РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

06 июля 2021 г. Ленинский районный суд г. Воронежа в составе: 

председательствующего судьи Щербатых Е.Г.

при секретаре Мокроусовой Е.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Адвокатской палате Воронежской области о признании незаконным решения Совета Адвокатской палаты Воронежской области, восстановлении статуса адвоката,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с настоящим иском, указывая в обоснование заявленных требований на то, что 11 марта 2021 г. Совет адвокатской палаты Воронежской области, рассмотрев дисциплинарное производство возбужденное по представлению Управления Министерства юстиции по Воронежской области, вынес решение о прекращении в отношении истца статуса адвоката, в связи с тем, что он был осужден 14 марта 2016 г. приговором Люблинского районного суда г. Москвы, по части 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации. Дисциплинарное производство в квалификационной комиссии не рассматривалось. Совет адвокатской палаты Воронежской области посчитал, что статья 17 часть 1 пункт 4 Федерального закона от 31 мая 2002 г. №63-Ф3 (в редакции от 31 июля 2020 г.) «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» (с изменениями и дополнениями, вступающими в силу с 03 марта 2021 г.) дает безусловное право, не взирая на сроки давности и снятие судимости, прекращать статус адвоката, по формальным мотивам.

С указанным решением ФИО1 не согласен, поскольку 14 января 2019 г. постановлением Сормовского районного суда г. Нижнего Новгорода судимость с него была снята, и в силу статьи 86 Уголовного кодекса Российской Федерации все правовые последствия, связанные с судимостью были аннулированы.

В опубликованной 25 февраля 2019 г. статье «Практика обжалования решений Совета адвокатской палаты субъекта РФ о применении к адвокату мер дисциплинарного взыскания» (автор к.ю.н., доцент кафедры гражданского процесса СПбГУ ФИО2) приводится аналогичный пример со ссылкой на решение Хамовнического районного суда г. Москвы и апелляционное определение Мосгорсуда с выводом, что «...в случае, когда единственным основанием для прекращения статуса адвоката являлось его привлечение к уголовной ответственности на основании приговора суда РФ, но в последующем вступившим в законную силу судебным актом с адвоката была снята судимость, и в силу статьи 86 УК РФ все правовые последствия, связанные с судимостью, были аннулированы, наличие вступившего в законную силу приговора суда не может являться основанием для прекращения статуса адвоката (апелляционное определение Московского городского суда от 12 октября 2016 г. по делу №33-40717).

Согласно пункту 5 статьи 18 Кодекса профессиональной этики адвоката, меры дисциплинарной ответственности могут быть применены к адвокату если с момента совершения им нарушения, прошло не более двух лет, а при длящемся нарушении, с момента его прекращении (пресечении).

Согласно разъяснению комиссии Федеральной Палаты Адвокатов Российской Федерации по этике и стандартам применения мер дисциплинарной ответственности (утв. Решением Совета Федеральной Палаты Адвокатов от 18 ноября 2020 г.), в соответствии с подпунктом «б» пункта 1 статьи 25 Кодекса профессиональной этики адвоката, в случае истечения сроков применении мер дисциплинарной ответственности обнаружившегося в ходе разбирательства советом или комиссии, совет вправе принять по дисциплинарному производству решение о прекращении дисциплинарного производства.

Также в категоричной форме Федеральная палата адвокатов Российской Федерации в разъяснениях «По вопросам применения пункта 3 статьи 21 Кодекса профессиональной этики адвоката» (утв. протоколом Совета Федеральной палаты адвокатов Российской Федерации от 28 января 2016 г. №3) и Разъяснениях Федеральной палаты адвокатов от 19 апреля 2017 г. №02/16 «Разъяснение Комиссии по этике и стандартам по вопросам применения пункта 3 статьи 21 Кодекса профессиональной этики адвоката», указала, что «...2. Наличие признаков уголовно-правового деяния или административного правонарушения в поведении адвоката, установленное компетентными органами, само по себе не является обстоятельством, исключающим возможность дисциплинарного производства».

Законодательством не предусмотрена обязанность адвоката уведомлять Адвокатскую палату о своих правонарушениях. Такой обязанности и не могло быть предусмотрено законодательными актами, так как эта норма противоречила бы статье 51 Конституции Российской Федерации.

Дисциплинарное производство в отношении истца не рассматривалось в комиссии но дисциплинарному производству, хотя туда направлялось. Очевидно, что члены дисциплинарной комиссии отказались преступать закон и выносить незаконное суждение в отношении истца, согласившись с его доводами об истечении срока на привлечение к дисциплинарной ответственности и о снятии судимости.

Более того, бремя уведомления о привлечения истца к уголовной ответственности возложено на правоохранительные органы, в связи с чем, истец был уверен, что эти органы своевременно выполнили возложенные на них функции. И если бы Совет адвокатской палаты прекратил статус адвоката до снятия с истца судимости, это могло быть законным решением, но не после снятия судимости.

Таким образом, снятие судимости или погашение судимости, является безусловным запретом лишать адвоката статуса по приговору, судимость по которому снята или погашена.

Рассуждения о том, что наличие приговора является безусловным основанием прекращения статуса, и снятие судимости не является основанием для прекращения дисциплинарного производства якобы в связи с тем, что в пункте 5 части 1 статьи 17 наличие судимости является самостоятельным основанием для прекращении статуса адвоката, основаны на неправильном понимании закона. Лишение статуса адвоката по приговору суда, возможно только тогда, когда приговор вынесен в отношении действующего адвоката и судимость в отношении которого не снята и не погашена. Лишение статуса адвоката по основаниям пункта 5 части 1 статьи 17 (наличие судимости), подразумевает то, что после вынесения приговора, человек стал адвокатом и у него не снята и не погашена судимость. Если следовать этой ошибочной логике, можно лишить статуса и адвоката в отношении которого был приговор в 1950 году. Такая «логика» может породить опасную практику и сделать адвокатов еще боле незащищенными и зависимыми. Законодатель в категорической форме запретил такие интерпретации, установив прекращение всех правовых последствий связанных с приговором суда в отношении тех, у кого судимость снята либо погашена.

Также истец указывает на то, что в связи с прекращением статуса адвоката ему причинен моральный вред, выразившийся в переживаниях из-за потери работы и негативных эмоций в связи с несправедливым решением Совета адвокатской палаты. Моральный вред истец оценивает в 1000 рублей.

Основываясь на изложенных обстоятельствах, ФИО1 просит суд 

Признать Решение Совета адвокатской Палаты Воронежской области от 11 марта 2021 г. о прекращении статуса адвоката ФИО1 незаконным и восстановить статус адвоката Мелкову Алексею Валерьевичу с 11 марта 2021 г.

Восстановить ФИО1 в реестре адвокатов Воронежской области с 11 марта 2021 г.

Взыскать с Адвокатской палаты Воронежской области в счет возмещения морального вреда 1 000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель – адвокат Арзамасцев Д.С. заявленные требования поддержали по основаниям, изложенным в исковом заявлении, а также представив письменные объяснения (т.2 л.д.6-10). 

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, на стороне истца – Воронежской межтерриториальной коллегии адвокатов по доверенности ФИО3 полагала исковые требования ФИО1 обоснованными и подлежащими удовлетворению, представив в судебном заседании письменные объяснения.

Представитель ответчика по доверенности ФИО4 против удовлетворения заявленных требований возразил по основаниям, изложенным в письменном виде (т.1 л.д.235-240).

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, на стороне ответчика – Управления Министерства юстиции по Воронежской области по доверенности ФИО5 полагала требования ФИО1 не подлежащими удовлетворению по основаниям, изложенным в письменном отзыве (т.1 л.д.37-41).

Выслушав объяснения сторон, оценивая представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующим выводам: 

Установлено, что истец ФИО1 являлся адвокатом Воронежской межтерриториальной коллегии адвокатов с 14 июля 1998 г., регистрационный номер в реестре адвокатов 36/742 (т.1 л.д.16, 31).

Приговором Люблинского районного суда г. Москвы от 14 марта 2016 г. ФИО1 был осужден по части 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации к 4 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима с лишением права заниматься адвокатской деятельностью на 2 года (т.1 л.д.53-113).

Определением судебной коллегии по уголовным делам Московского городского суда от 19 октября 2016 г. назначенное ФИО1 наказание было снижено до 4 лет 4 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима с лишением нрава заниматься адвокатской деятельностью на 2 года (т.1 л.д.118-128).

Постановлением президиума Московского городского суда от 24 октября 2017 г. назначенное ФИО1 наказание было снижено до 4 лет 3 месяцев лишения свободы с отбыванием наказание исправительной колонии общего режима с лишением права заниматься адвокатской деятельностью на 2 года (т.1 л.д.114-117).

27 февраля 2017 г. ФИО1 был освобожден от отбывания наказания условно-досрочно на 1 год 8 месяцев 28 дней.

Постановлением судьи Сормовского районного суда г. Нижнего Новгорода от 14 января 2019 г. с ФИО1 снята судимость (т.1 л.д.29-30, 139-140)

О факте вступления в отношении себя обвинительного приговора суда ФИО1 в Адвокатскую палату Воронежской области не сообщал, что истцом не оспаривалось.

30 декабря 2020 г. в Адвокатскую палату Воронежской области поступило представление начальника Управления Министерства юстиции по Воронежской области ФИО6 о прекращении статуса адвоката ФИО1 по основанию подпункта 4 пункта 1 статьи 17 Федерального закона от 31 мая 2002 г. №63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» с указанием на факт вступления в отношении ФИО1 в законную силу приговора Люблинского районного суда г. Москвы от 14 марта 2016 г. по части 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации (т.1 л.д.49-52).

На основании указанного представления президентом Адвокатской палаты Воронежской области в отношении ФИО1 было возбуждено дисциплинарное производство с направлением материала в квалификационную комиссию Адвокатской палаты Воронежской области (т.1 л.д.44-48).

18 февраля 2021 г. в Адвокатскую палату Воронежской области поступило дополнение к представлению начальника Управления Министерства юстиции по Воронежской области ФИО6 о прекращении статуса адвоката ФИО1 по основанию подпункта 4 пункта 1 статьи 17 Федерального закона от 31 мая 2002 г. №63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» (т.1 л.д.148-149).

На основании представлений начальника Управления Министерства юстиции по Воронежской области решением Совета Адвокатской палаты Воронежской области от 11 марта 2021 г. статус адвоката ФИО1 прекращен по основанию подпункта 4 пункта 1 статьи 17 Федерального закона от 31 мая 2002 г. №63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» (т.1 л.д.156-158, т.2 л.д.17).

26 марта 2021 г. дисциплинарное производство в отношении адвоката ФИО1 прекращено по основанию подпункта 6 пункта 9 статьи 23 Кодекса профессиональной этики адвоката, а именно вследствие обнаружившегося в ходе разбирательства отсутствия допустимого повода для возбуждения дисциплинарного производства, в связи с прекращением статуса адвоката ФИО1 решением Совета Адвокатской палаты Воронежской области от 11 марта 2021 г. (т.1 л.д.165-166, 167-168).

В соответствии с пунктом 1 статьи 17 Федерального закона от 31 мая 2002 г. №63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» статус адвоката прекращается советом адвокатской палаты субъекта Российской Федерации, в региональный реестр которого внесены сведения об адвокате, по следующим основаниям:

1) подача адвокатом заявления о прекращении статуса адвоката в совет адвокатской палаты;

2) вступление в законную силу решения суда о признании адвоката недееспособным или ограниченно дееспособным;

3) смерть адвоката или вступление в законную силу решения суда об объявлении его умершим;

4) вступление в законную силу приговора суда о признании адвоката виновным в совершении умышленного преступления;

5) выявление обстоятельств, предусмотренных пунктом 2 статьи 9 настоящего Федерального закона;

6) нарушение положений пункта 3.1 статьи 16 настоящего Федерального закона.

Согласно пункту 2 статьи 17 Федерального закона от 31 мая 2002 г. №63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» статус адвоката может быть прекращен по решению совета адвокатской палаты субъекта Российской Федерации, в региональный реестр которого внесены сведения об адвокате, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 7.1 статьи 37 настоящего Федерального закона, на основании заключения квалификационной комиссии при:

1) неисполнении или ненадлежащем исполнении адвокатом своих профессиональных обязанностей перед доверителем;

2) нарушении адвокатом норм кодекса профессиональной этики адвоката;

2.1) незаконном использовании и (или) разглашении информации, связанной с оказанием адвокатом квалифицированной юридической помощи своему доверителю, либо систематическом несоблюдении установленных законодательством Российской Федерации требований к адвокатскому запросу;

3) неисполнении или ненадлежащем исполнении адвокатом решений органов адвокатской палаты, принятых в пределах их компетенции;

4) установлении недостоверности сведений, представленных в квалификационную комиссию в соответствии с требованиями пункта 2 статьи 10 настоящего Федерального закона;

5) отсутствии в адвокатской палате в течение четырех месяцев со дня наступления обстоятельств, предусмотренных пунктом 6 статьи 15 настоящего Федерального закона, сведений об избрании адвокатом формы адвокатского образования.

В силу пункта 6 статьи 17 Федерального закона от 31 мая 2002 г. №63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» территориальный орган юстиции, располагающий сведениями об обстоятельствах, являющихся основаниями для прекращения статуса адвоката, направляет представление о прекращении статуса адвоката в адвокатскую палату. В случае, если совет адвокатской палаты в трехмесячный срок со дня поступления такого представления не рассмотрел его, территориальный орган юстиции вправе обратиться в суд с заявлением о прекращении статуса адвоката.

В силу пункта 7 статьи 17 Федерального закона от 31 мая 2002 г. №63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» представление о возбуждении дисциплинарного производства, внесенное в адвокатскую палату субъекта Российской Федерации территориальным органом юстиции, рассматривается квалификационной комиссией и советом адвокатской палаты субъекта Российской Федерации в порядке, предусмотренном кодексом профессиональной этики адвоката.

Анализ приведенных норм, содержащихся в статье 17 Федерального закона от 31 мая 2002 г. №63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», позволяет прийти к выводу о том, что законом предусмотрено две группы оснований, по которым статус адвоката может быть прекращен и установлен порядок прекращения статуса адвоката по каждой из них.

Так, пункт 1 статьи 17 Федерального закона от 31 мая 2002 г. №63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» предусматривает безусловные основания прекращения статуса адвоката, такие как, подача адвокатом заявления о прекращении статуса, недееспособность или ограничение дееспособности адвоката на основании вступившего в законную силу судебного акта, смерть адвоката и другие, в том числе, вступление в законную силу приговора суда о признании адвоката виновным в совершении умышленного преступления.

Указанные основания объективны и не требуют дисциплинарного производства. 

Статус адвоката в данном случае прекращается решением совета адвокатской палаты субъекта Российской Федерации, в том числе на основании представления территориального органа юстиции о прекращении статуса адвоката (пункт 6 статьи 17 Федерального закона от 31 мая 2002 г. №63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации»).

Пункт 2 статьи 17 Федерального закона от 31 мая 2002 г. №63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» содержит основания, требующие проведение дисциплинарного производства. Статус адвоката в данном случае подлежит прекращению также на основании решения совета адвокатской палаты субъекта Российской Федерации, однако, на основании заключения квалификационной комиссии. 

Дисциплинарное производство в данном случае может быть возбуждено на основании представления территориального органа юстиции о возбуждении дисциплинарного производства (пункт 7 статьи 17 Федерального закона от 31 мая 2002 г. №63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации»).

При таком положении, поскольку статус истца как адвоката прекращен на основании представления начальника Управления Министерства юстиции по Воронежской области о прекращении статуса адвоката и по безусловному основанию – подпункт 4 пункта 1 статьи 17 Федерального закона от 31 мая 2002 г. №63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», т.е. в связи с вступлением в отношении ФИО1 в законную силу обвинительного приговора Люблинского районного суда г. Москвы от 14 марта 2016 г. по части 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, оспариваемое истцом решение Совета Адвокатской палаты Воронежской области от 11 марта 2021 г. является законным и обоснованным. Поскольку указанное основание прекращения статуса адвоката является безусловным и не относится к дисциплинарным проступкам, проведения дисциплинарного производства в данном случае не требовалось, а возбужденное в отношении ФИО1 дисциплинарное производство было прекращено. В этой связи, доводы истца о том, что его статус прекращен с нарушением установленной Кодексом профессиональной этики адвоката процедуры дисциплинарного производства и за пределами установленного срока привлечения адвоката к дисциплинарной ответственности правового значения не имеют.

Не могут быть признаны состоятельными и доводы истца, а также третьего лица, выступающего на его стороне, со ссылками на положения статьи 86 Уголовного кодекса Российской Федерации о том, что отсутствие судимости влечет невозможность лишения статуса адвоката по основанию, предусмотренному подпунктом 4 пункта 1 статьи 17 Федерального закона от 31 мая 2002 г. №63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», поскольку из буквального содержания данной нормы следует, что основанием для прекращения статуса адвоката является сам факт вступления в законную силу приговора суда о признании адвоката виновным в совершении умышленного преступления. Указанное не ставится в зависимость от назначения приговором суда наказания, либо освобождения от него по каким-либо причинам, равно как и от факта наличия/отсутствия судимости. Таким образом, сам факт наличия вступившего в силу приговора Люблинского районного суда г. Москвы от 14 марта 2016 г., которым установлена вина ФИО1 в совершении умышленного преступления является достаточным основанием для принятия решения о прекращении его статуса адвоката.

При этом суд отмечает, что вопреки утверждению истца, правовой коллизии между нормами статьи 9 Федерального закона от 31 мая 2002 г. №63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» о том, что лица, с которых судимость за совершение умышленного преступления снята или погашена вправе претендовать на приобретение статуса адвоката, и нормой подпункта 4 пункта 1 статьи 17 данного Закона, не имеется, поскольку статья 9, предъявляя требования к лицам, претендующим на приобретение статуса адвоката, предопределяет саму возможность обратиться в квалификационную комиссию адвокатской палаты субъекта Российской Федерации с заявлением о присвоении статуса адвоката, в то время как подпункт 4 пункта 1 статьи 17 содержит указание на основание прекращения статуса лица, уже осуществляющего адвокатскую деятельность. Истец, имеющий снятую судимость, не лишен возможности обратиться о присвоении статуса адвоката.

При таком положении, факта нарушения прав ФИО1, в связи с прекращением его статуса адвоката не установлено, а в удовлетворении заявленных им требований следует отказать в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198, 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Адвокатской палате Воронежской области о признании незаконным решения Совета Адвокатской палаты Воронежской области, восстановлении статуса адвоката отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Воронежский областной суд через районный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Е.Г. Щербатых

решение изготовлено в окончательной форме 12 июля 2021 г.

1версия для печати