УИД 11RS0008-01-2024-002276-72 Дело № 2-48/2025 (№ 2-1687/2024)

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Сосногорск, Республика Коми 21 января 2025 года

Сосногорский городской суд Республики Коми в составе:

председательствующего судьи Попковой Е.Н.,

при секретаре Ксендзовой О.Б., с участием истца ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «БПО-Ремсервис» о признании отношений трудовыми, взыскании оплаты за сверхурочно отработанное время, компенсации морального вреда, возложении обязанности, 

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ООО «БПО-Ремсервис», просил обязать ответчика учесть отработанный истцом период с 17.05.2024 по 26.05.2024 с занесением в табель учета рабочего времени в соответствии с законодательством РФ, признать отношения, возникшие в период действия договора возмездного оказания услуг № 49 от 27.05.2024 трудовыми, взыскать оплату за сверхурочно отработанное время в размере 430 778,00 руб. за второй квартал 2024г. 

В обоснование иска указал, что с декабря 2023г. истец состоял в трудовых отношениях с ответчиком в должности инженера-механика по ремонту оборудования, работа проходила вахтовым методом. 17.05.2024 от руководства Общества поступило предложение выйти на работу с 17.05.22024 по 26.05.2024 в «Межвахтовку», поскольку отсутствовал подменяющий инженер-механик, выход сменщика планировался 26.05.2024. Официальные документы об отзыве истца с «межвахтового отдыха» обещали направить позднее, однако направили не были, оплата за период с 17.05.2024 по 26.05.2024 в соответствии с ТК РФ не произведена. Кроме того, 26.05.2024 от руководства поступило предложение выйти на работу по договору гражданско-правового характера (ГПХ) в качестве слесаря, 27.05.2024 был заключен договор возмездного оказания услуг, однако фактически истец продолжил выполнять должностные обязанности инженера-механика по ремонту оборудования. 31.05.2024 сменщик уволился. В спорный период истец выполнял свои трудовые функции (осуществлял плановые и внеплановые работы по обслуживанию оборудования на объектах ООО «Лукойл-Энергосети», использовал пропуска на объекты, ежедневно составлял акты выполненных работ по договору заключенному между ответчиком и ООО «Лукойл-Энергосети», фактически выступая представителем работодателя, а не самостоятельным лицом, ежедневно осуществлял передачу отчетов по выполненным работам посредством служебной электронной почты, имея доступ к корпоративной сети и компьютеру, руководил подчиненными при проведении вышеуказанных работ, использовал технику и оборудования работодателя при выполнении трудовых функций, использовал бизнес карту организации для покупки товарно-материальных ценностей и топлива, выданную на имя истца). Полагает, что период работы с 17.05.2024 по 15.06.2024 должен быть оплачен ответчиком как сверхурочная работа. 

В ходе рассмотрения дела истец уточнил исковые требования, просил признать отношения, возникшие в период действия договора возмездного оказания услуг № 49 от 27.05.2024, т.е. с 27.05.2024 по 15.06.2024 трудовыми, взыскать с ответчика оплату за сверхурочно отработанное время - 430 778,00 руб. за период с 17.05.2024 по 15.06.2024, обязать ответчика передать в налоговый и пенсионный органы сведения о трудовой деятельности за период с 17.05.2024 по 15.06.2024, взыскать компенсацию морального вреда 50 000,00 руб. От требований к ответчику о возложения обязанности внести в табель учета рабочего времени период работы с 17.05.2024 по 26.05.2024 в соответствии с законодательством РФ отказался, о чем вынесено определение. 

В судебном заседании истец на требованиях в уточненной редакции настаивал. Пояснил, что за работу в период действия договора ГПХ (с 27.05.2024 по 15.06.2024), ответчиком действительно произведена оплата, но не в полном размере, что следует из расчетного листка за июнь 2024г. По договору ГПХ ему начислено 105 744,00 руб. Просил учесть указанную сумму при вынесении решения, поскольку в своих расчетах выплаченную работодателем сумму не учел. 

Ответчик в судебное заседание представителя не направил. В письменном отзыве просил в иске отказать, представил контррасчет.

Заслушав истца, показания свидетеля Свидетель №1, исследовав письменные материалы дела, и оценив имеющиеся в деле доказательства по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса РФ (далее - ГПК РФ), суд приходит к следующему. 

Установлено, что 19.07.2023 между истцом и ответчиком был заключен трудовой договор, истец был принят на работу в ООО «БПО-Ремсервис» на должность слесаря по ремонту технологических установок (л.д. 100-104, т.1). 

Дополнительным соглашением от 20.12.2023 истец принят на должность в производственный отдел ООО «БПО-Ремсервис» на должность инженера-механика по ремонту оборудования, с вахтовым методом организации работ и местом работы - производственная база ООО «БПО-Ремсервис» по адресу: 

<

адрес>, Установлена часовая тарифная ставка – 260,00 руб. в час., районный коэффициент – 1,5 заработной платы, надбавка за работу в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностям – 80 %, премия по результатам работы в месяц – 40 % часовой тарифной ставки, надбавка за работу вахтовым методом (л.д. 100-105, т. 1). 

Из представленных суду документов, следует, что ФИО1 был установлен вахтовый метод работ с суммированным учетом рабочего времени, продолжительность вахты - 1 месяц, продолжительность ежедневной работы 11 часов. Учетный период на предприятии устанавливается – год. Указанное следует из трудового договора, Положения о вахтовом методе работы и Правил внутреннего трудового распорядка ООО «БПО-Ремсервис» (л.д. 163-175, 180-183, 185-187 т. 2).

Согласно графику сменности, табелям и расчетным листам, истец находился на вахте в период с 16.04.2024 по 16.05.2024, с 16.06.2024 по 16.07.2024 (л.д. 106-109, 139-142, 157-160, т.1). 

Согласно графику сменности на 2024г. в период с 17.05.2024 по 15.06.2024 истец должен был находиться на межвахтовом отдыхе (л.д. 158-159, т.1). 

Пунктом 6.3 Положения о вахтовом методе работы ООО «БПО-Ремсервис» предусмотрено, что продолжительность вахты не должна превышать одного месяца, кроме случаев, когда продолжительность вахты увеличивается по непредвиденным обстоятельствам на количество дней задержки сменного вахтового персонала в пути по метеорологическим условиям или по вине транспортных организаций (л.д. 182, т. 2). 

Как следует из пояснений истца и доводов иска, предложение выйти на работу в «межвахтовку» поступило от работодателя 17.05.2024 в устной форме, поскольку сменщика не было, документы об отзыве с межвахтового отдыха истцу не направили. С 17.05.2024 по 26.05.2024 истец выполнял трудовые обязанности инженера-механика, ежедневно составлял акты выполненных работ по договору заключенному между ответчиком и ООО «Лукойл-Энергосети», осуществлял передачу отчетов по выполненным работам посредством служебной электронной почты и получал задания, руководил подчиненными при проведении вышеуказанных работ, производил закупку товарно-материальных ценностей и топлива используя бизнес карту организации, выданную на имя истца, вел служебную переписку с отделом кадров, исполнял поручения работодателя. 

В ходе рассмотрения дела доводы истца об исполнении своих трудовых обязанностей в период с 17.05.2024 по 26.05.2024 нашли свое подтверждение.

Так, допрошенный в ходе рассмотрения дела свидетель Свидетель №1 указал, что состоял в трудовых отношениях с ООО «БПО-Ремсервис» в должности слесаря РТУ. В период с 16.05.2024 по 15.06.2024 находился на вахте. Инженером-механиком в указанный период был ФИО1, который ежедневно находился на работе с 8 до 20 час., другого инженера-механика не было. Работу осуществляли по заданиям и заявкам аварийных и текущих работ на обслуживание оборудования, задания на выполнение работ получали от ФИО1, он контролировал выполнение работ, давал указания, приобретал запчасти для оборудования, подписывал документы. Истец всегда присутствовал на рабочем месте, все текущие вопросы решали через него, передача служебных документов в г. Усинск осуществлялась только через истца.

Оснований не доверять показаниям свидетеля Свидетель №1 не имеется, они согласуются с другими материалами дела, свидетель предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний.

Факт того, что истец работал в период с 17.05.2024 по 26.05.2024, т.е. в дни межвахтового отдыха, также подтверждается: Актами о выполнении работ (оказании услуг) по договору № ЛСУ-310/2023 от 18.12.2023 № 57/Ц от 17.05.2024, № 17/Л от 18.05.2024, № 74/Ц от 19.05.2024, № 94/Ц от 20.05.2024, № 26/Ю от 21.05.2024, № 15-Ю от 22.05.2024, № 11/Л от 23.05.2024, № 20/Л от 24.05.2024, № 27/Л от 25.05.2024, 8/О5 от 26.05.2024, подписанные инженером-механиком ФИО1 и представителями ЦПВТХ № 1 СЦ «Ярегаэнергонефть» УРУ ООО «ЛУКОЙЛ-ЭНЕРГОСЕТИ» (л.д. 38-47, т. 1); скриншотами и видеозаписью страниц деловой переписки электронной почты Outlook с учетной записью imyarega@bpo-rs.ru, из которых следует, что истец ежедневно вел переписку со структурными подразделениями ответчика (отделом кадров, ПТО), получал задания и отправлял отчеты о выполненных работах, выполнял поручения кадровой службы, адресованные непосредственно ему, связанные в т.ч. с другими работниками (знакомил с документами, отбирал и передавал заявления и т.д.) (л.д. 192-200, 205-226, т.1, л.д.1, 11-23, 29-33, 42-57, 73-84, 92-103 т.2); кассовыми чеками и справками по операциям списаний корпоративной карты за приобретение товарно-материальных ценностей и запчастей (л.л.168-179, т. 1, л. 2-6, т.2); Актами технического обследования от 18.05.2024, 21.05.2024 и 24.05.2024 подписанными инженером-механиком ООО «БПО-Ремсервис» ФИО1 (л.д. 204, 227-228 т.1, л.д. 25 т. 2) и т.д. 

Ссылка ответчика на то, что в период с 17.05.2024 по 26.05.2024 истец остался на работе по собственной инициативе, какими-либо доказательствами не подтверждена, равно как и представлено доказательств, что в указанный период времени работу осуществлял другой инженер-механик. При этом суд учитывает, что согласно корпоративному стандарту СТО ЛУКОЙЛ 1.6.5-2022 «Система управления промышленной безопасностью, охраной труда и окружающей среды. Требования к подрядным организациям» при производстве работ на объектах организаций Группы Лукойл» подрядная организация обязана обеспечить обязательное присутствие на рабочей площадке инженерно-технического работника, ответственного за безопасное производство работ (п. 6.5.6) (л.д. 108-150, т.2). 

Кроме того, суд исходит из обязанности работодателя доказать факт отсутствия задолженности по заработной плате за сверхурочную работу, а не обязанности истца представить доказательства выполнения им работы.

В силу действующего трудового законодательства, работник является более слабой стороной в трудовых правоотношениях, о чем неоднократно указывал в своих определениях Конституционный Суд Российской Федерации, основной массив доказательств по делу находится у работодателя, именно на последнем лежит бремя доказывания надлежащего исполнения им обязанностей в рамках сложившихся трудовых отношений, в том числе по учету рабочего времени.

Бремя представления доказательств в части учета рабочего времени и его оплаты возлагается на работодателя, а не на работника, следовательно, оспаривая заявленные истцом требования и утверждая, что истец в период с 17.05.2024 по 26.05.2024 находился на рабочем месте не постоянно, либо работал по собственной инициативе, именно ответчик обязан был представить доказательства, подтверждающие данные факты и опровергающие доводы истца.

В нарушение положений ст. 56 ГПК РФ ответчиком таких доказательств не представлено. 

Таким образом, доводы истца о том, что он в период своего межвахтового отдыха с 17.05.2024 по 26.05.2024 находился на работе и непосредственно выполнял свою трудовую функцию с ведома и по заданию работодателя нашли свое подтверждение в ходе рассмотрения дела. 

Рассматривая требования истца о признании отношений, возникших в период действия договора возмездного оказания услуг № 49 от 27.05.2024 (с 27.05.2024 по 15.06.2024) трудовыми, суд руководствуется следующим. 

Согласно ст. 15 Трудового кодекса РФ (далее – ТК РФ) трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 ТК РФ под трудовым договором понимается соглашение между работодателем и работником, согласно которому работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Согласно ст. 420 Гражданского кодекса РФ (далее – ГК РФ) гражданско-правовым договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей. 

Условия договора определяются по усмотрению сторон (ч. 4 ст. 421 ГК РФ).

По договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги (п. 1 ст. 779 ГК РФ).

К договору возмездного оказания услуг применяются общие положения о подряде (статьи 702 - 729) и положения о бытовом подряде (статьи 730 - 739), если это не противоречит статьям 779 - 782 этого кодекса, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг (ст. 783 ГК РФ).

По смыслу приведенных норм, договор возмездного оказания услуг заключается для выполнения исполнителем определенного задания заказчика, согласованного сторонами при заключении договора. Целью договора возмездного оказания услуг является не выполнение работы как таковой, а осуществление исполнителем действий или деятельности на основании индивидуально-конкретного задания к оговоренному сроку за обусловленную в договоре плату. 

Порядок признания отношений, связанных с использованием личного труда, которые были оформлены договором гражданско-правового характера, трудовыми отношениями регулируется ст. 19.1 ТК РФ, ч. 3 которой содержит положение о том, что неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 19.05.2009 N 597-О-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Р. на нарушение ее конституционных прав статьями 11, 15, 16, 22 и 64 Трудового кодекса Российской Федерации», суды общей юрисдикции, разрешая подобного рода споры и признавая сложившиеся отношения между работодателем и работником либо трудовыми, либо гражданско-правовыми, должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 ТК РФ.

Согласно п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2018 N 15, принимая во внимание, что ст. 15 ТК РФ не допускает заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения, суды вправе признать наличие трудовых отношений между сторонами, формально связанными гражданско-правовым договором, если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения. В этих случаях трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица к исполнению предусмотренных гражданско-правовым договором обязанностей (ч. 4 ст. 19.1 ТК РФ).

Так, от договора возмездного оказания услуг трудовой договор отличается предметом договора, в соответствии с которым исполнителем (работником) выполняется не какая-то конкретная разовая работа, а определенные трудовые функции, входящие в обязанности физического лица - работника, при этом важен сам процесс исполнения им этой трудовой функции, а не оказанная услуга. Также по договору возмездного оказания услуг исполнитель сохраняет положение самостоятельного хозяйствующего субъекта, в то время как по трудовому договору работник принимает на себя обязанность выполнять работу по определенной трудовой функции (специальности, квалификации, должности), включается в состав персонала работодателя, подчиняется установленному режиму труда и работает под контролем и руководством работодателя; исполнитель по договору возмездного оказания услуг работает на свой риск, а лицо, работающее по трудовому договору, не несет риска, связанного с осуществлением своего труда. 

Как следует из материалов дела, 27.05.2024 (в период нахождения истца на межвахтовом отдыхе) между истцом (исполнитель) и ответчиком (заказчик) заключен Договор возмездного оказания услуг № 49, по условиям которого истец принял на себя обязательства по заданию заказчика оказать услуги, а заказчик оплатить эти услуги в порядке и на условиях договора (п. 1.1 договора). Вид и оказания услуг определены Техническим заданием (приложение № 1), которое является неотъемлемой частью договора (п. 1.2). Срок оказания услуг с 27.05.2024 по 15.06.2024 (п.1.4 договора). За оказанные услуги, заказчик обязуется выплатить вознаграждение в размере 170 117,00 руб., включая НДФЛ. (п. 2.1) (л.д. 96-98, т.1).

15.06.2024 истцом был подписан Акт об оказании услуг по Договору возмездного оказания услуг № 49 от 15.06.202024, в котором в наименовании услуги (работы) указано – оказание слесарных услуг, стоимость услуг с учетом вычета НДФЛ – 148 002,00 руб. (л.д. 99, т.1). 

По указанному договору, согласно пояснению сторон и расчетному листку за июнь 2024г. истцу начислено 105 744,00 руб., выплачено в августе с учетом вычета НДФЛ и удержаний по исполнительному документу (л.д. 108, т. 189-190, т.2). Факт оплаты по договору возмездного оказания услуг, сторонами не оспаривается. 

Из пояснений истца следует, что Техническое задание к договору истцу не направлялось, он с ним не знакомился, поскольку фактически в период действия указанного договора исполнял свои непосредственные трудовые обязанности инженера-механика. В акте об оказании услуг истец в графе «наименование услуги» по указанию начальника отдела кадров пришлось указать «оказание слесарных услуг». Указанное, по мнению истца, свидетельствует о том, что своими действиями (заключая договор возмездного оказания услуг) работодатель намеренно уклонялся от отплаты часов отработанных истцом сверхурочно в период межвахтового отдыха. 

Из служебной записки заместителя главного механика на имя директора Общества следует, что имелась производственная необходимость отозвать на период с 24.05.2014 по 15.06.2024 с отдыхающей вахты инженера-механика по ремонту оборудования М.Н.НБ. (л.д. 23, т. 2). 

Доводы истца о том, что он в период действия договора № 49 от 27.05.2024 выполнял работу инженера-механика, какими-либо доказательствами ответчиком не опровергнуты. Техническое задание к договору возмездного оказания услуг по запросу суда ответчиком представлено не было.

Довод истца о том, что в Акте оказанных услуг от 15.06.2024 указано «оказание слесарных услуг» по просьбе работодателя, подтверждается скриншотом переписки электронной почты, из которого следует, что 13.06.2024 с E-mail:Kadry@bpo-rs.ru за подписью начальника отдела кадров ООО «БПО-РЕМСЕРВИС» ФИО2 в адрес истца были направлены Акты к договору ГПХ Соболевского и ФИО1 с просьбой указать в них работы не по должности работы в рамках трудовых договоров (л.д. 27, т.1). 

Факт того, что истец в период с 27.05.2024 по 15.06.2024 в свой межвахтовый отдых по графику, продолжал исполнять свою трудовую функцию в ООО «БПО-Ремсервис» в должности инженера-механика также подтверждается показаниями свидетеля Свидетель №1

Кроме того, представленной истцом в материалы дела видеозаписью скриншотов деловой переписки электронной почты Outlook с структурными подразделениями работодателя, подтверждается довод истца о том, что в период с 27.05.2024 по 15.06.2024 он получал задания на выполнение работ, отправлял отчеты о проделанной и выполненной работе, выполнял поручения кадровой службы, именно как инженер-механик, продолжая выполнять свои трудовые обязанности по трудовому договору. 

Суд также принимает во внимание использование истцом в спорный период служебной банковской карты **8305, выпущенной ПАО Сбербанк на имя ФИО1 (наименование работодателя ООО «БПО-Ремсервис» нанесено на лицевую сторону банковской карты). Справками по операциям ПАО Сбербанк подтверждается совершение платежей по указанной карте в спорный период (л.д. 167, 181-191,т.1).

Таким образом, представленными доказательствами, не опровергнутыми ответчиком, с достаточной полнотой подтверждаются доводы истца о наличии в период с 27.05.2024 по 16.06.2024 трудовых отношений между истцом и ООО «БПО-Ремсервис», поскольку истец после окончания вахты 16.05.2024, в межвахтовый отдых с 17.05.2024 по 15.06.2024 исполнял свою трудовую функцию в ООО «БПО-Ремсервис» до 15.06.2024 включительно в должности инженера-механика под контролем работодателя, с предоставлением места для проживания, оборудования, техники и инструментов, используя служебную банковскую карту. 

Соответственно требования истца о признании отношений по договору возмездного оказания услуг трудовыми являются обоснованными и подлежащими удовлетворению. 

В соответствии с абз. 5 ч. 1 ст. 21 ТК РФ работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, количеством и качеством выполненной работы.

Этому праву работника в силу абз. 7 ч. 2 ст. 22 ТК РФ корреспондирует обязанность работодателя выплачивать в полном размере причитающуюся работнику заработную плату в установленные законом или трудовым договором сроки и соблюдать трудовое законодательство, локальные нормативные акты, условия коллективного договора и трудового договора.

Согласно ч. 1 ст. 297 ТК РФ вахтовый метод - особая форма осуществления трудового процесса вне места постоянного проживания работников, когда не может быть обеспечено ежедневное их возвращение к месту постоянного проживания.

В соответствии со ст. 299 ТК РФ вахтой считается общий период, включающий время выполнения работ на объекте и время междусменного отдыха. Продолжительность вахты не должна превышать одного месяца. В исключительных случаях на отдельных объектах продолжительность вахты может быть увеличена работодателем до трех месяцев с учетом мнения выборного органа первичной профсоюзной организации в порядке, установленном ст. 372 настоящего Кодекса для принятия локальных нормативных актов.

В силу положений ст. 300 ТК РФ при вахтовом методе работы устанавливается суммированный учет рабочего времени за месяц, квартал или иной более длительный период, но не более чем за один год. Учетный период охватывает все рабочее время, время в пути от места нахождения работодателя или от пункта сбора до места выполнения работы и обратно, а также время отдыха, приходящееся на данный календарный отрезок времени.

Согласно Постановлению Госкомтруда СССР, Секретариата ВЦСПС, Минздрава СССР от 31.12.1987 N 794/33-82 «Об утверждении Основных положений о вахтовом методе организации работ» вахтовый метод - это особая форма организации работ, основанная на использовании трудовых ресурсов вне места их постоянного жительства при условии, когда не может быть обеспечено ежедневное возвращение работников к месту постоянного проживания. Работа организуется по специальному режиму труда, как правило, при суммированном учете рабочего времени, а межвахтовый отдых предоставляется в местах постоянного жительства.

Местом работы при вахтовом методе считаются объекты (участки), на которых осуществляется непосредственная трудовая деятельность. Перемещение работников в связи с изменением места дислокации объектов (участков) работы не является переводом на другую работу и не требует согласия работников. Направление работника на вахту не является служебной командировкой.

Согласно частям 1 и 2 ст. 91 ТК РФ рабочее время - время, в течение которого работник в соответствии с правилами внутреннего трудового распорядка и условиями трудового договора должен исполнять трудовые обязанности, а также иные периоды времени, которые в соответствии с настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации относятся к рабочему времени. Нормальная продолжительность рабочего времени не может превышать 40 часов в неделю.

Порядок введения суммированного учета рабочего времени устанавливается правилами внутреннего трудового распорядка (ч. 3 ст. 104 ТК РФ).

Согласно ч. 1 ст. 99 ТК РФ сверхурочная работа - работа, выполняемая работником по инициативе работодателя за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени: ежедневной работы (смены), а при суммированном учете рабочего времени - сверх нормального числа рабочих часов за учетный период.

Привлечение работодателем работника к сверхурочной работе допускается с его письменного согласия только в определенных в части 2 данной статьи случаях. В других случаях привлечение к сверхурочной работе допускается с письменного согласия работника и с учетом мнения выборного органа первичной профсоюзной организации (ч. 4 ст. 99 ТК РФ).

Положениями ст. 152 ТК РФ предусмотрено, что сверхурочная работа оплачивается за первые два часа работы не менее чем в полуторном размере, за последующие часы - не менее чем в двойном размере. Конкретные размеры оплаты за сверхурочную работу могут определяться коллективным договором, локальным нормативным актом или трудовым договором. По желанию работника сверхурочная работа вместо повышенной оплаты может компенсироваться предоставлением дополнительного времени отдыха, но не менее времени, отработанного сверхурочно.

Переработка рабочего времени, связанная с увеличением продолжительности вахты, превышающая норму рабочего времени, установленную на учетный период, оплачивается как сверхурочные работы в соответствии со ст. 152 ТК РФ.

Принимая во внимание, что истец уволился до окончания учетного периода, имеющаяся у него переработка уже не может быть компенсирована предоставлением дней отдыха.

В силу требований ст. 152 ТК РФ расчет причитающихся работнику сумм в учетном периоде, отработанных сверхурочно, производится путем распределения количества переработанных часов (к) на количество смен в учетном периоде (d) (k/d = b, где b - ежедневная переработка), после чего первые два часа каждой смены оплачиваются в полуторном размере, а оставшиеся часы каждой смены в двойном размере.

Данный механизм расчета оплаты труда за сверхурочную работу соответствует разъяснениям Президиума Верховного Суда Российской Федерации, приведенным в Обзоре судебной практики от 26.02.2014.

Истец в 2024г. работал 9 месяцев, т.е. не весь учетный период (год), уволился с работы до его окончания - 16.09.2024, отработав в сентябре все смены по графику - 16 смен (170 часов). 

Согласно производственному календарю на 2024г. норма рабочего времени в 2024 г. при 40-часовой рабочей неделе за 9 месяцев 2024 г. составила 1 460 часов. 

Согласно табелям учета рабочего времени и расчетным листам, истец отработал 1 517 часов (139 смен). Их них 57 (1 517-1 460) часов сверхурочной работы оплачены ответчиком в одинарном размере, что подтверждается также расчетом ответчика (л.д. 95 т.1). 

Учитывая установленный факт работы истца в период с 17.05.2024 по 15.06.2024, фактически ФИО1 за 9 месяцев 2024г. отработал 1 847 часов (169 смен) из расчета: 1 517 часов (139 смен) + 165 часов (15 смен) за май 2024г. (с 17.05.2024 по 31.05.2024) + 165 часов (15 смен) за июнь 2024г. (с 01.06.2024 по 15.06.2024). 

Таким образом, общее количество сверхурочной работы истца за учётный период составит 387 часов (1 847-1 460=387).

Исходя из часовой ставки оплаты труда ФИО1 по профессии инженер-механик – 260 руб., с применением надбавки за работу в местности приравненной к районам Крайнего Севера - 80%, районного коэффициента - 50%, премии - 40%, сумма причитающейся заработной платы на сверхурочную работу составит: 506 522,74 руб. расчет приведен ниже.

387 часов/169 смен= 2,29 часов - переработка в каждую смену (из которых 2 часа оплачиваются в полуторном размере, 0,29 часа – в двойном.

260 руб. х 2 часа х 1,5 х 169 смен = 131 820 руб. (в полуторном размере за первые два часа каждой смены в течение всего периода).

260 руб. х 0,29 часа х 2 х 169 = 25 485,20 руб. (за оставшиеся часы каждой смены в течение всего периода).

131 820 руб. +25 485,20 руб.= 157 305,20 руб. (сумма оплаты за сверхурочную работу по тарифной ставке);

157 305,20+40%= 220 227,28 руб. (сумма оплаты сверхурочной работы с учетом премии 40%);

220 227,28 руб.+130%=506 522,74 руб. (сумма оплаты сверхурочной работы с учетом премии с применением северного и районного коэффициентов).

Из указанной суммы – 506 522,74 руб. необходимо вычесть сумму оплаты, произведенные работодателем за 57 часов сверхурочной работы в одинарном размере – 47 720,40 руб. (без учета вычета НДФЛ), а также по договору возмездного оказания услуг от 27.05.2024 – 105 744 руб. (без учета вычета НДФЛ).

Всего с ответчика в пользу истца подлежит взысканию 353 058,34 руб. за сверхурочную работу (506 522,74–47 720,40– 105 744). Данная сумма соотносится с расчетом ответчика.

В соответствии с п. 4 ст. 226 НК РФ из доходов налогоплательщика при их фактической выплате подлежит удержанию НДФЛ. Уплата налога за счет средств налоговых агентов не допускается (п. 9 ст. 226 НК РФ).

Учитывая, что суд не является налоговым агентом, в трудовом и налоговом законодательстве не содержится норм, предусматривающих возможность вынесения судом решения о взыскании с гражданина сумм подоходного налога при рассмотрении дела по его иску о взыскании недополученного заработка, поскольку исчисление и удержание налогов относится к компетенции работодателя, как налогового агента по удержанию налога из дохода работника и его перечислению в бюджетную систему, следовательно, сумма компенсации подлежит взысканию без вычета подоходного налога.

Требования истца о возложении на ответчика обязанности по передаче в налоговый и пенсионный органы сведений о его трудовой деятельности в спорный период суд находит обоснованными, руководствуясь следующим.

Организационные, правовые и финансовые основы обязательного пенсионного страхования в Российской Федерации установлены Федеральным законом от 15.12.2021 N 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации» (далее по тексту - Федеральный закон от 15.12.2021 N 167-ФЗ).

К застрахованным лицам, на которых распространяется обязательное пенсионное страхование в соответствии с Федеральным законом «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации», относятся в том числе граждане Российской Федерации, работающие по трудовому договору (п. 1 ст. 7 Федерального закона от 15.12.2021 N 167-ФЗ).

Страхователями по обязательному пенсионному страхованию являются лица, производящие выплаты физическим лицам, в том числе организации, индивидуальные предприниматели, физические лица (подп. 1 п. 1 ст. 6 Федерального закона от 15.12.2021 N 167-ФЗ).

Страхователи обязаны своевременно и в полном объеме уплачивать страховые взносы в Фонд пенсионного и социального страхования Российской и вести учет, связанный с начислением и перечислением страховых взносов в Фонд (абз.3 п. 2 ст. 14 Федерального закона от 15.12.2021 N 167-ФЗ).

Из приведенного правового регулирования следует, что конституционное право на социальное обеспечение включает право лиц, работавших и работающих по трудовому договору, на получение мер, направленных на компенсацию или минимизацию последствий изменения их материального и (или) социального положения, предоставляемых в рамках системы обязательного социального страхования. Право на обязательное социальное страхование относится к числу основных прав работников, которому корреспондирует обязанность работодателя осуществлять обязательное социальное страхование работников. Такую обязанность работодатель должен исполнять с момента заключения с работником трудового договора. 

При этом на страхователей (работодателей) законом возложена безусловная обязанность своевременно и в полном объеме уплачивать страховые взносы, предоставлять пенсионному органу и (или) налоговому органу сведения, необходимые для ведения индивидуального (персонифицированного) учета в отношении каждого работника. От надлежащего исполнения работодателем этой обязанности зависит право работника на получение страховой пенсии по старости (п. 10 Обзора практики рассмотрения судами дел по пенсионным спорам утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 26.06.2024).

Разрешая требования о взыскании компенсации морального вреда, суд отмечает, что в силу ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В абз. 4 п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса РФ» разъяснено, что размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, требований разумности и справедливости.

Учитывая, что в судебном заседании установлено нарушение трудовых прав истца неправомерными действиями работодателя, в соответствии со ст. 237 ТК РФ, требования о возмещении морального вреда являются обоснованными.

При определении размера компенсации морального вреда, суд принимает во внимание степень вины ответчика, длительность нарушения прав работника, объем и характер причиненных работникам нравственных страданий, принцип разумности и справедливости, и считает необходимым взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 25 000 руб.

На основании ст.103 ГПК РФ с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 14 326,46 руб. (11 326,45 руб. за требование имущественного характера + 3 000,00 руб. за требования неимущественного характера).

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к ООО «БПО-Ремсервис» удовлетворить частично. 

Признать отношения, возникшие в период действия договора возмездного оказания услуг № 49 27.05.2024 заключенного между ФИО1 и ООО «БПО-Ремсервис» с 27.05.2024 по 15.06.2024 трудовыми. Взыскать с ООО «БПО-Ремсервис» (ИНН 

<

***>) в пользу ФИО1, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес> Уз.ССР, паспорт № №, оплату за сверхурочно отработанное время в размере 353 058,34 руб., компенсацию морального вреда в размере 25 000,00 руб., а всего - 378 058,34 руб.

Обязать ООО «БПО-Ремсервис» передать в базы персонифицированного учета органа пенсионного страхования и налогового органа сведения о трудовой деятельности ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ г.р. за период с 17.05.2024 по 15.06.2024.

В остальной части требований – отказать. 

Взыскать с ООО «БПО-Ремсервис» (ИНН 

<

***>) государственную пошлину в доход бюджета МО МР «Сосногорск» в размере 14 326,45 руб. 

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Коми через Сосногорский городской суд Республики Коми в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий Попкова Е.Н. 

В окончательной форме решение изготовлено 24 января 2025 года