Дело № 2-543/2019

24RS0033-01-2018-004739-55

РЕШЕНИЕ

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

09 июля 2019 года г. Лесосибирск

Лесосибирский городской суд Красноярского края в составе:

председательствующего Абросимовой А.А.,

с участием помощника прокурора г. Лесосибирска Тишевской Г.С..,

при секретарях судебного заседания Гальковой Н.И., Вороновой Д.А., Хреньковой Е.Ф.,Зыряновой И.Л.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 ФИО2 к ЗАО «Новоенисейский ЛХК» о взыскании компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в Лесосибирский городской суд Красноярского края с исковым заявлением к ЗАО «НЛХК» о взыскании компенсации морального вреда, мотивируя свои требования следующим. 

Её супруг ФИО3, с которым она состояла в браке с 1993 года, погиб на рабочем месте, при исполнении трудовых обязанностей, в результате несчастного случая, который произошел в ЗАО «НЛХК» ДД.ММ.ГГГГ.

В ходе проведения расследования выяснилось, что обучение по охране труда не проводилось. Истец полагает, что была нарушена техника безопасности во время работы ее супруга, что привело к гибели последнего.

После гибели супруга на иждивении истца остался малолетний сын ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, отцом которого являлся погибший. 

Уточнив исковые требования в последней редакции л.д.89, просит взыскать с ответчика в свою пользу в счет компенсации морального вреда 500 000 рублей. 

Кроме того, определением Лесосибирского городского суда от т ДД.ММ.ГГГГ сын погибшего ФИО3 - ФИО2 привлечен к участию в деле в качестве соистца, на основании заявленного им ходатайства, из которого следует, что трагедия, произошедшая с его отцом, нанесла ему психологическую травму, он стал замкнут, неразговорчив, в связи с чем был вынужден обратиться к психологу. После гибели отца его семья оказалась в трудном материальном положении.

Просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в свою пользу в размере 500 000 рублей. 

В судебном заседании истец ФИО1 на удовлетворении заявленных требований настаивала в полном объеме, по основаниям указанным в заявлении, суду дополнила, что в связи с гибелью супруга перенесла глубочайшие нравственные страдания, которые переживает до настоящего времени. У неё была крепкая, здоровая семья. В вязи с гибелью супруга лишена возможности делиться с близким человеком своими заботами, переживания, вместе радоваться успехам сына, совместно наблюдать, как он растет и взрослеет. В процессе воспитания сына, вынуждена была компенсировать отсутствие роли отца у ребенка.

Соистец ФИО2 в судебном заседании поддержал заявленные исковые требования ФИО1, на удовлетворении заявленных им требований настаивал в полном объеме, по основаниям указанным в заявлении, суду дополнил, что в связи с произошедшим несчастным случаем был лишен возможности реально ощущать отцовскую заботу, любовь, опеку, что продолжается в настоящее время.

Представитель ответчика ЗАО « Новоенисейский лесохимический комплекс» ФИО4, действующий на основании доверенности, не отрицает, что действительно ДД.ММ.ГГГГ произошел несчастный случай, при исполнении трудовых обязанностей с ФИО3 При определении размера компенсации морального вреда просит учесть принцип разумности и справедливости, принять во внимание время, истекшее время со дня несчастного случая, более 10 лет, факт того, что несчастный случай произошедший с ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ произошел по вине самого работника, поскольку не исполняя поручения мастера, ФИО5 перелез через металлические ограждения зоны шнеков по пути взяв деревянную палку, подошел к зоне зависания топлива и при попытке разбить зависшее топливо, был мгновенно засыпан большой массой данного топлива. ФИО3 действовал по своей инициативе, не получал согласование своих действий.

Третье лицо, государственное учреждение Красноярского регионального отделения фонда социального страхования Российской Федерации, надлежащим образом извещенное о дне и часе судебного слушания, представителя в судебное заседание не направило, представило ходатайство о рассмотрении спора в свое отсутствие.

Третье лицо ФИО6, надлежащим образом извещенный о дне и часе судебного слушания, в судебное заседание не явился, возражений относительно рассмотрения спора в свое отсутствие суду не представил. 

Выслушав стороны, заключение помощника прокурора г.Лесосибирска, который считает, что заявленные требования подлежат удовлетворению, исследовав материалы дела, суд пришел к следующим выводам:

Согласно части 1 ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

В соответствии со ст. 22 Кодекса работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей.

Согласно абз. 2 п. 3 ст. 8 ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Статьей 151 ГК РФ установлено, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Компенсация морального вреда в силу ст. 1100 ГК РФ осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Согласно статье 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

В силу положений статей 229.2, 230 Трудового кодекса Российской Федерации если при расследовании несчастного случая с застрахованным установлено, что грубая неосторожность застрахованного содействовала возникновению или увеличению вреда, причиненного его здоровью, то с учетом заключения выборного органа первичной профсоюзной организации или иного уполномоченного работниками органа комиссия (в предусмотренных настоящим Кодексом случаях государственный инспектор труда, самостоятельно проводящий расследование несчастного случая) устанавливает степень вины застрахованного в процентах. В случае установления факта грубой неосторожности застрахованного, содействовавшей возникновению вреда или увеличению вреда, причиненного его здоровью, в акте указывается степень вины застрахованного в процентах, установленной по результатам расследования несчастного случая на производстве.

Исходя из положений п. 2 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда, являются основанием для уменьшения размера возмещения вреда. При этом уменьшение размера возмещения вреда ставится в зависимость от степени вины потерпевшего.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 состояла в браке с ФИО3 с ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается свидетельством о заключении брака.

Из свидетельства о рождении на имя ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ года рождения следует, что его матерью является ФИО1 отцом ФИО3

Актом о несчастном случае на производстве № от ДД.ММ.ГГГГ, свидетельством о смерти на имя ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, установлено, что ФИО3 состоял в трудовых отношениях с ЗАО «Новоенисейский ЛХК» в должности слесаря. 

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 работал слесарем в ТЭС, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ электрогазосварщиком в лесокомплексе. На основании приказа от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 был переведен в ТЭС слесарем.

Согласно распоряжения начальника цеха ТЭС ФИО6 2 дня 11 ноября и 12 ноября ФИО3 стажировался по профессии слесарь, а с 13 ноября в силу производственной необходимости был переведен на работу в смену «А» (мастер ФИО5) мотористом топливоподачи. 

ДД.ММ.ГГГГ смена мастера ФИО5 работала с 20 часов 00 минут до 08 часов 00 минут следующего дня. В 23 часа 25 минут моторист топливоподачи ФИО7 увидела на экране монитора, что один из шнеков 3-5 очереди топливоподачи не работает, и она не смогла включить его в работу со своего рабочего места. ФИО7 по селектору сообщила дежурному электрослесарю ФИО8 о неисправности. ФИО8 и ФИО3 на указанном им оборудовании устранили неисправность, сообщили ФИО7, что шнеки можно пускать в работу. ФИО7, запустила шнеки в работу, убедившись что они вращаются, включила на экране мониторы камер, расположенные на других важных механизмах топливоподачи.

В 23 часа 35 минут ФИО3 по селектору попросил моториста ФИО7 остановить оба шнека и не пускать их в работу без его распоряжения, не объяснив причину остановки. ФИО7 остановила шнеки и сразу переключила камеру, следящую за работой шнеков, на экран монитора. Через короткое время (до 1 мин.) она увидела, что над шнеками возникло облако пыли. Она предположила, что бульдозер подал с улицы очередную порцию топлива, что шнеки надо включать в работу. Она спросила по селектору ФИО3 о том, что можно ли включать, однако он не ответил. Она повторила свой вопрос еще несколько раз, но безрезультатно. Мастер ФИО5 слышав все разговоры рабочих, пошел на загрузочный узел, где находились шнеки, чтобы выяснить что случилось. Придя на место, он увидел большой объем топлива находящийся над шнеками, толщина его была в районе наружной стены цеха, более двух метров. Рабочего ФИО3 там не было, шнеки не работали. Мастер подозревая, что ФИО9 завалило осыпью древесноопилочных масс, сообщил диспетчеру о случившемся, были оповещены руководители предприятия, вызвана скорая помощь, сообщение прошло по линии МЧС. Совместными усилиями спасателей и рабочих тело ФИО3 было обнаружено под слоем древесноопилочных масс в 01 час 40 минут ДД.ММ.ГГГГ.

Основной причиной несчастного случая, согласно представленного акта о несчастном случае на производстве № от ДД.ММ.ГГГГ, явились недостатки в организации и проведении подготовки работников по охране труда, выразившиеся в отсутствии инструкции по охране труда при работе на шнековых транспортерах и как следствие этого неполучение работниками информации о методах и способах безопасной работы на данном участке, нарушении п. 4.4.и п.5.1. Методических рекомендаций по разработке государственных нормативных требований охраны труда, утвержденных постановлением Министерства труда и социального развития РФ № от ДД.ММ.ГГГГ.

Лицом, допустившим нарушение требований охраны труда явился начальник цеха ТЕС ЗАО «Новоенисейский ЛХК» - ФИО6.

Из акта о несчастном случае на производстве умысла потерпевшего на причинение вреда своему здоровью не установлено, обстоятельств, освобождающих ответчика от обязанностей возмещения вреда истцу, не наступило.

Свидетель ФИО10 пояснила, что на момент названного несчастного случая состояла с ответчиком в трудовых отношениях в должности начальника отдела охраны труда, указала, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 решил вытащить щепу в шнеке на линии топливоподачи, в это время произошел обвал древесноопилочных масс, которые использовались в качестве топлива, на потерпевшего. ФИО3 характеризует исключительно с положительной стороны.

С учетом изложенного ФИО1, как супруге погибшего ФИО3, ФИО2, как сыну погибшего ФИО3, бесспорного причинен моральный вред, связанный с гибелью супруга, отца. Потеря близкого человека, не могла не сказаться на физическом и психологическом состоянии здоровья ФИО1 и ФИО2, является для них невосполнимой утратой, приносящей нравственные страдания. 

Исходя из характера причиненных физических и нравственных страданий, с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, а также степени вины причинителя вреда, соблюдая баланс интересов обеих сторон гражданско-правовых отношений, руководствуясь принципом разумности и справедливости, суд пришел к выводу, что заявленный истцами размер компенсации морального вреда по 500 000 рублей в пользу каждого, является обоснованным и подлежащим удовлетворению в названной сумме.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ суд 

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1, ФИО2 к ЗАО «Новоенисейский ЛХК» о взыскании компенсации морального вреда, удовлетворить в полном объеме. 

Взыскать с Закрытого акционерного общества «Новоенисейский лесохимический комплекс» в пользу ФИО1 ФИО2 компенсацию морального вреда в размере по 500 000 рублей, в пользу каждого.

Решение может быть обжаловано в Красноярский краевой суд через Лесосибирский городской суд в течение месяца, со дня составления мотивированного решения, путем подачи жалобы через Лесосибирский городской суд. 

Судья А.А. Абросимова