Дело № 2-2709/2025

УИД 86RS0007-01-2025-003725-30

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

10 ноября 2025 года город Нефтеюганск

Нефтеюганский районный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры в составе: 

председательствующего судьи Ефремовой И.Б.

при секретаре Морозовой М.С.

с участием заявителя ФИО1

представителя нотариуса ФИО2

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по заявлению ФИО1, ФИО3 о признании постановления нотариуса незаконным

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1, ФИО3, ФИО4 обратились с заявлением о признании незаконным постановления нотариуса Нефтеюганского нотариального округа Ханты-Мансийского автономного округа-Югры ФИО5 об отказе в совершении нотариальных действий № от 07 июля 2025 года.

Заявление мотивировано тем, что 16 мая 2025 года управлением социальной защиты населения, опеки и попечительства по городу Нефтеюганску и Нефтеюганскому району выдан приказ №, которым ФИО4 и ФИО3 предоставлено разрешение на совершение сделки по отчуждению (мены) доли принадлежащей несовершеннолетней Г.С.Г. на условиях заключенного 22 апреля 2025 года предварительного договора мены жилых помещений и земельных участков.

Согласно условий договоры мены, ФИО1 передает в собственность ФИО3, ФИО4 и несовершеннолетним детям Г.С.Г. и Г.С.Г. жилое помещение и земельный участок, расположенный по адресу – (адрес) обмен на принадлежащее ФИО3, ФИО4 и несовершеннолетней Г.С.Г. жилое помещение, расположенное по адресу – (адрес), с земельным участком. С учетом кадастровой стоимости объектов недвижимости, разница в стоимости объектов недвижимости составляет 2 723 099 рублей 45 копеек, которые должны быть выплачены ФИО3, ФИО4, действующих за себя и в интересах несовершеннолетних детей в следующем порядке:

- 1 810 397 рублей 36 копеек – наличные денежные средства

- 912 162 рубля 09 копеек – средства материнского капитала.

Совершение обмена производится в интересах несовершеннолетней Г.С.Г., так как она фактически проживает в (адрес), обучается в средней школе.

Полагают, что отказ в совершении нотариального удостоверения сделки сделан без учета исследования вопроса о характере производимых в результате обмена изменений условий проживания несовершеннолетней Г.С.Г., обьема и состава ее имущества, разрешение которых обусловлено установленным ст. 37 ГК РФ запретом на отчуждение имущества несовершеннолетнего, чем нарушено ее права и права остальных участников сделки, так как собственники имеют право пользоваться и распоряжаться принадлежащим им имуществом по своему усмотрению.

Определением Нефтеюганского районного суда от 16 октября 2025 года к участию в деле в качестве заинтересованного лица привлечено управление социальной защиты населения, опеки и попечительства по городу Нефтеюганску и Нефтеюганскому району (л.д.131).

Определением Нефтеюганского районного суда от 22 октября 2025 года к участию в деле в качестве заинтересованного лица привлечено Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Ханты-Мансийскому автономному округу-Югре (л.д.140). 

Определением Нефтеюганского районного суда от 10 ноября 2025 года заявление ФИО4 о признании постановления нотариуса незаконным оставлено без рассмотрения.

В судебное заседание заявитель ФИО3 не явился, просил рассмотреть дело в его отсутствие (л.д.149).

Представители управления социальной защиты населения, опеки и попечительства по городу Нефтеюганску и Нефтеюганскому району, Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Ханты-Мансийскому автономному округу-Югре в судебном заседании не явились, о времени и месте судебного заседания извещены (л.д.146-147).

В соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие вышеуказанных лиц.

В судебном заседании заявитель ФИО1, действующая в своих интересах и в интересах ФИО3 на основании доверенности от (дата) (л.д.168), заявление поддержала и пояснила, что оспариваемым постановлением не учтены положения п. 1 ст. 20 Закона об опеки, поскольку в результате мены жилищные условия ребенка улучшаются. К нотариусу с заявлением об удостоверении договора мены объектов недвижимости обращалась только она. ФИО3 и ФИО4 к нотариусу об удостоверении договора мены не обращались. В предоставленном нотариусу договоре мены значатся Г.С.Г. и Г.С.Г., которые ей приходятся внуками. ФИО3 является ее сыном. Какие документы предоставлялись ФИО3 и ФИО4 в органы опеки для получения разрешения на отчуждение доли в праве собственности, принадлежащей несовершеннолетней Г.С.Г. она не знает, так как родители ребенка сдавали документы через МФЦ. Но сотрудники органов опеки и попечительства по телефону выясняли вопрос о близких родственниках и ФИО4 подтвердила, что сделка совершается между близкими родственниками. Квартира, расположенная по адресу - (адрес), первоначально являлась однокомнатной квартирой, но в результате реконструкции в настоящее время является трёхкомнатной. Решением суда указанная квартира сохранена в перепланированном и реконструированном виде.

В судебном заседании представитель нотариуса ФИО5 – ФИО2, действующая на основании доверенности от (дата) (л.д.139), пояснила, что заявление удовлетворению не подлежит, так как в соответствии со ст. 163 Гражданского кодекса Российской Федерации на нотариусов возложена обязанность по проверки правильности совершения сделки. ФИО1 обращалась одна к нотариусу для удостоверения договора купли-продажи. Нотариус установил, что ФИО1 является бабушкой несовершеннолетним ФИО4 и Г.С.Г., то есть близким родственникам. Статьей 37 Гражданского кодекса Российской Федерации установлен запрет на совершение возмездных сделок в отношении имущества несовершеннолетних между близкими родственниками. Договор мены является возмездной сделкой. Основанием для отказа в удостоверении договора мены является п. 3 ст. 37 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому опекун, попечитель, их супруги и близкие родственники не вправе совершать возмездные сделки с подопечным, за исключением передачи имущества подопечному в качестве дара или в безвозмездное пользование. Органы опеки должны были отказать в выдаче разрешения на заключение данного договора мены, так как он совершается между близкими родственниками – бабушкой и внуками. Исключений положения п.3 ст. 37 ГК РФ не содержит, то есть установлен прямой запрет. Нотариус обязан проверить сделку на законность, что и сделал нотариус. Кроме того, в сделке появляется несовершеннолетний Г.С.Г., то есть в отношении него совершается договор купли-продажи – также сделка возмездная совершается между внуком и бабушкой. Таким образом, предоставленный договор мены противоречит ст. 37 ГК РФ. Данное постановление вынесено только на основании заявления ФИО1 ФИО3 не обращался к нотариусу за совершением нотариального действия, от его имени действовала ФИО1 на основании доверенности. Но отсутствуют доказательства того, что у ФИО4 была воля на данную сделку, так как от нее заявления не поступало, у ФИО1 доверенность на представление интересов ФИО4 отсутствует. Поскольку обратилась ФИО1, соответственно ей было отказано. Кроме того. ФИО1 подавала заявление от себя и от сына ФИО3, а заявление в суд подано о том, что нарушены права несовершеннолетней Г.С.Г., но ФИО1 не является законным представителем несовершеннолетней Г.С.Г. Улучшение жилищных условий несовершеннолетней Г.С.Г. не является предметом настоящего спора.

Выслушав участников судебного заседания, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно п. 1 ст. 163 Гражданского кодекса Российской Федерации нотариальное удостоверение сделки означает проверку законности, в том числе наличия у каждой из сторон права на ее совершение, и осуществляется нотариусом или должностным лицом, имеющим право совершать такое нотариальное действие, в порядке, установленном законом о нотариате и нотариальной деятельности.

В соответствии с п. 1 ч. 1.1 ст. 42 Федерального закона Российской Федерации от 13 июля 2015 г. N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости" сделки по отчуждению или договоры ипотеки долей в праве общей собственности на недвижимое имущество подлежат нотариальному удостоверению.

В соответствии со ст. 567 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору мены каждая из сторон обязуется передать в собственность другой стороны один товар в обмен на другой. К договору мены применяются соответственно правила о купле-продаже (глава 30), если это не противоречит правилам настоящей главы и существу мены. При этом каждая из сторон признается продавцом товара, который она обязуется передать, и покупателем товара, который она обязуется принять в обмен. 

Согласно абз. 1 ст. 55 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате от 11.02.1993 N 4462-I, при удостоверении договоров об отчуждении или залоге имущества, права на которое подлежат государственной регистрации (статья 8.1 ГК РФ), нотариус проверяет принадлежность данного имущества лицу, его отчуждающему или закладывающему, за исключением случаев, если в соответствии с договором на момент его совершения данное имущество еще не принадлежит этому лицу, а также отсутствие ограничений прав, обременений имущества или иных обстоятельств, препятствующих совершению этих договоров.

Пунктом 3 статьи 60 Семейного кодекса Российской Федерации определено, что право ребенка на распоряжение принадлежащим ему на праве собственности имуществом определяется статьями 26 и 28 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При осуществлении родителями правомочий по управлению имуществом ребенка на них распространяются правила, установленные гражданским законодательством в отношении распоряжения имуществом подопечного (статья 37 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

В силу пункта 1 статьи 28 Гражданского кодекса Российской Федерации за несовершеннолетних, не достигших четырнадцати лет, сделки могут совершать от их имени только их родители, усыновители или опекуны. 

К сделкам законных представителей несовершеннолетнего с его имуществом применяются правила, предусмотренные пунктами 2 и 3 статьи 37 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с п. 3 ст. 37 Гражданского кодекса Российской Федерации опекун, попечитель, их супруги и близкие родственники не вправе совершать сделки с подопечным, за исключением передачи имущества подопечному в качестве дара или в безвозмездное пользование, а также представлять подопечного при заключении сделок или ведении судебных дел между подопечным и супругом опекуна или попечителя и их близкими родственниками.

Определением Конституционного Суда Российской Федерации от 7 декабря 2017 г. N 2789-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы граждан ФИО6 и ФИО7 на нарушение их конституционных прав абзацем первым пункта 1 статьи 28 и пунктом 3 статьи 37 Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что закрепленный положениями гражданского и семейного законодательства в их взаимосвязи специальный порядок совершения родителями как законными представителями своих несовершеннолетних детей сделок с принадлежащим детям имуществом направлен на защиту прав и интересов несовершеннолетних и не может рассматриваться как нарушающий статью 35 (часть 2) Конституции Российской Федерации, согласно которой каждый вправе иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами, и противоречащий статье 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, допускающей ограничение федеральным законом прав и свобод человека и гражданина в целях защиты прав и законных интересов других лиц (Постановление от 8 июня 2010 года N 13-П; определения от 6 марта 2003 года N 119-О и от 17 февраля 2015 года N 246-О). Соответственно, само по себе установленное в оспариваемых заявителями положениях ограничение на совершение опекуном, попечителем, их супругами и близкими родственниками иных, за исключением передачи имущества подопечному в качестве дара или в безвозмездное пользование, сделок с подопечным направлено на защиту наименее защищенной в этих отношениях стороны - несовершеннолетних детей и лиц, находящихся под опекой (попечительством), и не может рассматриваться как нарушающее какие-либо конституционные права граждан, в том числе равное право и обязанность родителей заботиться о детях. Оспаривая конституционность данных нормативных положений, заявители фактически предлагают внести целесообразные, с их точки зрения, изменения и дополнения в действующее законодательство (предоставить право опекуну, попечителю, их супругам и близким родственникам совершать с подопечным сделки, направленные к выгоде подопечного), что является прерогативой федерального законодателя и не относится к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, как она определена в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации". 

Таким образом, из анализа определения Конституционного Суда Российской Федерации от 7 декабря 2017 г. N 2789-О следует, что само по себе установленное в пункте 3 статьи 37 ГК РФ ограничение на совершение опекуном, попечителем, их супругами и близкими родственниками иных, за исключением передачи имущества подопечному в качестве дара или в безвозмездное пользование, сделок с подопечным направлено на защиту наименее защищенной в этих отношениях стороны - несовершеннолетних детей и лиц, находящихся под опекой (попечительством), и не может рассматриваться как нарушающее какие-либо конституционные права граждан, в том числе равное право и обязанность родителей заботиться о детях. Действующим законодательством установлен запрет на совершение сделок законными представителями несовершеннолетних с близкими родственниками, за исключением передачи имущества несовершеннолетнему в качества дара или в безвозмездное пользование. 

В судебном заседании установлено, что 22 апреля 2025 года между ФИО1, именуемой стороной 1, с одной стороны, и ФИО3, ФИО4, действующих за себя и в интересах несовершеннолетних Г.С.Г., (дата) года рождения, Г.С.Г., (дата) года рождения, именуемой стороной 2, с другой стороны, заключен предварительный договор мены жилых помещений, по условиям которого:

1.Стороне 1 принадлежит на праве собственности жилой дом 165,9 квадратных метров, расположенный по адресу – (адрес) и земельный участок 858+/- 12 квадратных метров, расположенный по адресу (адрес), стоимостью 5 000 000 рублей.

2.Стороне 2 принадлежит на праве собственности квартира общей площадью 91,2 квадратных метра, расположенная по адресу - (адрес) земельный участок площадью 387 квадратных метра, расположенный по адресу - (адрес), стоимостью 3 000 000 рублей.

3. Стороны обязались не позднее 30 июня 2025 года заключить договор мены жилыми помещениями и земельными участками.

4. Сторона 1 оценивает жилой дом и земельный участок по кадастровой стоимости 4 905 683 рубля 39 копеек, из которых: 4 047 520 рублей 37 копеек стоимость дома и 858 163 рубля 02 копейки стоимость земельного участка. Сторона 2 оценивает жилое помещение и земельный участок по кадастровой стоимости 1 324 420 рублей 92 копейки. Разница в стоимости жилых помещений и земельных участков составляет 2 723 099 рублей 45 копеек, которая будет выплачена стороне 2 в следующем порядке:

- 1 810 937 рублей 36 копеек наличными денежными средствами, переданными до заключения основного договора мены по расписке;

- 912 162 рубля 36 копеек – средства материнского капитала.

5. При заключении договора мены, доля несовершеннолетней Г.С.Г., с учетом ее 1/5 доли в жилом помещении и земельном участке, расположенных по адресу – (адрес) средств материнского капитала будет составлять 1/6 долю в жилом помещении, расположенном по адресу – (адрес), составит 27,65 квадратных метров ( 165,9 :6), что больше на 9,41 квадратный метр площади доли в ранее занимаемом жилом помещении по адресу – (адрес), 1/6 доля в земельном участке, расположенном по адресу – (адрес), будет составлять 143 квадратных метра (8588:6), что на 65,6 квадратных метров больше площади доли в ранее занимаемом земельном участке по адресу – (адрес), 77,4 квадратных метра ( 387:5).

6. Доля несовершеннолетнего Г.С.Г., с учетом использованного материнского капитала будет составлять 1/12 (л.д.6).

Приказом управления социальной защиты населения, опеки и попечительства по городу Нефтеюганску и Нефтеюганскому району № от 16 мая 2025 года разрешено ФИО4 и ФИО3 совершить мену 1/5 доли недвижимого имущества в праве общей долевой собственности на жилое помещение общей площадью 91,2 квадратных метра и 1/5 доли на земельный участок общей площадью 387 квадратных метра, принадлежащих Г.С.Г., (дата) года рождения, распложенных по адресу - (адрес) на 1/6 долю в праве общей долевой собственности на жилое помещение общей площадью 165,9 квадратных метра и 1/6 долю на земельный участок общей площадью 858 квадратных метра, расположенных по адресу - (адрес) (л.д.7).

27 июня 2025 года ФИО1 обратилась к нотариусу Нефтеюганского нотариального округа ХМАО-Югры ФИО5 с заявлением об удостоверении договора мены имущества: жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу – (адрес) принадлежащих ей на квартиру и земельный участок, расположенные по адресу - (адрес), принадлежащих ФИО3, ФИО4, Г.С.Г. на условиях доплаты со стороны ФИО3, ФИО4, Г.С.Г. средствами материнского семейного капитала (л.д.37).

Постановлением нотариуса ФИО5 № от 07 июля 2025 года ФИО1 отказано в удостоверении договора мены недвижимого имущества, поскольку совершение такого действия противоречит закону. При этом нотариусом установлено, что согласно сведений, предоставленных органами ЗАГСА, Г.С.Г., (дата) года рождения является дочерью ФИО3, ФИО4. ФИО3 является сыном ФИО1, соответственно несовершеннолетняя Г.С.Г., (дата) по отношению к ФИО1 является близким родственником – внучкой, имуществом которой по договору мены хотят распорядиться родители несовершеннолетней.

Запрет на совершение родственных сделок установлен п. 3 ст. 37 ГК РФ, при этом недопустимо расширительное толкование законодательного запрета на отчуждение недвижимого имущества, принадлежащего несовершеннолетним ( ч.1 ст. 20 ФЗ «Об опеке и попечительству» применяется в совокупности со ст. 37 ГК РФ. Договор, направленный на отчуждение недвижимого имущества несовершеннолетнего лица его близким родственникам ничтожен и противоречит п. 3 ст. 37 ГК РФ (л.д.22).

Также из сведений ЗАГСа установлено, что Г.С.Г., (дата) года рождения, Г.С.Г., (дата) года рождения являются детьми ФИО3, ФИО4, а ФИО3 является сыном ФИО1 (л.д.53-57), соответственно, Г.С.Г., Г.С.Г. являются внуками ФИО1.

Не согласившись с вышеуказанным постановлением нотариуса, ФИО1 обратилась в суд с настоящим исковым заявлением.

Исследовав имеющиеся доказательства, суд приходит к выводу, что постановление нотариуса ФИО5 № от 07 июля 2025 года об отказе ФИО1 в удостоверении договора мены жилого дома с земельным участком на квартиру с земельным участком с доплатой со стороны ФИО3, ФИО4 средствами материнского (семейного) капитала ФИО1 является законным, поскольку действующим законодательством установлен запрет на совершение сделок законными представителями несовершеннолетних с близкими родственниками, за исключением передачи имущества несовершеннолетнему в качества дара или в безвозмездное пользование. 

Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении заявления ФИО1, ФИО3 о признании постановления нотариуса Гри щенко ФИО8 № от 07 июля 2025 года незаконным, отказать.

Мотивированное решение изготовлено 24 ноября 2025 года.

Решение может быть обжаловано в суд Ханты-Мансийского автономного округа-Югры с подачей апелляционной жалобы через Нефтеюганский районный суд в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Судья Нефтеюганского 

районного суда