САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

Рег. № 22-6572/2025

Дело № 1-606/2025 Судья Маркова Н.А.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Санкт-Петербург 24 июля 2025 года

Судья судебной коллегии по уголовным делам Санкт-Петербургского городского суда ФИО3, с участием:

старшего прокурора отдела управления прокуратуры Санкт-Петербурга Денищица Е.А.,

лица, в отношении которого прекращено уголовное дело и уголовное преследование, ФИО4, его защитника-адвоката Сабитовой Д.И.,

при помощнике судьи Азимовой Ф.А.,

рассмотрел в апелляционном порядке уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя – помощника прокурора Невского района Санкт-Петербурга ФИО5 на постановление Невского районного суда Санкт-Петербурга от 14 мая 2025 года, которым уголовное дело в отношении

ФИО4, 

<

...>, несудимого,

обвинявшегося в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ,

прекращено на основании ст. 25 УПК РФ, в связи с примирением с потерпевшим. с прекращением в отношении него уголовного преследования.

Меру пресечения – подписку о невыезде и надлежащем поведении постановлено отменить по вступлении постановления в законную силу.

Судом первой инстанции также разрешена судьба вещественного доказательства.

Доложив материалы дела, заслушав выступление прокурора Денищица Е.А., поддержавшего доводы апелляционного представления, а также мнение мнения ФИО4 и его защитника, возражавших против удовлетворения апелляционного представления, суд апелляционной инстанции 

УСТАНОВИЛ:

Постановлением Невского районного суда Санкт-Петербурга от 14 мая 2025 года уголовное дело и уголовное преследование ФИО4 прекращено на основании ст. 25 УПК РФ, в связи с примирением с потерпевшим ФИО1

В апелляционном представлении государственный обвинитель – помощник прокурора 

<

адрес> Санкт-Петербурга ФИО5 просит отменить постановление Невского районного суда Санкт-Петербурга от 14 мая 2025 года о прекращении уголовного дела в отношении ФИО4, уголовное дело в отношении ФИО4 направить в Невский районный суд Санкт-Петербурга на новое судебное разбирательство в ином составе суда. 

Полагает, что постановление суда является незаконным и необоснованным в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в постановлении, фактическим обстоятельствам уголовного дела, а также в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона, неправильным применением уголовного закона.

Указывает, что в соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в определении от 04.06.2007 N? 519-О-О, полномочие суда отказать в прекращении уголовного дела с связи с примирением сторон, вытекающее из взаимосвязанных положений ст. 76 УК РФ и ст. 25 УПК РФ, направлено на достижение конституционно значимых целей дифференциации уголовной ответственности и наказания, усиления их испарительного воздействия, предупреждения новых преступлений и тем самым - защита личности, общества и государства от преступных посягательств. При этом, указание в названных статьях на возможность, а не обязанность освобождения от уголовной ответственности и прекращения уголовного дела, означает необходимость принятия соответствующего решения с учетом всей совокупности обстоятельств конкретного дела, включая степень общественной опасности

Аналогичная позиция изложена в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2013 № 19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности», согласно п. 9 которого при разрешении вопроса об освобождении лица, совершившего преступление, от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим, судам следует учитывать конкретные обстоятельства уголовного дела, включая особенности и число объектов преступного посягательства, их приоритет. наличие свободно выраженного волеизъявления потерпевшего, изменение степени общественной опасности лица, совершившего преступление, после заглаживания вреда и примирения с потерпевшим, личность совершившего преступление, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание.

Таким образом, суд обязан не просто констатировать наличие или отсутствие указанных в законе оснований для прекращения уголовного дела, а принять справедливое и мотивированное решение с учетом всей совокупности данных, характеризующих в том числе особенности объекта преступного посягательства, обстоятельства его совершения, конкретные действия, предпринятые лицом для возмещения ущерба или иного Заглаживания причиненного преступлением вреда, изменение степени общественной опасности деяния вследствие таких действий.

Придя к выводу о возможности прекращения уголовного дела в отношении ФИО4 в связи с примирением с потерпевшим, Невский районный суд г. Санкт-Петербурга исходил из того, что он обвиняется в совершении преступления небольшой тяжести, не судим, отрицательной информации о нем не содержится в материалах дела, загладил причиненный преступлением вред и примирился с потерпевшим, а повышенная степень общественной опасности инкриминируемого ФИО4 преступления не может быть принята судом во внимание при разрешении вопроса о прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон.

При этом судом оставлено без внимания, что основным объектом посягательства, в совершении которого обвиняется ФИО4, являются общественные отношения в сфере безопасности дорожного движения и эксплуатации транспортных средств. Общественная опасность содеянного заключается в причинении вреда интересам государства и общества в сфере транспортных средств, являющихся источником повышенной опасности.

Дополнительный объект преступного посягательства - это здоровье и жизнь человека - важнейшее, бесценное, охраняемое законом благо, непреходящая общечеловеческая ценность, утрата которой необратима и невосполнима.

По мнению государственного обвинителя, само по себе возмещение ущерба, никоим образом устранить наступившие последствия, снизить степень общественной опасности содеянного либо иным образом свидетельствовать о заглаживании вреда, причиненного как дополнительному, так и основному объекту преступного посягательства.

По этой причине отсутствие лично у потерпевшего претензий к ФИО4, а также его субъективное мнение о полном заглаживании ему вреда, не могли быть единственным подтверждением такого снижения степени общественной опасности преступления, которое действительно позволило бы суду освободить ФИО4 от уголовной ответственности. Обращает внимание на то, что до совершения преступления ФИО4 неоднократно привлекался к административной ответственности за нарушение Правил дорожного движения, что говорит о пренебрежительном отношении последнего к объекту преступного посягательства - безопасности движения. Кроме того, ФИО4 дважды привлекался к административной ответственности по той же категории правонарушений после совершения преступлений, что также не может свидетельствовать о том, что ФИО4 сделал для себя должные выводы.

Ссылается на то, что принятие судом решения о прекращении уголовного дела исключает возможность рассмотрения вопроса о назначении ФИО4 не только основного наказания, но и дополнительного - в виде лишения права управления транспортными средствами, соответственно, он не лишен возможности управлять автомобилем, подвергая опасности других участников дорожного движения. Указанное свидетельствует о несоответствии содержащихся в решении выводам фактическим обстоятельствам уголовного дела, исследованным судом первой инстанции.

Проверив доводы апелляционного представления, материалы уголовного дела, выслушав мнения участников процесса, суд апелляционной инстанции полагает, что постановление суда подлежит отмене, а уголовное дело в отношении ФИО4 направлению в тот же суд, на новое судебное разбирательство, в ином составе суда.

Согласно ст. 25 УПК РФ суд вправе на основании заявления потерпевшего прекратить уголовное дело в отношении лица, обвиняемого в совершении преступления небольшой или средней тяжести в случаях, предусмотренных ст. 76 УК РФ, если это лицо примирилось с потерпевшим и загладило причиненный ему вред.

Суд, полагая, что все условия, необходимые для прекращения уголовного дела, соблюдены, принял решение о прекращении уголовного дела и уголовного преследования в отношении ФИО4

Вместе с тем, в соответствии с ч. 1 ст. 42 УПК РФ потерпевшим является физическое лицо, которому преступлением причинен физический, имущественный, моральный вред.

По смыслу положений ч. 8 ст. 42 УПК РФ права потерпевшего, предусмотренные уголовно-процессуальным законом, переходят к одному из близких родственников и (или) близких лиц, а при их отсутствии или невозможности их участия в уголовном судопроизводстве - к одному из родственников только по уголовным делам о преступлениях последствием которых явилась смерть лица, пострадавшего от преступления.

При этом уголовно-процессуальный закон не содержит каких-либо ограничений в процессуальных правах лиц, признанных потерпевшими в порядке, установленном ч. 8 ст. 42 УПК РФ, примирение лица, совершившего преступление, с такими потерпевшими может служить основанием для освобождения его от уголовной ответственности.

Из представленных материалов уголовного дела следует, что ФИО4 органами предварительного расследования обвиняется в совершении 

<

дата> лицом, управляющим автомобилем, нарушения правил дорожного движения, повлекшего по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью ФИО2.

Однако, судом первой инстанции при рассмотрении вопроса о применении положений ст. 76 УК РФ, оставлено без внимания и правовой оценки то обстоятельство, что ФИО4 не обвиняется в совершении преступления, последствием которого явилась смерть ФИО2. 

Из материалов уголовного дела следует и отражено в постановлении суда первой инстанции, что смерть ФИО2 наступила 

<

дата>, при этом телесные повреждения, причиненные в результате дорожно-транспортного происшествия 

<

дата> прямой связи с наступлением смерти не имеют. 

При таких обстоятельствах, у суда отсутствовали предусмотренные уголовно-процессуальным законом основания для разрешения ходатайства сына ФИО2 – ФИО1, признанного постановлением следователя потерпевшим, о прекращения уголовного дела в связи с примирением сторон, поскольку как из материалов уголовного дела, так и из предъявленного ФИО4 не следует, что ФИО1 преступлением причинен физический, имущественный или моральный вред.

Таким образом, ФИО1 в ходе предварительного расследования был признан потерпевшим без достаточных к тому оснований, предусмотренных ст. 42 УПК РФ, и по этой причине отсутствие у него претензий к подсудимому, в связи с полным заглаживанием ему вреда, причиненного преступлением, не могло послужить основанием для освобождения ФИО4 от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим в соответствии со ст. 76 УК РФ.

Принимая во внимание, что суд неправильно применил уголовный закон, что выразилось в нарушении требований Общей части Уголовного кодекса Российской Федерации, а также в связи с тем, что суд допустил существенные нарушения уголовно-процессуального закона, что повлияло на вынесение законного и обоснованного решения, в соответствии с п.п. 2, 3 ст.389.15 УПК РФ, ч.1 ст.389.17 УПК РФ и п.1 ч.1 ст.389.18 УК РФ постановление суда подлежит отмене, а уголовное дело по обвинению ФИО4 возвращению на новое судебное разбирательство в тот же суд, в ином составе, а апелляционное представление подлежит частичному удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.15, 389.17, 389.18, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Невского районного суда Санкт-Петербурга от 14 мая 2025 года о прекращении уголовного дела в отношении ФИО4 – отменить.

Уголовное дело по обвинению ФИО4 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, направить на новое судебное разбирательство в тот же суд, в ином составе суда.

Апелляционное представление помощника прокурора Невского района Санкт-Петербурга ФИО5 – удовлетворить частично. 

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции в порядке главы 47.1 УПК РФ.

ФИО4 вправе ходатайствовать о личном участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции. Такое ходатайство может быть заявлено в кассационной жалобе либо в течение 3 суток со дня получения извещения о дате, времени и месте заседания суда кассационной инстанции.

Судья