Дело № 2-46/2019г

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

22.08.2019 года п. Пограничный

Пограничный районный суд Приморского края в составе:

председательствующего судьи Хрещатой С.Б., 

при секретаре Сокол О.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО4 о признании договора дарения недействительным,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратилась в суд с иском к ФИО4 о признании договора дарения от 19.07.2018 г. жилого дома, расположенного в 

<

адрес> и земельного участка, заключенного между дарителем ФИО24 и ФИО4, недействительным.

В обосновании заявления истица указала, что является дочерью ФИО1 ФИО1 умер ДД.ММ.ГГГГ года. При жизни дарителю принадлежал жилой дом с земельным участком. После смерти ФИО25 истица узнала, что ее отец распорядился своим имуществом в пользу своей супруги, заключив 19.07.2018 года договор дарения.

Истец оспаривает данную сделку, так как считает, что ФИО1 в силу своего физического и умственного бессилия не мог отдавать отчет своим действиям и совершить указанную сделку за один месяц до смерти.

В судебном заседании истица ФИО3 просила иск удовлетворить, суду показала, что спорный жилой дом ранее принадлежал ее матери и отцу. Мать умерла раньше отца, и он один, с согласия детей, принял наследство. Ее отец болел, у него было онкологическое заболевание, на фоне заболевания он не всегда отдавал отчет своим действиям и понимал, что происходит. Он не состоял на учете врача психиатра, но они обращались к врачу психиатру, ему был выставлен диагноз, он принимал сильнодействующие лекарства. Ответчик знала, что у ФИО1 

<

данные изъяты>, он не мог подписать договор сам, подписывал рукоприкладчик. О совершенной сделке истица не знала, узнала только после смерти ее отца, указанные обстоятельства от нее скрыли, на подписание договора не пригласили. Она является наследником первой очереди наряду с братом ФИО5, о принятии наследства нотариусу в срок были поданы заявления. В настоящее время по результатам рассмотрения иска, нотариусу будут поданы дополнительные документы. 

Представитель истца ФИО6 требования истцы поддержала, просила удовлетворить исковые требования и взыскать судебные расходы в виде оплаты государственной пошлины, расходов на экспертизу, расходов на представителя. Суду пояснила, что заключением эксперта установлено, что ФИО1 в момент совершения сделки находился в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий и руководить ими в силу болезненного состояния. На основании п.1 ст.177 ГК РФ договор дарения является недействительным.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований на стороне истца - ФИО5 в судебное заседание не явился, извещен надлежаще.

Ответчик ФИО4, воспользовалась правом на представителей, просила рассмотреть дело без ее участия.

Представитель ответчика ФИО7 исковые требования не признал, просил в иске отказать, суду пояснил, что он с супругой и дочерью в течение года до смерти ФИО26 постоянно посещал свою мать ФИО4 ФИО27 имел онкологическое заболевание, но всех узнавал. Желание заключить договор дарения исходило от ФИО1, они сами хотели прибыть к нотариусу. Но в силу ухудшения состояния здоровья, попросили вызвать нотариуса на дом. Он лично посетил нотариуса и договорился. Также он попросил знакомого ФИО12 быть рукоприкладчиком и подписать договор при заключении сделки.

Представитель ответчика ФИО13 иск не признала, просила в иске отказать, суду пояснила, что со слов доверительницы ей стало известно, что заключение договора дарения - это было волеизъявление ее супруга ФИО1, он обсуждал этот вопрос, возражений никто не высказывал. ФИО4 единственная, кто ухаживала за своим супругом. ФИО1 до последнего момента находился в умственном здравии, и они постоянно разговаривали. Он знал, что у него тяжелая болезнь. Он сожалел, что ему не сделали операцию. Именно от него исходила инициатива пригласить нотариуса, чтобы заключить сделку. Нотариуса пригласили на дом. Полагает, что сделка совершена в установленном законом порядке. Приглашение рукоприкладчика необходимо было, так как после болезни ФИО1 ослаб, у него был тремор рук, и рукоприкладчик был приглашен, чтобы расписаться в договоре.

Нотариус Пограничного нотариального округа, участвующая в качестве третьего лица в судебном заседании показала, что когда она пришла, поинтересовалась у ФИО1, вызывали ли нотариуса, он подтвердил, что нотариуса вызывал. У нее причин принимать какую-либо сторону не имелось. У ФИО1 она выяснила, что он сам приял решение совершить сделку. Потом она удостоверилась, что ФИО1 сам не мог написать свою фамилию, имя, отчество и он не мог расписаться, так у него был сильный тремор рук, в связи с чем, она пригласила рукоприкладчика. Посещала ФИО1 дважды. Первый раз она пришла удостовериться, посмотреть, поговорить с дарителем. Потом на подписание договора. Сведения о совершенной сделке были сразу внесены в Единую информационную систему в день заключения сделки. 

В судебном заседании свидетель Свидетель №1 суду показал, что в июле 2018 года его пригласил ФИО7 для участия в качестве рукоприкладчика при заключении договора дарения. Присутствовали ФИО4, ФИО1, нотариус. Нотариус с ФИО1 разговаривала 10-15 минут. Сделка проходила в доме, в комнате. Нотариус разъяснила, что будет происходить сделка дарения и в случае, если даритель не сможет удостоверить сделку, то необходимо за него расписаться. ФИО1 он ранее не знал. ФИО1 дал свое согласие, что бы свидетель за него расписался, поскольку у него тряслась рука. Свидетель расписался в несколько копиях договора дарения и в журнале нотариуса. 

В судебном заседании свидетель ФИО8 суду показала, что была знакома с ФИО1, были приятельские отношения. В июле 2018 года вместе посещали процедуры в Пограничной ЦРБ, общались, разговаривали. После смерти супруги, ФИО1 высказывался о том, что ему нужна хозяйка, и он был готов ей подарить дом. В отношении детей он сказал, что они все обеспечены. Потом он женился, его супруга всегда приходила с ним на прием к врачу. Когда она в июле 2018 года встретилась с ФИО1, он на ее вопрос ответил, что чувствует, что нужно сделать дарственную. ФИО1 был нормальным, всех узнавал, они разговаривали, обсуждали личные дела. 

В судебном заседании свидетель ФИО9 суду показала, что знала ФИО1 с 1979 года. Видела в начале 2018 года, они разговаривали, было видно, что он болел. Но он был в здравом уме. Потом она ему звонила, он всегда отвечал, брал трубку, поддерживал разговор. Он просил найти ему женщину, чтобы она ему помогла дома и ухаживала за ним, говорил, что подарит ей дом. Также сообщил, что его дети знают об этом. 

В судебном заседании свидетель Свидетель №4 суду показала, что работает врачом 

<

данные изъяты> 21 апреля 2018 года к ней обращение ФИО1, в связи с тем, что пациент был выписан и Владивостокской клинической больницы № 2 и врачом психиатром у него было выявлено психическое расстройство с рекомендацией обратиться на консультацию к врачу психиатру по месту жительства. Осмотр был однократным. Находясь на лечении во Владивостокской клинической больнице № 2 пациенту оказывалась психиатрическая помощь, в связи с изменением его состояния. На момент осмотра ему был выставлен диагноз: 

<

данные изъяты> На момент осмотра 21 апреля 2018 года пациента сопровождала его супруга. Поведение пациента было спокойным, состояние было стабильное. Он не помнил, что с ним происходило в г. Владивостоке и была забывчивость на происходящие с ним события. Снижена способность к запоминанию. У таких пациентов возникают сложности с выполнением сложных операций, и они теряются в малознакомой обстановке. Если окружение привычное и знакомое, то пациенты ведут себя нормально. Данный пациент полностью ориентировался в собственной личности, он ориентировался в пространстве. Он знал свое имя, возраст, место проживания и немного неточно указал дату рождения. У пациента был достаточный контакт. На вопросы он отвечал односложно, внятно. Необходимости в постановке на учет не имелось.

В судебном заседании свидетель Свидетель №7 суду показала, что работает 

<

данные изъяты> приносила ФИО1 пенсию и почту, обслуживала длительный период. Он сам расписывался в получении пенсии. Он был общительный, поддерживал беседу. Ближе к лету 2018 года он заболел, с рукой была проблема, и он не мог писать. В его присутствии пенсия выдавалась жене. 

В судебном заседании свидетель ФИО10 суду показала, что ее супругом является ФИО7, а ФИО4 мать супруга. О сделке она узнала от мужа, когда сделка уже была совершена. ФИО1 заболел, то с ним постоянно находилась ФИО2, а также помогала она с супругом. ФИО1 всех узнавал, со всеми общался, всегда читал газеты.

ФИО1 не смог самостоятельно передвигаться с лета 2018 года.

В судебном заседании свидетель ФИО11 пояснила, что ФИО1 был ее родным дедушкой, она навешала его. Когда он заболеет, стал плохо передвигаться, лежал, не работала рука. В июле 2018 года он не вставал, его состояние являлось беспомощным. О сделке она узнала от своей матери, при ней имущественные вопросы с дедушкой не велись. Он разговаривал, но не понимал, что говорит и речь была невнятной. 

Заслушав стороны, исследовав материалы дела, суд приходит к выводу, что исковые требования подлежат удовлетворению.

Судом установлено, что ФИО1 являлся собственником жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: 

<

адрес> на основании свидетельств о государственной регистрации права от 25.08.2008 года и свидетельств о праве на наследство по закону от 31.07.2008 года. 

В соответствии с записью акта о заключении брака № 26 от 21.03.2014 года, ФИО1 вступил в брак с ФИО4.

19.07.2018 года ФИО1 по договору дарения подарил принадлежащий ему на праве собственности жилой дом и земельный участок по адресу: 

<

адрес> своей супруге ФИО4, право собственности которой зарегистрировано 02.08.2018 в Едином государственном реестре недвижимости Управления Росреестра по Приморскому краю №25:14:040202:1391-25/005/2018-2 на жилой дом и № 25:14:040202:1061-25/005/2018-2 от 02.08.2018 года на земельный участок.

Договор дарения от 19.07.2018 года подписан ФИО4 и Свидетель №1 ввиду болезни ФИО1 по его просьбе в присутствии нотариуса.

ФИО1 умер ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно пункту 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Пунктом 1 статьи 177 ГК РФ предусмотрено, что сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

По договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом (пункт 1 статьи 572 ГК РФ).

Для проверки доводов истца о том, что ФИО1 не понимал характер своих действий в рассматриваемый период, судом по ходатайству истца назначена посмертная психолого-психиатрическая экспертиза по материалам гражданского дела и истребованных судом медицинских документов. 

Согласно заключению судебной психологической экспертизы с привлечением врача-психиатра № 458/3-2-52 от 26.06.2019 года, установлено, что ФИО1, 

<

данные изъяты> страдал 

<

данные изъяты> Выраженность нарушений позволяет дать заключение о неспособности ФИО28 в период подписания договора дарения от 19.07.2018 понимать значение своих действий и руководить ими. 

Какая-либо информация об индивидуально-психологических особенностях ФИО1 (его темпераменте, характере, особенностях мотивационной сферы и пр.) и динамике их изменений в связи с имеющимися у него заболеваниями, не имеется. Каких-либо данных, свидетельствующих о том, что в момент заключения сделки ФИО1 находился в юридически значимом непатологическом эмоциональной состоянии, способном существенно повлиять на его способность понимать значение своих действий и руководить им, не имеется.

Таким образом, в соответствии с выводами экспертов, ФИО1 в период подписания договора дарения 19.07.2018 г. и ранее страдал 

<

данные изъяты>. ФИО1 в момент подписания договора дарения 19.07.2018 в силу наличия психического заболевания не мог понимать значение своих действий и руководить ими.

Экспертиза проведена экспертами на основе тщательного анализа медицинской документации в отношении ФИО29 материалов гражданского дела, в том числе, показаний свидетелей, и утвердительно указывает на не возможность ФИО14 в момент оформления сделки понимать значение своих действий и руководить ими.

В силу части 1 статьи 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Приведенное экспертное заключение ответчиком не опровергнуто, признано судом достоверным, соответствующим требованиям статей 85 и 86 ГПК РФ, оснований сомневаться в выводах экспертов не имеется.

Таким образом, основание недействительности сделки, предусмотренное в п.1 ст.177 ГК РФ, связано с пороком воли, вследствие чего сделка, совершенная гражданином, находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, не может рассматриваться в качестве сделки, совершенной по его воле.

Ссылки ответчиков о наличии у ФИО1 воли на дарение принадлежащего ему имущества, являются ошибочными. Как указал эксперт, подтверждением психического состояния в период времени, предшествовавший подписанию договора дарения у ФИО1, также являются показатели ситуационного социального функционирования, т.е. его не способность активно и самостоятельно участвовать в оформлении сделки. Порок воли при совершении сделок, может быть обусловлен как отсутствием воли, так и неправильным формированием ее или несоответствием волеизъявления внутренней воле лица, заключающего сделку.

С учетом изложенного, судом установлены обстоятельства, безусловно свидетельствующие о выбытии жилого дома и земельного участка из владения ФИО1 помимо его воли.

Таким образом, договор дарения от 19.07.2018 года на основании п.1 ст.177 ГК РФ подлежит признанию судом недействительным по иску наследника ФИО3, являющейся дочерь умершего ФИО1, что подтверждается свидетельством о рождении от ДД.ММ.ГГГГ, поскольку ее права и интересы в отношении наследования недвижимого имущества, принадлежащего наследодателю, нарушены в результате совершения оспариваемой сделки.

Согласно п.3 ст.177 ГК РФ если сделка признана недействительной на основании настоящей статьи, соответственно применяются правила, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 статьи 171 ГК РФ, то есть каждая из сторон такой сделки обязана возвратить другой все полученное в натуре.

В данном случае, суд полагает, что применение двусторонней реституции заключается в необходимости указания в решении суда об аннулировании записи регистрации перехода права собственности на ФИО4 в Едином государственном реестре недвижимости Управления Росреестра по Приморскому краю на жилой дом и земельный участок.

В судебном заседании истцом заявлено о взыскании понесенных судебных издержек.

Статьей 100 ГПК РФ установлено, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Из квитанции от 19.12.2018 года, известно, что ФИО3 оплатила услуги адвоката в размере 20 000 рублей. 

Заявленные расходы истца по оплате услуг представителя по соглашению с учетом количества судебных заседаний, объема выполненной работы суд признает чрезмерными и полагает разумным и подлежащим взысканию сумму в размере 10 000 рублей. 

Согласно ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. 

В данном случае взысканию с ответчика в пользу истца подлежит уплаченная при подаче иска государственная пошлина в сумме 15376 рублей, и сумма в размере 40 000 рублей, внесенная по чеку-ордеру № 4999 от 03.04.2019 года и перечисленная за проведение посмертной судебно-психологической экспертизы с привлечением врача-психиатра.

Руководствуясь ст. 198 ГПК РФ, суд 

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО3 к ФИО4 о признании договора дарения недействительным, удовлетворить.

Признать недействительным договор дарения жилого дома, площадью 65,2 кв.метра, кадастровый №, расположенного по адресу: 

<

адрес> и земельного участка площадью 1276 кв.метров, с кадастровым номером № расположенного относительно ориентира в границах участка, ориентир жилой дом, почтовый адрес ориентира : 

<

адрес>, заключенный 19.07.2018 года между ФИО1 и ФИО4.

Аннулировать запись регистрации перехода права собственности на ФИО4 в Едином государственном реестре недвижимости Управления Росреестра по Приморскому краю от 02.08.2019 года № на жилой дом и № от 02.08.2018 года на земельный участок.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО3 судебные расходы на оплату государственной пошлины в сумме 15 376 рублей, расходы на оплату экспертизы в сумме 40 000 рублей, а также частично расходы на оплату услуг представителя в сумме 10 000 рублей, а всего 65 376 рублей.

Решение может быть обжаловано в Приморский краевой суд через Пограничный районный суд в течение месяца со дня принятия мотивированного решения.

Судья: С.Б.Хрещатая