Мотивированное 

решение

 изготовлено 21.02.2025 УИД 66RS0001-01-2024-010083-91 

№ 2-904/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

14 февраля 2025 года г. Екатеринбург 

Верх-Исетский районный суд г.Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Гончар Н.Б., при секретаре Лекомцевой А.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3, ФИО1, к ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения, возложении обязанности передать ключи,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3, ФИО1 обратились в суд с иском к ФИО2, в котором просят взыскать денежные средства в размере 417 000 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 12.11.2022 по 08.11.2024 в размере 106 049,85 руб. 67 коп., начиная с 09.11.2024 по день фактического исполнения решения суда, возложить обязанности передать ключи от входной двери жилого помещения, расположенного 

<

адрес> в течение 15 дней с момента вступления в законную силу судебного решения.

В обоснование своих требований истцы указали, что ФИО1 и ФИО2 с 12.01.2007 по 10.01.2024 состояли в браке. В браке родился ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ года рождения. С августа 2020 года несовершеннолетний ФИО3 проживает с отцом ФИО1 в г.Екатеринбурге. В дальнейшем Верх-Исетским районным судом г.Екатеринбурга 17.10.2023 вынесено решение об определении места жительства ФИО3 с отцом ФИО1 Несовершеннолетнему ФИО3 принадлежало 15/100 доли, а ответчику ФИО2 – 85/100 на праве общей долевой собственности жилое помещение – однокомнатную квартиру, расположенную в 

<

адрес> 15.10.2022 ФИО2 купила жилое помещение – двухкомнатную квартиру стоимостью 5 500 000 руб. В ноябре 2022 года ФИО3 не смог попасть в принадлежащее ему жилое помещение в г. Нижний Тагил, позднее узнав. что ответчик его продала, получив согласие органа опеки и попечительства по заведомо подложной справке о нахождении отца несовершеннолетнего ФИО1 в федеральном розыске. Квартиру ответчик 11.11.2022 продала ФИО4 по цене 2 780 000 руб. В тот же день ФИО2 подарила ФИО3 15/100 долю в принадлежащей ей на праве собственности двухкомнатной квартире 

<

адрес> Кроме того, в договоре дарения указала, что передача дара произойдет после регистрации настоящего договора в Управлении Федеральной регистрационной службе по Свердловской области путем передачи дарителем одаряемому дубликата ключей. Считают, что сделка по продаже однокомнатной квартиры нарушила права несовершеннолетнего ребенка, поскольку ответчик наделила долей в двухкомнатной квартире, находящейся в залоге, а также ФИО2 не намеревалась совместно проживать с ФИО3, что подтверждается вынесенным решением от 17.10.2023 об определении места жительства детей. Считают, что на стороне ответчика образовалось неосновательное обогащение в размере стоимости 115/100 доли в проданной квартире, что составляет 417 000 руб. Также ответчик до настоящего времени не передала ключи от приобретенной в г.Екатеринбурге квартиры.

Определением суда в протокольной форме от 24.01.2025 к участию в деле в качестве третьих лиц привлечены наследники ФИО4 – ФИО5, ФИО6, ФИО7.

Истцы ФИО3, ФИО1 и их представитель ФИО8 в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены, представили письменное ходатайство о рассмотрении дела в свое отсутствие, на заявленных требованиях настаивали в полном объеме.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена, направила в суд своего представителя.

Представитель ответчика ФИО9 в судебном заседании настаивал, что права несовершеннолетнего ФИО3 продажей однокомнатной квартиры в г. Нижний Тагил не нарушены, поскольку несовершеннолетний в указанном жилом помещении не проживал более двух лет и не посещал его. У ФИО3 не было намерений возвращаться в город Нижний Тагил после переезда в г. Екатеринбург. Кроме того, площадь жилого помещения и стоимость 15/100 была увеличена с 417 000 руб. до 825 000 руб. Считает, что ФИО2 выполнила в полном объеме приказ Управления социальной политики № от 03.11.2022 № которым разрешена сделка купли - продажи однокомнатной квартиры при условии одновременного дарения 15/100 долей собственности в двухкомнатной квартире общей площадью 51,6 кв.м. по 

<

адрес> В приказе Управления социальной политики № 21 от 03.11.2022 № нет условий по передаче ключей. Полагал, что действующим законодательством не установлена обязанность ответчика выплатить действительную стоимость проданной доли ФИО3 сверх наделения его равнозначной долей в новой жилом помещении, следовательно, проценты за пользование чужими денежными средствами не подлежать начислению.

Третьи лица: ФИО6, ФИО7 в судебном заседании оставили вопрос об удовлетворения иска на усмотрение суда.

Третьи лица ФИО5, представитель Управления социальной политики Министерства социальной политики Свердловской области № 21 в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены.

На основании ч.3 ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц.

Суд, выслушав участников процесса, исследовав письменные материалы дела, оценив представленные доказательства в совокупности, считает требования истца подлежащими удовлетворению частично по следующим основаниям.

В силу предписаний ст. 45 и 46 Конституции РФ, гарантирующих государственную, в том числе судебную, защиту прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации, в случае нарушения прав несовершеннолетних такие права подлежат судебной защите и восстановлению по основаниям и в процедурах, предусмотренных законом.

В соответствии с п. 3 ст. 60 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ) при осуществлении родителями правомочий по управлению имуществом ребенка на них распространяются правила, установленные гражданским законодательством в отношении распоряжения имуществом подопечного (ст.37 ГК РФ).

Пунктом 1 ст. 64 СК Российской РФ предусмотрено, что защита прав и интересов детей возлагается на их родителей. Родители являются законными представителями своих детей и выступают в защиту их прав и интересов в отношениях с любыми физическими и юридическими лицами.

В силу с п. 1 ст. 65 СК РФ родительские права не могут осуществляться в противоречии с интересами детей. Обеспечение интересов детей должно быть предметом основной заботы их родителей.

Согласно абз. 2 п. 1 ст. 28 ГК РФ к сделкам законных представителей несовершеннолетнего с его имуществом применяются правила, предусмотренные пунктами 2 и 3 ст. 37 настоящего Кодекса.

В соответствии п. 2 ст. 37 ГК РФ опекун не вправе без предварительного разрешения органа опеки и попечительства совершать, а попечитель - давать согласие на совершение сделок по отчуждению, в том числе обмену или дарению имущества подопечного, сдаче его внаем (в аренду), в безвозмездное пользование или в залог, сделок, влекущих отказ от принадлежащих подопечному прав, раздел его имущества или выдел из него долей, а также любых других сделок, влекущих уменьшение имущества подопечного.

Согласно п. 1 ст. 21 Федерального закона «Об опеке и попечительстве» №48-ФЗ от 24.04.2008 опекун без предварительного разрешения органа опеки и попечительства не вправе совершать, а попечитель не вправе давать согласие на совершение сделок по сдаче имущества подопечного внаем, в аренду, в безвозмездное пользование или в залог, по отчуждению имущества подопечного (в том числе по обмену или дарению), совершение сделок, влекущих за собой отказ от принадлежащих подопечному прав, раздел его имущества или выдел из него долей, и на совершение любых других сделок, влекущих за собой уменьшение стоимости имущества подопечного.

Пунктом 1 ст. 3 «Конвенции о правах ребенка» предусмотрено, что во всех действиях в отношении детей независимо от того, предпринимаются они государственными или частными учреждениями, занимающимися вопросами социального обеспечения, судами, административными или законодательными органами, первоочередное внимание уделяется наилучшему обеспечению интересов ребенка. 

Конституционный Суд Российской Федерации в абз. 1 п. 3 Постановления от 08.06.2010 № 13-П «По делу о проверке конституционности п. 4 ст.292 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданки Ч» указал на то, что забота о детях, их воспитание как обязанность родителей, по смыслу ст.38 (ч. 2) Конституции Российской Федерации, предполагают, что ущемление прав ребенка, создание ему немотивированного жизненного дискомфорта несовместимы с самой природой отношений, исторически сложившихся и обеспечивающих выживание и развитие человека как биологического вида.

В силу статей 38 (ч. 2) и 40 (ч.1) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее ст. 17 (ч. 3), согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц, родители при отчуждении принадлежащего им на праве собственности жилого помещения не вправе произвольно и необоснованно ухудшать жилищные условия проживающих совместно с ними несовершеннолетних детей, и во всяком случае их действия не должны приводить к лишению детей жилища. Иное означало бы невыполнение родителями - вопреки предписанию ст. 38 (ч. 2) Конституции Российской Федерации - их конституционных обязанностей и приводило бы в нарушение статей 55 (части 2 и 3) и 56 (ч. 3) Конституции Российской Федерации к умалению и недопустимому ограничению права детей на жилище, гарантированного статьей 40 (ч.1) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее ст.38 (ч. 2) (абз. 1 п. 4 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 08.06.2010 № 13-П).

По смыслу статей 17 (ч. 3), 38 (ч. 2) и 40 (ч.1) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее ст. 35 (ч. 2), при отчуждении собственником жилого помещения, в котором проживает его несовершеннолетний ребенок, должен соблюдаться баланс их прав и законных интересов. Нарушен или не нарушен баланс прав и законных интересов при наличии спора о праве в конечном счете, по смыслу ст.46 Конституции Российской Федерации, должен решать суд, который правомочен, в том числе с помощью гражданско-правовых компенсаторных или правовосстановительных механизмов, понудить родителя - собственника жилого помещения к надлежащему исполнению своих обязанностей, связанных с обеспечением несовершеннолетних детей жилищем, и тем самым к восстановлению их нарушенных прав или законных интересов (абз. 3 п. 4 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 08.06.2910 № 13-П).

Как установлено в ходе рассмотрения дела, что ФИО1 и ФИО2 с 12.01.2007 по 10.01.2024 состояли в браке. 

От брака стороны имеют несовершеннолетнего сына ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. 

С августа 2020 года несовершеннолетний ФИО3 проживает с отцом ФИО1 в г. Екатеринбурге. 

Решением Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга 17.10.2023 места жительства несовершеннолетнего ФИО3 определено с отцом ФИО1

Ранее несовершеннолетнему ФИО3 принадлежало 15/100 доли, а ответчику ФИО2 – 85/100 на праве общей долевой собственности жилое помещение – однокомнатная квартира, расположенное в 

<

адрес> общей площа==щадью 40,1 кв.м.

По договору купли-продажи от 11.11.2022 ФИО2 продала указанное жилое помещение ФИО4 по цене 2 780 000 руб.

15.10.2022 ФИО2 приобрела жилое помещение – двухкомнатную квартиру, расположенную 

<

адрес> стоимостью 5 500 000 руб. 

Согласно договору купли-продажи от 15.10.2022 приобретаемое жилое помещение имеет общую площадь 51,6 кв.м. 

03.11.2022 Управлением социальной политики Министерства социальной политики Свердловской области № 21 ФИО2 выдано разрешение на совершение сделки по распоряжению недвижимым имущество, принадлежащим несовершеннолетнему ФИО3

Согласно приказу руководителя данного органа от 03.11.2022 № ответчику дано предварительное разорешение на совершение сделки купли-продажи однокомнатной квартиры, расположенной в 

<

адрес> при условии одновременного дарения 15/100 долей в двухкомнатной квартире, расположенной 

<

адрес> с возникновением залога в силу закона в пользу ПАО Сбербанк.

11.11.2022 ФИО2 подарила ФИО3 15/100 в принадлежащей ей на праве собственности двухкомнатной квартире.

В соответствии с п. 1 ст. 1102 ГК РФ, лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных ст.1109 настоящего Кодекса.

Правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли (п. 2 данной статьи).

Согласно п. 2 ст.1105 названного выше кодекса лицо, неосновательно временно пользовавшееся чужим имуществом без намерения его приобрести либо чужими услугами, должно возместить потерпевшему то, что оно сберегло вследствие такого пользования, по цене, существовавшей во время, когда закончилось пользование, и в том месте, где оно происходило.

В соответствии со ст. 1107 ГК РФ лицо, которое неосновательно получило или сберегло имущество, обязано возвратить или возместить потерпевшему все доходы, которые оно извлекло или должно было извлечь из этого имущества с того времени, когда узнало или должно было узнать о неосновательности обогащения.

Проанализировав характеристики проданного и приобретенного ответчиком указанных выше жилых помещений, их местонахождение, стоимость, вопреки позиции истцов суд не усматривает наличие обстоятельств, которые могут нарушить интересы ребенка по отчуждению принадлежащей ему 15/100 доли в жилом помещении – однокомнатной квартире в г.Нижнем Тагиле и приобретении (наделение в дар) на его имя 15/100 доли жилого помещения – двухкомнатной квартире в г.Екатеринбурге.

Так, стоимость жилого помещения в г.Нижнем Тагиле не является меньшей стоимости квартиры, приобретенной ответчиком в г.Екатеринбурге.

Размер доли жилого помещения, переданного несовершеннолетнему в дар (51,6 * 15/100 = 7,74 кв.м), превышает размер доли в квартире, ранее находившейся в собственности ФИО3 (40,1 * 15/100 = 6,02 кв.м).

Таким образом, стороной истца не представлено доказательств нарушения прав несовершеннолетнего ребенка при продаже его доли в праве на однокомнатную квартиру, в связи с чем с учетом нахождения в собственности несовершеннолетнего доли жилого помещения суд не усматривает возникновения на стороне ответчика неосновательного обогащения вследствие реализации жилого помещения, доля в котором ранее принадлежала ФИО3

Разрешая исковые требования о возложении на ФИО2 обязанности передать ключи от входной двери жилого помещения ФИО3, расположенного 

<

адрес> суд руководствуется следующим.

Согласно ч. 1 ст. 30 ЖК РФ собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами использования, которые установлены Кодексом.

При наличии нескольких собственников спорного жилого дома положения ст. 30 ЖК РФ о правомочиях собственника жилого помещения владеть, пользоваться и распоряжаться принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением подлежат применению в нормативном единстве с положениями ст. 247 ГК РФ о владении и пользовании имуществом, находящимся в долевой собственности.

В силу ч. 2 ст. 1 ЖК РФ граждане, осуществляя жилищные права и исполняя вытекающие из жилищных отношений обязанности, не должны нарушать права, свободы и законные интересы других граждан.

В соответствии с п. 1 ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

В соответствии со ст. 247 ГК РФ владение и пользование имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляются по соглашению всех ее участников, а при не достижении согласия - в порядке, устанавливаемом судом. Участник долевой собственности имеет право на предоставление в его владение и пользование части общего имущества, соразмерной его доле.

Как указывалось выше, истец ФИО3 является собственником доли в жилом помещении.

Ответчик ключи от данного жилого помещения несовершеннолетнему сыну не передала, в ходе рассмотрения дела отказалась передавать ключи, нарушая таким образом права своего несовершеннолетнего сына как собственника жилого помещения, в связи с чем с учетом указанных выше законоположений суд приходит к выводу о том, что исковые требования ФИО3 к ФИО2 о возложении обязанности передать ключи от квартиры, расположенной 

<

адрес> подлежат удовлетворению.

В силу ч. 1 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов.

Поскольку в силу пп. 2 п.1 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации истцы освобождены от уплаты госпошлины, исковые требования удовлетворены, то с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3000 руб. (по требованиям неимущественного характера). 

Руководствуясь ст.198-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО3, ФИО1, к ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения, возложении обязанности передать ключи удовлетворить частично.

Возложить на ФИО2 обязанность передать ФИО3 ключи от квартиры, расположенной 

<

адрес> в течение 15 дней с даты вступления решения в законную силу.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО3, ФИО1 отказать.

Взыскать с ФИО2 в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3 000 (три тысячи) руб.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд через Верх-Исетский районный суд г.Екатеринбурга в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья подпись Н.Б.Гончар

Копия верна. Решение не вступило в законную силу 21.02.2025.

Судья Н.Б.Гончар