоговым обеспечением № 

<

данные изъяты> от 4 ноября 2017 года, в порядке реализации которого заемщик фактически передал, а займодавец принял в счет погашения долга указанное транспортное средство с ключами от него и документами (паспорт транспортного средства, свидетельство о регистрации).

В тот же день между ООО «Микрокредитная организация «Четвертак», как продавцом, и ФИО2, как покупателем, по результатам осмотра транспортного средства и определения его рыночной стоимости с учетом наличествующих повреждений и требуемых ремонтных воздействий, зафиксированных в справке и заключении специалиста ООО «Транспектр», был заключен договор его купли-продажи за 65 000 руб., внесенных последним наличными денежными средствами в кассу организации.

20 февраля 2018 года транспортное средство было поставлено в органах госавтоинспекции на регистрационный учет на имя ФИО2 и до настоящего времени находится во владении и пользовании последнего.

Данные обстоятельства подтверждаются материалами дела и сторонами не оспорены.

Исследованные судом доказательства и установленные обстоятельства в совокупности свидетельствуют о том, что между ООО «Микрокредитная организация «Четвертак» и ФИО4 имело место денежное обязательство, которое подлежало прекращению надлежащим исполнением, то есть уплатой обязанным лицом суммы займа (ст. 408 ГК РФ), но также, как указывалось выше, могло быть прекращено по иным предусмотренным законом основаниям, в частности, посредством предоставления отступного (ст. 409 ГК РФ).

Оспариваемый акт по своей юридической природе являлся именно соглашением о прекращении обязательства предоставлением отступного, следовательно, ввиду отсутствия прямого законодательного ограничения прав сторон на заключение оного (ст. 414 ГК РФ), и при условии отсутствия для этого иных препятствий, предполагал для сторон порождение тех же последствий, что и оплата долга.

При этом, само по себе заключение между сторонами такого соглашения формально требованиям действующего законодательства не противоречило, а требований о признании данного соглашения недействительным по тем и (или) иным основаниям, истец в установленном законом порядке не предъявил.

Из данного соглашения (акта), содержащего взаимное согласие сторон на передачу конкретного имущества в счет погашения конкретного долга, однозначно следует, что воля его сторон была направлена именно на погашение такого долга, а не на внесудебную реализацию предмета залога, и иных последствий его заключения не предусматривала.

Буквальное сопоставление слов и выражений, отраженных в наименовании акта и в его описательной части, между собой и со смыслом соглашения в целом, а также путем использования иных способов, определенных ст. 431 ГК РФ, их иного толкования не допускает.

Таким образом, его содержание полностью соответствует требованиям ст. 409 ГК РФ, то есть содержит все существенные для соответствующего рода соглашения условия.

Вопреки заведомо ошибочной позиции стороны истца по первоначальному иску, отсутствие в данном акте информации о стоимости отступного и размере долговых обязательств (их количественных и качественных характеристиках), в том числе на момент достижения соглашения, юридического значения для его оценки на предмет заключенности, не имеет.

Оспаривая соглашение об отступном по основаниям незаключенности, ФИО4 дополнительно сослался на несоразмерность подлежащего передаче имущества сумме долга, а также на отсутствие с его стороны намерений отчуждать принадлежащее ему имущество.

Однако, в действительности допустимых, относимых и достоверных доказательств заведомого несоответствия стоимости отступного и размера долга, материалы дела не содержат.

Возможность таких выводов исключается сравнительным анализом размера задолженности, образовавшейся у ФИО4 по состоянию на 14 февраля 2018 года, арифметическая правильность расчета которой проверена судом и ФИО4 в установленном законом порядке не оспорена, как с рыночной стоимостью отступного автомобиля по заключению судебной экспертизы АНО «Центр независимой потребительской экспертизы» (121 736 руб.), произведенной в условиях невозможности определения фактического технического состояния транспортного средства по состоянию на 14 февраля 2018 года, с результатом оценки ООО «Трансспектр», произведенной по итогам осмотра транспортного средства (64 000 руб.), так и с его изначальной залоговой стоимостью, согласованной сторонами при заключении договора (25 000 руб.).

Тем более, что вопрос о том, насколько невыгодным для ФИО4 являлась передача имущества на таких условиях, как и наличие у него на тот момент тяжелых обстоятельств, вынудивших его совершить такую сделку (кабальная сделка), чем могла воспользоваться другая сторона, или совершение им сделки под влиянием обмана или при наличии с его стороны существенного заблуждения относительно ее условий, выходит за рамки заявленных исковых требований.

Остальные доводы истца по первоначальному иску приведены без учета того, что фактическое предоставление заемщиком отступного (передача транспортного средства с документами и ключами от него) само по себе свидетельствует о согласовании всех необходимых условий данного соглашения.

Кроме того, как указывалось выше, сторона, принявшая от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердившая действие договора, не вправе требовать признания этого договора незаключенным, если заявление такого требования с учетом конкретных обстоятельств будет противоречить принципу добросовестности. 

Данная норма направлена на пресечение недобросовестной практики предъявления требований о признании договора незаключенным стороной, которая своим поведением демонстрировала, что рассматривает его в качестве порождающего юридические последствия. 

В рассматриваемом случае ФИО4, как должник по договору займа, подписал оспариваемый акт, не внеся изменений ни в его форму, ни в содержание, и одновременно, то есть 14 февраля 2018 года, передал кредитору в счет погашения долга принадлежащий ему автомобиль, после чего никаких действий, связанных с исполнением договора займа не предпринимал, во всяком случае, доказательств обратного не представил, а в суд обратился только 19 апреля 2018 года.

Такое поведение стороны, как при ведении переговоров, так и в последующем, не может быть признано добросовестным, поскольку характер допущенного злоупотребления правом заведомо ставил другую сторону в невыгодное положение и с очевидностью был направлен исключительно на затягивание исполнение долговых обязательств и причинение кредитору неблагоприятных экономических последствий.

При таком положении дела, у суда отсутствуют законные основания для удовлетворения требований ФИО4 о признании соглашения об отступном незаключенным.

Не подлежат удовлетворению и исковые требования ФИО4 об истребовании транспортного средства, переданного по соглашению об отступном ООО «Микрокредитная организация «Четвертак», у его нового собственника ФИО8, как из чужого незаконного владения.

Действительно, в ст. 301 ГК РФ указано, что собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

Вместе с тем, как разъяснено в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ №10, Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ № 22 от 29 апреля 2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», в соответствии со ст. 301 ГК РФ лицо, обратившееся в суд с иском об истребовании своего имущества из чужого незаконного владения, должно доказать свое право собственности на имущество, находящееся во владении ответчика.

Спор о возврате имущества, вытекающий из договорных отношений или отношений, связанных с применением последствий недействительности сделки, подлежит разрешению в соответствии с законодательством, регулирующим данные отношения.

Принимая во внимание, что в судебном заседании нашел подтверждение факт заключения и фактического исполнения ФИО4 соглашения об отступном, одним из последствий которого является переход права собственности на спорный автомобиль к ООО «Микрокредитная организация «Четвертак», а нахождение данного автомобиля во владении и пользовании ФИО2 осуществляется на основании заключенного им с ООО «Микрокредитная организация «Четвертак» договора купли-продажи, суд приходит к выводу об отсутствии у ФИО4 в настоящее время права собственности на данное имущество, и, как следствие, отсутствие законных оснований для его истребования.

Более того, ст. 302 ГК РФ гласит, что даже если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя лишь в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

Ответчик вправе возразить против истребования имущества из его владения путем представления доказательств возмездного приобретения им имущества у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем он не знал и не должен был знать (добросовестный приобретатель), которое собственник вправе опровергнуть, доказав, что при совершении сделки приобретатель должен был усомниться в праве продавца на отчуждение имущества.

Собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от такого возражения, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли. Причем, недействительность сделки, во исполнение которой передано имущество, не свидетельствует сама по себе о его выбытии из владения передавшего это имущество лица помимо его воли (совместное Постановление Пленума Верховного Суда РФ, Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ № 10/22 от 29 апреля 2010 года).

В рассматриваемом случае обе сделки, по результатам которых приобретатель ФИО8 получил во владение транспортное средство, являлись возмездными и были совершены по воле и в интересах сторон данных сделок.

Каких-либо доказательств того, что при совершении сделки у приобретателя были основания усомниться в праве продавца на отчуждение имущества, ФИО4 в материалы дела представлено не было.

Напротив, представленные ФИО8 доказательства, свидетельствующие о заключении договора купли-продажи спорного имущества с его юридическом собственником, об отсутствии на тот момент юридически оформленных притязаниях бывшего собственника, а также о совершении приобретателем действий по проверке технического состояния спорного имущества и соответствия его договорной цены фактической стоимости, подтверждают добросовестность приобретения.

Соответствующие обстоятельства признаны ответчиком по встречному иску ООО «Микрокредитная организация «Четвертак» в полном объеме. 

При таких обстоятельствах, встречные исковые требования к ООО «Микрокредитная организация «Четвертак», ФИО4 о признании ФИО2 добросовестным приобретателем, являющиеся не противоречащим ст. 12 ГК РФ способом защиты права, подлежат удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО4 к ООО «Микрокредитная организация «Четвертак», ФИО2 о признании соглашения об отступном незаключенным, об истребовании имущества из чужого незаконного владения - отказать.

Встречные исковые требования ФИО2 к ФИО4, ООО «Микрокредитная организация «Четвертак» о признании добросовестным приобретателем - удовлетворить.

Признать ФИО2 добросовестным приобретателем автомобиля марки 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты> выпуска, госномер 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты>, кузов: 

<

данные изъяты>, двигатель: 

<

данные изъяты>, цвет: серебристый, ПТС 

<

данные изъяты> выдан МРЭО ГИБДД УМВД России по Рязанской области, дата регистрации 20 февраля 2018 года.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в коллегию по гражданским делам Рязанского областного суда через Советский районный суд г. Рязани в течение месяца со дня изготовления решения в мотивированной форме.

Судья