Судья Ирбеткина Е.А. 24RS0002-01-2025-003740-54

Дело № 33-2511/2026

2.160

КРАСНОЯРСКИЙ КРАЕВОЙ СУД

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

11 февраля 2026 года г. Красноярск

Судебная коллегия по гражданским делам Красноярского краевого суда в составе:

председательствующего Тарараевой Т.С.

судей Ашихминой Е.Ю., Полынкиной Е.А.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Серегиной М.О.,

рассмотрела в открытом судебном заседании по докладу судьи Полынкиной Е.А.

гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 о взыскании ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, судебных расходов

по апелляционной жалобе ФИО1,

на решение Ачинский городской суд Красноярского края от 05 ноября 2025 года, которым постановлено:

«В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3 о возмещении материального ущерба, судебных расходов отказать.»

Заслушав докладчика, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО3 о взыскании ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, судебных расходов. Требования мотивированы тем, что 21.09.2021 года на автодороге «Ачинск-Ужур-Шира-Троицкое» произошло ДТП с участием автомобиля ГАЗ СА 3351, гос.номер №, которое передвигалось на жесткой сцепке с другим автомобилем ГАЗ 2430100, гос.номер № под управлением водителя ФИО3, и не было оборудовано опознавательными знаками и сигналами освещения, седельного тягача IVECO, гос.номер № под управлением ФИО4, принадлежащего на праве собственности ФИО5, а также автомобиля BMW X1, гос.номер № под управлением истца и принадлежащим ей на праве собственности. В условиях происшествия водитель ФИО4 не справился с управлением, не соблюдал дистанцию, которая позволила бы избежать столкновения, нарушил п.п. 1.3, 1.5, 9.10, 10.1 Правил дорожного движения РФ и допустил столкновение с автомобилем ГАЗ 3430100, с его последующим съездом в кювет, из-за чего жесткая сцепка отцепилась и второй автомобиль ГАЗ СА 3351 отбросило на проезжую часть. После столкновения грузовых автомобилей каких-либо аварийных сигналов, дополнительных светоотражающих знаков на месте ДТП не было выставлено. В результате чего на дороге была создана опасная аварийная ситуация. Это не позволило истцу своевременно обнаружить автомобиль, который оторвался от жесткой сцепки, перегородил проезжую часть, в результате чего произошло ДТП, в котором автомобилю истца были причинены технические повреждения. По оценке эксперта стоимость автомобиля BMW X1 на дату происшествия составила 1 175 700 руб., стоимость годных остатков транспортного средства – 335 800 руб., итого сумма ущерба 839 000 руб. Ранее истец обращалась в Кормиловский районный суд Омской области с иском к ФИО4, ФИО5 о взыскании ущерба. Решением Кормиловского районного суда Омской области от 19.04.2024 года в удовлетворении иска было отказано. Решение вступило в законную силу. Позднее в Ачинский городской суд Красноярского края поступило исковое заявление ФИО3 к ФИО5, ФИО4 о возмещении ущерба. Решением Ачинского городского суда от 29.01.2025 года исковые требования ФИО3 были удовлетворены частично, в его пользу с ФИО4 взыскан ущерб в размере 230 186,94 руб., судебные расходы. При рассмотрении дела Ачинским городским судом установлена обюдная вина ФИО3 и ФИО4 в дорожно-транспортном происшествии, ФИО3 нарушил п.п. 7.1, 19.1 ПДД РФ (отсутствие аварийной сигнализации, габаритных огней на буксируемом транспортном средстве), ФИО4 нарушил п.п. 9.10, 10.1 ПДД. Истец считает, что именно при рассмотрении данного гражданского дела в Ачинском городском суде установлены точные конкретные обстоятельства ДТП с участием ее автомобиля и лежащем на дороге кузовом автомобиля ГАЗ САЗ 3511, который ранее на жесткой сцепке буксировал автомобиль ГАЗ 3430100. Просила взыскать с ФИО3 в свою пользу материальный ущерб в размере 839 900 руб., расходы на услуги эвакуатора в размере 8 000 руб., расходы на проведение экспертизы в размере 15 000 руб., расходы на получение дубликата экспертного заключения – 1 000 руб., расходы по оплате государственной пошлины – 22 258 руб.

Судом первой инстанции постановлено приведенное выше решение.

В апелляционной жалобе ФИО1 указывает на то, что она категорически не согласна с принятым судом решением, считает его несправедливым, и подлежащим отмене. Приводит доводы, аналогичные тем, что содержатся в исковом заявлении. Считает, что срок исковой давности ею не пропущен, а если и пропущен, то по уважительной причине, так как вина водителей устанавливалась при рассмотрении дела в Ачинском городском суде. Кроме того, указывает на то, что у суда не имелось оснований для привлечения к участию в деле в качестве третьего лица ФИО6 и в связи с этим отложения судебного заседания, что позволило ответчику на последнем судебном заседании заявить ходатайство о пропуске срока исковой давности.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, полагая возможным рассмотреть дело в отсутствие лиц, участвующих в деле, надлежаще извещенных о времени и месте судебного разбирательства, не сообщивших суду об уважительных причинах неявки, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

На основании ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии со ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Согласно ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 21.09.2021 года на 10 км. автодороги «Ачинск-Ужур-Троицкое» произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля IVECO №, гос.номер № с полуприцепом SCHMITZ, гос.номер №, принадлежащего ФИО5 под управлением ФИО4, и автомобиля ГАЗ430100, г/н №, принадлежащего ФИО2 и под его управлением, а также автомобиля ГАЗСА33511, гос.номер №, который двигался на жесткой сцепке с автомобилем ГАЗ430100.

Данное дорожно-транспортное происшествие имело следующий механизм: водитель ФИО4 управляя автомобиля IVECO допустил столкновение с автомобилем ГАЗСА33511, который двигался на жесткой сцепке с автомобилем ГАЗ430100 под управлением ФИО3, в результате чего автомобиль ГАЗ430100 съехал в правый по ходу движения кювет, а буксируемый автомобиль ГАЗСА33511 выехал на полосу встречного движения, с последующим столкновением с автомобилем Мазда, гос.номер № под управлением ФИО7 Находившемуся в автомобиле ГАЗ430100 пассажиру ГАЗ430100 ФИО8 причинены телесные повреждения – легкий вред здоровью. В последующем произошло столкновение транспортного средства BMW X1, гос.номер № под управлением собственника ФИО1 с препятствием в виде транспортного средства ГАЗСА3351 (кузов буксируемого автомобиля ГАЗСА33511).

Гражданская ответственность водителя ФИО4, ФИО5, ФИО3 на дату ДТП застрахована не была.

Постановлением Ачинского городского суда от 30.05.2022 года, вступившим в законную силу 05.07.2022 года ФИО4 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.27 КоАП РФ.

Указанным постановлением Ачинского городского суда от 30.05.2022 года установлено, что ФИО4 нарушил п.п. 1.3, 1.5, 9.10, 10.1 Правил дорожного движения, управляя автомобилем IVECO АС440С48Т, гос.номер № двигался со скоростью не обеспечивающей возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения правил, не учитывая интенсивность движения транспортных средств, не соблюдал дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, то есть автомобиля ГАЗ430100, которым управлял ФИО3, в связи с чем, допустил столкновение с данным автомобилем. При этом, суд установил, что наезд автомобиля БМВ Х1 под управлением ФИО1 на лежащее неподвижно на полосе движения препятствие в виде кузова автомобиля ГАЗСА33511 произошло после того, как движение всех других автомобилей было прекращено, в связи с чем суд пришел к выводу о том, что имело место два последовательных события, возникших в процессе движения по дороге и транспортных средств, с их участием и повлекших их повреждения. Первое ДТП по времени произошло с участием автомобиля IVECO АС440С48Т с полуприцепом SCHMITZ под управлением ФИО4 и автомобиля ГАЗ430100 с буксируемым на жесткой сцепке с автомобилем ГАЗСАЗ351, а также автомобиля Мазда. Второе – с участием автомобиля БМВ Х1 под управлением ФИО1, столкнувшейся с лежащим неподвижно на полосе движения кузовом автомобиля ГАЗСАЗ351, при этом между действиями ФИО4 и произошедшим впоследствии столкновением автомобиля под управлением ФИО1 с неподвижно лежащим на полосе движения препятствием в виде кузова автомобиля ГАЗСА33511 отсутствует причинно-следственная связь. В связи с чем, суд исключил как излишне вменяемое указание на повлекшее виновными действиями ФИО4 столкновение автомобиля БМВ Х1 с автомобилем ГАЗСА33511.

ФИО1 обращалась в Кормиловский районный суд Омской области с иском к ФИО5, ФИО4 о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием.

Решением Кормиловского районного суда Омской области от 19.04.2024 года ФИО1 было отказано в удовлетворении исковых требований к ФИО5, ФИО4 о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием.

Отказывая в иске Кормиловский районный суд Омской области исходил из вступившего в законную силу постановления Ачинского городского суда от 30.05.2022 года, а также из заключения проведенной по делу судебной автотехнической экспертизы от 03.04.2024 года, по выводам которой с технической стороны имеется прямая причинно-следственная связь наезда автомобиля БМВ на кузов автомобиля ГАЗСА33511 с движением водителя ФИО1 со скоростью, превышающей ее значения по условиям видимости и условиям сцепления шин на мокром покрытии. Суд пришел к выводу о том, что ФИО1 нарушила п. 1.5, п. 10.1 ПДД, в связи с чем оснований для удовлетворения исковых требований не имеется.

Апелляционным определением Омского областного суда от 11.09.2024 года решение Кормиловского районного суда Омской области от 19.04.2025 оставлено без изменения, апелляционная жалоба ФИО1 без удовлетворения.

Соглашаясь с выводами суда первой инстанции, судебная коллегия по гражданским делам Омского областного суда указала на преюдициально установленные постановлением Ачинского городского суда от 30.05.2022 года обстоятельства об отсутствии причинно-следственной связи между действиями водителя ФИО4 и произошедшим впоследствии столкновением автомобиля под управлением ФИО1 с неподвижно лежащим на полосе движения препятствием в виде кузова автомобиля ГАЗСА33511. При этом, суд апелляционной инстанции исключил выводы о вине ФИО1 в ДТП из мотивировочной части решения – нарушение п. 10.1 Правил дорожного движения и превышение разрешенного скоростного режима, указав, что данный вопрос мог быть разрешен только при рассмотрении дела по существу в надлежащем субъектом составе, тогда как к владельцу автомобиля ГАЗ430100 ФИО1 требований заявлено не было.

Определением Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от 11.02.2025 года решение Кормиловского районного суда Омской области от 19.04.2024 года, апелляционное определение Омского областного суда от 11.09.2024 года оставлены без изменения.

ФИО3 обратился в Ачинский городской суд Красноярского края с иском к ФИО5, ФИО4 о возмещении ущерба, причиненного в дорожно-транспортном происшествии, морального вреда, судебных расходов.

Решением Ачинского городского суда Красноярского края от 29.01.2025 года исковые требования ФИО3 удовлетворены частично. С ФИО4 в пользу ФИО3 взыскан ущерб в размере 230 186,94 руб., компенсация морального вреда в размере 15 000 руб., судебные расходы. В удовлетворении требований к ФИО5 отказано.

Принимая такое решение, суд пришел к выводу о наличии обоюдной вины водителей ФИО4 и ФИО3 в произошедшем дорожно-транспортном происшествии, определив степень вины каждого из водителей в размере 50%: ФИО4 нарушил п.п. 9.10, 10.1 ПДД РФ, а ФИО3 п. 7.1 ПДД (аварийная сигнализация должна быть включена, в том числе, при буксировке (на буксируемом механическом транспортном средстве), п. 19.1 ПДД РФ (в темное время суток и в условиях недостаточной видимости независимо от освещения дороги на прицепах и буксируемых механических транспортных средствах должны быть включены габаритные огни). ФИО3 двигался на автомобиле ГАЗ430100 и осуществлял буксировку на жесткой сцепке автомобиля ГАЗСА33511 без авариной сигнализации на буксируемом автомобиле и габаритных огней на нем. Взыскивая компенсацию морального вреда в пользу ФИО3 суд исходил из того, что в ДТП ФИО3 получена автодорожная травма в виде ушиба грудной клетки справа (заключение эксперта № 1111 от 25.10.2021).

Решение Ачинского городского суда Красноярского края от 29.01.2025 года вступило в законную силу 13.03.2025 года. При рассмотрении настоящего гражданского дела судом первой инстанции было запрошено заключение экспертизы Сибирского государственного автомобильно-дорожного университета от 20.03.2024, проведенной при рассмотрении дела Кормиловским районным судом Омской области.

Согласно заключению Сибирского государственного автомобильно-дорожного университета от 20.03.2024 года, попутное столкновение автопоезда IVECO АС440С48Тс автомобилем ГАЗ 430100 и ГАЗСАЗ3511 происходило со смещением грузового седельного автопоезда в правый кювет вместе с опрокидыванием автомобиля ГАЗ 430100 на расстояние вдоль дороги более 42,3 м, автомобиль ГАЗСАЗ3511 сместился в левый кювет, а его кузов был отброшен вдоль дороги на расстояние более 42,3+26,8м>69,1м. После этого в направлении с г. Назарово проехал автомобиль Мазда СХ5, который со смещением вправо и с маневрированием по разбросанным дровам остановился на расстоянии более 39,1+42,2+26,8>108,2м. В его показаниях нет сведений о видимости фар встречного автомобиля ВМВ Х1. Поэтому после первого ДТП прошло некоторое время и с технической точки зрения нет причинно-следственной связи между первым ДТП с попутным столкновением автопоездов и последующим наездом автомобиля БМВ Х1, гос.номер № на лежащий на дороге кузов от автомобиля ГАЗСАЗ3511.

По зафиксированным повреждениям и перемещениям на основе законов механики скорость автомобиля ВМW Х1 в момент входа в контакт с лежащим на дороге кузовом от автомобиля ГАЗ-САЗ3511 могла быть выше 60 км/ч, при этом при скорости движения автомобиля ВМW Х1 на подходе 80 км/ч расстояние видимости водителем ФИО1 кузова на дороге могло составить по расчету 49,2 м.

Для остановки автомобиля ВМW Х1 со скорости 80км/ч на мокрой дороге с асфальтобетонным покрытием экстренным торможением требовалось расстояние не менее 77,56 м. и на расстоянии видимости 49,2 м экстренным торможением можно было остановить автомобиль ВМW Х1 с начальной скорости не более 52 км/ч.

По выполненному расчету для объезда лежащего на дороге кузова со смещением влево автомобиля ВМW Х1 на 0,5 м требовалось при скорости 80км/ч расстояние 55,66 м для маневра «смены полосы движения» и 47,23 м для маневра «вход и выход из поворота».

При отсутствии данных о массе лежащего на дороге кузова от автомобиля ГАЗ-САЗ3511 и сопротивлении на его перемещение, а также потерь энергии на деформации и разрушения автомобиля ВМW Х1 с правой стороны скорость этого автомобиля в момент входа в контакт могла быть выше 60 м/ч, а на подходе с указанным водителем началом торможения она могла быть 80 км/ч. (л.д. 140-144).

Разрешая настоящие исковые требования ФИО1 к ФИО3, суд первой инстанции, дав оценку представленным доказательствам, проанализировав обстоятельства дорожно-транспортного происшествия с учетом вступивших в законную силу судебных актов по данному дорожно-транспортному происшествию, приняв в качестве доказательства по делу заключение экспертизы Сибирского государственного автомобильно-дорожного университета от 20.03.2024, проведенной при рассмотрении дела Кормиловским районным судом Омской области, предоставленного в материалы настоящего гражданского дела по запросу суда, пришел к выводу о том, что нарушение ФИО3 п.п. 7.1, 19.1 не находятся в причинно-следственной связи с наездом автомобиля БМВ под управлением ФИО1 на препятствие. Также в действиях Чулкина А..В. отсутствуют нарушения п. п. 2.5, 7.2 ПДД, выразившиеся в не включении им аварийной сигнализации и не выставлению знака аварийной остановки, поскольку ФИО3 объективно не располагал возможностью выполнить предписания п. п. 2.5, 7.2 Правил дорожного движения, так как был травмирован в результате столкновения транспортных средств и съезда автомобиля ГАЗ430100 в кювет. Напротив, наезд ФИО1 при управлении транспортным средством на лежащее на полосе движения препятствие в виде кузова автомобиля ГАЗСА33511 расценены судом как нарушение ФИО1 требований пункта 10.1 ПДД РФ, учитывая, что кузов от автомобиля ГАЗ-СА33511 при приближении в свете фар мог быть визуально ею определен как опасное препятствие, однако, избранный ФИО1 в темное время суток на мокрой дороге скоростной режим не позволял исполнить должным образом требования Правил дорожного движения, что повлекло ситуацию, когда истец не справилась с управлением транспортным средством и совершила столкновение с кузовом от автомобиля ГАЗ-САЗ 3511.

Судебная коллегия исходя из доводов апелляционной жалобы с решением суда первой инстанции соглашается.

Согласно п. 1.3 Правил дорожного движения РФ, участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами.

В соответствии с п. 1.5 Правил дорожного движения РФ участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Пунктом 2.5 Правил дорожного движения РФ предусмотрено, что при дорожно-транспортном происшествии водитель, причастный к нему, обязан немедленно остановить (не трогать с места) транспортное средство, включить аварийную сигнализацию и выставить знак аварийной остановки в соответствии с требованиями пункта 7.2 Правил, не перемещать предметы, имеющие отношение к происшествию. При нахождении на проезжей части водитель обязан соблюдать меры предосторожности.

Пунктом 7.2 Правил дорожного движения РФ предусмотрено, что при остановке транспортного средства и включении аварийной сигнализации, а также при ее неисправности или отсутствии знак аварийной остановки должен быть незамедлительно выставлен при дорожно-транспортном происшествии. Этот знак устанавливается на расстоянии, обеспечивающем в конкретной обстановке своевременное предупреждение других водителей об опасности. Однако это расстояние должно быть не менее 15 м от транспортного средства в населенных пунктах и 30 м - вне населенных пунктов.

В соответствии с п. 1.2 ПДД опасность для движения - ситуация, возникшая в процессе дорожного движения, при которой продолжение движения в том же направлении и с той же скоростью создает угрозу возникновения дорожно-транспортного происшествия; преимущество (приоритет) - право на первоочередное движение в намеченном направлении по отношению к другим участникам движения.

Согласно п. 10.1 Правил дорожного движения РФ, водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Доводы апелляционной жалобы ФИО1 как и основания заявленного ею иска по существу сводятся к тому что, дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля IVECO АС440С48Т и автомобиля ГАЗ 430100 и ГАЗСАЗ3511 и с участием ее автомобиля БМВ Х1 с наездом на препятствие в виде кузова автомобиля ГАЗСАЗ3511 находятся во взаимосвязи, в связи с чем при установлении 50% вины ФИО3 в ДТП ей подлежит возмещению ущерб.

Данные доводы жалобы истца судебная коллегия отклоняет, поскольку в рассматриваемой ситуации имело место два ДТП, которые произошли в разное время. Первое событие ДТП – столкновение автомобилей IVECO АС440С48Т с полуприцепом SCHMITZ под управлением ФИО4 и автомобиля ГАЗ430100 с буксируемым на жесткой сцепке с автомобилем ГАЗСАЗ351. Второе ДТП – с участием автомобиля БМВ Х1 под управлением ФИО1, столкнувшейся с лежащим неподвижно на полосе движения кузовом автомобиля ГАЗСАЗ351. Действия водителя ФИО3 в случившимся ДТП с автомобилем IVECO, выразившиеся в буксировке механического транспортного средства без включения габаритных огней являются необходимым, но недостаточным условием наезда водителем автомобиля БМВ Х1 ФИО1 на препятствие на дороге в виде кузова от автомобиля, т.е. не находятся в прямой и непосредственной связи с дорожно-транспортным происшествием с участием автомобиля БМВ. Второе событие ДТП - наезд автомобиля БМВ на препятствие произошло без участия автомобиля ГАЗ430100 с буксируемым на жесткой сцепке с автомобилем ГАЗСАЗ351 и после окончания движения автомобиля ГАЗ430100.

Действия водителя ФИО1 не соответствующие с технической точки зрения требованиям п. 10.1 ПДД РФ, находятся в прямой и непосредственной причинно-следственной связи с наездом ее автомобиля на находящее на дороге препятствие в виде лежащего неподвижно на полосе движения кузова автомобиля ГАЗСАЗ351.

С учетом данных обстоятельств, судебная коллегия, соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что повреждение автомобиля истца произошло без использования транспортного средства под управлением ГАЗ430100 с буксируемым на жесткой сцепке с автомобилем ГАЗСАЗ351, и именно несоблюдение п. 10.1 ПДД РФ водителем ФИО1 находятся в причинно-следственной связи с ДТП, поскольку положения абз. 2 п. 10.1 Правила дорожного движения РФ конкретизируют действия водителя при возникновении опасности для движения, которую он в состоянии обнаружить. ФИО1 будучи участником дорожного движения, управляющим транспортным средством, которое является источником повышенной опасности, должна была максимально внимательно относиться к дорожной обстановке и соблюдать предъявляемые к водителям транспортных средств требования Правил дорожного движения РФ.

Также судебная коллегия полагает, что невыполнение ФИО3 требований п.п. 2.5, 7.1 Правил дорожного движения РФ не находится в причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием с участием автомобиля БМВ в соответствии с вышеуказанными выводами судебной коллегии, а также в связи с объективной невозможностью выставить знак авариной ситуации в связи с получением травмы в ДТП.

Доводы жалобы в указанной части не содержат обстоятельств, свидетельствующих о нарушении судом норм материального и процессуального права, и сводятся фактически к несогласию с той оценкой, которую исследованным по делу доказательствам дал суд первой инстанции.

Кроме того, отказывая в иске ФИО1, суд первой инстанции указал, что истцом пропущен срок исковой давности, так как ДТП имело место быть 21.09.2021 года, а исковое заявление к ФИО3 подано 12.08.2025, т.е. по истечении установленного трехлетнего срока исковой давности.

Вместе с тем, доводы апелляционной жалобы ФИО1 о том, что ею не пропущен срок исковой давности заслуживают внимание.

Согласно ст. 196 Гражданского кодекса РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Пунктом 1 ст. 199 Гражданского кодекса РФ установлено, что требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности.

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно п. 1 ст. 200 Гражданского кодекса РФ если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, регулирование сроков для обращения в суд, включая их изменение и отмену, относится к компетенции законодателя; установление этих сроков обусловлено необходимостью обеспечить стабильность правоотношений и не может рассматриваться как нарушение права на судебную защиту (Постановление от 15 февраля 2016 г. N 3-П; определения от 3 октября 2006 г. N 439-О, от 8 апреля 2010 г. N 456-О-О и др.) Данный вывод в полной мере распространяется и на гражданско-правовой институт исковой давности, в частности на определение законодателем момента начала течения указанного срока (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2016 г. N 2090-О, от 28 февраля 2017 г. N 420-О и др.).

При этом Конституционный Суд Российской Федерации отмечал, что положение п. 1 ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации сформулировано таким образом, что наделяет суд необходимыми полномочиями по определению момента начала течения срока исковой давности исходя из фактических обстоятельств дела (определения от 29 марта 2016 г. N 516-О, от 25 октября 2016 г. N 2309-О и др.).

В данном деле ФИО1 обращалась в суд с иском к ФИО4 о возмещении ущерба, в удовлетворении которого ей было отказано с указанием на то, что она неверно определила субъектный состав спора, выбрала ненадлежащего ответчика, в последующем принимала участие при рассмотрении гражданского дела в качестве третьего лица по иску ФИО3 к ФИО4, по которому принято решение 29.01.2025 года об установлении вины ФИО3 в дорожно-транспортном происшествии с участием его автомобиля и автомобиля IVECO под управлением ФИО4 Указанное решение вступило в законную силу 13.03.2025 года.

Таким образом, судебная коллегия признает вывод суда первой инстанции о пропуске истцом срока исковой давности неверным, и считает, что поскольку вина ФИО3 в ДТП установлена в гражданском деле № 2-83/2025, которое вступило в закону силу 13.03.2025 года, с настоящим иском ФИО1 обратилась 12.08.2025 года согласно штампу на конверте, срок исковой давности истцом не пропущен.

Однако неправильный вывод суда первой инстанции относительно заявления ответчика о пропуске истцом срока на обращение в суд с иском не влечет отмены постановленного по настоящему делу решения, поскольку, в иске истцу отказано не только вследствие пропуска срока исковой давности, но и по существу заявленных исковых требований.

Довод апелляционной жалобы об отсутствии оснований для привлечения к участию в деле в качестве третьего лица не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора ФИО6 также признается несостоятельным, не влияющим на существо принятого судом решения.

Суд с достаточной полнотой исследовал все обстоятельства дела, дал надлежащую оценку представленным доказательствам, выводы суда не противоречат материалам дела, юридически значимые обстоятельства по делу судом установлены правильно, нормы материального права судом применены верно. Оснований для отмены решения суда не имеется.

Безусловных оснований, предусмотренных ч. 4 ст. 330 ГПК РФ, которые могли бы повлечь отмену судебного постановления, судебной коллегией не установлено.

Руководствуясь ст.ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Ачинского городского суда Красноярского края от 05 ноября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Председательствующий Т.С. Тарараева

Судьи Е.Ю. Ашихмина

Е.А. Полынкина

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 19 февраля 2026 года.