*** 

*** 

*** 

*** 

*** 

*** 

*** 

*** 

*** 

*** 

*** 

*** 

*** 

*** 

*** 

*** 

*** 

*** 

*** 

*** 

*** 

*** 

*** 

Мотивированное 

решение

 составлено 28 февраля 2024 года 

(23 февраля 2024 года нерабочий день)

УИД: 66RS0022-01-2023-000785-84

№ 2-13/2024

РЕШЕНИЕ Именем Российской Федерации 

21 февраля 2024 года г.Березовский

Березовский городской суд Свердловской области в составе: председательствующего судьи Аникиной К.С., при ведении протокола судебного заседания помощниками судьи Черепановой К.О., Петренко Д.В., с участием представителя истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО4 о возложении обязанности по переносу навеса, по встречному иску ФИО4 к ФИО3 о признании недействительными результатов кадастровых работ, установлении смежной границы, 

установил:

ФИО3 обратилась с иском к ФИО4, которым, уточнив исковые требования (т.1 л.д.207-208, т.2 л.д.98), просила:

обязать ответчика устранить препятствия в пользовании и владении истцом принадлежащим ей земельным участком площадью 623 кв.м с кадастровым номером № по адресу: 

<

адрес>, путем переноса существующего навеса от границы между земельными участками на 1 метр.

В обоснование иска истец указала, что является собственником земельного участка площадью 623 кв.м с кадастровым номером № по адресу: 

<

адрес>. В апреле 2023 года на соседнем участке, принадлежащем ответчику, возведен деревянный каркас высотой около 3 метров, который находится в непосредственной близости к дому истца, высота данной постройки превышает допустимый уровень, кровля постройки достигает кровли дома истца, постройка расположена с нарушением установленного расстояния до границы сменного земельного участка (1 метр), частично пересекает границу участков, фактически располагаясь на участке истца, в случае обрушения упадет на дом и земельный участок истца, может привести к летальному исходу. Ранее рядом с домом истца находился гараж, стена которого служила границей между участками сторон. Стена гаража проходила четко по юридической границе. После демонтажа гаража, фундамент которого остался, истец отступила на 1 метр, как положено по действующему законодательству, и приступила к строительству. Ответчик, напротив, придвинулся в сторону истца, поставил столбы, которые выходят на участок истца. Согласно заключению судебной экспертизы крыша навеса ответчика расположена в границах участка истца, заходит на участок истца на 0,13 м. Реестровая ошибка не является препятствием для защиты прав путем устранения препятствий в пользовании земельным участком. Считая права нарушенными, истец обратился с иском к ответчику с указанными выше требованиями.

Ответчик ФИО4 обратился с встречным иском к ФИО3 о признании недействительными результатов кадастровых работ, установлении смежной границы (т.1 л.д.211-212), которым, уточнив исковые требования (т.2 л.д.95), просил:

признать недействительными результаты кадастровых работ, выполненных ООО «Оазис» в 2008 году по установлению границ земельного участка с кадастровым номером № по адресу: 

<

адрес>, в части границы, смежной с границей земельного участка с кадастровым номером № по адресу: 

<

адрес>;

признать недействительными результаты кадастровых работ, выполненных ООО «Оазис» в 2011 году по установлению границ земельного участка с кадастровым номером № по адресу: 

<

адрес>, в части границы, смежной с границей земельного участка с кадастровым номером № по адресу: 

<

адрес>;

установить границы земельного участка с кадастровым номером № по адресу: 

<

адрес>, путем включения в Единый государственный реестр недвижимости сведений о координатах характерных точек границ земельного участка, определенных в соответствии с заключением экспертов №.

В обоснование встречного иска ответчик указал, что является собственником жилого дома площадью 69,7 кв.м с кадастровым номером № и земельного участка с кадастровым номером № по адресу: 

<

адрес>. Граница участка ответчика установлена в соответствии с требованиями законодательства, в связи с чем местоположение смежных границ является обязательным. Кадастровые работы по межеванию земельного участка ответчика были проведены ООО «Оазис» в 2011 году. При подписании акта согласования местоположения границы ответчик фактически границы не сличал, доверился кадастровому инженеру, граница была установлена неверно, без учета исторически сложившихся границ. При определении координат характерных точек границ участка ответчика допущена кадастровая ошибка, в связи с чем граница по сведениям ЕГРН не соответствует фактическим границам. Позже в феврале 2022 года ответчиком были проведены кадастровые работы по образованию земельного участка с кадастровым номером № и земель, находящихся в государственной или муниципальной собственности, увеличена площадь земельного участка. В межевом плане в исходных данных в пункте 2 указано, что погрешность положения точки 0,10 м, что в переводе 10 см. Смещение координаты точки варьируется в пределах 10 см. Смежным с земельным участком ответчика является участок с кадастровым номером № по адресу: 

<

адрес>. На схеме наложения юридических границ видно, что юридическая граница не соответствует фактической, юридическая граница смещена в сторону участка ответчика. Исторически сложившаяся смежная граница совпадает с границей по фактическому землепользованию и проходит по остаткам фундамента гаражного бокса истца, существующего с 1969 года, а в 2022 году на месте прежнего гаражного бокса с отступом на 80-100 см был возведен новый, в связи с чем юридическая граница должна быть приведена в соответствие с фактической. Считая права нарушенными, ответчик обратился со встречным иском с вышеприведенными требованиями.

В судебном заседании представитель истца ФИО1 исковые требования поддержала в полном объеме по доводам и обстоятельствам, изложенным в иске и уточнениях к нему, а также в письменных объяснениях истца (т.1 л.д.174); не оспаривая выводы судебной экспертизы, в том числе в части необходимости приведения юридической границы в соответствие с фактической и устранения реестровой ошибки, против удовлетворения встречных исковых требований представитель истца возражала.

Представитель ответчика ФИО2 с первоначальными исковыми требованиями не согласилась по доводам, приведенным в письменном отзыве на иск (т.1 л.д.137), встречные исковые требования поддержала в уточненной редакции.

Стороны - истец ФИО3, ответчик ФИО4 - в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания извещались своевременно и надлежащим образом (т.2 л.д.90-91). 

Суд, руководствуясь положениями ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом мнения сторон, определил рассмотреть дело в отсутствие сторон.

Заслушав представителей сторон, допросив свидетелей, оценив фактические обстоятельства, исследовав письменные доказательства, в том числе представленные суду сторонами фотографии (т.1 л.д.144,150,176-182,185,209), в их совокупности и взаимосвязи, суд приходит к следующему.

В соответствии с п.1 ст.209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Согласно п.1 ст.130 Гражданского кодекса Российской Федерации к недвижимым вещам (недвижимое имущество, недвижимость) относятся земельные участки, участки недр и все, что прочно связано с землей, то есть объекты, перемещение которых без несоразмерного ущерба их назначению невозможно, в том числе здания, сооружения, объекты незавершенного строительства. К недвижимым вещам относятся также подлежащие государственной регистрации воздушные и морские суда, суда внутреннего плавания. Законом к недвижимым вещам может быть отнесено и иное имущество. 

Исходя из приведенных положений вещь является недвижимой либо в силу своих природных свойств, либо в силу прямого указания закона, что такой объект подчинен режиму недвижимых вещей (п.38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»). 

Как указано в пункте 2 Обзора судебной практики по делам, связанным с самовольным строительством от 16.11.2022, к объекту, не являющемуся недвижимостью, положения ст.222 Гражданского кодекса Российской Федерации применению не подлежат. Вопрос об освобождении земельного участка, на котором располагается такой объект, разрешается с учетом его характеристик и на основании положений законодательства, регулирующего соответствующие правоотношения. 

Защита гражданских прав, в том числе права собственности, осуществляется способами, перечисленными в ст.12 Гражданского кодекса Российской Федерации. Выбор способа защиты права принадлежит субъекту права, который вправе воспользоваться как одним из них, так и несколькими способами. 

Одним из таких способов защиты права является негаторный иск (ст.304 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Так, в силу ст.304 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Нарушенное право на земельный участок подлежит восстановлению, в том числе в случае самовольного занятия земельного участка (пп.2 п.1 ст.60 Земельного кодекса Российской Федерации).

В соответствии с руководящими разъяснениями, данными в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, содержащимися в Постановлении от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», в силу положений ст.ст.304,305 Гражданского кодекса Российской Федерации иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что он является собственником или лицом, владеющим имуществом по основанию, предусмотренному законом или договором, и что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности или законное владение. Такой иск подлежит удовлетворению и в том случае, когда истец докажет, что имеется реальная угроза нарушения его права собственности или законного владения со стороны ответчика (пункт 45).

При рассмотрении исков об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, путем возведения ответчиком здания, строения, сооружения суд устанавливает факт соблюдения градостроительных и строительных норм и правил при строительстве соответствующего объекта. Несоблюдение, в том числе незначительное, градостроительных и строительных норм и правил при строительстве может являться основанием для удовлетворения заявленного иска, если при этом нарушается право собственности или законное владение истца (пункт 46).

Удовлетворяя иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, суд вправе как запретить ответчику совершать определенные действия, так и обязать ответчика устранить последствия нарушения права истца (пункт 47).

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Обзоре судебной практики по делам, связанным с самовольным строительством, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 19.03.2014, наличие допущенных при возведении самовольной постройки нарушений градостроительных и строительных норм и правил является основанием для отказа в удовлетворении иска о признании права собственности на самовольную постройку либо основанием для удовлетворения требования о ее сносе при установлении существенности и неустранимости указанных нарушений.

К существенным нарушениям строительных норм и правил могут быть отнесены такие неустранимые нарушения, которые могут повлечь уничтожение постройки, причинение вреда жизни, здоровью человека, повреждение или уничтожение имущества других лиц, при этом устранение последствий должно отвечать принципу их соразмерности допущенным нарушениям.

Кроме того, выявлению и устранению в соответствии с положениями ст.61 Федерального закона от 13.07.2015 № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» подлежат допущенные в процессе установления границ кадастровые (реестровые) ошибки.

Так, в силу ст.61 Федерального закона от 13.07.2015 № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» воспроизведенная в Едином государственном реестре недвижимости ошибка, содержащаяся в межевом плане, техническом плане, карте-плане территории или акте обследования, возникшая вследствие ошибки, допущенной лицом, выполнившим кадастровые работы или комплексные кадастровые работы, или ошибка, содержащаяся в документах, направленных или представленных в орган регистрации прав иными лицами и (или) органами в порядке межведомственного информационного взаимодействия, а также в ином порядке, установленном настоящим Федеральным законом, либо в порядке, установленном для осуществления государственного кадастрового учета до дня вступления в силу настоящего Федерального закона (далее - реестровая ошибка), подлежит исправлению по решению государственного регистратора прав в течение пяти рабочих дней со дня получения документов, в том числе в порядке межведомственного информационного взаимодействия, свидетельствующих о наличии реестровых ошибок и содержащих необходимые для их исправления сведения, либо на основании вступившего в законную силу решения суда об исправлении реестровой ошибки (документов, обеспечивающих исполнение такого решения суда). Исправление реестровой ошибки осуществляется в случае, если такое исправление не влечет за собой прекращение, возникновение, переход зарегистрированного права на объект недвижимости (часть 3). 

В случаях, если существуют основания полагать, что исправление технической ошибки в записях и реестровой ошибки может причинить вред или нарушить законные интересы правообладателей или третьих лиц, которые полагались на соответствующие записи, содержащиеся в Едином государственном реестре недвижимости, такое исправление производится только по решению суда (часть 4).

Суд по требованию любого лица или любого органа, в том числе органа регистрации прав, вправе принять решение об исправлении реестровой ошибки в описании местоположения границ земельных участков (часть 6).

Обстоятельством, подлежащим установлению, является несоответствие определенной при проведении работ по землеустройству границы (кадастровых работ) ее фактическому положению на момент проведения работ и выяснение причин несоответствия.

Согласно ч.8 ст.22 Федерального закона от 13.07.2015 № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» местоположение границ земельного участка устанавливается посредством определения координат характерных точек таких границ, то есть точек изменения описания границ земельного участка и деления их на части.

В соответствии с ч.10 ст.22 Федерального закона от 13.07.2015 № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» при уточнении границ земельного участка их местоположение определяется исходя из сведений, содержащихся в документе, подтверждающем право на земельный участок, или при отсутствии такого документа исходя из сведений, содержащихся в документах, определявших местоположение границ земельного участка при его образовании. В случае отсутствия в документах сведений о местоположении границ земельного участка его границами считаются границы, существующие на местности пятнадцать лет и более и закрепленные с использованием природных объектов или объектов искусственного происхождения, позволяющих определить местоположение границ земельного участка.

Аналогичные правила уточнения границ земельных участков были предусмотрены ранее действовавшим законодательством - Федеральным законом от 24.07.2007 № 221-ФЗ «О государственном кадастре недвижимости» (статья 38), Инструкцией по межеванию земель, утвержденной Роскомземом 08.04.1996, Методическими рекомендациями по проведению межевания объектов землеустройства, утвержденными Федеральной службой земельного кадастра 17.02.2003, Земельным кодексом Российской Федерации, Федеральным законом от 02.01.2000 № 28-ФЗ «О государственном земельном кадастре», Федеральным законом от 18.06.2001 № 78-ФЗ «О землеустройстве».

Данные акты, как и действующее в настоящее время законодательство, предусматривали установление границ земельных участков с учетом исторически сложившегося землепользования.

В соответствии с п.7 ст.36 Земельного кодекса Российской Федерации границы и размеры земельного участка определяются с учетом фактически используемой площади земельного участка в соответствии с требованиями земельного и градостроительного законодательства. 

Таким образом, при уточнении границ учитывалось, как и сейчас, фактическое землепользование, а определяемые границы не могли проходить по объектам, принадлежащим иным лицам.

Несоответствие юридической границы сложившемуся землепользованию, неправильное, ошибочное координирование исторических объектов искусственного происхождения, определявших границы такого землепользования на местности, в результате методологических, технических ошибок кадастрового инженера (геодезиста) свидетельствуют о реестровой ошибке.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце 3 пункта 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, содержащимися в Постановлении от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», споры об установлении границ земельного участка относятся к искам о правах на недвижимое имущество.

Иск об установлении границ земельного участка представляет собой самостоятельный способ защиты нарушенного права, направленный на устранение неопределенности в прохождении границ земельного участка и разрешение спора о принадлежности той или иной его части.

Поскольку цель иска об установлении границ земельного участка состоит в устранении правовой неопределенности, которая отсутствует, если сведения о границах участка внесены в ЕГРН, то условием для удовлетворения названного иска является признание недействительными результатов кадастровых работ, которые послужили основанием для внесения в ЕГРН соответствующих сведений.

Указанный вывод следует из системного толкования норм ч.2 ст.8, ч.8 и 10 ст.22, ч.1 и 2 ст.43, ч.3 ст.61 Федерального закона «О государственной регистрации недвижимости», ст.ст.39 и 40 Федерального закона от 24.07.2007 № 221-ФЗ «О кадастровой деятельности», и соответствует правовой позиции, изложенной в пункте 2.9 Обзора судебной практики, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 02.07.2014.

По смыслу приведенных норм и разъяснений границы земельного участка могут быть уточнены и установлены в соответствии с требованиями земельного законодательства только один раз. Изменение указанных границ путем установления новых без оспаривания прежних и признания недействительными кадастровых работ, в результате которых такие границы установлены, действующим законодательством не предусмотрено. Результат кадастровых работ может быть оспорен заинтересованным лицом в судебном порядке, чем исправляется допущенная в результате таких работ и воспроизведенная в ЕГРН реестровая ошибка.

В соответствии со ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п.3 ст.123 Конституции Российской Федерации и ст.12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Как установлено судом, по сведениям Единого государственного реестра недвижимости истец ФИО3 с дата является собственником земельного участка площадью 623 +/- 9 кв.м с кадастровым номером № по адресу: 

<

адрес>, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права (т.1 л.д.7,79), выпиской из ЕГРН (т.1 л.д.37-39), реестровым делом (т.1 л.д.68-83).

Согласно реестровому делу государственная регистрация права собственности ФИО3 на земельный участок произведена на основании постановления главы Березовского городского округа от 09.09.2008 №, которым домовладению, значащемуся в договоре купли-продажи от дата № по адресу: 

<

адрес>, присвоен адрес: 

<

адрес>, утвержден проект границ ранее учтенного земельного участка площадью 630 кв.м, который предоставлен ФИО3 в собственность бесплатно под жилой дом индивидуальной жилой застройки (т.1 л.д.68-83).

По договору купли-продажи от дата ФИО3 приобрела у ФИО5 дом общеполезной площадью 52,5 кв.м по адресу: 

<

адрес> (т.1 л.лд.131).

В соответствии с технической информацией, представленной БТИ, на принадлежащем ФИО3 земельном участке по адресу: 

<

адрес>, была произведена реконструкция и по состоянию на дата на участке располагается жилой дом общей площадью 88,2 кв.м, жилой площадью 54,1 кв.м (т.1 л.д.15-22,196-201).

Права на данный объект недвижимого имущества за ФИО3 в ЕГРН не зарегистрированы, вместе с тем, данный объект существует по настоящее время и состоит на кадастровом учете с кадастровым номером № и годом постройки 1965 (л.д.40-42).

Ответчик ФИО4 по сведениям Единого государственного реестра недвижимости является собственником жилого дома площадью 69,7 кв.м с кадастровым номером № (право зарегистрировано дата) и земельного участка площадью 805 +/- 10 кв.м с кадастровым номером № (право зарегистрировано дата) по адресу: 

<

адрес>, что подтверждается выписками из ЕГРН (т.1 л.д.31-33,34-36,138-140), свидетельствами о государственной регистрации права (т.1 л.д.47-оборот).

В соответствии с технической информацией, представленной БТИ, кадастровым паспортом и по сведениям ЕГРН по адресу: 

<

адрес>, по состоянию на дата располагается жилой дом, 1969 года постройки, общей площадью 69,7 кв.м (т.1 л.д.23-29,53,201-оборот-206). 

Из кадастрового паспорта от дата следует, что дом завершен строительством в 1969 году, на земельном участке по адресу: 

<

адрес>, располагается также навес литер Г (т.1 л.д.53,142). 

Согласно реестровому делу (т.1 л.д.47-67) государственная регистрация права собственности ФИО4 на жилой дом произведена на основании заочного решения Березовского городского суда Свердловской области от 12.12.2011 (т.1 л.д.50-52). В материалах дела имеется историческая справка по жилому дому (т.1 л.д.141) и уведомление о соответствии параметров объекта индивидуального жилищного строительства установленным параметрам и допустимости размещения объекта индивидуального жилищного строительства на земельном участке от 05.07.2023 (т.1 л.д.143,186-193).

В соответствии с имеющимся в реестровом деле (т.1 л.д.92-105) постановлением Администрации Березовского городского округа Свердловской области № от дата по заявлению ФИО4 перераспределены земли на кадастровом плане территории кадастрового квартала № площадью 169 кв.м, находящиеся в государственной неразграниченной собственности с земельным участком с кадастровым номером № площадью 636 кв.м по адресу: 

<

адрес>, утверждена схема расположения земельного участка площадью 805 кв.м (т.1 л.д.96-98).

В феврале 2022 года по заказу ФИО4 проведены кадастровые работы в связи с образованием земельного участка путем перераспределения земельного участка с кадастровым номером № по адресу: 

<

адрес>, и земель, находящихся в государственной собственности, о чем составлен межевой план (т.1 л.д.94-95,183-184,218-221).

Государственная регистрация права собственности ФИО4 на земельный участок произведена на основании соглашения № о перераспределении земель от дата, заключенного с Комитетом по управлению имуществом Березовского городского округа (т.1 л.д.103-оборот-105).

Как установлено судом в ходе рассмотрения дела, следует из фотографий (т.1 л.д.150,177-182,209), на земельном участке по адресу: 

<

адрес>, на месте литера Г ответчиком ФИО4 в 2023 году возведен навес.

Требования иска истец ФИО3 основывает на том, что высота навеса (3 метра) превышает допустимый уровень, навес расположен на расстоянии менее 1 метра до границы участка истца и частично пересекает смежную границу между участками (возведенные ответчиком столбы располагаются на участке истца), в случае обрушения конструкция упадет на дом и земельный участок истца, 

Из содержания встречного искового заявления, объяснений ответчика ФИО4 и представителя ответчика ФИО2, данных в судебном заседании следует, что исторически граница между участками проходит по остаткам фундамента и стене гаража на участке истца, существовавшего с 1969 года по 2022 год, в 2022 году на месте прежнего гаражного бокса истцом возведена хозяйственная постройка с отступом на 80-100 см вглубь участка истца.

Представитель истца ФИО1 в судебном заседании 21.02.2024 приведенные стороной ответчика доводы не оспаривала, пояснив, что сторона истца не возражает против приведения юридической границы в соответствие с фактической и устранения реестровой ошибки, выявленной по результатам проведенной судебной комплексной землеустроительной и строительно-технической экспертизы.

Как установлено судом, границы земельных участков сторон установлены в соответствии с требованиями земельного законодательства. Относительно проведенных в отношении земельных участков сторон кадастровых работ ППК «Роскадастром» представлены: проект территориального землеустройства земельного участка по адресу: 

<

адрес>, подготовленный в 2011 году ООО «Оазис» (т.1 л.д.106-124,213-217), и проект территориального землеустройства земельного участка по адресу: 

<

адрес>, подготовленный в 2011 году ООО «Оазис» (т.1 л.д.124-оборот-135).

В судебном заседании по ходатайствам представителей сторон были допрошены в качестве свидетелей ФИО6, ФИО7 и ФИО8

Свидетель ФИО6 пояснил, что приходится ответчику братом, знает, что граница между участками № и № по 

<

адрес> проходила по постройке - гаражу на участке ФИО3, слив на данной постройке отсутствовал, поэтому осадки попадали на участок № по 

<

адрес>, свидетель купил стоки и сам сделал слив. Свидетель ФИО6 также пояснил, что на фотографии, сделанной примерно в 1982-1983 году, представленной ответчиком в материалы дела (т.1 л.д.185), изображен свидетель и видна стена постройки, которая определяла границу между участками.

Допрошенный в качестве свидетеля ФИО7 пояснил, что проживает по 

<

адрес>, знает, что граница между участками № и № по 

<

адрес> проходила по стене гаража, который в настоящее время снесен, от старого гаража остался фундамент.

Из показаний свидетеля ФИО8 следует, что истцу она приходится дочерью, на участке истца располагалась постройка, от нее был слив, это истец считала границей, колышки кадастровыми инженерами были поставлены там, где был слив, между колышками натянули нить и по фотографиям (т.1 л.д.177-179) видно, что возведенные ответчиком опоры располагаются за границами его участка. Свидетель ФИО8 также пояснила, что в мае 2022 года данная постройка на участке истца была демонтирована и с отступом в 1 метр возведена хозяйственная постройка.

У суда нет оснований ставить под сомнение истинность фактов, сообщенных свидетелями. Данных о какой-либо заинтересованности свидетелей в исходе дела не имеется, показания свидетелей последовательны, соответствуют и не противоречат обстоятельствам дела.

Из представленных сторонами фотографий и объяснений сторон по ним (т.1 л.д.144,150,176-182,185,209) судом установлено следующее: 

на фотографии в т.1 на л.д.185 изображена постройка (гараж), стена которой определяла смежную границу между участками сторон на протяжении длительного периода времени, как минимум с 1982-1983 года и по 2022 год, когда постройка была демонтирована; 

на фотографии в т.1 на л.д.176 изображен дом на участке истца; 

на фотографии в т.1 на л.д.144 также изображен дом на участке истца и постройка, возведенная на участке истца в 2022 году после демонтажа гаража, существовавшего по 2022 год;

на фотографии в т.1 л.д.150 видна стена данной постройки и фундамент, оставшийся от демонтированного в 2022 году истцом гаража, который ранее располагался на месте данной постройки; вплотную к данному фундаменту примыкает фундамент, на котором ответчиком возведены опорные столбы для навеса, виден способ крепления данных опорных столбов; 

сравнительный анализ фотографий в т.1 на л.д.150,177-179,209, т.2 л.д.14 показывает, что опорные столбы для навеса на участке ответчика изменили свое местоположение.

По ходатайствам представителей сторон (т.1 л.д.153-173,210,228) определением Березовского городского суда Свердловской области от 24.08.2023 назначена судебная комплексная землеустроительная и строительно-техническая экспертиза, производство которой поручено экспертам ООО «Независимая экспертиза»: в части строительно-технического исследования - эксперту ФИО9, в части землеустроительного исследования - эксперту ФИО10 (т.1 л.д.235-244).

По результатам исследования в рамках судебной комплексной землеустроительной и строительно-технической экспертизы экспертами ООО «Независимая экспертиза» ФИО9, ФИО10 подготовлено заключение (т.2 л.д.1-79), согласно которому экспертами установлено следующее.

В процессе исследования экспертом ФИО9 был произведен осмотр земельного участка с кадастровым номером № по адресу: 

<

адрес>. В результате осмотра установлено, что на месте литера Г имеется наличие сооружения в виде навеса к дому (т.2 л.д.13). Техническое описание конструктивных элементов навеса: год постройки - 2023, размеры в плане - 6,0 м х 2,44 м, высота (от самой верхней точки до уровня земли) - 3,5 м, общая площадь - 14,6 кв.м. Конструкция навеса состоит из опорных столбов из бруса сечением 150 x 100мм (т.2 л.д.14), стропильных конструкций кровли из доски сечением 150 x 50 мм (т.2 л.д.14). По стропилам выполнена обрешётка из доски сечением 100 x 25мм, поверх которой смонтирована прозрачная кровля из ПЭТ профлиста. Опорные столбы в нижней части опираются на ранее существовавший фундамент, наличие вновь возведенного фундамента для устройства навеса не установлено (т.2 л.д.14). Таким образом, по результатам осмотра установлено, что на месте литера Г на земельном участке с кадастровым номером № по адресу: 

<

адрес>, имеется наличие навеса к дому, возведенного ответчиком в 2023 году. По своим функциональным характеристикам возведенный навес выполняет функции крытого двора с целью защиты придомовой территории от внешних атмосферных осадков. Схема расположения навеса к дому приведена в Приложении 7 (т.2 л.д.62).

Конструкция навеса не имеет прочной связи с землей, конструктивные характеристики навеса позволяют осуществить его перемещение и (или) демонтаж и последующую сборку без несоразмерного ущерба назначению и без изменения основных характеристик. Таким образом, исследуемый навес к дому не является объектом капитального строительства. Исследуемый навес к дому является вновь созданным объектом, поскольку возведен ответчиком в 2023 году на месте ранее существовавшего навеса литер Г. Навес к дому не является объектом, созданным путем реконструкции жилого дома с кадастровым номером №, так как навес имеет самостоятельные и не зависимые от жилого дома конструктивные элементы, такие как опорные конструкции и конструкции кровли. 

По результатам обследования опорных столбов отклонений от вертикали при их установке не выявлено. Несущая способность опорных столбов обеспечена для восприятия нагрузок от вышележащих конструкций, перекрытий и временной нагрузки на покрытия. Эксплуатационные характеристики обеспечены. Качество выполненных работ соответствует требованиям СП 70.13330.2012 «Несущие и ограждающие конструкции».

По результатам обследования кровли выявлено, что по стропилам выполнена обрешётка из доски сечением 100 x 25мм, поверх которой смонтирована прозрачная кровля из ПЭТ профлиста. Наличие видимых дефектов не установлено. Скаты с кровли не сориентированы в сторону земельного участка с кадастровым номером №. Эксплуатационные характеристики обеспечены. Качество выполненных работ соответствует требованиям СП 17.13330.2017 «Кровли».

Все строительные конструкции навеса находятся в нормативном техническом состоянии: категория технического состояния, при котором количественные и качественные значения параметров всех критериев оценки технического состояния строительных конструкций зданий и сооружений, включая состояние грунтов основания, соответствуют установленным в нормативной документации значениям с учетом пределов их изменения. Техническое состояние конструктивных элементов навеса к жилому дому с кадастровым номером №, оценивается как «исправное состояние», то есть состояние объекта, при котором он соответствует требованиям нормативно-технической и (или) конструкторской (проектной) документации. В соответствии с тем же СП, состояние конструктивных элементов навеса оценивается как «работоспособное состояние», то есть то состояние объекта, при котором значение всех параметров характеризующих его способность выполнять заданные функции, соответствует требованиям нормативно-технической документации. Учитывая общее техническое состояние навеса к дому, как «работоспособное состояние», отсутствует необходимость выполнения собственником жилого дома с кадастровым номером № каких-либо работ для приведения навеса в соответствии с обязательными требованиями и пр.

С целью определения фактических границ экспертом ФИО10 осуществлен выезд на место нахождения объектов экспертизы и в присутствии сторон и их представителей проведено инструментальное обследование, в результате которого определены координаты характерных точек границ. Фактическое местоположение границ, определялось в соответствии с требованиями, приведенными в заключении. Средняя квадратическая погрешность положения характерных точек, установленных при инструментальном обследовании, не превышает 0,10 м, что соответствует Требованиям к точности. Полученные в результате инструментального обследования координаты в камеральных условиях обработаны посредством программного продукта ГИС «Maplnfo Professional», в результате чего определены фактические границы земельных участков с кадастровыми номерами №. Графическое изображение фактических границ вышеуказанных участков представлено в Приложении 4 (т.2 л.д.59). Координаты характерных точек границ земельных участков с кадастровыми номерами № в системе координат МСК-66, зона 1, установленные при проведении инструментального обследования, представлены в Таблице № 1 (т.2 л.д.18-19). Фактическая площадь земельного участка с кадастровым номером №, определенная по значениям координат, представленным в таблице № 1, составляет 905 кв.м, фактическая площадь земельного участка с кадастровым номером №, определенная по значениям координат, представленным в таблице № 1, составляет 794 кв.м. Из схемы фактических границ земельных участков с кадастровыми номерами № (Приложение 4) видно, что фактическая граница между исследуемыми участками закреплена точками н5-н9. В Таблице № 2 представлены координаты характерных точек фактической смежной границы между участками № (т.2 л.д.19). Экспертом, с помощью программного продукта «Maplnfo Professional» сопоставлены (путем наложения) юридическая смежная граница между участками 66№ и фактическая. По результату сопоставления подготовлен сводный план, который представлен в Приложении 5 (т.2 л.д.60). На сводном плане линией синего цвета отображена юридическая граница земельных участков №, красным - фактическая, условное обозначение характерных точек черного цвета - характерные точки, сведения о которых содержатся в ЕГРН, условное обозначение характерных точек с префиксом «н» красного цвета - характерные точки, определенные при экспертизе. Оценка расхождения представлена в Таблице № 3 (т.2 л.д.20), из которой видно, что координаты характерных точек смежной юридической границы земельных участков с кадастровыми номерами № не соответствуют фактическим координатам характерных точек в пределах от 0,34 м до 0,69 м, что нарушает Требования к точности.

Таким образом, при сопоставлении фактических и юридических границ установлено, что фактическая граница участка с кадастровым номером №, в части смежной с границей участка №, не соответствует своей юридической границе и имеет наложение на юридическую границу участка с кадастровым номером № площадь наложения фактической границы участка № на юридическую границу участка № (также определена с помощью программного продукта «Maplnfo Professional») составляет 9,1кв.м. Графическое изображение установленного наложения изображено на рисунке 4 (т.2 л.д.21).

При анализе документов, представленных в материалах дела, установлено наличие таких документов, как: технический паспорт на индивидуальный жилой дом по 

<

адрес>, по состоянию на 26.11.1984, технический паспорт на жилой дом индивидуального жилищного фонда (

<

адрес>) по состоянию на 06.10.1992, технический паспорт на домовладение (

<

адрес>) по состоянию на 22.06.2011, кадастровый паспорт здания по 

<

адрес> от 07.02.2011. Из перечисленных документов документами подтверждающими существование границ 15 и более лет, являются технический паспорт от 1984 года и технический паспорт от 1992 года. В техническом паспорте от 1984 года с изменениями по состоянию на 06.10.1992 внесены изменения о линейном размере по задней меже участка с кадастровым номером №,: по состоянию на 1984 год ширина участка по задней меже составляла 20,00 м, а по состоянию на 1992 год 22,70 м. В остальной части участка изменений не представлено (т.1 л.д.16-оборот, т.1 л.д.134-оборот). Экспертом с помощью программного продукта AutoCAD определены линейные размеры фактических границ (рисунок 5 (т.2 л.д.23)), линейные размеры юридических границ (рисунок 6 (т.2 л.д.23)), выполнен сравнительный анализ линейных размеров фактических и юридических с линейными размерами, представленными в технических паспортах 1984 года и 1992 года (Таблица № 4 (т.2 л.д.24)). Анализ фактических границ участка и данных БТИ 1984 - 1992 годов показал, что в целом конфигурация земельного участка с кадастровым номером № остается в неизменном виде с 1984 года, при этом линейные размеры участка, представленные на планах БТИ 1984 - 1992 годов (за исключением размера по задней меже участка 22,70 м по состоянию на 06.10.1992) указаны в соответствии с первичными землеотводными документами (30 м * 20 м = 600 кв.м), а не в соответствии с фактическими границами участка. Также при анализе ситуационных планов БТИ, фактических границ участка и юридических, определено, что размеры на ситуационном плане БТИ 1984 года с фасадной стороны - 20 м, по задней меже - 20 м, с восточной стороны - 30,0 м определены от северо-восточного угла (в «створе» северо-восточной стороны жилого дома), равно как и юридические границы участка с кадастровым номером №, то есть при межевании в 2008 году, а также в ситуационных планах БТИ не учтена часть площади фактического землепользования, поскольку не учтенная площадь фактического землепользования находится за пределами отведенной под строительство жилого дома в 1966 года площади участка в 600 кв.м. Сравнительный анализ фактических границ участка с кадастровым номером № целесообразно от северо-восточного угла жилого дома по 

<

адрес> (столбец 5 Таблицы № 4). При сравнительном анализе данных БТИ 1984 года, 1992 года (за исключением границы по задней меже 22,70 м), фактических границ участка от северо-восточного угла жилого дома по 

<

адрес> и юридических границ участка, также от северо-восточного угла жилого дома по 

<

адрес> установлено: фактическая ширина участка с северной стороны (фасадная сторона) меньше ширины участка по состоянию на 1984-1992 год на 0,06 м, фактическая ширина участка с северной стороны (фасадная сторона) меньше юридической ширины участка на 0,12 м, фактическая длина участка с восточной стороны больше длины участка по состоянию на 1984-1992 году на 1,07 м, фактическая длина участка с восточной стороны больше юридической длины участка на 0,21 м, фактическая ширина участка с южной стороны (задняя межа) больше ширины участка по состоянию на 1984 год на 0,19 м, фактическая ширина участка с южной стороны (задняя межа) больше юридической ширины участка на 0,06 м, фактическая длина участка с западной стороны больше длины участка по состоянию на 1984-1992 года на 0,94 м, фактическая длина участка с западной стороны меньше юридической длины участка на 0,31 м. Сравнительный анализ показал, что фактическая граница участка с кадастровым номером № (от северо-восточного угла жилого дома по 

<

адрес>) по ширине, как с фасадной стороны, так и по задней меже остается в неизменном виде, как минимум, с 1984 года, потому как расхождение фактической границы, юридической границы (установленной в 2008 год, то есть более 15 лет назад), и границы по данным БТИ 1984 года составляют от 0,06 м от 0,19 м, что не превышает удвоенного значения средней квадратической погрешности, указанной в приложении Требований к точности (п.18 Требований к точности), тогда как длина участка, как с восточной стороны, так и с западной стороны с 1984 года претерпела значительные изменения, потому как расхождение фактических границ участка и границ по данным БТИ 1984 - 1992 года составляют от 0,94 м до 1,07 м, расхождение фактических границ участка и юридических границ участка (установленных в 2008 году, то есть более 15 лет назад) составляют от 0,21 м до 0,31 м, что позволяет предположить, что длины сторон фактического землепользования (от северо-восточного угла жилого дома по 

<

адрес>) остаются в неизменном виде, как минимум, с 2008 года, то есть более 15 лет. Фактическое землепользование, сложившееся по смежной границе между земельными участками с кадастровыми номерами № (с фасадной стороны и по задней меже), существует фактически на местности с 1984 года, то есть более 15 лет. Истребуемая ответчиком во встречном иске граница земельного участка с кадастровым номером № закреплена следующими координатами характерных точек (Таблица № 5) (т.2 л.д.25-26). Сопоставив с помощью программного продукта «Maplnfo Professional» границы участка с кадастровым номером №, координаты характерных точек которых представлены в Таблице выше, экспертом установлено, что смежная граница между исследуемыми участками закреплена следующими координатами характерных точек (Таблица № 6 (т.2 л.д.26)). Из рисунка 7 и Таблицы № 7 (т.2 л.д.26-27) видно, что фактическая граница между исследуемыми участками не соответствует границе, указанной во встречном иске в пределах от 0,34 м до 0,69 м (столбец 9 Таблица № 7), что нарушает Требования к точности.

При анализе материалов дела установлено, что в 2008 году специалистами ООО «Оазис» в отношении земельного участка с кадастровым номером № выполнен комплекс работ по установлению его границ. Результатом вышеуказанных работ является землеустроительное дело № от дата, представленное в материалах дела. Исходя из пояснительной записки дела № местоположение внешних углов внешних границ детально исследовано и установлено по фактическому их положению на местности. Согласно плану фактических границ земельного участка в г.

<

адрес>, 

<

адрес> в границы участка фактическое землепользование включено частично, а именно: границы уточняемого участка с северной и восточной стороны закреплены стеной жилого дома по 

<

адрес>, а далее в «створе» со стеной вышеуказанного объекта к границам смежных земельных участков по 

<

адрес> фактического землепользования на дату выполнения работ составляла 836 кв.м, из них площадь участка, границы которого в настоящее время содержатся в ЕГРН, составила 623 кв.м, а оставшиеся 213 кв.м расположены на землях, собственность на которые не разграничена, судя по плану фактических границ земельного участка в г.

<

адрес>, 

<

адрес> представляют собой палисадник. Для установления наличия/отсутствия реестровой ошибки, экспертом с помощью программного продукта «Maplnfo Professional» фактические границы участка, установленные при проведении экспертизы, приведены к границам участка, установленным в 2008 году, то есть из фактических границ участка исключен палисадник, расположенный на землях, собственность на которые не разграничена. Затем фактические границы, о которых сказано выше, сопоставлены с границами участка по данным ЕГРН, подготовлен сводный план, который представлен на рисунке 8 (т.2 л.д.29), а также дана оценка расхождения фактических и юридических границ, которая представлена в Таблице №8 (т.2 л.д.29). Из таблицы № 8 и рисунка 8 видно, что фактические границы участка с кадастровым номером № по всему периметру не соответствуют своим юридическим границам. Расхождения координат характерных точек фактических и юридических границ участка составляют от 0,34 м до 0,69 м, что нарушает Требования к точности. При анализе дела № установлено, что в нарушение п.6.2.4 Инструкции по развитию съемочного обоснования и съемке ситуации и рельефа с применением глобальных навигационных спутниковых систем ГКИНП (ОНТА)-02-262-02 от 2002 года, действующей на дату выполнения работ, определение границ исследуемого земельного участка выполнено с привязкой к двум пунктам с известными плановыми координатами (л.5 Каталог координат и высот пунктов планово-высотного обоснования), а не четырём. Указанное нарушение требований при определении фактических границ участка на местности привело к смещению по направлению на север и на запад юридической границы от фактической, а также к неверному развороту юридических границ участка. Смещение юридических границ участка с кадастровым номером № в сторону смежного участка с кадастровым номером № (на запад) повлекло за собой наложение фактической границы вышеуказанного участка на юридическую границу участка с кадастровым номером №. Таким образом, анализ дела № показал, что лицами, выполнявшими землеустроительные работы в 2008 году, в связи с нарушением требований выполнения работ, местоположение границ участка с кадастровым номером № в том числе смежной границы между участками №, определено ошибочно, а поскольку сведения о местоположении границ внесены в ГКН (ЕГРН) на основании дела № то ошибки, допущенные в землеустроительном деле, в дальнейшем воспроизведены в ГКН (ЕГРН), что по смыслу п.3 ст.61 Федерального закона № 218-ФЗ представляет собой реестровую ошибку. Экспертом проанализирован проект территориального землеустройства земельного участка по адресу: 

<

адрес> от 2011 года. В пояснительной записки проекта сказано: «Ранее были выполнены работы по межеванию границ смежных земельных участков по адресу: 

<

адрес> (м.

<

адрес> (м.

<

адрес> (м.

<

адрес> (м.

<

адрес> (м.

<

адрес>) - расхождения в значениях координат смежных точек находятся в допуске, поэтому при расчете площади земельного участка использованы координаты из ранее выполненных межевых дел. Расхождения координат характерных точек фактических и юридических границ участка с кадастровым номером №, в том числе координат характерных точек смежной границы между участками №, находятся за пределами допуска. Из-за нарушения требований при выполнении землеустроительных работ в 2008 году, местоположение границ участка с кадастровым номером №, в том числе смежной границы между участками №, определено с ошибками, что представляет собой реестровую ошибку. Поскольку при выполнении работ в 2011 году в отношении участка с кадастровым номером № (исходный №) смежная граница между участками установлена не по фактическому пользованию, а по координатам границы участка №, то допущенная ошибка при определении местоположения границ вышеуказанного участка в 2008 году, автоматически перенесена на границу участка с кадастровым номером № (исходный №), работы в отношении которого выполнялись в 2011 году. Указанная ошибка перенесена лицами, выполнявшими работы в 2011 году и отображена в землеустроительном деле, на основании которого в дальнейшем допущенная ошибка воспроизведена в ГКН (ЕГРН), что по смыслу ст.61 Закона №218-ФЗ представляет собой реестровую ошибку. Таким образом, анализ землеустроительных дел 2008 года и 2011 года, подготовленных в отношении участков, расположенных по адресу: 

<

адрес> и 

<

адрес>, показал, что имеется реестровая ошибка в части смежной границы, допущенная при межевании земельных участков с кадастровыми номерами №. С целью устранения реестровой ошибки в местоположении смежной границы между участками №, с учетом имеющихся в материалах дела документов, в том числе первичных землеотводных документов, а также с учетом требований ст.11.9 Земельного кодекса Российской Федерации экспертом к установлению предложена граница между участками в следующих координатах (Таблица № (т.2 л.д.31).

При установлении границы по координатам, представленным в Таблице № 9 крыша навеса (крытого двора), возведенного на месте литер Г, частично расположена в пределах границ участка с кадастровым номером № при этом опоры навеса (крытого двора), возведенного на месте литера Г, полностью расположены в пределах участка с кадастровым номером №. Площадь наложения крыши навеса (крытого двора), возведенного на месте литера Г, на границы участка с кадастровым номером №, а также пересечения представлены на рисунках 9-11 (т.2 л.д.31-32). Как видно из рисунка 10-11 пересечение крыши навеса составляет от 0 м до 0,13 м, что не нарушает п.18 Требований к точности.

В судебном заседании выводы судебной комплексной землеустроительной и строительно-технической экспертизы эксперты ФИО9, ФИО10 поддержали в полном объеме. Эксперт ФИО9 дополнил, что по своим функциональным характеристикам навес выполняет функции крытого двора, не является объектом недвижимого имущества и объектом капитального строительства, не имеет связи с землей и может быть перемещен; имеющиеся у навеса конструкции (опоры и кровля) соответствуют обязательным нормам и правилам, угрозы жизни и здоровью людей не представляют, скат кровли навеса не направлен в сторону участка истца с кадастровым номером №.

После заслушивания пояснений экспертов в судебном заседании на обсуждение сторон судом был вынесен вопрос о назначении повторной/дополнительной экспертизы, представители сторон полагали, что необходимости в проведении повторной/дополнительной экспертизы не имеется, считая возможным закончить рассмотрение дело при исследованных доказательствах.

Проанализировав содержание имеющегося в материалах дела, в отсутствие иного, заключения, подготовленного в рамках судебной комплексной землеустроительной и строительно-технической экспертизы, в совокупности с пояснениями экспертов, суд полагает, что заключение отвечает требованиям ст.86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержит описание произведенного исследования, сделанные в результате исследования выводы и ответы на поставленные вопросы, в обоснование сделанных выводов эксперты приводят соответствующие данные из имеющихся в распоряжении документов, основываются на исходных объективных данных и данных осмотра, учитывают имеющуюся в совокупности документацию.

Суд не усматривает заинтересованности экспертов в исходе дела, эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст.307 Уголовного кодекса Российской Федерации, эксперты компетентны, имеют стаж работы по специальности и стаж экспертной работы в соответствующей области экспертизы, в материалы дела представлены данные о квалификации экспертов, образовании и стаже работы, квалификация экспертов сомнений у суда не вызывает.

При таких обстоятельствах суд полагает, что заключение судебной комплексной землеустроительной и строительно-технической экспертизы отвечает принципам относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств, оснований не доверять представленному заключению либо сомневаться в его правильности у суда не имеется, каких-либо относимых, допустимых и достоверных доказательств в опровержение судебной экспертизы суду не представлено, в связи с чем заключение судебной экспертизы может быть положено в основу решения суда.

Разрешая встречные исковые требования ФИО4 о признании недействительными результатов кадастровых работ и установлении смежной границы, суд приходит к выводам о том, что, несмотря на то обстоятельство, что сведения о местоположении смежной границы между участками сторон содержатся в Едином государственном реестре недвижимости и, следовательно, являются обязательными, данные сведения не соответствуют фактически сложившемуся на протяжении длительного периода времени и существующему до настоящего времени местоположению границы.

Анализ вышеприведенных доказательств (объяснений сторон, показаний свидетелей, фотографий, технической информации БТИ) позволяет суду заключить, что исторически как минимум с 1982-1983 года и по 2022 год граница между участками определялась стеной постройки (гаража) на участке истца, несмотря на демонтаж данной постройки в 2022 году и возведение на ее месте с отступом хозяйственной постройки местоположение смежной границы между участками иным не стало.

Из сводного плана фактических и юридических границ в заключении судебной экспертизы (т.2 л.д.60) экспертом указано на остатки старого фундамента на месте ранее существовавшей постройки (гаража), остатки этого же фундамента видны на фотографиях в деле (т.1 л.д.150,177-179,209). Из данных письменных доказательств (сводного плана, фотографий), очевидно, следует, что опорные столбы навеса ответчика располагаются не на данном фундаменте, а на фундаменте на участке ответчика, который вплотную примыкает к старому фундаменту на участке истца.

Суд считает возможным согласиться с выводами эксперта, указывающей со ссылкой на техническую информацию БТИ, на то, что конфигурация земельного участка истца с кадастровым номером № остается в неизменном виде с 1984 года, фактическое землепользование, сложившееся по смежной границе между земельными участками с кадастровыми номерами № существует фактически на местности с 1984 года, то есть более 15 лет.

Суд также не усматривает оснований не согласиться с выводами эксперта о допущенной при проведении в 2008 году кадастровых работ в отношении участка истца, а затем и в 2011 году участка ответчика реестровой ошибке, заключающейся в определении границ земельного участка с привязкой к двум пунктам с известными плановыми координатами, а не к четырём, что привело к смещению юридических границ земельного участка с кадастровым номером № в сторону земельного участка с кадастровым номером №, и, соответственно, наложению фактической границы земельного участка с кадастровым номером № на юридическую границу земельного участка с кадастровым номером №. В последующем данные ошибки воспроизведены в ЕГРН.

Учитывая избранный ответчиком способ защиты нарушенного права (признание недействительными результатов кадастровых работ), суд удовлетворяет встречные исковые требования ответчика, следует признать недействительными результаты кадастровых работ по установлению границ принадлежащего ФИО3 земельного участка с кадастровым номером № по адресу: 

<

адрес>, оформленные проектом территориального землеустройства, подготовленным ООО «Оазис» в 2008 году, в части границы, смежной с земельным участком с кадастровым номером № по адресу: 

<

адрес>, а также признать недействительными результаты кадастровых работ по установлению границ принадлежащего ФИО4 земельного участка с кадастровым номером № по адресу: 

<

адрес>, оформленные проектом территориального землеустройства, подготовленным ООО «Оазис» в 2011 году, в части границы, смежной с земельным участком с кадастровым номером № по адресу: 

<

адрес>.

При разрешении требований по встречному иску об установлении смежной границы, соглашаясь с предложенным судебным экспертом вариантом устранения реестровой ошибки, суд отмечает, что данный вариант учитывает фактически сложившееся землепользование, и в отсутствие иного варианта полагает необходимым установить местоположение смежной границы между земельными участками с кадастровыми номерами 66№ путем включения в Единый государственный реестр недвижимости следующих координат характерных точек границы в соответствии с заключением судебной экспертизы №, №.

Таким образом, встречные исковые требования ФИО4 к ФИО3 о признании недействительными результатов кадастровых работ, установлении смежной границы следует удовлетворить.

Разрешая исковые требования ФИО3 о возложении на ФИО4 обязанности по переносу спорного навеса на расстояние 1 метр от границы между участками, суд исходит из следующего.

Как следует из материалов дела, навес, возведенный ответчиком в 2023 году на месте ранее существовавшего навеса литер Г, не является объектом недвижимого имущества и объектом капитального строительства, не имеет прочной связи с землей, имеющиеся у навеса конструкции (опоры и кровля) соответствуют обязательным нормам и правилам.

Действительно, навес возведен ответчиком без отступа от смежной границы, вместе с тем, снос/перенос объекта строительства является крайней мерой гражданско-правовой ответственности, применяемой в случае невозможности защиты права иными способами, при этом отклонения от требований строительных норм и правил, если они не создают угрозу жизни и здоровью граждан, и другие нарушения, относящиеся к публично-правовой сфере, сами по себе не свидетельствуют о нарушении прав частных лиц и не влекут удовлетворение иска.

Из материалов дела не усматривается, что в результате эксплуатации навеса на участке ответчика нарушаются требования пожарной безопасности, установленные Федеральным законом от 22.07.2008 № 123-ФЗ «Технический регламент о требованиях пожарной безопасности», и указанные нарушения создают угрозу жизни и здоровью граждан, либо препятствия в пользовании имуществом. 

Само по себе несоблюдение градостроительных и строительных норм и правил при возведении навеса наличия таких нарушений не подтверждает и не влечет безусловного сноса/переноса навеса.

Как указал в заключении и пояснил эксперт ФИО9 имеющиеся у навеса конструкции (опоры и кровля) соответствуют обязательным нормам и правилам.

Условием для сноса объекта строительства, во всяком случае, является существенность и неустранимость допущенных застройщиком нарушений, что соответствует правовому подходу, сформированному в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, содержащимися в Постановлении от 29.04.2010 № 10/22 и Обзоре судебной практики по делам, связанным с самовольным строительством, утвержденному Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 19.03.2014.

В соответствии с Обзором судебной практики по делам, связанным с самовольным строительством, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 19.03.2014, при оценке значительности допущенных нарушений при возведении самовольных построек принимаются во внимание и положения ст.10 Гражданского кодекса Российской Федерации о недопустимости действий граждан и юридических лиц, осуществляемых исключительно с намерением причинить вред другому лицу, или злоупотребление правом в других формах, а также соразмерность избранному способу защиты гражданских прав.

В нарушение ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истцом не представлено доказательств существенных нарушений строительных норм и правил при возведении ответчиком навеса, которые могут повлечь уничтожение постройки, причинение вреда жизни, здоровью, повреждение или уничтожение имущества других лиц.

В нарушение ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истцом не представлено доказательств того, что навес на участке ответчика препятствуют истцу, как владельцу смежного земельного участка, в пользовании своим земельным участком, что такое расположение навеса на участке ответчика каким-либо образом нарушает права истца.

Согласно Правилам землепользования и застройки Березовского городского округа, утвержденным Решением Думы Березовского городского округа от дата №, в зоне Ж-1 (жилая зона индивидуальной застройки), отступы от границ земельного участка, прилегающих к красным линиям улиц, проездов устанавливаются документацией по планировке территории; расстояние от границ земельного участка до бани, гаража и др. - 1 м.

Как следует из пункта 5.3.4 СП 30-102-99 Планировка и застройка территорий малоэтажного жилищного строительства (принят Постановлением Госстроя России от 30.12.1999 № 94), до границы соседнего приквартирного участка расстояния по санитарно-бытовым условиям должны быть не менее: от усадебного, одно- двухквартирного и блокированного дома - 3 м с учетом требований п.4.1.5 настоящего Свода правил; от других построек (бани, гаража и др.) - 1 м.

В то же время в соответствии с Федеральным законом от 30.12.2009 N 384-ФЗ «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений» СП, регламентирующие противопожарные расстояния, не входит в Перечень национальных стандартов и сводов правил в результате применения которых на обязательной основе обеспечивается соблюдение Федерального закона «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений», приобретая, таким образом, рекомендательный характер. В этой связи подлежит оценке степень реальности угрозы и возможность снижения угрозы путем компенсационных мероприятий.

Таким образом, исковые требования ФИО3 о возложении на ФИО4 обязанности по переносу спорного навеса на расстояние 1 метр от границы между участками, удовлетворению не подлежат.

Вместе с тем, поскольку при установлении смежной границы между участками по вышеприведенным координатам, приведенным судебным экспертом с целью устранения реестровой ошибки, крыша навеса (крытого двора), частично расположена за пределами юридических границ земельного участка с кадастровым номером №, соответственно, в пределах границ участка с кадастровым номером №, пересечение крыши навеса (крытого двора) границ участка с кадастровым номером № составляет от 0 м до 0,13 м, суд полагает, что на ответчика ФИО4 следует возложить обязанность срезать крышу навеса (крытого двора) в части, приведенной в заключении судебной экспертизы № от дата, выходящей за пределы границ его земельного участка с кадастровым номером № по адресу: 

<

адрес>,на земельный участок с кадастровым № по адресу: 

<

адрес>.

В силу ст.206 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения суда, обязывающего ответчика совершить определенные действия, не связанные с передачей имущества или денежных сумм, суд в том же решении может указать, что, если ответчик не исполнит решение в течение установленного срока, истец вправе совершить эти действия за счет ответчика с взысканием с него необходимых расходов. В случае, если указанные действия могут быть совершены только ответчиком, суд устанавливает в решении срок, в течение которого решение суда должно быть исполнено.

Суд устанавливает ответчику ФИО4 один месяц для исполнения решения суда в указанной части, данный срок подлежит исчислению с момента вступления решения суда в законную силу, установленный срок является достаточным и разумным с учетом объема необходимых к выполнению работ.

В ходе судебного заседания представитель ответчика пояснила о готовности ответчика провести работы по обрезке крыши навеса (крытого двора) до границы его участка, пояснив, что с технической точки зрения, исходя из материала кровли, это возможно и проблем не представляет.

Таким образом, исковые требования ФИО3 к ФИО4 о возложении обязанности по переносу навеса следует удовлетворить частично.

В соответствии с ч.3 ст.196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает решение по заявленным исковым требованиям. Иных исковых требований в рамках настоящего гражданского дела не заявлено.

В соответствии с ч.1 ст.98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, которые согласно ч.1 ст.88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. В соответствии с ч.1 ст.98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, присуждаются судебные расходы пропорционально размеру удовлетворенных требований.

Как следует из чека-ордера от 27.04.2023, истцом ФИО3 при подаче искового заявления в суд в УФК по Тульской области оплачена государственная пошлина в общей сумме 300 руб. (т.1 л.д.5). Из чека-ордера от 23.08.2023 следует, что ответчиком ФИО4 при подаче искового заявления в суд в УФК по Тульской области оплачена государственная пошлина в общей сумме 300 руб. (т.1 л.д.227).

В связи с удовлетворением требований как по первоначальному, так и по встречному иску следует взыскать в пользу сторон расходы по оплате государственной пошлины.

Суд при вынесении решения оценивает исследованные доказательства в совокупности и учитывает, что у сторон не возникло дополнений к рассмотрению дела по существу, стороны согласились на окончание рассмотрения дела при исследованных судом доказательствах, сторонам также было разъяснено бремя доказывания в соответствии с положениями ст.ст.12,35,56,57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО3 к ФИО4 о возложении обязанности по переносу навеса - удовлетворить частично.

Возложить наФИО4 обязанность в течение месяца с момента вступления решения суда в законную силу срезать крышу навеса (крытого двора) в части, приведенной в заключении судебной экспертизы № от дата, выходящей за пределы границ земельного участка с кадастровым номером № по адресу: 

<

адрес>,на земельный участок с кадастровым № по адресу: 

<

адрес>.

В удовлетворении исковых требований ФИО3 в остальной части истца - отказать.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО3 расходы по оплате государственной пошлины в сумме 300 руб.

Встречные исковые требования ФИО4 к ФИО3 о признании недействительными результатов кадастровых работ, установлении смежной границы - удовлетворить.

Признать недействительными результаты кадастровых работ по установлению границ принадлежащего ФИО3 земельного участка с кадастровым номером № по адресу: 

<

адрес>, оформленные проектом территориального землеустройства, подготовленным ООО «Оазис» в 2008 году, в части границы, смежной с земельным участком с кадастровым номером № по адресу: 

<

адрес>.

Признать недействительными результаты кадастровых работ по установлению границ принадлежащего ФИО4 земельного участка с кадастровым номером № по адресу: 

<

адрес>, оформленные проектом территориального землеустройства, подготовленным ООО «Оазис» в 2011 году, в части границы, смежной с земельным участком с кадастровым номером № по адресу: 

<

адрес>.

Установить местоположение смежной границы между земельными участками с кадастровыми номерами № путем включения в Единый государственный реестр недвижимости следующих координат характерных точек границы в соответствии с заключением судебной экспертизы № от дата.:

№ 

№ 

№

№

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО4 расходы по оплате государственной пошлины в сумме 300 руб.

Стороны и другие лица, участвующие в деле, вправе подать на решение апелляционную жалобу в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Березовский городской суд Свердловской области.

Председательствующий судья: п/п К.С. Аникина

*** 

*** 

*** 

*** 

*** 

*** 

*** 

*** 

*** 

*** 

*** 

*** 

***