Судья 

Судья 

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к акционерному обществу «Негосударственный пенсионный фонд «БУДУЩЕЕ» о признании недействительным договора об обязательном пенсионном страховании, прекращении обработки его персональных данных,

по апелляционной жалобе акционерного общества «Негосударственный пенсионный фонд «БУДУЩЕЕ» на 

решение

 Советского районного суда г. Орла от 18июня2020 года, которым постановлено:

«Исковые требования ФИО1 к акционерному обществу «Негосударственный пенсионный фонд «БУДУЩЕЕ» о признании недействительным договора об обязательном пенсионном страховании, прекращении обработки его персональных данных удовлетворить частично.

Признать договор об обязательном пенсионном страховании от 

<

дата> №, заключенный между ФИО1 и акционерным обществом «Негосударственный пенсионный фонд «БУДУЩЕЕ» недействительным.

Обязать акционерное общество «Негосударственный пенсионный фонд «БУДУЩЕЕ» в срок не позднее 30 дней со дня получения решения суда передать в Пенсионный Фонд России средства пенсионных накоплений ФИО1, определенные в порядке, установленном пунктом 2 статьи 36.6.1 Федерального закона «О негосударственных пенсионных фондах», а также проценты за неправомерное пользование средствами пенсионных накоплений, в соответствии со статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации в размере 

<

...>., и средства, направленные на формирование собственных средств фонда, сформированные за счет дохода от инвестирования средств пенсионных накоплений застрахованного лица ФИО1 в размере 

<

...>.

Обязать акционерное общество «Негосударственный пенсионный фонд «БУДУЩЕЕ» прекратить обработку персональных данных ФИО1.

Взыскать с акционерного общества «Негосударственный пенсионный фонд «БУДУЩЕЕ» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 

<

...>., понесенные расходы по оплате судебной экспертизы в размере 

<

...>., расходы по оплате услуг представителя в размере 

<

...>., а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 

<

...>

В остальной части в удовлетворении исковых требований отказать».

Заслушав доклад судьи областного суда Букаловой Е.А., выслушав пояснения истца ФИО1 и его представителя ФИО6, представителя третьего лица – ГУ УПФ РФ в г. Орле и Орловском районе Орловской области по доверенности ФИО5, полагавших решение законным и обоснованным, изучив доводы жалобы, возражения на жалобу, материалы дела, судебная коллегия по гражданским делам Орловского областного суда

установила:

ФИО1 обратился в суд с иском к акционерному обществу «Негосударственный пенсионный фонд «БУДУЩЕЕ» (далее – АО «НПФ «БУДУЩЕЕ» о признании недействительным договора об обязательном пенсионном страховании, прекращении обработки его персональных данных. 

В обоснование требований указывал, что в апреле 2018 года из АО «НПФ «БУДУЩЕЕ» в его адрес поступила выписка о состоянии пенсионного счета накопительной пенсии застрахованного лица.

Поскольку его согласия на заключение договора с ответчиком, а также заявления о переводе средств пенсионных накоплений в негосударственный пенсионный фонд не имелось, в результате незаконных действий ответчика произошло незаконное списание пенсионных накоплений из Пенсионного фонда России в АО «НПФ «БУДУЩЕЕ». 

По изложенным основаниям просил суд признать недействительным договор № от 

<

дата> об обязательном пенсионном страховании с АО «НПФ «БУДУЩЕЕ»; обязать ответчика в 30-дневный срок со дня получения решения суда о признании договора об обязательном пенсионном страховании № от 

<

дата> недействительным, согласно п. 5.3 ст. 36.6 Федерального закона № 75-ФЗ от 07.05.1998 «О негосударственных пенсионных фондах» передать предыдущему страховщику Пенсионному Фонду Российской Федерации проценты за неправомерное пользование указанными средствами пенсионных накоплений, определяемые в соответствии со статьей 395 ГК РФ в размере 

<

...>., и средства, направленные на формирование собственных средств Фонда, сформированные за счет дохода от инвестирования средств пенсионных накоплений на формирование его накопительной пенсии (инвестиционный доход) в размере 

<

...>., а всего 

<

...>; обязать ответчика прекратить обработку персональных данных истца; взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 

<

...>., расходы по оплате услуг представителя в размере 

<

...>., а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 

<

...>.

Судом постановлено вышеуказанное решение.

В апелляционной жалобе АО «НПФ «БУДУЩЕЕ» ставит вопрос об отмене решения суда как незаконного.

Считает необоснованным вывод суда в части возложения на него обязанности передать в Пенсионный фонд Российской Федерации сумму утраченного инвестиционного дохода, удержанную данным страховщиком при досрочном переводе средств пенсионных накоплений истца, так как ему как ответчику указанные денежные средства не передавались. 

В связи с отрицательной доходностью фонда от инвестирования средств пенсионных накоплений за 2018 год, незаконным считает возложение на него судом обязанности возвратить средства, направленные на формирование собственных средств фонда.

Полагает, что правовые основания для взыскания с фонда части утерянного по мнению истца инвестиционного дохода в размере 

<

...>. отсутствовали.

Кроме того, ответчик, настаивая на отсутствие со своей стороны признаков нарушения действующего законодательства, не согласен с решением суда в части взыскания компенсации морального вреда и обращает внимание на пропуск истцом срока исковой давности, истечение которого произошло в апреле 2019 года, тогда как иск подан лишь 

<

дата>.

В судебное заседание представитель ответчика АО НПФ «Будущее», извещенный надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, не явился, ходатайств и заявлений не поступало. 

В этой связи судебная коллегия на основании статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившегося лица. 

Проверив законность и обоснованность решения суда в пределах доводов апелляционной жалобы в соответствии с требованиями ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия не находит оснований для его отмены либо изменения.

Судом установлено и подтверждено материалами дела, что до 

<

дата> пенсионные накопления ФИО1 находились в Пенсионном фонде Российской Федерации.

<

дата> от имени ФИО1 заключен договор об обязательном пенсионном страховании № с АО «НПФ «БУДУЩЕЕ», который принят и обработан ГУ УПФ РФ в г. Орле и Орловском районе Орловской области, в связи с чем был осуществлен перевод средств пенсионных накоплений ФИО1 в АО «НПФ «БУДУЩЕЕ». Местом заключения договора указана 

<

адрес>.

При этом из материалов дела усматривается, что в электронной базе зафиксированы сведения об оформлении заявления о переходе и договора в 

<

адрес> и 

<

адрес>. 

Поскольку ФИО1 оспаривал подпись договора об обязательном пенсионном страховании от 

<

дата> №, судом первой инстанции была назначена судебная почерковедческая экспертиза, порученная Федеральному бюджетному учреждению «Орловская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации».

Согласно заключению эксперта ФИО2 № от 

<

дата>, подписи от имени Т.А.ВБ. в договоре об обязательном пенсионном страховании между АО «НПФ «БУДУЩЕЕ» и застрахованным лицом выполнены не ФИО1, а другим лицом с подражанием подлинной подписи Т.А.ВБ. в паспорте.

Разрешая требования об обязании АО «НПФ «БУДУЩЕЕ» в срок не позднее 30 дней со дня получения решения суда передать в Пенсионный фонд Российской Федерации потерянный инвестиционный доход, суд первой и инстанции руководствуясь, в том числе положениями ст.ст. 15, 395 ГК РФ пришел к выводу об удовлетворении иска ФИО1 в полном объеме. 

Определяя размер средств направленных на формирование собственных средств ответчика, сформированных за счет дохода от инвестирования средств пенсионных накоплений истца, подлежащих передаче АО «НПФ «БУДУЩЕЕ» в Пенсионный фонд Российской Федерации, суд принял во внимание, не опровергнутый ответчиком расчет истца, основанный на официальных сведениях состояния индивидуального счета ФИО1, представленных ГУ УПФ РФ в г. Орле и Орловском районе Орловской области (межрайонным), и сведениях, представленных ответчиком.

Признавая действия ответчика по обработке персональных данных ФИО1 незаконными и возлагая обязанность на АО «НПФ «БУДУЩЕЕ» прекратить обработку персональных данных истца, а также взыскивая с него компенсацию морального вреда, суд исходили из того, что оспариваемый договор признан недействительным, персональные данные получены ответчиком не от субъекта персональных данных.

Отказывая в удовлетворении ходатайства ответчика о применении к заявленным требованиям срока исковой давности, районный суд исходил из ничтожности спорной сделки, о которой истцу стало известно в апреле 2018 года, и даты подачи настоящего иска – 

<

дата> 

С указанными выводами районного суда судебная коллегия соглашается по следующим основаниям.

Согласно ст. 3 Федерального закона от 07.05.1998 № 75-ФЗ «О негосударственных пенсионных фондах» (далее – Закон о негосударственных пенсионных фондах, федеральный закон № 75-ФЗ) под договором об обязательном пенсионном страховании понимается соглашение между фондом и застрахованным лицом в пользу застрахованного лица или его правопреемников, в соответствии с которым фонд обязан при наступлении пенсионных оснований осуществлять назначение и выплату застрахованному лицу накопительной части трудовой пенсии и (или) срочной пенсионной выплаты или единовременной выплаты либо осуществлять выплаты правопреемникам застрахованного лица.

Исходя из содержания ст. 36.2 Закона о негосударственных пенсионных фондах (в редакции, действовавшей на дату, указанную в оспариваемом договоре), фонд, осуществляющий деятельность по обязательному пенсионному страхованию, обязан уведомлять в порядке, определяемом уполномоченным федеральным органом, Пенсионный фонд Российской Федерации и уполномоченный федеральный орган о вновь заключенных договорах об обязательном пенсионном страховании в течение одного месяца со дня их подписания. 

Договор об обязательном пенсионном страховании заключается между фондом и застрахованным лицом. В один и тот же период в отношении каждого застрахованного лица может действовать только один договор об обязательном пенсионном страховании.

Договор об обязательном пенсионном страховании должен быть заключен надлежащими сторонами и соответствовать законодательству Российской Федерации (п. 1 ст. 36.4 Закона о негосударственных пенсионных фондах).

Согласно п. 6.1 указанной статьи в случае, если после внесения изменений в единый реестр застрахованных лиц будет установлено, что договор об обязательном пенсионном страховании заключен ненадлежащими сторонами, такой договор подлежит прекращению. При этом последствием прекращения является обязанность по передаче средств пенсионных накоплений для финансирования накопительной части трудовой пенсии.

В силу п.п. 1, 3, 3.1 ст. 36.11 Закона о негосударственных пенсионных фондах застрахованное лицо до обращения за установлением накопительной пенсии, срочной пенсионной выплаты, единовременной выплаты средств пенсионных накоплений может воспользоваться правом на переход из фонда в фонд не чаще одного раза в год путем заключения договора об обязательном пенсионном страховании с новым фондом и направления в Пенсионный фонд Российской Федерации заявления о переходе (заявления о досрочном переходе) из фонда в фонд.

Заявление застрахованного лица о переходе (заявление застрахованного лица о досрочном переходе) из фонда в фонд подается застрахованным лицом в Пенсионный фонд Российской Федерации не позднее 1 декабря текущего года. Застрахованное лицо может подать указанное заявление в территориальный орган Пенсионного фонда Российской Федерации лично или через представителя, действующего на основании нотариально удостоверенной доверенности, либо в форме электронного документа, порядок оформления которого определяется Правительством Российской Федерации, с использованием единого портала государственных и муниципальных услуг.

Застрахованное лицо до подачи заявления о досрочном переходе из фонда в фонд должно быть уведомлено об условиях досрочного перехода (в том числе об отраженных Пенсионным фондом Российской Федерации в специальной части индивидуального лицевого счета застрахованного лица сведениях, представленных фондом в соответствии с законодательством Российской Федерации, о сумме дохода от инвестирования средств пенсионных накоплений, не подлежащего передаче в случае удовлетворения заявления застрахованного лица о досрочном переходе, или сумме убытка, не подлежащего гарантийному восполнению в случае удовлетворения заявления застрахованного лица о досрочном переходе) на едином портале государственных и муниципальных услуг, а также в случае подачи указанного заявления лично или через представителя, действующего на основании нотариально удостоверенной доверенности, - в территориальном органе Пенсионного фонда Российской Федерации.

При личном обращении застрахованного лица или его представителя, действующего на основании нотариально удостоверенной доверенности, в территориальный орган Пенсионного фонда Российской Федерации требования к порядку и форме уведомления застрахованного лица об условиях досрочного перехода устанавливаются уполномоченным федеральным органом.

Требования к порядку, форме и форматам уведомления застрахованного лица об условиях досрочного перехода на едином портале государственных и муниципальных услуг устанавливаются Правительством Российской Федерации.

В силу пункта 1 статьи 160 Гражданского кодекса Российской Федерации (здесь и далее в редакции, действующей на момент заключения спорного договора) сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

Двусторонние (многосторонние) сделки могут совершаться способами, установленными пунктами 2 и 3 статьи 434 данного кодекса.

Последствия нарушения требований закона или иного правового акта при совершении сделок определены статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 названной статьи за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 данной статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 этой же статьи).

Срок исковой давности по недействительным сделкам установлен статьей 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки (пункт1).

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2).

Как следует из материалов дела, заявленные истцом требования о недействительности договора об обязательном пенсионном страховании основаны как на несоблюдении требования о его письменной форме, поскольку договор истцом подписан не был, так и на том, что волеизъявление на заключение данного договора с ответчиком отсутствовало.

Согласно статье 8 ГК РФ гражданские права и обязанности могут порождаться как правомерными, так и неправомерными действиями.

Заключение договора в результате противоправных действий является неправомерным действием, посягающим на интересы лица, не подписывавшего соответствующий договор, и являющегося применительно к статье 168 (пункт 2) ГК РФ третьим лицом, права которого нарушены заключением такого договора.

Поскольку при рассмотрении дела были бесспорно установлены как факт неподписания спорного договора ФИО1, так и отсутствие его волеизъявления на его заключение, судом первой инстанции данный договор обоснованно и в соответствии с приведенными выше законоположениями был признан недействительным в силу его ничтожности, правильно применены нормы права об исчислении срока исковой давности по заявленным требованиям.

Довод апелляционной жалобы об отсутствии оснований для взыскания с АО «НПФ «БУДУЩЕЕ» инвестиционного дохода является несостоятельным.

Так, Федеральным законом № 75-ФЗ предусмотрено, что средства пенсионных накоплений для финансирования накопительной пенсии подлежат передаче из одного фонда в другой фонд или в Пенсионный фонд Российской Федерации в случае прекращения договора об обязательном пенсионном страховании в соответствии с абз. 7 п. 2 ст. 36.5 настоящего Федерального закона - предыдущему страховщику (абз. 7 п. 1 ст. 36.6).

Согласно абз. 7 п. 2 ст. 36.5 Федерального закона № 75-ФЗ договор об обязательном пенсионном страховании прекращается в случае признания судом договора об обязательном пенсионном страховании недействительным.

В соответствии с п. 5.3 ст. 36.6 Федерального закона № 75-ФЗ при наступлении обстоятельства, указанного в абз. 7 п. 1 ст. 36.6, фонд обязан передать предыдущему страховщику по обязательному пенсионному страхованию средства пенсионных накоплений, определенные в порядке, установленном п. 2 ст. 36.6.1 настоящего Федерального закона, а также проценты за неправомерное пользование средствами пенсионных накоплений, определяемые в соответствии со ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, и средства, направленные на формирование собственных средств фонда, сформированные за счет дохода от инвестирования средств пенсионных накоплений соответствующего застрахованного лица, в срок не позднее 30 дней со дня получения фондом соответствующего решения суда и в этот же срок известить об этом Пенсионный фонд Российской Федерации, который на основании указанного извещения фонда вносит соответствующие изменения в единый реестр застрахованных лиц и уведомляет об этом застрахованное лицо при личном обращении застрахованного лица в территориальный орган Пенсионного фонда Российской Федерации, а также путем направления застрахованному лицу уведомления в форме электронного документа с использованием единого портала государственных и муниципальных услуг.

При этом проценты за неправомерное пользование средствами пенсионных накоплений и средства, направленные на формирование собственных средств фонда, уплачиваются за счет собственных средств фонда, и направляются в резерв фонда по обязательному пенсионному страхованию предыдущего страховщика (абз. 2 п. 5.3 ст. 36.6 Федерального закона № 75-ФЗ).

Поскольку положениями Закона о негосударственных пенсионных фондах не урегулирован вопрос о восстановлении суммы удержанного инвестиционного дохода, в данной части подлежат применению положения Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как следует из п. 1 ст. 15 ГК РФ, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

По смыслу указанных норм лицо, требующее возмещение убытков должно доказать нарушение своего права, факт нарушения такого права именно лицом, к которому предъявляются требования, наличие причинно-следственной связи между нарушением права и возникшими убытками, а также размер убытков.

Таким образом, убытки являются формой гражданско-правовой ответственности, и взыскание их возможно при наличии определенных условий, в том числе наличия вины и причинно-следственной связи между наступившими последствиями и противоправным поведением ответчика.

С учетом приведенных норм права, а также в связи с тем, что средства пенсионных накоплений истца незаконно переведены из Пенсионного фонда Российской Федерации в АО «НПФ «БУДУЩЕЕ», выводы суда о возложении обязанности на ответчика в срок не позднее 30 дней со дня получения решения суда передать в Пенсионный фонд Российской Федерации утраченный истцом инвестиционный доход, а также о взыскании процентов, предусмотренных ст. 395 ГК РФ, а также убытки, рассчитанные исходя из суммы инвестиционного дохода, который мог быть получен истцом при отсутствии факта перевода его средств ответчику, являются правильными.

Доводы апелляционной кассационной жалобы о том, что у судов отсутствовали основания для возложения обязанности по прекращению обработки персональных данных ФИО1 и о взыскании компенсации морального вреда как не основанные на законе также не влекут отмены обжалуемого решения.

По смыслу ч. 1 ст.5, п. 1 ч. 1 ст. 6, ч. 1 ст. 14 Федерального закона от 27.06.2006 №152-ФЗ «О персональных данных» обработка персональных данных должна осуществляться на законной и справедливой основе и с согласия субъекта персональных данных на такую обработку.

Субъект персональных данных вправе требовать от оператора, в том числе уничтожения персональных данных, в случае если персональные данные являются незаконно полученными.

В пункте 1 статьи 150 ГК РФ указано, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии с абзацем первым статьи 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Учитывая вышеизложенные нормы права и принимая во внимание доказанность незаконности получения ответчиком персональных данных истца, на обработку которых не имелось его согласия, выводы обжалуемого решения в части возложения на ответчика обязанности прекратить обработку персональных данных истца и компенсировать ему моральный вред за их незаконное получение и использование сделаны при правильном применении норм материального права.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены решения суда первой инстанции по доводам, изложенным в апелляционной жалобе. Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта по делу не установлено.

Руководствуясь ст. ст. 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Орловского областного суда 

определила:

решение Советского районного суда г. Орла от 18 июня 2020 года оставить без изменения, апелляционную жалобу акционерного общества «Негосударственный пенсионный фонд «БУДУЩЕЕ» – без удовлетворения. 

Председательствующий 

Судьи

1версия для печати