К делу №2-1029/2025

УИД 23RS0036-01-2025-000297-70

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

06 июня 2025 г. г. Краснодар

Октябрьский районный суд г. Краснодара в составе:

председательствующего судьи Сурова А.А.

при секретаре Кренёвой К.В.

с участием прокурора Макаровой А.В.

истца ФИО1, представителей истца - ФИО8, ФИО15, действующих на основании доверенностей, 

представителя ответчика ГБУЗ «ДККБ» МЗ КК ФИО16, действующей на основании доверенности, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Детская краевая клиническая больница» Министерства здравоохранения Краснодарского края, Министерству здравоохранения Краснодарского края о взыскании денежной компенсации морального вреда за некачественно оказанную медицинскую помощь,

установил:

ФИО2 обратилась в суд с исковым заявлением к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения «

<

адрес>вая клиническая больница» Министерства здравоохранения 

<

адрес> субсидиарно Министерству здравоохранения 

<

адрес> о взыскании денежной компенсации морального вреда за некачественно оказанную медицинскую помощь в размере 10 000 000 рублей. 

В обоснование заявленных требований сослалась на то, что в марте 2023 года обратилась в женскую консультацию по месту жительства для проверки своего женского здоровья. Ранее у неё была обнаружена миома матки, при осмотре доктор сообщил ей что миома растет и ее необходимо удалять, но таких операций по месту жительства не проводят. По рекомендации, обратилась в перинатальный центр ГБУЗ «ДККБ» МЗ КК к ФИО7, который провел обследование, подтвердил необходимость оперативного лечения и назначил дату операции. Во время первичного обращения в перинатальный центр к доктору ФИО7 была озвучена стоимость операции 30 000 рублей. ДД.ММ.ГГГГ к 08:00 ФИО2 приехала в ГБУЗ «ДККБ» МЗ КК, где её оформили. Она отправилась к врачу ФИО7 В этот же день была проведена операция «лапароскопия, надвлагалищная ампутация матки без придатков». Истица оплатила 30 000 рублей, из которых 5 000 рублей переводом на личную карту ФИО7, 25 000 наличными. С момента выхода из наркоза у ФИО2 началась непрекращающаяся рвота, которая продолжалась на протяжении 2-х дней. На третий день появился жидкий стул, появилась температура. ФИО7 объяснил, что это нормальная реакция на анестезию и операцию и несмотря на ухудшающееся состояние (рвота, жидкий стул, температура, боли, слабость) выписал домой на 5-й день после операции, т.е. 03.04.2023г. Позже Истица выяснила, что лечение и операция была проведена за счет ОМС, а по документам её выписали 06.04.2023г. В период с 03.04-06.04.2023г. состояние Истицы и вышеописанные симптомы только ухудшались, рекомендованное лечение не помогало. Уже 07.04.2023г. у Истицы были гнойно-каловые выделения из влагалища, она обратилась в ГБУЗ «Крымская ЦРБ» МЗ КК, где её экстренно госпитализировали, связались с ГБУЗ «НИИ ККБ№» МЗ КК, санитарной авиацией перевезли в краевую больницу, где пациентка была экстренно прооперирована. Во время первой операции в ККБ№ откачали литр гноя. Во время второй операции была проведена резекция кишечника и выведена илеостома. Всего было проведено 4 операции: 07.04, 09.04, 11.04, ДД.ММ.ГГГГ. В ГБУЗ «НИИ ККБ№» МЗ КК установлен диагноз «Острый гнойный некротически сальпингоофорит слева, оофорит справа. Гнойно-некротическое расплавление культи шейки матки. Задний параметрит. Абсцесс малого таза. Распространённый гнойно-фибронозный перитонит. Перфорация подвздошной кишки. Острая кишечная непроходимость. Перикультивой инфильтрат.». Позже в 2023г. была проведена операция по закрытию илеостомы и восстановлению целостности кишечника. Итого за 2023г., после операции в перинатальном центре, Истица дополнительно перенесла 5 операций и полгода проходила со стомой и калоприемником. На сегодняшний день пациентка имеет 3-ю группу инвалидности, а также вынуждена получать поддерживающую терапию, проходить реабилитацию, наблюдаться у гастроэнтеролога. Каких-либо предложений об участии и помощи, возврата оплаченных ФИО2 денег за проведённую операцию ни от ФИО7, ни от администрации ответчика ей не поступало. 

В связи с этим, Истица обратилась в Следственный комитет России, где возбудили уголовное дело, ФИО2 признана потерпевшей, а также была проведена комиссионная судебно-медицинская экспертиза № от 09.04.2024г. 

Согласно вышеуказанной экспертизе: стр.6-7 «согласно ответу заместителя министра МЗ 

<

адрес> ФИО11 По результатам ведомственного контроля медицинская помощь ФИО2 в условиях гинекологического отделения ГБУЗ «ДККБ» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ была оказана в соответствии с действующим Порядком и стандартами оказания медицинской помощи при установленном диагнозе и клинической ситуации. Вместе с тем, были выявлены отдельные нарушения по лечебно-диагностическим мероприятиям (отсутствует осмотр заведующим отделения в первые 48 часов после госпитализации пациента, не проведена профилактика тромбоэмболических осложнений в послеоперационном периоде назначен антибиотик пенициллинового ряда при наличии аллергии на пенициллин, отсутствует согласование с уполномоченным лицом при назначении более пяти препаратов одновременно, отсутствуют контрольные анализы крови при выписке, отсутствуют дневниковые записи).».

Согласно вышеуказанной экспертизе: стр.8-10 из акта служебного расследования от 27.07.2023г. «В ходе проведенного разбора сделан вывод, что выявленные замечания не являются причиной развывшегося послеоперационного осложнения Врачу акушеру-гинекологу ФИО7 объявить замечание комиссией рекомендовано рассмотреть вопрос привлечения врача-гинеколога гинекологического отделения ФИО7, заведующего гинекологическим отделением ФИО12 к дисциплинарной ответственности в виде замечания.»

Согласно вышеуказанной экспертизе: стр.10-13 «Из объяснения врача акушера-гинеколога ГБУЗ «ДККБ» ФИО7 Отмечу, что после проведения операции ФИО2 была помещена в палату для прохождения реабилитации. При этом по медицинским стандартам ФИО2 должна была провести в условиях стационара под наблюдением 4 дня, однако в день операции, после того, как ФИО2 отошла от общего наркоза, последняя самостоятельно покинула медицинское учреждение». 

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 экстренно госпитализировали для оперативного вмешательства. Операция проходила в штатном режиме, без каких-либо особенностей, закончилась положительно. Вместе с тем операция усложнялась техническими сложностями, вызванными экстренными показаниями. На пятые сутки после проведенного оперативного вмешательства, в связи с положительной динамикой выздоровления и отсутствием противопоказаний, ФИО2 по собственному желанию была выписана из ГБУЗ «ДККБ» Я предполагаю, что причиной осложнений могло явиться повреждение кишки во время операции, предполагаю, что данное повреждение могло образоваться в момент прижигания сосудов. Вопрос следователя: Ожог кишки является допустимым при проведении такого рода операции? Ответ: Нет. Вопрос следователя: Кто тогда мог произвести ожог кишки во время операции? Ответ: Я.»

Согласно выводам комиссионной судебно-медицинской экспертизы № от 09.04.2024г. стр.42-44 «у ФИО2 с ДД.ММ.ГГГГ наблюдался жидкий стул, а также не проходили боли в животе, о чем она сообщила врачу ДД.ММ.ГГГГ на осмотре. Несмотря на это в этот же день ФИО7 выписал её домой с рекомендациями явиться ДД.ММ.ГГГГ в районную женскую консультацию для снятия швов Больной была проведена экстренная операция. Согласно протоколу, при ревизии брюшной полости в отлогих местах выявлено: мутно серозно-гнойное отделяемое, петли тонкого кишечника увеличены в размерах, гиперемированы и отечны, раздуты, вялая перистальтика, в малом тазу выраженные спаечный процесс в виде конгломерата, состоящего из культи шейки матки, сигмовидной кишки, петель тонкого кишечника, левых придатков и правой маточной трубы, вскрыт абсцесс объемом 40 мл, из цервикального канала подтекает гной, швы на культе отсутствуют, при дальнейшей ревизии обнаружено две перфорации с кишечным отделяемым, множество десерозаций подвздошной кишки на протяжении 60 см»

Согласно вышеуказанной экспертизе: стр.44 «Диагностированные у ФИО2 осложнения состоят в прямой причинно-следственной связи с проведенной ей ДД.ММ.ГГГГ операцией. Непосредственной причиной развития данных осложнений послужило травмирование стенки подвздошной кишки. В дальнейшем в условиях отсутствия своевременной диагностики в послеоперационном периоде произошло развитие некрозов стенки кишки, прикрытых перфораций, формирование абсцесса малого таза. Уже после выписки ДД.ММ.ГГГГ имело место прогрессирование гнойно-некротического процесса с развитием сальпиногоофорита, заднего параметрита, расплавления культи шейки матки, разлитого фибринозно-гнойного перитонита.»

Согласно вышеуказанной экспертизе: стр.45-46 «Отсутствие своевременной диагностики травмы кишечника в раннем послеоперационном периоде у ФИО2 было обусловлено недооценкой имевшихся жалоб больной и лабораторной картины со стороны лечащего врача При наличии по дренажу серозно-геморрагического отделяемого в объеме 100 мл, дренаж необоснованно рано был удален. Врачом констатирован сохранявшийся выраженный лейкоцитоз, однако поиск возможных причин не проводился Имела место недооценка имевшейся симптоматики и лабораторной картины, которые указывали на развитие послеоперационных осложнений В последующем 01.04.,ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 врачом не осматривалась, что следует рассматривать как нарушение динамического наблюдения за пациентом К последующим записям в медкарте за период с 04.04-ДД.ММ.ГГГГ экспертная комиссия относится критически, так как при имевшимся у ФИО2 прогрессирующем гнойно-воспалительном процессе в брюшной полости и малом тазу у неё не могла полностью отсутствовать какая-либо симптоматика, которая в том числе была описана на приеме в женской консультации ДД.ММ.ГГГГ, т.е. в день якобы имевшей места выписке по данным медкарты.»

Согласно вышеуказанной экспертизе: стр.46 «Развывшиеся у ФИО2 осложнения находятся в прямой причинно-следственной связи с выявленными нарушениями оказания медицинской помощи в ГБУЗ «ДККБ» и квалифицируются в совокупности как причинившие ТЯЖКИЙ, опасный для жизни вред здоровью…»

Согласно вышеуказанной экспертизе: стр.46 «Данные осложнения потребовали с целью их устранения проведения многоэтапного хирургического лечения с проведением лапаротомии, резекции участка пораженного кишечника и культи шейки матки, двух релапаротомий с выведением илеостомы. ДД.ММ.ГГГГ по итогам проведенного в Бюро №- филиал ФКУ «ГБ МСЭ по КК» освидетельствования гр. ФИО2 была установлена третья группа инвалидности сроком на 1 год по причине «общее заболевание» (выявлены стойкие нарушения функций пищеварительной системы. Отмечена нуждаемость в технических средствах реабилитации: однокомпонентный дренируемый калоприемник, пояс для калоприемника)».

Вышеуказанные доводы послужили основанием для обращения с иском в суд. 

Истец ФИО2 и ее представители ФИО13, ФИО9, действующие на основании доверенностей, в судебном заседании просили заявленные требования удовлетворить в полном объеме. 

Представитель ответчика ГБУЗ «ДККБ» МЗ КК ФИО10, действующая на основании доверенности, в удовлетворении требований возражала по основаниям, изложенным в отзыве. Просила в удовлетворении искового заявления отказать в полном объеме.

Представитель ответчика Министерства здравоохранения 

<

адрес>, в судебное заседание не явился, извещен о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, доказательств уважительности причин неявки суду не представил, ходатайств об отложении слушания дела, либо о рассмотрении дела в его отсутствие не заявлял. Согласно письменным возражениям на исковое заявление в удовлетворении требований о субсидиарной ответственности с министерства просит отказать в полном объеме.

Третье лицо ФИО7 в судебное заседание не явился, извещен о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, доказательств уважительности причин неявки суду не представил, ходатайств об отложении слушания дела, либо о рассмотрении дела в его отсутствие не заявлял. 

Прокурор в судебном заседании полагала, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению. 

В соответствии с ч. 1 ст. 167 ГПК РФ лица, участвующие в деле, обязаны известить суд о причинах неявки и представить доказательства уважительности этих причин. 

Суд вправе рассмотреть дело в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте судебного заседания, если ими не представлены сведения о причинах неявки или суд признает причины их неявки неуважительными.

Согласно ст. 13 ГПК РФ вызовы и обращения судов являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, граждан, организаций и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации. 

Ст. 113 ГПК РФ предусмотрено, что лица, участвующие в деле, извещаются или вызываются в суд заказным письмом с уведомлением о вручении, судебной повесткой с уведомлением о вручении, телефонограммой или телеграммой, по факсимильной связи либо с использованием иных средств связи и доставки, обеспечивающих фиксирование судебного извещения или вызова и его вручение адресату.

Согласно ч. 2.1 ст. 113 ГПК РФ, органы государственной власти, органы местного самоуправления, иные органы и организации, являющиеся сторонами и другими участниками процесса, могут извещаться судом о времени и месте судебного заседания или совершения отдельных процессуальных действий лишь посредством размещения соответствующей информации в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" в указанный в части третьей настоящей статьи срок, если суд располагает доказательствами того, что указанные лица надлежащим образом извещены о времени и месте первого судебного заседания. Такие лица, получившие первое судебное извещение по рассматриваемому делу, самостоятельно предпринимают меры по получению дальнейшей информации о движении дела с использованием любых источников такой информации и любых средств связи.

Кроме того, информация по делу размещена на официальном сайте интернет-сайте Октябрьского районного суда 

<

адрес>. 

Учитывая изложенное, а также принимая во внимание разумность сроков рассмотрения гражданского дела, руководствуясь требованиями ч. 3,4 ст. 167 ГПК РФ суд находит возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц. 

Выслушав доводы истца и его представителей, представителя ответчика, заключение помощника прокурора ЗАО 

<

адрес>, полагавшего возможным удовлетворить исковые требования, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее также - Федеральный закон "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" здоровье — это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В силу статей 2, 20, 38, 39 Конституции РФ человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защиты прав и свобод человека, и гражданина-обязанность государства. Каждый имеет право на жизнь. Каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности.

Частями 2 и 3 статьи 98 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» предусмотрено, что медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

В соответствии со статьей 70 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» лечащий врач организует своевременное квалифицированное обследование и лечение пациента. 

В силу статьи 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" к основным принципам охраны здоровья граждан относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации"). 

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого Федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов), так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

В силу пункта 1 статьи 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Согласно ст. 12 ГК РФ защита гражданских прав осуществляется путем возмещения убытков, компенсации морального вреда.

В соответствии со ст.1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно пункту 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» к отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страхования, применяется законодательство о защите прав потребителей.

В соответствии с п. 11 Пленуму ВС РФ от ДД.ММ.ГГГГ «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. В случаях, специально предусмотренных законом, вред возмещается независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, пункт 1 статьи 1095, статья 1100 ГК РФ). Обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лиц, не являющихся причинителями вреда (статьи 1069, 1070, 1073, 1074, 1079 и 1095 ГК РФ).

Гражданским кодексом Российской Федерации предусмотрено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (ст. 1064 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам Ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Пунктом 1 ст. 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная 

<

данные изъяты>, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 ГК РФ).

Согласно разъяснениям в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную 

<

данные изъяты>, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Как было установлено в судебном заседании, подтверждается материалами дела, ФИО2 является инвалидом третьей группы, что подтверждается справкой МСЭ-2023 №. 

24.03.2023г. ФИО2 направлена из ГБУЗ «Крымская ЦРБ» МЗ КК с диагнозом: «Миома матки» в ГБУЗ «ДККБ» МЗ КК.

24.03.2023г. ФИО2 проведена операция «Гистероскопия. Раздельное диагностическое выскабливание матки «РДВМ)», произведено диагностическое выскабливание полости матки и цервикального канала. 

29.03.2023г. ФИО2 установлен диагноз: «Субмукозная миома матки. Маточное кровотечение». Госпитализирована на стационарное лечение в гинекологическое отделение Перинатального центра ГБУЗ «ДККБ» МЗ КК для последующего проведения операции.

29.03.2023г. ФИО2 проведена операция «Лапароскопия. Рассечение спаек. Надвлагалищная ампутация матки без придатков. Дренирование брюшной полости».

03.04.2023г. несмотря на жалобы ФИО2 выписана, в удовлетворительном состоянии с рекомендациями к наблюдению в женской консультации по месту жительства, снятию оперативных швов.

07.04.2023г. ФИО2 в связи с ухудшением состояния здоровья экстренно госпитализирована в гинекологическое отделение ГБУЗ «Крымская ЦРБ» МЗ КК, где поставлен диагноз: «Абсцесс малого таза, состояние после лапароскопии, надвлагалищной ампутации матки от 29.03.2023г.».

07.04.2023г. по экстренным показаниям ФИО2 переведена из ГБУЗ «Крымская ЦРБ» МЗ КК в ГБУЗ «НИИ – ККБ № им.проф. ФИО14» МЗ КК.

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в ходе обследования и лечения, в том числе путем хирургического вмешательства, у ФИО2 обнаружено осложнение основного заболевания «Миома матки. Маточное кровотечение (лапароскопия, надвлагалищная ампутация матки с маточными трубами – ДД.ММ.ГГГГ)» в виде множественных десерозаций, перфораций подвздошной кишки, абсцесса малого таза, заднего параметрита, фибринозно-гнойного перитонита, гнойно-некротического сальпингоофорита слева, оофорита справа, гнойно-некротического расплавления культи шейки матки и острой кишечной непроходимости. 

18.09.2023г. ФИО2 обратилась в Следственное управление Следственного комитета РФ по 

<

адрес> с заявлением об оказании врачом-гинекологом ГБУЗ «ДККБ» МЗ КК ФИО7 ненадлежащей медицинской помощи, повлекшей причинение тяжкого вреда здоровью.

17.10.2023г. старшим следователем первого отдела по расследованию особо важных дел (о преступлениях против личности и общественной безопасности) следственного управления Следственного комитета РФ по 

<

адрес>, по материалам проверки КРСП №, вынесено постановление о назначении комиссионной судебно-медицинской экспертизы, в ГБУЗ «Бюро СМЭ» МЗ КК.

Согласно заключению эксперта № от 09.04.2024г., выполненное ГБУЗ «Бюро СМЭ» МЗ КК комиссия экспертов пришла к выводу, что осложнения развившиеся у гр. ФИО2 состоят в прямой причинно-следственной связи с нарушениями допущенными лечащим врачом акушером-гинекологом при оказании ей медицинской помощи в ГБУЗ «ДККБ». 

Суд считает допустимым доказательством заключение эксперта № от 09.04.2024г., выполненное ГБУЗ «Бюро СМЭ» МЗ КК, поскольку оснований не доверять представленному заключению экспертизы у суда не имеется, эксперты предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УКРФ за дачу заведомо ложного заключения, о чем свидетельствует подписка экспертов ФИО3 – заместителя начальника ГБУЗ «Бюро СМЭ» по экспертной работе, врача судебно-медицинского эксперта высшей квалификационно категории, имеющего высшее медицинское образование и специальную подготовку по судебно-медицинской экспертизе, Заслуженного работника здравоохранения Кубани, со стажем работы по специальности 40 лет. ФИО4 – врача акушера-гинеколога отдела сложных судебно-медицинских экспертиз ГБУЗ «Бюро СМЭ» высший квалификационной категории, Заслуженного работника здравохранения Кубани, имеющего высшее медицинское образование и специальную подготовку по акушерству и гинекологии, со стажем работы по специальности 42 года. ФИО5 – врача-рентгенолога отдела сложных судебно-медицинских экспертиз ГБУЗ «Бюро СМЭ», имеющего высшее медицинское образование и специальную подготовку по рентгенологии, со стажем работы по специальности «рентгенология» 23 года. ФИО17 – заведующей судебно-гистологическим отделением ГБУЗ «Бюро СМЭ», врача судебно-медицинского эксперта высшей квалификационной категории, имеющей высшее медицинское образование и специальную подготовку по судебно-медицинской экспертизе, со стажем работы по специальности 20 лет. ФИО6 – врача судебно-медицинского эксперта отдела сложных судебно-медицинских экспертиз ГБУЗ «Бюро СМЭ», высшей квалификационной категории, имеющего высшее медицинское образование и специальную подготовку по судебно-медицинской экспертизе, со стажем работы по специальности 17 лет (эксперт-организатор). 

Квалификация экспертов подтверждена специальным высшим профильным образованием, являющимся базовым для получения права производства названного вида экспертиз и исследований, которые перечислены в вводной части Заключения экспертов. 

Само заключение экспертизы содержит подробное описание проведенного исследования, приведены выводы, и на основании этого исследования даны ответы на поставленные вопросы.

При проведении исследования эксперт руководствовался нормами действующего законодательства. 

Экспертиза проведена по материалам уголовного дела, представленными медицинскими документам, в соответствии с постановлением следователя.

03.05.2024г. в отношении врача-акушера-гинеколога гинекологического отделения ГБУЗ «ДККБ» МЗ КК ФИО7 возбуждено уголовное дело №, по признакам преступлений, предусмотренных ч.2 ст. 159, ч. 2 ст. 118 УК РФ, ФИО2 признана потерпевшей.

08.04.2025г. постановлением Октябрьского районного суда 

<

адрес> по делу № уголовное дело в отношении ФИО7, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 118 УК РФ, прекращено в связи с истечением сроков давности уголовного преследования. Уголовное дело в отношении ФИО7, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 159 УК РФ, прекращено на основании ст. 25.1 УПК РФ и назначена ему мера уголовно-правового характера в виде судебного штрафа в размере 50 000 рублей. 

Постановление в апелляционном порядке не обжаловано, вступило в законную силу 24.04.2025г. 

Судом учитывается вышеуказанное постановление суда от 08.04.2025г., согласно которому врач-акушер-гинеколог гинекологического отделения ГБУЗ «ДККБ» МЗ КК ФИО7 вину признал и раскаялся. Факт заглаживания причиненного преступлением вреда подтвержден потерпевшей в судебном заседании и имеющимся в материалах уголовного дела заявлением от потерпевшей ФИО2, в соответствии с которым ей перечислена от ФИО7 денежная компенсация в размере 530 000 рублей, и она не возражает против прекращения уголовного дела и применении к обвиняемому меры уголовного-правового характера в виде судебного штрафа. 

Таким образом, в ходе судебного разбирательства достоверно установлен факт некачественно оказанной медицинской помощи ФИО2 сотрудником ГБУЗ «ДККБ» МЗ КК, а также что осложнения развившиеся у ФИО2 состоят в прямой причинно-следственной связи с нарушениями, допущенными лечащим врачом акушером-гинекологом при оказании ей медицинской помощи в ГБУЗ «ДККБ» МЗ КК. 

Довод ответчика о том, что поскольку установлено виновное лицо – ФИО7, чьи действия по оказанию медицинской помощи состоят в прямой причинно-следственной связи с наступлением неблагоприятных последствий для истицы, что подтверждает отсутствие вины медицинской организации ГБУЗ «ДККБ» МЗ КК в причинении вреда здоровью ФИО2, поскольку медицинской организацией правильно организован лечебный процесс. 

Суд относится к доводу ответчика критически, поскольку согласно п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", моральный вред, причиненный работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей, подлежит компенсации работодателем (абзац первый пункта 1 статьи 1068 ГК РФ).

Прекращение уголовного дела и (или) уголовного преследования, не освобождает работодателя от обязанности компенсировать моральный вред, причиненный таким работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В соответствии с п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" по общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 ГК РФ).

Заключение соглашения о компенсации морального вреда в денежной или иной форме, а равно факт получения потерпевшим компенсации на основании такого соглашения, как и сделанное потерпевшим в рамках уголовного судопроизводства заявление о полной компенсации причиненного ему морального вреда, не исключают возможности взыскания компенсации морального вреда в порядке гражданского судопроизводства.

Учитывая изложенное, оценив заключение эксперта № от 09.04.2024г., выполненное ГБУЗ «Бюро СМЭ» МЗ КК по правилам, установленным в ст. 86 ГПК РФ, суд соглашается с указанными в нем выводами, а также представленные по делу доказательства по правилам ст.67 ГПК РФ суд приходит к выводу о том, что исковые требования исковые требования подлежащими удовлетворению в части. 

В абз. 3 п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную 

<

данные изъяты>, честь и доброе имя, 

<

данные изъяты> переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).

В п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной 

<

данные изъяты>, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда.

Как разъяснено в п. 22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 ГК РФ).

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда. (п. 26 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

Согласно разъяснениям в п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Как следует из разъяснений указанных в п. 48 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (часть 5 статьи 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации»). 

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда истца.

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда РФ, моральный вред – это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействиями), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возникновения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинная связь между наступившим вредом и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. Гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине. 

Следовательно, для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические и/или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага. При этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен предоставить сам ответчик. Потерпевший предоставляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий – если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. 

Ответчиком доказательств отсутствия своей вины, и правомерности действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда не представлено.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Согласно п. 30 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Согласно п. 66 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" факт нарушения личных неимущественных прав потерпевшего либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага может подтверждаться любыми средствами доказывания, предусмотренными статьей 55 ГПК РФ, в том числе объяснениями сторон и третьих лиц, показаниями свидетелей, письменными доказательствами (включая сделанные и заверенные лицами, участвующими в деле распечатки материалов, размещенных в информационно-телекоммуникационной сети (скриншот), с указанием адреса интернет-страницы, с которой сделана распечатка, и точного времени ее получения), а также вещественными доказательствами, аудио- и видеозаписями, заключениями экспертов.

При определении размера компенсации морального вреда, суд учитывает обоснование морального вреда, что истица претерпела глубокие переживания, чувство неполноценности, бессилия, страха за жизнь, стыда от беспомощности. Истица после оказанной медицинской помощи у ответчика ГБУЗ «ДККБ» МЗ КК получает медицинскую помощь, в последующем требуется постоянное наблюдение узких специалистов, имеет третью группу инвалидности. 

Личное участие истицы в судебном заседании, позволило суду в полном объеме и всесторонне определить степень перенесённых моральных и нравственных страданий. Безусловно, истица претерпела нравственные и физические страдания, однако суд считает, что заявленный размер компенсации морального вреда в размере 10 000 000 рублей не соответствует требованиям разумности и справедливости, с учетом степени вины ответчика и индивидуальных особенностей потерпевшего. 

Оценив представленные по делу доказательства, с учетом вышеизложенных норм материального права, а также тот факт, что осложнения развившиеся у ФИО2 состоят в прямой причинно-следственной связи с нарушениями, допущенными лечащим врачом акушером-гинекологом при оказании ей медицинской помощи в ГБУЗ «ДККБ» МЗ КК. 

Суд исходя из внутреннего убеждения, основанного на полном и всестороннем исследовании материалов дела, считает необходимым определить размер компенсации морального вреда в связи с некачественным оказанием медицинской помощи, подлежащий взысканию в пользу ФИО2 с ГБУЗ «ДККБ» МЗ КК в размере 2 000 000 рублей.

Согласно п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 13 «О некоторых вопросах применения Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскателя на средства бюджетной системы Российской Федерации», при недостаточности лимитов бюджетных обязательств, доведенных казенному учреждению для исполнения его денежных обязательств, по ним от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования отвечает главный распорядитель бюджетных средств, в ведении которого находится соответствующее казенное учреждение (пункт 7 статьи 161, пункт 10 статьи 2423, пункт 9 статьи 2424, пункт 9 статьи 2425 БК РФ).

Согласно п. 4 ст. 123.22 ГК РФ казенное учреждение отвечает по своим обязательствам находящимися в его распоряжении денежными средствами. При недостаточности денежных средств субсидиарную ответственность по обязательствам казенного учреждения несет собственник его имущества.

В соответствии с п.5 ст.123.22 ГК РФ бюджетное учреждение отвечает по своим обязательствам всем находящимся у него на праве оперативного управления имуществом, в том числе приобретенным за счет доходов, полученных от приносящей доход деятельности, за исключением особо ценного движимого имущества, закрепленного за бюджетным учреждением собственником этого имущества или приобретенного бюджетным учреждением за счет средств, выделенных собственником его имущества, а также недвижимого имущества независимо от того, по каким основаниям оно поступило в оперативное управление бюджетного учреждения и за счет каких средств оно приобретено.

По обязательствам бюджетного учреждения, связанным с причинением вреда гражданам, при недостаточности имущества учреждения, на которое в соответствии с абзацем первым настоящего пункта может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность несет собственник имущества бюджетного учреждения.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ учредителем ГБУЗ «ДККБ» МЗ КК является субъект Российской Федерации. Органом государственной власти, органом местного самоуправления, юридическом лице, который выступает от имени участника, является Министерство здравоохранения 

<

адрес>.

Согласно Постановления от ДД.ММ.ГГГГ N 742 «О министерстве здравоохранения 

<

адрес>» (с изменениями на ДД.ММ.ГГГГ) п. 1.8. Имущество Министерства является собственностью 

<

адрес> и закреплено за Министерством на праве оперативного управления. Министерство владеет, пользуется и распоряжается принадлежащим ему имуществом в соответствии с целями своей деятельности в рамках законодательства Российской Федерации и 

<

адрес>.

П. 5.7(11) Распоряжается выделенными Министерству финансовыми и материальными ресурсами в пределах установленной компетенции.

В связи с вышеприведенными нормами права суд приходит к выводу о том, что в случае недостаточности средств у ГБУЗ «ДККБ» МЗ КК Министерство здравоохранения 

<

адрес> обязан нести субсидиарную ответственность по удовлетворенным требованиям. 

Согласно ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. 

Таким образом с ГБУЗ «ДККБ» МЗ КК подлежит взысканию в доход государства сумма государственной пошлины в размере 300 руб. по иску неимущественного характера. 

Принимая решение о частичном удовлетворении иска, суд также руководствуется "Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2019)", Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", положениями ст.ст.12,56 ГПК РФ, ст.123 Конституции РФ, разъяснениями, содержащимися в п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ «О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия» от 31.10.95г., в соответствии с которыми, обеспечивая равенство прав участников судебного разбирательства по представлению и исследованию доказательств и заявлению ходатайств, при рассмотрении дела, суд исходит из представленных истцом и ответчиком доказательств.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Детская краевая клиническая больница» Министерства здравоохранения Краснодарского края, Министерству здравоохранения Краснодарского края о взыскании денежной компенсации морального вреда за некачественно оказанную медицинскую помощь, - удовлетворить частично.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Детская краевая клиническая больница» Министерства здравоохранения Краснодарского края в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 2 000 000 рублей (два миллиона) рублей. При недостаточности средств – в порядке субсидиарной ответственности с Министерства здравоохранения Краснодарского края. 

В удовлетворении иска в остальной части отказать.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Детская краевая клиническая больница» Министерства здравоохранения Краснодарского края в доход государства сумма государственной пошлины в размере 300 (триста) рублей. 

Решение может быть обжаловано в Краснодарский краевой суд через Октябрьский районный суд в течение месяца со дня составления его в окончательном мотивированном виде путем подачи апелляционной жалобы.

судья А.А. Суров 

Мотивированное решение составлено: 13.06.2025 г.