Решение

Именем Российской Федерации

14 июля 2021 г. г.Городец

Городецкий городской суд Нижегородской области в лице председательствующего судьи Трухина А.П., при секретаре Соколовой Е.А., с участием помощника Городецкого городского прокурора Хабузовой В.П., истца ФИО1, представителя истца- адвоката Полищук С.Ю., представителя ответчика- ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску

ФИО1 к государственному бюджетному учреждению «Городецкий психоневрологический интернат» о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к государственному бюджетному учреждению «Городецкий психоневрологический интернат» (далее по тексту ГБУ «Городецкий ПНИ») о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда.

В обоснование исковых требований истец ФИО1 указала, что *** она была принята на должность шеф-повара ГБУ «Городецкий ПНИ». Весь период работы ФИО1 добросовестно выполняла возложенные на нее функции, о чем свидетельствует ежемесячное премирование. За время работы была награждена благодарственным письмом директора ГБУ «Городецкий ПНИ» за высокий профессионализм, участвовала в региональном конкурсе с группой поваров, где заняла призовое место, получила диплом победителя онлайн-конкурса. До февраля 2020 года никаких нареканий к работе истца со стороны ответчика не было, взысканий на ФИО1 не налагалось. С февраля 2020 года со стороны администрации ПНИ в адрес истца последовали необоснованные претензии. Это стало происходить после проведения проверки Городецкой городской прокуратурой. Поскольку проверка проводилась на основании анонимного обращения, руководство ПНИ обвинило ФИО1 в том, что с жалобой в прокуратуру обращалась она. Руководители учреждения, директор, зам.директора по общим вопросам, предлагали ФИО1 написать заявление об уходе по собственному желанию. ФИО1 ответила отказом. В марте 2020 года истцу было объявлено замечание. В марте 2021 года истцу было вынесено дисциплинарное взыскание, при рассмотрении которого не была принята во внимание объяснительная записка ФИО1. Объяснительная за неё была написана заместителем директора по общим вопросам, привезена на подпись домой, так как в это время истец работал дистанционно, поскольку в учреждении была превентивная изоляция, в связи с коронавирусной инфекцией. После посещения учреждения министром социальной политики ФИО3, который неудовлетворительно оценил работу ГБУ «Городецкий ПНИ», *** заместитель директора по общим вопросам Щ.Е.А., на тот момент исполнявшая обязанности директора ГБУЗ «Городецкий ПНИ», сообщила истцу, что ФИО1 должна написать заявление об уходе по собственному желанию. При этом присутствовали начальник юридического отдела и и.о. начальника отдела кадров. Под давлением со стороны начальника юридического отдела, истец вынуждена была написать заявление об увольнении. В тот же день ФИО1 был вручен приказ об увольнении, в котором основанием прекращения трудового договора было указано: «Расторжение трудового договора по инициативе работника». *** истцу также была выдана трудовая книжка и произведен полный расчет. С увольнением ФИО1 не согласна, считает, что оно было произведено не по её инициативе, а по принуждению со стороны работодателя. ФИО1 считает, что неправомерными действиями ответчика ей был причинен моральный вред. На момент увольнения истец имел на иждивении пожилую мать и больную онкологическим заболеванием свекровь, семья была поставлена на грань выживания. Мать истца, в связи с переживаниями по поводу увольнения ФИО1, умерла спустя шесть дней после даты увольнения. ФИО1 оценивает причиненный ей моральный вред в размере 100000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 и её представитель обстоятельства изложенные в иске подтвердили. С учетом уточненных исковых требований просили суд: признать незаконными и отменить приказ от *** * об увольнении ФИО1; восстановить ФИО1 на работе в прежней должности; взыскать с ГБУ «Городецкий ПНИ» в пользу ФИО1 заработную плату за время вынужденного прогула в сумме 100478 рублей 28 копеек и компенсацию морального вреда в сумме 100000 рублей 

Представитель ответчика ГБУ «Городецкий психоневрологический интернат» исковые требования ФИО1 не признал. Суду пояснил, что согласно записи в трудовой книжке ВТ * от ***г. ФИО1 уволена в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ. Трудовой договор с ФИО1 расторгнут в соответствии с приказом ГБУ «Городецкий ПНИ» * от ***г. о прекращении трудового договора с работником на основании собственноручно написанного личного заявления от ***г. в котором работник ходатайствует о расторжении с ним трудового договора ***г. За предшествующий дате увольнения календарный год, ФИО1 имеет неоднократные дисциплинарные взыскания за недобросовестное выполнения должностных обязанностей, а именно ***г. в отношении ФИО1 вынесен приказ * об объявлении дисциплинарного взыскания, на основании которого ей объявлено замечание. ***г. в отношении ФИО1 вынесен приказ * об объявлении дисциплинарного взыскания, на основании которого ей объявлен выговор. ФИО1 характеризуется как работник с низким профессиональным потенциалом, периодически не справляющийся с вопросами, входящими в профессиональные обязанности, склонная к конфликтности в коллективе. По фактам наличия по отношению к бывшему работнику ГБУ «Городецкий ПНИ» ФИО1 «необоснованных претензий», за период трудоустройства работника, заявлений, жалоб, и иных обращений как устного так и письменного характера, на имя директора ГБУ «Городецкий ПНИ» или руководителей структурных подразделений, в т.ч. председателя профсоюзной организации, не поступало. Заявление на увольнение ФИО1 было написано собственноручно, в присутствии начальника юридического отдела ГБУ «Городецкий ПНИ» ФИО2 и и.о. начальника отдела кадров Ж.Е.Н.. Заместитель директора по общим вопросам Щ.Е.А. в момент написания заявления в помещении отсутствовала, соответственно никаким образом не имела возможности принуждать ФИО1 к написанию заявления. 14.05.2021г. до конца рабочего дня ФИО1 соблюдала условия трудового договора, выполняла свои должностные функции. Своевременно была предупреждена о расторжении с ней трудового договора, о чем свидетельствует подпись ФИО1 в приказе о расторжении с работником трудового договора. Правом отзыва заявления о расторжении трудового договора, предусмотренным ч. 4 ст. 80 ТК РФ ФИО1 не воспользовалась. В день увольнения ФИО1 был осуществлен полный расчет оплаты труда а также компенсация неиспользованных дней отпуска согласно ч. 1 ст. 127 ТК РФ. Также ФИО1 в день увольнения на руки были выданы все необходимые документы, в т.ч. трудовая книжка, что, по мнению представителя ответчика, свидетельствует о полном и добросовестном выполнении ГБУ «Городецкий ПНИ» всех обязательств по трудовому договору с ФИО1. До 04.06.2021г. ФИО1 в ГБУ «Городецкий ПНИ» по вопросу разъяснения порядка увольнения по п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ, а также по вопросу трудоустройства не обращалась, что свидетельствует о факте нежелания продолжения трудовых отношений с ГБУ «Городецкий ПНИ» в вышеуказанный период. В части компенсации морального вреда, по мнению представителя ответчика, сумма, указанная ФИО1 ничем не аргументирована, значительно превышает уровень средней заработной платы работников ГБУ «Городецкий ПНИ» и свидетельствует о материальной заинтересованности ФИО1, а не восстановлении на работе.

Помощник прокурора полагает исковые требования обоснованными и подлежащими удовлетворению. 

Выслушав стороны (их представителей), исследовав письменные материалы, заслушав заключение прокурора, суд приходит к следующему.

Согласно статье 1 Трудового кодекса Российской Федерации целями трудового законодательства являются установление государственных гарантий трудовых прав и свобод граждан, создание благоприятных условий труда, защита прав и интересов работников и работодателей.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признаются, в частности, свобода труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается, право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности, запрещение принудительного труда и дискриминации в сфере труда (абзацы первый, второй и третий статьи 2 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть прекращен по инициативе работника (статья 80 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен данным кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.

По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении (часть 2 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации).

До истечения срока предупреждения об увольнении работник имеет право в любое время отозвать свое заявление. Увольнение в этом случае не производится, если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому в соответствии с данным кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора (часть 4 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации).

В подпункте "а" пункта 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.

Из приведенных выше правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что федеральный законодатель создал правовой механизм, обеспечивающий реализацию права граждан на свободное распоряжение своими способностями к труду, который предусматривает, в том числе, возможность работника беспрепятственно в любое время уволиться по собственной инициативе, подав работодателю соответствующее заявление, основанное на добровольном волеизъявлении, предупредив об увольнении работодателя не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен Трудовым кодексом Российской Федерации или иным федеральным законом, а также предоставляет возможность сторонам трудового договора достичь соглашения о дате увольнения, определив ее иначе, чем предусмотрено законом. Для защиты интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении за работником закреплено право отозвать свое заявление до истечения срока предупреждения об увольнении (если только на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому не может быть отказано в заключении трудового договора).

Обстоятельствами, имеющими значение для дела при разрешении спора о расторжении трудового договора по инициативе работника, являются: наличие волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию и добровольность волеизъявления работника на такое увольнение.

Как установлено судом и не оспаривалось сторонами, *** между истцом ФИО1 и ГБУ «Городецкий психоневрологический интернат» был заключен трудовой договор *, в соответствии с которым ФИО1 принята на работу в ГБУ «Городецкий ПНИ» на должность шеф-повара (л.д. 46). Данный факт также подтверждается записью в трудовой книжке истца и приказом * от *** (л.д. 47, 10-11).

Приказом и.о.директора ГБУЗ «Городецкий ПНИ» от *** * (оспариваемый приказ) трудовой договор с ФИО1 прекращен по инициативе работника, в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ. Основанием к прекращению трудового договора указано заявление ФИО1 от *** (л.д. 29).В своем заявлении от *** ФИО1 просила уволить ее по собственному желанию *** (л.д.28). Причины увольнения в заявлении не указано.

Разрешая спор, судом установлено, что накануне дня увольнения истца, а именно ***, учреждение ответчика посетил министр социальной политики ......., который высказал руководству учреждения ряд замечаний, в том числе замечания касающиеся работы отделения милосердия 1, ООРС 7 и пищеблока. Указанные обстоятельства подтверждаются показаниями допрошенных в судебном заседании свидетелей и сторонами не оспаривались. 

На следующий день, *** и.о.руководителя учреждения зам.дирктора по общим вопросам Щ.Е.А., после производственного совещания по итогом посещения министром учреждения, предложила истцу написать заявление об увольнении по собственному желанию, сославшись на неудовлетворительную оценку ее работы министром.

После этого, на ФИО1 было оказано моральное давление со стороны начальника юридического отдела ФИО2, который угрожал истцу увольнением по инициативе работодателя.

Под давлением со стороны Щ.Е.А. и ФИО2, истец ФИО1 написала заявление об увольнении по собственному желанию с *** и в тот же день была уволена.

Прямых доказательств подтверждающих факт оказания давления на истца, кроме собственных пояснений ФИО1, суду представлено не было.

Вместе с тем, совокупность исследованных косвенных доказательств, позволяет суду сделать вывод о том, что объяснения ФИО1 об обстоятельствах написания ею заявления об увольнении являются достоверными.

Так, из показаний допрошенных в судебном заседании свидетелей Ш.О.Ю. и Г.Н.А., работающих в ГУЗ «Городецкий ПНИ» в должностях палатной медсестры и заведующей отделением, соответственно, следует, что *** им также было предложено написать заявления об увольнении по собственному желанию по причине недовольства их работой министра социальной политики. Однако, в отличие от ФИО1, свидетели не стали писать такие заявления, а обратились за помощью к губернатору Нижегородской области, написав соответствующее обращение на Интернет-сайт губернатора. На обращение ответил помощник губернатора, сообщив, что передаст вопрос в соответствующее ведомство. В тот же день с Ш.О.Ю. связался С.В.Г., сообщив, что к ней подойдет работник ГУЗ «Городецкий ПНИ» Д.А.М. и подскажет дальнейшие действия. Через некоторое время, к ней подошел зам.главного врача Д.А.М. и сказал, что ни ей, ни Г.Н.А. заявление об увольнении писать не нужно. 

Оснований не доверять показаниям свидетелей Ш.О.Ю. и Г.Н.А. суд не находит. Кроме того, свидетель Ш.О.Ю. представила суду и сам текст переписки с помощником Губернатора имевшимся в памяти ее телефона, скриншоты которого на бумажном носителе приобщены судом к материалам дела (л.д. 108-109).

Схожесть обстоятельств принуждения истца и свидетелей к написанию заявлений об увольнении, по мнению суда с достоверностью подтверждает факт давления администрации учреждения (ответчика) на истца с целью понуждения ее к написанию заявления об увольнении. Кроме того, из объяснений представителя ответчика прямо следует, что администрация учреждения была недовольна работой ФИО1 и даже привлекало ее к дисциплинарной ответственности, что по мнению суду свидетельствует о наличии у работодателя мотива для понуждения ФИО1 к написанию заявления об увольнении.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля Щ.Е.А. суду пояснила, что никого давления на ФИО1 она не оказывала и причиной увольнения не интересовалась. Полагает, что ФИО1 испугалась трудностей работы, которую предстояло выполнить с целью устранения выявленных министром нарушений.

Аналогичные пояснения об отсутствии давления на ФИО1 дала в судебном заседании и свидетель Ж.Е.Н., специалист отдела кадров. Свидетель суду пояснила, что *** она, в присутствии начальника юридического отдела ФИО2, помогала ФИО1 оформить заявление об увольнении по собственному желанию. 

Вместе с тем, по мнению суда, сам факт написания заявления ФИО1 об увольнении в день рассматриваемых событий (на следующий день после посещения учреждения министром, который высказал недовольство работой истца и после производственного совещания по итогом посещения министром учреждения), свидетельствует об отсутствии у нее времени обдумать свое решение об увольнении, поспешность написания этого заявления, при отсутствии у нее другой работы и объективных причин для увольнения в тот же день (без отработки), само по себе свидетельствует об отсутствии признаков добровольного волеизъявления на увольнение по собственному желанию.

При установленных судом обстоятельствах, свидетельствующих об отсутствии у ФИО1 добровольного волеизъявления на увольнение по собственному желанию, суд приходит к выводу о нарушении ответчиком процедуры расторжения с ней трудового договора, что в свою очередь свидетельствует о незаконности ее увольнения. 

В соответствии с частями 1, 2, и 9 ст. 394 ТК РФ в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор. Орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула. В случаях увольнения без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконного перевода на другую работу суд может по требованию работника вынести решение о взыскании в пользу работника денежной компенсации морального вреда, причиненного ему указанными действиями. Размер этой компенсации определяется судом.

В соответствии со ст. 234 ТК РФ работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате незаконного увольнения.

Поскольку увольнение истца по п.3 ч.1 ст.77 ТК РФ признано судом незаконным, то в соответствии со ст. 394 ТК РФ истец подлежит восстановлению на работе, с взысканием с ответчика в пользу истца заработной платы за время вынужденного прогула за период прогула с *** по ***, и компенсации морального вреда.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 62 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от *** N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", средний заработок для оплаты времени вынужденного прогула определяется в порядке, предусмотренном статьей 139 ТК РФ.

Согласно ст. 139 ТК РФ для расчета средней заработной платы учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя независимо от источников этих выплат. При любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно).

На основании п. 3 ст. 139 ТК РФ и п. 4 "Положения об особенностях порядка исчисления средней заработной платы", утвержденного Постановлением Правительства РФ от 24.12.2007 г. N 922 расчет среднего заработка работника независимо от режима его работы производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 месяцев, предшествующих моменту выплаты. Расчет среднего заработка при взыскании денежных сумм за время вынужденного прогула, исходя из пункта 9 вышеуказанного Положения, производится путем умножения среднего дневного заработка на количество дней вынужденного прогула. Средний дневной заработок, исчисляется путем деления суммы заработной платы, фактически начисленной за отработанные дни в расчетном периоде, включая премии и вознаграждения, на количество фактически отработанных в этот период дней.

Согласно трудовому договору и правилам внутреннего трудового распорядка ГБУ «Городецкий ПНИ» (л.д. 46, 49-77), шеф-повару установлен нормированный рабочий день при пятидневной рабочей неделе с выходными: суббота и воскресенье.

Согласно представленной ответчиком справки №288 от 30 июня 2021, заработная плата истца за период с мая 2020 года по апрель 2021 года составила 495216 рублей 14 копеек (л.д. 96).

Согласно производственному календарю, в указанном периоде, при пятидневной рабочей неделе было 240 рабочих дней. 

Таким образом, среднедневной заработок истца составляет 2063,40 руб. (495216 / 240).

Согласно производственному календарю на 2021 года при пятидневной рабочей неделе, в период вынужденного прогула с *** по *** было 42 рабочих дней. Следовательно, размер недополученной истцом заработной платы составил 86662 рубля 80 копеек (2063.4 х 42), которые и подлежит взысканию с ответчика в пользу истца.

В соответствии со ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Учитывая, что ФИО1 была уволена без законных оснований, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию денежная компенсация морального вреда в размере 5000 руб., поскольку трудовые права работника работодателем были нарушены.

При определении размера компенсации суд исходит из степени вины работодателя, а также степени причиненных истцу нравственных страданий, руководствуясь принципом разумности и справедливости. Поэтому в удовлетворении остальной части требования неимущественного характера суд отказывает.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. 

Поскольку истец освобожден от уплаты госпошлины в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса РФ, государственная пошлина подлежит взысканию с ответчика в размере, рассчитанном в порядке, предусмотренном ч. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса РФ. 

В соответствии со ст.211 ГПК решение в части восстановления на работе и взыскания заработной платы за три месяца подлежит немедленному исполнению.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 193-198 ГПК РФ, суд

решил:

Признать незаконными приказ исполняющего обязанности директора государственного бюджетного учреждения «Городецкий психоневрологический интернат» от *** * о прекращении (расторжении) трудового договора с ФИО1 и ее увольнение по пункту 3 части 1 статьи 77 Трудового Кодекса РФ. 

Восстановить ФИО1 на работе в должности шеф-повара государственного бюджетного учреждения «Городецкий психоневрологический интернат».

Взыскать с государственного бюджетного учреждения «Городецкий психоневрологический интернат» в пользу ФИО1 заработную плату за время вынужденного прогула за период с *** по *** в сумме 86662 рубля 80 копеек и компенсацию морального вреда в сумме 5000 рублей, всего взыскать: 91662 (девяносто одну тысячу шестьсот шестьдесят два) рубля 80 копеек. 

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 отказать. 

Взыскать с государственного бюджетного учреждения «Городецкий психоневрологический интернат» в доход бюджета Городецкого муниципального района Нижегородской области государственную пошлину в сумме 3399 (три тысячи триста девяносто девять) рублей 88 копеек.

Решение суда в части восстановления на работе и взыскании заработной платы в сумме 86662 (восемьдесят шесть тысяч шестьсот шестьдесят два) рубля 80 копеек, обратить к немедленному исполнению. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Нижегородский областной суд, через Городецкий городской суд, в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья Городецкого городского суда А.П.Трухин.

Мотивированное решение (в окончательной форме) изготовлено 21 июля 2021 года.

Судья Городецкого городского суда А.П.Трухин.