УИД 31RS0002-01-2021-001827-25 

Дело № 2-1445/2021

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Белгород 19.07.2021

Белгородский районный суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Тюфановой И.В.,

при секретаре судебного заседания Тимашовой М.А.,

с участием истица ФИО1, его представителя ФИО2, ответчика ФИО3, его представителя ФИО4

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

01.11.2020 около 09 часов 40 минут на участке автодороги (адрес обезличен) ФИО3, управляя технически исправным автомобилем (информация скрыта), в нарушение пунктов 1,3, 1.5, 13.4 ПДД при повороте налево по зеленому сигналу светофора, не уступив дорогу, совершил столкновение с движущимся во встречном направлении прямо автомобилем (информация скрыта) под управлением ФИО10.

В результате дорожно-транспортного происшествия ФИО11. и пассажиру его автомобиля ФИО1 были причинены повреждения.

Вину в ДТП ФИО3 не отрицал.

Дело инициировано иском ФИО1 о взыскании с ФИО3 компенсации морального вреда, причиненного в результате повреждения здоровья (легкая степень), в размере 200 000 руб., расходов на оплату услуг представителя – 15000 руб., на оформление доверенности – 1960 руб.

В судебном заседании истец и его представитель поддержали заявленные требования, ответчик, его представитель вину ответчика в ДТП не отрицали, полагали возможным частичное удовлетворение требований в разумных пределах с учетом материального положения ответчика.

Исследовав материалы гражданского дела и представленные доказательства, суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, 01.11.2020 около 09 часов 40 минут на участке автодороги (адрес обезличен) ФИО3, управляя технически исправным автомобилем (информация скрыта), в нарушение пунктов 1,3, 1.5, 13.4 ПДД при повороте налево по зеленому сигналу светофора, не уступив дорогу, совершил столкновение с движущимся во встречном направлении прямо автомобилем (информация скрыта) под управлением ФИО12.

В результате дорожно-транспортного происшествия ФИО13 и пассажиру его автомобиля ФИО1 причинены телесные повреждения.

Согласно заключению эксперта ОГБУЗ «Белгородское бюро судебно-медицинской экспертизы» №3226 у ФИО1 имели место: (информация скрыта). Описанные повреждения причинили легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья сроком не свыше 21-го дня – согласно п. 8.1 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека (приложение к приказу Минздравсоцразвития России от 24.04.08 №194н).

Свою обязанность по возмещению морального вреда, причиненного в результате повреждения здоровья истца, ответчик не оспаривал.

В соответствии с частью 1 статьи 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические и нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред, требования разумности и справедливости.

В силу прямого указания статьи 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Пунктом 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной 

<

данные изъяты>, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья, либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10).

В постановлении Европейского Суда по правам человека от 18.03.2010 по делу «Максимов (Maksimov) против России» указано, что задача расчета размера компенсации является сложной. Она особенно трудна в деле, предметом которого является личное страдание, физическое или нравственное. Не существует стандарта, позволяющего измерить в денежных средствах боль, физическое неудобство и нравственное страдание и тоску. Национальные суды всегда должны в своих решениях приводить достаточные мотивы, оправдывающие ту или иную сумму компенсации морального вреда, присуждаемую заявителю. 

Таким образом, право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 ГК РФ) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон.

Допрошенный в судебном заседании истец указал, что размер денежной компенсации морального вреда в размере 200 000 руб. определен им исходя из перенесенных страданий, а именно, истец получил (информация скрыта), что повлекло наложение швов, полученная травма длительное время приносила болевые ощущения, в частности, истцу было тяжело принимать пищу, пить, говорить, впоследствии после заживления раны остался шрам, который вызывает у истца чувство смущения из-за насмешек коллег и окружающих, причиненное повреждение повлияло на речевые качества истца.

Оценивая данные доводы, суд относится к некоторым из них критически.

В частности, до предъявления рассмотренного иска истец ранее (15.02.2021) обращался в суд с аналогичным по содержанию (дословно) исковым заявлением, требуя взыскать компенсацию в размере 150000 руб., которое было возвращено истцу в связи с отсутствием его подписи в нем.

На вопрос суда, по каким критериям изменилась оценка перенесенных истцом нравственных страданий при предъявлении сумм 150 000 руб. и 200000 руб. при том, что в обоих исковых заявлениях их перечень совпадал, истец не смог пояснить. 

Равно как не смог пояснить истец, каким образом изменились его речевые качества в связи с полученной травмой после ее заживления. Вместе с тем, судом на обсуждение поставлен вопрос о проведении по делу судебной экспертизы для проверки указанных обстоятельств, а также для уточнения степени причиненного вреда здоровью в условиях объяснений истца относительно возникших последствий травмы, от чего истец отказался.

Таким образом, суд признает недоказанными аргументы истца о том, что полученная травма и после заживления повлекла для истца какие-либо последствия.

Что касается ссылки истца на длительное (свыше 3 месяцев) заживление травмы, которое вызывало дискомфорт и болевые ощущения, то суд также не может признать ее доказанной.

Так, как следует из представленных доказательств, не отрицалось истцом, листок нетрудоспособности был открыт ему в период с 02.11 по 09.11.2020. Врачом даны рекомендации: снятие швов через 7 дней, в удовлетворительном состоянии направлен на амбулаторное наблюдение по месту жительства. Несмотря на данные рекомендации, у врача по месту жительства истец амбулаторно не лечился, швы не снимал ввиду их самостоятельного рассасывания, какие-либо документы, подтверждающие приобретение им каких-либо лекарств (на что также ссылался истец) им не представлены.

Ссылка на необращение по месту жительства в поликлинику ввиду невозможности получения там «соответствующего лечения (обработки раны)» доказательствами не подтверждена.

Не представлено также и доказательств вынужденного закрытия истцом листка нетрудоспособности по причине необходимости выхода на работу для получения заработной платы, чтобы «кормить семью», а также свидетельствующие о высказываниях в адрес истца насмешек в связи с остаточным шрамом от травмы.

При этом суд учитывает объективные данные о том, что истцу, в действительности, была причинена травма, повлекшая легкой степени вред здоровью, период лечения истца с 02.11 по 09.11.2020, претерпевание им неприятных и болезненных ощущений в этот период, поскольку травма потребовала наложения швов, что не могло не причинить физические страдания в этот момент, а также впоследствии - в процессе жизнедеятельности до момента заживления. Кроме того, и после заживления (информация скрыта) истца в области локализации травмы остался след (шрам), имеющий форму полосы длиной около 2 см и 1 мм в ширину, с ровными краями, плоский, визуально малозаметный, в том числе не деформируемый в процессе разговора и движения нижней губой. 

Данные обстоятельства суд учитывает при определении размера компенсации морального вреда.

Также суд обращает внимание на то, что при обосновании компенсации морального вреда наличием следа (шрама) после травмы и сопутствующих переживаний истца, последний соответствующие фотографии суду не представил, в суд не являлся, явка была обеспечена только после предложения суда об этом (через представителя). В этой связи фактическое поведение истца, а также его объяснения в судебном заседании, сводившиеся к повторению изложенных его представителем в исковом заявлении фраз и выражений, не позволили суду прийти к выводу о высокой степени перенесенных истцом нравственных страданий.

Кроме того, положения пункта 3 статьи 1083 ГК РФ предоставляют суду право уменьшить размер возмещения вреда с учетом имущественного положения причинителя вреда - гражданина, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

Принимая во внимание вышеуказанные обстоятельства, обстоятельства ДТП, а также имущественное положение ответчика, который является (информация скрыта), работает (информация скрыта), имеет ежемесячную заработную плату в размере 5665 руб., с него в пользу второго потерпевшего ФИО14. уже взыскан моральный вред решением Белгородского районного суда Белгородской области от 02.04.2021, требования разумности и справедливости, суд полагает возможным взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 80000 руб. 

Что касается расходов на оплату услуг представителя, то суд приходит к следующему.

Исходя из пунктов 11, 12,13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ).

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ, статья 112 КАС РФ, часть 2 статьи 110 АПК РФ).

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Определение разумности расходов на оплату услуг представителя остается на усмотрение суда, так как только суд, рассматривающий спор, имеет возможность оценить сложность дела, необходимость затраченных стороной средств правовой защиты, а также адекватность стоимости услуг представителя с учетом проработанности правовой позиции и квалифицированности ее представления в судебном заседании.

Как следует из договора возмездного оказания юридических услуг №109 от 25.01.2021, по которому истец оплатил услуги представителя в размере 15000 руб., заявленные ко взысканию, исполнитель обязался оказать истцу услуги, в том числе по сбору документов и осуществлению защиты его интересов при возмещении материального ущерба.

Стоимость оказанных услуг при рассмотрении гражданского дела, а именно по составлению искового заявления, участию при проведении подготовки, представитель не указал. 

В этой связи, а также принимая во внимание характер спорного правоотношения, объем проведенной представителем в рамках оказания юридической помощи истцу работы (составление искового заявления и участие в подготовке, в 1 предварительном и 1 судебном заседании), а также принцип разумности и справедливости, с учетом сложившейся в регионе стоимости подобного рода юридических услуг адвокатов и представителей, время, которое мог бы затратить на подготовку подобных материалов квалифицированный специалист, наличие общедоступной информации в правовых системах в сети Интернет относительно сложившейся судебной практики по данной категории споров, наличие возражений ответчика относительно разумности заявленной ко взысканию суммы, суд усматривает чрезмерность заявленных судебных издержек за оказанные юридические услуги и полагает необходимым снизить их до 5000 руб., взыскав их с ответчика.

Расходы по оплате нотариальных услуг по заверению доверенности не подлежат взысканию, поскольку, как следует из содержания доверенности, помимо полномочий на представление интересов истца при рассмотрении гражданского дела, она выдана также и на представление его интересов во всех органах и организациях, в том числе по делу об административном правонарушении.

Учитывая освобождение истца от оплаты государственной пошлины, в доход бюджета муниципального образования «Белгородский район» Белгородской области подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 руб. 

Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

удовлетворить частично иск ФИО1 к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 80000 руб., а также расходы по оплате услуг представителя – 5000 руб.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Взыскать с ФИО3 в доход бюджета муниципального образования муниципальный район «Белгородский район» Белгородской области государственную пошлину - 300 руб.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Белгородский районный суд Белгородской области.

Судья 

Мотивированное решение суда изготовлено 21.07.2021.